Молли увидела, как он вытащил из кармана серебряный механизм и показал его махарадже. Казалось, он о чем-то умолял.

— Что случилось, Закья? Надеюсь, что-то важное? Очень важное. — Вакт угрожающе уставился на слугу желтыми кошачьими глазами. — Следовало ожидать этого от тебя, бездарь! — заворчал он после объяснения. — Чинить надо не механизм, а твои мозги. Не понимаю, почему я тебя терплю столько времени. — Тут, словно в нем сорвалась какая-то пружина, махараджа внезапно заорал: — ТЕБЯ СЛЕДУЕТ УНИЧТОЖИТЬ, ПРИЧЕМ НЕМЕДЛЕННО, ТЫ, ЖАЛКОЕ, БЕССМЫСЛЕННОЕ ПОДОБИЕ ЧЕЛОВЕКА!

Крик эхом разнесся по площадке и повис в воздухе. Смолкли барабаны, и жрецы склонились так низко, что стали похожи на прикрытые тряпьем бугры. Толпа испуганно замерла. Четыре стражника, наоборот, пришли в движение и с металлическим звяканьем выхватили сабли из ножен.

Закья лихорадочно пытался оценить степень ярости своего господина и не мог до конца поверить, что его сейчас убьют. Неужели это конец? Но тут Вакт отвернулся от него и начал бормотать себе под нос. Закья облегченно выдохнул.

— Умная она, эта Молли Мун, — сообщил сам себе Вакт, против воли восхищаясь талантливой юной гипнотизершей. — Догадалась выследить меня по собственным воспоминаниям Ха! А с ней приятно иметь дело. Ну, пусть побегает, погоняется. Люблю рыботу и охалку. — Он шагнул к десяти-, шести- и трехлетней Молли и прошипел: — С этого момента вы не будете помнить ничего из того, что происходит с вами в Индии, пока я этого не позволю.

Махараджа самодовольно захихикал.

— Понимаешь, — бросил он стоящему позади него Закье, — теперь я буду играть со сбежавшей Молли, как с морликом, который бежит за болтающейся перед его носом осковкой. Захочу — подскажу, где я есть; не захочу — не подскажу. Могу сделать так, что одна из этих трех девчонок что-нибудь запомнит, и воспоминание поможет Молли понять, где я нахожусь. Но могу сделать и так, что они не запомнят ничего, и тогда Молли не будет знать, где я. Ха! Ха-ха-ха! Она будет следовать специально оставленным мной подсказкам. Вот повеселимся-то!

В детстве Вакту было не с кем играть. И сейчас он напоминал гигантского, чудовищно избалованного ребенка, который придумывал нечестные правила игры, поскольку хотел обязательно выиграть.

Молли и Оджас напрягались, пытаясь разобрать, что говорит Вакт. Но вдруг из-за колонны позади них раздался стон.

Глава двадцатая

Обернувшись, Молли увидела небольшого человечка в замусоленной синей рубахе, который сидел на земле, скрестив ноги. Рядом стоял кувшин с водой. На шее у мужчины болталось жемчужное ожерелье, а щиколотки обвивали браслеты с драгоценными камнями. Молли сразу же догадалась, кто это такой, — уж слишком он был похож на махараджу Красного Форта. Наверняка правитель Янтарного Форта.

Вид у человечка был такой скрюченный, словно он сидел здесь, не вставая, много лет. Его борода уже касалась колен, а грязные седые волосы спадали на плечи серой паклей.

— Здрасьте, — начала было Молли.

Человечек так внимательно изучал стену перед собой, будто следил за яйцом, из которого с минуты на минуту должен был вылупиться цыпленок. Оджас, сложив ладони перед лицом, опустился на колени и поклонился старику.

— Это махараджа Джайпура. Я видел его портрет в Дели. Три года назад всем объявили, что он был убит на охоте горным львом. А он, оказывается, всё это время сидел здесь, увешанный драгоценностями, но в грязной одежде! — Мальчик содрогнулся. — У Вакта кусок льда вместо сердца. Ты можешь как-то помочь махарадже?

Молли, взяв старика за руки, покачала головой.

— Пока нет. Вакт запечатал свой гипноз кодовой фразой. Скорее всего, он сделал это, заморозив время или перескочив немного вперед или назад. Зная кодовую фразу, я смогла бы снять гипноз, но попробуй догадайся.

— А ты могла бы вернуться в тот момент, когда Вакт загипнотизировал махараджу, и подслушать эту фразу? — поинтересовался Оджас, задумчиво склонив голову набок.

Идея казалась настолько простой, что Молли даже оторопела. Если гигант ввел старичка в транс именно здесь, то, наверное, это было возможно.

— Беда в том, — шепнула она Оджасу, — что от каждого путешествия во времени моя кожа всё больше покрывается морщинами…

— Понятно. Ой, да, это неприятно. — Оджас осмотрел сухую кожу вокруг уха Молли.

— Я совсем не хочу, чтобы у меня лицо стало такое же, как у Вакта и… — Молли поглядела на бедного старичка и запнулась. — Ну ладно, попытаюсь, — со вздохом договорила она.

Девочка подошла к красным гобеленам на стене и откинула один из них. Оставалось только надеяться, что они висели здесь всегда.

— Никуда не уходи, — велела она Оджасу. — Я вернусь через пару секунд.

— Правда?

— Ну, может, я не сумею попасть точно в этот момент, так что слушай внимательно — вдруг кто-то придет. Если меня долго не будет, тоже спрячься за этой тряпкой, ладно?

Оджас кивнул, и Молли скрылась за гобеленом. Она сжала зеленый кристалл и, сделав несколько глубоких, сосредоточенных вздохов, провалилась во временной поток, овеваемый ветрами. Стремительно проносясь сквозь дни и месяцы, Молли пыталась мысленно нащупать нужный ей момент, который прошел три года назад. Она притормозила и выглянула из-за гобелена. В комнате было пусто. Видимо, проскочила дальше, чем нужно. Молли решила продвигаться вперед как можно медленнее — оставаясь невидимой, но так, чтобы не пропустить, когда в комнате появится махараджа Джайпура и вместе с ним — гипнотизирующий его Вакт. Молли сжала красный кристалл.

Вокруг мелькали, сменяя друг друга, день и ночь. Молли замедлила движение — на полу, скрестив ноги, сидел человек. Снова мимо — ей ведь надо было увидеть, как он входит в комнату! Медленно, очень медленно, она поползла назад во времени — и сквозь туманную дымку увидела гиганта, входящего в комнату задом наперед, как в фильме, стоящем на обратной перемотке. Это происходило потому, что она сама двигалась во времени назад. Махараджа Джайпура походил по комнате спиной вперед и уселся на пол, а потом вышел из комнаты задом наперед вместе с Вактом. Молли остановилась. Дымка рассеялась. Девочка замерла за гобеленом.

Тут послышались тяжелые шаги — по ступеням поднимался раздраженный теснотой Вакт. Через мгновение он ввалился в комнату, волоча за собой махараджу. Молли затаила дыхание, приникнув глазом к дырочке в гобелене. Она заметила, что при Вакте по-прежнему был пистолет.

— Отныне ты в моей власти, — заявил великан зачарованному махарадже. Он окал в одной руке красный кристалл, а другую положил старику на плечо.

Вакт собирался перенести махараджу вперед, догадалась Молли, и произнести кодовую фразу во временном потоке. Девочка, не раздумывая, схватилась за красный кристалл.

Молли мысленно настроила «антенну», чтобы не потерять Вакта. Это было похоже на преследование в полной темноте.

Вакт и махараджа оставались на том же самом месте, при этом медленно плывя вперед сквозь время, а Молли следовала за ними, стоя за гобеленом и подглядывая в дырочку. Она прекрасно различала их силуэты, хотя очертания комнаты расплывались в постоянно меняющемся освещении: утро-день-вечер-ночь. Молли, расслабившись, подчинилась голосу собственной интуиции. Главное не отстать, тогда она услышит кодовую фразу. Иногда до нее долетали обрывки слов, но, стоило чуть отдалиться во времени, как звук пропадал. Это было немного похоже на телефонный разговор с плохой связью, где часть слов не доходит.

— Ты останешься… в моей… пока… А теперь… кодовым словом… «ВАП»… повторяю… «ЛИН»… «ВАФ»…

Вакт вдруг остановился во времени, и Молли проскочила мимо него. Но ей больше и не надо было преследовать гиганта. Настроив «антенну», она поискала момент, в котором оставила Оджаса. Наконец девочка открыла глаза и выглянула из-за гобелена.

— Долго меня не было?

— Всего пару минут! — Оджас был потрясен.

Потом он всмотрелся в ее лицо. По тому, как мальчишка вытаращил глаза, Молли поняла, что состояние кожи у нее сильно ухудшилось.

— Всё точно, как в аптеке, — сказала она, сделав вид, что не заметила его испуганного взгляда.

Тем временем Церемония кристального источника подходила к концу. Старики в балахонах стояли на коленях, хлопая друг друга по спинам длинными зелеными перьями.

Молли подбежала к старому махарадже и схватила его за руку. Она сжала красный кристалл и вошла во временной поток вместе со старичком — по ее мнению, код можно было снять только в том же состоянии, в каком его наложили.

— Отныне ты свободен. Ты вышел из гипнотической зависимости от Вакта. Я освобождаю тебя словами: «ВАП»… «ЛИН»… — Ничего не изменилось. — Словами: «ВАП»… «ВАФ»…

Молли еле ползла сквозь время, напряженно соображая. Видимо, она что-то не расслышала или расслышала не так. Может быть, Вакт сказал «ВАФЛИ»?

— «ВАФЛИ»! — произнесла она. — «ДЛИННЫЕ ВАФЛИ»!.. «ВОПЛИ»… «ЛИНЗЫ»…

По-прежнему ничего не происходило. Молли сдалась. Придется помочь махарадже Джайпура потом. А сейчас ей нужно собраться с силами. Она вернулась к Оджасу.

— Ну как? — тревожно спросил он.

— Не получается.

Оджас грустно покачал головой.

— Не расстраивайся. Ты сделала, что могла. Но сейчас нам нужно скорее возвращаться к повозке. Смотри, церемония уже закончилась.

Площадка действительно была пуста,

Молли ласково коснулась щеки махараджи. Оджас похлопал рукой по его ноге с браслетом.

— Держитесь, — твердо сказала Молли. — Мы обязательно вернемся и освободим вас. И одолеем Вакта, поверьте. Не такой уж он непобедимый. Мы его застанем врасплох.

Махараджа в ответ замигал и шмыгнул носом — хотелось бы верить, что он ее услышал. Молли понимала, что подбадривала не столько старичка, сколько саму себя. В глубине души она была так же уверена в себе, как мышонок в когтях ястреба,

А потом они с Оджасом кинулись бежать вниз по крутой лестнице, выскользнули через дверь наружу…

К их ужасу, повозка исчезла.

Глава двадцать первая

У Молли всё внутри перевернулось. Неужели Рокки, Петульку и Леса обнаружили? Она в отчаянии уставилась в розовое предзакатное небо, словно ожидая увидеть там ответ на свой вопрос.

— Э-эй.

Тут Молли с облегчением заметила коричневое лицо Рокки, возникшее над ступенями, которые вели куда-то вниз, под дворец. Молли и Оджас подскочили к ступеням.

— Что вы видели? — спросил Рокки. Молли подхватила на руки радостно кинувшуюся к ней Петульку и прижала ее к груди.

— Вакт устроил какую-то странную церемонию. Мы нашли человека, которому на самом деле принадлежит этот дворец. Я попыталась помочь ему, но ничего не вышло. А вы как?

— Пришли слуги, которые работают на кухне, и стали расспрашивать хозяина повозки. Потом свалили на повозку кучу мусора и велели вывезти всё это из дворца. Загипнотизировать я их не мог, я же не говорю на хинди. Оставалось только выскочить по-тихому.

— Ну и вонючий же этот мусор, подруга, — вставил Лес, вытряхивая из волос зеленые очистки. — У меня теперь от дредов несет какой-то гадостью.

Петулька вскинула голову, принюхиваясь. Оджас повторил ее движение.

— Замечательный запах, — сообщил он с таки видом, словно попробовал вкуснейший суп.

— Ага, если ты любишь тухлую капусту.

— Да нет, я не об этом, совсем другой запах! Просто чудесный. Неужели вы не чувствуете? Это же слоны!

Издали доносился рокот барабанов. Молли ощутила, что младенец, измученный странными приключениями, наконец заснул. Но почему-то до нее не доходили воспоминания от десяти-, шести- и трехлетней Молли о том, что происходило на церемонии. Непонятно, почему?

— Смотрите! — Оджас указал на темневшие впереди ступени. — Это задние ворота слоновника.

Он устремился на запах слонов, как голодный человек идет на аромат жареного лука. Остальные, услыхав приближающиеся голоса, поспешили за ним.

— Там, где слоны, всегда есть надежда, — сообщил Оджас

— Там, где слоны, всегда есть навоз, — пробормотал Рокки себе под нос

Тяжелый, резкий запах слонов становился всё сильнее, и вот уже друзья тихо подняли брус, запиравший ворота слоновника.

Перед ними раскинулось просторное полутемное помещение с мощеным полом и двенадцатью высокими мраморными стенами, разделяющими стойла — по шесть с каждой стороны. Широкий проход между стойлами был засыпан сеном, прикрывающим сильно потертый мрамор. Молли спустила Петульку на пол.

— Далеко не убегай, — шепнула она. Слоновник был пуст. Вход в каждое стойло венчался каменной аркой с резным изображением слоновьей головы. У входа стояла небольшая колонна с медной табличкой, на которой было написано имя обитателя стойла.

— Ах, какой чудесный слоновник! — восхищенно вздохнул Оджас. — Отец мне о нем рассказывал.

Мальчик пошел по проходу. Лицо его стало грустным и задумчивым — он невольно вспомнил о счастливых временах, когда ухаживал за слонами вместе с отцом, еще живым и здоровым.

Молли, следуя за ним, заглядывала в стойла — везде в полы были вделаны толстые железные кольца. У дальней стены стояли корыта с водой и корзины для разных слоновьих лакомств вроде бананов и манго. Полы были устланы сеном, а сверху были навалены охапки зелени и ветки деревьев, с которых слоны объедали листья. Петулька зачарованно впитывала в себя новые необычные ароматы.

Молли беспокойно оглянулась, опасаясь, что кто-нибудь войдет. В противоположном конце слоновника виднелась полуоткрытая дверь. Сквозь большие незастекленные окна лился мягкий свет. Друзья направились к окну, но в этот момент неподалеку послышалось похрапывание. Все дружно нырнули за колонну.

Молли чуть слышно свистнула Петульке и подала знак Оджасу. Кивнув на стену, она бросила вопросительный взгляд на мальчика, как бы спрашивая, кто это может быть. Оджас склонил голову набок, прислушиваясь.

— Это стражник? — шепнула Молли.

— Разве ты боишься стражников? Оджас улыбнулся

Он беззвучно прошел вперед и заглянул в следующее стоило. Потом вернулся назад и, ухмыляясь во весь рот, поманил за собой остальных,

В соседнем стойле их ожидала восхитительная картина — гигантский слоновий зад, разрисованный так, будто на нем надеты яркие цветастые штаны. А поскольку кожа у слонов на заду очень складчатая, казалось, что штаны великоваты и потому слегка сползают. Навалившись одним плечом на стену стойла, слон кокетливо скрестил задние ноги — с браслетами на щиколотках. Сквозь браслеты была продета цепь, привязанная к кольцу в полу. На спину слона было наброшено красное стеганое одеяло, а сверху, на мягкой подкладке из мешковины, набитой соломой, стояла хоуда — паланкин, в который сажают пассажиров, — сильно смахивающая на большую коробку без крышки, но с небольшим навесом. Всё это сооружение было привязано к слоновьей спине обычной веревкой.

— Ее зовут Амрит, — сообщил Оджас, прочитав табличку.

— А это что за придурок? — поинтересовался Лес

— При… кто? — не понял Оджас

— Вот этот, на полу?

— А, этот придурок — ее погонщик, но он спит, потому что слишком много выпил.

— То есть он пьяный? — уточнила Молли.

— Ага, наклюкался — будь здоров, — рассмеялся Оджас, покачав головой.

Худой смуглый мужчина, растянувшийся у ног Амрит, крепко спал, приоткрыв рот и негромко похрапывая. Большая черная муха стремительно залетела ему в рот, но тут же вылетела обратно. Оджас укоризненно поцокал языком.

— Подобным людям нельзя доверять уход за такими чудесными существами.

— А слон тоже спит? — спросила Молли.

Словно отвечая на вопрос, слониха выпрямилась, встала на все четыре ноги и запустила хобот в корзину с лакомствами. Через мгновение из стойла вылетела банановая кожура и шмякнулась Лесу на голову.

— Эй, что я такого сделал? — возмутился тот. Оджас засмеялся. Потом осторожно обошел Амрит сбоку и встал прямо возле ее бивней с серебряными наконечниками. Он издал какие-то особые звуки, поцокал языком, погладил слониху по серому плечу.

— Хорошая девочка. — В ответ слониха ощупала розовым кончиком хобота лицо и голову Оджаса, Он потрогал уголок нарядной шапочки, спускающейся узким концом на хобот. — Она должна была отправиться в путь вместе с остальными слонами. Этот махут испортил ей весь день. Давайте заберем ее с собой?

— Заберем? Мы? — поразилась Молли.

— Да, приручим ее с полпинка, как вы говорите.

— Я так не говорю, — быстро вставил Рокки. — Я говорю «играючи».

— Значит, играючи. В переводе с хинди «Амрит» означает «божественный напиток», «нектар». Нектар — сладкий. Скорее всего, у нее очень покладистый характер. Я с ней легко справлюсь.

— Дружище, это круто, как слоновья спина! — воскликнул Лес, довольный собственным каламбуром. — Но выдержит ли эта дама нас всех?

— Конечно, она спокойно могла бы прихватить еще двоих. — Оджас, опустившись на солому, ловко распутывал цепь. — Но надо догнать остальных слонов. — Он поднял с пола длинный жезл с двумя острыми крючками на конце. — Это анк, им погоняют слонов. Не беспокойтесь, он только с виду страшный. Для слона укол такой штукой — всё равно, что для человека укол маленькой вилочкой. Обычно достаточно слегка коснуться им шкуры, чтобы слон послушался тебя, но иногда приходится ткнуть посильнее. Плохо выдрессированные слоны могут быть очень опасны, поэтому важно постоянно держать их под контролем.

Оджас снял с махута форменную чалму и намотал сверху на свою собственную. Погонщик почмокал губами и, свернувшись калачиком, продолжал спать.

— Оджас прав, — сказала Молли. — Нам надо догнать остальных слонов. Ведь их нарядили специально для Вакта. Значит, эти слоны приведут нас прямо к нему. И никто не обратит на нас внимания, потому что мы едем на таком же слоне.

Оджас снял с крючка на стене куртку пьяницы.

— Звучит разумно, — согласился Рокки.

Оджас начал понемногу подталкивать слониху в грудь, так что она, пятясь спиной, вышла из стойла и очутилась возле камня, с которого можно было забраться к ней на спину.

— А что еще вам остается? — сказал Оджас друзьям — Можно двигаться во времени вперед и назад, но рано или поздно всё равно придется сойтись с Вактом лицом к лицу. И ты должна будешь убить ею, Молли. Ты это понимаешь?

Молли похолодела. Она стояла на сене в пахучем слоновнике и смотрела, как Оджас подталкивает Амрит. Смотрела так, словно он ничего не говорил только что. Но на самом деле она была сражена наповал.

Конечно, смутная мысль о том, что убийство Вакта — единственный выход из создавшегося положения, приходила ей в голову. Но мысль эта была настолько ужасна, что Молли делала вид, будто она не приходила. Она не убийца. Она на это не способна. И как ей жить дальше после того, как она убьет человека? Но, с другой стороны, если не убьет она, прикончат ее.

Когда Молли немного пришла в себя, Рокки и Лес уже сидели на Амрит. Девочка мрачно подхватила Петульку и тоже забралась в хоуду. Внутри у нее бушевал вихрь мыслей и чувств.

Оджас уселся Амрит на шею и свесил ноги ей за уши. Остальные завернулись в королевские покрывала, устраиваясь в хоуде поудобнее. Сверху их прикрывал навес. Оджас зажмурился и вознес молитву Ганеше, богу с головой слона. Он попросил послать им удачу в пути, одновременно вспоминая последние слова отца:

«Я всегда буду рядом, чтобы присматривать за тобой, Оджас. Верь в себя и помни, что я буду любить тебя вечно».

Мальчик сморгнул слезы и прищелкнул языком. Услышав окрик нового хозяина: «Агит! Агит!» — Амрит вышла из загона

Глава двадцать вторая

Слониха величественно шествовала вниз по холму из внутреннего двора во внешний. С ее спины было видно всё на свете. Вокруг ходили солдаты, двое из них развлекались, швыряя друг в друга пакетики с краской, — наверное, радовались, что Вакт уехал, и теперь можно расслабиться. Дворцовые слуги суетились, готовясь к вечеру, а за высокими стенами раскинулся экзотический пейзаж.

Оджас восседал на крепкой шее Амрит, которая шла, помахивая ушами. Уши слонихи были покрыты розовыми крапинами и оттого казались гораздо мягче остальных, серых, частей тела. Прикоснувшись к морщинистой шкуре, Молли обнаружила, что та покрыта жесткими черными волосами.

В индуистском храме жгли благовония, изнутри доносилось пение молящихся. Амрит спокойно миновала арки, выстроенные с учетом того, что под ними будут проходить слоны, и зашагала дальше по мощеному склону.

Прямо под ними блестел в вечернем свете прямоугольник искусственного пруда Вдали маячила слоновья процессия, с которой ехал Вакт. Перед каждым слоном слуга нес зажженный факел, так что издали это выглядело как цепочка волшебных летящих огней.

Молли разобрала, что на самом крупном слоне — третьем по счету — возвышалась самая большая хоуда. Видимо, в ней и ехал Вакт.

— Рокки, — тревожно зашептала Молли, — ко мне не приходят воспоминания о том, как я путешествовала на слоне в десять или в шесть лет. Правда, странно? Такие вещи человек запоминает на всю жизнь. Так почему же я не помню? Может, Вакт бросил остальных меня во дворце?

— Если бы он так поступил, — логично ответил Рокки, — ты бы запомнила, что осталась во дворце. — Он ненадолго задумался. — Мне кажется, что Вакт специально блокировал твои воспоминания, чтобы ты не знала, где его искать.

Молли прикрыла глаза.

— Скорее всего, ты прав. — Она вздохнула, поняв, что ситуация еще больше запуталась.

Амрит неторопливо ступила на основную дорогу, следуя за другими слонами. Путешествие было долгим. Убаюканная мерным покачиванием и позвякиванием браслетов на ногах слонихи, Молли задремала.

Она проснулась от того, что на нее светила полная луна. Выпрямившись, Молли потерла плечи и подвинула Петульку, придавившую ей ногу. Слониха шла по усаженной деревьями дороге по направлению к зданиям, полускрытым тополями.

— Где Вакт, Оджас?

— Не волнуйся, — отвечал мальчишка, мягко постукивая пятками по шкуре Амрит. — Видишь огни вон там, внизу? Это Вакт. Кажется, он устроил новую церемонию. Мы сейчас находимся около Джайпурской обсерватории. Она была построена очень мудрым правителем, который желал знать расстояние от Земли до Солнца и звезд. Другую такую же обсерваторию он приказал выстроить в Дели. Я ее видел. Это очень необычное и красивое место. Когда Амрит подойдет поближе, спустись вниз. Кстати, в обсерватории много уголков, где можно спрятаться. Какие у тебя планы?

Молли задумалась.

— Постараюсь стащить у Вакта кристаллы. Весь мешок. Может, сумею подобраться поближе и спасти остальных себя.

— Правильно. У тебя всё получится, Молли. Сейчас темно, и ты одета как индианка, Вакт тебя не ожидает — он занят своей странной церемонией.

— Значит, ты никогда раньше не видел такого обряда с этими жуткими стариками в фиолетовом? — спросила Молли.

— Нет, чего не видел, того не видел! — засмеялся Оджас.

— Что же это за религия, в которой такие ритуалы? — зашевелился Рокки.

— Может, какая-то новая? Придуманная Вактом? Не знаю, Рокки. — Оджас снова рассмеялся.

Но Молли было не до смеха. Кто знает, в какие силы верит Вакт? Нет, ей это совсем не нравилось.

Амрит продолжала идти вперед, и вскоре стали видны окрестности обсерватории. Это было чем-то похоже на детскую игровую площадку для великанов: гигантские лестницы, которые, казалось, вели на горку — только самих горок не было. Наверху самой высокой лестницы была сделана крыша. Еще был какой-то странный гигантский крендель — тоже со ступеньками. Молли заметила, что все слоны сбились в кучу; махуты отдыхали прямо на них, вытянув ноги у них на головах. Но «пассажиров» не было.

Рокки, приподнявшись, увидел жрецов в фиолетовых одеждах, стоящих вокруг костра. Огонь освещал их призрачные лица. В ночи пульсировала дробь барабанов.

— Я не отпущу тебя одну, — сказал Рокки, снова садясь.

Молли ответила улыбкой, и вскоре оба тихо сползли со слонихи на землю.

— Мы вернемся раньше, чем вы скажете: «карри из фиолетовых жрецов».

— М-м, должно быть вкусно, — пробормотал во сне Лес

— Оджас, если с нами что-нибудь случится, ты присмотришь за Лесом и Петулькой?

Оджас посмотрел на спящего лохматого дядьку и поморщился. Потом перевел взгляд на Петульку — и кивнул.

Молли и Рокки неслышно проскользнули в ворота обсерватории.



Петулька смотрела им вслед — ей не нравилось, что они уходят. Во-первых, она чуяла гиганта и старичка-похитителя. Во-вторых, что-то было не так… В воздухе веяло смутной угрозой. За острым запахом слонов и дымом костра, за обычными запахами простых людей, за ароматом пряностей, еды и цветов Петулька чувствовала запах сильнейшего страха. Он исходил от козы. И Петульку это настораживало.



Молли уже приходилось как-то сидеть летней ночью у костра — ей тогда было семь лет, — и в первый момент она вспомнила именно об этом. Вот только сейчас в руках у людей были не зажигалки, а факелы, и вместо салюта в небе висела полная молочно-белая луна. Молли и Рокки быстро прошли сквозь толпу, мимо слонов, мимо странной лестницы и спрятались в тени, откуда удобно было наблюдать за происходящим, оставаясь незамеченными. «Приятели» Вахта выстроились вокруг потрескивающего костра в своих фиолетовых балахонах, и огонь отбрасывал жуткие отблески на их усатые и бородатые физиономии.

Справа от них встали в кружок поменьше еще несколько фиолетовых жрецов. Они подняли руки, соприкасаясь кончиками пальцев. Рукава их балахонов ниспадали фиолетовой ширмой. Барабаны били всё быстрее и быстрее. В тот момент, когда грохот достиг предела, жрецы рухнули на колени, открыв всем взорам Вакта с выбеленным лицом, сидевшего на плоском камне с большой трещиной. Рядом с ним были все три загипнотизированные Молли. Младенец лежал на одеяльце на том же камне. Вакт вскинул руки к луне и начал плавно поводить ими из стороны в сторону. Он напоминал дьявола из фильма ужасов.

Потом он взял на руки шестилетнюю Молли. Самая старшая Молли с ужасом и отвращением следила за ним из укрытия, не смея даже загадывать, что он сделает дальше. Слева от Вакта пылал высокий костер. Махараджа медленно пошел к огню, держа девочку на руках. Всё ближе, ближе, ближе… потом повернулся и ступил спиной в костер. Толпа ахнула. Вакт растворился в пламени.

Молли прекрасно поняла, где он. В следующее мгновение ее почти оглушило кошмарное воспоминание.

— ОЧНИСЬ И ЗАПОМНИ! — проревел голос у нее над ухом. — СЛЕДУЙ ЗА МНОЙ, ЕСЛИ МОЖЕШЬ, МОЛЛИ МУН! — Молли сообразила, что последние слова обращены именно к ней, одиннадцатилетней.

Молли вспомнила, как она, шестилетняя, очнулась и великан держал ее над собой на вытянутых руках. Его лицо было выкрашено белым, и он хохотал, как обезумевший клоун. Она заплакала и закричала: «Я хочу домой!» И страх шестилетней девочки наполнил одиннадцатилетнюю Молли.

Вакт внезапно снова появился из костра.

— Как ему это удалось? — ахнул Рокки. Шестилетняя Молли громко плакала, а Петулька-щенок ужасно выла. Вакт положил девочку на землю, и щенок тут же кинулся к ней. Маленькая Молли, всхлипывая, прижала к себе теплого мягкого зверька.

— Он вышел из настоящего во временной поток, — объяснила одиннадцатилетняя Молли. — Казалось, что он в пламени, но на самом деле он выскочил из этого момента, и огонь не мог его обжечь.

— Но жрецы потрясены, — заметил Рокки.

— Давай лучше поищем кристаллы.

Они подкрались ближе, ища глазами мешок, бархатную подушечку или коробку. Вдруг Рокки дернул Молли за рукав и указал ей на низкие ступени около Вакта. Из-за них выскользнул Закья и направился к своему господину, сжимая в руке серебряный механизм. Старик взобрался на камень, чтобы дотянуться до уха гиганта, и сбивчиво зашептал, тыча пальцем в ту сторону, где прятались Молли и Рокки.

Вакт оттолкнул Закью и рассмеялся в толпу — Молли не сомневалась, что смех предназначен ей. Затем, словно испытывая ее, Вакт принял из рук жреца длинный нож с костяной ручкой и стал медленно подниматься по самой высокой лестнице. Подол его зеленого балахона тянулся за ним, как павлиний хвост. Лезвие ножа зловеще поблескивало в лунном свете.

На самой верхней ступеньке махараджу уже ожидал фиолетовый жрец. Он держал белую козу, которая блеяла так, что заглушала барабанный бой. Теперь стало совершенно очевидно, что Вакт собирается делать. Стук барабанов превратился в грохот, а жрецы запели.

— О-о-о-дала… У-у-у-дилиа…

Вакт навис над беззащитной козой.

— О-о-о-дала… У-у-у-ла-а-ала-а-а-дилиа…

Вакт молча перерезал животному горло. Нож, звякая, полетел вниз по ступенькам. Жрец поспешно подставил серебряную чашу — туда хлынула кровь.

Махараджа важно спустился по ступеням и подошел к треснутому камню. Поднял спящего младенца. Потом выдернул павлинье перо из своего балахона и обмакнул в кровь. Широким движением мазнул окровавленным пером по головке ребенка.

— Посмотрим, малышка Вакта, сколько кристаллов ты выманишь из-под земли этой ночью.

Молли и Рокки смотрели на происходящее, окаменев от ужаса. Они же не знали, что плоский камень — это кристальный источник, что Вакт использует младенца для того, чтобы добывать кристаллы. Но тут Молли заметила, что в толпе мелькает знакомая фиолетовая чалма, принадлежащая Закье, и движется она в их сторону. Пора бежать.

— Кажется, эта штука помогает ему определять не только время, куда ты перенеслась, но и твое точное местонахождение, — сказал Рокки.

Молли схватила его за руку и сжала красный кристалл. Раздалось громкое БУМ.



Молли пролетела вперед совсем чуть-чуть, но не вышла из потока. Их обдували теплые ветры, мир вокруг был затянут туманной дымкой и двигался как в замедленной съемке.

— Это так странно, что не выразишь словами, — сказал Рокки. — Смотри, вон Закья ищет нас в толпе, а вон Вакт.

У них был всего миг на раздумья. В ушах Молли звенели слова Оджаса: «Ты должна будешь убить его, Молли. Ты это понимаешь?»

Она могла бы подобраться к Вакту сейчас. Выскочить из временного потока, чтобы схватить нож, валяющийся на земле, и снова вернуться в поток, и висеть в нем, пока Вакт не окажется прямо перед ней. И что дальше? Убить? Молли не способна на это. И потом, сможет ли она, худенькая одиннадцатилетняя девочка, пронзить ножом мощного гиганта? С кем она вздумала шутить? Она ведь даже не представляет, куда целиться! Она просто поцарапает Вакта, и всё. После чего он обернется и порубит ее на мелкие кусочки.

— Что нам делать, Рокки? Мальчик нахмурился.

— Может, перейти в завтра, когда обсерватория опустеет? Мы сможем подойти к тому месту, где сейчас сидит шестилетняя Молли, а потом перескочить в сейчас. Схватим ее, подбежим к остальным Молли и, как только соберемся все вместе, смоемся из этого времени. Пусть у нас не будет мешка с кристаллами, зато мы спасем всех тебя,

Это было гораздо приятнее, чем попытаться убить Вакта. Молли сосредоточилась на красном кристалле и метко перекинула себя и Рокки в следующий вечер — солнце как раз садилось.

Возле самой высокой лестницы мирно паслась священная корова. Она бросила безмятежный взгляд на неведомо откуда взявшихся посетителе и продолжила щипать траву. Молли и Рокки подбежали к тому месту, куда швырнули шестилетнюю Молли после ужасного испытания.

Молли сжала зеленый кристалл и взяла Рокки за плечо.

— Готов?

Подул прохладный ветер. Они продвинулись назад и зависли в потоке, всматриваясь в происходящее. В дымке маячила мощная фигура Вакта. Он двигался возле треснутого камня, на котором сидели десяти- и трехлетняя Молли. Там же лежал младенец. Молли продвинулась во времени еще немного.

— Должен же найтись момент, когда он от них отойдет, — сказала она,

Но, как они ни крутились, Вакт всё время лип к девочкам, как пиявка.

— Вернись туда, где шестилетняя Молли осталась одна, — посоветовал Рокки.

Так Молли и сделала. Едва они очутились в настоящем, Молли из последних сил рванулась к шестилетке и обняла ее. Рокки подхватил щенка и сжал плечо Молли. Девочка сосредоточилась на красном кристалле, и они выпали из времени.

— Не бойся, Молли, — шепнула одиннадцатилетняя Молли, крепко держа шестилетку. — Я пришла, чтобы спасти тебя. Скоро всё будет хорошо. — Ив тот же момент она вспомнила, как когда-то ей говорила это одна взрослая девочка. Ощущение оказалось очень странным, но задумываться было некогда, надо было спасаться. Молли вернулась в вечер завтрашнего дня. Корова подняла голову.

— Ну вот, Молли, — произнесла старшая Молли. — Всё в порядке.

Шестилетка вытерла слезы и с ужасом огляделась.

— Этот страшный клоун ушел?

— Да. — Молли снова обняла себя.

Щенок извернулся и лизнул Рокки в лицо. Мальчик потрогал свою щеку, проверяя, появились ли морщины, но кожа оставалась такой же гладкой, как и прежде. Молли осмотрела лицо и шею шестилетней себя, завернула ей рукава.

— Есть морщины? — спросил Рокки.

— Не похоже, — ответила Молли. — Разве только на локтях кожа немного суховата.

— Кто вы? — осведомилась маленькая Молли, отводя в сторону свой локоть. — Я вас не знаю. И мне не нравится этот Китай, я хочу к миссис Тринкелбери.

— Скоро вернешься домой. И увидишь Рокки, и эту грымзу мисс Гадкинс.

Маленькая Молли рассмеялась, а потом заплакала.

Рокки погладил ее по голове.

— Это не Китай, это Индия, — сказал он. — И нам нельзя оставаться здесь надолго, а то эта любопытная корова начнет к нам приставать и спрашивать, что мы здесь делаем.

Маленькая Молли хихикнула сквозь слезы.

— Поэтому мы пойдем вот туда, — он повел малышку подальше от коровы в сторону ворот.

Теперь оставалось только точно определить место, где Оджас остановил Амрит — у Молли далее пот выступил на лбу от напряжения.

— Так, малышка, теперь держись за мою руку, а Рокки возьмет щенка. Мы отправимся в прошлое, чтобы спасти остальных наших друзей.

— Но… — начала шестилетняя Молли.

Однако они уже скользили во временном потоке.

Ребята очутились в теплом мартовском лунном вечере 1870 года.

И с ужасом увидели, что напротив Амрит стоит Закья. Слониха постукивала по земле своей большой ногой. Петулька бешено лаяла.

Когда возникла Молли, Закья довольно захихикал.

— Я знал, что ты вернешься сюда, дурочка! Я догадался, что твои друзья будут ожидать тебя здесь.

— Байтхо! — крикнул Оджас слонихе. Та опустилась на левое колено.

Молли, почти не раздумывая, кинулась к Оджасу, таща за собой малышку.

— Возьми ее, — велела она Лесу, и тот помог шестилетке забраться в хоуду. Рокки рванулся вперед, прижимая к себе щенка, изловчился и вспрыгнул на слониху. Молли сжала кристалл и ухватилась за хобот. Она напрягла все свои силы и перенесла всю компанию из 1870 года во временной поток.

Раздалось оглушительное БУМ, и Амрит растворилась в воздухе под яростное тявканье Петульки.

— Смотри, чтоб не выпала! — крикнула Молли Лесу. 1890, 1900, 1930, 1950… Они мчались в будущее.

Молли сжимала хобот Амрит. Всё так же надрывалась Петулька, Оджас вскрикивал от восторга. Вокруг дули теплые ветры и мелькали разноцветные пятна.

Закрыв глаза, Молли попыталась понять, как далеко их занесло. Кажется, пора притормозить.

Воздух наполнили автомобильные гудки. Спасены. Молли облегченно опустила руки. Но в тот же момент свершилось непоправимое. Словно из пустоты перед ней возникли длинные пальцы с острыми ногтями и, оцарапав правую ладонь Молли, выхватили у нее оба кристалла. Петулька захлебнулась лаем. Обернувшись, Молли успела увидеть Закью, убегающего к воротам обсерватории. У него под мышкой билась, пытаясь вцепиться в него зубами, Петулька. Закья оглянулся через плечо. Он был так счастлив и горд собой, что, кажется, даже пританцовывал на бегу.

— Вы круглая дура, мисс Мун! — крикнул он, победоносно сверкая глазами. — Я путешествовал сквозь время вместе с вами. И теперь у меня оба кристалла и собака! — Он сунул кристаллы в карман и зажал ладонью Петулькину мордочку. — Мне всего-то было нужно схватиться за слона. И единственной, кто меня заметил, была ваша собачонка. Она сама на меня бросилась. Теперь махараджа вам покажет! — Закья подпрыгнул на бегу.

Молли, онемев, смотрела в большие Петулькины глаза, мигающие над ладонью Закьи. «Спаси меня, Молли! — молили глаза собачки. — Спаси меня!» Страшно было даже подумать, что с ней сделают.

Это была настоящая катастрофа. Они лишились возможности путешествовать во времени, что в данном случае было равносильно смерти. Молли с отчаяния попыталась договориться.

— Закья! — позвала она. — Остановись на минутку и просто послушай! Не забирай Петульку. Пожалуйста. И отдай мне кристаллы. Ты же и сам знаешь, что Вакт не ценит тебя… недостаточно ценит… — Закья бросил взгляд через плечо, и на какое-то мгновение Молли поверила, что убедила его. — Вакт испортил тебе всю жизнь. Если ты отдашь ему Петульку и кристаллы, для тебя ничего не изменится. Восстань против него! Освободись! Вернув мне Петульку и кристаллы, ты совершишь хороший поступок. Присоединяйся к нам. Все вместе мы его перехитрим. Только представь себе, Закья, — тебе больше не придется бояться, что он тебя загипнотизирует или убьет! Ты станешь свободным! Пожалуйста, Закья!

Молли ужасно хотелось заглянуть глубоко-глубоко в бегающие глазки старичка и загипнотизировать его, но — бесполезно. Закья замотал головой и покачал пальцем.

— Дурочка. Ты никогда не сумеешь помочь мне так, как Вакт. Мне нужен Пузырь света в начале времен. Мне необходимо омыться светом вечной молодости. Посмотри на меня. Я старый и морщинистый от путешествий во времени, которые был вынужден совершать. Скоро мое тело одряхлеет настолько, что я умру. Я должен успеть… должен омыться светом. Ты не можешь помочь мне, Мун. Ты — всего лишь ребенок. Как только мы наберем нужное количество кристаллов, мы отправимся туда. — Он огляделся и покрепче прижал к себе Петульку.

Молли в отчаянии остановила время. Всё вокруг замерло — кроме Закьи.

— Не повезло! — засмеялся он. — Ты не с новичками имеешь дело, Молли!

Молли вскинула глаза, готовая насквозь пробуравить его мозг гипнотическим взглядом, но Закья тут же опустил голову и полез за чем-то в карман. В следующую минуту он уже нацепил на нос антигипнотические очки — взгляд Молли отскочил от них как горох от стены.

Сжимая в руках Петульку и хихикая так, словно придумал самую смешную шутку на свете, Закья растворился в воздухе.

Глава двадцать третья

Ветры времени вились вокруг Закьи и Петульки. — Придется потрудиться, — сообщил Закья, поглядывая на серебряный механизм. — Между нами говоря, Петулька, я далеко не самый лучший путешественник во времени. Давай-ка остановимся здесь. — Сияло яркое солнце. — Именно это я и имел в виду. Нам с тобой нужна ночь. — Закья снова вошел в поток, ругая механизм. Петулька заворчала, хотя ее пасть по-прежнему была закрыта ладонью.

Когда они остановились в следующий раз, небо было бледным, и луна уже опускалась за горизонт. Закья посмотрел на обсерваторию: на земле виднелись цветочные лепестки и пятна крови, дымился затухающий костер. Церемония уже закончилась.

— Так сойдет, — с этими словами Закья направился к обсаженной деревьями дорожке. — Я поселю тебя на своей половине. Тебе там понравится. — Петулька снова заворчала. — Ты привыкнешь. Только чем мне тебя кормить? — Закья пробирался между камнями к небольшому дворцу при обсерватории.

— Ты любишь курятину? Запеченную со специями? Думаю, тебе очень понравится гонять павлинов. Может быть, тебе захочется попробовать жареного павлина? На мой взгляд, они только и годятся на пироги. Такие шумные, глупые птицы.

Занималась утренняя заря. Каркали вороны, щебетали птицы. Закья остановился у ворот дворца, позвонил и посмотрел на Петульку.

— Я уберу ладонь, если ты пообещаешь не кусаться. Петулька устала. К тому же она никогда не любила кусаться. Когда Закья убрал руку, она даже не шевельнулась, только подняла на него свои огромные влажные глаза.

— Вот и хорошо, — сказал Закья и погладил ее мягкие, как тряпочки, ушки. — Ну что, Петулька, будешь моей собачкой?

Петулька закрыла глаза Ей стало невообразимо тоскливо. Этот человек только что украл ее у Молли и еще хотел, чтобы она к нему хорошо относилась.

— Значит, договорились, — заключил Закья.

В этот момент ворота со скрипом открылись. Петулькины глаза наполнились слезами.

— Знаешь, — прошептал ей Закья как можно тише, чтобы его не услышал охранник, — первое, что я сделаю, это подарю тебе сережку!

Глава двадцать четвертая

Молли обомлела Ей не верилось, что все это произошло на самом деле.

— Он утащил Петульку в другое время! — закричала она так, будто остальные этого не видели. — И мы никак, никак не можем ее вернуть! Он забрал кристаллы, а мы застряли здесь. — Молли оглянулась на кусты, словно ожидая, что сейчас оттуда выйдет передумавший Закья. Она была вне себя от горя. — Это просто какой-то кошмар! — простонала она

— Обо мне не беспокойтесь, — заявил Оджас, с восхищением глядя вслед промчавшемуся мимо мотоциклу. — Мне здесь нравится. Могу и не возвращаться в 1870 год! Вот это будущее!

— Оджас! — одернул его Рокки. — Петулька для нас как член семьи. Как ты можешь любоваться мотоциклами, когда ее украл этот ненормальный?

— Ой, извините. Правда, извините. Я просто увлекся этими двухколесными повозками. Пожалуйста, примите мои извинения.

Молли опустилась на землю и закрыла лицо ладонями.

— Я застряла в разных временах!

— Но Молли, — сказал Лес, отмахиваясь от Петульки-щенка, которая лизала какой-то корешок, застрявший у него за ухом. — Разве ты не помнишь, что случилось с другими «частями» тебя? Ведь они в Индии 1870 года, то есть в прошлом. Ты не помнишь, как всё закончилось?

— Я не могу вспомнить! — воскликнула Молли. — Полная каша в голове. Когда я в прошлый раз отправлялась в будущее, было то же самое. Происходит нестыковка во времени или что-то в этом роде.

Молли посмотрела на туристов, глазевших на Амрит, а потом увидела развалины обсерватории. Лестницы облупились и были покрыты разными надписями, но от вида этого места у нее по-прежнему пробегал холодок по коже. Она сообразила, что Закья отлично знает, где они находятся, и может в любой момент напустить на них Вакта. Ей почти хотелось увидеть Закью снова — может, удастся уговорить его вернуть Петульку и кристаллы… Но, скорее всего, если уж он появится, то только вместе с Вактом, чтобы убить ее. Глаза Молли увлажнились.

— Надо уходить отсюда, — сказала она, смахивая слезы.

— Байтхо! — скомандовал Оджас, и Амрит опустилась на одно колено.

Как только Молли забралась в хоуду, Оджас велел слонихе трогаться с места. Он решил, что лучше всего направиться в центр Джайпура — шумный и кишащий народом.

Молли потрогала рукой щеку. Морщин стало больше, кожа шелушилась и трескалась. Ситуация была безнадежная.

Оджас сидел на шее Амрит, Рокки и маленькая Молли — в самом конце хоуды. Сразу за спиной у Молли пристроился Лес.

— Как же хочется помедитировать! — произнес он, снимая очки. — От этой беготни по времени у меня конкретно крыша едет, так что я отключусь ненадолго, если вы не возражаете. Рокки, присмотришь за щенком, ладно? Если что, зови. — Он скрестил ноги и закрыл глаза.

— Надо бы достать еды для всех, — автоматически сказала Молли. — Только не представляю, как. Особенно для Амрит. — Девочка изо всех сил старалась не разрыдаться, и ей очень хотелось, чтобы кто-нибудь другой взял на себя командование, хоть ненадолго.

— Я позабочусь о еде, — сказал Оджас, заметив ее состояние. Он пошлепал правой ногой под ухом Амрит, и та пошла вперед. — Знаешь, Молли, — сказал он, чтобы хоть как-то утешить девочку, — мне кажется, что Ганеша, бог с головой слона, покровительствует нам. — Молли пожала плечами. — Нет, правда. Кроме того, у меня есть кое-что, что нам поможет.

— Да? — Молли опустила голову, уткнувшись лицом в поджатые коленки.

— Да. Только обещаешь, что не будешь сердиться?

Молли промолчала. Она чувствовала себя такой несчастной, что ей уже ни до чего не было дела. Она думала только о Петульке и других Молли, оставшихся в прошлом вместе с Вактом. Ее переполняли страх, дурные предчувствия, печаль. Но хуже всего было от ощущения зияющей пустоты, которое возникло после пропажи Петульки. Ее Петулька исчезла! Молли сглотнула подступивший к горлу ком.

— Агит! — Оджас велел Амрит идти вперед, мимо большого щита с рекламой мужских рубашек. Потом воровато огляделся, убеждаясь, что никто за ними не следит, — и осторожно вытянул из рукава блестящий браслет.

— Я взял это у махараджи Джайпура в 1870 году, — сказал он, протягивая браслет Молли, — Он был у него на ноге. Думаю, что тут, в будущем, такой браслет оценят очень дорого!

Молли подняла голову.

— Ух ты! — воскликнул Рокки. Щенок тут же подскочил и лизнул его в подбородок. — Эта штуковина вся усеяна драгоценными камнями!

— Точно, — подтвердил Оджас. — Я тогда подумал, что нам еще понадобится за что-нибудь заплатить. И решил, что, если бы махараджа был в своем уме, он бы обязательно согласился отдать нам браслет, чтобы мы победили Вакта. Ведь я взял его для хорошего дела, правда?

Молли снова опустила голову, обхватив руками коленки. Ее всё сильнее охватывали тоска и чувство обреченности. Даже браслет не мог поднять ей настроение.

— Молодец, Оджас, — безжизненным тоном произнесла она.