– Сама хочу его видеть, – сердито ответила та, – мне домой пора! Ночь тут сидела, мы круглосуточно работаем. Кит обязан здесь в десять появиться. А его нет! Приедет – убью!

– Тогда вы точно дома не скоро очутитесь, – улыбнулась я, – оставьте парня в живых.

– Вы ему кто? – спросила собеседница.

– Просто мне надо с ним поговорить, – увильнула я от ответа.

– А-а-а, – протянула продавщица, – агентство «Все могу». Ясненько.

– Вы о чем? – спросила я.

– Да ладно, – махнула рукой торговка, – я иногда для Никиты кое-что делаю. Но он жмот жмотовский, сам ценник задирает, а мне фигню платит. Если нужна разлучница, могу вам без Кита помочь. Свое агентство основала, за услугу меньше заплатите. Никита вас разденет, он такой. О! На часах полдень! Перерыв. Пойду кофейку глотну. Кать!

Из подсобного помещения вышла пухленькая брюнетка.

– Настя, Никита пришел? – спросила Катя.

– Ты его видишь? – сердито спросила коллега.

– Ну, нет, – мирно ответила Катя.

– Раз «ну, нет», значит, его тут и нет, – подытожила Настя, – у меня законный перерыв. Сейчас ты консультант.

– Ага, – безо всякого энтузиазма согласилась Катя. – Когда Кит притопает, не знаю, что с ним сделаю.

– Гони тысячу, – велела Настя.

– Какую? – жалобно спросила брюнетка.

– Красивую, – скривилась Настя, – ту, которую мне должна.

– Завтра отдам, – пообещала коллега.

– Тыщонка мне сегодня нужна, – не согласилась Анастасия.

– У меня сейчас нет!

– Ты брала на два часа в прошлый понедельник, – разозлилась Настя, – и кормишь меня «завтраками». Гони деньги!

– У меня их нет, – повторила брюнетка.

– Найди!

– Где?

– Не мое дело! Я есть хочу! Тащи монету.

Катя всхлипнула.

– Так нет их. И занять не у кого.

– Точно. Реутовой никто не даст, – пошла вразнос Анастасия, – всем известно, что ты берешь, обещаешь сразу вернуть, а потом из тебя должок год выбивать приходится. Одна я дурой оказалась. Ты решила, что тысяча рублей не деньги, я постесняюсь ее требовать. Ни фига подобного. Неси рублики. Где возьмешь, мне наплевать, хоть укради.

– Давайте пойдем в кафе, – предложила я Насте, – заодно и поговорим. Угощаю вас обедом.

– Хорошо, – согласилась Анастасия, – но это не освобождает тебя, Катька, от возврата долга.

Глава 8

– Значит, вам нужна разлучница, – деловито осведомилась Настя, когда от нашего столика отошла официантка.

Я, абсолютно не понимавшая, о чем речь, залепетала:

– Ну… как на это посмотреть… в некотором роде, конечно… но, может, нет.

– Хотите развестись или нет? – поставила вопрос ребром собеседница.

– Да, – храбро соврала я.

Настя растопырила пальцы на ладони.

– Есть три варианта сценария. Первый. Я знакомлюсь с вашим мужиком, мы доходим до койки. Вы получаете фото прямо из постели, тихо плача показываете их мужу, говорите: «Люблю тебя, но жить не могу», и он, весь виноватый, отдает вам три горы денег, квартиру и побрякушки. Второй. Я знакомлюсь с его мамашей и нравлюсь ей, как бесплатное кольцо с пятикаратником. Я идеальная, с ее точки зрения, невестка. Мамахен пропиливает сыну мозг, знакомит его со мной, дальше все идет по первому сценарию. Но тут уже виноваты и мужик, и его мамашка. Двух мух убьем одним ударом. Третий вариант. Ты говоришь, что сильно больна, генетика подкачала. И мужик от тебя уходит. Приводишь его к своему врачу, это буду я. Моя задача запугать парня, объяснить, что ему придется жить только проблемами жены: памперсы, уколы и так далее. Все это продлится лет тридцать. Из десяти мужиков девять живо убегают. Но я этот вариант не люблю, он не всегда срабатывает. Первые два надежнее. Стоят мои услуги…

Настя выдернула из стаканчика бумажную салфетку, написала на ней цифры и положила на стол.

– Ого! – воскликнула я. – Недешево.

– Вы еще чек Никиты не видели, – хмыкнула Настя.

Я притворилась очень заинтересованной:

– У него дороже?

Анастасия взяла у официантки тарелку.

– Ха! В несколько раз! И он сам ничего не делает. Организатор, блин! На него люди пашут, копейки получают. Но я теперь самостоятельный бизнесмен. Со мной выгоднее дело иметь.

Я захлопала ресницами.

– Почему?

Настя отложила вилку.

– Не поняли? Я же только что объяснила: меньше заплатите и общаетесь напрямую с исполнителем, без посредника.

– А-а-а, – протянула я. – Зачем платить больше, когда можно дать меньше и получить тот же товар?

– Золотые слова, – похвалила меня Настя.

– А налоги? – прикинулась я совсем уж дурочкой. – Они в эту сумму включены?

Настя расхохоталась.

– Ой, вы чудо в тапках! Налоги! Не волнуйтесь, я сама их заплачу из тех денег, которые получу. Как только вы мне на карточку мани-мани скинете, я сразу государству положенный ему кусок отрежу.

Веселье моей собеседницы прервало появление Кати. Продавщица подошла к нашему столику и уставилась на еду. У Анастасии мигом изменилось настроение.

– Здрассти! Их не звали, а они приперлися! Чего надо? Шоколада? А его нету. Эй! Хорош статую изображать. Почему магазин оставила? Хочешь от хозяйки лещей огрести?

– Добрый день, – раздался за моей спиной хорошо знакомый бас. – Вы работаете вместе с Никитой Михайловичем Орловым?

Я обернулась и с трудом сохранила невозмутимый вид. Передо мной стоял Олег Беркутов, один из сотрудников Александра Михайловича, а за ним маячил Коля Разломов, бывший заместитель полковника, теперь занимавший тот же пост при новом начальнике. В глазах Олега и Коли мелькнуло удивление, но его заметила только я, давно и хорошо знавшая ребят. Они сохранили невозмутимость.

– Что случилось? – забеспокоилась Настя. – Вы кто?

Олег вынул удостоверение.

– Полиция! – подпрыгнула Настя. – Оба в свитерах от Ральфа Лорена! Пахнете дорогим парфюмом. А еще говорят, что вы мало зарабатываете!

Я потупилась. Коля и Олег наши близкие друзья, поэтому я всегда привожу им подарки из Парижа. В сентябре мы пригласили Олега с женой и дочкой пожить у нас в отпуске. В предместье столицы Франции находится деревня скидок, а в соседнем с нами доме живет Жан, один из ее владельцев. Поэтому я прекрасно осведомлена, когда в село, состоявшее из стоковых магазинов люксовых фирм, прибывает новое поступление. Французы жуткие бюрократы, они ведут бизнес по правилам и четкому плану. Но дружеско-соседские связи работают в Париже и Москве одинаково. Жан объяснил мне, когда лучше ехать за богатым уловом. В нужный день я подняла Олега, Олю, маленькую Нюшу и повезла их на охоту за шмотками. Домой мы вернулись вечером, еле живые от усталости, но совершенно счастливые, с набитыми чемоданами. Один из них предназначался Коле, чьи размеры я прекрасно знаю. Да, ребята приоделись, выглядят отлично. И то, что обновки достались им в десять раз дешевле, чем за них просят в наших бутиках, греет им душу, они шикарно оделись и не разорились.

Олег вынул телефон.

– Евгений, ты где? Отлично, иди в кафе «Волшебная шоколадка».

Потом он посмотрел на Настю.

– Хочу задать вам пару вопросов. Вы не откажетесь поговорить с нашим сотрудником?

– Да что случилось? Пока не узнаю, рта не открою, – заявила Настя.

– Никита Михайлович Орлов, управляющий бутика, где вы служите, утром найден мертвым, – подал голос Коля.

– …! – ахнула Настя. – Его убили?

– Точного ответа на ваш вопрос пока нет, – увильнул в сторону Олег. – Но вы можете нам помочь.

– Прямо сейчас начну, – взвизгнула Настя, – все расскажу. Его клиент удавил! Какой-то! Вроде нее!

Она бесцеремонно ткнула в меня пальцем.

Я взбодрила свои актерские таланты и затараторила:

– Я ни при чем! Никогда не видела Никиту.

– Врешь! – отрезала Настя. – Кто разлучницу заказать решил?

Я отправила мяч на территорию противника.

– Вы сами мне навязались! Я пришла в магазин и спросила: «Где Орлов?» Вы же давай рассказывать, чем и как он деньги зарабатывал.

– Брешет, – взвизгнула «бизнесменша».

До моего носа донесся резкий запах незнакомого, явно мужского одеколона, и через секунду к столику подошел незнакомый молодой мужчина.

– Анастасия и Екатерина, пройдите, пожалуйста, с Евгением Федоровичем, – велел Коля.

Настя мигом поняла, что с Разломовым лучше не спорить, встала и, не сказав ни слова, пошла вместе с подчиненным Николая. За ними побрела Катя. Мы остались втроем.

– Ну, привет, – улыбнулся Коля, – неожиданная, но приятная встреча.

– Заодно и пообедаем, – потер руки Олег, подзывая официантку. – Что у них тут в меню есть вкусного?

– Не знаю, я только кофе заказала, – ответила я, – Настя салат ела. Почему вы приехали на вызов? Что не так с Орловым? По какой причине его убийством занимаются не парни с земли?

И тут подошла девушка с вопросом:

– Хотите покушать?

Сделав заказ, Коля почесал ухо.

– Знаешь Лену, дочь нашего Сергеевича?

– Дочь самого большого начальника? – уточнила я. – На уровне: «Добрый день, как дела? Спасибо, хорошо». А что с ней случилось?

Олег ухмыльнулся.

– Она опять влюбилась!

– Горячая девушка, – пробурчал Коля, – в двадцать пять лет три развода. Когда Лена в четвертый раз в загс побежала, отец ей заявил: «Научись владеть собой, хватит капризничать, требовать от мужиков полного себе подчинения. Не зятья у меня плохие, ты, моя дочь, одурела. Короче. Хорошенько подумай. Или ты живешь с четвертым мужем мирно, или пятого у тебя, пока я жив, не будет!

– Сурово, – вздохнула я.

– Любому такая доченька надоест, – пожал плечами Беркутов. – Что за придурь за каждого, с кем спишь, замуж выходить?

– За ней отец следит, он не позволяет связь без брака, – пояснил Коля, – нашла коса на камень. Лене хочется парней менять, потому что они ей надоедают быстро. Отец не желает пересудов, сплетен на тему, что его дочь по рукам ходит, и он устраивает свадьбу. Оба хороши. Ленка не работает, говорит: «Я себя ищу», сидит на шее у родителей. Она прекрасно осведомлена: если Сергеича до ручки довести, тот непременно примет крутые меры. Но поспешила в четвертый раз штамп в паспорте поставить.

– Муж ей через полгода опостылел, – добавил Олег.

– Чего и следовало ожидать, – подчеркнул Коля, – попала Лена в капкан. Развестись нельзя жить вместе. Без знаков препинания, поставь запятую, где хочешь, смысл разный получится. Знаешь, как она решила выкрутиться?

– Обратилась к Орлову, чтобы тот подсунул ее супругу любовницу, – предположила я, – Лена потом их «случайно» в постели застанет и разрушит брак. Двух уток из одного ствола бабахнет. И свободной станет, и папаша не окрысится.

– Орлов свалился с десятого этажа, выпал из окна квартиры, – уточнил Олег, – вроде несчастный случай. Что он там делал, загадка, дом новый, пока не заселен, строительство закончено, но жильцов нет. В одной комнате нашли сумку парня, в ней диктофон с записью беседы с клиенткой, Еленой Матвеевной Удодовой. Понимаешь?

– Ну и ну, – воскликнула я, – Матвей Сергеевич Удодов в вашем мире известная личность. Фамилия редкая. То, что у начальника есть дочь Лена, тоже не секрет.

– Местный опер, когда понял, какая беседа записана, раздобыл телефон Сергеича и позвонил ему, – продолжал Олег, – думаю, этим он себе стопудово обеспечил перевод к нам. Вот так карьера и делается.

– Подозреваю, что заказчица во время разговора понятия не имела про лишние «уши», – добавил Коля. – Труп Орлова обнаружили вчера около двадцати трех часов.

– А Насте ты сказал про утро, чтобы на ее реакцию посмотреть, – догадалась я, – вдруг она воскликнет: «Неправда, он поздним вечером умер».

– В двадцать три пятнадцать на место суицида выехали местные парнишки, – дополнил Коля. – В пять мне Сергеич позвонил, к себе домой вызвал, все рассказал, велел дело забрать. Эксперт пока ничего не говорит. Ясно одно: Никита оперся о стеклопакет, а его кое-как установили, не закрепив. Рама выпала, Орлов вместе с ней.

– Мальчики, – остановила я друзей, – вы считаете, что Орлова убили?

– Пока не знаем, – сказал Олег, – но если убийство подтвердится, то Лена основная подозреваемая. Никита же ей отказал.

Глава 9

– Почему? – удивилась я. – Вроде стандартная для него ситуация.

Коля воткнул вилку в котлету.

– Он ей честно сказал: «Елена Матвеевна, после нашего первого разговора я вас прогуглил. Не могу взять заказ. Вдруг Матвей Сергеевич узнает, что я в разводе замешан. Не хочу стать объектом ненависти вашего отца, он меня из мести на самую гибельную зону надолго отправит».

Олег откусил пиццу.

– Лена начала его уговаривать, пообещала много денег. Да Никита сообразил, что с дочерью такого отца связываться нельзя, и отверг все ее предложения. Думаю, он сохранил этот разговор, чтобы в случае наезда Сергеича иметь отмазу: я не взялся за работу. А Елена не привыкла к отказам, она разозлилась, сказала Никите:

– Отца моего зря боишься, он тебе максимум что пощечин надает, не станет сажать, потому что из-за меня не захочет огласки. Не того человека ты опасаешься.

– А кого надо? – осведомился парень со смешком.

– Меня, я тебя убью, – пообещала Лена, – подумай хорошенько, прежде чем меня отфутболивать.

– Сказал же: нет! – рассердился Орлов. – Значит – нет. Подсылай своих киллеров.

И через пару часов выпал из окна.

– Небось у Сергеича сейчас отвратительное настроение, – поежилась я.

– Он такой злой, что очень ласковый, – поморщился Олег, – если Удодов вежливо говорит: «Пожалуйста, будьте любезны», на «вы» обращается без мата, не орет, придурком не обзывает – беда. Бери лопату, рой окоп и прячься, потому что босс зол, как стадо чертей, только и ждет момента, когда кто-то накосячит, и тогда виновный узнает такую сказку о семи лебедях, что потом лет пять икать будет. А ты тут с какого бока?

Я рассказала парням о визите Лидии.

– Считаешь, что ваш Смирнов клиент Орлова? – заинтересовался Коля.

– Жених Софьи познакомился с ней на вечеринке у Никиты, – напомнила я, – Соня до этого не была подругой Орлова, с ним вроде дружил Роберт, ее брат. Андрей Владимирович тоже впервые был на тусовке в доме Орлова. Что человеку его лет и положения делать в компании юнцов? Играть в шарады? Смешно.

– Поговори с Робертом, – посоветовал Коля.

– Замечательная идея, – согласилась я, – но Лидия просила сохранить наше расследование в тайне от ее семьи.

– И что? – удивился Коля. – Наври ему, что у вас клиент, любимая девушка Никиты, она наняла частных детективов, так как в полиции сидят одни взяточники и пьяницы, они никогда правды о смерти Орлова не раскопают.

– Спасибо за идею, – поблагодарила я, – но нам неизвестно, была ли у Никиты любовница и как ее зовут!

– Весной и осенью у людей массовая шиза стартует, – ни к селу, ни к городу высказался Олег. – Летом в жару у всех мозг плавится. Ну а зимой все замерзает, включая голову. Дашута, ты не в курсе, с кем спал Никита? Так и Роберт может не знать его любовницу. Если же назовешь имя – Наташа, а стоматолог возразит: «Нет, у него Варя», то ты воскликнешь: «Вот пакостник! С двумя спал, значит». И нет проблем.

Мне оставалось только кивать.

– Если узнаешь чего интересного про Орлова, позвони, – попросил Разломов.

– Конечно, – пообещала я, – ты тоже звякни, если узнаешь что-то про Смирнова.

Сев в машину, я соединилась с Сеней, передала ему наш разговор с ребятами и попросила:

– Устрой мне встречу с Робертом.

– Посиди спокойно, – велел Собачкин.

Я послушно осталась на парковке и открыла айпад, чтобы поиграть в птичек, но тут прилетело письмо. Я посмотрела на адрес отправителя и, несмотря на не очень радостное настроение, рассмеялась. Послание отправила Елена Васильевна, массовик-затейник из клиники, в которой Дегтярев пытается избавиться от лишних килограммов. Ну и что мне вручат за победу в викторине «Города»? Обещали ваучер, но это, конечно, неправда. Что на самом деле? Кружка с логотипом учреждения? Календарь за позапрошлый год? Книга «Как воспитать аллигатора в условиях городской квартиры»? Я нажала на слово «приз», открылась страница. Я начала читать.

«Уважаемая Дарья! Для нас большая честь, что вы приняли участие в международной викторине…»

Я удивилась: «Международной»? Хотя Жора, возможно, из Казахстана, а Муся из Белоруссии, вот вам и участники из разных стран. Посмотрим, что дальше?

«…международной викторине по географии земного шара». О как! «Уникальные знания, коими вы, Дарья, щедро делились с нами, вызвали восхищение и уважение не только у многочисленных участников…» Многочисленных? Нас было четверо! Хотя если на вопросы отвечает один человек, то он один. А двое – это уже два числа. «…участников, но и организаторов, членов жюри. Мы очень рады передать вам уникальный, потрясающий приз – одни сутки абсолютно бесплатного проживания в нашем восхитительном центре по программе «Дубль вип икс икс эль». Участниками этой программы являются звезды театра, кино, эстрады, президенты и другие знаменитости. Сегодня вы включены в их число. Ждем вас в пятницу. Никаких документов или вещей не требуется. Ваше элитное проживание – отдых без мелких бытовых забот, мы предусмотрели для вас: чрезвычайно полезное питание, обследование, массаж…» Я закрыла письмо. Странно, но обошлось без обмана, вот он, ваучер. Ну уж нет! Ни за какие коврижки не поеду в клинику. Спасибо им за приз, но никогда.

В держателе задрожал телефон.

– Роберт ждет Васильеву через час, – сказал Кузя, – видимо, с пациентами у него швах. На ресепшене сразу заявил: «Сегодня определенно ваш день. В заполненном графике нашего лучшего доктора нет даже крохотного просвета. Но сейчас один пациент отказался от приема. Когда вы сможете приехать?»

Кузя засмеялся.

– Отличный вопрос, если вспомнить только что исполненную песню о занятости по горло. Отправляйся к дантисту. Сейчас оглашу короткую справку о нем. Окончил мединститут, открыл клинику «Зубы вашей радости».

– Молодец, студент, – оценила я брата Лидии, – и название восторг.

– Наверное, не на свои деньги он бормашины покупал, родители помогли, – предположил Кузя. – Но в документах Роберт Банкин значится единственным владельцем. На сайте клиники указано, что хозяин кандидат медицинских наук, автор учебника и так далее.

– Лгун, – заявила я, выезжая на проспект.

– В интернете все врут, – меланхолично заметил Кузя, – а пациенты стесняются спросить у врача диплом об окончании института, не интересуются, повышает ли он свою квалификацию.

– Сейчас во многих заведениях в приемной вешают красивые бумажки в рамках, – возразила я.

– Могу тебе сделать диплом члена ордена рыцарей Белого кролика. Он основан в семьсот пятом году в Англии. До сих пор существует тщательно закрытая структура, принимают туда исключительно по рекомендации членов королевской семьи, – хихикнул Кузя.

Я свернула на маленькую улицу.

– К сожалению, я не знакома ни с кем из монархов. А иначе туда не попасть.

– Принтер тебе в помощь, – вздохнул Кузя. – Если сама не справишься, зови меня. Состряпать бумажку о несуществующем обществе мне как чихнуть. Посылаю тебе фото Роба. Но тут лица не рассмотришь. Вот тебе его снимок из другого источника.

Я притормозила у светофора.

– Интересно, почему он до сих пор не женат?

– Встречный вопрос, – раздался издалека баритон Собачкина. – А по какой причине женщины мечтают видеть весь сильный пол окольцованным?

– Просто странно, что Роберта до сих пор никто не прибрал к рукам, – ответила я, – он хорош собой, из обеспеченной семьи. Клиника его пока малоизвестна, но ее можно раскрутить. У него есть своя квартира. И он не женат.

– Так ему нравится в холостяках, – закричал Сеня. – Тебе еще долго ехать?

– Только стартовала, – грустно пояснила я, – район далекий. Когда-нибудь доберусь.

– Эй, эй, – сказал Кузя, – я нашел кое-что странное. Полезно иногда сериалы смотреть!

– При чем тут телемыло? – удивилась я.

– Отправил тебе кое-какие фотки, – сказал собеседник, – прикольные очень. Решил проверить, остальные врачи у Роба кто? Может, как-то с Орловым связаны. И глянь, что я нашел!

Глава 10

На ресепшене у входа сидела девушка азиатской внешности.

– Добрый день, – заулыбалась восточная красавица. – Вы к кому записаны?

– К доктору Банкину, – объяснила я.

В речи девушки слышался легкий акцент, но она выглядела и вела себя как москвичка.

– Присядьте, пожалуйста, – попросила секретарь и убежала.

Не прошло и минуты, как в холл вышел крепкий молодой мужчина в голубой шапочке, халате и в маске.

– Дарья? – осведомился он. – Прошу вас в кабинет.

Мы миновали коридор, в него выходило несколько дверей. Вокруг царила тишина. Войдя в кабинет, я решила пошутить:

– У вас хорошая анестезия, не слышно криков.

– Времена, когда посещение стоматолога превращалось в пытку, давно миновали, – серьезно ответил врач. – Моя задача обезболить пациента так, чтобы он получил возможность отдохнуть, поспать в кресле.

Я уставилась на бормашину. Отдохнуть, поспать в кресле? Я скорее там от ужаса описаюсь.

– Садитесь, – предложил врач.

Я опустилась на круглую белую табуретку. Стоматолог показал на кресло.

– Вам туда, этот стул мой. Вы впервые на приеме у дантиста?

Я не ответила на его вопрос.

– Я записывалась к Роберту Анатольевичу.

– Он перед вами, – спокойно ответил мужчина.

Я вынула из сумки телефон.

– Ваша фамилия Банкин?

– Именно так, – подтвердил эскулап.

Я показала дантисту экран мобильного.

– Это сайт клиники. Там есть фото врачей. Вы на них в шапочке, на лице маска, вас не рассмотреть.

– Никак не пойму, что вы хотите? – стал терять терпение стоматолог. – Зачем вы пришли? Если у вас проблема с зубами, милости прошу. Если есть желание поболтать от скуки, то, простите, я занят, в коридоре очередь.

– За дверью никого нет, – отмахнулась я, – и если вспомнить, как мгновенно меня записали на прием в удобное для меня время, то предполагаю, что пациенты сюда не спешат. А со снимками на вашем сайте странность. Вот это кто?

– Наш хирург, Николай Иванович Костюков, – ответил эскулап. – Да в чем дело?

– Господин Костюков прямо близнец не очень популярного актера Федора Медведева, – заметила я и протянула «Роберту» свой телефон, – вот его снимок. Такого сходства порой и у родных братьев нет. На сайте десять специалистов, из них большинство – двойники мало кому известных лицедеев, снимки взяты из интернета. Всего несколько человек с «родными» лицами, вас среди них нет. Все как на подбор темноволосые, кареглазые, смуглые. Неславянской внешности.

– Вы расистка? – разозлился доктор. – Ненавидите евреев?

– Моя ближайшая подруга иудейка, – ответила я, – вопрос вашей национальности меня не волнует, а вот ваша квалификация – да, беспокоит. Не хочется попасть к коновалу, который мои зубы испортит. И вы не похожи на семита, другой тип лица. Могу предположить, что вы приехали из Казахстана. Посмотрите еще на снимок женщины, она у вас числится медсестрой по имени Мария Иванова. Но внешне девушка скорей уж Гульнара.

Доктор прищурился.

– Прощайте. Я не намерен выслушивать ваши бредни. Ну и глупости вам приходят в голову. Записаться к дантисту, прийти в клинику, а потом обвинить опытного врача в том, что он малограмотный казах.

– Слов «малограмотный казах» я не произносила, – возразила я, – в Казахстане много прекрасных врачей. Но мало кому из них придет в голову работать под чужим именем. Вы не Роберт Банкин, похожи на него, как мышь на велосипед. Вот фото владельца клиники.

Самозванец уставился в мой телефон, где появился снимок брата Лидии. Я продолжила:

– Роберт, как и вы, брюнет, и глаза у него тоже карие. Но они близко расположены, брови другой формы, нос длинный, прямой, а такие губы, как у стоматолога Банкина, в народе называют лягушачьими. Теперь посмотрим на вас. Ваши глаза широко расставлены, брови почти сошлись, нос короткий, рот большой. Мне на самом деле надо уходить. Но, выйдя на улицу, я сразу позвоню Анатолию Петровичу Банкину, который купил эту клинику для своего сына, и скажу ему, что под именем Роберта прием пациентов ведет другой человек, вероятнее всего, нелегальный эмигрант из ближнего зарубежья.

Я встала.

– Подождите, пожалуйста, – уже другим тоном сказал мужчина, – на самом деле я имею диплом о медицинском образовании. Можете пройти в мой кабинет?

– Чай, кофе не предлагайте, – предупредила я, шагая по коридору.

Стоматолог открыл дверь.

– Я не подсыпаю яд женщинам.

– Привычка угощать мужчин стрихнином тоже не моя, – подчеркнула я.

– Присядьте, пожалуйста.

Я опустилась на стул. Незнакомец достал из сейфа паспорт и диплом, продемонстрировал их мне и сказал:

– Поверьте, перед вами не самозванец, не мошенник, я окончил вуз с отличием, работал несколько лет стоматологом. Потом наш дом сожгли.

– За что? – спросила я.

– Отец русский, – грустно ответил доктор, – всю жизнь хирургом работал. Мама казашка, преподавала математику в школе. Девушка, под чьим фото на сайте написано «Мария Иванова», моя сестра Гуля. Она окончила медицинское училище. У нас большая семья, мы жили в провинциальном городке, дружили с соседями. И вдруг нас все дружно возненавидели, стали кричать: «Николай оккупант». Потом сожгли наш дом, написали на воротах: «Русские, убирайтесь». Вот такой поворот. Отец и мать погибли в огне, а мы с Гулей спаслись только потому, что уехали по делам. Мы с ней смогли добраться до Москвы. Мы в России на законных основаниях, у нас есть регистрация. Но наши казахские дипломы здесь просто бумажки. Меня нигде на работу не взяли, ее тоже. В конце концов…

Врач замолчал.

– Сергей Николаевич, объясните, почему вы работаете здесь под именем Роберт? – спросила я.

– Мой отец, Николай Воронин, родился в Тамбове, – уточнил дантист, – его после окончания института по распределению отправили в Казахстан. Отец хотел отработать два положенных года, вернуться домой, но встретил маму, а ее семья поставила ему условие: молодые живут с родителями жены или браку не бывать. Папа остался в Казахстане. В то время никто и помыслить не мог, что Советский Союз развалится. Казалось, что он вечен. А уж то, что русских будут изгонять из национальных республик, даже писатели-фантасты придумать не могли.

Воронин убрал свои документы.

– Роберт оказался единственным, кто взял нас на работу, но выдвинул свое условие: я – это он, а Гульнара должна представляться Марией Ивановой. Клиника расположена в районе компактного проживания гастарбайтеров. Вы правы, часть снимков врачей на сайте – фейк. Здесь в реальности работают два дантиста, пара медсестер. Но для солидности приписали еще персонал. Пациенты у нас небогатые, дохода клиника не приносит. Я не понимаю, почему она держится на плаву, но очень рад, что нас с сестрой пока не гонят.

– Кто вас познакомил с Банкиным? – поинтересовалась я.

– Не поверите, – улыбнулся Сергей, – он ответил на мое объявление. От отчаянья я завел профили во всех соцсетях, выставил там фото диплома, написал свою историю, сообщил: «Ищу работу. Готов быть медбратом». Неделю никто не реагировал, потом прилетело в личку сообщение от Банкина.

– Вы как-то общаетесь с Робертом? – не утихала я.

– Да, он звонит мне каждый день вечером, – объяснил Сергей, – я отчитываюсь ему о делах.

– В каких отношениях вы с Банкиным? – спросила я.

Сергей снял с головы шапочку.

– Он нас с Гульнарой сюда привел, все показал. Потом велел мне самому нанять врача, такого, как я. Опытного стоматолога, беженца из ближнего зарубежья, которого нигде на службу не берут, медсестру ему в пару, и работать. Как к владельцу клиники у меня к нему претензий нет. Все необходимое для работы поставляется бесперебойно, качество материалов отличное, нормальная анестезия. Оборудование неплохое, есть рентген, зубной техник, армянин. На ресепшене сидит его жена, она представляется Галиной.

Я решила разобрать все по косточкам.

– Роберт сюда не заглядывает?

Сергей не успел ответить, в кабинет постучали, дверь открылась, появилась администратор.

– Роберт Анатольевич, пришел Геннадий Максимов с острой болью.

– Говорил ему: надо удалить зуб, имплант поставить, а он испугался, – вздохнул врач, – сейчас им займусь.

Девушка исчезла, Сергей встал.

– После того как я начал работать, хозяин приезжал сюда один раз. Неожиданно, без звонка. Облачился в халат, вымыл руки, взял пациента. Мне велел идти в другой кабинет. Гульнара осталась с ним. Потом она прибежала, зашептала: «Сережа, лучше постой около владельца клиники, он не очень понимает, что делает». Я без приглашения вошел в кабинет, мигом понял, что Роберт неправильно работает, мягко его отстранил. Банкин не стал спорить. И тут появляется мужик, входит без стука. Я хотел его отправить в коридор, а Роберт воскликнул:

– Папа? Какими судьбами?

– Мимо ехал, решил взглянуть, как дела идут, – ответил незнакомец.

– Нормально. Вот Сережа попросил посмотреть на его пациента, – ответил Роберт.

В ту же секунду Гуля возникла на пороге:

– Простите, Роберт Анатольевич. Но Петров сбежал.

Я стою, ничего не понимаю. Какой Петров? Что за Петров?

Банкин очень натурально удивился:

– Удрал? Я же ему анестезию сделал.

– Испугался, – прошептала Гуля, – прямо трясся весь.

– Он все равно вернется! – воскликнул Банкин. – Спасибо. Идите на ресепшен.

Гуля убежала, Роберт взял отца под локоть.

– Вот ответ на твой вопрос, как дела. Иногда так. Запаниковал пациент и сбежал. Пошли ко мне в кабинет. Не стоит мешать Сергею, он без меня теперь прекрасно справится.

Где-то через полчаса Роберт и его отец уехали, я отпустил пациента, вышел в холл. Там было пусто, одна Гуля сидела за стойкой. Она мне пять тысяч показала.

– Смотри, что мне хозяин дал за то, что я по его просьбе спектакль разыграла.

Только она похвасталась, как у меня в кармане телефон звякнул, в нем сообщение: «Кабинет номер два, средний ящик стола, возьмите конверт, он ваш. Спасибо». Я получил месячный оклад. Не спрашивайте, почему Роберт заранее предупредил сестру, а мне ничего не сказал. Не знаю. Но я сообразил: Банкин хочет, чтобы его отец не сомневался, что он весь день провел с бормашиной в руках.

Глава 11

– Роберт дантист только по диплому? – осведомился Сеня.

– Похоже на то, – ответила я. – В тот день, когда в клинику неожиданно приехал старший Банкин, Гульнара, которая ассистировала Роберту, прибежала к Сергею с просьбой помочь. Владелец заведения что-то неправильно сделал.

– Брат Лидии, получив диплом медвуза с помощью своего отца, стал владельцем стоматологической лечебницы, – начал Сеня, – но сам работать не хотел, нанял врачей, которые никак не могли устроиться в Москве. Платить таким докторам можно копейки, а на прием к ним с удовольствием придут граждане стран ближнего зарубежья.

– Роберт не имеет опыта как дантист, – перебил его Кузя, – чем он занимается, непонятно. Отец без предупреждения нагрянул к нему. То ли заподозрил неладное, то ли из родительского любопытства решил посмотреть, как на самом деле у сына идут дела, вот и не сообщил ему о своем визите. Но кто-то узнал о планах старшего Банкина и предупредил младшего. Сын сломя голову примчался в свою клинику и разыграл для отца спектакль. Зачем?

Я удивилась вопросу.

– Ответ понятен. Анатолию Петровичу нельзя знать, что сынок занимается чем угодно, но не орудует бормашиной, наверное, дипломированный стоматолог даже не помнит, как она включается.

Сеня стал ходить по комнате.

– Мне все больше и больше кажется, что Лидии вовсе не глупость пришла в голову. Что-то со Смирновым не так.

– Если вспомнить, какой бизнес затеял Никита, – подключился к беседе Кузя, – то, возможно, Лида не зря встревожилась, Андрей Владимирович попросил Орлова организовать ему «случайную» встречу с Софьей. Предварительно он с помощью того же Орлова устроил викторину и получил от дочери Банкина ответы, которые помогли Смирнову понравиться девушке. Есть и другие настораживающие моменты. В интернете об Андрее Владимировиче мало сведений. Да и понятно почему, он не медийное лицо, народу неинтересен. Есть его биография. Она чистая. Тяжелое детство, но трудолюбивый парень смог получить образование, стал автомехаником, честно работал. Потом на волне перестройки смог основать свой бизнес и взлетел ракетой к богатству. Вполне реалистично. Но я решил поискать о Смирнове сведения там, куда обычному, даже продвинутому, пользователю никогда не влезть. И выпал из шкафа скелет. Когда Андрею исполнилось восемнадцать, его задержали у одной гостиницы за фарцовку. Он покупал и выменивал у иностранных туристов банки с икрой, палехские шкатулки, иконы на джинсы, сигареты, жвачку. Смирнова закрыли в следственном изоляторе, там он просидел год, потом его освободили в зале суда. Вот почему он не служил, уголовников в те годы в армию не призывали. Аллергию на треску он выдумал, чтобы ответить на вопрос: почему его не призвали.

– Странно, что он скрывает прошлое, – хмыкнул Сеня, – фарцовка в анамнезе у многих ныне богатых россиян. Не такой уж великий по нашим сегодняшним разумениям грех. В советские же времена это было серьезное преступление. Странно, что Смирнова не посадили.

– Да его на ерунде взяли, – пояснил Кузя, – мелочовка типа блока сигарет и жвачки. Небось судья просто пожалела парня. Решила: хватит, что он год в Бутырке провел. Кстати, его там очень сильно избили, кости лица сломали, нос. С Робертом мы по условиям договора поговорить не можем. Никита мертв. История со сватовством Смирнова перестает мне нравиться. Зачем Софья Андрею? Он богат, материальная выгода отпадает, – вернулся к прежней теме Собачкин.

– Любовь! – вздохнула я. – Страсть!

– Смысл затевать такой спектакль? – продолжал недоумевать наш повелитель ноутбуков. – Можно просто познакомиться с девушкой!

Сеня перестал мерить помещение шагами.

– Софья не любительница вечеринок, шумных сборищ и отвязного веселья, интернет она использует исключительно для продвижения своего магазина. При нем есть мастерская, где работают несколько человек. Одни изготавливают стельки, другие шьют ботинки-туфли, сама она тоже тачает обувь.

– Неужели кому-то может нравиться возиться с чужими ногами! Фу! – изумился Кузя. – Сеня прав. В интернете у сестры Лидии только реклама того, как приобрести продукцию ее мастерской, снимки обуви. Ничего так, симпатичная, наверное, удобная. Но это не гламурное занятие для девушки.

– Софья врач, у нее нет брезгливости по отношению к больным, – возразил Сеня, – меня удивляет другое. У Банкиных отличное материальное положение. Родители купили всем детям по однокомнатной квартире.

– Точно, – согласился Кузя, – и, как говорила Лидия, они, чтобы избежать зависти среди наследников, приобрели всем одинакового метража норки в одном районе.

– Дорогие подарки! – пробурчал Сеня. – Откуда злато и серебро?

Я пожала плечами.

– Старшие Банкины прилично зарабатывают, отец психотерапевт, мать кандидат наук, они владеют клиникой реабилитации. Знаешь, сколько стоит час у известного душеведа?

Кузя погладил «мышку».

– Ты повторила сведения, которые сообщила Лидия. А я полазил в Сети. Полина Владимировна на самом деле имеет кандидатское звание. Анатолий Петрович психотерапевт с профильным образованием. У них все тип-топ. Никаких трений с законом, все чисто, прозрачно. Муж работает в клинике, которая является их с супругой собственностью. Пациенты платят не ему, а в кассу. Доктору отстегивается процент. Это обычная практика. Судя по налоговой декларации, глава семьи нормально зарабатывает. Клиника супругов не банкрот. Если родители аккуратно распоряжались своими деньгами, то вполне могли скопить на жилье для детей. Банкины не шикуют. Машины у всех средней ценовой категории. Родители приобрели загородную недвижимость, но продали московские хоромы. Особенно придраться не к чему. Есть только одна маленькая шероховатость.

– Какая? – хором осведомились мы с Сеней.

Кузя запустил пятерню в волосы.

– По словам Лидии, старшие Банкины познакомились, когда Полина открыла кабинет, который опрометчиво назвала массажным. И правдивость слов Лиды косвенно подтверждается датами. Свадьба состоялась через год после того, как возникло предприятие Поли. Через пять месяцев родился Роберт.

Сеня включил кофемашину.

– Интим до брака в наше время не является чем-то предосудительным.

Кузя потянулся.

– Согласен. Через год после рождения сына у Банкиных появляются Софья, потом Лидия. Они как из пулемета стреляли.

Я потянулась к вазе с печеньем.

– Хотели много детей, решили с этим не тянуть. Когда у братьев-сестер нет большой разницы в возрасте, у них сходные интересы, крепкая дружба.