«А я тут при чем, Макс? Ты учишься чудесам совершенно самостоятельно. Теперь ты умеешь больше, чем раньше. Что в этом плохого?»
«Это прекрасно, – жалобно сказал я, – но местный табак такой противный…»
«Дело вкуса, конечно. Лично мне нравится… Ладно, подскажу. Не цепляйся за эту грешную подушку. Попробуй с другими предметами. Главное – не видеть, что происходит с твоей рукой, это только отвлекает… У тебя как раз выдалась свободная минутка, насколько я знаю, так что упражняйся. И не дергай меня больше по пустякам, ясно?» – Сэр Маба Калох решительно исчез из моего сознания… А до меня наконец начало доходить. Я легко и просто послал зов сэру Мабе, который, судя по всему, сидит себе в Ехо… Черт, может быть, теперь я смогу докричаться до Джуффина?
Уже после первой попытки я понял, что можно не продолжать: мертвая тишина, как и прежде. Для очистки совести я попробовал ещё разок. Ничего!
– Уж не значит ли это, что сэр Маба тоже приперся в Кеттари? Модное местечко, как я погляжу! – вслух сообщил я своему отражению. А потом снова взялся за дело. Это было весьма увлекательно, что правда, то правда! Из-под моего любимого дивана, оказывается, можно было добывать пиццу, кто бы мог подумать?! После третьей пиццы я понял, что этим возможности дивана ограничиваются. Я сунул руку под кресло-качалку. Бутылка граппы, потом банка бельгийского пива… Так, с этим тоже все ясно: здесь у нас хранятся напитки. Я понял, что пора закурить. У меня оставалась ещё одна сигарета, а там поживем – увидим! Я машинально засунул руку в карман лоохи, к моему величайшему изумлению, она сразу же онемела. Я поспешно вытащил руку из кармана и, не веря своим глазам, уставился на золотистую коробочку. Полная пачка моих любимых сигарет, дырку над всем в небе! Полнехонькая! Разумеется, откуда же и добывать сигареты, как не из собственного кармана… Я снова полез в карман и извлек ту самую измятую и почти пустую пачку, на которую рассчитывал с самого начала. Голова шла кругом от собственного могущества, так что нужно было покурить и успокоиться. И постараться взять себя в руки: все эти чудеса – отличная штука, но ведь надо бы как-то начинать брать ситуацию под контроль!
– Что это, Макс? – изумленно спросил Лонли-Локли. Я и не услышал, как он спустился. Испещренные рунами защитные перчатки снова украшали его и без того грозные ручищи.
– Еда из другого Мира, – устало вздохнул я, – кажется, я сегодня в ударе. Сам поражаюсь… Ты ещё не проголодался? Может быть, тебе это сейчас полезно? Я имею в виду, может быть, это волшебная еда…
– Может быть, – осторожно сказал Лонли-Локли, недоверчиво принюхиваясь к пицце, – во всяком случае, это, кажется, действительно можно есть… – он отломил кусочек, пожевал и пожал плечами, – знаешь, мне не нравится!
– Мне тоже не очень, – я виновато пожал плечами, – лучше попробуй конфету… А выпить тебе, часом, не хочется? Для храбрости, и все такое… Твоя дырявая посудина при тебе?
К моему изумлению, Лонли-Локли заинтересованно кивнул и извлек из-под лоохи хорошо знакомую мне чашку без дна.
– В любом случае я собирался прибегнуть к этому средству, поскольку мне необходимо использовать все возможности… – серьезно сообщил он. – А напиток из другого Мира может только увеличить мои шансы на победу…
– Значит, я не зря старался! – Откупорить бутылку было минутным делом, я щедро плеснул граппы в дырявую чашку. – А можно мне попробовать?… Я имею в виду, выпить из твоего сумасшедшего сосуда?
Лонли-Локли с сомнением уставился на меня, потом залпом осушил свою чашку и пожал плечами.
– Ну попробуй, если сможешь…
И протянул чашку. Я налил немного граппы в этот воистину бездонный предмет и решительно выпил. Вообще-то я не люблю вкус граппы, но, дорвавшись до удивительной чашки Лонли-Локли, я был готов и не на такие подвиги!
– Спасибо. А что я теперь должен чувствовать?
– Ты? Понятия не имею. – Мой друг, кажется, по-настоящему растерялся. – Я был почти уверен, что это твоё странное крепкое вино просто прольется, как ему и положено… Ты же не проходил подготовку в нашем Ордене! У меня были некоторые сомнения на твой счет, совсем ничтожные, так что я позволил тебе попробовать… Скажи, Макс, ты знал, что можешь это делать?
– Я даже не знал, что могут возникнуть какие-то проблемы, – жалобно сказал я, – я думал, что все дело в твоей волшебной чашке…
– Чашка самая обыкновенная, просто старая дырявая чашка, – пожал плечами Лонли-Локли. – Все дело в том, кто из неё пьет… Знаешь, Макс, ты – очень странное существо.
– Я тоже так думаю, особенно в последнее время, – вздохнул я. – Ладно, пошли уж, поищем твоего приятеля! Кстати, так превосходно я себя не чувствовал даже после хорошей порции бальзама Кахара. – Я встал с дивана и пошел к дверям. На пороге обернулся. Лонли-Локли так и не двинулся с места. – Что, ты ещё что-то должен сделать? Я рано вскочил?
– Макс, – осторожно сказал сэр Шурф, – скажи, пожалуйста: ты всегда ходишь не касаясь земли или…
– Только в Кеттари… Что ты этим хочешь сказать? – Я растерянно посмотрел себе под ноги. Между подошвами моих сапог и полом действительно было небольшое расстояние, почти незаметное, но все же… – Черт с ним! – решительно вздохнул я. – Нет у меня больше сил удивляться! Думаю, делу это не помешает, так что пошли, пока зеленая дурища луна не начала карабкаться на небо! Знаешь, я, кажется, очень хочу напиться его крови… Это нормальное состояние после пользования твоей посудой?
– Вполне, – сухо кивнул Лонли-Локли, – только держи себя в руках и постарайся не перепутать свою настоящую силу с иллюзорным ощущением могущества.
– Постараюсь. Вынужден заметить, что никогда в жизни не получал настолько своевременных советов!
– Просто мне знакомо твоё нынешнее состояние… Ладно, насколько я помню, ты прекрасно контролируешь свое поведение, если очень захочешь… – Такой увесистый комплимент ко многому обязывал, какие бы чудеса меня ни атаковали…
На улице Лонли-Локли осторожно снял защитную перчатку с левой руки, помедлил несколько секунд и решительно зашагал по направлению к одному из мостов.
– Он близко? – осторожно спросил я. Пятки, внезапно оторвавшиеся от земли, зудели как сумасшедшие.
– Не слишком… Придется идти около получаса, что дает возможность обсудить некоторые подробности предстоящего дела. Я собирался просить тебя не вмешиваться в мою драку и вообще держаться подальше от Кибы Аццаха, но…
– Передумал? – весело спросил я. Шурф серьезно кивнул.
– Да, ты преподал мне хороший урок. Недооценивать врага – непростительная оплошность, но недооценивать союзника – ещё опаснее. Так что вмешивайся, если сочтешь нужным.
– Вот и ладненько, – растерянно сказал я. – А как убивают мертвых Магистров? До сих пор я знал только один способ: твою знаменитую левую руку. Отличная вещь! Но, как я понял, нам это не светит?
– Нет. И думать забудь. Если бы речь шла о любом другом существе… Но моя перчатка когда-то была рукой Кибы, так что в этом деле она нам не помощник… Я могу ещё кое-что, возможно, этого будет достаточно. А вообще-то, у каждого свой наилучший способ убить Великого Магистра, живого или мертвого. У тебя как раз появился шанс выяснить, каков твой собственный способ. – Лонли-Локли задумчиво умолк. Я не стал докучать ему разговорами. Только моих проблем бедняге не хватало!
Между тем мы все шли по улицам Кеттари. Я наслаждался, как ещё никогда не наслаждался прогулкой: приятный зуд в оторвавшихся от земли ступнях с каждым шагом отзывался во всем теле.
– А почему я летаю, Шурф? С тобой когда-нибудь случалось что-то подобное?
– Да. После того, как я осушил все аквариумы Ордена, я несколько лет не прикасался к земле. Это происходит от переизбытка силы и неумения её правильно использовать… Впрочем, с тобой это стряслось после удивительно маленькой порции, поэтому твой случай может отличаться от моего… Должен заметить, что Киба Аццах очень близко, ещё немного, и мне придется снять перчатку: она жжет мою руку.
– Ничего себе! – сочувственно сказал я. И снова заткнулся: что уж тут говорить, когда такое творится!
– Все, Макс, – тихо сказал Шурф, – я снимаю перчатку. Теперь мне придется отдать её тебе. Вместе с защитной, разумеется. Ты – никто в этом старом споре, так что вполне сможешь её удержать…
– Может быть, мне стоит её уменьшить и спрятать? Ну, этот мой любимый фокус… Это не опасно?
– Да, конечно, так и сделай. Возьми её и иди за мной… – отрешенно кивнул Шурф.
Опасная перчатка тем временем послушно поместилась между большим и указательным пальцами моей левой руки, уж чему я действительно успел научиться, так это самому практичному на свете способу транспортировки громоздких физических тел.
– В любом случае постарайся остаться живым, – вдруг сказал Лонли-Локли. – Смерть – омерзительная штука, если имеешь дело с Кибой, уж я-то знаю!
– У меня длинная линия жизни, – с надеждой сказал я, украдкой покосившись на свою правую ладонь, – а у тебя?
– Не понимаю, о чем ты говоришь… Потом, Макс. Он находится вон в том доме, так что идем!
Дом, на который указал Лонли-Локли, был маленьким двухэтажным строением с вывеской «Старый приют» на фасаде.
– Гостиница? – удивленно спросил я. – Общежитие для мертвых Магистров, комната и стол за умеренную плату?
– Думаю, перед нами действительно что-то вроде гостиницы… Ты всерьез полагаешь, что это важно?
– Да нет, просто забавно… Мертвец живет в гостинице. Где он берет деньги, хотел бы я знать? Или у него был счет в местном банке ещё при жизни…
– Должен же он хоть где-то находиться, – хмуро буркнул Лонли-Локли.
Я решительно распахнул перед ним тяжелую лакированную дверь.
– Прошу!
Древние ступеньки заскрипели под тяжестью его шагов.
– Пришли, – спокойно констатировал Лонли-Локли, останавливаясь перед ничем не примечательной белой дверью с жалкими остатками позолоченного номера 6, разглядеть которые можно было только при моей дурацкой привычке обращать пристальное внимание на всякую ерунду… – Открывай, Макс, не тяни.
– Ах, ну да, у тебя же руки… заняты… в каком-то смысле! – усмехнулся я и открыл дверь. Где-то, в одном из многочисленных, проглоченных мною давным-давно, в «прошлой жизни», журналов, я вычитал, что у Наполеона спросили, в чем секрет его побед, а тот брякнул: «Главное – это ввязаться в заварушку, а там уж – по обстоятельствам!» Ну или что-то в этом роде. Хороший он был парень, Наполеон, да вот кончил как-то… не очень!
У окна спиной к нам сидел совершенно лысый худющий человек в светлом лоохи. Я ещё успел подумать: «Отлично, Макс, теперь ты, кажется, ловишь Фантомаса!»
Белоснежная шаровая молния вылетела из-под лоохи Лонли-Локли. Она ударила лысого между лопаток, и он вспыхнул неприятным бледным светом – весь, целиком, как гигантский уличный фонарь. А потом все стало как прежде. Незнакомец остался цел и невредим.
Ну, по крайней мере, он наконец обернулся.
– Привет, Рыбник! – проворчал сэр Киба Аццах, бывший Великий Магистр Ордена Ледяной Руки, он же «неправильно убитый мертвый Магистр», он же Фантомас…
Самое жуткое, что Киба Аццах был довольно сильно похож на самого Лонли-Локли. Не зря, видимо, Джуффин говорил, что у нашего Шурфа внешность неприметная, таких, как он, пруд пруди. А я, дурак, не верил!..
Вот только долгие годы, проведенные в неживом состоянии, не прибавили мертвому Магистру обаяния. Синюшная, пористая, неестественно блестящая кожа здорово портила впечатление. Белки глаз были темными, почти коричневыми, а сами глаза светло-голубыми – эффектное сочетание, ничего не скажешь…
Я даже немного успокоился, разглядев его как следует: не может такое потрепанное, жалкое существо причинить вред самому грозному Лонли-Локли!
Ох, как я ошибался!
Мертвый Магистр, кажется, был рад возможности покалякать. Не обращая никакого внимания на ещё одну «шаровую молнию», на сей раз ударившую его в грудь, он продолжил выступление.
– Ты хорошо спрятался от меня, Рыбник! Отлично спрятался! Но тебе не хватило ума оставаться подальше от таких мест, как это. Ты никогда не размышлял о том, что новорожденный Мир похож на сон? Здесь твоя сила не имеет никакого значения. Ты ещё не убедился?
Я обернулся к Лонли-Локли. Мне все ещё казалось, что этот мертвец нас немного попугает, а потом мы его сделаем, как и положено по законам жанра. Но выражение лица сэра Шурфа… «Грешные Магистры, что это с ним творится? – в панике подумал я. – Парень, кажется, по-настоящему боится и… Он засыпает, это точно!»
– У меня нет к тебе никаких претензий, мальчик! – Дребезжащий голос Кибы Аццаха вернул меня к действительности. – Ты можешь уходить. Не вмешивайся, у нас старые счеты. – Мертвый Магистр покачал перед моим носом обрубком своей левой руки. – Он украл мою руку, как тебе это нравится?
Холодный комок паники подступил к моему горлу. Кошмарный идиотизм ситуации совершенно выбил меня из колеи. До сих пор я был уверен, что могу спокойно взирать на полный опасностей мир из-за плеча неуязвимого Лонли-Локли. «И на старуху бывает проруха, – подумал я с каким-то дебильным восторгом, – а сегодня нам здорово повезло с „прорухой“, можем поделиться с вдовами, сиротами и прочими неимущими».
А потом я перестал думать и взялся за дело. Кажется, меня основательно приперли к стенке.
Для начала плюнул в неопрятную физиономию мертвого Магистра. Не то чтобы я всерьез рассчитывал, будто это поможет делу, просто не смог придумать ничего более оригинального. К моему собственному изумлению, плевок несколько улучшил общую ситуацию. Он, разумеется, не убил моего противника: тот и так был мертвехонек. Но мне, можно сказать, повезло. Обнаружилось, что мой яд оставляет в покойниках дыры, вроде той, что украшает ковер в моей спальне.
На дряблой щеке Кибы Аццаха появилась большая неаккуратная прореха. Он, кажется, здорово удивился. Во всяком случае, на какое-то время отвлекся от своих таинственных разборок с Лонли-Локли.
Я спиной почувствовал, что Шурф начал приходить в себя. Ещё немного, и с ним все будет в порядке. Нужно лишь чуть-чуть потянуть время.
И я рванул вперед, практически на амбразуру. Решил, что было бы неплохо попасть прямо в неподвижный темный зрачок мертвеца: глаза всегда кажутся такими уязвимыми! Но я никогда не отличался меткостью, так что на сей раз яд угодил в лоб Кибы Аццаха. Тоже мне снайпер!
Я нервно рассмеялся, подошел ближе и плюнул снова. Остался доволен: новая дыра появилась на месте правого глаза.
Киба Аццах растерянно попятился к окну.
– Ты мертвый? – спросил он с таким интересом, словно не было на свете ничего важнее, чем подлинная информация о состоянии моего здоровья. – В этом месте живые не могут спорить с мертвыми, значит, ты мертвый… Почему ты на его стороне?
– Работа у меня такая – быть на его стороне! – весело сказал я.
И получил то, что заслуживал: правая рука Кибы Аццаха легла мне на грудь. «Идиот, зачем было подходить так близко?!» – успел подумать я.
А потом мне стало холодно и спокойно и уже не хотелось ни с кем драться, нужно было прилечь и немного подумать… Это было похоже на самый что ни на есть примитивный наркоз. Так что я разозлился и, вместо того чтобы отрубаться, снова плюнул в лицо мертвого Магистра, уже и без того порядком изуродованное.
– Шурф, прячь его, быстро! – заорал я. – Между пальцами, как я твою перчатку, давай же!
И предусмотрительно грохнулся на пол, чтобы меня самого не уменьшили за компанию.
Оставалось надеяться, что Шурф уже настолько в порядке, что сможет последовать моему совету. Ну или сам придумает что-то получше. В любом случае, я не мог предложить ему ничего более оригинального.
А потом я с облегчением обнаружил, что Магистра Кибы Аццаха больше нет рядом с нами. Обернулся. Лонли-Локли молча показал мне свою левую руку. Большой и указательный пальцы сложены на особый манер. У нас все получилось!
Мы вышли из этой неуютной комнаты и пошли вниз. Меня трясло. Сэр Шурф по-прежнему молчал. Думаю, ему тоже требовалось время, чтобы прийти в себя после… Мне и думать-то не хотелось, после чего именно.
На улице было хорошо. Холодный ветер и мягкий сумеречный свет, мы были живы и шли прочь от маленького двухэтажного домика. Я машинально оглянулся назад и замер на месте.
– Смотри, Шурф! Там нет никакого дома!
Лонли-Локли равнодушно оглянулся, пожал плечами. «Нет – так нет», – говорило выражение его лица. Я понял, что мне это тоже не слишком интересно. Мы пошли дальше. Все бы ничего, но я не мог справиться с бившей меня дрожью, даже зубы стучали.
– Попробуй мою дыхательную гимнастику, – внезапно сказал Шурф, – мне она, кажется, помогает.
Я попробовал. Так что минут через десять, когда мы зашли в какой-то крошечный пустой трактирчик, я уже мог взять в руку стакан, не рискуя немедленно взбить коктейль, а затем и расколотить посуду…
– Здорово, – уважительно сказал я, – действительно помогает.
– А зачем она была бы нужна, если бы не помогала? – пожал плечами Лонли-Локли.
– Что мы будем делать с этим красавцем? – деловито спросил я. – Или ты хочешь оставить его у себя, на память?
– Сомневаюсь, что он мне понадобится, – задумчиво сказал Шурф. – Но в любом случае я должен отметить, что твоя идея – выше всяких похвал. Так просто и в то же время… Это смог сделать даже я, хотя мои шансы, кажется, были довольно плохи… Ты знаешь, что спас гораздо больше чем мою жизнь, Макс?
– Догадываюсь. Я очень впечатлительный. Твой рассказ о снах Безумного Рыбника до сих пор звучит у меня в ушах… Что, этот парень опять проделал то же самое? Он успел сообщить мне, что встретиться с ним в Кеттари – не самая разумная идея. Здесь, дескать, расстановка сил не лучше, чем в твоих снах…
– Так оно и есть, – спокойно согласился Лонли-Локли. – Знаешь, Макс, нам все-таки надо его убить, я полагаю… То есть убить окончательно. Эти твои таинственные приятели… я имею в виду тех, кто рассказал тебе про Кибу Аццаха, – они нам помогут?
Я пожал плечами.
– А Магистры их знают! Можно попробовать, конечно… Давай ещё что-нибудь выпьем, Шурф. Твои дыхательные упражнения – просто прелесть, но лучше осуществлять все оздоровительные мероприятия в комплексе, ты не находишь?
– Ты прав, наверное… – рассеянно кивнул Лонли-Локли. – Я бы тоже что-нибудь выпил, пожалуй!
Потом мы молча пили какое-то темное, почти черное, терпкое вино. Мне было как-то удивительно хорошо: легко и печально, и никаких мыслей, вообще никаких. Меня абсолютно не волновало, что мы будем делать дальше. Кажется, я уже тогда знал, что…
Шурф вопросительно посмотрел на меня.
– Пошли, – сказал я, – пройдемся. – И решительно встал из-за стола. К тому моменту мне было совершенно ясно, куда мы пойдем, хотя до сих пор не понимаю, каким образом умудрился принять какое-то решение. Меня просто несло, а я не сопротивлялся, сил не было сопротивляться! Лонли-Локли не стал меня расспрашивать, кажется, теперь его доверие ко мне было безграничным. Может, оно и правильно…
Мы шли к городским воротам. Несколько дней назад Шурф не смог выйти из города, но я почему-то ни на секунду не сомневался, что сейчас можно, просто скажу в случае чего: «Дядя со мной», и все будет в порядке…
Но и этого не понадобилось. Мы покинули Кеттари так легко, словно действительно просто вышли за городские ворота, чтобы полюбоваться на знаменитую рощицу деревьев вахари и прочие сельские пейзажи. Мы шли по дороге, мои ноги все ещё не касались земли или касались… Не знаю, мне было не до того. Изумительное чувство собственного могущества теплой волной накрыло меня по самую макушку. Кажется, во время этой прогулки я действительно мог совершить что угодно, но мне и в голову не приходило ничего такого совершать. Я просто очень хотел, чтобы Шурф прокатился на моей любимой канатной дороге, а там – будь что будет!
– Что это, Макс? – изумленно спросил Лонли-Локли. Впереди виднелась посадочная площадка канатной дороги, а ещё дальше – хрупкие башенки моего города в горах, белый кирпичный домик на окраине с беспокойным флюгером-попугаем… Я весело посмотрел на своего спутника.
– Не узнаешь? Ты здесь был не так давно, между прочим!
– Город из твоего сна?
– Ага. И из твоего тоже… теперь по крайней мере. Пошли, покатаемся.
Кабинка канатной дороги как раз была рассчитана на двоих, так что мы отлично поместились. Сэр Шурф зачарованно пялился то вперед, то вниз. Теперь его молчание было не таким уж отрешенным. Скорее восторженным. Я чувствовал себя так, будто мне вручали Нобелевскую премию. Во всяком случае, мои «выдающиеся заслуги перед человечеством», кажется, были оценены по достоинству: восторг самого сэра Лонли-Локли дорогого стоит! Я рассмеялся с таким облегчением, словно мне наконец выдали вожделенную справку с двенадцатью печатями, в которой говорится, что «обладатель сего документа абсолютно бессмертен и волен делать что хочет ныне и во веки веков».
– А теперь действуй! – сказал я, отсмеявшись. – Выбрасывай своего грешного покойника в эту изумительную пропасть, чтобы не мешал нам наслаждаться пейзажем! Кажется, это и есть мой любимый способ убивать мертвых Магистров, весьма рекомендую, наиприятнейшая процедурка!
Тень сомнения всего на секунду появилась в глазах Лонли-Локли, но он ещё раз окинул взглядом призрачный пейзаж, простиравшийся далеко внизу, а потом серьезно кивнул и встряхнул левой рукой… Киба Аццах падал вниз молча, он ничему не удивлялся, разумеется, он-то знал, что я могу устроить, мертвые все знают… Мне почему-то казалось, что сэр Киба был отнюдь не против такого странного финала своего долгого утомительного существования за пределами здравого смысла, наш эксцентричный поступок был ему скорее на руку, поскольку быть мертвым Магистром – такая тяжелая и неблагодарная работа! Он исчез, просто исчез, так и не достигнув земли, которой, собственно говоря, под нами и не было… Я снова рассмеялся, поднял глаза к небу и спросил, заикаясь от смеха:
– Вам понравилось, Маба? Вам просто не могло не понравиться!
«Понравилось, понравилось, теперь ты доволен? – Ворчливая Безмолвная речь сэра Мабы Калоха настигла меня так неожиданно, что я вздрогнул. – Только завязывай с этой дурацкой привычкой принародно обращаться ко мне вслух! Постараешься?»
«Постараюсь», – виновато вздохнул я, на этот раз не открывая рта.
– Здорово! – сказал Лонли-Локли, веселый и помолодевший.
Только теперь в его веселости не было ничего противоестественного, точно такой же парень уже гулял здесь со мной совсем недавно, когда город в горах ещё был просто одним из моих любимых снов… Кажется, Шурф не обратил никакого внимания на мои идиотские вопли в пустоту.
– А ты был уверен? – с любопытством спросил он.
– Да. Только не спрашивай почему: понятия не имею! Но я был абсолютно уверен, что так и будет, это точно! Смотри, Шурф, мы уже почти приехали!.. Да, держи свою варежку, думаю, ты уже можешь снова с ней подружиться. – Я встряхнул левой рукой и вернул Лонли-Локли его сияющую белизной когтистую перчатку, у которой, хвала Магистрам, теперь был только один хозяин…
Город был рад нам обоим, никаких сомнений! Почти пустынные улицы, редкие приветливые прохожие, теплый ветерок разносил по уличным кафе слабые ароматы моих любимых воспоминаний. Ничего особенного, и все же не было для меня места лучше ни в одном из Миров!.. Хотя мне и в голову не приходило здесь остаться. Я откуда-то знал, что это невозможно.
В одном из уличных кафе мы решили сделать привал. Шурфу совершенно не понравился кофе, зато ему пришлись по вкусу парящие над чашками пушистые облачка сливок, так что мы отлично разделили свои порции! Было вкусно и почему-то смешно… Помню, что Лонли-Локли тут же продырявил свою ложку, просто посмотрел сквозь неё на солнце, и дырка появилась сама собой, он подмигнул мне и принялся уплетать облачко сливок над моей чашкой… Высокая, фантастически тоненькая девушка, хлопотавшая с нашими заказами, чмокнула меня в щеку на прощание, это было неожиданно, но приятно. Я только головой покачал. Кажется, мы все время молчали, только улыбались иногда, но я не уверен…
После долгих часов стремительного полета с одной окраины на другую мы пересекли тенистый английский парк – где-то здесь бродила моя леди Мерилин, если верить мудрому сэру Махи Аинти, а кому же ещё верить!
– Ох, – вздохнул я, – опять забыл! Я же собирался узнать, как называется этот город, надо было спросить у той девчонки или ещё у кого-то…
– Ерунда, Макс, – махнул рукой Лонли-Локли, – главное, что он есть, твой город, какая тебе разница…
– Ну, если разобраться, то никакой, но интересно же! Ладно, чего уж теперь рассуждать…
* * *
А потом мы вернулись в Кеттари, и я заснул, кажется, ещё по дороге домой.
Утром все было нормально, может быть, даже чересчур нормально, но возражений на сей счет у меня не имелось. Мои ноги твердо стояли на земле, никаких сверхъестественных фокусов я вроде бы больше не проделывал, разве что извлек банку кока-колы из-под кресла-качалки… Тоже мне чудо!
Наконец-то стало возможным просто поскучать за завтраком. Лонли-Локли казался все таким же сдержанным и невозмутимым парнем, к которому я привык, – разве что появилась в нем какая-то почти неощутимая легкость, словно бы всю жизнь я был знаком со слегка простуженным человеком, а теперь он наконец выздоровел…
– У нас больше нет дел в Кеттари, я полагаю? – спросил Шурф, принимаясь за камру, которую нам принесли из соседнего трактирчика: лень было куда-то переться с утра пораньше, даже завтракать…
Это были его первые слова за все утро, кажется, парень всерьез решил, что хорошенького понемножку!
– Посмотрим… Думаю, что нет, но… Посмотрим! Я собираюсь на свидание… Хочешь, можем перекусить вместе там, где… Словом, почему бы и нет?! В «Сельской кухне» отлично кормят.
– Ладно, – флегматично кивнул Лонли-Локли, – как скажешь. Но я собираюсь привести себя в порядок, поэтому тебе не стоит меня дожидаться. Иди на свое свидание, а я приду позже.
– Ладно, – эхом откликнулся я, – как скажешь!
Кажется, все и правда становилось на свои места: я кривлялся, Шурф этого не замечал… Жизнь налаживалась.
На свидание с сэром Махи Аинти я отправился не откладывая. Мне вдруг так захотелось в Ехо! Домой, одним словом… Впрочем, я был уверен, что мы можем валить куда подальше, не особенно терзаясь сомнениями. Просто мне приспичило поболтать с Махи. На прощание…
Деревянная дверь «Сельской кухни» открылась с тихим скрипом. Кажется, раньше она не скрипела, или я просто не обращал внимания?..
– Привет, коллега! – Махи приветливо улыбался в рыжеватые усы. – Ты доволен своими приключениями?
– А вы? – спросил я, усаживаясь в кресло, которое уже начал считать своим… Да оно и было моим и только моим креслом. Голову мог дать на отсечение, что кроме меня там никогда никто не сидел. – Вы довольны моими приключениями?
– Я? Я очень доволен. Передать тебе не могу, как я доволен! Не ожидал ничего подобного! Думаю, может, не отпускать тебя к Джуффину? Здесь для тебя найдется немало работы… Да шучу я, шучу! Чего ты испугался, Макс? Я что, похож на похитителя младенцев? Между прочим, у тебя очень выразительное лицо, но это скорее плюс: собеседник получает больше удовольствия. А скрывать свои чувства – пустое дело, лучше их просто не иметь, и все тут… У тебя много вопросов, я полагаю?
Я помотал головой.
– Никаких вопросов. От ваших ответов мне только дурно делается… Махи, а я смогу прислать вам зов, потом, когда буду готов спрашивать?
– Не знаю, Макс. Попробуй. Почему бы и нет? У тебя все получается… Рано или поздно, так или иначе! – Он неожиданно подмигнул мне и рассмеялся.
Впервые я услышал смех сэра Махи Аинти, прежде он только улыбался в усы. Мне не понравилось, как он смеялся… Ничего особенного, но у меня мурашки по спине поползли. Слишком холодно, слишком…
– Ты сам тоже так смеешься иногда. И тоже пугаешь ни в чем не повинных людей, – заметил сэр Махи. – Не переживай, это даже к лучшему… Ладно, у тебя есть более важная проблема: ты хочешь домой, и вам совершенно не с руки дожидаться каравана. Вот, возьми. – Он протянул мне маленький зеленоватый камешек, удивительно тяжелый для вещицы таких ничтожных размеров.
– Это проводник? «Ключ от Двери между Мирами»? Такой, как у всех жителей Кеттари?
– Зачем «такой»? Лучше! Человек, который помогал мне создавать мой Мир, имеет право на некоторые привилегии… Впрочем, на этот раз я шучу: просто обыкновенный «ключ» подходит только самим кеттарийцам. Что годится для них, не подойдет существу из иного мира… В общем, твой ключ – только для тебя. Если ты одолжишь его кому-то из своих приятелей, я не ручаюсь за последствия. Уразумел?
– Ага. Могли бы и не предупреждать: я очень жадный.
– А, это хорошо… Джуффину тоже не давай. Ему – в первую очередь, ладно?.. Да он и сам не возьмет, я все забываю, что Джуффин уже старый и мудрый! Забавно… Да, знаешь, я действительно рад, что твой друг так легко избавился от своей проблемы. Он в высшей степени приятный человек… и весьма занимательный. Мне по-настоящему жаль, что он не может меня навестить… Когда вы уезжаете?
– Не знаю, наверное, скоро. Завтра или даже сегодня… Посмотрим!.. Но почему вы говорите, что Шурф не может вас навестить? Признаться, я предложил ему здесь пообедать… Это большая глупость с моей стороны?
– Да нет, что ты! Все в порядке. Он уже сидит в соседнем зале, поскольку… Ладно, сам поймешь! – Сэр Махи резко встал со своего места и направился к выходу. В дверях он обернулся. – Этот камень, твой «ключ», он открывает только одну Дверь между Мирами, Макс. Зато с обеих сторон. Я понятно выражаюсь?
– Вы хотите сказать, что я могу сюда вернуться?
– Разумеется. Когда захочешь. Вернуться и снова уехать… Не думаю, что в ближайшие годы у тебя будет время путешествовать для удовольствия, хотя… Кто тебя знает? Да, и учти, с тобой может пройти ещё кто-то, но не всякий, так что не рискуй понапрасну. Только если здорово припечет. И не вздумай переквалифицироваться в предводителя каравана: не отбивай хлеб у моих земляков! Договорились?
Я улыбнулся и быстренько стукнул себя по носу указательным пальцем правой руки, раз и ещё раз… Сэр Махи тоже улыбнулся в рыжеватые усы и вышел на улицу.
Дверь со скрипом захлопнулась, я остался один. Спрятал зеленоватый камешек в карман. Как бы мне его не посеять, интересно? Кольцо, что ли, из него смастерить? Не люблю я эти побрякушки, но так, пожалуй, будет надежнее… Я посмотрел в окно. Разноцветные струйки фонтанчика переливались на солнце. Улица была совершенно пустынна, наверное, Махи успел завернуть за угол…
«Успел он, как же! Прекрати прикидываться дурачком, сэр Макс!» – устало сказал я себе. Лениво вылез из уютного кресла и отправился в соседний зал, где по идее должен был болтаться соскучившийся Лонли-Локли.
Шурф и правда уже устроился за столиком у окна. Он вдумчиво изучал меню, так что я подкрался вполне неожиданно.
– Откуда ты вошел, Макс? Ты уже успел побывать на кухне? Зачем?
– Куда уж мне добраться до кухни. Просто сидел в соседнем зале.
– В каком «соседнем зале»? Макс, ты уверен, что в этом заведении два зала?
– Я только что оттуда вышел. – Я обернулся на дверь, которой, разумеется, не было и в помине. – Ох, Шурф, это опять какая-то местная экзотика! Жители Кеттари весьма эксцентричны, ты не находишь?.. Давай просто пообедаем, ладно? Дырку в небе над этим дивным городком, кажется, я все-таки пламенный патриот Ехо, куда мы можем катиться хоть сейчас… Тебе нравится такая идея?
– Разумеется, Макс. Мы можем ехать без каравана, как я понимаю?
– Правильно понимаешь! Без каравана… И без остановок, поскольку я собираюсь сесть за рычаг амобилера. Ты же не против быстрой езды, Шурф? Мы поставим рекорд и войдем в историю самым незамысловатым, но надежным способом! Слушай, ты просто обязан купить домой какой-нибудь грешный кеттарийский ковер. Мы же за тем и приехали, если разобраться!
Лонли-Локли пожал плечами.
– Да я и собирался… А ты что, намереваешься провести за рычагом амобилера всю дорогу?
– Ты даже представить себе не можешь, как быстро мы доберемся, – мечтательно сказал я. – После того, что ты мне рассказал о принципах действия амобилера… Знаешь, теперь я думаю, что до сих пор ездил так медленно, потому как в глубине души был уверен, что быстрее на этой развалюхе просто не получится!
– А ты ездил медленно? – переспросил Лонли-Локли. – Да, полагаю, в таком случае мы действительно очень скоро будем дома…
Когда мы покончили с едой и вышли на улицу, я завернул за угол, туда, где бил разноцветный фонтан.
– Я всегда заходил через эту деревянную дверь, Шурф, – сообщил я.
– Разумеется, ты заходил, Макс. Я не сомневаюсь. Но вообще-то, это не настоящая дверь. Так, бутафория…
– Как любит говорить сэр Луукфи Пэнц, «люди такие рассеянные!» – вздохнул я. – Ну и что я, спрашивается, должен делать? Удивляться? Обойдетесь, господа, с меня хватит!
Конец дня мы провели как настоящие туристы: Шурф действительно отправился покупать ковер, а я поперся с ним, за компанию. Дело кончилось тем, что и я не устоял перед темным шелковистым пухом огромного ковра: он будет отлично сочетаться с мехом моих котят. Наверное, я был первым покупателем, который подбирал ковер под цвет кошачьей шерсти.
Мы погрузили ковры в амобилер и пошли домой собираться. У Лонли-Локли на сборы ушло секунд десять, честное слово! Зато я собирался дотемна: как и когда я успел равномерно раскидать свои шмотки по всем комнатам этого просторного дома, оставалось полной загадкой… Напоследок я изумленно обнаружил кучу хлама, которую не далее чем вчера извлек из-под собственной волшебной подушки: коробка конфет уже почти опустела, но оставались несколько пачек печенья, связка ключей, четыре серебряные ложечки и коробка гаванских сигар. Я немного подумал, а потом решительно засунул это богатство в свою дорожную сумку: мало ли что! Глядишь, пригодится…
Уже на улице меня осенила забавная идея, так что наш отъезд состоялся только через полчаса: мне понадобилось сбегать в «Деревенский дом», правда, на этот раз я не собирался играть в карты.
Устроившись поудобнее за рычагом амобилера, я с удовольствием закурил, и машина сорвалась с места. До городских ворот я ехал довольно медленно, но, когда мы миновали одиннадцать деревьев вахари, я дал себе волю. Миль сто в час, не меньше! Я не мог поверить, но мне действительно удалось разогнать смешную, неуклюжую повозку. И это было только начало.
Шурф неподвижно застыл на заднем сиденье. Я не мог обернуться, чтобы посмотреть на выражение его лица, но могу поклясться, он даже дышал восхищенно. Это было так приятно, что слов нет! Мы летели сквозь темноту по какой-то незнакомой дороге. Не было никаких серых скал, никаких бездонных провалов, мимо которых мы ехали в Кеттари. Не было и канатной дороги на окраине моего безымянного города, как и самого города, только темнота и холодный ментоловый ветер Кеттари. А потом ветер утих, я так и не заметил когда…
– Я только что связался с сэром Джуффином, – сообщил Лонли-Локли.
Я изумленно поднял брови.
– Хорошая новость, Шурф! Скажи ему… В общем, расскажи ему свою часть истории о Кеттари. Я не могу отвлекаться на такой скорости, а ехать медленнее – свыше моих сил! Скажи Джуффину и это, ладно?
– Конечно. Я в курсе, что ты не слишком любишь пользоваться Безмолвной речью… В любом случае, по моим подсчетам, мы очень скоро будем в Ехо, не позже завтрашнего полудня, если ты не устанешь.
– А бальзам Кахара на что? Помню, помню, что вознице не положено, но пока я такой большой начальник… Думаю, мне можно.
– Да, Макс, тебе можно, – неожиданно согласился Лонли-Локли.
И надолго замолчал: им с сэром Джуффином явно было о чем потрепаться после долгой разлуки. Я им не завидовал: уж кто сейчас наслаждался жизнью, так это я. Завтра наговорюсь, ох, бедный Джуффин, ему ещё тошно станет от моей болтовни!
Часа через два Лонли-Локли осторожно прикоснулся к моему плечу. Я вздрогнул от неожиданности: головокружительная скорость, с которой мы неслись, заставила меня забыть обо всем на свете, в том числе и о моем притихшем пассажире.
– Что? – не оборачиваясь, спросил я.
– Мы с сэром Джуффином закончили беседовать. Кроме того… Знаешь, я проголодался. Хорошо бы остановиться у какого-нибудь трактира.
– Поройся пока в моей сумке, там должно быть печенье. Чужое, но съедобное, надеюсь… И мне дашь пачку, я тоже жрать хочу ужасно!
Лонли-Локли некоторое время пошуршал, потроша мою сумку, потом протянул мне пачку печенья и сам аппетитно захрустел.
– Это тоже из другого Мира?
– Наверное… Ох, Шурф, у меня отличная идея, подожди-ка минутку!
Я остановил амобилер и засунул руку под сиденье. Подождал минуты две. Ага, вот оно! Вытащив свою добычу, я начал смеяться.
– Что случилось, Макс? – встревоженно поинтересовался Лонли-Локли.
– Ничего особенного. Просто когда вчера я пытался добыть сигареты, все время доставал какую-то непонятную пищу. А теперь решил раздобыть нам хороший ужин и вот, пожалуйста! – Я торжественно помахал перед его носом картонной коробкой. – Здесь целых десять пачек, Шурф. Да ещё мой любимый сорт, три пятерочки. Ну и везет же мне!
«Привет, Макс!» – Зов сэра Махи Аинти настиг меня так внезапно, что я даже охнул, вжимаясь в кресло. Ощущение было не из приятных, словно бы на меня наехал самосвал, не настоящий, конечно, но каким-то образом все же существующий. Ничего себе поздоровались… Счастье, что я в этот момент не управлял амобилером!
«Должен же я сказать тебе спасибо, – как-то виновато продолжил Махи. Наверное, он приблизительно представлял себе, что я испытываю. – Может быть, я слишком практичен, но мне показалось, что ты будешь рад. Прощай, парень, со мной долго не поболтаешь, сам видишь!»
«Спасибо, – я постарался, чтобы моя Безмолвная речь звучала спокойно и внятно, – вы себе представить не можете…»
«Могу!» – И сэр Махи исчез из моего сознания. Я облегченно перевел дух. Он оказался очень тяжелым человеком. Просто невыносимым, при всей моей к нему нежности…
– Это подарок? – спросил Лонли-Локли. – Думаю, ты его заслужил, Макс! Ты оставил в том Мире лучшее, что имел…
– Ты слышал наш разговор? – удивился я.
– Каким-то образом… Знаешь, теперь, когда мне не приходится тратить столько сил на защиту от Кибы, я, кажется, могу использовать их несколько иначе. Конечно, это потребует времени, но некоторые простые вещи получаются сами собой… Знаешь, а ведь совсем не трудно следить за тем, что с тобой происходит. В этом отношении ты гораздо уязвимее, чем другие люди: у тебя не только лицо выразительное…
– Ну уж какой есть! – Я равнодушно пожал плечами. – Попробую-ка ещё раз, может быть, мы все-таки поужинаем?
Через полчаса, обзаведясь несколькими бутылками минеральной воды и целой пригоршней жетонов для игровых автоматов («Именно то, чего мне всю жизнь не хватало!» – ворчал я), мы с Шурфом стали счастливыми обладателями огромного вишневого пирога. Съев здоровенный кусок, я с удовольствием тронулся с места. Амобилер снова жадно пожирал мили, таким лихачом я и прежде-то никогда не был!
– Слушай, Шурф, – начал я, – а ты случайно не спросил у Джуффина, что у них тогда произошло? Я имею в виду, когда мы вели такие странные переговоры с Луукфи, поскольку никто больше не отзывался… Почему Луукфи тоже замолчал?
– Я не спрашивал, сэр Джуффин сам об этом заговорил. Ему, кстати, показалось, что тебе не терпится об этом узнать… Дело в том, что ты угадал, когда высказал предположение насчет другого Мира, сам понимаешь. А сэр Луукфи Пэнц – настолько рассеянный человек, что попросту не заметил, что мой зов настигает его оттуда, откуда ничей зов никого настигнуть не может… В данном случае его рассеянность сослужила хорошую службу. А потом произошло то, что может тебя насмешить, насколько я успел изучить твои привычки. Сэр Джуффин сразу понял, куда мы с тобой попали, и решил это нам объяснить. Луукфи спокойно выслушал его рассуждения насчет другого Мира, начал говорить с тобой, а потом до него дошел смысл сказанного. Парень понял, что происходит невозможное, на этом все и закончилось… Почему ты не смеешься, Макс?
– Не знаю, – я пожал плечами. – Наверное, просто пытаюсь понять… Хоть что-то! А вообще ты угадал, обычно такие вещи кажутся мне смешными… Ты очень изменился в Кеттари, Шурф. Ты знаешь?
– Это закономерно, поскольку… – Лонли-Локли задумался. Формулировал, наверное.
– Ну да, сначала лицо Гламмы Эралги, потом такая женушка, как леди Мерилин, светлая ей память, путешествие по другому Миру, сигарета с марихуаной и сэр Киба Аццах на сладкое… Бедная твоя головушка, сэр Шурф, а я-то, скотина, все больше по своей собственной плакал!
– Отлично излагаешь! – В голосе Лонли-Локли мне почудилось что-то странное, так что я обернулся.
Шурф улыбался, совсем чуть-чуть, уголками губ, но он улыбался, честное слово!
– Не разгоняйся, парень! – подмигнул я. – Есть ведь ещё и второй мертвец. Как его зовут, кстати?
– Йук Йуггари… Но он куда менее опасен. Впрочем, я и не собираюсь отказываться от своей личности, Макс. Как я уже говорил, она не мешает сосредоточиться на действительно важных вещах, и вообще не мешает, а это главное!
– Все равно, если этот дохлый парень начнет тебе докучать, можешь на меня рассчитывать, – легкомысленно заявил я. – Я ему сам приснюсь, он у меня ещё попляшет!..
– Магистры с тобой, Макс, мертвые не видят снов!
– Да? Тем лучше! Значит, я живой, а то этот твой дружок высказал предположение, что я тоже… того… помер в свое время.
– Мертвые Магистры редко говорят что-то путное, – пожал плечами Шурф, – насколько я понимаю, они пребывают в довольно помраченном состоянии рассудка…
– А вот это уже настораживает, – усмехнулся я, – что-то уж больно знакомое состояние… – Я прибавил скорость, так что нам стало не до разговоров.
В Ехо мы въезжали на рассвете. Самые смелые прогнозы Шурфа оказались слишком осторожными. Какой там полдень! Мы были в Ехо, а толстое симпатичное солнышко только-только начало выглядывать из-за горизонта, пытаясь разобраться, что успели натворить люди за время его недолгого отсутствия. Я помахал рукой пухлощекому светилу и решительно свернул в переулок Северных Троп… Черт, какое красивое название, никогда прежде его не слышал! Пришлось здорово сбавить скорость, но спешить было некуда, а утренний Ехо показался мне самым прекрасным городом в Мире… В этом Мире, во всяком случае. В других Мирах у него имелась парочка-другая серьезных конкурентов. Но сейчас Ехо был наилучшим местом во Вселенной, потому что я вернулся домой, а моё сердце любит то, что видит, не слишком сожалея об упущенных возможностях…
– Так ты заблудишься, – сказал Лонли-Локли, – ты что, не знаешь эту часть города?
Я помотал головой, и Шурф взял бразды правления в свои руки. После доброго десятка его ценных указаний я с изумлением обнаружил, что мы уже едем по улице Медных Горшков, приближаясь к Дому у Моста.
– Приехали? – Я даже задохнулся от восторга и нежности.
– Приехали… Я бы хотел отправиться домой, но полагаю, что жена ещё спит… Сейчас её даже я не обрадую, тем более что на себя я пока не похож. Знаешь, ей совсем не понравилось лицо сэра Гламмы Эралги, хотя я был уверен, что…
– Хорошо, если сэр Кофа сейчас вместо меня дежурит. Он бы тебя быстренько расколдовал…
Я остановил амобилер у Тайного Входа в Управление Полного Порядка и обомлел: машина начала рассыпаться. Реакция Лонли-Локли была молниеносной: его руки взмыли вверх, потом немного опустились в стороны, и мелкие осколки дерева и металла неподвижно застыли в воздухе.
– Выскакивай, Макс! – рявкнул он.
Я не заставил его просить меня дважды: пулей вылетел из амобилера. Когда я успел схватить коробку с сигаретами, до сих пор остается для меня полной загадкой!
Уже в холле я обернулся. Шурф задумчиво вытаскивал наши дорожные сумки из-под обломков амобилера.
– Помогай, чего смотришь? – На этот раз он усмехнулся так естественно, словно последние сто лет только этими занимался. – Ты действительно фантастический гонщик, Макс, даже слишком. Никогда не видел ничего подобного!
– О, на что этот парень действительно способен, так это как следует перегнуть палку! – раздался из-за моей спины знакомый голос. – Впрочем, иногда это работает…
Я обернулся и с восхищением уставился на сэра Джуффина Халли.
– Вы мне не поверите, Джуффин, если узнаете, как долго я ждал этой встречи! – сказал я вкрадчивым голосом сэра Махи Аинти и сам рассмеялся от неожиданности.
– Отстань, Махи! – весело сказал Джуффин. – У меня сил нет тебя слушать. Попробуй поздороваться со мной ещё раз, Макс!
– Ох, Джуффин, что это я такое несу! – Я смеялся, голова шла кругом.
– Теперь уже лучше. Хорошего утра, Шурф! Этот парень все-таки угробил амобилер, как я и предсказывал! Да ещё и казенный, если не ошибаюсь.
– Он – потрясающий гонщик, – твердо сказал Шурф, извлекая свой драгоценный ковер из-под обломков. – Макс, может быть, ты мне все-таки поможешь?
Я быстренько подхватил сумки, предоставив своему другу разбираться с коврами. И мы отправились в наш кабинет пить камру и чесать языки. Эта перспектива представлялась мне настолько заманчивой, что слюнки текли…
Потом меня понесло, так что я говорил без умолку часа четыре. За это время Джуффин каким-то неуловимым жестом успел вернуть Шурфу его родное лицо. («Ломать – не строить, мальчики, зачем нам ждать сэра Кофу?») Я даже испугался поначалу: совершенно забыл, как на самом деле выглядит этот парень!
– Вот как, оказывается, все было… – задумчиво протянул Лонли-Локли, когда я наконец заткнулся.
В ушах у меня уже звенело, не то от усталости, не то от собственной болтовни. Шурф тем временем поднялся из-за стола.
– Я поеду домой, если вы не возражаете, господа.
– Разумеется, поезжай, – кивнул Джуффин, – давно мог бы, между прочим… Понимаю, понимаю! Уж ты-то имел право выслушать эту историю. В каком-то смысле это и твоя история, так что… Я очень рад, сэр Шурф. Я имею в виду приключение с Кибой Аццахом. Думаю, теперь ты должен Максу ещё одну серенаду…
Ехидство Джуффина порой превосходило все ожидания. Но сейчас мы с Шурфом весело переглянулись: я улыбался до ушей, а он – уголками губ, но это была самая настоящая улыбка, дырку над ним в небе!
Джуффин с удовольствием созерцал сие редкостное зрелище, сам-то он тоже улыбался до ушей, так что в нашем кабинете воцарилась такая идиллия, что никаких вселенских запасов розовой краски не хватит на описание этого, без сомнения, самого выдающегося эпизода за всю историю Тайного Сыска…
* * *
А потом мы с Джуффином остались вдвоем.
– А где же любопытный нос Мелифаро? – спросил я. – И вообще, где все?
– Я не велел никому нас беспокоить. Потом ещё наобнимаетесь, успеется! Не хочу, чтобы ещё кто-то выслушивал твой запредельный отчет о событиях в Кеттари… Это ведь тайна, Макс, надеюсь, ты понимаешь? Такая тайна, что… Всю жизнь ожидал от Махи чего-то в этом роде, но не настолько же… Хотя… – Мой шеф был на редкость задумчив. – Не могу похвастаться, что мне даже теперь все ясно. Но это нормально: Махи такой парень, что ясно быть и не может… Покажи мне ещё раз все карты Кеттари, Макс.
– Хотите, я вам их подарю, Джуффин? Знаю, что вы не сентиментальны, но в интересах дела…
– Не хочу. Оставь себе, пригодятся. Судя по всему, Махи всерьез рассчитывает на пару-тройку твоих визитов. Кстати, тебе не приходило в голову, что ты должен быть очень осторожен? Это – самая опасная переделка из всех, в которые ты попадал… Хотя в то же время самая полезная…
– А мне понравилось! – мечтательно сказал я. – Что вы имеете в виду, Джуффин? Почему «опасная»?
– Потому что ты учишься слишком быстро… И демонстрируешь свое могущество с такой наивной наглядностью… Махи – великий хитрец, но и он не всегда сможет прийти к тебе на помощь в случае чего. Впрочем, он вообще любит предоставлять каждого своей судьбе, а там – будь что будет… Знаешь, во всех Мирах существует немало охотников за такими ребятами, как ты. По сравнению с некоторыми из них дохленький Киба Аццах тебе сладким сном покажется… Кстати, о снах, Макс. Надеюсь, ты ещё не посеял головную повязку Великого Магистра Ордена Потаенной Травы? Настоятельно рекомендую: больше без неё не засыпай, что бы ни случилось. Никогда. Ясно?
– Ясно, – растерянно кивнул я. – А что…
– Не знаю! – резко сказал Джуффин. – Может быть, вообще ничего не случится, ты везучий. Просто я хочу быть уверен, что какой бы сон тебе ни привиделся, ты сможешь проснуться. Это все. Теперь можем поговорить о более приятных вещах. Например, могу тебя похвалить. Хочешь? Ты действительно превзошел не только свои, но и мои представления о твоих возможностях…
– Да, наверное, – я пожал плечами, – только мне как-то все равно… Может быть, я просто устал?
– И это тоже. Тебе надо хорошо отдохнуть. Походить на службу каждый вечер, и все такое… Наше понимание того, каким должен быть нормальный отдых, совпадает, правда?
– Правда. – Я улыбнулся. – Сегодня же и начнем, я только посплю пару часов дома или не посплю…
– Лучше хлебни своего бальзама и посиди здесь до вечера. Сегодня ты ночуешь у меня: хочу разобраться, что именно с тобой случилось в Кеттари. Так что ты будешь дрыхнуть, а я удовлетворять свое разгоряченное любопытство.
– Здорово, – сказал я, – ночевать у вас, как тогда, в самом начале моей жизни в Ехо… Все правильно, я опять приперся из другого Мира! Хороший повод повидаться с Хуфом!
– Он тебя с ног до головы обслюнявит, – сочувственно вздохнул сэр Джуффин. – Мне бы твои заботы, парень! Ладно, теперь помолчи минуту, лучше всего просто съешь что-нибудь, я хочу разобраться с этими грешными картами…
Разбирался он не «минуту», а добрых полчаса.
– Теперь мне ясно, почему Махи не пускает меня в Кеттари! – наконец ухмыльнулся мой шеф.
– Но Махи говорил, что…
– Мало ли что он тебе говорил! Кажется, старик уверен, что я до сих пор не слишком резво соображаю… Не пускает меня именно он, кто же ещё! Видишь ли, Макс, я слишком хорошо помню, каким был Кеттари на самом деле, а когда достоверные воспоминания таких колдунов, как мы с Махи, противоречат друг другу… Тут любой Мир рискует разлететься на кусочки, а не только новорожденный!
– То есть меня водили за нос, – вздохнул я. – И Шурфа именно Махи не пустил по моему следу, а вовсе не какая-то неведомая сила…
– И хорошо, что не пустил: в это время ты был очень занят. Создавал новый Мир, как я понимаю… Это нормально, Макс. Разумеется, тебя немножко «водили за нос», но это делалось по большей части, чтобы провести меня, так что не переживай. Кроме того, Махи сам не всегда знает, что правда, а что – нет, можешь мне поверить! Уж если у него набралось больше дюжины вариантов Кеттари… Жаль, конечно, что тебе удалось скупить не все существующие карты моего милого города!
Я виновато пожал плечами.
– А… Ну, вот так!.. Джуффин, а у вас нет настроения рассказать мне побольше о сэре Махи Аинти, дырку над ним в небе? Никак не могу понять, что он за существо? Он мне говорил, что живет неизвестно сколько и приперся в этот Мир сам не помнит откуда… Я ему охотно верю почему-то… Этой ночью он послал мне зов, дружеский привет, последнее «спасибо» и так далее. Я еле пережил это общение, честное слово! А что со мной творилось после нашей первой встречи! Ну, я же вам рассказывал.
– Представь себе, Макс, тут я тебе ничем не могу помочь, – улыбнулся Джуффин. – Я провел рядом с Махи куда больше чем дюжину дюжин лет, но так его и не раскусил… Наверное, это моя судьба – все время жить бок о бок со странными существами, вроде вас с Махи… Будешь смеяться, но вы с ним – два сапога пара, только ты молодой и глупый, а он – в своем роде совершенство. Он и на моей памяти был таким: ни одна человеческая слабость не была ему присуща. Я до сих пор не уверен, ходил ли он в уборную. Клянусь Миром, ни разу не застукал его за этим занятием! – Джуффин весело рассмеялся. – Но я уверен, что тебе будет гораздо легче найти с ним общий язык, чем мне в свое время… Да вы уже отлично спелись! Ох и везет тебе, парень!
– Ага, везет! Вот только вы не советуете мне засыпать без вашей охранной тряпочки, поскольку все монстры Вселенной уже вышли на охоту… А так все в порядке!
– А чего ты, собственно, хочешь, Макс? – Шеф нахмурил брови. – Спокойной жизни? Домик с садиком, где можно встретить приближающуюся старость в компании любящей жены и оравы внучат? Королевскую пенсию за «выдающиеся заслуги»? Могу тебя успокоить: этого у тебя не будет. Никогда. Зато все остальные радости жизни к твоим услугам. В том числе и «монстры Вселенной», как ты выражаешься…
– Меня это вполне устраивает. Лучше уж монстры, чем «орава внучат»! Здоровы вы, Джуффин, людей пугать, вот что я вам скажу!..
Потом меня выпустили из кабинета, так что на моей шее успели перевисеть все желающие, начиная с Мелифаро, который помял меня первым, поскольку, судя по всему, занял очередь ещё с вечера, и включая застенчивого сэра Луукфи и сэра Кофу Йоха, слишком тяжелого для таких упражнений. Даже Меламори покончила с той сдержанностью, которой сопровождалось в последнее время наше не в меру деловое общение. Но кажется, леди Мерилин сумела нас снова подружить. Не так уж мало, поскольку кроме дружбы нам все равно ничего не светило, и я уже привык жить с этой мыслью, да и она тоже… Во всяком случае, мне больше не было больно, мне было весело смотреть на Меламори и на всех остальных. Да и ребята были рады появлению моей физиономии. Меня здесь любили. Черт, это дорогого стоит, если в каком-то из Миров есть место, где тебя любят как минимум пять человек! А ведь был ещё Лонли-Локли, который в данный момент дрых дома, и могущественная леди Сотофа, которая умела так искренне радоваться моим редким визитам… И ещё парочка непостижимых ребят, которые, кажется, тоже испытывали ко мне некоторую слабость – по-своему, конечно…
– Ребята! – сообщил я, когда мы принялись за совместное распитие невесть какого по счету кувшина камры из «Обжоры Бунбы». – Знаете что? Кажется, я счастлив!
Черт их знает, почему они так хохотали?! Они же никогда не видели мультфильм про песика Друппи…
Вечером я стал ещё счастливее, поскольку пообщался с Хуфом. И он действительно облизал меня с ног до головы, но я и не возражал… А потом начал клевать носом. Околдовали меня, что ли? Хотя какое уж тут колдовство, когда человек не спал двое суток и не слишком переборщил с бальзамом Кахара!