– Я в конце концов разобрался, что было в чае, – сказал Илья.

Глава 38

– Докладывай, – велел Иван Никифорович.

– Лошадиный убийца[6], – заявил Илья.

– Ооо! – воскликнула Ксения Федоровна.

– Знаете, что народ так именует? – удивился Илья.

– Я же врач, пациенты психиатра часто пытаются лечиться «травками». Пришлось и мне изучить их, – кивнула Бурбонская. – Упомянутое растение произрастает в Средней Азии. Очень ядовито, причем полностью: корни, листья, стебли, цветы, плоды. Если лошадь польстится на сочную зелень, она быстро погибает. Местное население его за километр обходит, но тамошние народные целители издавна использовали «Лошадиную смерть» в качестве лекарства. Они им лечили разного вида опухоли. Это нечто вроде современной химиотерапии. Порой знахари ошибались с дозой, и человек умирал. Но, что интересно, «Лошадиный убийца» каким-то образом активирует разные болезни. Он вызывает инсульт, инфаркт, приступы астмы и много еще чего. У нас в институте работали замечательные профессора, рассказывали многое из того, чего современные преподаватели не знают. В середине двадцатого века «Лошадиную смерть» запретили использовать, знахарей наказывали, посадки уничтожали. Но разве народ переубедишь? Невозможно объяснить некоторым людям, что современная медицина обладает мощным лекарственным арсеналом! Кое-кто до сих пор говорит: «Таблетки – отрава, лучше попью травки, они натуральные». Это идиотизм. Некоторое время назад я крепко поругалась с одной больной. У нее у мужа шизофрения, в придачу у него язва желудка. Нынче последняя успешно лечится. Так сия дама мне позвонила с вопросом:

– Подскажите, я купила в Интернете чай Вантрега. Его до еды или после нее пить? На пакете не написано. А до шамана я никак не дозвонюсь.

Я поразилась:

– Что такое Вантрега?

И мне фото прилетает.

Ксения Федоровна воздела руки к потолку.

– Матерь Божья! В составе «Лошадиная смерть»! Написано, как снадобье готовить, сколько капель принимать. Представляете? Оказывается, этой дрянью открыто торгуют в Интернете. В соцсетях есть шаман Вантрулин, который народ, естественно, за большие деньги, консультирует. Преподносит «Лошадиного убийцу» как панацею от всех болезней! Ему верят! Ужас! Я так орала на эту женщину! Потребовала выбросить отраву. Вот есть же дуры на свете! Мужу велели лекарства пить, а жена ему яд приобрела. И что я в ответ услышала: «Знахарь предупредил, что передоз смертелен, я аккуратненько».

Ксения Федоровна задохнулась от возмущения и замолчала.

Коробков крякнул.

– Хотел задать вопрос, как Геннадий узнал про ядовитое растение, но сейчас необходимость в этом отпала. Сынишка небось слышал вашу ссору с женой пациента, разговор-то, как вы сами сказали, был громким.

Бурбонская ахнула и прикрыла рот ладонью.

– Ооо! У шамана в подписчиках числится Геннадий Бурбонский, – продолжал Димон, глядя в свой ноутбук, – он колдуну прямо допрос про Вантрегу устроил. Сколько ее надо пить? Какая доза смертельна? Ведьмак ему подробно ответил.

– Когда на Руси появился помидор, – подхватил Илья, – его считали ядом, пытались с помощью плодов отравить неугодных людей. И до сих пор в народной медицине от артрита используют веник из крапивы. Знаю, кстати, врачей, которые советуют тем, кто страдает от болей в суставах, хлестаться жгучей травой.

– Ты шутишь? – спросила я.

– Нет, – вздохнул Аверьянов, – на короткое время крапивка отвлекает от боли. Места, где она прошлась, горят, чешутся, человек забывает про артрит. Но ненадолго.

Коробков поднял руку.

– Подвожу итог. Геннадий купил «Лошадиную смерть» у шамана, украл у Орлова пустую банку, насыпал туда небольшое количество смеси дорогого чая «Райский сад любви» (подозреваю, что он его тоже в лавке спер), добавил дешевой ерунды, сдобрил «букет» ароматизаторами, подмешал «Лошадиную смерть» и принес «подарок» в ресторан, где отмечала день рождения Елена Васильевна. Как парень вычислил место праздника? Люди, не рассказывайте все в соцсетях! Елена сообщила, где устраивает торжество. Геннадия никто в лицо не знал, а гостей было много. Он просто поставил упаковку на столик и ушел. Думаю, преступник подробно изучил то, что Елена писала в Фейсбуке, и приготовил чай, который, по его мнению, охотно выпьет Анна Григорьевна.

– У Геннадия проблемы с психикой, – заметила Шляхтина, – ему необходима помощь специалиста, но не матери. Постороннего врача.

– Где ваш сын? – резко спросил у Бурбонской Иван Никифорович.

– Он умер, – печально ответила Ксения. – Неужели вы не знаете?

– Боже! – ахнула Анна Григорьевна. – Дорогая, мне жаль.

– Ксения Федоровна, вы лукавите, – прервал диалог женщин Димон, – в морге находится тело, одетое в дорогие вещи Геннадия. И вы опознали останки сына. Но! При постмортальном исследовании, которое провели не сразу, выяснили: погибший, скорей всего, гастарбайтер. Умер он от перелома ребра, осколок кости проткнул легкое. Ну, право, Ксения Федоровна, наивно было рассчитывать, что этого мужчину за вашего сына примут. Правда, покойный славянин, волосы светлые, телосложением похож на Геннадия. Но зубы у него в ужасающем состоянии плюс дерматит. Это никак не вяжется с образом мужчины из обеспеченной семьи, любимого, избалованного матерью сына. Ксения Федоровна! Может, объясните, что случилось?

Бурбонская втянула голову в плечи.

– Я просто… ну… хотела спасти сына… он не нарочно… дорожное происшествие…

– Если можно, подробно, – попросил Иван Никифорович.

– Я спала, – начала Ксения. – Гены дома не было, он не приехал ночевать.

– Вас отсутствие сына не встревожило? – спросила я.

– У Гены появилась девушка, он у нее оставался, – пояснила Ксения.

– Как ее зовут? – не отстала я.

– Кар… Каролина… – Бурбонская на время умолкла, потом продолжила: – Каролина Молокова. Я думала, мальчик у нее. Но оказалось… О господи, мне обязательно рассказывать?

Димон кивнул.

– Ночью, не помню во сколько, меня разбудил звонок, – продолжала Бурбонская. – В трубке голос сына.

– Мама, я человека убил. Скорей приезжай.

Я кинулась к машине. Дорога была почти пустая, я домчалась быстро. Гена дал точные координаты своего местонахождения, я вышла из автомобиля: никого! Я растерялась! И тут из лесочка, который по краям шоссе растет, появляется сын, говорит: «Мама, это я!»

Ксения закрыла ладонью глаза.

– Ужас! Гена рассказал, что он ехал в поселок, где живет Анна, хотел поговорить со Шляхтиной…

Бурбонская замолчала.

– Странное ваш сын выбрал время для беседы, – удивился Илья, – и сомнительно, что незнакомому человеку откроют ночью дверь.

– Для начала охрана не впустит автомобиль в поселок, – заметила я.

Ксения прижала ладони к груди.

– Гена хотел оставить машину на парковке, где бросают автомобили служащие. Горничные и прочие не ездят по поселку, они идут пешком от шлагбаума к домам. Секьюрити не следят за тем, что происходит на шоссе. Геннадий знал, что в ограде есть дыра, он решил… ну… в общем… э… решил устроить поджог!

– Дома бизнесмена Красавина? – уточнил Иван Никифорович. – И как он хотел это осуществить?

Бурбонская схватилась за виски.

– Не было у меня времени его расспрашивать, я в детали не вдавалась. Гена ехал к поселку, не заметил мужика на велосипеде и сбил его. Сын затормозил, кинулся к бедняге, но тот умер. Геннадий перепугался, вызвал меня…

Димон застучал по клавишам одного из своих ноутбуков.

– И как я должна была поступить? – залепетала Ксения. – Что делать? Не дай бог, Гену обвинят в смерти идиота, который ночью на велике катается. Ну и… мы переодели покойного в одежду сына, сбросили тело в люк и уехали.

Иван Никифорович побарабанил пальцами по столу.

– Даже не знаю, как оценить ваши действия.

– С какой стороны ни глянь, дурацкая затея, – высказался Илья. – Паспорт-то сына как в кармане оказался?

– Гена в истерике был, – прошептала Ксения, – а я не догадалась его одежду проверить.

Димон оторвался от компьютера.

– Странно, что ваш сын носит основной документ гражданина в кармане. Ну да ладно. Но у меня возникли другие вопросы. В беседе по телефону с сотрудником благотворительной организации, каюсь, им прикинулся я, вы назвали имя любовницы сына. И сейчас вы произнесли: Каролина Молокова. Так?

– Да, – осторожно подтвердила дама.

– Но в первом разговоре вы, госпожа Бурбонская, сообщили мне, что девушку сына зовут Карина Молчанова. Так она кто? Каролина Молокова или Карина Молчанова? – спросил Коробков.

Ксения заморгала, потом посмотрела на Льва. Орлов незамедлительно вступил в разговор.

– Господа! Ксюша с любовницей сына незнакома, она даже по телефону с ней не общалась. Геннадий тщательно скрывал от матери свою личную жизнь. Имя пассии сына Ксюша слышала всего пару раз. Она просто его не запомнила. Все запутанные истории чаще всего имеют простое объяснение, не надо ничего усложнять!

– Вот тут я согласен, – вновь примкнул к беседе Иван, – мы тоже любим, когда дело обходится без загогулин и вензелей. Дима, тебе слово.

– Карина Молчанова в Москве не зарегистрирована. Каролину Молокову сейчас проверю. Но в столице немало людей, которые проживают нелегально, – продолжал наш повелитель компьютеров. – Возможно, Геннадий завел отношения с такой девушкой. Ни опровергнуть, ни подтвердить это предположение невозможно. У меня есть другой вопрос: почему господин Бурбонский воспылал ненавистью к Анне Шляхтиной? Что она ему плохого сделала?

Глава 39

– Давайте я отвечу, – предложил наш психолог Михаил Юрьевич Ершов, который до сих пор очень внимательно, но молча слушал беседу. – Геннадий живет за счет матери. Он не может устроиться на престижную работу, его рукопись не заинтересовала издательство, семьи у него нет. Чем ему похвастаться? Ни удачной карьеры, ни таланта, ни жены-красавицы, ни деток-умниц у него нет. Что остается? Происхождение! И Гена всем вокруг по многу раз напоминает: «Я Бурбонский, потомок древнего рода, а вы плебс». Ему греет душу осознание своей аристократичности. Это возвышало Бурбонского над толпой. В соцсетях у Гены много поклонниц. Девушки, наивно думая, что аристократ Бурбонский живет в родовом поместье, этак гектаров десять в Подмосковье, во дворце, набитом произведениями искусства, и у него толстенный счет в банке, пишут нашему «графу» или «князю», простите, запамятовал титул: «Я вас обожаю, вы мой кумир». Гена умеет создать впечатление. Он выставляет фото из какого-нибудь замка Франции со своим комментарием: «Красивая спальня. Но кровать маленькая, потолок низкий. Европа. Теперь видите, как жили мои предки. Хотя я не люблю, когда люстра по макушке чиркает, предпочитаю помещения «с воздухом». Оцените текст. Уличить Геннадия во вранье невозможно. Если кто-то чрезмерно умный пишет ему: «Эй, да это замок Мальмезон под Парижем, я там на экскурсии был. К Бурбонским он отношения не имеет», то Гена отвечает: «Разве я сказал, что замок был нашим?»

– Хитер бобер, – заметил Илья.

– Точно, – согласился Михаил Юрьевич, – справедливости ради замечу, что парня один раз уличили во вранье, и он, ответив так, как я вам прочитал, забанил подписчика. Остальные посетители сайта Геннадия считают его потомком королей Франции. Некая логика в их мыслях присутствует. Бурбоны, европейская королевская династия, которая происходит от Робера, младшего сына Людовика Девятого Святого. Название свое они получили от замка Бурбон, который расположен в провинции Бурбоне. Последний правитель из этой династии Людовик Шестнадцатый был казнен на эшафоте во время революции. Бурбоны – Бурбонский. Люди плохо знают историю, поэтому Гена считался в Интернете почти французским королем. А вот Анна Григорьевна недолюбливала сына Ксении, он это понимал и раздражался. В конце концов случился скандал, во время которого выяснилась фамилия дамы: Шляхтина-Энгельман. Геннадий страшно разозлился, решил ей мстить.

– Да за что? – спросила Лиза.

– За то, что посмела мериться родословной с потомком королей, – усмехнулся Коробков.

– Верно, – согласился Ершов, – в бессмысленной жизни Геннадия появился смысл – ненавидеть Анну Григорьевну. Чем он и самозабвенно занялся. А через некоторое время Гену просто шмякает о землю. Выясняется совсем уж неприглядная правда: его мать не пойми кто, девочка, которую в раннем возрасте нашли на шоссе. А Гена ее сын, значит, он, Гена, не дворянской, а дворовой породы. Представляете степень разочарования парня, его обиды? Это же крушение его собственного «я»! Да это не всякий успешный человек, имеющий цель в жизни, переживет. А у Геннадия, как я уже говорил, ее нет, он существует как кот: дайте поесть, попить, отстаньте, пойду гулять. Если человек ведет себя таким образом, то рано или поздно его охватит злоба на весь мир, потому что нестерпимо завидно смотреть на других, тех, кто строит карьеру, воспитывает детей, успешен, зарабатывает большие деньги. Основная масса таких никчемных людишек обосновалась в Интернете. Это они активно пишут гадости под снимками людей на морском побережье или нападают на тех, кто решил показать свою новую машину, квартиру. Наивно ждать от них поздравлений. Чужая радость – острый нож для подобных «мальчиков» и «девочек». Вообще-то их надо пожалеть, они несчастны, страстно хотят, чтобы окружающие им завидовали. Это они арендуют на праздники букет цветов, платят за десятиминутное пребывание на борту частного никогда никуда не летавшего самолета, примеряют в магазине дорогую шубу и делают селфи. Под фото, которое они выставят в Интернете, появится надпись: «Муж подарил. Как вам? Мне не очень», далее в зависимости от того, что на снимке: «Не люблю срезанные цветы», «Ненавижу перелеты спецбортом на Мальдивы, всегда шампанское теплое», «Не ношу натуральный мех». И такие люди часто сообщают: «Мой прадед – великий художник, дружил с Репиным». А начнешь разбираться и выяснишь, что этот предок жил намного позже живописца. Но никто из знакомых врунишки копаться в его биографии не станет, праздно и глупо живущего человечка будут величать правнуком, потом внуком, следом сыном живописца. Гена был из этой породы, он никогда не забывал напомнить всем, с кем общался: «Я Бурбонский, потомок французских королей». И вдруг он узнает, что не имеет права на звучную фамилию. Дальше совсем интересно. Смысл жизни – ненавидеть Анну Григорьевну – у сына Ксении появился раньше. А после известия, что его мать была удочерена, обычная ненависть превратилась в лютую. Почему он ненавидит ее, а не Эльвиру Радионову, которая объяснила Ксении, что к чему?

Михаил Юрьевич развел руками.

– Без детальной беседы с Геннадием не дам ответа на этот вопрос.

– Паспорт в кармане, – протянула я, – постановщик спектакля хотел подсказать полицейским, что в канализации найден труп Геннадия. Мать опознала сына. Все разыграно, как по нотам, но возникает вопрос. Куда подевалась его машина?

– Автомобиль? – растерялась Бурбонская. – Какой? Гены?

– Да, да, – кивнула я. – Где он? Ваш сын сбил человека, на «Порше» должны остаться характерные следы. Хочется на них посмотреть.

Лев хлопнул рукой по столу.

– Ну, хватит! Ксюша той ночью после звонка Гены впала в истерику. Она ночевала у меня. Понятное дело, я сел за руль, мы поехали вместе. Паспорт в карман куртки положил я. Понимал, что тело найдут, пусть его считают Геннадием. Парень задавил человека, его могут осудить, посадить. А к мертвому не привяжутся. «Порше» сына Ксюши я отогнал в сервис, который занимается разборкой машин. Ксения же села за руль моего «Мерседеса» и уехала вместе с Геной.

– Складная история, – похвалила я. – А где парень? В смысле Геннадий? Поговорить с ним хочется.

– Нет-нет, это невозможно, – затрясла головой Ксения, – он за границей.

– Геннадий Бурбонский пределы России не покидал, – отрезал Коробков, – ни на поезде, ни на самолете, ни на автобусе, ни на машине. Кое-кому удается нелегально пересечь границу, но сомневаюсь, что наш герой полз на животе через нейтральную полосу.

– Сын в психиатрической лечебнице, – изменила показания Бурбонская, – в поднадзорной палате. Больно говорить, но мальчик сошел с ума.

– Адрес лечебницы? – потребовал Иван Никифорович.

– Не позволю тревожить больного, – закричала Ксения. – Нет! Нет! Нет!

– Человека без паспорта трудно устроить в больницу, – гнула я свою линию.

– Неужели вы так наивны? – поморщился Орлов. – Гену устроили в платное заведение.

– Ничто не вызывает большего подозрения у следователя, чем четкие ответы на все его вопросы, – вкрадчиво вымолвил Ершов.

– Внимание на экран, – попросил Коробков, – у нас возникло собственное видение того, что случилось на шоссе. Ход наших рассуждений таков. Почему паспорт Геннадия оказался в кармане куртки трупа? По какой причине переодели гастарбайтера? Ответ: его должны были принять за сына Бурбонской. Вопрос. Почему Ксения Федоровна опознала в погибшем своего сына? Ответ: она хотела, чтобы Гену считали мертвым. Вопрос. Зачем делать из живого парня покой- ника?

Димон обвел присутствующих взглядом.

– Потому что он на самом деле умер. Но при таких обстоятельствах, что никак нельзя было вызвать домой полицию. Убили Геннадия. Причем не в тот день, когда нашли тело гастарбайтера в канализации, а раньше. Мы стали работать над этой версией, возник вопрос: откуда мог ехать ночью парень на велосипеде? Да с ближайшей стройки, она находится в трех километрах от шоссе. И там много людей из ближнего зарубежья. Рабочие живут в бараках, по четыре человека в комнате. Мы установили личность погибшего, это Алексей Фонин. Не так уж это трудно оказалось.

– Я стал обходить общежития, – заговорил Федя Миркин, – и довольно быстро нашел Глеба Михалкина, у которого пропал друг. Глеб рассказал, что какой-то человек предложил Алексею заработать. Мужчина просто подошел к Фонину, когда тот покупал в местном магазине хлеб, и спросил:

– Ты со стройки?

Алексей задал свой вопрос:

– А вам чего надо?

– Да …! – выругался незнакомец. – Развелся с женой, а она мне собаку не отдает. Хочешь заработать?

Фонин кивнул.

– Приходи завтра в час ночи на шоссе, туда, где оно резкий поворот делает, – велел незнакомец, – посажу тебя в свою машину, провезу в поселок. Баба моя улетела отдыхать, домработница спит в маленьком коттедже, собака во дворе в вольере. Я за псом пойду, а ты проследишь, чтобы горничная не вышла. Если у нее в доме свет загорится, шумнешь мне.

Алексей счел работу пустяковой, подумал: собака не человек, за ее кражу не посадят, мужик обещает ему хорошие деньги, заплатил задаток, – и согласился.

Глеб попытался отговорить приятеля, Михалкину идея встречи с кем-то на шоссе ночью показалась подозрительной. Но друг обозвал его трусом и поступил как хотел. В общежитие Алексей не вернулся, вместе с ним пропал и велосипед, на котором он поехал к условленному месту. Почему Глеб не обратился в полицию? Михалкин прекрасно осведомлен: если кто-то из гастарбайтеров исчезает, никто из полицейских даже не чихнет.

Ксения вскочила:

– До свидания! Не знаю, почему я тут сижу и слушаю эту чушь!

Бурбонская пошла к двери.

– Мы нашли тело Геннадия, – в спину ей сказал Иван Никифорович. – Наверное, вы не знали, но есть специальная техника, она «видит» под землей.

Ксения Федоровна замерла, потом резко обернулась.

– Мы уходим, – воскликнул Лев, – более не желаем вести беседу.

Эпилог

– Геннадий на самом деле умер? – спросила Рина. – Ну и ну!

– В конце концов от Льва и Ксении нам удалось узнать детали произошедшего, – пояснила я, поглаживая Мози, который залез ко мне в кресло. – У Бурбонского произошло много бед в последнее время. Во-первых, он оказался самозванцем, а не дворянином с красивой фамилией. Во-вторых, у Ксении Федоровны завязался с кем-то роман. Имени любовника матери сын сначала не знал, но быстро вычислил. Как мы знаем, «Герасим» любил подслушивать по второй трубке беседы матери. Наивная Ксения и подумать не могла, что сын за ней шпионит. Другой бы порадовался, что мать нашла свое счастье, но младший Бурбонский насторожился. А потом Лев Владимирович стал заезжать в гости к Ксении. Она стала веселой, купила себе новые красивые платья, в доме теперь постоянно стояли в вазах букеты. Вскоре на пальце Ксении Федоровны появилось кольцо с бриллиантом. Что мог подумать Гена? Он спросил у матери:

– Ты выходишь замуж?

Ксения смутилась и испугалась. Она не знала, как сын отреагирует на известие о ее свадьбе, поэтому спросила:

– Кто, по-твоему, мой жених?

– Лева, – уточнило дитятко.

– Мы просто друзья, – малодушно соврала Ксения.

Но обмануть отпрыска ей не удалось. Гена решил вести свою игру. Для начала он замыслил отравить Анну Григорьевну и впутать в преступление Орлова. Бездельник сделал вид, что заинтересовался чаем, попросился ко Льву на работу и даже целый месяц усердно трудился, безропотно мыл полы, вызвал доверие Орлова, проник во все закоулки магазина и лабораторию при нем и понял, как надо действовать. Украсть банку было просто. Она хранилась в дальнем углу, куда владелец бизнеса заглядывал редко.

– Ты так подробно рассказываешь, что создается впечатление, будто Геннадий сам во всем признался, – заметила Рина.

– Правильно, – кивнул Иван, – он на самом деле сообщил, что сделал. Только не нам, а Ксении и Льву. Сейчас Таня все объяснит.

Я продолжила:

– Когда Орлов увидел в моих руках свою жестянку, он мигом догадался, кто ее украл. Оцени умение торговца чаем держать себя в руках. Он не кинулся сразу звонить Геннадию, соединился с ним ближе к вечеру, высказал все, что думает о сыне своей невесты, и отсоединился.

Когда Ксения приехала в гости к любовнику, Лев потребовал, чтобы она осталась у него навсегда, и рассказал, что сделал Геннадий. Бурбонская оторопела.

– Сын подсыпал в чай какую-то гадость?

– Да, – подтвердил Орлов, – я уверен: он хотел убить Шляхтину и всех ее родственников. Но банку подарили репетитору. А та приперлась ко мне. Круг замкнулся. Бог шельму метит.

– Господи, – затряслась Бурбонская. – Что мне делать?

И тут раздался звонок по домашнему телефону. Лев по определителю номера увидел, что его беспокоит Гена, и включил громкую связь. Комнату наполнил голос Геннадия:

– Лева! Мамочка! Простите меня! Я совсем с ума сошел! Зациклился на Шляхтиной. Я болен! Мне плохо! Стыдно! Я непременно пойду лечиться. Я псих, но очень рад за вас. Лева, я всегда мечтал иметь такого отца, как ты. Прости, прости, прости меня.

Из трубки доносились всхлипывания, потом Гена вновь заговорил:

– Я приехал с букетом цветов. Разрешите охране меня впустить. Пожалуйста! Мы же семья.

Орлов посмотрел на Ксению, та заплакала. У Льва пентхаус со своим лифтом, из которого можно выйти на первый этаж, потом на улицу. Или спуститься в подвал в гараж. Хозяин велел охраннику проводить Гену в его подъемник. Парень вошел в квартиру, у него в руках и впрямь был букет. Лев провел Гену в гостиную, а тот, по-прежнему прижимая к себе цветы, сказал:

– Хочу покаяться! Все вам рассказать.

И рассказал о том, что сделал, о чем думал.

Рина кивнула.

– Теперь ясно, откуда Таня узнала правду. Гена вывалил ее матери и Орлову, а те сообщили вам. И что было дальше?

Я вздохнула.

– Исповедь Геннадия вызвала и у матери, и у ее любовника жалость. Ксения подошла к сыну, хотела его обнять. А тот (далее цитирую Льва Владимировича) «расхохотался как Мефистофель, оскалился, стал похож на дьявола, заорал: «Тварь! Чтоб ты сдохла! Замуж выходишь? Сына предала?» – выхватил из цветов пульверизатор и брызнул Ксении в глаза». Она схватилась за лицо, закричала. Орлов набросился на сына любовницы и сбил его с ног. Парень упал, стукнулся затылком о пол. Лев стал избивать Геннадия. Ксения забилась в угол, кричала с закрытыми глазами. Все происходило в пентхаусе, соседей там нет.

– Ужас! – поежилась Рина. – Бедная женщина!

– Любое светлое чувство можно растоптать, – сказал Иван. – Ксения обожала сына, лишила себя личной жизни, не думала о замужестве, боялась, что у Гены появится отчим. Но елей выгорает, масло в лампаду надо подливать, бесконечно она светить на одной заправке не может, и фитиль гаснет. Гена же только пользовался матерью, «мохнатая лапа» постоянно помогала «Герасиму», но тот никогда не благодарил Ксению, считал, что она обязана заботиться о нем всегда! Только о нем одном! И вдруг появился Лев, он стал красиво ухаживать за Ксенией, делал ей подарки, приглашал в театр, на выставки. Мать стала отдаляться от сына. Потом впервые завела речь о том, что ему надо работать, стала искать ему место. Гена совершенно не желал гнуть спину с девяти до шести на кого-то. Его все устраивало, но Ксения стала другой, у нее кончилось терпение, пошатнулась любовь к сыну. А когда она узнала, что он использовал чай Орлова для того, чтобы отравить Анну, у нее и вовсе случилось прозрение. Иссякла любовь. Все. Конец. Лев утверждал, что не хотел навредить Гене, Орлов ужасно испугался за невесту, решил, что обезумевший парень облил Ксению кислотой.

– Жуть! – ахнула Рина. – Катастрофа.

– Да нет, – отмахнулся Иван, – в дозаторе был концентрированный раствор мыла, когда такое попадает в глаза, приятными ощущениями не назовешь. Сейчас адвокаты пытаются изобразить все так, как будто Орлов действовал в состоянии аффекта. Геннадий поступил подло, обманул Льва, явился в его квартиру с букетом, каялся, признавался всем в любви, а потом… раз! Облил мать чем-то. Ксения закричала, толкнула сына, тот, не ожидая от нее ничего подобного, упал, ударился затылком и остался лежать. Поняв, что Геннадий умер, Орлов спустил его тело на лифте в свой гараж и сунул в свою машину. Подогнал ее прямо к кабине, там нет видеокамер.

Рина вздохнула. Иван продолжил:

– Лев побоялся оставить Ксению одну. Они вместе поехали в поселок, где живет Анна Григорьевна.

– Почему туда? – спросила Рина.

– Дом Орлова расположен в Красногорске, – уточнил Иван Никифорович, – до особняка Красавина оттуда рукой подать. Орлову пришло в голову подбросить тело к участку, где живет Анна. Многие знали о том, как Гена ненавидел Шляхтину. Ну и вот он, типа, полез через высокий забор, который окружает участок Красавина, упал, разбился…

– Глупее не придумаешь! – оценила идею Орлова моя свекровь. – И как они могли в поселок попасть? Охрана без пропуска их не пустит, а если секьюрити возьмут деньги, то, когда им в полиции хвост прижмут, они сразу вспомнят номер автомобиля, который ночью без разрешения пропустили…

– Верное рассуждение, – кивнула я, – Лев сам это понял, поэтому зарыл труп в лесу. На следующий день Ксения пришла в себя и сообразила: у Гены много приятелей, с которыми он проводил время, каждый вечер бегал по тусовкам, кроме того, у сына куча подписчиков в Фейсбуке, он мегаактивен в Интернете и вдруг пропал? Как объяснить, куда делся Бурбонский? Уехал отдыхать? Но что мешало ему взять на океан-море ноутбук и выставлять красивые фото, как он это всегда делал?

Любовникам стало страшно. Приятели поймут: с Геннадием что-то не так, поднимут бучу…

Я замолчала, Иван налил себе еще кофе.

– Орлов не профессиональный киллер, он обычный человек, Ксения не планировала убивать Геннадия. Она рассказала, что ей очень жгло глаза, она просто машинально оттолкнула сына, а тот упал. Никто не собирался никого жизни лишать, просто так сложились обстоятельства. После захоронения тела Геннадия любовников стал грызть страх, и они совершают глупые поступки. Льву Владимировичу следовало найти человека, который умеет взламывать соцсети, войти во все аккаунты Геннадия и выложить сообщение от имени Бурбонского. Что-то вроде: «Решил уехать жить на Гоа, посылаю на три буквы всех, Интернет помойка, вы дерьмо…» Состряпать текст в духе Гены. Никто и не удивился бы, ну посудачили бы пару деньков и замолчали. Сколько их таких, улетевших в Таиланд, Индию, Мексику и сгинувших там… Но Лев был охвачен ужасом, в его голове возникла мысль: Гене надо умереть! Покойника не станут искать. И на свет родился план: убить гастарбайтера, выдать его за Геннадия, похоронить, выдохнуть, жениться на Ксюше и жить счастливо!

– Обалдеть, – выпалила Рина, – во дает! Даже не хочу комментировать его план.

– Лев сбил Алексея машиной, – мрачно сказал Иван Никифорович, – переодел беднягу в вещи Геннадия, которые ему дала Ксения, в карман куртки положил паспорт Гены. Тело строителя сбросил в люк, который намеренно оставил полуоткрытым, и уехал.

– А почему он просто не бросил труп на шоссе? – задала очередной вопрос Ирина Леонидовна.

– Лев решил, что вода, которая скопилась в колодце, смоет все следы, – вздохнула я. – Рано утром в поселок шла на работу женщина, няня одного мальчика. Она увидела почти открытый люк, возмутилась, сообщила о непорядке охране поселка, та вызвала специальную службу. И завертелась карусель.

– Ксения и Анна теперь возобновят отношения? – неожиданно поменяла тему разговора Рина. – Они же сестры!

– Нет, – сказала я, – анализ ДНК дал отрицательный результат. Две маленькие рыдающие девочки на дороге, которых сочли родней, на самом деле не имеют ни капли общей крови.

– Ну и ну! – ахнула моя свекровь. – Ксения зря все затеяла! Что теперь с ними со всеми будет?

– Бурбонскую положили в больницу, – пояснил Иван Никифорович, – у нее окончательно сдали нервы. Гена не любил мать и ухитрился сделать так, что Ксения Федоровна, готовая ради сына в огонь кинуться, потеряла все доброе расположение к нему. Но сейчас ее мучает раскаяние, она винит себя в смерти Геннадия, повторяет: «Это я, это я, это я его лишила жизни». Орлова задержали за убийство гастарбайтера. Анна Григорьевна и Елена очень довольны, что Бурбонская им никто. Ира, которая слышит все беседы взрослых, недавно узнала, что Таня начальник особой бригады и…

Я засмеялась:

– И несколько раз звонила мне с сообщением, что, если нам понадобятся дети-агенты, то она готова работать бесплатно. Девочка не глупа, она давно поняла, что я не домработница.

– Дальнейшую судьбу Ксении и Льва решит суд, – сказал Иван, – я не знаю, какой им вынесут приговор.

– Тебе не приходило в голову, что Геннадия убила не Ксения? – внезапно спросила Рина. – И все, что влюбленная парочка наболтала, на самом деле вранье?

Мы с мужем уставились на Ирину Леонидовну, а та продолжала:

– В доме, где живет Орлов, строгая пропускная система?

– Да, – подтвердил Иван.

– Вы проверили, кто и когда велел впустить в пентхаус Геннадия? – спросила моя свекровь.

Повисла тишина.

– Нет, – в конце концов ответила я.

– Косячок, дети, – хмыкнула Ирина Леонидовна, – серьезное упущение. Очень. Ваня, ну-ка.

Иван Никифорович взял трубку.

– Дима, глянь, когда и по чьему распоряжению Геннадия впустили в пентхаус Орлова.

– Димон, заодно спроси у охраны, у Бурбонского был букет? – громко сказала Рина.

– Сейчас записи с камер посмотрю, – пообещал Коробков.

Потом мы беседовали о том, как Мози и Роки украли сегодня из шкафчика на кухне упаковку печенья и сожрали его.

– Даже Альберт Кузьмич принял участие в разбое, – восклицала Рина, – оказывается, он тоже охотник до курабье. А я-то считала, что бульдоги ухитряются залезть на стол и слопать все, что не привязано.

– Я тоже так полагала, – подхватила я.

– Вот разбойник, – поддакнул Иван.

– Никто и не подумает, что кот способен печенье стырить, – протянула Рина.

– У него другой имидж, – высказалась я.

– Да, да, – кивнул Иван.

– Ох уж эти безобразники, – заметила Рина.

– Да, да, – повторил мой муж.

– Ох да, – протянула я.

Тема была исчерпана, разговор иссяк. В комнате висело молчание, когда оно стало тягостным, Ирина Леонидовна воскликнула:

– Ну что он так долго?

И тут зазвонил телефон.

– Слушаю, – сказал Иван, включая громкую связь.

Голос Димона заполнил столовую.

– Не знаю, кто из вас додумался до этих вопросов. Но ответы на них меняют всю картину. Первое. Пропуск Геннадию Бурбонскому заказали в девятнадцать десять. Он приехал в двадцать один пятнадцать на «Порше», который припарковал на подземной стоянке на гостевом месте. Гену сразу проводили к лифту в пентхаус. В холле повсюду висят камеры, и хорошо видно, что у Бурбонского нет букета. Я проверил камеры в общем гараже. На следующий день к «Порше» подошел мужчина в темной куртке, голова его была закрыта капюшоном. Он явно знал о видеонаблюдении, лицо старательно прятал, сел в автомобиль и уехал. Еще я выяснил, с кем Бурбонский беседовал в тот вечер по телефону. С шестнадцати часов ему звонили из разных мест пятнадцать раз. В девятнадцать сына побеспокоила мать, разговор длился девять минут сорок секунд. Потом Ксения общалась с Геннадием в двадцать сорок пять, беседа была короче, и последний раз Гена говорил с ней в девять вечера десять секунд. Больше ему никто не звонил. В три утра следующего дня телефон отключили. Вот так.

– Они все соврали, – пробормотала я, – про дозатор мыла, это хорошо спланированное убийство. Мать уговорила Гену приехать к Орлову, потом пару раз проверила, где он, когда прибудет… Вообще в этой истории все врут: Анна Григорьевна про свою бедность, Ксения, Лев…

– Орлов не профессионал, – перебил меня Димон, который незримо присутствовал при беседе, – он думал, что куртка с капюшоном сделала его неузнаваемым и его примут за Гену. Но сейчас можно определить личность человека, даже если он в паранджу закутался.

Ирина Леонидовна сказала:

– Геннадий надоел Орлову, довел до ручки мать, а его идея убить Шляхтину с помощью чая, которым эксклюзивно торговал Лев, то бишь подставить жениха матери, убедила любовников: сын Ксении им спокойно жить не даст. И они решили проблему.

– Мама, – воскликнул Иван, – ты гений!

– Да нет, – отмахнулась Ирина, – просто вам затмила мозг мысль, что Ксения не способна убить сына, она ж его так любила. Но любовь, как, впрочем, и любое другое чувство, можно вытравить, как таракана. И мы, Ваня, знаем с тобой еще один тому пример.

Мой муж молча кивнул. А я растерялась. Похоже, в семье Тарасовых есть тайны, о которых я не имею понятия. И Рина… Она сейчас ведет себя не как домашняя хозяйка, страстно увлеченная кулинарией. В эту минуту передо мной был профессионал с цепким умом, у Ирины Леонидовны даже взгляд изменился, выражение лица стало другим. Кто она? Чего я про свою любимую свекровь не знаю?

– Ну я пошел от вас, – сказал Димон, и его голос пропал.

Рина моргнула, улыбнулась и стала прежней.

И тут у Ивана зазвонил телефон, муж посмотрел на экран, взял трубку и заговорил:

– Привет, солнышко. Как дела? Съездила? Что врач сказал? Ты вообще где? Так поднимайся! Давай, давай!

Мой муж встал.

– Мама, Сонечка в подъезде.

– А почему не заходит? – удивилась Рина.

Иван развел руками.

– Воспитание Леонида.

Из прихожей раздался звонок, Мози и Роки с заливистым лаем кинулись в холл. Иван и Рина пошли следом. Я, не понимая, кто пришел в гости, двинулась последней и оказалась у вешалки, когда там уже стояла красивая стройная женщина, героиня видео, которое мне прислал аноним.

– Танюсик, знакомься, это Сонечка, – радостно защебетала Ирина Леонидовна, – моя племянница. Не родная.

Софья улыбнулась:

– Здравствуйте. Мой дед близко дружил с Леонидом, отцом Рины, а моя мама и Ирина Леонидовна росли, как родные сестры. Я рано осталась сиротой. Рина меня от интерната спасла, забрала к себе, воспитала. Ваня стал старшим братом. Уже много лет я живу за границей, в Москве давным-давно не была. Немного побаивалась в гости идти. Сначала с Ваней встретилась, спросила: «Не писала вам, не звонила, Рина небось меня видеть не захочет?» А Ваня ответил…

– Ты полный и глупый поросенок, – усмехнулся мой муж, – когда сможешь, приезжай к нам домой.

– Ну и вот я здесь, – смутилась Софья.

– Пошли скорей к столу, – засуетилась Рина, – поговорим наконец-то. Мози! Безобразник! Нет, вы только гляньте! Он написал около туфель Сони!

– Сейчас уберу, – сказала я и пошла за бумажной пеленкой.

Ну вот и выяснилось, кто она, таинственная незнакомка из кафе. Остается лишь узнать, кто прислал мне видео. Не стоит переживать, сокрушаться о своей полноте. И совсем уж некрасиво подозревать мужа в измене на основании анонимного сообщения. И не надо мне садиться на диету, потому что я любую диету раздавлю, если на нее сяду! Кстати, отличный совет для тех, кто спрашивает: «Что мне съесть, чтобы потерять лишний вес? Зеленый салат? Зеленый перец? Что выпить? Зеленый чай?» Нет! Зеленый салат, зеленый перец, зеленый чай вам не помогут, слопайте на ужин зеленые сосиски, и к утру вы станете стройной ланью.