– Что вы там увидели?

Нижняя губа молодого человека задрожала. Описание он примерно предугадывал, но ему все равно нужно было это услышать.

– Подозреваемый получил пулю в лоб и лежал на полу не шевелясь. А заложник был цел и невредим. Юань Чжибан тогда крепко прижал мальчика к себе, головой к своей груди. Он вообще не дал ему увидеть ту кровавую сцену.

В голове молодого человека замелькали обрывки воспоминаний. Мужчина притиснул его голову к своей груди. Ощущение тепла, уюта. Он сосредоточился на колыбельной в ушах, и тут в отдалении что-то треснуло, как будто лопнул бумажный пакет. В бархатной капсуле воспоминаний этот момент казался мирным и безмятежным. Но теперь горло стиснуло, как при удушении. Руки снова непроизвольно сжались в кулаки.

Внезапно в углу монитора появилось небольшое окно, моментально отвлекая от боли.

«Предупреждение: данная система подвергается атаке, исходящей от 211.132.81.252».

Ого, как быстро; надо отдать им должное… Молодой человек взглянул на часы в правом нижнем углу экрана. Что ж, пора уходить.

* * *

– Я в интернет-кафе «Голубая звезда», – доложил Цзэн Жихуа в трубку. – Успел отследить следующее звено в цепочке: офис на юге Чэнду. Этот тип заставляет нас нарезать круги по всему городу, черт его дери…

Ло Фэй невозмутимо посмотрел на часы. 14:23.

– Сколько времени вам потребуется, чтобы добраться до офиса?

– Минут двадцать, наверное, если газовать по полной. Нужно его задержать, начальник Ло.

– Понятно. Езжайте как можно скорее.

Ло Фэй убрал трубку и поспешил обратно к компьютеру Хуан Цзеюаня.

– Назовите мне имя стрелка.

Заслышав в наушниках шелест этой фразы, Ло Фэй затаил дыхание. Пришло время Хуан Цзеюаню поменяться с Эвменидами местами.

* * *

На каждый другой вопрос Хуан Цзеюань давал ответы вполне искренние, помня при этом совет Му Цзяньюнь: «Лучшее место для сокрытия лжи – между двумя правдами».

Правду он уже сказал. Теперь настал черед лжи.

– А вот имени я не знаю, – сказал Хуан Цзеюань после нескольких секунд показной неуверенности.

– Ну да, так я и поверил, – голос Эвменид сочился сарказмом.

– Протоколы он подписывал псевдонимом, и…

– Не прикидывайтесь дурачком, – перебил преступник. – Вы хотите внушить мне, что в ходе операции он действовал под псевдонимом?

Более пространных объяснений Хуан Цзеюань давать не собирался:

– Говорю вам откровенно: я понятия не имею, как звали того снайпера.

После долгой паузы преступник заговорил снова. Его голос был неприятно льдистым:

– Вы намекаете, что нам следует закончить наш разговор прямо сейчас. Это так?

– Нет! – вскрикнул Хуан Цзеюань, на этот раз с неподдельной паникой. – Вы не сказали, где мой сын.

– Назовите мне имя стрелка.

– Я его не знаю.

– Вопрос задан уже дважды. В третий раз спрашивать не буду, – угрожающе произнес преступник. – У вас есть пять секунд, чтобы вспомнить.

От такой смены тона Хуан Цзеюань дернулся.

– Если я назову вам имя, что будет с моим сыном? – выдохнул он.

– Ваш сын уже проголодался. Если поторопитесь, то, возможно, успеете с ним поужинать.

– Хорошо. Я скажу. Я знаю, как звали стрелка.

– Жду, говорите.

– Чэнь. Чэнь Хао.

– Где он сейчас? – ровным голосом спросил преступник.

– Все еще работает в полиции. Повышен в звании. Теперь он начальник уголовного розыска восточного участка Чэнду.

– «На-чаль-ник… вос-точ-но-го участка…» – В наушниках было слышно, как клацают клавиши.

Через несколько секунд на экране возникло изображение. Личное дело с фотографией мужчины с коротким ежиком и пытливым взглядом.

– Этот?

– Д-да, – выговорил Хуан Цзеюань, пряча удивление. – Откуда у вас этот файл?

– Интранет полиции Чэнду не такой уж непробиваемый вопреки вашим чаяниям. – Преступник издал глухой, похожий на всхлип смешок, после чего снова посерьезнел. – Сейчас ему тридцать восемь лет.

Хуан Цзеюань взглянул на дату рождения Чэнь Хао. Быстрый подсчет подтвердил подсчет Эвменид.

– Да, наверное, – сказал он, не понимая, куда клонит его собеседник.

– Восемнадцать лет назад ему исполнился бы двадцать один год. То есть он был моложе, чем Юань Чжибан. И вы хотите, чтобы я поверил, что он был снайпером полицейского спецназа?

– На самом деле, – сказал Хуан Цзеюань, тщательно подбирая слова, – свой возраст при поступлении на службу он мог и изменить.

– Довольно! – рявкнул преступник. – У меня есть имена всех бойцов спецподразделения, действовавших в Чэнду восемнадцать лет назад. Никого с этим именем среди них нет. Полиция выбрала этого человека в качестве приманки, не более. Правильно ли я догадываюсь, что этот Чэнь Хао уже тайно включен в состав специальной следственной группы?

На лбу у Хуан Цзеюаня выступила испарина. Он бросил панический взгляд на Ло Фэя и Му Цзяньюнь, которые стояли рядом.

Голос в наушниках презрительно фыркнул. Хуан Цзеюань мучительно зарделся, поняв, что Эвмениды по-прежнему за ним наблюдают.

– Если все еще хочешь увидеть своего сына, Хуан Цзеюань, – произнес густым от ярости голосом, – ты перестанешь играть со мной в эти детские игры. Мое терпение на исходе. Я даю тебе еще один шанс, но только один.

Хуан Цзеюань покачал головой. Желание противостоять Эвменидам давало непоправимый крен.

– Нет, – выговорил он мгновение спустя. – Я не могу предать другого полицейского, даже ради своего сына.

Голос слегка смягчился.

– Понимаю ваше положение, – сказал он. – Давайте попробуем по-другому. Называть его имя я заставлять вас не буду. Тем более что самоуважение все равно не позволит вам этого сделать. Лучше сойтись на золотой середине.

Хуан Цзеюань смотрел в камеру с тревожным ожиданием.

– Сейчас я буду показывать вам фотографии бойцов спецподразделения, служивших восемнадцать лет назад; одну за другой. Вопрос у меня всего один. А вам нужно будет говорить «да» или «нет».

Хуан Цзеюань молчал.

* * *

Цзэн Жихуа, Лю Сун и горстка сопровождающих полицейских вошли в офис маркетинговой компании. Предъявив удостоверение, Цзэн Жихуа сел у компьютерного терминала и начал отслеживать в цепочке следующее звено.



Интернет-кафе «Безумный мир»



На мониторе компьютера 33 появилось увеличенное изображение.

– Это он?

Голос Эвменид доносился словно из невероятной дали. На фотографии был смуглый, мускулистый мужчина. При виде него ответ у Хуан Цзеюаня уже заплясал на губах, но что-то мешало ему вырваться.

– Если вы ничего не скажете, я приму это как молчаливое «да», – сказал преступник.

У Хуан Цзеюаня на затылке зашевелились волосы.

– Нет. Не он.

– Замечательно. Чем активнее вы будете сотрудничать, тем скорее увидите своего сына.

На экране появилось другое фото, и вопрос повторился.

– Нет.

Через секунду возник следующий снимок.

– А это?

– Тоже нет.

После того как через экран прошла уже без малого сотня лиц, зрение Хуан Цзеюаня поплыло.

– Ну а это? – продолжал спрашивать преступник, даже не меняя интонации.

На мониторе возникло изображение крупного мужчины с квадратной челюстью.

Хуан Цзеюань моргнул. Пульс в висках стучал молотом.

– Он? – повторил преступник, на этот раз медленнее. Хуан Цзеюань, облизнув пересохшие губы, поглядел на Му Цзяньюнь.

– Она вам не поможет. Отвечайте: да или нет?

Хуан Цзеюань утомленно вздохнул.

– Я хочу видеть моего сына, – процедил он.

– И увидите. Как только ответите на вопросы.

– Я хочу видеть его сей-час! – рявкнул Хуан Цзеюань со вздувшимися на лбу венами.

Му Цзяньюнь невольно отступила на шаг. Хуан Цзеюаня таким она никогда не видела. Он вел себя как загнанный зверь. В глазах его полыхала сдерживаемая ярость, готовая взорваться в любую секунду.

Преступник молчал.

– Сначала мне нужно видеть моего сына. Я ничего не скажу, пока не буду уверен, что он в безопасности. – Несмотря на гнев, его голос звучал умоляюще. – Иначе я больше не буду отвечать ни на какие вопросы.

– Ладно, – последовал короткий ответ.

Через несколько секунд на мониторе появилось видеоизображение – кровать в паре метров от камеры. На кровати сидел мальчик. Глаза у него были завязаны, рот обмотан скотчем, руки связаны за спиной, но, по всей видимости, физических травм у него не было. Мальчик завозился со своими путами, надрывая Хуан Цзеюаню сердце.

Подавшись к экрану, тот крикнул:

– Дэян, это я, твой папа!

* * *

Ло Фэй без промедления отошел от терминала, достал телефон и набрал номер Лю Суна.

– Командир Лю, вы сейчас где?

– Только что вышли из интернет-кафе и направляемся к четвертому звену в цепочке – по всей вероятности, это мужское общежитие Технологического университета.

– У нас сейчас на видео мелькнуло логово Эвменид. Поиски приведут вас скорее всего в эдакий дешевый отель. Если обнаружите какие-нибудь зацепки, схожие по виду, сразу давайте мне знать.

– Понятно. Преступник еще не спрашивал про Чэнь Хао?

– Спрашивал. И сразу углядел несоответствие по возрасту, как мы и рассчитывали.

– Отлично. Теперь будет думать, что одержал верх.

Откуда-то из-за спины Лю Суна донесся приглушенный возглас:

– Тут Цзэн Жихуа хочет что-то сказать…

– Жду.

– Алло, командир Ло, – голос у Цзэн Жихуа был слегка запыхавшийся. – Я тут, пока отслеживал следующее звено, перехватил сигнал от той неизвестной программы, с которой мы столкнулись в кафе. Она мониторит серию импульсов, которые, по-видимому, указывают на постоянный выход с точки, где сидит Хуан Цзеюань. Я уже отправил перехваченные сигналы на сервер в кафе. Можете распечатать результаты и сами посмотреть.

– Спасибо, хвалю, – сказал Ло Фэй, заканчивая разговор.

Он подозвал владельца кафе, попросил его сделать распечатку, а сам вернулся к компьютеру 33. Окно видеотрансляции исчезло, и Хуан Цзеюань больше не собирался крушить клавиатуру. Из наушников по-прежнему доносился голос Эвменид:

– Ну вот. Свою часть я выполнил. Теперь ваша очередь. Это он?

Хуан молча кивнул.

* * *

– Ян Линь. Сорок лет. Из них двадцать в полицейском спецназе. В настоящее время инструктор по рукопашному бою. Вы уверены, что это он?

– Да, – сказал Хуан Цзеюань голосом, застревающим в горле.

– Прекрасно. Но я все равно хотел бы, чтобы вы посмотрели остальные фотографии.

– Зачем? – искренне удивился Хуан Цзеюань.

– Я боюсь, что вы могли ошибиться. В конце концов, прошло почти двадцать лет. Вы должны увидеть все снимки, прежде чем дадите окончательный ответ.

– Ну хорошо, – сдался Хуан Цзеюань, стараясь не казаться чересчур нетерпеливым. В конце концов, одной из его целей было удерживать Эвменид как можно дольше.

На мониторе появилась новая серия фотографий. Рутина вопросов и ответов продолжалась.

– Это он?

– Нет.

Просмотр оставшихся фотографий занял более получаса. Ответами Хуан Цзеюаня были неизменные и решительные «нет».

– Ну вот. Уже совсем скоро вы воссоединитесь со своим сыном, – сказал наконец преступник.

Хуан Цзеюань облегченно выдохнул:

– Где мне его забрать?

– Не так быстро, Хуан Цзеюань. Еще не всё. Я хотел бы поговорить с человеком, который стоит там рядом с вами.

Хуан Цзеюань удивленно оглянулся:

– Вы хотите сказать…

– Не стройте из себя невинное дитя. Я знаю, начальник Ло Фэй где-то поблизости.

Хуан Цзеюань снял наушники и протянул их командиру.

Тот слегка замешкался. Что-то здесь было не так. Эвмениды… тянут время?

Он нацепил наушники и занял место Хуан Цзеюаня. Тот, отходя от компьютера, встретился взглядом с Му Цзяньюнь, которая ободряюще подняла большой палец.

К ним со сложенным листом подошел владелец кафе. Му Цзяньюнь бросила на него вопросительный взгляд.

– Ло Фэй просил меня распечатать это для него, – сказал он, встряхивая листом бумаги.

* * *

– Ло Фэй, для начала я хотел бы выразить тебе свою признательность.

– За что именно? – спросил Ло Фэй с непроницаемым лицом.

– За то, что помог мне убить Дэн Хуа.

– Наши воспоминания о том дне, похоже, разнятся. Тебе я никогда не помогал.

– Я слышу, ты сердишься… Давай проясним одну вещь. Ты понял, что я использовал Хань Хао в качестве пешки, но все равно допустил осуществление моего плана. Если б ты действительно хотел меня остановить, убить Дэн Хуа я не смог бы. А это значит, что ты позволил мне это сделать. В этом отношении я тебе однажды уже проиграл.

Ло Фэй усмехнулся:

– Не надо меня подначивать. Дэн Хуа мертв. Избавь меня от выслушивания твоей извращенной логики насчет того, кто выиграл, а кто проиграл.

– Правда в том, что смерть Дэн Хуа все равно никогда не была моей победой. Это произошло благодаря тщательным расчетам моего Наставника. Не меня.

У Ло Фэя по спине пробежал холодок.

– И теперь, когда ты полностью контролируешь ситуацию, я должен понять что? Что ты хочешь сделать это чем-то личным – схваткой между тобой и мной?

– В точку. Я уверен, что ты чувствуешь то же самое. Представляю, как ты жаждешь мне отомстить… Ведь я прав?

Ло Фэй молчал.

– Редко кому выпадает возможность сразиться с настолько равным соперником. На самом деле сегодня я поистине наслаждаюсь жизнью.

– Ты раскусил мою ловушку в доме Хуан Цзеюаня. И сегодня уже взял надо мной верх.

– Мы квиты, – усмехнулся преступник. – Знаешь, я думал, тебе понадобится гораздо больше времени, чтобы понять, кто был моей целью… Я понадергал все эти случайные папки из архивов, но ты почти сразу положил глаз на Хуан Цзеюаня. Даже выяснил мою личность. Как тебе это удалось?

– Почему я должен тебе это говорить?

Где-то в глубине сознание Ло Фэя кольнула неприятная мысль. Почему он так затягивает разговор?

– Скажи, в чем был изъян в моем плане, и я отплачу тебе тем же, – предложил преступник. – В конце концов, только так мы сделаемся идеальными противниками.

Искушение, надо признать, было велико. Ло Фэю вспомнилось, как Юань Чжибан во время их последней встречи в ресторане «Бифанъюань» рассказывал об «эффекте сома». Он поведал, как в старину норвежские рыбаки, отплывая с уловом домой, помещали в каждый садок с сардинами по сому. Обычно сардины издыхали задолго до того, как суда добирались до гавани, но с сомом в садке они прилагали все усилия, чтобы спастись от хищника, что укрепляло их силу и выносливость, поддерживая живучесть во время долгого путешествия к берегу.

Было ясно, что преступник усматривал в Ло Фэе своего персонального «сома». Как он сказал, у них было нечто общее: оба смаковали перспективу сразиться с кем-то, равным себе по силам.

И Ло Фэй принял решение. Если в его стратегии были какие-то слабые места, ему хотелось знать, какие именно. Поэтому он сделал первый шаг и рассказал преступнику, как он выявил его личность, вначале проанализировав следы пыли в архиве, а затем сверив записи о детях, объявленных без вести пропавшими в период с 1985 по 1992 год.

– Хм… – Тот глубоко вздохнул. – Полагаю, мой визит в архив был несколько опрометчивым. Хотя, с другой стороны, мог бы кто-то в моем положении сохранять ясную голову?

Ло Фэй решил, что теперь его очередь задавать вопросы.

– Как ты узнал, что мы сегодня утром планировали засаду? Я никому не говорил, что разговаривал с Хуан Цзеюанем, и был уверен в отсутствии утечек.

– Недалеко от жилого комплекса, где проживает Хуан Цзеюань, стоит будка старьевщика. Я поговорил с парнем, который там за главного. Он рассказал, что его жена слегка двинута на чистоте. Каждый понедельник они вывозят у нее из гаража какой-нибудь хлам – мусорную почту, упаковку, журналы и газеты за прошлую неделю… Когда я спросил, замечал ли он в том гараже какие-нибудь кипы старых бумаг, старьевщик рассмеялся и сказал, что там вообще не бывает ни пятнышка.

Ло Фэй втихомолку фыркнул. Трещины в их плане преступник разглядел еще до того, как они с Лю Суном ступили в гараж Хуан Цзеюаня.

– Как ты теперь поступишь? – спросил он. – Придешь за тем стрелком, Ян Линем?

– Для меня это вопрос принципа, – мягко произнес голос в наушниках.

– Из твоих уст это заявление звучит реально опасно.

– Некоторые дела нужно доводить до конца, – произнес преступник с ноткой гордости. – Для моего Наставника это были убийства сержанта Чжэн Хаомина и Дэн Хуа. Что до меня, то мне нужно найти правду о смерти моего отца. И я сделаю это на свой лад, как бы опасно ни было это дело.

Боковым зрением Ло Фэй уловил силуэт. Он моргнул, проясняя зрение, и увидел, как Му Цзяньюнь держит вне поля камеры лист бумаги. Изображение походило на ЭКГ. Но вместо однородного рисунка волн там были длинные ровные линии, а затем – внезапные колебания. Что-то в этом изображении казалось знакомым…

Ло Фэй замер. Быть того не может.

– Что-то пришло на ум? – чутко спросил преступник.

Быстро оправившись, Ло Фэй изобразил ухмылку:

– Ты знаешь, о чем я думаю?

– Ты нервничаешь. Это я ощущаю.

– Просто какая-то клаустрофобия давит, в этих жутких «лопухах»…

Он снял громоздкую гарнитуру и положил ее на стол. Одной рукой потирая в притворном изнеможении виски, другой осторожно ощупал наушники. В ткань вокруг каждого из динамиков был вживлен маленький изогнутый кусочек металла. Сенсоры.

Эти наушники преступник превратил в импровизированный полиграф. Детектор лжи.

Пытаясь скрыть бешенство от унижения и одновременно понять, что этот новый поворот сюжета может значить для Хуан Цзеюаня, Ло Фэй медленно надел гарнитуру.

– Мне подумалось, – сказал он, – что ответ на свои вопросы ты мог бы получить и другими способами.

– То есть?

– По обычным каналам. Пускай правду о деле номер сто тридцать установит полиция.

– Полиция? Вы – те, кто скрывал правду изначально. Ты действительно думаешь, что я вам поверю? Единственный способ докопаться до сути – это использовать мои методы. Как и прежде.

– Твои «методы»? – В Ло Фэе поднялась волна гнева. – Ты действительно гордишься своими преступными приемами?

– Я наказую зло. Из-за того, что я делаю, справедливости в мире становится больше.

– Нет. Ты просто творишь иную разновидность все того же зла. Истинное правосудие совсем не похоже на твои извратные проявления. Кроме того, ты уже утратил контроль над тем, что начал.

– Что ты имеешь в виду?

– Я о наказании, которому ты подверг бедного учителя. Ты думал, что всего лишь шокировал его, что каким-то образом помог ему вернуть себе достоинство и чувство долга. Но теперь он мертв – из-за тебя.

– Этого не может быть! – воскликнул преступник, явно потрясенный. – Все, что он сделал, это отхватил себе кисть. Но «Скорая» прибыла вовремя. Кроме того, личностный прорыв, которого он достиг в результате моих действий, был куда более значительным, чем любая физическая боль, которую он перенес.

– Ты, видимо, не слышал новости? – мрачно спросил Ло Фэй. – У Иньу мертв. Он покончил с собой.

Повисло тяжелое молчание.

– Самоубийство? Но почему?

– Ты сломил его. То, что произошло в больнице, просто подтолкнуло его к краю пропасти. Послушай вот эту запись, которая циркулирует по интернету, и тебе все станет ясно.

Ло Фэй вытащил из кармана MP3-плеер, расположил динамик перед микрофоном гарнитуры и нажал кнопку воспроизведения.

Пока шло нелицеприятное интервью, он поглядел на Му Цзяньюнь. Вид у нее был разъяренный – значит, слышит впервые.

– Кто брал интервью? – прослушав всю запись, спросил преступник неживым голосом.

– Это не важно. Он не убивал У Иньу. А на верную смерть его обрек ты. – Ло Фэй усмехнулся в камеру. – Думая при этом, что делаешь для него благо.

Было слышно, как у противника участилось дыхание. Это был именно тот эффект, на который рассчитывал Ло Фэй. Но не успел он нанести еще один удар, как преступник блокировал его спокойным ответом:

– Ты ошибаешься. Боль ему причинил не я. Это было еще одно злодеяние. Ну а ты, поскольку не в состоянии наказать того репортеришку, решил переложить ответственность за смерть У Иньу на меня.

– Во всяком случае, контроль над ситуацией ты утратил. Вот почему в обществе существуют правила, следовать которым у тебя не получается. И когда ты обособляешься, тешась мыслью, что ты по-прежнему вершитель судеб, такое и происходит.

– Я-то думал, у нас приятельская беседа, – вздохнул преступник. – А эти мелкие уколы мне не нравятся. Честно говоря, я слегка разочарован. Так что не вижу смысла продолжать это.

– Скажи мне, где мальчик, – произнес Ло Фэй, возвращая разговор в прежнее русло. – Он безвинен. Информация, которой ты домогался, у тебя уже есть. Держать его в плену теперь бессмысленно.

– Я его отпущу. Но беседа еще не закончена. – Похититель внезапно хихикнул. – Не хотелось бы обойти вниманием и Му Цзяньюнь. А то обидится.

– Ты хочешь с ней поговорить?

– Да. Передай ей наушники, будь так добр.

Ло Фэя пробирала смутная тревога. Вместо того чтобы уйти со связи сейчас, когда стало очевидно, что из собеседника больше ничего не вытянуть, преступник фактически затягивал разговор, зная, что это дает полиции время отследить его местонахождение. Что он замышляет?

Встав со стула, Ло Фэй жестом позвал Му Цзяньюнь. А как только вышел из-под обзора камеры, быстро прошептал ей:

– Делайте все возможное, чтобы удержать его. Если будет о чем-то расспрашивать, подыгрывайте. Но без вранья: вы видели распечатку.

Му кивнула с хмурой сосредоточенностью и села перед камерой, вооруженная наказом Ло Фэя.

Тот взглянул на часы: 15:51. Разговор с Эвменидами длился уже почти два часа.

Зазвонил сотовый. На том конце был Цзэн Жихуа.

– Начальник Ло, – торопливо сказал он. – Мы только что нащупали еще одну точку: отель «Цзиньхуа» на улице Шуньдэ. Когда я туда позвонил, администратор сказала, что в десять утра в номере зарегистрировались молодой мужчина и мальчик. Номер соответствует имеющемуся у нас IP-адресу. Мальчик был как бы не в себе. Мужчина сказал, что приходится ему дядей и что мальчика он привез в Чэнду показать врачу. Я пробил документ, который он использовал для регистрации. Это «времянка» рабочего-мигранта, который вчера заявил о краже своего бумажника.

– Точно он, – процедил Ло Фэй. – Подожди минуту.

Он в волнении посмотрел на Му Цзяньюнь, которая сейчас разговаривала с Эвменидами. Улица Шуньдэ… Мысленно Ло Фэй попытался воссоздать карту местности – куда там! В этом городе он все еще был чужаком.

Заметив перемену в настроении начальника, к нему подошел Хуан Цзеюань.

– Что-нибудь, о чем мне следует знать? – поинтересовался он.

– Как далеко отсюда до улицы Шуньдэ? – спросил Ло Фэй.

– Минут двадцать. – Хуан Цзеюань внимательно вгляделся в лицо Ло Фэя. – Там что-то происходит?

– Эвмениды сейчас там. Вы знаете дорогу?

Хуан Цзеюань посветлел лицом:

– Еще бы! Я в этом городе, считайте, старожил… Едем, машина под боком.

Он заспешил на улицу, даже не дожидаясь, что скажет Ло Фэй. Идя за ним, тот снова прижал трубку к уху.

– Цзэн Жихуа, ты еще здесь? Когда доберетесь до отеля, оцепите все входы и выходы. В номер не входить. Я буду там минут через двадцать.

– Понял, – сказал Цзэн Жихуа. – Если кто-то из вас удерживает его на проводе, на этот раз ему не уйти.

Ло Фэй оглянулся. Му Цзяньюнь по-прежнему была поглощена разговором с Эвменидами, хотя наверняка заметила перемену в общей атмосфере. Возвращаться, чтобы махнуть рукой перед отъездом, значило лишь терять время, к тому же был риск спугнуть преступника.

Через несколько секунд ко входу подъехал Хуан Цзеюань, и Ло Фэй запрыгнул в автомобиль. Когда патрульная машина рванула с места, он набрал Инь Цзяня.

– Мы отследили местонахождение Эвменид и направляемся туда. Оцепление вокруг кафе снять. Му Цзяньюнь все еще разговаривает с Эвменидами. Присматривайте за ней и докладывайте о любом движении.

– Вас понял.



16:13

Отель «Цзиньхуа»

На выходе из машины к Ло Фэю и Хуан Цзеюаню подбежал командир Лю Сун.

– Все входы и выходы оцеплены, в том числе и окна с задней стороны отеля. Сюда мы прибыли в четыре ноль две, и можно гарантировать, что с того момента отель никто не покидал. Еще мы показали фото Дэяна персоналу на регистрации. Там уверены, что это и есть тот мальчик из двести двенадцатого номера. А мужчина хоть и носит, по всей видимости, какую-то маскировку, но его внешность в целом соответствует описанию убийцы Хань Шаохун.

– Отлично. – Ло Фэй кивнул. – С Эвменидами до сих пор на связи Му Цзяньюнь; будет неплохо, если это продлится еще немного.

– Как станем проводить задержание? – спросил Лю Сун.

– Вскрыть электронный замок несложно, – сказал Ло Фэй. – Этим займусь я. Но подстрахуемся: не исключено, что дверь заперта еще и изнутри. Действуем по моему сигналу.

Все встали на изготовку. Ло Фэй с карточкой-ключом присел возле двери на корточки. Лю Сун с еще одним офицером встали на расстоянии удара. Четверо других спецназовцев припали к стенам по обе стороны от дверного проема. В нескольких шагах замер Хуан Цзеюань.

Ло Фэй приподнял левую руку, на секунду задержал ее и пальцами дал отмашку. Едва он провел карточкой по щели и вспыхнул зеленый огонек, как Лю Сун с офицером ногами вышибли дверь, которая грохнула о стену. Полицейские с оружием наготове ворвались в номер.

Но задерживать здесь было некого.

Номер выглядел в точности как на мониторе компьютера 33. На огромной кровати сидел мальчик, связанный и с кляпом во рту. Глаза его сонно остекленели, словно он был под наркотическим дурманом.

– Дэян! – крикнул его отец с радостью, которая смешивалась с тревогой.

Он подбежал к кровати и подхватил сына на руки, нежно шепча со слезами на глазах:

– Мальчик мой… мальчик мой…

Напротив кровати стоял стол с ноутбуком. Там была запущена программа чата; в окне на мониторе виднелось лицо Му Цзяньюнь. А вот стул перед компьютером пустовал. Полицейские молниеносно обыскали ванную, шифоньер и даже пространство под кроватью: безуспешно. Лю Сун бросил на Ло Фэя унылый взгляд.

Вскоре прибыл Цзэн Жихуа. Оглядев пространство номера, он разочарованно покачал головой и произнес:

– Похоже, мы всё еще на шаг позади…

Телефон Ло Фэя загудел вибрацией: звонил Инь Цзянь.

– Преступник прервал разговор, – доложил он. – Наверное, снялся с места.

Ло Фэй изо всех сил сдерживал в себе клокочущий гнев.

– Это мне известно, – бросил он. – Мы уже в номере. Здесь сын Хуан Цзеюаня, а вот Эвменид нет. Какого черта вы не предупредили нас раньше?

– Но… он закончил разговор всего-то десять секунд назад, – растерянно сообщил Инь Цзянь.

– Что?

Ло Фэй еще раз посмотрел на компьютер. Окно чата было все так же открыто. Впечатление такое, будто Му Цзяньюнь продолжала разговор даже после того, как они вбежали в комнату.

– Я позвонил, как только здесь на компе пропал звук. Должно быть, он сорвал наушники и сделал ноги – сеанс даже не закрыт.

– Через минуту перезвоню, – закончил разговор Ло Фэй.

Он подошел к столу, с каждым шагом все больше обмирая сердцем.

– Он ушел. Причем не только что, – сообщил он остальным.

Рядом с гарнитурой на столе лежал мобильный телефон. Натянув нитриловые перчатки, Ло Фэй его взял и просмотрел журнал звонков. Последний из них закончился минутой раньше, а длился пятьдесят две минуты.

– В этой комнате его давно уже не было, – сказал Ло Фэй, показывая остальным журнал вызовов. – Час, если не больше. С нами он разговаривал через этот телефон – и отключил трубку, только когда услышал, как мы вламываемся в дверь.

– Час назад? – спросил Хуан Цзеюань, который сейчас развязывал путы на руках и ногах сына. – То есть он ушел после разговора со мной?

Ло Фэй кивнул.

Цзэн Жихуа устало сел в углу комнаты. Дикий выброс адреналина, на котором он из кафе, петляя и останавливаясь, прибыл сюда, теперь был израсходован.

– Если он уже сбежал, зачем было притворяться, что он с нами болтает? В чем цель?

– Та же, что и у нас, – отозвался Лю Сун. – Выиграть время. И мы дали ему достаточно времени. Может, даже достаточно, чтобы добраться до стрелка…

– Ян Линя? – встрепенулся Ло Фэй. – Он в безопасности?

– Я дал ему подробный инструктаж, и за ним наблюдают два моих лучших бойца. Ян, можно сказать, более чем готов. – Лю Сун вынул свой сотовый. – Я ему сообщу.

– Предчувствие у меня скверное, – неохотно поделился Ло Фэй. – Цзэн Жихуа, вы можете дать какую-то информацию о программе, которую он мониторил?

Цзэн Жихуа включил ноутбук и принялся за работу.

– Ага, понятно, – сказал он через некоторое время. – Диаграмма полиграфа целиком.

Ло Фэй наклонился, чтобы внимательней рассмотреть экран.

– Преступник показывал Хуан Цзеюаню фотографии всех бойцов спецназа, несших службу в городе восемнадцать лет назад. Заставлял его просмотреть их одну за одной. Должно быть, он был еще в номере, когда делал это. Нужно, чтобы вы сопоставили фотоснимки с полиграммой по хронометражу. – Он указал на несколько пиков в таблице полиграфа. Каждый из них был снабжен временно́й меткой.

– Слушаюсь, начальник Ло. – Цзэн Жихуа открыл папку с файлами изображений и начал проверять, когда они были открыты в последний раз.

Один из них привлек внимание Ло Фэя.

– Стоп! – скомандовал он. – Хуан Цзеюань, идите сюда. – Выделил фотографию худого мужчины с удивительно сияющими глазами. – Это он? Тот самый стрелок?

– Да, – ответил Хуан Цзеюань, приоткрыв рот от удивления. – Но откуда вам известно?.. Только полицейские на месте преступления знали об этом.

– Это не важно, – сказал Ло Фэй. – Важно, что если знаю я, то и Эвмениды тоже.