Сегодня я иногда слышу, что должен «вернуться к своим истокам» и «не спешить». На самом деле вначале я писал еще более одержимо и неистово, потому что в тот момент у меня была еще постоянная работа на радиостанции; то есть я мог работать над своими идеями только по выходным, в отпуске и вечерами.
Сегодня – благодаря вам, читателям – у меня много времени, и я месяцами могу концентрироваться исключительно на написании романов. В отличие от многих коллег, которые, хотя и публикуют что-то ежегодно, работают переводчиками, преподавателями или банковскими служащими. Я восхищаюсь такой работоспособностью и дисциплиной.
Я также узнал, что быть автором – это не обычное занятие, когда ты сам можешь определить часы работы. Так же, как я не могу приказать себе: «Фитцек, сегодня ты пишешь комедию». Идея находит автора и задает темп, а не наоборот.
Звучит эзотерически, но это подтвердили уже многие коллеги. Мы, авторы, часто понятия не имеем, откуда именно берутся наши идеи. Мы знаем только, что в нас томится нечто, какое-то влечение, которое гонит нас к письменному столу.
Написание книг – это не производство на заказ, а самореализация. Как музыкант должен каждый день музицировать, а спортсмен выходить на стадион, я счастлив, что могу ежедневно садиться за письменный стол. И да, признаюсь, в этом смысле я немного маньяк. Когда я «в процессе», то пишу без перерыва, даже в день рождения или Рождество.
Формула «больше времени – лучше книга» наверняка не плохая, если речь идет о тщательности, с которой собирается и изучается материал и прорабатывается первый черновик. Помимо того, что в отличие от других, достойных восхищения и очень продуктивных авторов (Маркус Хайтц, Мартин Вальзер, Стивен Кинг), у меня, скорее, творческий кризис, существуют и противоположные примеры. Как-то раз я пять лет ждал нового триллера своего любимого автора, который до этого публиковался каждый год, – и был потом несколько разочарован.
Кстати: не издательство, а я сам должен устанавливать срок сдачи романа, иначе никогда его не закончу. Ни одной своей книгой я не доволен на сто процентов и до сих пор сидел бы над дебютной «Терапией» и старательно правил ее, если бы не срок сдачи в 2006 году.
Роланд Эммерих сказал, что историю нельзя закончить. Ее можно только отпустить. И я надеюсь, что напишу для вас еще много книг, хотя два романа в год и в будущем останется абсолютным исключением.
При этом я не могу обещать, что эти триллеры придутся вам по вкусу или их можно будет сравнить с вашим любимым романом. Это будет случайностью, потому что вообще-то я стараюсь не повторяться. (А это как раз повтор – смотрите выше…)
Единственное, что могу вам искренне обещать, – каждая моя история идет от души в надежде затронуть и вашу».
Вот так я буду писать, пока кто-нибудь не уберет декорации, захлопает в ладоши и скажет: «Дорогой господин Фитцек, эксперимент окончен. Мы одиннадцать лет позволяли вам верить, что вы писатель. Что вы чувствуете сейчас, когда узнали, что на самом деле вы пациент Парк-клиники?»
А до того момента я буду рад получать от вас письма на адрес: fitzek@sebastianfitzek.de
* * *
Итак, поблагодарив вас – самых важных людей в жизни автора, – я сейчас быстренько пройдусь по остальным, пока они снова не обиделись. В первую очередь это директор издательства «Дремер Кнаур» Ханс-Петер Юбляйс и его чудесная команда – Йозеф Рёкль, Бернхард Фетш, Штеффен Хазельбах, Катарина Ильген, Моника Нойдек, Беттина Хальстрик, Беате Ридель, Ханна Пфаффенвиммер, Сибилле Дитцель, Эллен Хайденрайх, Даниэла Мейер, Грета Франк и Хельмут Хенкензифкен. Хочу особо выделить Беате, Эллен, Даниэлу и Хельмута, потому что маркетинг, производство и дизайн обложки (как мне кажется) снова превзошли сами себя.
За работу над этой рукописью моему редактору Регине Вайсброд вообще-то полагается дополнительная выплата за стресс, потому что она действительно страдает аэрофобией. Что, однако, не помешало ей подвергнуть доскональной проверке каждое предложение, как «эйрбас» при техосмотре. Как и Каролин Граэль, моему второму незаменимому человеку. Вы в очередной раз не позволили мне сбиться с курса, вдохновили на «высокий полет» и оберегали от аварийных посадок.
Марк Хаберланд (один мой хороший друг, чью фамилию мне было позволено впервые упомянуть в романе «Душегуб») посещал семинар для страдающих аэрофобией, о котором идет речь в книге. Он снабдил меня огромным количеством интересной и полезной информации, которую я даже не смог полностью включить в роман. Например, тот факт, что многие начинают испытывать клаустрофобию уже при входе в салон, потому что до этого шли по узкому «рукаву» от выхода на посадку до самолета. Именно по этой причине некоторые «рукава» уже снабжают окнами или вообще делают из оргстекла.
Марк дал мне совет – перед стартом напрячь все мышцы. Таким осознанным спазмом всего тела можно перехитрить мозг, который не умеет концентрироваться одновременно на нескольких исключительных ситуациях. Более продвинутая версия этого трюка, так называемая «прогрессивная мышечная релаксация по Якобсону», рекомендуется вообще при любых тревожных неврозах. Можете тоже попробовать, в любом случае это должно сработать лучше, чем шутки соседа об авиакатастрофах.
Кстати, семинар Марка закончился происшествием, которое в очередной раз доказывает, что жизнь пишет самые невероятные истории. Во время финального полета самолет попал в такую сильную зону турбулентности, что даже матерые пассажиры начали кричать. После пилот признался, что редко сталкивался с подобной тряской. Марк считает, что это переживание из разряда «хуже не бывает» удержало его от того, чтобы воспользоваться гарантией возврата денег. Но он был исключением среди участников семинара.
Как всегда, я не собирался писать научно-популярную книгу, но факты, попавшие в роман, – правда. По поводу самого безопасного или опасного места в самолете существуют разногласия и до сих пор ведутся исследования, хотя преобладает мнение, что в хвосте самолета шансы выжить повышаются. И да, действительно проводился краш-тест, во время которого первые семь рядов были полностью разрушены, а место 7А вырвано из самолета. Даже невероятный случай Джулианы Кёпке не выдумка. Нелюбители смартфонов, как я, не очень рады сообщениям, что на некоторых авиалиниях можно звонить и выходить в Интернет с помощью сотового телефона. Последний оазис спокойствия уничтожен. И конечно, психологические и прочие тесты для пилотов и экипажа давно уже не просто разговоры.
Но то, как главные герои в этом романе могли бы устроить крушение самолета, я, разумеется, описал не на сто процентов верно, как и методы суицида. Все-таки я развлекаю, а не пишу инструкцию.
Что касается исследования темы: в отличие от «Двадцать третьего пассажира», где я несколько месяцев искал командира самолета, который не побоялся бы прослыть стукачом, при написании этого романа у меня не воз никло проблем с поиском сведущего консультанта. Мой школьный друг Марк Пойс поделился со мной своим опытом пилота и перепроверил все соответствующие места в тексте. Так что, если вы полетите куда-то по Европе и вас попри ветствует капитан Пойс, можете расслабиться и наслаждаться полетом, потому что этот парень лучший! (Или пройдите вперед и тресните его книгой, если она вам не понравилась. Тогда вас арестуют, и у меня будет на одного критика меньше!)
Я также благодарю командира самолета Франка Хельберга, директора и владельца берлинской инженерно-авиационной службы, который консультировал меня и раньше и которого я забыл пригласить на премьеру «Ноя». К сожалению, я извинился за это, и он лишь поэтому заметил мою оплошность. Такого больше не повторится. Я имею в виду, извинения.
Благодарность своему менеджеру Мануэле Рашке я хочу объединить со срочной просьбой: пожалуйста, возьми отпуск! Все говорят, что ты слишком много работаешь, Ману. А я правда могу какое-то время обойтись без твоей невероятной, неустанной и суперпрофессиональной помощи. Один-два дня. На Рождество и Новый год. Тогда я могу подключить твою маму Барбару, которую не могу не упомянуть, как и твоего мужа Калле. Тебе я благодарен не только за помощь, но и за понимание, что работа с автором психологических триллеров связана с некоторыми странностями, говорить о которых мне, к сожалению, запретила мой чудесный агент по связям с общественностью Сабрина Рабов. А если серьезно: Сабрина, большое спасибо тебе за советы, поддержку и многолетнюю верность.
Список незаменимых людей продолжает моя любимая теща Петра, которая вместе с Йорном Штолльманом («Штолли»), Маркусом Майером и Томасом Цорбахом занимаются такими безнадежно устаревшими СМИ, как Интернет, – а я, как первопроходец, осваиваю факс.
Я благодарю своего любимого баварца Франца Ксавьера Рибеля, который снова первым прочитал мой роман. И друзей Арно Мюллера, Томаса Кошвитца, Йохена Труса, Штефана Шмиттера, Михаэля Тройтлера, Симона Йеге ра и Эндера Тиле.
Упоминая здесь его фамилию, я лишь усложняю ему жизнь, потому что статистически у каждого второго немца есть идея романа. И Роман Хоке лучший, кто найдет издательство для вашей книги. (Эй, если он даже меня сумел пристроить…) А помогают ему в литературном агентстве AVA Клаудиа фон Хорнштайн, Гудрун Штрутценбергер, Корнелия Петерсен-Лакс, Лиза Бленнингер и Маркус Михалек.
Время от времени на литературных чтениях со мной просят сфотографироваться. Обычно на заднем плане стоит мужчина и смотрит так, словно у него стащили шницель: это мой верный друг и менеджер Кристиан Мейер из службы безопасности C&M, с которым мы уже так давно ездим, что многие считают нас старой супружеской парой. Мы себя, кстати, тоже.
Дорогая Сабина, я надеюсь, что смог учесть все твои медицинские замечания. Моя невестка вместе с моим братом Клеменсом входят в постоянную команду моих медицинских консультантов. Я уже собирался отблагодарить их совместным круизом. Но, прежде чем они успели принять подарок, я написал «Двадцать третьего пассажира».
Разумеется, я, как всегда, благодарю всех продавцов книжных магазинов и библиотекарей.
Успех интернет-магазинов уже невозможно списать со счетов. И было бы невероятно цинично с моей стороны игнорировать его, потому что я, как и многие другие авторы, сам извлекаю из Интернета выгоду. Действительно, без Всемирной сети моя карьера была бы невозможна, потому что в 2006 году моего первого романа почти не было на прилавках. Но все равно я прошу вас поддержать местные книжные магазины. Тому есть множество причин. Давайте назову одну.
Если вы любите какого-то автора и хотите встретиться с ним на литературных чтениях, где они будут происходить? В Интернете или в книжном магазине?
Пожалуйста, не поймите меня превратно, я не хочу демонизировать крупных интернет-торговцев. Вам вовсе не нужно радикально менять свое поведение покупателя. Достаточно, если вы иногда будете наведываться туда, где книги чувствуют себя особенно хорошо: на полке рядом со своими собратьями в книжном магазине с опытными консультантами. Но только не пугайтесь, я тоже могу там оказаться.
Как всегда, я благодарю вас за уделенное мне время!
Всего наилучшего и до свидания!
Ваш Себастьян Фитцек
Берлин, по ощущениям апрель, по факту 6 июля 2017 года
P. S. И напоследок самое лучшее.
Недавно одна читательница спросила, как моя жена может спокойно спать рядом «с таким, как я». При этом жена смотрит «Хостел» или «Пилу», чтобы расслабиться, а ее наряд для субботнего похода в клуб К17 может запросто претендовать на первое место в конкурсе костюмов на Хеллоуин. Спасибо, Сандра, за то, что ты такая неформальная и одновременно любящая, что терпишь меня и не хватаешься за оружие. Во всяком случае, обычно.