Богглин показал ему язык и попытался дотянуться до рукояти меча.
В этом смысле вполне очевиден геополитический аспект ностальгии. Хитроумные политики и ловцы электоральных душ знают, что именно тоска по историческим родинам, исконным территориям и утерянным корням позволяет иногда эксплуатировать ностальгические составляющие массового сознания в самых что ни на есть конкретных и, как правило, корыстных целях. Однако можно ли утверждать, что народы, обращенные в будущее, — выигрывают, в прошлое — обречены на ностальгию? Где грань между социальной адаптатацией и родовым беспамятством? Превращение «футуриста» в манкурта может произойти в одно мгновение. Но не будем о грустном.
— Предлагаю сделку, — сказал Нудин. — Я помогу тебе выбраться из ловушки, если ты перед этим расскажешь мне все о себе и своем народе. Откуда ты родом, как вы живете и что делаете, когда не воюете с нами. — Он достал из заплечного мешка свиток пергамента и чернильницу. — Я произнесу заклинание, которое заставит тебя говорить правду.
А вот кто регулярно играет на ностальгических струнах и при этом неплохо зарабатывает — так это писатели-фантасты. Что греха таить, в массе своей фантастическая литература — это приют типичного аутсайдера. Приключения в иных мирах и временах, путешествие в неведомые и опасные земли, населенные красотками и чудовищами в пропорции один к трем, звездные битвы галактических империй, зов бездны и рокот вечности… Для юношества вполне полезное чтение, прививает вкус к новым идеям или знакомит со старыми мифами. Но если кто-то всерьез и надолго «заболел» фантастикой, значит, тому прямая дорога в фанаты или писатели. И в этом нет ничего плохого. Что же касается «Окна», то финал, традиционный для алармического направления в фантастике, все же оставляет читателя в легком недоумении. Автор явно недооценивает достижения боевой психотехники. Подумаешь, каннибалы! Вместо того, чтобы посыпать главу пеплом и причитать, персонажам следовало бы успокоиться и сообразить, что не всяк зверь на ловца бежит, а порой ходит по кругу, заманивая охотника в его же капканы. Роющий яму в нее да попадет.
В хищных глазах богглина явственно читалось изумление. Это создание просто не знало, как ему поступить, как вести себя с обезумевшим человеком, который не хотел ни убивать его, ни спасать. Но не успел богглин ничего сказать, как длинная черная стрела пронзила ему горло, пригвоздив мелкое чудище к трупу тролля.
Так вот, для начала попытаемся выяснить, по каким временам тоскует адская семейка из рассказа Лемана…
— Андокай? — Обернувшись, Нудин увидел четырех альвов, приближавшихся к нему. «Нет. Хуже».
Опешив, маг смотрел на то, как последний из альвов преодолел барьер. По видимому, магическая завеса его нисколько не беспокоила. Их предводитель положил еще одну стрелу на тетиву. В этот раз он прицелился в Нудина.
«Вам это не удастся». Маг поспешно произнес защитное заклинание, отразившее несшуюся к нему смерть и вернувшее ее к лучнику. Изумление вспыхнуло в черных глазах альва за миг до того, как он умер. Нудин уничтожил двух оставшихся альвов ударами молний, выпущенных из левой руки. Четвертого альва он просто оглушил, чтобы побеседовать.
«Мы покинули сушу и пустились в плавание! Мы снесли за собой мосты — больше, мы снесли и саму землю! Ну, кораблик! Берегись! Вокруг тебя океан: правда, он не всегда ревет и порою лежит, словно шелк и золото, грезя о благе. Но наступит время, и ты узнаешь, что он бесконечен и что нет ничего страшнее бесконечности. О бедная птица, жившая прежде на воле, а нынче бьющаяся о стены этой клетки! Горе тебе, если тебя охватит тоска по суше и дому, словно бы там было больше свободы, — а «суши»-то и нет больше!»
Фридрих Ницше. «Веселая наука».
Взглянув на прекрасное лицо своего противника, Нудин вспомнил, как Тургур завидовал дальним родственникам эльфов, живших в Гвандаллуре и на Золотой Равнине, из-за их красоты и совершенства. Маг заметил амулеты в форме кристалла, висевшие на шеях альвов.
ФАКТЫ
«Защитные руны, — удивился Нудин, забирая артефакты. Это позволяло понять, как альвам удалось невредимыми преодолеть барьер. — Очевидно, Мертвые Земли нашли способ, благодаря которому опаснейшие из их слуг могут проникнуть на нашу территорию, — обеспокоенно подумал он. — Нужно будет обязательно рассказать об этом Совету».
*********************************************************************************************
Наложив на альва заклятие неподвижности, маг привел его в чувство. Альв открыл глаза, и, так как сейчас был день, вместо радужки и белка глаз маг увидел лишь черные дыры глазниц. Он протянул альву амулет.
Монтажная схема готова!
— Кто вам их дал?
Бактерия Haemophilus influenzae стала первым самостоятельным живым организмом, чья генетическая информация расшифрована целиком и полностью: исследователи из Institute for Genomic Research (США) безупречно определили схему расположения 1 800 ООО пар оснований. У бактерии оказалось 1743 гена, и функции далеко не всех из них понятны. Ускорить построение схемы помогла новейшая компьютерная технология, благодаря которой отдельные фрагменты сей генетической головоломки можно было переставлять в любом желаемом порядке. «В следующий раз у нас получится гораздо быстрее», — пообещал директор института Крейг Вентер. Кстати, в том же научном учреждении ведутся работы по грандиозному проекту «Геном человека». Оптимисты утверждают, что завершение проекта к началу будущего тысячелетия приведет к решающему прорыву в области медицины и здравоохранения. Пессимисты полагают, что будет дан старт гонке «генетического оружия». Впрочем, на то они и пессимисты…
Альв смерил его равнодушным взглядом.
Нудин наложил на него заклинание правды, и альв открыл ему тайну, но при этом он говорил на своем языке, которого маг не понимал. Это был мелодичный и красивый язык, напоминавший эльфийский, вот только звучал немного глуше.
Апельсины для лентяев
Итак, Нудину не удалось ничего узнать. Поднявшись, он отошел на пару шагов и сжег альва, а затем испепелил и трупы оставшихся альвов и богглина.
Далеко не всем нравится счищать кожуру с апельсинов или грейпфрутов! Что ж, на радость привередам биологи-исследователи из Флориды разработали процедуру массового «пилинга» цитрусовых… Суть ее такова: кожицу плодов предварительно надрезают, а затем погружают фрукты в специальный раствор, содержащий пектиназу — природный фермент, добываемый из грибов; последний активно разрушает пектиновые волокна, скрепляющие кожуру с плодом, так что снять ее не составляет никакого труда.
— Нашим успехам не суждено длиться долго, — огорченно пробормотал он.
Несколько супермаркетов в США, Японии и Великобритании уже предлагают покупателям «голые» апельсины и грейпфруты. Выявился, однако, и недостаток столь удобного метода: если обычные апельсины можно хранить два-три месяца, то обработанные пектиназой портятся уже через пару недель.
«Завтра после завтрака расскажу об амулетах, а сегодня вечером не буду портить им настроение». Сказав стражнику, чтобы тот хранил бдительность, маг отправился отдыхать.
Воистину фантастическая лампочка
Ночью Нудину приснился странный сон.
Вокруг шатра сгустился туман и, просочившись сквозь льняную стену, стал клубиться вокруг его постели. В тумане что-то переливалось черным, серебристым и красным. Обернувшись вокруг подпорки шатра, туман приблизился к спящему и опустился на край кровати. Казалось, будто Нудин лежит на белом перламутровом облаке.
Спектр ее излучения неправдоподобно сходен с солнечным, а разработана она американской компанией «Fusion Lighting, Inc». Довольствуясь всего лишь третью энергии, пожираемой стандартной электролампой, новинка не только светит вчетверо ярче, но вдобавок не перегорает! Секрет ее в том, что вместо обычной нити накаливания в герметичную стеклянную колбу, заполненную аргоном и парами серы, помещен миниатюрный микроволновый генератор: облучение возбуждает атомы газа, а те сбрасывают избыточную энергию в виде фотонов. Гарантированный компанией срок работы генератора -20 месяцев и ни днем меньше… Пока что «серные светильники» проходят сертификационное тестирование в крупных общественных зданиях.
Из тумана протянулись тонкие линии, напоминавшие пальцы. Они осторожно прикоснулись к руке мага, и Нудин проснулся.
— Не бойся. Я не причиню тебе вреда, — шепнул чей-то голос.
Осторожно приподнявшись на кровати, Нудин осмотрел мерцающий туман.
— Меня называют Любознательным, а не Трусливым, — спокойно возразил он. — Кто ты?
— Я душа Мертвых Земель, — прошептал туман. — Я здесь, чтобы предложить тебе выбор.
— Что за выбор? Либо я твой друг, либо твой враг, и тогда ты меня убьешь?
Туман приподнялся чуть выше, обхватив ступни Нудина, и начал обволакивать его тело. Прикосновения были теплыми и нежными.
— Нет. Я предлагаю тебе спасти Потаенную Страну или вместе с твоими друзьями-магами привести к тому, что она будет уничтожена.
Ллойд Биггл-младший
— Но мы защищаем нашу родину от тебя. Это ты несешь ей погибель, — с нажимом сказал маг.
ПОТЁРТАЯ ВЕРЁВКА НА ПАЛЬЦЕ ВРЕМЕНИ
— Нет, я здесь, чтобы спасти королевства людей, эльфов и гномов благодаря своей силе, — шептал туман. — Я хочу опередить беду. — Туман постепенно приобрел форму человеческого лица. Его губы двигались. — Но вы мешаете мне своей магией. Вскоре Зло доберется до Каменных Врат или до Западного входа в Красные горы. Оно проникнет в Потаенную Страну и сперва уничтожит меня, а потом все живое в пределах гор.
— Я тебе не верю. Что ты за душа, которая существует за счет других душ?
— Это большая душа, которая не питается душами, а принимает их в себя, защищая от опасностей, — шелестел туман. — Когда Потаенная Страна будет в безопасности, я выпущу все эти души, чтобы они вернулись к своим богам. Но до тех пор мне нужна их сила.
Старший инспектор Харвелл Грэхем сидел в центре своей хитроумно сплетенной паутины, точно громадный паук, готовый к действию в любую секунду, при малейшем подрагивании нити. Только Грэхем заманивал жертву силой своего интеллекта, вовлекая в тенета, созданные ее же собственными преступными замыслами.
— Уходи! — приказал Нудин. — Уходи, ибо я не верю тебе!
Старший инспектор закончил свою дневную диктовку и свирепо взглянул на часы. Диктограф выплюнул на его письменный стол последнюю на сегодня докладную записку. Грэхем внимательно изучил ее, расписался и сунул обратно в аппарат для распечатки и распространения.
Белый туман стал прозрачнее.
— Десять минут до конца дежурства, — вслух сообщил он ящику. — А ну-ка посмотрим, что там натворил Пред-Убийца.
— Выслушай еще кое-что, что я хочу тебе сказать, — шепнул он. — Отдай мне свое тело на короткое время. Мне нужно воплотиться. Благодаря мне ты получишь знания и умения, о которых не мог и мечтать, ведь ты даже не знал, что они существуют. Я знаю заклинания далеких стран, изобретенные умнейшими из магов, мне известно о звездах, людях, природе, жизни и животных то, что не написано ни в одной из книг. Ты станешь мудрейшим и сильнейшим магом из всех, кто когда-либо жил в Потаенной Стране, и тебя будут звать Нудином Всеведущим. — Туман начал растворяться в воздухе. — Всеведущим…
— Готово к просмотру, сэр, — тотчас же отозвалась секретарша.
«Всеведущим?»
Нудин испуганно вскинулся ото сна и осмотрел шатер, но не заметил ничего необычного. Обозвав себя дураком, он вновь улегся.
Грэхем нажал кнопку пуска и удобно откинулся в мягком, пружинящем кресле, глядя как данные, собранные за день о Пред-Убийце, вспыхивают, пробегая по громадному, во всю стену, экрану.
Когда на следующее утро он завтракал с другими магами, все остальные советовались о дальнейших планах, но Нудин сидел молча, погрузившись в свои мысли.
Он так ничего им и не рассказал о тумане и альвах, как и об амулетах.
Только что назначенный помощник старшего инспектора Роджер Проллер с изумлением взирал на все это. Он приступил к своим обязанностям вчера и уже успел избавиться от иллюзий. Старший инспектор мучился подозрениями, что Верховный Отдел присылает помощников не иначе как с целью потеснить его по службе. Поэтому он безжалостно выжимал из новичков все соки и выбрасывал на улицу по четыре человека в год… Делал это старина Грэхем совершенно напрасно. В Верховном Отделе старшего инспектора считали незаменимым. Помощникам давали четкие указания: лелейте мэтра, помогайте ему сберечь силы, где только возможно, и главное, не допускайте, чтобы он потерпел неудачу — это может убить старого сыскного волка.
Нудин уже собирался идти спать, когда ему сообщили ужасную новость.
Слова и цифры проносились так быстро, что Проллер успевал уловить лишь обрывки фраз:…будет завтракать в Лондоне завтра с… дело 2936… нет новых данных… ее заказ на семнадцать… дело 3162… не удалось проследить… порядок действий… нет данных… дело 3299… не вернется до… Не таков был старший инспектор: он не только прочитывал все до мельчайших подробностей, но и запоминал детали, занося их в анналы своего изощренного мозга. К тому же старина Грэхем имел обыкновение безжалостно проверять память Проллера, обнаруживая его полную несостоятельность.
Лезинтеиль, королевство северных эльфов, перешел в руки альвов. Таинственным образом им удалось прорвать барьер и напасть на ничего не подозревающих жителей.
Внезапно у него перед глазами вспыхнула красная звездочка, и смазанная линия слов, замедлив движение, замерла на экране. Клингман, Уолтер. Дело ПУ 3497. Заказано две дюжины манекенов. Доктор Стилтер вновь рекомендует закрыть дело.
Нудину сообщили, что первые селения пали всего за несколько дней, а когда эльфы сумели собрать войско, в их королевстве находилось уже столько альвов, что битва с самого начала была обречена на поражение.
Проллер заглянул в свой блокнот: предполагаемые убийцы — личности весьма странные, но этот выделялся даже среди них. Все свое небольшое состояние он вложил в пластмассовые, в натуральную величину, фигуры своего конкурента; затем, придав им различные позы, расставил по всему дому и каждый вечер, обходя манекены, метал в них ножи. Врачи считали, что он таким образом дает выход преступным инстинктам. Но у старшего инспектора было предчувствие, что Клингман вовсе не выпускает пар; он просто-напросто тренируется в меткости, чтобы вернее поразить свою будущую цель. Вообще в последнее время старший инспектор все больше сомневался в правильности рекомендаций Генетической лаборатории, которая, собственно, и поставляла ему сведения о потенциальных «клиентах». Впрочем, выводы Лаборатории можно рассматривать как рекомендательные.
Мертвые Земли распространились до Лезинтеиля, положив конец цветению жизни, которое эльфы с такой тщательностью оберегали, доведя его до совершенства.
— Клингман Уолтер. Дело ПУ 3497, — отрывисто бросил Грэхем. — Рекомендации Лаборатории отклоняются. Продолжать наблюдение.
Маг удрученно бросил пергамент на землю и опустился на подушки. Послезавтра будет собрание Совета, после чего нужно будет возвести барьер вокруг павшего эльфийского королевства. В письме было также написано, что альвы из захваченных земель с невероятной скоростью начали двигаться на Гаурагар, Идомор и Ургон, чтобы завоевать новые территории для Мертвых Земель.
Слова и цифры замелькали вновь, набирая скорость. 3545… порядок действий… уволены трое служащих… дело 3601… был у юриста… вернул вещи, купленные вчера…
Нудин чувствовал угрызения совести, ведь он думал, что альвам удалось преодолеть барьер при помощи амулетов. С другой стороны, если бы он рассказал всем о том, что узнал, это никак не спасло бы ситуацию.
И снова красная звездочка: Стэймиц, Кристофер. Дело ПУ 3742. Феликс Мэйнлоу зашел в контору подозреваемого сегодня в 14:36. Вышел в 15:10. Был задержан и допрошен немедленно. Утверждал, что его посещение носило частный характер, от дальнейших объяснений уклонился.
«Неправда! Они могли бы изучить волшебные руны и создать барьер, против которого эти амулеты были бы бессильны, — говорил ему внутренний голос. — Это нападение стало возможным лишь из-за твоего молчания!»
— Сержанта Райена! Сию же минуту! — прорычал Грэхем в ящик.
— Нет!
Райен появился почти тотчас. Он углубился в туннель с нулевой гравитацией и выплыл из него, так что сначала показалась одна голова. Грэхем не сводил глаз с экрана, пока Райен выпрямился и отдал честь.
«Это ты виноват в поражении Лезинтеиля! Ты предал их, как эльфов, так и магов!»
Нудин натянул одеяло на голову и попытался поскорее уснуть, чтобы не слушать упреков совести.
— Садитесь, Райен. Итак, значит, Стэймиц раздобыл оружие.
Но лучше ему не стало, так как этой ночью ему вновь приснился сон об искушавшем его тумане, душе Мертвых Земель, которая никак не хотела оставить его в покое.
— Это не исключено, сэр. Нашим ребятам следовало разыскать Мэйнлоу, прежде чем тот встретился со Стэймицем, но ни одному Из них не удалось этого сделать.
— Ты подумал над моими словами? Ты хочешь стать Нудином Всеведущим? И спасителем Потаенной Страны? — нашептывал туман.
— Как тебе удалось сломить барьеры у Лезинтеиля?
Грэхем нетерпеливо махнул рукой.
— Если бы ты был Нудином Всеведущим, тебе не пришлось бы задавать этот вопрос. — Туман заполз к Нудину под одеяло, и магу стало тепло. — Первое королевство эльфов принадлежит мне. Следующим я захвачу Аландур, и вы ничего не сможете с этим поделать. Я распространю свою защиту дальше на юг, но у меня мало времени.
— Мэйнлоу давно уже не доставлял оружие лично. Он не привык Утруждать себя. Какую плату он получил?
— Если ты хочешь нас защитить, зачем ты захватываешь земли силой? — возразил Нудин.
— Одну сотенную купюру, три по пятнадцать, еще семь да мелочь какую-то. Стэймиц смог собрать лишь эту мизерную сумму наличными.
— Те, кто обладает свободой, не хотят с ней расставаться, пускай и на миг в масштабах истории. Короли и народы — это маленькие дети, а я — их мать, которая хочет защитить их от худшего. — Из тумана вновь сформировались очертания лица. — Дети не понимают, почему мать подхватывает их на руки, чтобы их не покусала собака. Они не желают, чтобы их опекали, они отбиваются и хотят играть, а пес только и ждет того, чтобы всадить в них свои клыки. Но дети об этом не знают, — сказал туман. — Лишь когда мать прогонит пса, она может опустить детей и позволить играть. Через много лет, когда дети вырастут и станут взрослыми, они вспомнят об этом дне и поймут, почему мать действовала именно так, и будут благодарны за ту заботу, которой она их окружила.
— Или эту последнюю сумму наличными.
Нудину это объяснение показалось убедительным. Он заглушил внутренний голос, предупреждавший его об опасности сладких слов.
Грэхем повернулся к аппарату.
— Но почему ты не объяснишь все это королям так, как мне? И почему на твоей стороне орки, альвы и другие отвратительнейшие создания, которых боятся люди и ненавидят эльфы с гномами?
— Я требую установить наблюдение за расходами Кристофера Стэймица, ПУ 3742. В частности, я хочу знать, не перевел ли он деньги на нелегальный счет. Он собирался сделать это уже, по меньшей мере, лет пять.
Сейчас туман окружил его полностью, так что Нудин ничего не видел. Ему казалось, будто его ласкает тысяча рук.
— Время не на стороне Потаенной Страны. Я не могу долго выбирать союзников и принимаю к себе всех, кого могу. Мои слуги быстро добились успеха, а ведь только так я могу защитить твою родину.
Старший инспектор откинулся в кресле и устремил взгляд на Райена.
— А тебе раньше приходилось сталкиваться с этой опасностью? — сонно спросил Нудин.
— Пятнадцать десять. Стэймиц уже получил оружие, — заявил он.
— Множество раз, но до сих пор мне не удавалось победить. Эта опасность велика, хитра и быстра, и лишь с большим преимуществом я сумею спасти Потаенную Страну. — Ласки тумана стали еще нежнее. — Дай мне воплотиться, Нудин. Впусти меня в себя и получи знания, которыми не обладал ни один смертный до тебя. Не сомневайся. — Шепот доносился со всех сторон. — Когда мы победим нашего общего врага, я оставлю твое тело. И ты в любой момент сможешь изгнать меня из своего тела, как только захочешь.
— Люди в полной боевой готовности, сэр.
— А откуда мне знать, что твое знание действительно настолько велико, как ты говоришь?
— Вернее, так: сейчас у него уже есть доступ к оружию. Мэйнлоу и Стэймиц не дураки. Оружие будет оставлено в заранее условленном месте. Это и означает доставку.
— Погоди, я покажу тебе.
Грэхем с минуту размышлял, нахмурившись, и барабанил толстыми пальцами по крышке письменного стола.
Туман сгустился у его висков, и черное, серебристое и красное мерцание усилилось.
Глаза мага расширились, когда душа Мертвых Земель во сне позволила ему увидеть то, что может принадлежать ему.
— Я слегка разочаровался в Стэймице, — заметил старший инспектор. — Он гениальный ученый и самый блестящий из Пред-Убийц, какие только нам попадались. Мне даже в голову не приходило, что он может прибегнуть к столь вульгарному методу, как оружие.
Перед ним замаячили неизвестные письмена, он слышал чужие языки и мог распознать части заклинаний. Он видел прекрасные и пугающие ландшафты, находившиеся по ту сторону гор, он видел города и дворцы, о которых не мог раньше даже и помыслить.
Грэхем повернулся к Райену.
Его любопытный разум впитывал все впечатления, он жаждал большего и получал все новые и новые образы. Поток образов не прекращался, и Нудин плавал в нем, купаясь в знаниях. Он пил это знание, но в какой-то момент туман положил этому конец.
— А Брайлинга известили?
— Нет, не останавливайся! — страстно воскликнул Нудин.
— А как же, сэр. Ему предложили круглосуточную охрану. Он, разумеется, отказался. Обратил это в шутку. Сказал, что ничуть не боится Стэймица, с оружием или без. Все, как обычно.
— А ты позволишь мне войти в тебя?
— Но ведь его все равно охраняют, не так ли? Отлично. Извините, я закончу просмотр действий, предпринятых Пред-Убийцей.
— Я…
Когда экран наконец погас, Грэхем чуть откинулся назад и прикрыл глаза; через минуту он был уже на ногах.
Руны вспыхнули и побледнели, вдалеке Нудин услышал эхо неизвестных ему языков, равнины невероятной красоты развеялись в воздухе, стопки книг зашатались, а записи волшебных заклинаний рассыпались в прах.
— Я должен встретиться со Стэймицем. Это, может быть, преждевременно, но у меня нет выбора.
— Хочешь ли ты стать Всеведущим и спасти Потаенную Страну? Помоги матери спасти ребенка от бешеного пса, Нудин, — шепнул туман, парализуя волю мага.
Проллер с тревогой подался вперед.
— Да, — хрипло ответил он, всматриваясь в туман. — Да, я хочу помочь тебе.
— Не мог бы я заменить вас, сэр?
Кроме всех этих обещаний ему в голову пришла еще одна мысль. Он был убежден, что когда эта сила попадет внутрь него, он сможет ее контролировать. «Если та опасность, о которой говорит туман, не приблизится к Потаенной Стране, я потребую у него вывести войска из королевств людей, гномов и эльфов и уйти за Северный перешеек». Так или иначе, Потаенная Страна окажется в выигрыше.
Старший инспектор оставил его вопрос без комментариев. Он просто сказал:
— Что я должен делать?
— Идемте со мной. Вы оба.
Туман замерцал сильнее.
— Ничего. Просто лежи и не сопротивляйся. Очисти свой разум, ни о чем не думай и открой рот. Ты почувствуешь, когда я буду в тебе.
По обеим сторонам этой улицы тянулись очень старые здания из настоящего кирпича. Первый этаж занимали странные, сомнительные конторы: скорняк, опрометчиво утверждавший, будто меховая отделка на его моделях попала «прямиком от животных к вам»; компания по поставке натуральных продуктов питания, которая клялась, что может предложить настоящие кофе и сахар. Последнее, правда, смущало Проллера меньше, чем содержавшийся в заявлении намек на то, что кому-то придет в голову пожелать их. Лекарь, чья поблекшая вывеска скрипела при малейшем дуновении ветерка по соседству с неизменным аптекарем, продававшим микстуры, которыми доктор затем потчевал своих доверчивых пациентов; две антикварные лавки, одна из них — специально для клиентов, тосковавших по вещам из пластмассы. Крыши всех этих зданий не были оборудованы стоянками, так что Грэхему и его помощникам пришлось идти пешком от ближайшей посадочной площадки. Грэхем шагал, тяжело переваливаясь: походка выдавала его возраст и состояние здоровья. Проллер, сам весь в испарине, наблюдал за шефом с беспокойством.
Откинувшись, Нудин сделал так, как ему велели.
Бизнес Стэймица был столь же неосязаемым и туманным, как и у владельцев остальных заведений, отличала его лишь устремленность в будущее. ПЛЮС-ВЕК — гласила вывеска над входом — неуклюжая попытка Стэймица соперничать с находившимся по соседству ателье Джона Брайлинга. Удачливый конкурент выставил на обозрение свою красочную витрину НЕОГРАНИЧЕННАЯ ОТСРОЧКА ЖИЗНИ. За стеклом витрины «Плюс-век» виднелось лишь несколько запыленных проспектов, но Грэхем остановился, чтобы внимательно рассмотреть их. «Замешкался старина, видать, сдает», — озабоченно подумал Проллер.
Первые нити тумана из трех направлений потянулись к нему в рот, наполнив горло, как будто прощупывали его тело прежде, чем войти полностью.
А потом все произошло очень быстро. Туман, сгустившись, ринулся в его горло. У Нудина было такое ощущение, будто его челюсть сейчас сломается. В ушах затрещало. Он впился руками в подушки, разрывая ткань.
Личная беседа была самой рискованной частью следствия по делу Пред-Убийцы. Проведенная должным образом и в подходящий момент, она служила толчком, возвращавшим девять из десяти Пред-Убийц на путь истинный. Но стоило провести ее неумело — и целые месяцы напряженной работы полиции могли пойти прахом.
Проникнув в тело, туман опускался все ниже, выдавливая воздух из его легких. Нудину показалось, что он вот-вот задохнется. Кровь неслась по его венам в четыре раза быстрее обычного.
Колокольчик звякнул, когда Грэхем открыл дверь, и смолк, едва Райен прикрыл ее за собой. Стэймиц сидел за столом в углу комнаты — маленький, неопрятный, печальный человечек с копной волос на голове и с их явным недостатком на лице. Мало кто удостоил бы его взгляда вторично, многие его просто не заметили бы, но Поскольку Грэхем назвал Стэймица «блестящим», Проллер вгляделся в его черты очень внимательно. «Неужели этот жалкий человечек и есть гений зла?» — подумал помощник инспектора.
Из носа и глаз хлынула красная жидкость, и маг испугался, осознав, что это его кровь. Каждая пора его кожи начала кровоточить. Капли ручьями стекали с его тела, пропитывая простыню. В горле забулькало, и Нудин, поднявшись, попытался подойти к двери.
Стэймиц поспешно поднялся, протягивая руку инспектору; Грэхем небрежно коснулся ее.
Ноги отказывались ему служить, как и остальное тело. Даже разум помутился. Маг что-то лепетал, визжал и выл, кричал от страха и боли. Он бился о мраморные плиты пола и ползал на четвереньках по спальне, оставляя за собой кровавый след.
— Кристофер Стэймиц, — тихо произнес хозяин.
При этом он чувствовал, как туман захватывает каждую клеточку его тела. Душа Мертвых Земель входила в его плоть, пропитывала внутренности, терзала его члены, не давая ни на мгновение оправиться от боли.
Грэхем наскоро представил своих спутников и предъявил свое удостоверение. Стэймиц, прищурившись, взглянул на него, затем поднял глаза на Грэхема и с простодушным удивлением вскинул брови.
Неожиданно страдания резко прекратились.
Задыхаясь, Нудин лежал на холодном мраморном полу и ловил ртом воздух. Ощущение оглушенности схлынуло, сменившись ясностью и непривычной четкостью сознания.
— Вот как? Неужто один из ваших подозреваемых рванул в Отсрочку?
Нудин с трудом поднялся на ноги. Кровь покрывала все его тело, он вонял экскрементами. Испытывая отвращение к самому себе, Нудин побежал по коридору дворца и забрался в первый попавшийся фонтан, чтобы смыть грязь. Прохладная вода привела его в чувство, маг чувствовал себя освеженным и бодрым.
«Пришло время попробовать». Он попытался вспомнить те магические формулы, которые показывал до этого туман. Ему мгновенно удалось это сделать, более того, он знал, для чего нужны эти формулы. Он помнил каждое движение руки, каждый слог и ударение, хотя и думал об этом заклинании впервые.
Грэхем, нахмурившись, посмотрел на Стэймица:
Собственно, это были не его память и не его знание, но магу это не мешало.
— Простите?
Опьяненный новым ощущением, он думал об увиденном и чувствовал это знание, чувствовал запахи и вкусы. Равнина, которую он видел, обрела свое лицо, магу было ведомо, какие песни там поют птицы, он помнил, что эта идиллическая местность называлась Паюла, и понимал, где она расположена. За мгновение до того, как он понял это, в его сознании высветилась карта, изображавшая территории от Паюлы до Потаенной Страны. Равнина находилась далеко от границ его родины.
Нудин рассмеялся от восторга и захлопал руками по поверхности воды в фонтане.
— Садитесь, прошу вас, — сконфуженно предложил Стэймиц и тотчас сел сам. Грэхем и Проллер уселись в два обшарпанных кресла для посетителей; сержант Райен остался стоять. Из обстановки здесь был еще низкий стол, небрежно заваленный теми же рекламными проспектами, что они видели в витрине.
«Ты доволен? — шепнул голос в его голове. — Исполнилось ли мое обещание?»
— Да, — вслух сказал маг и запнулся.
«Да, — подумал он уже про себя. — По всей видимости, сказанное тобой о всезнании — это действительно правда. — Тогда он решил провести самый главный эксперимент. — Я хочу, чтобы мое тело освободилось от тебя».
— Я часто думал об этом, — продолжал Стэймиц. — Человек совершает преступление и ложится в Анабиоз на время, равное сроку давности. При нынешнем состоянии законов этому невозможно противостоять. Отсрочка, оформленная юридически, не может быть прервана — разве что по медицинским показаниям. Я принимаю все разумные меры предосторожности, но у меня нет ни времени, ни денег, чтобы вдаваться в подробности жизни клиентов. С другой стороны, поскольку для проведения Анабиоза необходимо присутствие двух врачей-лаборантов, заявление, заверенное дипломированным юристом, и разрешение окружного судьи, большинство правонарушителей может счесть это слишком рискованным предприятием.
И в тот же самый момент он ощутил неприятное жжение и одновременно ледяной холод. Чувство одиночества и заброшенности охватило его душу. Туман готовился к развоплощению. Нудин испугался того, что сейчас ему придется вновь выносить эту боль.
«Нет, — поспешно подумал он. — Оставайся. Я просто хотел посмотреть, могу ли я тебе доверять».
«Тебе нужно научиться доверять мне так, как я доверяю тебе мой опыт и знания. Мы были двумя, а стали одним».
— Судья, как правило, требует досье из полиции, прежде чем подписать заявление, — заметил Грэхем. — Впрочем, это меня не касается. Я возглавляю Отдел предварительного раскрытия.
— Были двумя и стали одним, — пробормотал волшебник, вылезая из фонтана. Подойдя к зеркалу, он посмотрел на себя, но его отражение ничуть не изменилось, вот только рубашка, которую он вытащил из шкафа, оказалась ему немного тесной, а рукава — короткими.
«Мой выбор хорош, — сказала душа Мертвых Земель, очевидно, тоже довольная отражением Нудина в зеркале. — Нет, не переживай. Ты не совершил предательства».
— Так вы занимаетесь преступлениями до того, как они успеют совершиться? А вы не допускаете, что некто все подготавливает к Анабиозу, а преступление совершает по дороге в лабораторию. Он может оказаться уже за пределами досягаемости, прежде чем кто-ли-бо проведает о случившемся.
«Ты знаешь мои мысли?» — удивился Нудин, чувствуя, что его застали врасплох, ведь в этот самый момент он в последний раз засомневался.
«Мы едины».
— Интересная мысль, — пробормотал Грэхем. — Мне надо будет это обдумать. Но в данный момент я занят расследованием пред-убийства Джона Брайлинга.
«Но почему я тогда не знаю твоих мыслей?»
«Будь терпелив. Для этого нужно время, и это время у тебя будет, Нудин Всеведущий. Мы будем молчать о нашем соглашении до тех пор, пока не наступит тот момент, когда мы сможем объявить о нем. Твоя задача будет состоять в том, чтобы позволить мне стать матерью всех королевств. Готовься, работай тайно, чтобы никто ничего не заметил, ведь остальные из-за твоего поступка будут считать тебя предателем, которым ты не являешься, мой друг, мой единственный друг, мой возлюбленный друг».
— Брайлинга? Брайлинг ведь был…
Шепот в голове мага утих, оставив его наедине с самим собой.
Подойдя к окну, Нудин взглянул на спящую Пористу, над которой вскоре взойдет солнце. Потом обернулся и обвел взглядом корешки книг, стоявших в его комнате.
— Еще не «был». А только будет. Я, разумеется, собираюсь этому помешать.
В его голове хранилось больше знаний, чем во всех его фолиантах, книгах и манускриптах, и он был счастлив. Его мечта осуществилась, и он все знал. О чем бы он ни подумал, в его сознании всегда находился ответ на вопрос, удовлетворявший любопытство, и теперь ему не нужно было проводить исследования, читать книги, путешествовать, ставить эксперименты.
И внезапно ему стало скучно, потому что теперь больше нечего было делать. «Единственная задача, которая у меня осталась, это спасение моей родины. И я никому не позволю отнять ее у меня».
— Разумеется, — откликнулся Стэймиц, — но я не понимаю…
Нудин стал одержим. Он строил планы и в какой-то момент понял, что не может позволить своему другу со всеми его чудесными воспоминаниями в одиночку защищать королевства Потаенной Страны. Он хотел принять в этом участие, вступив в бой со Злом. Из своих видений он знал, что Зло будет подбираться к его родине со всех сторон, и в какой-то момент перевалит через горы.
— Не прикидывайтесь, конечно же, понимаете!
Знание новых формул и заклинаний было прекрасно, но его было недостаточно. Чтобы сплести эти заклинания, ему нужна была сила. Больше силы.
Грэхем предложил всем присутствующим свою пачку курительных капсул, бросил одну себе в рот, раскусил и выдохнул густой клуб дыма. Стэймиц выпустил тоненькую струйку в потолок и простодушно взглянул на Грэхема.
Нудин знал, как получить магию, как вобрать ее в себя, чтобы его сила возросла. Во время одной из следующих встреч, когда все будут возводить барьеры, останавливающие Мертвые Земли, он выпьет энергию точки силы и поставит других магов перед выбором — поддержать его или стать у него на пути.
— Я вам сочувствую, — сказал Грэхем. — В нравственном отношении Брайлинг чудовище, но он — законопослушное чудовище. Он отнял у вас фирму, украл ваши научные разработки, довел вас до разорения, устроил так, чтобы вас оштрафовали и посадили в тюрьму за частные исследования той технологии, которую вы сами же создали, он погубил вашу семью, используя средства столь отвратительные, что я не стану о них упоминать, — и все это он проделал, не нарушая ни одного из законов. Теперь вам приходится платить ему за разработки, которые он похитил у вас! Он же с недавнего времени устроил демпинг на рынке, пытаясь разорить вас еще раз. Я никак не могу понять, зачем ему все это? А вы?
Он не мог думать ни о чем другом и постоянно прятался в своих лабораториях. Из круга учеников он выбрал тех, кто был предан ему больше всего. Они станут его свитой.
Стэймиц растерянно улыбнулся.
Его тайно навещали альвы, рассказывая о результатах разведки в горах Ургона, равнинах Гаурагара и холмистых землях Идомора. Альвы говорили также об орках в королевстве Тилогорна, которые были готовы пойти за Нудином, как только он позовет.
— Думаю, он боится меня, боится, что я призову на помощь науку и проделаю с ним то же, что и он со мной.
Нудин боялся, что его предадут, и думал, что это предательство обернется предательством Потаенной Страны. Он не терпел никакого сопротивления, и любые попытки противодействия должны были быть немедленно сметены, ведь иначе они могли навредить его замыслам.
Он опять улыбнулся.
Время от времени он все же ощущал сомнения, делает ли он все это сам по собственному желанию или же исполняет приказы создания, поселившегося в нем.
— Я верю в Верховное Правосудие, старший инспектор. Только потому я и выжил.
Но его сомнения пропадали столь же быстро, как и появлялись, и он не мог объяснить причины. Иногда его друг говорил с ним, советовал ему что-либо, подсказывал новые идеи и обращал внимание на те моменты, которые маг упустил в своем плане.
— Несмотря на его многочисленные ошибки и изъяны, — сухо заметил Грэхем, — единственное правосудие, в котором у меня нет сомнений, — это то, что установлено законом. Мой долг — защитить Брайлинга. Более того, я должен помешать вам разрушить то, что осталось от вашей жизни. Вы согласны подвергнуться гипнотическому анализу?
«Мы едины, — благодарно думал маг. — Мы спасем людей».
«Тебя предали», — шепнул однажды голос.
— С какой целью? — в недоумении воскликнул Стэймиц.
«Как?»
— Нам необходимо выявить подробности вашего плана, направленного против Джона Брайлинга.
«Твой ученик Гелтор говорил с человеком по имени Горен, бывшим учеником Лот-Ионана. Мои друзья слышали их разговор, когда они встретились у ворот дворца во время заседания Совета. Горен считает, будто он понял, что же произошло на самом деле. Он уверен в том, что знает, как разлучить нас».
«Разлучить? Никогда! Как это возможно? — опешил Нудин. — Я должен помешать».
Стэймиц хмыкнул.
«И не один он виноват в этом предательстве, — предупредил его голос. — Горен наверняка действует по поручению своего учителя. Лот-Ионан дал ему книги, в которых описана наша тайна. Они хотят заполучить твою силу и твои знания. Не допусти того, чтобы они нас разлучили. Мы едины, Нод\'онн».
— Если я что и замышляю против Брайлинга, то это так глубоко сокрыто, что мне самому об этом ничего не известно. Мне также было бы весьма любопытно узнать, что это за план. Разумеется, я согласен подвергнуться вашему гипнотическому анализу.
«Я пошлю альвов, чтобы они нашли Горена. Они принесут мне книги, а его покарают», — сказал Нудин, думая о смерти ученика мага.
— Когда?
«Его смерть испугает остальных. Убей их всех», — шепнул ему голос.
Стэймиц пожал плечами.
«Нет, — возразил он. — Сперва я поговорю с ними так, как мы говорили с тобой. Я надеюсь, что они все поймут, ведь если все шестеро великих примут в этом участие, мы сможем быть во многих местах одновременно, и тогда наша победа будет более быстрой».
— По вашему усмотрению. Нет, скажем лучше — по нашему взаимному усмотрению. Я не могу себе позволить пренебречь даже тем ничтожным количеством заказов, которое получает моя контора.
Существу, жившему в нем, эта идея не понравилась, но оно боялось, что если станет возражать, то маг захочет избавиться от его влияния.
— Может быть, завтра днем, после обеда?
«Ты поймешь, что ошибаешься в них, мой единственный настоящий друг».
Стэймиц открыл записную книжку и поднял ее так, чтобы виден был чистый лист.
Больше туман не вымолвил ни слова.
— Завтра в любое время.
— Надеюсь, что не ошибаюсь, — тихо сказал Нудин и принялся читать книгу, содержание которой знал и которую мог процитировать наизусть.
— А если сегодня вечером?
В его библиотеке не осталось книг, которые были бы для него новыми.
На страницу упала капля крови, окрасив несколько букв. Кровь лилась у мага из носа и глаз, сперва медленно, а потом все быстрее и быстрее.
Стэймиц перевернул страницу.
Нудин знал, что ему предстоит. Поспешно встав, он улегся на ложе. Кости хрустели, в голове трещало, а кожа болезненно растянулась. Его тело вновь вытянулось.
— На сегодня у меня уже назначены две процедуры. Представьте, это мой самый удачный день за многие месяцы. Но завтра — в любое время…
Маг кричал от боли, кусая губы до крови. Он так сильно бился в судорогах, что упал с кровати и потерял сознание.
Грэхем что-то нацарапал на листке и протянул Стэймицу.
Когда очнулся, ему показалось, что боли никогда и не было. Как всегда после этого, ему захотелось есть. Все это приводило к тому, что он полнел и портным каждую неделю приходилось перешивать для него гардероб.
— Мой кабинет в Центральном полицейском управлении. Я отдам необходимые распоряжения.
«Когда эта боль прекратится?» — спросил он у своего друга, смывая кровь с тела.
Когда они вышли из дома и повернули к общественной посадочной площадке, Проллер заметил:
«Вскоре, — шепнул туман. — Твои знания слишком велики для человеческого тела. Знаниям нужно место. Не бойся, от этого ты не умрешь. Мы едины».
— Похоже, он готов к сотрудничеству.
Чувствуя голод, Нудин направился в столовую и приказал повару принести пищу. Слуги расставили блюда на столе. Яств было столько, что их хватило бы на целую семью, но Нудину этого показалось мало, так что повару пришлось зажарить еще двух цыплят. Только после этого он насытился. Выходя из зала, он опять заметил, что мантия стала коротка.
— Он будет готов к сотрудничеству завтра, — яростно рявкнул Грэхем. — Именно это мне и требовалось узнать. Все дело в том, что сегодня вечером он намерен убить Брайлинга.
В зал вошла альвийка, которая принеся ему письмо…
Верховный Отдел, поддерживающий связь с общественностью посредством своего специального представителя Юстаса Дживена, пристально глянул на Проллера и раздраженно заметил:
ЧАСТЬ 2
— Если старший инспектор считает, что Стэймиц готовит убийство, можете не сомневаться — Стэймиц действительно готовит убийство.
— Это невероятно, — возразил Проллер. — Кто может знать наверняка, зачем Мэйнлоу встречался со Стэймицем? Может быть, он с ним советовался по проблемам Анабиоза. Старший инспектор не потрудился даже спросить об этом у Стэймица.
— За все то время, что существует наша организация, дело ни разу не доходило до преднамеренного убийства, — отрезал Верховный Отдел. — Старший инспектор не хочет, чтобы этот случай стал исключением, и, будьте уверены, он этого добьется.
Озеро лежало в кольце разноцветных огней частного владения; их отражение искрилось в ряби воды. Верхняя терраса особняка ярким пятном высвечивалась в темной безбрежности леса. Полицейский патруль проводил Проллера до площадки рядом с фургончиком Управления, стоявшим на небольшой прогалине.
Капитан подразделения угрюмо поздоровался с Проллером.
— Вы-то хоть знаете, что происходит?
— Старший инспектор Грэхем предотвращает убийство.
— Он предотвращает убийство! В таком случае, что же здесь делаем мы, в этой забытой Богом глуши?
— Специалист по Анабиозу по имени Стэймиц намеревается убить Брайлинга, — объяснил Проллер. — В данную минуту Стэймиц находится в своем учреждении в центре города с двумя врача-ми-лаборантами, юристом и представителем окружного суда. Стэймиц готовит двух клиентов к Отсрочке. Брайлинг, как вам известно, сейчас у себя дома, в компании друзей. Никто из них в ближайшее время не собирается никуда выходить, но у Стэймица есть оружие, и, возможно, он нанял убийцу. Ваше дело — следить, чтобы никто в течение сегодняшнего вечера не приблизился к Брайлингу.
Глава 1
— В том числе и его гости, не так ли? — с усмешкой спросил капитан. — Будь у меня вчетверо больше людей, я бы, возможно, сумел это сделать. Главное управление дает задание, исходя из обычного расчета определенного количества людей на квадратный метр. Я же задействовал весь персонал, находящийся в моем распоряжении, и отнюдь не уверен в успехе: владение окружено густым, непролазным кустарником, тут и там ухабы и рытвины, на которых мои люди то и дело спотыкаются и с грохотом падают. Брайлинг и его гости подпрыгивают, расплескивая бренди, и я удивлен, как это он до сих пор не вызвал полицию.
Потаенная Страна,
волшебное королевство Оремайра,
— Главное, чтобы он завтра был жив. Что это?
конец осени 6234 солнечного цикла
Тунгдила целиком и полностью захватило представление. Он даже не мог бы сказать, что из увиденного было плодом его собственного воображения, а что действительно сыграли актеры на сцене.
— Старший инспектор хочет поговорить с вами.
Но его внимание рассеялось, так как чья-то рука, протянувшись из-за занавеса ложи, схватила рюкзак за ремень и осторожно потянула его на себя.
Голос Грэхема отрывисто рявкнул над ухом у Проллера.
Конечно, гном всего этого не видел, но он заметил какое-то движение у себя за спиной, когда вор дернул к себе рюкзак. Оглянувшись, он успел увидеть руку с длинными пальцами, которая вместе с его рюкзаком исчезла за занавесом.
— Достаточно, возвращайтесь! Я только что снял наблюдение с виллы Брайлинга.
— Эй! А ну, стой! — в ярости закричал гном. — Вор! Держите его! — Схватив топор, он выскочил из ложи на деревянный помост, и кованые подошвы его сапог застучали по полу. — Я вобью тебе в голову уважение к чужой собственности!
— Но почему?
И его крики, и весь этот шум привели к тому, что чары лицедейства рассеялись. Послышались возмущенные возгласы, адресованные не столько вору, сколько потерпевшему.
— Вы что там все с ума посходили вместе с дозорными? Брайлинг на своем аэромобиле пять минут назад покинул виллу. В данный момент он направляется в центр города. Не сомневаюсь, что сделал он это после звонка Стэймица и сейчас мчится на встречу с ним.
«Мне бы их заботы».