– А когда он проснется, что будет?

– Будет оче-е-е-ень интере-е-е-есно… – пообещал нам лысый провидец.

– Рассказывай…

Долго объяснять не пришлось. Не потому что я умный – просто инструкции были предельно простыми. Веревка имелась. Тонкая эльфийская. Ею меня и обвязали вокруг пояса. За другой конец взялся Колыван. Запрокинув голову, я осушил фляжку с вином, утер губы рукавом, наклонившись, наполнил флягу страшной водой и, туго закрутив крышку, бросил флягу Доку.

– Прибереги для меня. Вдруг пригодится. Ну…

И я шагнул вперед.

Черная клокочущая вода беззвучно приняла меня в свои объятья, и я камнем ухнул вниз. Перед глазами замелькали панические красные сообщения, тут же сменяющиеся зелеными. Меня пытались растворить, утопить, разорвать, сплющить и отравить одновременно. Но проклятой воде я был не по зубам. А насчет дыхания… учитывая мой статус, я прекрасно обходился без оного, не обращая внимания на дрожащий замерший таймер.

Светляк в моей руке не выдержал чрезмерной божественности вокруг и угас. Но света хватало. Дно быстро приближалось, в моих ушах ревела невероятно сильная здесь колыбельная. Теперь я знал ее предназначение – она поддерживала сон Аньрулла. А птицы – это лишь побочный эффект.

На мое лицо упали зловещие зеленоватые отсветы. Вскоре я сумел разглядеть очертания того, что лежало на каменистом дне угрюмой пропасти…

Глава пятая. Дремлющая смерть на дне могилы…

Мне не требовалось работать руками и ногами. Бессмысленно – неведомая магия изменила гравитацию и превратила мое тело в слиток свинца. А вода злорадно расступалась передо мной. Я не тонул – я медленно падал. Мои глаза не отрывались от очень страшного «объекта» на дне глубокой пропасти. Еще пара минут – и я достигну дна.

Но сначала я кое-что сделаю. Это не часть моего долга и не часть моих обязательств. Это просто здравый смысл – что не редкость для меня в последнее время – и желание оградить друзей и просто союзников от череды возможных новых смертей. В случае с массовым взрывом суицелл – я просто не был в курсе, что все случится именно так. Но сейчас моего воображения вполне хватает, чтобы представить себе, что может случиться, когда пробудится насильно усыпленный древний бог смерти Аньрулл…

Отключив полную блокировку сообщений, я выбрал избранное игнорирование посланий и подключил к одному каналу два игровых ника – Злоба и Баронесса.

«Есть контакт? Злобыч, ЧБ».

«Слышу тебя, Рос», – это Баронесса.

«На связи! Вы живы там, бродяги? Что со вторым входом?! Уже нашли?!»

«К черту вход. ЧБ, что сказал Орбит или Док минуту назад? Они выходили на связь? Сообщали что-нибудь?»

«Нет».

«Нет. А что?»

«Ясно. Слушайте внимательно: Орбит отыскал в Ань Гдаре спальню-темницу бога смерти Аньрулла. Я сейчас стремительно погружаюсь, подплывая к его ложу на дне пропасти. Затем я ЕГО РАЗБУЖУ – и меня НЕ отговорить, предупреждаю сразу. Я пообещал Орбу и сдержу обещание. Как приняли? Скоро бог смерти Аньрулл проснется».

«!!!!»

«Ученик, ты охренел к чертям собачьим?!?!»

«Я предупредил, и совесть моя чиста. Если бог будет зол – тут может рвануть такой страшный фугас… А он в любом случае будет очень зол».

«Рос, мы не можем предугадать последствий! Черт… Орбит заблокировал сообщения. Не могу достучаться».

«Ученик, ты что? Послушай…»

«Злоба, помолчи!» – опять Баронесса.

«Молчу…»

«ЧБ, если не я – его разбудит кто-нибудь другой, – торопливо набивал я текст, краем глаза поглядывая на быстро приближающееся дно. – Побудка – дело тяжкое, но те же Архи могут и справиться, когда данж откроет свои двери для всех. Хочешь, чтобы бог был добр к твоим врагам? Я тебе точно не враг».

«Поняла… спасибо за предупреждение, Рос. Орбиту вырву ноги! Мы подготавливаемся. Время побудки?»

«Пара минут, не больше».

«Принято».

«Злоба!» – позвал я замолкшего волшебника.

«Слушаю!»

«Ведь именно в таких случаях появляются вокруг различные артефакты, сферы с яростью бога, прочие непонятные штуковины?»

«О да! Там все завалит материальными ошметками его ярости! Если тебе перепадет что-то особое – я первый на очереди, ученик. Ведь ты мой любимый ученик, мой друг, боевой товарищ, мой…»

«Злоба, замолкни!»

«Молчу, несравненная. Но…»

«Злоба!»

«…»

«Рос, постарайся не умереть. Про вход в данж НЕ забывай. Это МЕГАВАЖНО! Если все коридоры окажутся завалены сферами ярости и артами – мы должны первыми туда войти! А затем заблокировать вход и, никого не пуская, набросить фартучки с девизом «Не останется ни пылинки!», и тщательно пропылесосить каждый сантиметр данжа».

«Понял. Сделаю, что могу. Все… прилуняюсь… говорить не могу».

«Удачи».

«Удачи!»

До дна осталось меньше пяти метров. Я буквально падал на огромный продолговатый холм грязи и тины. Но среди грязи угадывались очертания черно-зеленой мантии, похожей на распластавшегося мертвого исполинского ската. А под мантией… это кости? Гигантские кости когтистой руки скелета подрагивают на дне, оставляя глубокие борозды…

Одна только рука представляла собой настоящее произведение искусства – странные массивные кости причудливым образом соединены вместе, это отнюдь не увеличенные человеческие останки. Пять пальцев – этим мы схожи, но я хоть и мало знаю анатомию, вряд ли в большом пальце человека может оказаться четыре фаланги. Когти страшные, каждый размером с мою руку в длину, хищно изогнутые, остро заточенные. Этой рукой если ударить наотмашь…

Все остальное скрыто грязью и загадочной мантией черно-зеленого цвета. Прямо сквозь грязь бьет черно-зеленый же свет. Скрытый от моих глаз колосс нервно вздрагивает, пальцы скрючиваются. Если он спит – ему снится кошмар.

Мои ноги коснулись дна у пальцев Аньрулла. Протяни руку – и коснешься когтя большого пальца. Но первым делом я присел и подхватил с грязи оторванный черно-зеленый лоскут. Не глядя свернул его и убрал в заплечный мешок. Внутри меня помимо ошеломления от созерцания древнего бога бешено крутилась юла восторженного самолюбования – я попираю игровые законы, спокойно купаюсь в эссенции божественной смерти, мне не страшны проклятья, и я не задыхаюсь в воде. Невольно и сам почувствуешь себя богом. Впрочем, я быстро отрезвел, прекрасно понимая, что хоть я и защищен от проклятий, но небрежный удар проснувшегося божества одним махом превратит меня в сплющенную котлету для гамбургера.

«Папа… все хорошо?» – тревожная мысль дочери пробилась сюда, подобно лучику света. Около моего лица заплясала ярчайшая искра света, что на мгновение превратилась во встревоженное лицо Роски.

«Все хорошо», – поспешил я вложить все силы в ответную мысль, давая понять, что беспокоиться нет причины.

«Холод и тьма вокруг тебя, папа!»

«Мне они не повредят».

«Мне прийти? Я могу, если очень сильно захотеть!»

«Нет! Запрещаю! Я скоро приду! Поймай для меня большую и вкусную рыбу».

«Хорошо…»

Черт, Роска не показалась мне успокоившейся. А характер у нее взбалмошный. Пора заканчивать с этим мрачным спектаклем. Тяжело шагнув, проваливаясь глубоко в грязь, я осторожно потянулся вперед и подложил под костяную ладонь свиток с заклинанием «облако жизни» высшего ранга.

Хотел уже активировать свиток, но вовремя вспомнил о страховке и, поспешно вытащив из-за пояса скрученную черную тряпку, повязал ее вокруг головы, постаравшись, чтобы на лбу оказался символ, изображающий зеленый треугольник с наложенной поверх него перевернутой пятилучевой звездой. По бокам имелось еще два символа – по три волнистые вертикальные линии. Художество Орбита. Эта тряпка – моя единственная защита от пробужденного божества. Такие же у эльфа, Дока, Колывана и змея. Символ означает, что я пусть и не поклоняюсь Аньруллу, но и не враг ему – по словам эльфа. Надо заключить весь символ в прямоугольную рамку из угловатых линий, чтобы громко заявить – я поклоняюсь богу Аньруллу. Все сложно, но необходимо – ибо первые мгновения бог будет похож на гранату с уже сорванной чекой.

Дополнительно я проверил канал связи с Орбитом и Доком – чтоб предупредить их, если случится что-то очень плохое. Пока они молчали – я попросил не отвлекать меня.

Кажется, теперь все в порядке…

Снова наклонившись, я коснулся свитка и активировал «облако жизни». Затем тут же отступил.

Что будет, если в руке смерти окажется искра жизни?

Ну а что случится, если в мою ладонь положить раскаленный добела уголь? Или вылить мне на ладонь черпак крутого кипятка?

Только что я ошпарил бога.

Едва внутри костистой ладони полыхнул мощнейший исцеляющий разряд в виде облака, заключившего в объятия кусок дна и кости, как рука Аньрулла резко сжалась – с молниеносной скоростью. Пальцы дернулись так же быстро, как и пятерка разъяренных атакующих кобр. Светящаяся искра жизни жалобно моргнула и потухла. Во все стороны рванула чернейшая мутная пелена, переполненная зелеными искрами. Аура накрыла меня с головой, зеленые искры с тонким и едва-едва слышным плачем заметались вокруг моего тела. Каждая искра – что-то страшное и разумное, микрослуга, деловито обследующий все вокруг. Черная аура мгновенно заполнила дно пропасти, чуть уплотнилась и рванулась вверх, к поверхности.

Громадный холм грязи начал подниматься и одновременно разваливаться на куски. Я поспешно отошел на несколько шагов, не пытаясь отвернуться или бежать. Мне не убежать от бога.

Теперь я видел две скелетные руки – поднялись локти, страшные ладони уперлись в дно, показались укутанные мантией плечи, а затем и скрытая гигантским капюшоном голова, выходящая из грязи. Послышался вздох – долгий и хриплый. В меня ударила волна воды, ноги пробороздили в тине две полосы, затем я шлепнулся на задницу. Быстро встал – уж если умирать, то в достойной позе. Скрестил руки на груди, предварительно проверив, не сорвало ли повязку с защитным символом.

Голова рывком поднялась выше, отброшенный капюшон отлетел к лопаткам. Ко мне повернулся ужаснейший из когда-либо виденных мною черепов.

Глаз нет. И никогда не было, даже если некогда этот костяной ужас облегала живая плоть. Сплошная костяная «стена» на том месте, где у людей глазные впадины и переносица. Стена сильно выгнута вперед, будто бы давая дополнительное место скрытому за ней мощнейшему мозгу. Пасть… столь кошмарная клыкастая пасть не должна принадлежать разумному существу. Этому «ротику» позавидует любая акула. Одно точно – Аньрулл не вегетарианец. Причем челюсти очень широкие и массивные, пасть сможет одним ударом клыков перебить любую кость или раскрошить челюсть.

Парой слов, мне показалось, что я разбудил слепого тираннозавра.

Но, даже не имея глаз, череп смотрел точно на меня. Из приоткрытой пасти вытекала между клыков черная грязь.

«Папа! Холода и тьмы все больше!»

«Все в порядке, милая! У меня с одним дядей взрослый разговор. Скоро я вернусь с подарками».

«О да! Удочка, крючки, поплавки и леска!»

Бог Аньрулл пробудился!

На удивление лаконичная и короткая надпись. Игровая система парализована от ужаса моим опрометчивым деянием?

«Эта часть плана прошла успешно», – с обмиранием подумал я, заставляя себя открыть рот и начать говорить:

– О бог Аньрулл! Древний и могучий! Не гневайся на нас – меня и двух моих друзей, стоящих выше. Мы здесь, чтоб пробудить тебя от сна длиною в вечность. И это все.

Странно разговаривать под водой… голос дрожит, слышны непонятный звон и бульканье, трудно управлять с непривычки интонациями. Надеюсь, я не показался ему описавшимся от хохота клоуном, сдавленно несущим всякую чушь.

– Сон длиною в вечность… – клацнувшая пасть породила рыкающие слова. Костяная выпуклая «стена» на месте глаз вдруг покрылась сотней причудливых трещин, что большей частью сразу же исчезли, а оставшиеся образовали некий странный рисунок, явно имеющий какой-то смысл, но далекий от моего понимания.

– Ты спал очень долго, бог Аньрулл, – подтвердил я. – Настолько долго… что я даже и не знаю, с чем сравнить.

Аньрулл закричал…

Поднимающийся на ноги исполинский скелет запрокинул череп и издал невероятно громкий резонирующий крик. Земля затряслась. Черная аура завихрилась водоворотом вокруг фигуры Аньрулла, мантия затрепетала в водном вихре. Ладони сжались в страшные кулаки, из костяшек пальцев вылезли длинные шипы.

Вода задрожала, налилась зеленым свечением, вибрация становилась все сильнее. Удар…

Меня сшибло с ног, закувыркало по грязи. Но я успел заметить, как древнее пробудившееся божество исчезает во вспышке черно-зеленого телепорта. На прощание он не сказал ничего. Но я не переживал – Орбит меня предупредил, что скорей всего так оно и будет. Да мне без разницы – я эту работенку выполнял не для себя.

«Он ушел», – напечатал я друзьям. И продублировал это же сообщение Баронессе.

«Мы уже в курсе-е-е-е! – сообщение от Злобы. – Мля-а-а-а-а!»

«Рос, поднимайся! Вот это кошмарина! Я чуть под себя не напрудил, – отписался Док. – Мы ждем тебя. Орб хочет показать дверку, за которой прибавка к мане. И еще какие-то древние знания! И еще магия! Давай быстрее!»

«Куда быстрее?! Веревка же у вас! Тащите меня!»

«Ой!»

«Пока не тащите! – вовремя среагировал я. – Соберу тут всякое».

«Ок».

На сбор «всякого» ушло минут двадцать, никак не меньше. Затем лишь я подал сигнал, давая знать, что жирную рыбку можно подсекать. Соединяющая меня с поверхностью эльфийская веревка дернулась, и я, словно пойманный карась, полетел вверх. За мной стелился шлейф мелкой грязи и тины.

«Орбит, что это за бог такой? Ну и личико у него!» – написал я, благо во время подъема заняться было нечем.

«Он стал богом. Но был смертным».

«Ого! И у какой же расы такие вот скелеты жуткие?»

«У той расы, что больше нет».

Ого… и как это понимать?

«Ты случаем не про Великих а.к.а. Древних?»

«Да».

Коротко и ясно. Спасибо тебе, Орбит. А я-то наивно надеялся на красочную, пространную историю.

Зубодробительный рывок его не разорвал меня пополам. Пронзив головой уже далеко не черную и не клокочущую воду, я по красивой траектории пролетел десяток метров и в крутом пике коснулся мокрого пола. За миг до этого мои друзья в прекрасно слаженном движении синхронно расступились. Шмякнувшись, я помотал головой и пробухтел:

– Опять меня не поймали…

– Ты бога разбудил, босс! – сверкая глазами, рядом приплясывал Док, очень сильно похожий сейчас на стоящего рядом эльфа, безучастно прячущего в сумку мамонта знакомую флягу с «мертвой водой».

– Верни фляжку с коктейлем Аньрулла! – потребовал я.

– Не-е-ет…

– На кой она тебе? На пакость какую-нибудь пустишь!

– Не-е-ет… на-а-адо…

Видимо, эльф сначала не видел ценности в эссенции божественной смерти, а позже, когда представилось время, дотумкал, что она может и пригодиться для некой особой цели.

– Речь не о деньгах, но ты представляешь, сколько может стоить такая фляга? – уточнил я. – Бом тебе за нее пасть порвет, душу из тебя вынет. Ты же понимаешь – на него твои речи не подействуют.

Помолчав, эльф почесал макушку и предложил:

– Бому не ска-а-ажем…

– Ладно, – согласился я и достал скомканный лоскут черно-зеленого цвета. Предмет едва заметно светился и был не идентифицирован. – Глянь-ка… кусок плаща Аньрулла. М? М?

– Да-а-ай…

– Нет уж. Продадим и озолотимся.

Новый рывок лишил меня драгоценной добычи. С флегматичным сопением Колыван передал вырванный у меня лоскут Орбиту, а тот живо осмотрел его и тут же спрятал к фляге.

– Рой себе могилу, – предложил я. – Если не для себя – то для мамонта. Кого-то из вас двоих Бом точно прикончит.

– А меня? – поспешил уточнить Док.

– А тебя за что?

– Ну… понимаешь… мы, когда сюда шли, он отписался – без полного мешка самых дорогих штук не возвращайся, мотовству Роса не потакай, безумству Орбита сопротивляйся, никому из чужих ничего в подарок отдавать не позволяй, полный список всего найденного мне предоставь. Мне вписывать грязный лоскут и флягу с жидкой смертью? Я не хочу, чтобы мне Бом пасть порвал… я же врач, мне важна успокаивающая милая улыбка… Да, решено – вписываю в список флягу и лоскут. Помечаю как: «наверное, очень дорогие».

– Иди сюда-а-а… – поманил его бледной рукой тощий эльф, стоя на краю заполненной водой пропасти и проверяя узел на привязанной к большому камню веревке.

– Иди туда-а-а-а… – заунывно простонал призрак, возникший за спиной доктора и начавший его подталкивать призрачными ладошками.

– Док, ты «Муму» читал? – спросил я, утирая лицо.

– Герасим, не надо! – завопил Док, упираясь ногами в пол. – Намек понял! Я буду молчать!

Привидение разочарованно завыло и воспарило к потолку, где уже крутился пяток призраков.

– Мана, – напомнил я. – Главная цель нашей прогулки.

– Я бы тоже не отказался, – вздохнул Док, боязливо отступая от края бездны. – Рос, ты был крут! Исчез в подводной тьме бесстрашно… потом стоял рядом со вставшим богом-скелетом. Я все заснял! Сначала так, а затем через подзорную трубу волшебную. Качество нормальное. Кэлен за это видео много золота отдаст – вернее, не она, а Вестник Вальдиры. Ты ведь тоже запечатлел моменты памятные, да?

– Нет, – признался я сокрушенно. – Черт… ну и ладно. Орб, куда нам? Вниз по коридору?

Дождавшись кивка нашего оракула, взбирающегося на Колывана, я скомандовал:

– Снова в путь! Порядок передвижения тот же. Ребят, только прошу – не расслабляйтесь! Мы многое совершили – за это нас в будущем еще распнут раскаленными гвоздями на живом ежовом кресте, танцующем диско, – но не расслабляемся. Док, вытяни нас. Мне очень нужна прибавка к мане. Хотя бы потому, что я завоюю ее сам, а не получу с ложечки, протянутой ЧБ. Иногда так хочется быть самостоятельным мужиком…

– Постараемся, босс, – браво отрапортовал Док. – Постараемся. Главное – не забираться к слишком сильным тварям. Там тебя в один удар вынесут.

– Ок…

– Сюда-а-а…

Орбит выбрал достаточно широкий проход по спирали, ведущий вниз. Воды в проходе было очень много, мне придется прыгать по стенам, как кузнечику. Мамонт скорей всего поплывет. Знакомые синеватые вспышки оповестили о наличии в воде угрей, жаждущих превратить нашу жизнь в череду сеансов электротерапии. Понадобилось три витка, прежде чем мы достигли очередного перекрестка, где свернули налево, обнаружив несколько синих точек на одной из стен. Путешествие было непростым – мы сражались за каждый метр. А перекресток и вовсе был занят монстром трехсотого уровня. Рисковать и вступать с ним в бой не стали – при помощи двух призраков Орбита атаковали гада-переростка в спину, а когда он, разъяренно воя, попрыгал за ними, успели осмотреться, выбрать нужное направление и вовремя смыться. Один призрак сумел спастись, другому не повезло – его развеял мощный удар монстра. Док спешно откачивал получившего откат эльфа, я продолжал драться с угрями. А мы спускались все ниже и ниже.

Трофеи… одних только яростно пылающих яростным огнем шаров я собрал около двух десятков. Это огромнейшая цифра. За такие трофеи убивают сразу и без разговоров. А я их собирал, как грибы-поганки. Порой уже лень было нагибаться, и лишь воспоминание о зеленом кулаке Бома давало мне стимул для очередного поклона.

Через час мы достигли нужного места. Промахнуться было невозможно. Как пройти мимо узкой дырки в полу, находящейся посреди здоровенной синей кляксы? Местность выглядела как гигантская посудомойная раковина со стоком, залитым синей краской. И к чему было мучиться с микроскопическими синими точками в предыдущих подсказках? Такое впечатление, что некоему дурню дали три литра синей краски и сказали: «Это тебе на все подземелье! Трать экономно, добавки не будет!» И дурень бережно капал краску на редких углах, делал тоненькие стрелки, махонькие кляксы. А потом добрался до финишной точки и понял, что у него в запасе осталось еще два литра неизрасходованной краски. И чтобы не заморачиваться, вылил остатки в колодец…

Конечно, краски никакой и в помине не было – тут некий ярко-синий природный камень с белыми вкраплениями. Воды в колодце не видно, но изнутри доносится характерный рокочущий грохот. Так что нового купания мне не избежать – и снова я отправлюсь один, если не считать за компанию эльфийскую веревку, давно уже ставшую мне почти родной.

Но прежде чем начать спуск, мы устроили короткую передышку. Минут на пять. Колыван снова проходил лечение у Дока, тот радостно сообщил, что получил третий ранг достижения «Звериный доктор». Радость и работа не мешали лекарю делиться известиями, исправно получаемыми им снаружи. Неспящие, видимо, писали непрерывно, сообщая много чего интересного.

Первое – прорыв божественной ярости все же состоялся. Но не внутри подземелья – чего я боялся очень сильно. Прорыв случился на многострадальной вершине утеса Приливная Смерть. Сначала к небесам рванулась черно-зеленая вспышка, исходящая жутким взбешенным воем. А затем во все стороны ударило черное облако с зелеными вкраплениями. И все, чего оно коснулось, сначала умерло, а затем превратилось в нежить. Сейчас вершину утеса «украшала» гигантская черная нашлепка, напоминающая колышущийся цветочный бутон, медленно опускающийся к земле и умертвляющий все на своем пути.

Игроков облако просто убивало – медленно, но верно выкачивая из них жизнь, сбивая с курса, лишая зрения, рубя характеристики. Помимо плохого во все стороны разлетелось и хорошее. Разлетелось с визгом и вжиканьем. Сферы с яростью, непонятный металл и осколки загадочных минералов, огромные магические кристаллы, неопознанные костяные амулеты. Обалдевшие после прорыва божественной ярости игроки не успели опомниться и захлопнуть разинутые от изумления рты, а Неспящие, что за секунды до случившегося почему-то рассредоточились и заняли новые места там и сям, начали рьяно исполнять роли профессиональных бейсболистов, ловя все, летящее с небес. Потому они и урвали львиную долю падающей манны небесной. Вовремя взмывшим воздушным созданиям тоже досталось немало падающих подарков, после чего они скромно испарились, унося добычу на корабли. За ними последовали десятки быстрых наземных зверей – гепарды и страусы устроили настоящий марафон с препятствиями, спеша убраться от утеса. Им вслед махала платочком Черная Баронесса…

И все это случилось на глазах прочих кланов, которым что-то все же досталось, но…

Затем воцарился хаос. Все поняли, что произошел прорыв невиданной по силе божественной ярости, причем зона поражения все расширялась, уже почти полностью захватив утес и начиная расширяться в сторону открытого океана и берега. Сейчас от черного смертельного марева были свободны лишь основание прибрежной скалы и узкая полоса пляжа.

Перекусившие «скромным» полдником Неспящие утерли рты, поблагодарили за угощение и теперь интересуются продолжением сытного банкета.

– Чего отвечать? – спросил Док.

– Ответь им – мы работаем, – кряхтя, пробухтел я, опуская ноги в черный зев колодца. – Орбит, ты уверен? Выглядит все слишком просто.

– Так и е-е-е-есть, – с сожалением вздохнул эльф. – Слишком про-о-о-осто… неинтере-е-е-есно…

– Чем проще – тем лучше, – философски заметил я, опускаясь в колодец по горло. – Травите!

– Док, плесни я-я-яду… – попросил эльф.

– Веревку травите, крысы сухопутные! – возмущенно заорал я и провалился под землю со скоростью утюга.

Путешествие оказалось недолгим. Даже слишком недолгим – на двадцатой секунде я плюхнулся в воду, и меня тут же шмякнуло налетевшей волной о скалу. Тряхнув головой, я вцепился в камень, огляделся и, найдя нужный ориентир, короткими саженками направился туда, с трудом преодолевая болтанку. Грохот прибоя оглушал. Вода заливала лицо. Меня интересовал ряд каменных колонн, выглядящих как щербатый злобный оскал гигантского чудовища. И я плыл прямо ему в пасть. Что ж, мне не привыкать. Но в данном случае колонны и каменные обломки играли роль заградительного барьера. Стоило мне добраться до «оскала» и протиснуться между двумя «зубами», как я увидел прелестное зрелище, могущее обрадовать любого добытчика, – в образованной дырявой стеной тихой бухточке колыхался на воде разнородный мусор. Дно бухты было красным, небо – синим. Выглядело все страшновато.

Теперь главное – не хвататься за что попало и НЕ заплывать в поле мусора. Тут вот какая хитрость – любой, кто сюда заплыл, может взять лишь четыре любых предмета. Только четыре. И даже щепка, попавшая под занесенную для гребка руку, будет посчитана за взятый предмет. Осторожно вытянув дрожащую руку, я выгадал момент и ловко сцапал приподнятую зыбью бутылку. Этикетки нет, но скорей всего это вино. А вон еще одна бутылка несется на камни со смелостью обреченного на смерть… надо хватать…

Спустя три минуты я стал обладателем трех бутылок и одного квадратного флакона. Все посудины запечатаны, все наполнены почти до горлышка. Подтянувшись, я взобрался на стертый водой почти до основания «зуб», перекинул ноги и ненароком зачерпнул рукой бултыхающуюся на воде полуразбитую арфу.

– Черт!

Я спрыгнул с камня как ошпаренный кузнечик, а спустя долю мгновения за моей спиной раздались хруст и чавк – каменная пасть сомкнулась с силой гидравлического пресса, раздавив в кашу абсолютно все, что было внутри бухты. Под водой послышался глухой звук, напоминающий одиночный удар по громадному барабану. Я воспринял это как выстрел стартового пистолета и выложился на полную, очень быстро достигнув места эвакуации и бешено задергав веревку. Меня выдернули из воды, и я влетел в колодец, чувствуя себя суперменом. Выставил перед собой руку и воспарил, старательно не обращая внимания на раздавшийся внизу рев разбушевавшейся воды.

– Срочно валим отсюда! – таковы были мои первые слова, когда я шлепнулся к ногам брезгливо отступившего мамонта.

– Че там, босс?

– Держи! – Я сунул в руки лекаря одну из бутылок. – Пей сразу, а то Бом заберет!

– Понял!

– Орб, выводи нас, а то тут становится слишком горячо и слишком скучно. Нам нужен выход.

– Тут есть скелет руса-а-алки! – попытался завлечь нас лысый эльф, и мы с Доком почти заглотнули столь заманчивую наживку, но я оценил свои силы и обреченно махнул рукой:

– Уходим.

– Ма-а-агия?

– По пути реально? И что там с древним знанием?

– Знание-е-е выучил я…

– О как. Ну поздравляю… а магия?

– Триста метров под водо-о-ой… там же третий вх-о-од…

– К черту. Сообщим ЧБ, пусть она ныряет. Тебе дать бутылку с добавкой к мане?

– Не-е-е-е…

– Силком вливать не стану. Уводи нас.

И Орбит повел…

Можно было долго описывать наш ломаный путь по темному подземелью, но все слова сольются в цикличный мотив «шаг-бой-шаг-загадка-бой-шаг-загадка-загадка-бой-бой-шаг-шаг». Под конец я двигался на автомате, вымотанный до предела, борясь с сенсорной перегруженностью, отмахиваясь от наседающих тварей и все чаще промахиваясь и нанося удар магией по стене или воздуху. Мы все устали.

Чуть меньше часа занял наш геройский путь. И залитая кровью врагов дорога привела нас в глухой и ничем не примечательный тупик. Тут не имелось ни единой подсказки, ни единого намека. Ни символов, ни царапин. Ничего. Просто обычнейший тупик. В таких местах часто разбивали лагерь игроки. И немного отдохнув, продолжали бой.

«Мы на месте», – отбил я сообщение.

«Мы тоже! Пребываем в полной готовности!»

«Тогда налегайте. Уже знаете, но повторю – толкайте вверх. Начали».

– Начали! – крикнул я вслух, упираясь плечом в каменный выступ и что есть сил толкая его. Рядом со мной кричали и ревели мои друзья, пыхтел и мамонт, упершийся в стену бивнями. А с той стороны стены тем же самым делом занимались Неспящие. Еще одна хитрость – открыть второй вход в данж можно лишь совместными усилиями, приложенными к препятствию одновременно. Кто-то должен был толкать изнутри, и кто-то снаружи. Вернее, не толкать, а поднимать – толстенную каменную дверь, замаскированную под обычную стену.

Стена вздрогнула, на нас обрушились ливень и каменный град. С тяжелым рокотом камень начал уходить вверх, на ноги упала тончайшая полоса дневного света, с каждым мигом становящаяся все шире.

– Дава-а-ай… – хрипел я, чувствуя всю тяжесть горы на своих плечах.

С громким двойным лязгом в щели под скалой появилось два рыцаря, едва-едва туда втиснувшихся. Лежа на спине, они уперли ладони в нижнюю кромку двери и начали выпрямлять руки в локтях. А мимо тяжеловесов в щель протискивались игрок за игроком, юркими тенями уходя за наши спины, разбрасывая повсюду включенные на полную мощность светляки. Пробежали шесть громадных крокодилов, с плеском ушедших в воду и тут же начавших рвать на куски тройку возродившихся крабов. Неспящие прибыли в Ань Гдар. И с ходу начали устанавливать свои правила.

– Виват! – Из тени соткалась знакомая фигурка, затянутая в черную кожу. – Грац! Можешь отпускать, наши ребята не уронят камешек.

– Уф, – выдохнул я, выпрямляясь. – Держи. Тут около сорока пяти кристаллов возврата к входу в данж. Все, что набили из монстров. Вот тебе карта подземелья. Покровитель еще жив, да ты и сама, наверное, видишь. Одну древнюю магию и одно древнее знание мы отыскали и забрали. Уже изучили и прочли. Еще одно заклинание – где-то в самом низу данжа. Вот блокнот с записями Дока – он внес туда все, услышанное от Орбита. Все касательно подземелья. Бойтесь черных узких расщелин у пола – там часто сидят хеллкорды, атакуют быстрее кобры, удар очень сильный. Удачи вам и хороших снов нам.

– Я скоро вернусь на Кольцо, Рос! Телепорты поблизости не работают, скоро здесь все затянет прорывом ярости Аньрулла. На выходе вас встретят и пояснят способ уйти, не раскрывая личностей кружащему вокруг воронью. Пробегите километра два и портуйтесь. Вас выбросит около наших шатров у пристаней. Засядьте внутри зеленого шатра и отдыхайте. Вот местные свитки. Никуда не уходите! Я очень хочу покопаться в ваших мешках! Если не дашь покопаться – может, сам чего-нибудь достанешь из закромов, а я с радостью куплю. Ты ведь точно что-нибудь хорошее отыскал?

– И вы отыщете, – указал я рукой на темный коридор. – Там этого добра… а мы далеко не по каждому проходу гуляли.

– Рос! Ну что?! – Рядом с ЧБ появился Злоба.

Я молча вытянул к нему руки. В одной ладони зажат флакон, в другой бутылка.

– Выбирай, – предложил я. – Скажу честно – в бутылке наверняка прибавка к мане. А что во флаконе – я не знаю.

– А можно взять оба? А? – Надежда в глазах наставника сверкала, как плазменная сварка.

– Забирай, – вздохнул я, отдавая добычу. – И одна осталась мне.

– Спасибо! За мной не заржавеет! ЧБ, я пошел испепелять все живое и мертвое!

– Без самодеятельности! И отдай карту Роммалу, пусть скопирует моментом.

– Принято…

На этом я ушел из подземелья. Последним вышел наружу, так как Орбит с Доком и Колываном уже успели покинуть затхлые застенки. Выйдя, удивленно моргнул – виденный мною свет оказался исходящим от большой магической лампы. А вокруг клубилась черная тьма – очень похожая на ауру Аньрулла, только без зеленых вкраплений.

Из-за усталости мне понадобилась минута, чтобы понять – Неспящие нарочно накрыли эту часть утеса рукотворным черным облаком. А сами скрылись внутри дымовой завесы. Не все из них, конечно, лишь некоторые – ударный рейд-отряд, направленный вычистить подземелье.

– Туда, ребят. По пляжу и сразу переходите на бег, – глотая слова, поясняла золотоволосая девушка. – Внутри завесы пробегаете шагов сто, а там уже начинаются джунгли. Там же будут ждать еще пять мамонтов, груженных бревнами, и одна связка бревен для Колывана. Вы же заберетесь в плетенные из тростника гнезда лучников на спине ящера. Как войдете в зону телепортации – улетайте на Кольцо. Лады?

– Лады.

– Спасибо! Вы, ребята, просто нечто… удачи!

– И вам…

Вскоре мы уже бежали в густом дыму, с трудом не теряя друг друга из виду. Самое трудное позади. Что-то я больше не хочу самостоятельности и приключений. Набил временную оскомину. Хочется отдыха… может, и мне посидеть с удочкой на берегу?

Глава шестая. Итоги посиделок и побегушек…

Роска была счастлива.

Я не мог найти здесь действительно качественных рыболовных принадлежностей. Они были, но кто бы мне их отдал или даже продал? Но мне было жизненно важно осчастливить дочь и выполнить обещание – одарить ее снастями для рыбалки. Поэтому я взял количеством, для начала прихватив кошелек и обойдя все имеющиеся на центральной площади Кольца торговые лавки. В каждой из них я скупил лучшие из имеющихся крючков, поплавков, лесок, грузил и прочего. Но вещи были рядовые. Для ежедневной ловли ради пропитания, а не ради особого улова. Роска хоть и приняла бы от любимого отца такой дар, но осталась бы разочарована. Я пригорюнился…

А затем встрепенулся, подошел к ближайшему из торговых «спецов» Неспящих, крутящихся вокруг в надежде заключить какую-нибудь сделку с кем угодно. Я подошел и тихо сказал ему следующее:

– Обещал дочери элитные рыболовные снасти, но ничего толкового не нашел.

Мне с легкой снисходительностью сведущего человека ответили:

– Ну ты и спохватился, Нави. Тут едва лавки открылись в первый раз, как самые лучшие вещи вмиг с лотков смели не торгуясь. А ты только сейчас подошел, когда один мусор грустный остался.

– И не говори, – горько вздохнул я, доставая из заплечного мешка сферу, с божественной яростью и с грустью печалящегося отца поглаживая ее. – Но дочь порадовать надо. Обязательно надо.

– И не говори, – моими же словами поддакнул спец, неотрывно глядя на стеклянный шар и старательно прикрывая его телом и растянутым в руках плащом от чужих взглядов. – Дети должны быть счастливы.

– Вот сейчас как закричу – меняю ярость бога на крючки и лески, на поплавки и грузила! Как думаешь, кто-нибудь подойдет? Кто-нибудь мне что-нибудь предложит?

– Ты вот не кричи, зачем? – заторопился спец. – Убери, убери шарик в сумку, Нави, а то вдруг уронишь на камень твердый. Крючки, говоришь? Поплавки? Пойдем, пойдем вон к той бригантине нашей.

– К бригантине? – переспросил я, неохотно шагая. – Но ведь мне товар нужен особый, дочка моя абы чем рыбу удить не станет.

Кому я вру? Дай Роске дрын с веревкой и ржавым крюком с насаженной гнилой деревяшкой – она и этот снаряд с радостью в воду забросит. Вдруг да поймается что?

– Конечно, особый! – оскорбился спец до глубины души. – Для твоей дочери – самое наилучшее!..

Очень скоро я лишился сферы с божественной яростью. Взамен получил целый деревянный ящик с множеством выдвижных ящичков, наполненных самыми разными принадлежностями для рыбалки. Там было почти все. От микроскопических крючков для ловли хищных мальков до здоровенных крюков размером больше ладони. Мотков разной лески не счесть, грузила из различного металла, поплавки радовали и резали глаза своей расцветкой. Настоящий суперподарок для мальчишки… то есть для девчонки. Все же я круглый ду… кхм… то еще хобби выбрал для дочери. Бонусом к ящику шли три здоровенные банки с отличнейшей наживкой. Черви, креветки и нечто совсем непонятное, но зло смотрящее из банки на любого, кто приблизился. Банки я забрал бесплатно, благо в тот момент рыдающий капитан бригантины обнимал чучело акулы и ни на что не обращал внимания – это его ящик спец представил как выставленный на продажу товар, хотя лицо владельца выражало что угодно, кроме согласия с этим заявлением.

Ну и кто у нас теперь лучший папа в мире? А? А?

Радостный визг Роски разнесся на пару миль, когда она первый раз открыла ящик – кстати, очень красивый, с вырезанными рыбками, лакированный, с металлическими уголками и ручкой из дубленой кожи черного осьминога. Мечта, а не ящик. Чего бы вдруг капитан решил продать такую красоту?

Вручив дочери немалую денежную сумму, я отдал еще больше финансов сияющей, как солнце, Кирее, после чего вернулся к своим делам с успокоенной душой. На этот раз не я так решил – они так решили. И сияли обе дивчины не из-за денежных и рыболовных подарков, а из-за полученных немалых призов и достижений в состязаниях по ловле рыбы. Они не пропустили ни одного соревнования и уже успели стать широко известны и среди игроков, и среди «местных». Да, что характерно, туземцы со мной стали здороваться преувеличенно вежливо, некоторые даже отвешивали легкие поклоны, говорили много теплых слов о Роске.

Я этому только радовался – и за дочь, и за себя. Я все же темного древнего бога разбудил. И раз они отмалчивались в то время, когда Аньрулл еще спал на дне подводной пропасти, – значит, эта тема строгое табу. Но сейчас все снова хорошо, «местные» настроены очень благодушно. Но контакта с ними я избегаю по возможности – сам не знаю почему. В проблемы и радости Кольца стараюсь не влезать. За все прошедшее время я даже крохотного задания не взял напрямую, лишь помогал друзьям.

О… друзья… о них отдельная песня.

Впервые в жизни Орбит и Док поступили в чем-то одинаково – после приключения они завалились спать в выделенном для нас зеленом шатре. И пробыли больше часа в цифровом сне, восстанавливая силы и сбрасывая накопившуюся усталость. Я выделил для сновидений ровно час, после чего встал и отправился за покупками рыбацких снастей для Роски. А когда я выполнил обещание и вернулся обратно к пирсам – шатер был пуст. Эльф с лекарем прихватили питомцев и слиняли в неизвестном направлении. Я лишь знал, что они прихватили с собой Крея и Бома, да еще и Шепота, что едва успел вывалиться из очередного турнира, где занял позорное третье место. Они и меня с собой зазывали с помощью сообщений, но я отказался – надо срочно разобраться с накопившимися делами. А потом можно немного отдохнуть с удочкой, как и хотелось – надо разгрузить психику. Очень не хочется нового приступа Затухания.

Друзья умчались в новое приключение. Но кое-что оставили после себя. В самом центре палатки высилась больша-а-ая груда всевозможного барахла, найденного нами в подземелье Ань Гдар. В шаге от кучи трофеев стоял низенький полированный столик с глиняным чайником и тремя чашками. За столиком сидела скрестившая ноги Черная Баронесса, задумчиво читающая папирусный свиток и делающая в нем пометки простым гусиным пером. Одета ЧБ по-тропически – короткая свободная юбка и топ. Волосы собраны в узел, несколько прядей падают на плечи. Мило…

Чуть поодаль сидел широкоплечий игрок Светлый Морок, удивляющий своей явно сшитой на заказ футболкой с большой надписью на груди: «У тебя есть выбор: либо продашь – либо отдашь». А вот это совсем не мило… я даже попытался испугаться, но не получилось. Ну а если смотреть в целом – этакая восточная мирная идиллия с хорошим зеленым чаем. Меня явно собираются грабить, но вместо стальных кулаков и арматурин принесли с собой толстые пачки наличности.

Некоторые инструкции у меня на этот счет уже имелись – я переговорил с эльфом и Доком, чтобы спросить об их части трофеев. Орбит сказал – мне не надо. Видимо, все интересное для себя он уже прихватил. Док сообщил, что сохранил парочку трофеев на будущее, остальное же из его доли можно смело продавать и лучше бы, чтобы золото сразу же легло на его счет в банке – на старом континенте. Так сохраннее. Не с собой же мешок золота таскать.

Нам удалось собрать много ценных вещей. Вернее, очень ценных. Будь мы дома – я бы сразу отнес их в ЛК и оставил бы там до тех пор, пока не разберусь со своими намерениями на их счет. Но сейчас трофеи жгли мне руки – мне некуда их деть. Мне придется их продать. Своего корабля у меня нет, трюм и каюту я не арендовал, опять же, даже если договорюсь и складирую добычу на корабле, кто даст гарантию, что судно не затонет вместе со всем грузом? Или не взорвется – и тогда я смогу «радостно» лицезреть, как вдаль уносятся с трудом добытые предметы. Продажа неизбежна. И Баронесса прекрасно это понимала, оттого сидела с улыбкой Джоконды на устах. Но она также понимала, что дружба дружбой, а бизнес бизнесом и я запросто могу продать горячий товар любому другому клану. Поэтому мы находились примерно в равных условиях. А еще за моим плечом нависал огромный призрак Бома, сейчас где-то что-то собирающего, но мысленно пребывающего со мной. Я не продешевлю… наверное… и начну, пожалуй, разговор с нейтральной темы.

– Как Ань Гдар?

– Мил и светел для нас, ужасен и темен для других, – улыбнулась Баронесса, поднося к губам чашку чая. – Спасибо, Рос. За это с меня шикарный бонус. Вы преподнесли нам почти неизведанный данж, заваленный множеством вещей с выхлопа божественной ярости.

– За это лично мне вы не должны, – сразу же отказался я от чужой чести. – Орбит. Это он прочел все подсказки и провел нашу хлипкую группу по относительно безопасным проходам. Да еще и мамонта протащил. Как по мне – он совершил невозможное.

– Для него это норма жизни, – дернула плечом девушка. – Но и твоя лепта усилий там есть. Как и Дока. С нас причитается. Список предложений предоставлю в скором времени. А пока давай займемся вот этой вкуснятиной. – Глава Неспящих указала глазами на груду трофеев. – Я как раз на отдыхе. Вот и поторгуемся немножко. Ты присаживайся.

– Хм, – покрутил я головой, глядя, как подбирается сидящий рядом с ЧБ парень. – Вижу, настроены вы серьезно…

– Мы никуда из шатра не уйдем, пока не достигнем договоренностей. – Девушка подарила мне еще одну улыбку, хищную и обаятельную одновременно. – Я даже с места не тронусь.

Холодная черно-зеленая вспышка возникла внутри шатра внезапно. Появилась и исчезла, оставив после себя закутанную в очень знакомую мантию фигуру с накинутым на голову капюшоном.

– Изыдьте! – хриплый голос последовал за жестом руки.

Черную Баронессу и ее помощника приподняло и вышвырнуло из шатра, едва не снеся все сооружение целиком. Клубящаяся черная аура прошлась по шатру, на полотняных стенах появился серый иней, у меня изо рта вырвался пар. Сильно уменьшившийся в размерах после нашей последней встречи Аньрулл повернулся ко мне, внутри капюшона скрежетнула жуткая клыкастая пасть:

– Росгард… ты пробудил меня. Чего желаешь ты в отплату? Богатство? Власть? Защиту? А может быть, устроить ужас ада твоему врагу? Силу? Великое оружие сокрыто рядом. Могущественную магию? Найдется и такая – и путь к ней недалек. Говори… скажи желанье.

О, сколь видений чудных в моем мозгу мелькнуло разом!

О, сколь всего готов я пожелать!

– Ничего, – ответил я, глядя на кошмарную нежить, нависшую надо мною. – Тебя хотел разбудить не я, а мой друг. Я лишь исполнил его просьбу. Коли хочешь ты воздать за свое пробуждение истинному герою – тебе нужен высокий и худой эльф по имени Орбит Хрустилиано, что был у края поглотившей тебя подводной пропасти. Он прочел знаки, он привел нас к твоей усыпальнице, он указал мне способ разбудить тебя. Твое освобождение – только его заслуга.

– Орбит Хрустилиано, – повторило божество, клацнуло когтями рук. – Я запомню его имя. И твое тоже, Росгард. Мы еще встретимся!

Гигантский скелет воздел руки к потолку шатра, между его рук задрожала зеленая дуга молнии. Лобастая голова, скрытая капюшоном, последний раз уставилась на меня, костистая фигура стала полупрозрачной, Аньрулл собрался уходить… и вновь резко проявился, вернув себе материальность. Снова шагнул ко мне, голос его набрал злую силу:

– Живая кровь Великих?! В тебе бурлит живая кровь Великих?! Откуда?! Я не нашел следов их в мире!

– Э-э-э… – вот чего-чего, а этого я не ожидал.

– Откуда?! Ты не страдаешь лишь по той причине, что я в долгу перед тобой. Но терпение Аньрулла – ледышка в яростно пылающей печи. Ответь мне, Росгард! Хотя я гляну сам… – К моей груди метнулась сплетенная из причудливо искривленных костей ручища. – Я постараюсь не убить…

Вспышка… сильный толчок в грудь отбросил меня назад, но я завис в ставшем вязким, как патока, воздухе, расширенными глазами глядя на новых гостей, возникших из ниоткуда. Три древние звезды-стража отгородили меня от Аньрулла своими телами, полыхнули ярким огнем, в бога-скелета ударил тройной энергетический луч, заставивший его фигуру задымиться. Черно-зеленая аура бога зажглась, как облако метана, и сгорела, в разинутую в бешеном вое клыкастую пасть ударил новый луч, заставивший его подавиться словами или магией. Тонкий прерывистый звук наполнил мои уши, заставил поморщиться – ультразвук становился все тоньше и все сильнее, скоро моя голова лопнет, как перезрелый арбуз.

– О-орби-и-ит! – выдохнул я сквозь сцепленные зубы.

– Р-р-ра-а! – Удар ноги Аньрулла вызвал локальное землетрясение, но меня не затронуло, я продолжил висеть в воздушном капкане. Зато землю затронуло будь здоров, толстенная каменная плита встала дыбом, приняв на себя удар звезд. А затем этой же плитой вооружился божественный скелет и одним ударом сверху вниз вбил в землю сразу двух древних стражей.

– Вы слуги мне! – бешеный рык Аньрулла казался воем верховного демона из преисподней. – Служите мне! Или умрите! – Его аура начала восстанавливаться, вновь затягивая воздух мрачным облаком.

Плита разлетелась на куски, что шрапнелью забарабанили по стражам и скелету, прорвали стены шатра. Пара камней зависла перед моим ошарашенным лицом – меня оберегали, но даже не знаю кто именно – Аньрулл или явившиеся стражи.

«Папа?!» – призрачный голос Роски зазвучал в голове тревожным эхом.

«Все хорошо!»

– Служите мне! – Скелет сделал то, чего я никак не ожидал. Его правая рука метнулась вперед и ударила в центр ближайшей звезды, с хрустом пробив броню и по запястье уйдя внутрь. – Вы рождены служить мне вечно! И ваш удел – повиновенье!

Пораженная страшным ударом звезда задрожала, резко почернела, а затем ее лучи по краям зажглись призрачно-зеленым.

– Твою мать, – просипел я. – Твою мать! Орби-и-ит!

Оставшиеся две звезды прокрутились вокруг оси, полыхнули одновременными энергетическими лучами, сияние затопило воздух, развеяло черно-зеленую ауру. Я почти ослеп, но успел заметить возникшую позади Аньрулла еще одну звезду-стража. Все трое ринулись вперед, ударили в скелет и, заключив его и своего почерневшего собрата в треугольник, сомкнулись лучами, зажглись ярко-красным. Зарево магического пожара стало ослепительным, а затем резко угасло. В почти уничтоженном шатре остался я один – ну еще везде были разбросаны трофеи.

С треском разорвалась одна из дырявых полотняных стен, открыв отличную панораму на пирсы и пришвартованные корабли. На переднем фоне стояло игроков пятьдесят, вооруженных до зубов, накрытых аурами, приготовивших заклинания и мощнейшие стрелометы.

Я уселся, подобрал чайник, нацедил чайку в треснутую чашку, отпил глоток, провел ладонью по груди, обнаружив, что вся моя одежда превратилась в труху. Глянул на стоящую впереди всех Баронессу и спросил:

– На чем мы там остановились?

Один из углов несчастного шатра прекратил дымиться и просто загорелся. Я отпил еще один глоток. А чай на самом деле хорош…

Баронесса всегда соображала быстро. Коротко оглядевшись, она отдала несколько приказов. Бо́льшая часть игроков сразу же рассеялась, вернувшись к прерванным делам. Несколько из них потушили пожар – с моей торопливой помощью, едва я опомнился от легкого шока и попытался исправить хоть что-то. Я далеко не король и я не Глава Неспящих. Но проблем от меня море. Пусть Великий Нави действительно важная фигура, но все же не настолько, чтобы доставлять беспокойство такому количеству людей, да еще и портить чужие вещи. Ведь я сейчас не на вахте – сейчас я просто Росгард. Хотя бы отчасти меня оправдывало только одно – в этот раз истинный виновник случившейся заварушки не я, а один лысый гений с ручным мамонтом.

Мы быстро справились с пожаром, собрали в кучу уцелевшие трофеи – кое-что было безнадежно испорчено во время схватки между богом и звездообразными стражами. Но кое-что и появилось – например, вон те две большие хрустальные сферы, заполненные бушующей оранжево-зеленой мглой, почему-то напоминающей мне разумную серную кислоту. Я коротко извинился, поблагодарил за помощь, снова уселся рядом с треснутой чашкой, уподобившись той старухе с разбитым корытом из знаменитой сказки, – пусть я не настолько беден и амбициозен, но вид у меня столь же страдальческий и несчастный. Стыдно все же…

– Что-нибудь скажешь в пояснение? – поинтересовалась Баронесса, опускаясь рядом. Чуть поодаль сел помощник в новой футболке с девизом: «взаимная вежливость – залог успеха».

Испустив долгий выдох, я собрался с мыслями:

– Аньрулл увидел наложенный на меня эффект «Живая кровь Великих», и его это очень сильно заинтересовало. Он протянул к моей груди клешню, собираясь что-то проверить, но тут появились стражи и устроили короткую вечеринку со звездами. Аньрулл не смог ничего проверить, но дал звездам бой – и мне показалось, что он относится к ним как к собственным собакам, осмелившимся рычать на хозяина. Если хочешь – покажу тебе видео. На этот раз я автоматически ткнул на запись, когда ко мне потянулась костистая руками с гнилыми когтями.

– Показывай, – мгновенно среагировала ЧБ. – Гляну прямо сейчас.

Кивнув, я пощелкал настройками и сделал виртуальный экран видимым для присутствующих. Видео началось впечатляюще: ко мне тянется страшенная рука, на заднем фоне скрежещет клыками полускрытая капюшоном пасть Аньрулла…

Через несколько минут Баронесса откинулась назад и задумчиво скрестила руки на груди:

– Ничего себе…

– Вот-вот.

– Ты понимаешь, что это означает?

– Что Аньрулл вернется?

– И это тоже. А еще это напоминает старую поговорку о счастливчиках: им благоволят звезды. Слышал такую?

– Ну…

– В нашем случае это говорит о том, что за тобой постоянно следят несколько древних стражей. Постоянно, Рос. Даже сейчас ты в пределах их прямой видимости. Иначе они не смогли бы среагировать на угрозу и появиться почти мгновенно. Я насчитала четырех стражей. И могу сказать, что это нечто беспрецедентное. И очень интересное. Я переключаю на этот вопрос нескольких наших лучших аналитиков и разведчиков. А также заставлю перелопатить игровых историков каждый пыльный манускрипт до единого – если он связан со звездами и Аньруллом. Грядет буря…

– Пояснишь? – удивился я напрягшемуся лицу девушки. – Просто очередная заваруха.