– Это правда, Марта! И мне кажется, что тебе и так уже известно об этом.

Она оглядывается по сторонам.

– Вот что, Кэти. Я тебе помогу, но только потому, что у меня тоже есть дети. Мне ничего не говорят, но я догадываюсь об их делах, и мне они не по душе. Бог свидетель, я всю жизнь подчинялась им и делала то, что они хотели. И когда был Моисей, и сейчас, когда у нас новый духовный наставник. В семнадцать лет я стала рабой Филиппа. А сейчас мной помыкают мои сыновья.

– Похоже, ты решила взбунтоваться.

– Я не собираюсь бросать детей и уезжать с тобой. Но могу передать, что я подслушала. Они никогда не посвящали меня в свои секреты. Я слишком незначительная фигура. Кого интересует, что думает старая толстая Марта? Наш духовный наставник куда-то надолго уехал. В его отсутствие всем здесь заправляли Филипп с Кассандрой. Филипп подает большие надежды. Как только я поняла, что девочка твоя, я стала за ними следить. Я никогда не верила, что ты умерла, и часто гадала, а что бы стало со мной, если бы я тогда сбежала. Филиппа, как видишь, оставили здесь за главного. А остальные вчера рано утром уехали на машине. Я проснулась, когда Филипп пошел их провожать. Было еще темно. Потом я услышала, как он разговаривал с ними по телефону. Велел ехать по трассам М5 и А30. Похоже, они отправились в Девон или Корнуолл, чтобы спрятаться там с твоей дочкой, пока она окончательно не перевоспитается.

Я с трудом сдерживаю себя. Сейчас очень важно не терять головы.

– Ты уверена, что не хочешь поехать с нами? Мы отправляемся прямо сейчас.

– Конечно, хочу, Кэти! Чтобы кричать во все горло о том, что здесь происходит. Но я никуда не поеду. Из-за своих мальчиков. Ведь им скажут, что я умерла.

– А ты не можешь выяснить, где именно их искать в Девоне или Корнуолле? Очень тебя прошу. Я тебе запишу свой телефон, позвони, если сможешь.

– Не надо. Если это увидит Филипп, мне мало не покажется. Мы и так слишком долго с тобой тут стоим. Наверняка кто-нибудь уже заметил. И он захочет узнать, о чем мы говорили, чтобы доложить. Наш духовный наставник очень тобой интересовался, хотя считается, что ты умерла. Просто продиктуй мне свой телефон, я запомню. Мобильный всегда при мне, так что до него никто не доберется.

Марта с улыбкой опускает голову. Проследив за ее взглядом, я догадываюсь, где она его прячет:

– Он у тебя в бюстгальтере?

Марта неожиданно смеется, чего я никак не могла от нее ожидать.

– Это единственное место, где Филипп его никогда не найдет.

Я называю ей свой телефон. Дважды повторив его, она кивает:

– Запомнила. Если я еще что-нибудь узнаю, отправлю тебе сообщение. Но не от себя, а от Сары, твоей школьной подружки. Это она сказала мне, что с тобой все в порядке. В школу я больше не ходила, но иногда встречала ее в городе и, если поблизости никого не было, спрашивала о тебе.

– Прости меня! – виновато говорю я.

Мне искренне жаль Марту, влачащую столь убогое существование. Мне хочется спросить ее о новом духовном наставнике, но нам пора ехать. Вместо этого я интересуюсь:

– А сколько лет твоим мальчикам?

– Одному восемнадцать, другому шестнадцать, – улыбается она. – Совсем взрослые.

– Они живут здесь?

– Да. Они пошли в отца.

– Если ты передумаешь, я приеду и заберу тебя. В любое время. Обещаю тебе!

– Спасибо, Кэти! Ты даже не представляешь, как для меня важно твое участие.

Крис заводит мотор, не дожидаясь, пока я подойду.

– Девон или Корнуолл. М5 и А30, – сообщаю я.

Он быстро выезжает с площадки.

– Мы поедем по М4, в Бристоле свернем на М5, доберемся до Экстера и там выедем на А30.

Я с улыбкой смотрю на него, и у меня вдруг резко поднимается настроение.

– Крис Ломакс, откуда ты все это знаешь? Ты что, фанат «Топ Гира» и скрывал от меня это, пока мы жили вместе?

Крис пожимает плечами:

– Есть вещи, которые знает каждый водитель.

Мы возвращаемся на М25, где попадаем в пробку. Я пытаюсь расставить все по своим местам:

– Похоже, мы застряли. Дай-ка я пока разберусь с этими сообщениями.

– Давай. Ведь кто-то же их писал. Мне бы сразу догадаться, что это не ты. Поройся в моем телефоне, они еще там. Из домашнего компьютера я все удалил, чтобы их не прочла Дейзи, но в телефоне на всякий случай оставил.

Я просматриваю сообщения в его айфоне. Большинство из них не по делу. Скидки от «Групона». Рабочая переписка. Наконец выскакивает мое имя, и я просматриваю весь поток сообщений, пришедших от меня.

«Привет, Крис. Надеюсь, вы в порядке. Я отлично провожу время. Пляж выше всех похвал. Я встретила массу интересной публики. Здесь полно немцев, есть парочка американцев-неразлучников и крутой канадец, которого зовут Джона. Вокруг просто рай. Я всегда о таком мечтала. Присматривай за Дейзи. Если я задержусь, не беспокойся. Я буду на связи. С наилучшими пожеланиями, Эстер».

Я бросаю взгляд на Криса:

– И ты мог подумать, что это написала я? Серьезно? Хорошего же ты обо мне мнения.

Крис пожимает плечами:

– Я ни в чем тебя не подозревал. Думал, ты нарочно злишь меня.

– Но там действительно была парочка американцев, не отрывавшихся друг от друга, – внезапно похолодев, говорю я. – И куча немцев. И канадец по имени Джона, который мне понравился просто как человек.

– А кто еще там был?

Я пытаюсь вспомнить всех, кто был в Райской бухте.

– Там шнырял один подозрительный тип, который вполне мог оказаться Моисеем. Нам сказали, что наши счета за гостиницу оплатил какой-то старик. Там решили, что мы уехали, и поэтому никто нас не хватился. Хозяину гостиницы это показалось немного странным, но это не помешало ему взять деньги и сдать наши номера другим туристам. Однако сама я этого старика не видела.

– Понятно.

– Сначала мы подумали, что это мог быть Джен, который застрял на острове вместе с нами, но теперь я понимаю, что это Моисей.

Нахмурившись, Крис молча ведет машину. Потом спрашивает:

– А этот Джен не мог быть на самом деле Моисеем?

– Нет, конечно. Моисей мой отец, и я жила рядом с ним, пока мне не исполнилось шестнадцать. Джен никак не мог быть Моисеем. И потом он уже умер.

– Черт!

– Моисей явно отошел от дел. Марта говорила об их новом духовном наставнике, но его имени так и не назвала. Мне кажется, она его не любит. А сейчас он уехал вместе с Кассандрой и Дейзи.

– Значит, мы найдем его вместе с остальными. Может, ты случайно видела его в Райской бухте? Он мог держаться в тени, шпионить за тобой и присылать мне все эти сообщения.

Я еще раз просматриваю сообщения. Мои эксцентричные послания чередуются с недоуменными ответами Криса: «Какого черта, Эстер? Ты это серьезно?»

Положив телефон между нами, я зеваю:

– Ты не возражаешь, если я немного посплю? Я просто засыпаю на ходу.

Я потягиваюсь и снова зеваю.

– Давай. А я буду за рулем до победного конца.

Глава 43

Открыв глаза, я вижу, что машина стоит, а вокруг темно. Я долго вспоминаю, что со мной произошло, постепенно осознавая, что я не на острове и не лежу на песке вместе с Эдом, Кейти и другими. Но я и не дома и моя дочь по-прежнему не со мной.

Во рту отвратительный привкус, а на мне какой-то дурацкий офисный наряд. Потом я вспоминаю про Криса. Он мой верный союзник. Я поворачиваюсь к нему, но на водительском месте никого нет.

Я думаю о Джин и ее утрате. Сейчас она, наверное, пережила вторую. Надеюсь, она позволит своим детям позаботиться о себе. Интересно, как там Марк и Черри в своем Монтоке и чем закончились их злоключения? Мне кажется, Черри в конце концов помирилась с мужем и вновь обрела своих детей. Меня гложет зависть.

Машина стоит на полупустой стоянке. Заправки на ней нет. Открыв дверь, я ступаю на землю.

Я в полной растерянности. День сейчас или ночь? Сумрак, небо затянуто тучами. Я трясусь от холода в своей идиотской блузке, совершенно неуместной в британский весенний вечер. Не закрывая машины, я начинаю ходить туда-сюда, чтобы согреться. Мои ноги отчаянно протестуют, но, вспомнив, что они месяц провели на тропическом острове, я прощаю их за нестойкость.

Посмотрев по сторонам, я замечаю магазинчик и небольшое кафе. Стандартный набор для небольшой стоянки. Здесь должен быть туалет.

Щурясь и моргая, я начинаю пробираться к кафе. Перед глазами все плывет. Это из-за Дейзи. Я так долго ее не видела, что ее образ становится нечетким. Я представляю, как она живет с Кассандрой где-то на юго-западе Англии. Вспоминаю, какой она была в три года: пухлощекая девчушка с серьезным лицом. Потом вижу ее на школьной фотографии, когда ей было пять. Семилетняя девочка выгуливает чужую собаку. Первая младенческая улыбка. Но как я ни стараюсь, теперешнюю Дейзи представить не могу. Я потеряла свою дочь, и сейчас Кассандра и кто-то мне неизвестный усиленно ей внушают, что мать про нее забыла, а любить ее может только Господь.

Вернувшись из туалета, я по-прежнему не могу сосредоточиться. К счастью, я не настолько не в себе, чтобы пойти на газон и выкопать там ямку, как мы делали это на острове. Крис стоит у машины, вытаращив глаза:

– Так ты здесь!

– Да.

– Ты оставила машину открытой, и я подумал…

Я пытаюсь сообразить, что он мог подумать, но мозги у меня работают со скрипом.

– Ты подумал, что меня похитила Кассандра.

– Именно.

– Это маловероятно.

Мои умственные способности потихоньку восстанавливаются:

– Я для них изгой, и они не примут меня обратно, даже если я захочу вернуться. Но вот мою дочь они считают своей собственностью и уверены, что могут забрать ее в любое время.

Я смотрю на Криса. Вид у него расстроенный и напряженный.

– Извини. Просто я ходила в туалет. В голове полный кавардак.

– Ты пропадала целую вечность. Я купил тебе кофе. На тот случай, если ты проснешься. Он в машине.

– Спасибо!

– Ты говорила, что больше не любишь кофе. Но один стакан ты уже осилила, и я подумал, что второй тебе тоже не помешает.

Я сажусь в машину и беру из держателя бумажный стаканчик:

– Я снова его полюбила.

– Молодец, хорошая девочка.

Я поднимаю на него глаза:

– Хорошая девочка?

Мы с грустью сорокалетних улыбаемся.

– Хочешь, я сяду за руль?

– Нет, спасибо. Не самая лучшая идея.

Крис заводит мотор.

– Тебе пришло сообщение. Видимо, от этой женщины.

– От Марты?

Я окончательно просыпаюсь.

– Да, но оно почему-то было подписано «Сара».

– Это для конспирации.

– Она пишет, что мы должны ехать в Сент-Айвз.

– Сент-Айвз?

– Посмотри сама.

Крис указывает на телефон, и я нахожу текст: «Привет! Вы должны ехать в Сент-Айвз. Это все, что я знаю. Желаю удачи! Сара».

Я сразу же отправляю ответ: «Большое спасибо, Сара». Представляю, как завибрирует телефон у нее в бюстгальтере.

– У Марты жизнь не сахар.

Мы выезжаем со стоянки и возвращаемся на автостраду.

– Где мы сейчас? – интересуюсь я. – Разве не на М5?

– На М30. До Сент-Айвза еще далеко. Разве ты не помнишь?

Я сразу же догадываюсь, о чем он говорит:

– Такое не забывается. Ведь мы там были в медовый месяц.

– Вот и я не забыл.

Мы улыбаемся, вспоминая первые четыре дня нашей семейной жизни. Я была на последнем сроке, а Крис бесстрашно смотрел в будущее, однако его натужный энтузиазм как-то не вязался с паническим страхом во взгляде. Мы старательно выполняли все, что было принято в таких случаях: осматривали достопримечательности, прогуливались по берегу моря, ели рыбу с чипсами, покупали мороженое и катались на катере.

– Ты помнишь, как мы сидели в кафе на главной улице и смотрели на толпы людей, проходивших мимо? Мы тогда шутили, что если сидеть там достаточно долго, то рано или поздно встретишь всех своих знакомых.

– А ты не удивлялась, как из всех живущих на свете людей мы выбрали именно друг друга?

– Возможно, – смеюсь я. – Ведь молодоженам положено с восторгом смотреть друг на друга, с самыми радужными надеждами на будущее.

– Теперь нам будет легче ориентироваться.

– Надеюсь, сейчас там меньше людей.

Через несколько часов я выглядываю в окно машины. Мы едем по узкой извилистой дороге, следуя коричневым указателям для туристов, приезжающих в Сент-Айвз. День близится к концу.

Я внимательно смотрю на проходящих мимо. Так, на всякий случай.

Глава 44

Самый длинный и необычный день в моей жизни подходит к концу.

– Нам надо сесть где-нибудь у большого окна, мимо которого проходят люди, – командую я, когда, скатившись с крутого холма, мы въезжаем в город. – Мы сможем увидеть ее даже в темноте.

– Согласен. Но прежде нам надо снять номер в гостинице.

– Ну да, конечно. У меня есть наличные. Карты я потеряла во время своих приключений.

– Отлично. У меня по карте перерасход, но, думаю, на койку с завтраком я наскребу.

– Но нам ведь нужно два номера.

– Кто бы сомневался.

Мы надолго замолкаем.

Сент-Айвз очень милое местечко: безумно красивое, холмистое, с потрясающим воздухом и каким-то феерическим светом. Я пытаюсь убедить себя, что Дейзи пойдет на пользу, если она подышит морским воздухом с Атлантики. Городок небольшой, и мы без труда ее найдем.

– А почему мы должны верить Марте? – вдруг спрашиваю я, когда, проехав по улице с рядом стандартных домиков, мы оказываемся у библиотеки.

– Ты это серьезно? – удивляется Крис.

– Знаю, у нас нет выбора. Ничего другого не остается. Но она жена Филиппа и во всем ему подчиняется. А что, если это он велел направить нас по ложному следу?

– Эстер, не говори ерунды!

– Я ей сейчас позвоню. На тот номер, с которого она прислала сообщение. На тот телефон, который она держит в бюстгальтере, чтобы скрыть от своего придурка-муженька. Посмотрим, ответит она или нет.

– Зачем? Чего ты этим добьешься? – жестко, совсем как раньше, обрывает меня Крис. – Даже не думай об этом. У нас и без того куча дел. Надо найти самую дешевую гостиницу, а потом пойти в оживленное место и посидеть в кафе. Нам уж точно не помешает выпить. А потом будем сканировать людей за окном.

Мы останавливаемся в довольно приличном отеле, потому что он близко к центру и в нем есть свободные номера.

В холле душновато. На полу лежит синий ковер. Взглянув на меня, Крис жмет на кнопку звонка в центре маленькой стойки. Этот педантичный жест вызывает у меня неуместный смех.

– Нам нужно два номера, – заявляет он появившейся женщине, отчетливо выговаривая каждое слово.

– Отлично.

Женщина довольно молода, у нее обесцвеченные волосы с отросшими черными корнями. Бросив на нас оценивающий взгляд, она кладет на стойку две небольшие анкеты.

– Пожалуйста, заполните каждый свою. Мне нужны ваши карты. Вы будете платить отдельно?

– Нет, вместе, – поспешно говорю я, поворачиваясь к Крису. – Извини. Я верну тебе деньги, когда получу новые карты.

– Нет проблем. – Он протягивает карточку женщине. – Возьмите мою. Можешь считать это алиментами.

Она переводит взгляд с Криса на меня и пропускает карточку через терминал. Мы вручаем ей заполненные анкеты, и она начинает их изучать:

– Если бы вы не сказали про алименты, я приняла бы вас за брата и сестру. Ведь алименты как-то связаны с браком?

– Что-то в этом роде, – соглашаюсь я.

– Мы были женаты, – сообщает Крис.

– Но теперь мы просто друзья, – добавляю я.

Женщина поднимает брови:

– А разве одно исключает другое?

– У кого-то получается, – вздыхает Крис. – Но только с виду.

Мы идем в свои номера, расположенные рядом. Кроме телефона у меня с собой ничего нет, а мне ведь нужны зубная щетка и другие мелочи, хотя на острове я почти месяц обходилась без них.

Крис барабанит мне в стенку. Я стучу в ответ.

– Принимай душ! – кричит он. – А потом пойдем и осмотримся!



Когда мы садимся за столик у окна, на улице уже темно. Ресторан расположен рядом с портом, в самой оживленной части города. Но от света фонарей, отражающихся в черной воде, толку мало: на улице не так уж много людей. Тем не менее я оглядываю каждого проходящего.

– Тебе надо поесть, – командует Крис, вручая мне меню. – Давай, закажи себе пиццу.

– Хорошо, что сейчас меньше народа, чем в прошлый раз. Правда? Я почему-то решила, что в толпе у нас больше шансов увидеть Дейзи. Но ведь это не так?

– Нет, не так. А теперь заказывай пиццу, или я сам закажу тебе.

Странное чувство, когда тебе жутко хочется есть и одновременно мутит от страха. Я заказываю овощную пиццу, чесночный хлеб и салат и, как только их приносят, вдруг вспоминаю, как на острове Марк мечтал о пицце с пепперони и халапеньо, чесночном хлебе и салате с соусом ранч. И тут же слышу свой голос: «Овощная пицца с огромной порцией салата, чесночный хлеб и большой бокал белого вина».

Не помню, был ли там такой разговор, или мне только показалось. В любом случае мне страшно повезло, что моя мечта стала реальностью. Преисполнившись оптимизма, я берусь за салат-латук.

Крис начинает с вина. Я же слишком взвинчена, чтобы пить, и боюсь, что алкоголь меня окончательно доконает. Последний раз я пила еще в Райской бухте, за несколько дней до дня рождения, когда мы с Кейти рассказывали друг другу о своей жизни. Тогда все казалось таким безоблачным.

Как причудливы наши жизненные перипетии. Совсем недавно я сидела на необитаемом острове без всякой надежды вернуться в цивилизованный мир. А теперь меня вдруг занесло в приморский городок, где я ем пиццу и смотрю на волны людей в надежде отыскать потерянную дочь.

Мимо окна проходит множество девочек. Кто-то из них ровесник моей Дейзи, у кого-то тот же рост и такие же русые волосы. Я с упрямой одержимостью разглядываю каждую из них. Однако Дейзи среди них нет. Кассандру заметить легче, но и она никак не проявляет себя. Правда, любой прохожий может оказаться их пресловутым «духовным наставником». Да и Моисей вполне может здесь всплыть. Любой пожилой мужчина, а их проходит немало, может оказаться Моисеем. Мое внимание привлекает старик в рыбацком свитере, разговаривающий с какой-то женщиной. У него седые коротко остриженные волосы и подходящий рост. Но он уходит прежде, чем я успеваю разглядеть его лицо.

Ветер треплет одежду и ерошит волосы прохожих. Уже давно стемнело, но улица хорошо освещена.

– Ну где же она?! – восклицаю я. Пицца придает мне сил. – Где Дейзи? Где моя девочка?

Крис кладет вилку:

– Эстер, мы должны позвонить в полицию. Ты сама понимаешь. Это надо было сделать еще в Гемпшире.

– Да, потому что они ее похитили.

– Вот именно. И совсем необязательно, что они в этом городе. Они могли уехать куда угодно. Даже за границу. Дома ты проверяла, где ее паспорт?

Внутри у меня все обрывается:

– Нет.

Я машинально делаю глоток. Кисловатое вино приятно холодит рот. Я делаю еще один глоток.

– Ты прав. Они хотят свалить всю вину на меня. Но я ведь ни в чем не виновата. Это просто их козни. Дейзи наша дочь, и полиция нам обязательно поможет.



Я рассказываю все слегка ошарашенному полицейскому. Он нам сочувствует. Записав все подробности, он просит нас прийти утром, когда его коллеги будут на работе, или позвонить, если мы увидим Дейзи или случится что-нибудь еще.

– Вот видишь, – говорит Крис, когда мы возвращаемся в отель. – Он нам поможет. После завтрака пойдем туда и поговорим с его начальством.

Я чувствую невероятное облегчение.

– Хорошая идея.

Крис сжимает мою руку:

– Иногда и я на что-то гожусь.



Я просыпаюсь от громких криков чаек. На этот раз я сразу понимаю, где нахожусь. Посмотрев на телефон, вижу, что уже восемь.

Я стучу в стену:

– Крис! Уже утро!

За стенкой раздается нечленораздельный звук.

Я стою под горячим душем, наслаждаясь каждой струйкой воды. Мою голову и выливаю на волосы всю бутылочку кондиционера. Тщательно моюсь, скорбя о своей загубленной коже. Теперь я готова к новому дню, хотя вместо чистой и свежей одежды на мне по-прежнему дурацкий офисный наряд, выбранный во вчерашнем полубессознательном состоянии.

– Сегодня я увижу свою дочь, – уверенно произношу я.

Мне так хочется в это верить.



Мы сидим в ресторане отеля, потягивая кофе и ожидая, когда нам принесут завтрак, когда у меня вдруг звонит телефон.

– Марта, – говорю я, посмотрев на дисплей. – Алло!

– Кэтрин.

Сердце у меня падает.

– Филипп?

– Ты где?

– Дома. Жду мою девочку. Крис должен забрать ее сегодня утром. Ведь они так договаривались? Дейзи с Кассандрой должны сегодня вернуться, верно?

Я холодна как лед, ведь на карту поставлено все. Если он догадается, что я в Сент-Айвзе, я потеряю ее навсегда.

– Что ты наговорила Марте?

– Тебя это не касается!

– Ты ее расстроила.

– А разве она не имеет права на чувства?

– Кэтрин!

– Прости. Просто передай Дейзи Крису, когда он приедет. Хорошо?

Я чувствую, как он улыбается.

– Ну разумеется. А почему твой номер у Марты в телефоне?

– А что тут особенного? Марта сказала, что позвонит, когда Дейзи вернется.

– Хм. Она говорит то же самое. До свидания!

Я бросаю телефон на стол.

– Ублюдок! Пытается шпионить, но доказать ничего не может. Как же я его ненавижу!

– Твой бывший жених.

– Но я вовремя унесла ноги.

– Пойдем в полицию.

Мы спешим в участок под моросящим дождем. На полпути у меня снова звонит телефон.

– Это опять он, – говорю я, посмотрев на экран, и нажимаю кнопку. – Ну, что тебе?

– Кэти?

– Марта? С тобой все в порядке?

– Он тебе звонил? – испуганно спрашивает она. – Что он сказал? Я успела удалить все сообщения.

– Молодец. Он ничего не знает. Просто вынюхивает.

Марта понижает голос. Мне приходится остановиться и заткнуть второе ухо. Ветер просто сдувает с ног, и я прислоняюсь к стене.

– Кэти, он с ними разговаривал. Они в Сент-Айвзе, но забеспокоились, что ты больше не приезжаешь в общину. Они не знают, где ты, и это их напрягает. Насколько я знаю, они сейчас в каком-то кафе на пляже. Ждут такси, на котором поедут в другое место. Куда, не знаю.

– В кафе на пляже, – повторяю я. – Марта, ты просто золото! Спасибо тебе большое! Когда все закончится…

Я чувствую, что она улыбается:

– Да, я знаю. А теперь иди и забери ее.



В Сент-Айвзе несколько пляжей. Крис останавливает мужчину, гуляющего с двумя собачками:

– Прошу прощения, друг! Мы тут кое с кем встречаемся в кафе на пляже. Вот такую информацию они нам дали. Где это может быть?

Мужчина поджимает губы:

– Либо Портминстер, либо Портмеор. Вам надо было узнать поточнее. Портминстер вон там, он поближе, а на Портмеор вам туда.

– Спасибо! – благодарит Крис, и мужчина идет дальше.

– Разделяемся? – предлагаю я. – Времени у нас в обрез.

– Да. Ты иди на Портминстер, а я побегу на второй. Потом мне позвонишь.



Я несусь на пляж, не замечая дождя, бьющего мне в лицо. Людей на улице мало: несколько женщин с колясками, парочка бегунов, собачники со своими питомцами.

Широкий песчаный пляж меня не впечатляет. Песком я сыта по горло. На пляже никого нет.

Да они просто трусы, вдруг осеняет меня. Всю жизнь я пыталась ускользнуть от их карающей десницы, но если перестать их бояться, они потеряют все свое могущество.

А я их не боюсь. Ярость заглушила всякий страх.

На море начинается шторм, и о берег тяжело бьются волны. Подходя к кафе, я замечаю женщину, стоящую на балконе. Она задумчиво смотрит на воду.

У нее прямые волосы, прежде белокурые, а теперь совсем седые. Она копия меня, только старше и жестче.

Отвернувшись от моря, она что-то говорит сидящим в кафе.

Я отправляю Крису сообщение: «Портминстер», а себе говорю: «Держись». Иду к двери и вхожу в кафе.

Очень атмосферное местечко с дощатым полом и плетеными стульями. Ко мне подходит белокожая блондинка с дежурной улыбкой и меню в руке:

– Столик на одного? Завтрак?

Я пытаюсь изобразить ответную улыбку:

– Я ищу своих друзей. Хочу просто посмотреть, здесь ли они.

– Конечно, – кивает она и исчезает.

Я прохожу на террасу. Там занято всего три столика. За одним сидят трое, и среди них – моя девочка.

Остановившись как вкопанная, я впиваюсь в нее взглядом. Волосы у нее заплетены в косу – знакомый сектантский стиль, и это ей совсем не идет. Но лицо не изменилось, только помрачнело и осунулось. И она больше не улыбается.

Они обрядили ее в синюю юбку до колен, белый джемпер и розовую куртку. На ногах у нее резиновые сапоги. Она уже принадлежит им, а ведь это моя дочь.

Я не могу дожидаться Криса. У меня нет времени вызывать полицию. Это моя дочь, я ее наконец нашла, а они в любую минуту могут затолкать ее в машину и увезти.

Я иду через террасу к их столику. Потом бегу.

– Дейзи! Дейзи!

Кассандра испуганно оборачивается.

Дейзи поднимает глаза, наши взгляды встречаются, она улыбается и вскакивает из-за стола.

Кассандра хватает ее за руку. Дейзи пытается освободиться, но Кассандра ее не отпускает. Между ними завязывается борьба. Третий сидящий за столом смотрит на меня, но я не обращаю на него внимания. Вероятно, это их пресловутый духовный наставник. Краем глаза я замечаю, что это не Моисей.

Потом присматриваюсь, и перед глазами у меня все плывет. Чтобы не упасть, я вцепляюсь в спинку стула.

Я почему-то решила, что их предводителем стал кто-то мне неизвестный. Естественно, мужчина. Разве может быть иначе? Подбежав к дочери, я хватаю ее в охапку. И тут окончательно убеждаюсь, что их новый духовный наставник и вдохновитель заговора не кто иной, как Кейти.

Глава 45

Я тяну Дейзи к себе, но Кассандра намертво вцепилась в нее. Дейзи начинает плакать. Я крепко прижимаю ее к груди.

– Все в порядке, – шепчу я ей. На какое-то мгновение я забываю обо всем, вдыхая ее запах, такой дурманящий и родной. – Прости меня, солнышко! Я так перед тобой виновата. Но я искала тебя и вот наконец нашла.

Дейзи рыдает, уткнув покрасневшее лицо мне в плечо. Я изо всех сил прижимаю ее к себе. Кассандра в ярости. Она все крепче сжимает руку Дейзи. Приходится ее ударить. После чего я переключаюсь на нового духовного наставника:

– Кейти? Какого черта?! Вот уж не ожидала тебя здесь увидеть.

Кейти вздыхает. Она такая же худая, как на острове, но в ее глазах больше нет отчаяния, и она полностью владеет собой:

– Это Марта послала тебя сюда? Я так и знала, что она проговорится. Филипп сказал, что держит ее под контролем, но не учел, что она способна взбунтоваться.

– Надо отдать ему должное, такое случается нечасто, – заявляет Кассандра, отпустившая Дейзи, но явно что-то замышляющая.

– Какая разница, что там произошло. Моя дочь снова со мной. Она вернется домой, и вы ее больше никогда не увидите. Никогда, никогда!

– Ты так думаешь? – вздергивает брови Кейти.

– Уверена.

Я оглядываюсь, ища глазами Криса.

– Дейзи, с тобой все в порядке? Все, что тебе говорили обо мне, неправда. Когда мы приедем домой, я все тебе расскажу.

Дейзи выглядит испуганной. Она чуть отодвигается от меня.

– Правильно, милая, – воркует Кассандра. – Ты ведь помнишь? Конечно, тебе тяжело. Но вспомни, что мы тебе говорили.

Кейти поворачивается ко мне:

– Ты идиотка, Кэтрин! Ворвалась, как ненормальная. Напугала ребенка. Не бойся, Дейзи! На, возьми.