Зайдя в тупик, она плюхнулась на лимонно-желтый диван. Теперь оставалось дожидаться его возвращения, а там – разыграть ситуацию, в которой ему придется оставить телефон без присмотра, чтобы Черри могла беспрепятственно его изучить. Она отругала себя за то, что не подумала об этом в первую очередь – теперь нужно ждать целый день. Чтобы Дэниелу самому хотелось вернуться поскорее, Черри отправила ему сообщение, легкое, игривое и провокационное, которое ничем не выдавало того, что она догадывается о его подозрениях, и намекало, что она до смерти хотела лечь с ним в постель. Оставалось надеяться, что это заинтригует Дэниела и он вернется домой при первой возможности, и вот тогда она приберет к рукам его телефон.

Черри коротала день, придумывая, как добраться до его телефона, и репетируя свои ответные реакции. Скорее всего, звонила Лора, и Черри вела с Дэниелом воображаемый разговор, меряя шагами комнату, не выходя из себя, но не скрывая расстроенных чувств. «Дэниел, я не знаю, что и сказать, мы оба знаем, как она хочет выдворить меня. Тебе не кажется, что она немного… я не знаю, как тебе сказать… одержимая?» Она отрепетировала столько обиженных ответов на его обвинения, что сама начинала верить собственным оправданиям. Это был хороший знак. А в перерывах Черри просматривала свадебные сайты, выбирая, где состоится церемония и что она наденет. Это приносило меньше радости, чем ей хотелось бы, потому что неразрешенная проблема с Дэниелом мешала ей с головой окунуться в процесс.

Когда он пришел домой в одиннадцатом часу, Черри вышла ему навстречу, услужливо взяла сумку у него из рук и стала массировать ему плечи.

– Как приятно, – сказал он одобрительно, разминая шею, но не стал задерживаться и пошел на кухню, чтобы попить. – Я пообещал маме, что заеду к ней сегодня… если еще не слишком поздно, – сказал он, наливая воду в стакан.

Такое развитие событий Черри тоже предвидела.

– Уже половина одиннадцатого, – заметила она, изображая удивление, но без желчи, чтобы не настроить его против себя. Впервые за сегодня он посмотрел ей прямо в глаза. Она сохранила маску невозмутимости.

– Я знаю. Может, она уже спит. Я оставил сообщение, чтобы она перезвонила мне, если все еще ждет меня, – он быстро поцеловал ее. – Я сбегаю в душ, – и он пошел в ванную, на этот раз оставив телефон на столе. Черри обрадовалась, но дождалась сначала, пока не услышит шум воды. Как только она собралась взять трубку в руки, телефон зазвонил. Вздрогнув, она отдернула руку. «Мама», – загорелось на экране. Черри подождала, пока звонок не замолчит, после чего раздался сигнал, означавший сообщение на автоответчике. Она взяла трубку и набрала номер голосовой почты Дэниела.

«Дэниел, я пропустила твой звонок. Я все еще хочу встретиться. Ты не спишь? Пожалуйста, приезжай. Не знаю, может, ты в душе… Сообщи мне. Я буду ждать, так что не волнуйся о позднем времени».

Черри не хотела, чтобы он ехал. Ей нужно было чуть больше времени, она не хотела ничем распалять уже загоревшуюся спичку. Она нажала «3», удаляя сообщение, и стерла эсэмэс с сообщением о голосовой почте. Потом она заглянула в журнал вызовов. Сверху висел Лорин звонок, и, пару раз проведя пальцами по экрану, она его удалила. Черри пролистала звонки от посторонних людей, вероятно, его коллег, звонки от Уилла, от Говарда, и только потом увидела номер, который не был сохранен под именем, но был виден полностью. Единственный телефонный номер, который Черри знала наизусть, потому что жила в этом доме. В доме ее матери. Ее мама разговаривала с Дэниелом в восемь тридцать семь прошлым вечером. Черри быстро припомнила события того дня. Это было ровно то время, когда она уходила за вином. Сердце часто забилось. Значит, Дэниел все знал. Или не все, но знал достаточно. Вот почему он с трудом мог смотреть ей в глаза, когда она вернулась, и почему с тех пор он от нее на расстоянии вытянутой руки и был занят своими мыслями. И именно поэтому сегодня он собирался к Лоре.

Только он уже никуда не поедет, напомнила себе Черри. Она удалила входящие. Черри часто замечала, что в экстренных ситуациях ее мозг соображает лучше всего. Она физически ощущала разливающийся по телу адреналин, когда решение проблемы приходилось искать под тиканье часов, и сегодня не было исключением. Напротив, ее осенила гениальная идея, которая показалась Черри единственно правильным решением.

Она пойдет к Лоре.

Этот момент показался Черри чем-то вроде знака, словно выбрав план действий, она запустила цепь событий. Она еще не знала, что это будут за события, но почему-то была уверена, что в них заключено решение всех проблем.

Но ей нужно было подготовиться, и подготовиться быстро. Душ стих, значит, с минуты на минуту Дэниел уже будет одет. Она заметалась по кухне, схватила два куска хлеба, намазала маслом и положила между ними ломтик мяса и рукколу. Налила свежий стакан воды и поставила все на стол, как раз к его возвращению.

– Ты, наверное, голодный. Я решила сообразить тебе что-нибудь на скорую руку, если ты хочешь успеть к маме.

Дэниел был тронут ее заботой.

– Спасибо. Телефон не звонил?

Она покачала головой. Дэниел посмотрел на кухонные часы, и Черри проследила за его взглядом. Было без десяти одиннадцать.

– Я сказал, что дам ей полчаса. Я пока поем, и если за это время она не перезвонит, значит, она, наверное, уснула.

Черри внимательно смотрела на него, пока он ел. Проглотив бутерброд, он сцепил руки в замок и потянулся вверх, прогоняя накопившуюся за день усталость. Потом он еще раз взял телефон, и Черри задержала дыхание, испугавшись, что он станет звонить Лоре. Но он отложил его в сторону.

– Наверное, и я лягу, – сказал он. – Мне на дежурство к шести утра.

– Понимаю, – сказала Черри, убирая его тарелку в посудомоечную машину.

– Извини, из меня сегодня так себе компания, да? – неожиданно для самого себя он широко зевнул, выплескивая накопившуюся усталость.

– Иди спать, – строго сказала Черри. – Я через минуту тоже лягу, только закончу здесь, – и она стала засыпать в машину соль. Она тянула время, а когда пришла в спальню, Дэниел, к ее радости, уже крепко спал. Черри мысленно похлопала себя по плечу. Она добавила в бутерброд полтаблетки зопиклона, оставшегося с дней ее бессонницы, когда Дэниел «скончался» и ей казалось, что она все потеряла. Половины должно быть достаточно, чтобы он погрузился в крепкий сон, но не слишком, чтобы наутро не осталось никаких следов. Она растолкла таблетку в порошок, и горьковатый вкус рукколы и чесночный майонез легко перебили лекарственный привкус. Оставалось последнее. Она взяла телефон Дэниела, который он оставил на зарядке, и отправила эсэмэс: «Извини, был в душе. Скоро буду».



– …Я подумала, что пора нам разобраться с нашими… разногласиями, – начала Черри тактично. Лора уставилась на нее и выглядела довольно глупо, если быть откровенной. Черри чувствовала себя хорошо, даже благородно, от того, что решила протянуть ей оливковую ветвь. – Вместо того чтобы постоянно отталкивать меня, а мне… принимать ответные меры, – Черри увидела, что Лора напряглась при этом ненавязчивом признании собственных действий, – почему бы нам просто не перестать, пока все не зашло слишком далеко?

Что с ней не так? Почему она до сих пор таращится на нее, как жертва лоботомии? Черри явно придется проговаривать все прямым текстом. Она сделала шаг вперед, и Лора вжала голову в плечи.

– Хватит дергаться. Я просто хочу присесть, вот и все, – она подтолкнула Лору в сторону гостиной и сама удобно устроилась на диване. Лора так и осталась стоять, загораживая собой дверной проем.

– Наверное, если я попрошу выпить, это будет перебор? Ну и ладно. Просто дайте мне сказать то, зачем я пришла. Я очень старалась вписаться в вашу жизнь, Лора, быть хорошим человеком, идеальной девушкой для Дэниела… – Вспомнив о чем-то, она окинула взглядом комнату и горько засмеялась. – Я так нервничала в тот день, когда пришла к вам на ужин. Мы только познакомились, а из-за вас я весь вечер чувствовала себя посторонней. Есть только вы и Дэниел, и нет свободного местечка для другого человека. Но я-то уже не посторонняя, а вы все никак это не поймете. Но я готова обо всем забыть. Мы должны подружиться. Я хочу, чтобы мы подружились.

Наконец, Лора подала голос.

– Ты сумасшедшая?

Черри посмотрела по сторонам, как будто Лора могла обращаться к кому-то другому.

– Нет. И я не знаю, что я такого вам сделала, что вы так меня невзлюбили.

Лора, не веря своим ушам, открыла рот, но Черри и без того знала, что она собирается сказать, и рассердилась.

– Да, да, щенок, письмо, хотя ваш муж сам захотел с вами развестись, – ввернула она желчно, – но все это было после того, как вы повели себя со мной, как последняя сука. Просто я отплатила той же монетой, – Лора продолжала таращиться на нее, и Черри раздраженно встала и прошла мимо нее на кухню.

– Мне что, самой угощаться? – не выдержала она и достала из холодильника сок.

Лора наблюдала за ней с беспокойством, но молчала. Она видела, где оставила свой телефон, и прикидывала, сможет ли незаметно подобраться к трубке и вызвать полицию. Но, конечно, Черри услышит, когда на ее звонок ответят, а Лора далеко не была уверена в ее психической стабильности. Она подумала, что с ней, наверное, стоит попробовать поговорить, как-то успокоить ее, но Лора нервничала, не понимая, с чем имеет дело. Она медленно открыла шкафчик, достала стакан и поставила на стол. Черри, приятно удивившись, подняла на нее глаза.

– Спасибо. Вот видите, это совсем несложно – быть вежливой, – она налила себе сок. – Дэниел из-за вас тоже, между прочим, страдает, – Черри заметила, как загорелись глаза Лоры при упоминании ее сына, и она понимающе вздохнула. – Он не знает, что я здесь, и он сейчас физически не в том состоянии, чтобы приехать. Он спит, – добавила она, когда Лора в ужасе посмотрела на нее, – и вряд ли скоро проснется.

– Что ты с ним сделала? – рассвирепела Лора.

Черри замерла, не проглотив сок.

– Вы бы себя слышали иногда. Он взрослый человек. Ему не нужна мамочка, которая будет лезть в его дела, – она посмотрела на Лору. – Мы с ним хорошая пара. Я хороший человек. Я не сделала ничего плохого. Я все это заработала.

– Так ты признаешься? – тихо спросила Лора.

– В чем?

– В том, что ты специально выбрала Дэниела. Из-за того, что у него есть деньги.

Черри обозленно стукнула стаканом об стол. Эта женщина была такой узколобой и совершенно не желала видеть чужую точку зрения. Лоре не нравилось, что Черри захотела чего-то добиться, усовершенствоваться, да, бедным людям можно и задуматься о деньгах, у них ведь их никогда нет.

– Черт бы вас побрал, – Черри подошла к задней двери и выглянула на улицу. Было темно, но садовые огни горели.

Лора посмотрела на нее, и что-то заставило ее выплеснуть весь скопившийся страх и тревогу, которые все до последней капли были вызваны этой мерзкой девчонкой.

– Ты называешь себя хорошим человеком. В жизни не слышала ничего более возмутительного. Ты коварная, лживая интриганка. Тебя волнует только одно: что ты можешь получить.

Черри расправила плечи.

– Нет…

– Ты всего-навсего паразитирующая эгоистка…

– Я не…

– …а моему сыну просто не повезло быть не в том месте и не в то время, когда он пришел в ваше агентство…

– Замолчите… – Черри зажала уши ладонями.

– …и ты методично губишь его жизнь, и даже твоя родная мать стыдится назвать тебя своей доч…

– ХВАТИТ!

Крик Черри застыл в воздухе, и на какой-то момент они обе замолчали. Черри пыталась перевести дыхание, сдержать себя в руках и не расцарапать Лоре лицо, чтобы содрать ее праведную физиономию вместе с кожей. Она сосредоточилась на саде, делая размеренные вдохи и усмиряя ярость, которая грозила захлестнуть ее. Черри стиснула трясущиеся руки в кулаки. И вдруг на нее накатила такая горечь и чувство поражения, что она чуть не развалилась на части. Она предложила Лоре дружбу, уважение, готова была даже наладить материнско-дочерние отношения, и что получила в ответ? Отказ и агрессию. Она никогда не станет здесь своей. В отчаянии она положила ладони на стекло, и тогда она увидела свой шанс. Она нашла свой несчастный случай. Прямо посреди Лориной лужайки. Это было какое-то чудо, словно провидение. Ее мысли резко перестали лететь в бездонную пропасть, перегруппировались и заинтригованно зашевелились. Все может быть, почему нет. Даже если бы Черри здесь не было, все могло бы именно так и случиться. Черри пригляделась, чтобы убедиться, что не ошиблась. Нет, там точно зияла пустота, стекло было вынуто. Черри оставалось только подманить Лору поближе, и все как-нибудь произойдет само собой. Эти пластиковые ограждения никак не крепились к земле. Радость от решения головоломки окрылила ее. Очередное доказательство того, во что Черри всегда верила: если думать о чем-то сильно-сильно, долго-долго, работать на это, верить в это, ты можешь претворить это в жизнь. И нет ничего невозможного!

Она обернулась.

– Лора, мне жаль, что ты все еще так думаешь обо мне, но мне кажется, ты не понимаешь, что я хочу сказать. Мы с Дэниелом любим друг друга, – прежде, чем Лора успела возразить, Черри взялась за дверную ручку.

– Ты не возражаешь, если я выйду на свежий воздух? Вся эта ситуация очень тяжело мне дается.

Она повернула ключ и наполовину открыла раздвижную дверь. Ступила на террасу. Было прохладно, но свежесть в воздухе только обострила ее мысли, и что-то в окружающей темноте заставляло Черри чувствовать каждый свой нерв как живое, трепещущее существо.

Лора недоверчиво наблюдала за ней. Как только она закончила свою тираду, то пожалела о своей импульсивности. Невозмутимость Черри настораживала ее, а теперь она вышла в сад. А ей что делать? Лора взвесила свои шансы на то, чтобы закрыть перед ее носом дверь и запереть ее снаружи, но Черри все еще была слишком близко. Ей хватит доли секунды, чтобы развернуться, подставить ногу под дверь… Нет, Лоре ни за что не успеть закрыть дверь. Она сделала шаг вперед, думая, что это вынудит и Черри сделать шаг вперед, дальше в сад, дальше от двери.

Но Черри резко повернулась и открыла дверь настежь, от стены до стены.

– Ну же, такой прекрасный вечер, – сказала она и жестом поманила Лору на улицу.

Лора подумала. Если пойти за Черри и увлечь ее в глубину сада, держась все это время в стороне от нее, может, у Лоры и получится добежать до дома и запереться. Она вышла на улицу, и Черри зашагала по лужайке.

Черри знала, что ей нужно снова вывести Лору из себя, потому что только тогда она смелела и вела себя безрассудно.

– Но вот если вы мне предложите что-то взамен, чтобы я держалась от него подальше, – с этими словами она продвинулась еще чуть ближе в сторону ямы. Не слишком быстро. Маленькими шажками. Она улыбнулась сама себе, когда услышала, что Лора идет за ней.

– Ты хочешь денег? – возмутилась Лора, задыхаясь от негодования. – Чтобы держаться подальше от Дэниела? Ты точно сумасшедшая. Я заплачу тебе, и ты скажешь ему, что я пыталась тебя подкупить. Ты что, считаешь меня идиоткой?

«Не идиоткой, нет – подумала Черри. – Зато ты отвлеклась». Она подошла еще ближе, как бы обдумывая слова Лоры.

– Я бы никогда так не поступила. Я бы уехала, и вы бы никогда обо мне не услышали.

Черри не смела подступать еще ближе, чтобы не вызвать подозрений. Лора уже была рядом, всего в паре метров от нее, оставалось только подстегнуть происшествие. Черри подумала, как ей встать так, чтобы оказаться с обратной стороны от Лоры. Она побежит на нее, Лора отшатнется, и к тому моменту, как она поймет, что произошло, она уже будет падать в яму, и тогда будет уже слишком поздно. Черри подумала, что ей, может, даже не придется прикасаться к ней, но если ее и понадобится подтолкнуть, то ничего страшного, на ее стороне был эффект неожиданности. Но несчастный случай, конечно, был бы предпочтительнее. Один неверный шаг – и трагическое падение в подвал. Черри начала медленно отходить вбок.

– Скажу Дэниелу, что не сложилось, что я встретила другого.

У Лоры все внутри сжалось.

– Не надо. Не говори так. Просто уезжай.

– Давайте остановимся на ста тысячах. Нет, двухстах. Это же для вас семечки.

– Пожалуйста. Я прошу тебя. Просто уйди из моего дома.

– Если я исчезну, у вас может снова начаться белая полоса. А, Лора? Сколько это стоит?

Лора взмолилась, дрожа всем телом:

– Оставь меня в покое. Ты говоришь, что хочешь дружить – я тоже этого хотела, в самом начале. И я пыталась. – Умоляюще протянув руки, Лора сделала шаг ей навстречу, в точности, как Черри и хотела. Теперь ей оставалось только продвинуться чуть-чуть в сторону дома, и она будет стоять в идеальной позиции. Просто пройти это расстояние она не могла, нужно было незаметно переступать с ноги на ногу, продолжая говорить. Незаметные, крошечные движения. Черри начала продвигаться назад.

54

Суббота, 7 ноября, 23:46


Дэниел прокряхтел во сне и завертел головой из стороны в сторону.

– Уходи, – пробормотал он, но Руфус продолжал вылизывать его лицо. Где-то глубоко в подсознании Дэниел знал, что это его пес, но никак не мог проснуться. Он также отдавал себе полный отчет в этом, и от этого чувствовал потребность сопротивляться, и он мысленно стал продираться через туман.

Даже лежа головой на подушке, моргая в темноте, Дэниел не был до конца уверен в том, проснулся ли он. Руфус был рад его пробуждению, но голова у Дэниела раскалывалась. Он чувствовал себя как с похмелья и постоянно проваливался между сном и явью. Может, он подхватил какую-то инфекцию, но это было не похоже на болезнь. Было похоже, как будто его накачали наркотиками или напоили, и он не мог понять, как это могло произойти. Он так долго собирался с мыслями и пытался удостовериться, что взаправду проснулся, что целых пять минут не замечал отсутствия Черри под боком. Не вполне доверяя своим глазам, он включил прикроватную лампу. Ее половина постели пустовала, и, судя по гладко расправленному одеялу и взбитой подушке, она даже не ложилась. Он проверил время на экране будильника: 00:37. Как же больно было в голове. Спустив ноги на пол, он, пошатываясь, побрел в ванную, выдавил пару таблеток из упаковки и проглотил их, запив водой. Он помотал головой, как бы пытаясь вытряхнуть этот туман, но от тряски он только заклубился еще сильнее, витая у него в мыслях.

Он не понимал, где могла быть Черри. В коридоре свет остался включенным, но во всех остальных комнатах не горел. Не могла же она уйти в такой час. Он проверил все комнаты с увивающимся за ним по пятам щенком, думая, вдруг она просто заснула в другом месте. Нигде ее не обнаружив, он забеспокоился. Он нашел свой телефон и позвонил ей, но его сразу перенаправили на голосовую почту.

– Черри, где ты? Уже поздно, я волнуюсь. Позвони мне, как только получишь это.

Дэниел задумался. Что-то явно было не так, но его мозг отказывался соображать, что именно. Он подумал позвонить в полицию, но сначала хотел проверить, не знает ли кто-то еще, где она. Венди? Дэниел как-то сомневался, что она была в курсе, но больше у него не было предположений, так что он взял телефон, чтобы набрать ее номер, и тогда заметил непрочитанное сообщение. Решив, что оно от Черри, он быстро вышел в меню, но оно оказалось от его мамы. «Отлично. Буду ждать».

Дэниел смутился. Оно было отправлено примерно час двадцать минут назад. Он посмотрел историю переписки, чтобы уточнить, о чем шла речь, и увидел свое последнее сообщение к ней: «Извини, был в душе. Скоро буду».

Дэниел ничего не понимал. Как бы сильно ни болела сейчас голова, он был абсолютно уверен, что не отправлял этого. Он ложился спать с мыслью, что его мама уже спит. Так кто же отправил эсэмэс? Ответ пришел к нему моментально. Он растерянно уставился на телефон. Черри поехала к его маме?

Зачем?

Много неприятных ответов пришли к нему одновременно, и они отказывались складываться в четкие формулировки, но все сулили недоброе. Он быстро схватил куртку, ключи и покинул квартиру.

Холодный воздух отрезвил его, и он быстро зашагал по улице, а что-то подтолкнуло его перейти на бег, хотя все его тело изнывало от слабости. Эта спешка разжигала панику, а может, все было наоборот? Если не сбавлять скорость, он доберется до дома за пять минут. Здесь, вдали от главных улиц, не было ни души. Сенсорные фонари мигали на некоторых домах, когда он пробегал мимо. К тому времени, как он достиг дома родителей, его ноги ломило от боли, и теперь он был уверен, что употребил какое-то снотворное средство. Когда он мог его принять? Этому было только одно логичное объяснение, и оно шокировало Дэниела. Черри его усыпила. Но что пугало его больше всего, о чем он думал уже с ужасом, было: зачем? Он свернул на подъездную дорожку дома тридцать восемь и позвонил в дверь. Полоска света слабо виднелась за задернутыми шторами в окне холла справа от него. Дэниел сделал шаг назад и поднял голову, глядя на верхние окна, которые были темными и безжизненными, и позвонил снова, после чего решил больше не ждать и достал из кармана свои ключи.

Отперев дверь, он ступил за порог и прислушался к звукам, но все было тихо.

– Эй, – позвал он. – Это я, Дэниел.

Ответа не было. Он медленно обошел дом, начав с гостиной. Телевизор работал, и Моисей дремал, лениво растянувшись на диване. Дэниел вышел на кухню. Там на него дунуло холодным ветром, и он заметил, что двери в сад были открыты, а там, в саду, он увидел свою мать и Черри.

Дэниел не сразу понял, что они там делают. Они стояли и разговаривали, его мама была сильно расстроена чем-то, но хоть он и слышал их голоса, он не мог разобрать отдельных слов.

В мягком полумраке за шестифутовым забором, огораживающим сад, Черри чувствовала уединение, как будто они были надежно спрятаны в персональном ночном коконе. Это будет так просто. Никого вокруг. Она подняла глаза к небу, притворяясь, что любуется луной и ползущими по небу облаками, а на самом деле, она проверяла окна соседских домов.

– Новолуние, – произнесла она беззаботно.

Свет не горел ни с одной, ни с другой стороны, насколько хватало глаз. Они были совершенно одни в этом месте вне пространства и времени. Все могло случиться так просто. Лора выходит в сад, подходит слишком близко к провалу, оступается, поскальзывается, падает. Черри содрогнулась. Это действительно очень опасно, подумалось ей неодобрительно. Она мысленно прошлась по всем уликам. Место преступления было темой для нее новой, которую не помешало бы изучить заранее, но она повидала достаточно детективов, чтобы понимать, что к чему. Дэниел спал, он подтвердит ее алиби. В доме она трогала дверцу холодильника, бутылку сока, стакан, ручки раздвижной двери, и все. Она помнила все с кристальной ясностью, и ни секунды не сомневалась, что сможет восстановить каждый свой шаг с точностью до миллиметра, когда вернется в дом. Она как будто видела свои движения со стороны, как будто ее самой на самом деле тут не было, а ее второе «я» удостоверится, чтобы Черри покинула дом бесследно и безопасно. Она бросила последний взгляд на окна. Черные пустые глазницы, все до единого, шторы задернуты, как будто намеренно хранят себя в неведении. Зло не творится на элитных улицах.

Лиса прошмыгнула в сад из-за ограды, протиснувшись в щель между досок, одна из которых, кажется, была сломана. На долю секунды Черри показалось, что это была ее лиса из Тутинга, но она отмахнулась от этой нелепой мысли. Прежде, чем лиса пересекла сад, Черри вскинула руки и, открыв рот в беззвучном рыке, как разъяренный зверь бросилась на Лору, у которой вдруг перекосилось лицо, искаженное ужасом, и она инстинктивно отступила назад, уклоняясь от атаки.

Раздался крик:

– Нет! – и Черри в недоумении обернулась и увидела Дэниела, выбегающего из дверей.

Она потеряла равновесие в тот же момент, когда Лора стала в отчаянии размахивать руками, пытаясь уцепиться за что угодно, срываясь на крик. Крики доносились из ее собственного горла, поняла Лора. Она начала падать и почувствовала, как перегородки разлетаются из-под нее, но она не хотела умирать, она не могла умереть, и она отчаянно замахала руками, чувствуя на себе вес Черри, и она оттолкнулась и, упав руками и лицом в землю, поползла к дому, все еще крича от страха, когда услышала вдалеке глухой удар. Дэниел обнимал ее, и Лора, рыдая, прижималась к нему, зарываясь ему в плечо, ничего не соображая от ужаса. Как зверек или маленький ребенок она съежилась на коленях у своего сына, сначала от страха, что Черри придет за ней, только та почему-то не шла, но проходили секунды, и Лора стала понимать, что это был за звук.

Эпилог

Четверг, 14 января


Лора смотрела из окна, как представитель агентства недвижимости поставил табличку с объявлением о продаже напротив ее дома. Конечно, не «Хайсмит-энд-Браун», но в Лондоне было полно уважаемых агентств, которые были рады ухватиться за эксклюзивную возможность помочь ей сбыть этот дом с рук. Ни ей, ни Говарду он не был нужен после случившегося, а Говард даже не стал спускаться в подвал, просто оставил на откуп грузчикам упаковать все, что ему принадлежало, и переправить в его новый дом. Лора старалась не смотреть, когда его вещи, в окружении которых она жила долгие годы, увозили в Сент-Джонс-Вуд, где он делил дом с Марианной. Несколько недель спустя Дэниел переехал в свою квартиру – в другую, не в ту, где он жил с Черри, а туда, где не осталось воспоминаний о ней. Лора не возражала. Она и сама переезжала в мьюзхауз – относительно недалеко от дома Дэниела, чтобы они могли регулярно видеться, и достаточно далеко, чтобы жить каждый своей жизнью.

У нее ушло немало времени, но в конце концов Лора нашла в себе мужество спуститься в подвал. Пока она ехала в лифте, она вспоминала парамедиков, которые в тот день спустились сюда, чтобы унести Черри. Она не могла выбросить из головы, как она выглядела тогда, что они с ней делали. Черри была мертва, когда приехала «скорая». Лора знала это, потому что Дэниел спустился туда сразу же, проверить, может ли он чем-то помочь.

Теперь, конечно, там все было вычищено, но перед глазами все равно стояла Черри – не безжизненно распластанная на полу, а Черри в день барбекю, когда они с Лорой спустились сюда вдвоем и остались одни, и сейчас Лора испытала тревожное чувство, как будто ждала, что вот-вот услышит стук ее дорогих каблуков по полу. Стеклянную крышу починили, и Лора посмотрела вверх, вдруг почувствовала себя в западне и поспешила убраться оттуда, подняться наверх, в дом.

Полиция допросила ее и Дэниела, а также соседа, который слышал крики и выглянул в окно. Ключевым свидетелем стал Дэниел, потому что он непосредственно видел, как упала Черри. Он сказал полиции, что Черри оступилась. Она бросилась на его мать, чтобы испугать ее и вынудить упасть самой, но потеряла равновесие, когда повернулась в его сторону, и упала сама, столкнувшись с Лорой во время падения. Лора внимательно смотрела на него, когда он пересказывал ход событий сразу после случившегося, и понимала, что именно это он и видел. Его скорбный отчет совпадал с тем, что видел издали сосед. Судмедэксперту этого оказалось достаточно, чтобы вынести вердикт: смерть в результате несчастного случая.

Никто не видел. Никто. Лору колотило при мысли о том, что могло бы случиться, если бы что-то пошло не так. Мимолетное безумие. Конечно, его почти наверняка списали бы на самозащиту – ведь Черри в самом деле пыталась ее убить. Но Лора все равно молчала. Ей было страшно. Она не помнила момента, когда приняла такое решение. Вот что пугало ее до смерти. Вот отчего по ночам ей снились кошмары. Как она достигла этой точки. В кого она превратилась.

Она никогда этого не забудет. Но, может быть, когда-нибудь научится с этим жить.

Благодарности

Спасибо моему замечательному агенту, Гайе Бэнкс, которая наставила меня на путь истинный, спасибо Люси Фосетт за весь тот неисчерпаемый энтузиазм, который исходил от нее. Спасибо вам за все, что вы сделали для меня и продолжаете делать. Так же я благодарна Джоулу Готлеру, чьи слова поддержки навсегда останутся в моей памяти, Маркусу Хоффману, всем моим соратникам, живущих в самых разных уголках мира, а также отдельно – Мелиссе Махи, Альбе Арнау и Мэтью Гоулдену.

Моя глубокая благодарность Трише Джексон за ее блестящую проницательность и за то, что заставила почувствовать себя таким желанным гостем, а также команде в Pan Macmillan.

Также огромное спасибо Алисии Кондон и команде Kensington Books.

Барбаре Хайнциус, которая была там со мной с самого начала.

Вики Хилл, твоя исследовательская помощь была бесценной.

Моей семье: папе, Салли, маме, Райсу, Нилу, Тине, Лейле и Брандт. Ваша поддержка и переживания – всё для меня. Спасибо, Этти, за уроки гольфа.

Ливи и Клементина, вы всегда меня вдохновляете.

И спасибо моему самому близкому другу, Джонни, моему верному единомышленнику, за то, что позволил терзать свои уши моим бесконечным «А что, если?..»