— Я даже не сомневаюсь. А как насчет будущего? Что будет с нами, со всем этим?

Я держала его за руки, прижимая к себе.

— С каких это пор тебя волнуют сложности или будущее?

— Меня? Вообще не волнуют, — он подумал. — Во всяком случае, пока ты со мной, мне не о чем волноваться. Но я знаю, что тебе нравится волноваться о подобных вещах.

— Я бы не сказала, что мне это нравится, — поправила я.

Легкий ветерок растрепал его волосы, и я еле сдержала себя, чтобы не поправить их. Если бы я это сделала, я не сомневаюсь, что мы бы снова начали целоваться, но я полагала, какое-то время мне нужно оставаться сосредоточенной и отвечать на его вопросы.

— Убежим к Хранителям? — предложил он.

— Конечно нет, — фыркнула я. — Это трусливо и по-детски. И ты не смог бы жить без геля для укладки — хотя возможно тебе понравился бы их самогон.

— Тогда что мы будем делать?

— Мы будем все держать в секрете.

Он усмехнулся.

— А это не трусливо?

— Это захватывающе и дерзко, — сказала я. — Мужественно и храбро, даже. Я так поняла, тебя это очень интересует.

— Сейдж, — рассмеялся он. — Меня можно заинтересовать чем угодно, пока ты со мной. Но будет ли этого достаточно? Я не настолько слеп, чтобы не осознавать последствия. Я понимаю, как это опасно для тебя, особенно если алхимики что-то заподозрят. И я знаю, что ты по-прежнему беспокоишься, что Джилл видит нас.

Точно. Джилл. Джилл, которая, вероятно, была свидетелем всего этого прямо сейчас, независимо от своего желания. Была ли она за него рада? Была ли она счастлива за нашу любовь? Или это мучительно для нее и доставляет неудобства?

— Втроём мы с этим справимся, — сказала я, наконец. Я не могла больше думать об этом сейчас, или я бы, наверное, поддалась панике. — А что касается алхимиков…мы просто должны быть осторожны. Они не следят за мною повсюду, тем более я и так провожу с тобой половину моего времени, — я надеялась, этого было достаточно. Должно было быть достаточным.

А потом мы поцеловались снова. Это было неизбежно, особенно здесь, где мы были вдвоем, вдалеке от реального мира и нашей обычной жизни. Обстановка была идеальной. Он был идеальным, но одновременно и самым неидеальным человеком, которого я знала. И, честно говоря, мы слишком много времени потратили впустую на сомнения и игры. Был один плюс в том, что твоя жизнь вечно находилась в опасности: ты понимаешь, что лучше не тратить ее впустую. Даже Маркус признал это.

Адриан и я провели весь день на Вилле, почти всё это время целуясь в саду, хотя я всё-таки убедила его просмотреть некоторые артефакты внутри. Может быть, я и была влюблена, но, в конце концов, продолжала оставаться собой. Завершив, наконец, наш вечер, мы поужинали фондю в ресторане на пляже, и долгое время сидели там, прижавшись кдруг другу и наблюдая за блеском прибывающей луны на берегу океана.

Я увлеченно наблюдала, как разбиваются волны, когда почувствовала легкое прикосновение губ Адриана на своей щеке.

— Как там дракон?

Я приняла самый строгий вид.

— Вообще-то у него есть имя.

Адриан отстранился, одаривая меня любопытным взглядом.

— Я и не знал. Ну и какое ты выбрала?

— Хоппер, — когда Адриан рассмеялся, я добавила. — Лучший кролик на свете. Он бы гордился, если бы узнал, что его имя передали по наследству.

— Да, не сомневаюсь. Мустангу ты тоже придумала имя?

— Наверно ты имеешь в виду Ивашкинатора.

Он уставился на меня в изумлении.

— Я тебе говорил, что люблю тебя, да?

— Да, — заверила я его. — Много раз.

— Хорошо, — Адриан сильнее прижал меня к себе. — Просто уточняю, мисс \"Я-Быстро-Учусь\".

Я застонала.

— У меня не получиться замять это, да?

— Замять? Чёрт, я буду настаивать, чтобы ты придерживалась этой мысли.

Я подозревала, что машину Маркуса украли, поэтому мы оставили её в Малибу. Адриан отвез меня в общежитие и поцеловал меня на прощание, пообещав первым делом позвонить мне с утра. Трудно было отпускать его, хоть я и знала, что глупо думать, что я не смогу без него двенадцать часов. Идя в общежитие, я пританцовывала на ходу. Мои губы всё еще горели от его поцелуев.

Я знала, что пытаться встречаться с ним — сумасшествие. А это только начало. Это будет так опасно, что эйфория, в которой я пребывала, потускнела, на меня навалилась суровая реальность. Я неплохо сыграла, пытаясь своими словами ослабить его страхи, но я знала правду. Пытаться выяснить тайны Алхимиков будет довольно трудно, и моя татуировка еще не была безопасной. Происходящее между мной и Адрианом только накаляло атмосферу, но это был один из тех рисков, на который я с радостью согласилась.

— Мисс Мелроуз.

Холодный голос миссис Вэзерс вернул меня обратно в реальность. Я остановилась посреди коридора в общежитии, посмотрела на нее. Она встала из-за стола и подошла.

— Да, мэм?

— Уже полночь.

Я посмотрела на часы, и с удивлением обнаружила, что она права.

— Да, мэм.

— Несмотря на то, что сейчас зимние каникулы, вы по-прежнему зарегистрированы в общежитии до завтрашнего дня, значит вы всё ещё должны подчиняться правилам. Вы опоздали на комендантский час.

Единственное, что я могла сделать, так это констатировать очевидное.

— Да, это так, мэм.

Миссис Вэзерс ждала, как будто надеялась, что я скажу ещё что-то.

— Были ли вы… выполняли ли вы поручение для миссис Тервилигер? — На её лице отразилось почти комичное отчаяние. — Я не получала её уведомлений, но я думаю, что она может задним числом исправить ситуацию.

Тогда я поняла, что миссис Вэзерс не хочет, чтобы у меня были неприятности. Она надеялась, что у меня были основания для нарушения правил, почему бы я могла избежать наказания. Я знала, что могла бы солгать и сказать, что помогала миссис Тервилигер. Я знала даже, что миссис Тервилигер поддержала бы меня. Но я не могла этого сделать. Казалось неправильным, запятнать мой день с Адрианом ложью. И к тому же, я действительно нарушила правила.

— Нет, — сказала я миссис Вэзерс. — Я не была с ней. Я просто…гуляла.

Миссис Вэзерс ждала еще несколько минут, а затем закусила губу.

— Ну, хорошо. Вы знаете правила. Вам придется находиться под домашним арестом до начала занятий.

Я кивнула.

— Да, мэм. Я понимаю.

Она смотрела так, как будто все еще надеялась, что я смогу исправить ситуацию. Мне было нечего ей предложить, я развернулась и пошла прочь.

— Ой, чуть не забыла, — позвала она меня. — Я была так удивлена этим… нарушением. — Она вновь стала суровым комендантом общежития, которого я знала. — Пожалуйста, сообщи мне, останется ли твоя кузина с тобой в комнате или она нуждается в собственной.

Я удивленно заморгала.

— Почему Ангелина должна жить со мной?

— Не она. Твоя другая кузина.

Я начала было говорить, что у меня нет другой двоюродной сестры, но некий предостерегающий голос внутри меня сказал мне не отрицать, а подтвердить её слова. Я понятия не имела, что происходит, но все мои опасения говорили мне, что что-то определённо происходит. Как бы то ни было, я должна рассматривать все варианты.

— У нее были все необходимые документы, — объяснила миссис Вэзерс. — Так что я направила ее в вашу комнату, так как это только на ночь.

Я сглотнула.

— Я понимаю. Могу ли я, эмм, дать вам знать после каникул?

— Определенно. — После момента колебаний, она добавила. — И мы также обсудим ваше наказание.

— Да, мэм. — сказал я.

Я поднялась наверх, с чувством страха в животе.

Кто еще ждал меня в моей комнате? Кто в этом мире еще был частью моей так называемой \"семьи\"?

Как оказалось, это оказался кое-кто из моей настоящей семьи.

Когда я открыла дверь, то обнаружила, что Зои сидела на моей кровати. Она просияла, когда увидела меня, и спрыгнула с кровати, чтобы крепко меня обнять.

— Сидни! — воскликнула она. — Я так беспокоилась, что ты вообще не вернёшься этой ночью.

— Конечно же, я вернулась, — сказала я сухо. Я была так потрясена, что едва могла ответить на её объятия. — Что ты здесь делаешь?

Она отстранилась и взглянула на меня, широко улыбнувшись. В ней не было ни капли гнева, не было даже той настороженности, как в Сент-Луисе. Она была полна радости, была счастлива меня видеть. Я не знаю, почему она была здесь, но во мне зародилась надежда, что мы, наконец, помирились.

Пока она не заговорила.

— Они поручили мне задание! Меня назначили сюда, — она повернулась лицом, показывая мне татуировку золотой лилии на своей щеке. Мое сердце чуть не остановилось. — Теперь я официально стала алхимиком. Ну, младшим. Мне многому нужно научиться, поэтому они решили, что будет лучше, если я буду рядом с тобой.

— Я понимаю, — сказала я. Комната закружилась. Зоя. Зоя была здесь, и она была тем алхимиком, который должен остаться со мной.

Ее восторженное выражение лица стало озадаченным.

— Ты, я предполагаю, поговорила со Стэнтон о том, что нуждаешься в дополнительном алхимике? Наверное, тяжело находится вокруг стольких мороев в одиночку?

Я попыталась улыбнуться, но не смогла.

— Что-то вроде этого.

Я призвала Стэнтон к действиям, что она и сделала… И это было совсем не то, что я ожидала.

Энтузиазм Зои вернулся.

— Ну, сейчас ты не будешь одинока. Я здесь, с тобой, хотя ты, наверное, и не нуждаешься во мне. Ведь ты никогда не попадаешь в неприятности. — О, конечно, нет, просто у меня роман с вампиром, я на грани вступления в шабаш ведьм и расследую тайну, о которой не должна была и предполагать. Вообще никаких неприятностей.

Как я смогу в этом мире всё скрывать от неё?

Зои снова обняла меня.

— О, Сидни! Это будет здорово, — сказала она. — Мы все время будем вместе!