– Ник! – сразу взяла быка за рога моя подруга. – Отправь Руану на Землю! К Изао.

Я вопросительно смотрел на гостью. Та немного помялась, потом подошла к столику, налила в свободный стакан напиток и махом его выпила.

– Не могу я тут больше! – сказала она и плюхнулась в любезно пододвинутое к ней кресло. – Всю душу вымотали – кто, да как, да почему. Еще немного – и я сорвусь. А корабль мне сейчас не достать. Да и не выпустят. А я уже не могу без него! – Девушка опустила голову и нервно стала крутить бокал в руке. – Отправь, а? Ты же можешь, я знаю… – тихо попросила она.

Я мельком глянул на Алиелу и промолчал – с ней все понятно. Затем вопросительно посмотрел на Ойлу:

– У вас проблем не будет?

– У меня? – удивилась она. – Еще чего! Она вообще не из моей службы. А что, правда прямо отсюда можешь отправить?

Я кивнул и достал из воздуха, в этот раз, для разнообразия, браслет на руку с драгоценными камешками по кругу – в эльфийском стиле. Поколдовал немного и протянул его Руане, по ходу дела поймав краем глаза ревнивый взгляд Алиелы. Хмыкнул про себя. Руана аккуратно взяла красивую безделушку и вопросительно посмотрела на меня.

– Надевай. Жми на изумруд.

Над рукой с браслетом возникло два иллюзорных круга, которые можно было крутить пальцем в разные стороны. На каждом круге располагались секции со своими изображениями и подписями.

– Каждая секция – определенное место. Этот круг – Земля и, соответственно, выбор места телепортации на Землю, второй – Версалия. Так что можешь спокойно ходить между нашими планетами. У тебя еще действует ваша биоблокада, но, насколько я знаю, скоро она перестанет работать, так?

Руана кивнула.

– Браслет ее заменит. Второй отдашь Изао, он тоже сможет посещать Версалию, если захотите. Со временем можно будет совсем не бояться чужих бактерий и вирусов, так что живите спокойно. Вон тот сектор, что светится более ярко, – там находится Изао. А на втором браслете светится секция, где находишься ты. Всегда сможете друг друга найти. Так что удачи вам и счастья тебе с твоим совместимым.

Руана вскочила, сделала шаг ко мне, но нерешительно остановилась и посмотрела на Алиелу. Та сделала вид, что отвернулась, хоть и продолжала хмуро наблюдать за нами в отражении зеркала. А Руана подошла ко мне и, сказав: «Спасибо!» – поцеловала в щеку. Ишь ты! Совсем мало была на Земле, а уже нахваталась наших движений души и тела! Затем улыбнулась Ойле и, ни минуты не сомневаясь, активировала браслет.

Ойла явно не сильно верила в телепортацию, но когда реально увидела, как гостья растворилась в воздухе без каких-либо эффектов, разве что воздух немного дернуло, явно впечатлилась. А Алиела почему-то облегченно вздохнула. Наверное, переживала за подругу. Не иначе!

– Мам, не хочешь к Элхору сходить? – внезапно спросила Алиела.

А я ее активно поддержал:

– Действительно, давно не виделись. Заодно и познакомитесь с подругой Элхора.

Ойла явно опешила от такого предложения.

– А…

– А назад вернетесь так же, как Руана вот сейчас ушла, – мгновенно и когда захотите. И подготовку не надо никакую проводить, – продолжали мы убеждать ее. Да она и не сопротивлялась, в общем-то.

Правда, Элхор немножко запаниковал, когда я с ним связался, тем более он был как раз с Ксенией.

Когда Ойла прыгнула на Землю, я потер руки и посмотрел на Алиелу, а она – на меня. Я качнул головой в сторону сада:

– А не вдарить ли нам по литаврам?

– И не спеть ли нам песню? – поддержала меня Алиела и улыбнулась.

– О-о-о любви-и-и… – пропел я, наставив на подругу указательный палец и подмигнув.

Я громко свистнул, и сверху затопотали мягкими лапами Тата с друзьями, являющимися точной его копией внутри, но слегка отличающимися внешне для удобства их восприятия и различия. Сейчас они снова появились в своем оригинальном виде, а не в «концертном» робопанкерском.

– Хозяйка? – спросил Тата, но был тут же сбит не успевшими тормознуть двойниками.

Когда куча-мала распалась на трех балбесов, вставших на ноги, Алиела, предварительно перестав смеяться, приказала им:

– Берите свои инструменты и дуйте на нашу площадку – будем играть и веселиться!

Роботы радостно загомонили и гурьбой двинулись во двор. А мы с Алиелой, обнявшись, последовали за ними.



Ник

Ну вот и свершилось то, о чем предупреждали… Ах да, это был я, а не большевики. Когда вся эта хрень надоела властям предержащим, они таки решили вызвать нас с Алиелой на ковер. Не, ну а что? Я-то тут при чем, что у них тут бардак творится в их эфирном пространстве? Грубо говоря, частоты плывут, эфирные каналы накладываются друг на друга, а часто вдруг на их трансляцию выходят мысли обычных веганцев.

Раньше, до настоящего момента, за счет определенных технологий усиления эфирного сигнала, собственно, основной тон задавали именно государственные эфирные станции, хотя никто не мешал и обычным веганцам, не обделенным даром ментального оперирования в местном астрале, на самом общем слое делать своего рода стриминги своих мыслей и визуализаций (к слову, совсем даже порой неплохих – мне, по крайней мере, понравилось несколько). Да и не так уж много их – веганцев – было по сравнению с общим количеством населения, хоть и немало. Несколько сотен миллионов способных. Так вот, сейчас что-то там перемешалось, и все больше и больше веганцев начинают «выкладывать» свои детские поделки. Да-да, даже те, кто раньше и не мечтал о подобном! Ой что творится! Ну и самое главное – все эти образы размазывались по астралу и частенько накладывались на основные государственные каналы. Ну то есть наступила небольшая такая вакханалия. Конечно, ненадолго, разберутся, чай, не дети, но это было забавно.

Почему забавно, а не страшно? Почему все не рухнуло, ведь вроде бы оказались хаотизированы системы связи? Нет, на самом деле основа и ядро именно управления планетарными информационными системами лежит на кристаллах, а не на эфире, как здесь называют общедоступный слой астрала. Он только дополняет, а не заменяет. Так что ничего страшного не случилось. Ну и я бы не стал подобного творить, если бы не был уверен в стабильности всей системы. С кристаллами-то кто дружит? Пушкин? Не-а! Ник Админ Рутович! Хе-хе… А мне все это надо было совсем для другого. Эти последствия – всего лишь сопутствующие.

Ну и не шифровался я особо, да и вряд ли бы у меня получилось. Хотя не оценивал, но почти все это у меня шло на каком-то внутреннем ощущении, что так надо, на эмоциях, возникающих при общении с Алиелой, на волне, что вот прямо сейчас вот так надо – поймать за хвост и не отпускать, а вот тут – дать жару. Ну, в общем, мне понравилось, что получилось. Правда, потом был долгий и сложный разговор с матерью Алиелы, но, кажется, я справился. А у нее еще и поддержка была в виде сестры, которой, как оказалось, она полностью доверяла и с которой взаимодействовала в разных ситуациях на профессиональной почве. Ее звали Айла. Хм… Ойла и Айла…

А меня поддерживала Алиела, пусть и не везде понимая, зачем мне это надо или зачем я это делаю, что было очень и очень… Наверное, именно в этот момент я понял одну из составляющих счастья. В последующую за этим разговором ночь я почти не спал. Я просто сидел рядом со спящей Алиелой и смотрел на нее. Она чувствовала мой взгляд и сквозь сон улыбалась.

С мужем Айлы и второй его женой я почти не общался. У меня возникло такое ощущение, что он был не совсем в теме или просто спец в другой области, поэтому в основном молчал. А во время общего разговора часто про себя веселился, хоть и не показывал этого внешне. Лезть к нему в голову я почему-то не хотел, но по некоторым признакам посчитал, что он принадлежит к какой-либо спецслужбе или его работа каким-то краем связана с их делами.

А потом прилетели злые дядьки и посадили нас в «воронок»… Нет, это было не так. Прилетел транспортный бусик типа того, на котором летали Алиела с мамой, почти один в один, но побольше, конечно. Ну и низ был не белый, а темный, почему мне и пришла в голову ассоциация с «воронком». Собственно, мы ожидали такого развития событий – все-таки Ойла не последний человек в государственной структуре Версалии. Ну и то, что у них есть мозги, – решили идти по мягкому варианту, мне понравилось.



Внизу проносились уже привычные виды этой замечательной планеты. Да, мне тут понравилось, и веганцы тоже. Кстати, не знаю, как получилось (на самом деле знаю, но не скажу), но почти все они были в той или иной степени симпатичны, красивы. Но и не придерживались конкретного эталона красоты, предпочитая видеть в каждом его уникальность. Собственно, у них в разговоре даже не было понятий таких – «урод», «некрасивая», «ничего особенного», направленных на человека или его внешность. И при этом общее понимание красоты у них было… утонченным, что ли. Гуляя с Алиелой, я часто видел, как она замирала на месте, заметив какой-то необычный цветок или ракурс. Все это было настолько разным и, на первый взгляд, несовместимым друг с другом, как мне казалось, что постоянно вызывало у меня ощущение новизны и восторга.

Из-за лесного массива медленно показалась белая голова-купол большого здания, изнутри чем-то напоминающего наш Колизей, только поменьше. Оно располагалось в отдалении от прочих построек на плато, называемом Центр Спирали. Под этим названием крылся очень интересный пласт истории, но об этом я расскажу как-нибудь в другое время. И добраться до него можно было только на летающем транспорте.

Я в очередной раз незаметно от Алиелы проверил все, что накрутил на нее для собственного успокоения, и с любопытством стал смотреть на приближающуюся громаду. Подруга волновалась, но не особо. Так-то я ей помогал, но надо будет всерьез заняться ее обучением. Процентов на шестьдесят я уже составил план ее развития, и мне он нравился…

Приземлились. Аппарат раскрылся, как цветок, и превратился в очередной коврик, который, после того как мы с него сошли, свернулся, как обычная материя, и спрятался в незаметную нишу. Круто.

Вокруг было достаточно много народа, люди ходили парами или группами, что-то обсуждая и не обращая на нас никакого внимания. Вероятно, тут был какой-то перерыв в заседаниях, вот многие и вышли отдохнуть. Высаженные определенным образом деревья вокруг давали неплохую психологическую разгрузку. Мимо прошла пара мужчин, о чем-то тихо разговаривая. Ну ничего себе… Присмотревшись к ним, я хмыкнул, а один из мужчин повернул ко мне голову и подмигнул.

«Какими судьбами?» – мысленно через болталку спросил я.

«Решили на всякий случай тебя подстраховать, – ответил Умник. Одним из них был именно он. Второй – Гаврош, который скромно молчал и не вступал в разговор, пока старшие говорили. – Тут тоже интересно, как на Земле. Решили сделать небольшой перерыв или, так сказать, смену обстановки».

«Молодцы. С местными системами слежения договориться удалось? А то тут довольно сложно с этим…»

Умник нахмурился. Хотя и находился от нас уже далековато, но я заметил.

«Нет. Тут я на грани своих вычислительных возможностей. По крайней мере, в этом месте. Так бы, наверное, не вышло, но вместе с Гаврошем пока удается в режиме реального времени перерассчитывать параметры изменения окружающей среды, чтобы нас не вычислили».

Ну, чтобы Умник да не справился – я не верю! Скорее всего Гавроша подключил в целях обучения, а вот то, что ему приходится нелегко, это истина и не очень хорошо. И я знаю, почему Умник не смог взломать сеть кристаллов. Вот уж точно бронебойная система получилась – чисто компьютерными методами не влезть, а магическими ментальными в нужном объеме, вероятно, только я тут владею. Правда, вспомнив богиню Кали, немного посомневался в этом. Кто знает, может, кто-то еще такой есть?

«Ладно, расслабьтесь. Я сейчас договорился с местными системами, они включили вас в список моих друзей. Хоть и удивились изрядно, что, пока я не попросил об этом, вас не видели».

«Точно все нормально?

«Точно-точно, – хмыкнул я, пропуская в дверь сопровождающих меня женщин. – Будь как дома, но не забывай, что в гостях…»

Умник немного помедлил, прежде чем ответить:

«Понял…»

«Как вообще у вас дела?» – Я сменил тему разговора. Все равно с ним мы общались в ускоренном режиме, так что можно было спокойно поболтать.

«Ты знаешь, неплохо. А на Земле мне вообще предложили влиться в команду ученых, занимающихся одаренными, и попробовать адаптировать знания магии к существующим реалиям. А также подключиться к институту изучения проблем искусственного интеллекта. Что скажешь?»

Я немного помолчал, оценивая информацию. Вообще идея интересная. Сама по себе и в рамках контроля Умника от его чудачеств. Умник уже вполне самостоятельное существо, слава богу, с моей помощью сильно очеловеченное. Так что можно его считать человеком и по поведению, и даже по менталитету. И в этом плане он может принести очень много пользы людям.

«Значит, они тебя все же вычислили…»

«Ну, я не сильно и прятался».

«В принципе не вижу ничего плохого в этих предложениях. Тебе самому хочется этим заниматься?»

«Разумеется! Это же так интересно!»

Я мысленно улыбнулся:

«Ну, тогда у меня возражений нет».

Умник послал мне эмоцию благодарности, чему я изрядно удивился. Впрочем, я рад, что он стал осваивать эмоциональный план не только на словах, но и в энергетическом подмножестве, используемом живыми существами. Кто знает, к чему это все приведет, но при должном контроле – вряд ли к чему-то плохому.



Ник

Нас никто не встречал, но через личные кристаллы было указано, куда нам сесть. Это оказались первые ряды многоярусной конструкции, действительно очень сильно напоминающей Колизей. Уже третий мир я посещаю, если так можно выразиться, а некоторые архитектурные элементы порой совпадают чуть ли не до мелочей. Еще бы местных депутатов назвать сенаторами и вместо легкомысленных шорт и юбочек одеть их в тоги, – вообще один в один будет с каким-нибудь киношным заседанием патрициев в Риме.

Здесь также существовал ведущий заседания, он сидел в немного выделенной конструктивно ложе, и перед ним висело несколько мутных облачков, через которые с обратной стороны ничего нельзя было рассмотреть. Это были типа наших дисплеев, тоже сделанные так, чтобы можно было перед собой вешать в воздухе, хотя, вероятно, можно было все делать и через кристаллы. Прочие «сенаторы», примерно поровну мужчин и женщин, так и делали. Наверное, традиция.

– Итак, начнем, пожалуй, – сказал председатель. – Долгого полудня тем, кто только появился. Напоминаю всем о секретности заседания, обеспечиваемой системами контроля кристаллов. Сегодня нам всем вместе необходимо разобраться с довольно необычным и сложным делом, в котором смешались как внутренние дела Версалии, так и внешние. Для начала расскажу то, с чего все начиналось и что у нас идет под первым пунктом. Наша внешняя разведка в лице представителей ее секретного отдела тридцать два служебных мини-цикла назад зафиксировала на закрытом портале предварительных расследований начало секретного расследования по поводу нецелевого применения ресурсов одного из отделов министерства внешних связей в противоправных целях. Так?

– Совершенно верно, уважаемый председатель! – вскочил один из веганцев, сидящий, кстати, недалеко от нас. – Однако в процессе расследования формулировки были изменены…

– К этому мы подойдем, уважаемый Ыль, – кивнул председатель. – Но для понимания всей картины мы будем подробно со всем знакомить присутствующих здесь представителей различных структур органов управления Версалии, чьи дела были или могли быть затронуты данным делом.

Ыль недовольно скривился и сел на место. Разумеется, скривился он ментально и не особо заметно, но я следил за ним, так что отметил этот момент.

– Продолжу… – Председатель потрогал висящие дисплеи, что-то там делая. – У нашей уважаемой разведки возникло подозрение, что провалы некоторых секретных операций их структуры во внешнем космосе могли быть связаны с недобросовестным взаимодействием представителей министерства внешних связей с космической расой, известной всем как «серые», с которой у нас довольно сложные отношения. Их можно назвать нейтральными, но никак не дружественными. Как вы знаете, иногда у нас с ними возникают трения и даже стычки, но они предпочитают с нами не связываться. Однако есть подозрения, что серые могут сотрудничать с хостисами, с которыми у нас, как всем известно, состояние перманентного вялотекущего противостояния. А здесь уже другое дело. Такое стояние друг против друга в любой момент может превратиться к активную фазу боев, к чему мы, безусловно, готовы, но чего хотелось бы избежать. И для этого достаточно незначительных изменений в силах сторон или проявления агрессии, разрушающей установившийся баланс. Так вот, действия представителей министерства внешних связей могли привести к прямому нападению наших врагов, что мы и наблюдали. Хостисы напали на наш военный корабль в открытом космосе в секторе ВК-234-ЦЧ.

– В провокационных действиях, направленных против серых, а значит, и против хостисов, подозревались Алиела и Элхор Уокэнда, а также их руководитель в текущем цикле – Ойла Уокэнда. Предполагалось, что они могли инсценировать конфликт, чтобы отвлечь на его разрешение боевые корабли с фронта, тем самым ослабив его и вызвав нападение хостисов… – Председатель поднял глаза на Ыля: – Вам не кажется, что это отдает какой-то примитивной эфирной постановкой?

– Порой жизнь преподносит сюрпризы, которые даже с богатым воображением придумать нереально, – спокойно ответил Ыль. – Мы должны были проверить.

– К слову, насчет проверки. В деле отсутствуют какие-либо доказательства этого предположения в виде донесений агентов или расчетов аналитической системы. Даже эфирных записей с намеками на запланированные противоправные действия нет.

– Это был ситуационный анализ обстановки.

– Системы фиксации отрицают, что такой анализ вообще проводился аналитическими средствами кристаллов службы.

– Это был внесистемный анализ отдельных, не связанных друг с другом специалистов по эфирному прогнозированию.

– Которые, конечно, знали только свою часть всей работы и ничего, по сути, показать не смогут. – Председатель укоризненно посмотрел на Ыля.

Тот просто пожал плечами.

Председатель вздохнул:

– Продолжим. Далее был послан контролер для выяснения обстановки на месте. Кстати, не скажете, с чем было связано привлечение стороннего контролера вместо представителя вашей службы? – Председатель въедливо посмотрел на Ыля.

– Мы ориентировались на опыт контролера, а у привлеченного специалиста он был несколько более специфичен для данной работы.

«Или ему не жалко будет, если что, организовать несчастный случай», – подумал я, с огромным интересом наблюдая за происходящим.

– Контролер действительно определил наличие конфликта вплоть до попытки уничтожения наших представителей серыми… – Председатель снова посмотрел на Ыля: – Вы действительно считаете, что, даже будучи недобросовестным представителем нашей цивилизации, Ойла могла поставить под удар своих детей? Ведь, насколько нам известно, даже контролер попал в весьма неприятную, даже смертельную ситуацию, и только счастливая случайность им помогла выжить.

«Это он обо мне, что ли? – подумал я. – Ну да, я – та самая счастливая случайность, летящая на крыльях ночи! В такой интерпретации я согласен быть ею…»

– Как вы можете видеть, уважаемый председатель, эта случайность вполне могла быть предусмотрена заранее для выхода на более сложный виток внедрения или же отыгрывания сценария провоцирования конфликта.

– Подождите, вы действительно считаете, что доведение своих детей и контролера вот до такого состояния – поступок нормального веганца, пусть даже и возможного врага? – Посреди зала появилось изображение Алиелы, Элхора, Руаны в том виде, в каком я их увидел тогда, рядом стали сменяться какие-то пояснительные данные, а само изображение вдруг размножилось по количеству присутствующих, уменьшилось и разлетелось по сторонам, остановившись перед каждым местом.

По залу пробежала волна ментального ужаса, ярости и возмущения. Действительно, именно так они и выглядели. Особенно впечатлял Элхор в разобранном состоянии или Руана практически с половиной тела – остальная сгорела. Алиела на их фоне смотрелась еще нормально.

Я тихонько погладил тыльную часть ладони подруги: будь я – не я, а какой-нибудь простой землянин, мои лучевые кости точно бы треснули. А картинки эти – они явно хорошо выпотрошили Алиелу с Руаной.

На удивление, Ыль спокойно отреагировал на происходящее:

– Уважаемый председатель! Вы должны понимать, что расследование – на то и расследование, чтобы по крупинкам информации или даже по ощущениям или чувствам воссоздать реальную картинку происходящего. Возможно, в своем изначальном посыле мы были и не точны, однако произошедшие события позволили взглянуть на это дело под другим углом зрения. Совершенно иным. Вы позволите мне объяснить?

– Извольте, – кивнул головой председатель.

– Все было так, как вы говорите. И, возможно, наши люди где-то перегнули палку. Не зря я говорил, да и вы заметили, что происходящее было инициировано не на основе четких данных, анализа или донесений, а лишь на смутных ощущениях, которые непременно вырабатываются у профессионалов в процессе долгого и упорного труда и, разумеется, возрастают с накоплением опыта.

«Ишь как шпарит! – восхитился я. – Вот теперь они уже и положительные герои!»

– Во всех указанных вами случаях присутствует один элемент, пока не упомянутый вами, а именно – неожиданно найденный на задворках Галактики, так сказать, совместимый Алиелы Уокэнды с неординарными или даже уникальными способностями. Вы хотите сказать, уважаемый председатель, что верите в такие чудеса?

– Это в крайней степени необычно, но и не удивительно, – возразил председатель. – Как мы знаем, на этих «задворках» уже находили своих совместимых некоторые из наших наблюдателей.

– Совершенно верно, – согласился Ыль. – Находили, но не «десятки».

В зале поднялся небольшой шум.

– Да-да, уважаемые заседатели! Не «десятки», и уж тем более не императорские!

Шум в зале усилился.

– Допустим, – не стал спорить председатель. – Но ведь это просто замечательно!

– Как сказать. – Ыль покачал головой. – С одной стороны, вроде бы да, а с другой… Я немножко издалека начну. В принципе все, так или иначе знакомые с нами, веганцами, знают нашу особенность в отношении совместимостей. Это наша сила и в то же время наша слабость. Сила – в устойчивости таких связей, гарантия нашего будущего как расы и стабилизация общества, что мы можем видеть на примере императоров прошлого… – В зале возник небольшой одобрительный шум, а Ыль вынужденно замолчал.

Однако председатель, не обращая на шум внимания, спросил:

– А в чем же наша слабость, уважаемый Ыль?

Ыль обвел глазами зал:

– А слабость в том, что, зная эту особенность, можно использовать ее против нас!

Шум в зале значительно усилился. Веганцы переговаривались как с рядом сидящими, так и – через кристаллы – с другими присутствующими здесь, а ментальный фон забурлил.

Председатель, немного обождав, кашлянул и своим усиленным голосом перекрыл шум:

– К порядку, уважаемые заседатели! Вы, уважаемый Ыль, высказали интересную и невероятную по сути своей мысль. Не могли бы вы ее развернуть?

– С удовольствием. К сожалению, то, что я дальше буду говорить, является лишь предварительной моделью, построенной нашими аналитиками на основе известных данных и предположений…

«Забыл еще добавить – на основе домыслов и фантазий», – мысленно хмыкнул я.

– Итак, представьте себе, что где-то существует раса существ, не сильно отличающаяся от нас, но обладающая некими способностями, равными или превышающими наши в ментальном плане. У нас есть предположение, что раса эта только недавно появилась в нашем пространстве-Галактике и стала исследовать ее. Разумеется, под ее внимание попали все космические расы, проживающие в этой Галактике, но основной интерес вызвали именно расы гуманоидной направленности, вероятно, в силу того, что они сами являются гуманоидами и внешне несильно отличаются от нас.

Глаза Ыля прямо горели, он вдохновенно вещал, а в ментальном поле просто полыхал, постепенно утягивая за собой мысли присутствующих. Впрочем, этот эффект был знаком веганцам, и председатель пару раз включал что-то типа гонга и говорил:

– Спокойней, уважаемый Ыль! Держите себя в руках и мыслях! Иначе я вынужден буду вас изолировать и опрашивать удаленно!

– Прошу прощения, уважаемый председатель! Уж очень информация интересная, сложно ее просто так подать, без ментальной подстройки слушателя.

– Однако постарайтесь.

– Разумеется. Я продолжу. Так вот, мы предполагаем, что они начали постепенную инфильтрацию в эти гуманоидные расы…

– Весьма смелое утверждение и пока выглядит безосновательным…

– Тем не менее нам удалось выяснить, что совместимый нашей Алиелы Уокэнды, – Ыль наградил ее взглядом, выражающим просто мировую скорбь и жалость, – долго отсутствовал на своей планете. Очень долгий срок его буквально нигде не было, и вдруг он появился, сразу начав делать ошибки, в результате чего местные власти стали на него охотиться. Мы предполагаем, что это типичная ошибка понимания и восприятия незнакомой культуры представителем этой неизвестной расы. Впрочем, он довольно быстро перестроился и в результате всего этого втерся в доверие к местным государственным службам. Все-таки они достаточно примитивны, чтобы распознать возможную серьезную угрозу и допустить такую ошибку. Впрочем, уровень развития тут не играет большой роли, ведь тогда и нас можно было бы назвать примитивными, так как мы почти попали в ту же ловушку!

Снова шум в зале.

– Уточните.

– С превеликим удовольствием. Я продолжу, и скоро вы поймете, о чем я говорю. Далее мы предполагаем, что они решили воспользоваться сложившейся ситуацией в звездной системе Земли и провели просто блестящую операцию! Внедрились в общество землян, а затем подобрали ключ к нашей совместимости и охмурили уже нашего наблюдателя. Для возникновения неопределенности событий исполнили операцию против серых, перекинув вектор внимания на них, и… Теперь они здесь, на Версалии! – Ыль театрально поднял руку, а потом, чуть-чуть помедлив, указал ею на меня.

Взгляды всех присутствующих также скрестились на мне. Не сказать что и раньше на меня не смотрели, но сейчас это буквально физически чувствовалось. Алиела поежилась, а я лишь слегка улыбнулся. Ментальной щекотки, а именно так я воспринял эти взгляды, я не боялся.

– Причем здесь он поначалу тоже стал делать ошибки – все помнят, что происходило в космопорте, куда он прибыл. Вероятно, ментальный фон нашей планеты, насыщенный и мощный, так на него повлиял. То же самое связано и с Шушиллой! Ну кто мог его разбудить, кроме чужака, заинтересованного в привлечении к себе внимания и получении одобрения населения? Победил древнее зло, спас веганцев, и вот он уже всеми любим и уважаем! Но, вполне возможно, это произошло случайно по причине отсутствия должной адаптации к нашей планете.

– Ложь! – вдруг вскочила Алиела. – Я была там и почувствовала астральный сигнал, которым разбудили Шушиллу!

– Да и вообще, тот ли это Шушилла? – не обращая внимания на Алиелу, буквально взвыл Ыль. Ойла привстала, приобняла дочь и посадила ее. А Ыль продолжал разоряться: – А может, он вообще ненастоящий? Тем более их там двое! Может, они вовсе не Шушиллы!

Председатель с полминуты стучал гонгом, пока все не успокоились.

– Ну и еще. Все вы знаете, что происходит в эфире в последнее время… – Ыль, судя по ментальному фону, просто лучился довольством. – И как вы, возможно, уже догадались, в этом виновата Алиела со своим совместимым! Наша служба предполагает, что это вредоносный процесс, направленный против нашей цивилизации. Что это такое, мы пока точно не знаем, – возможно, попытка внедрить свою ментальную управляющую систему в поле планеты, чтобы таким образом влиять на нас или даже подчинить. Возможно, просто исследование нашей системы. Но, боюсь, мы этого никогда не узнаем…

– Почему? – уточнил председатель.

– Как мы выяснили, уровень развития этой расы очень высок, и вполне вероятно, что провал подобного уровня предусмотрен, и что бы мы ни делали и ни планировали сделать, это у нас не выйдет. Я все сказал. – Он сел, гордым взглядом окинул заседателей, а потом уставился на председателя и уже ни на что не реагировал. Судя по ауре – просто выдохся.

В зале возник долгий шум, который разбавлялся эмоциональными выкриками отдельных заседателей, – все же Ыль сумел их эмоционально завести. Кричали «арестовать!», «заблокировать!» и даже «изолировать!».

– Ойла Уокэнда, что вы можете сказать по этому делу заседателям? – простучав в гонг, обратился председатель к матери Алиелы.

Она встала и спокойно начала говорить:

– Все здесь рассказанное уважаемым Ылем, безусловно интересно, но действительно имеет такую же ценность, как эфирная постановка не сильно высокого качества.

– Что ж, было бы весьма полезно услышать противоположное мнение, – улыбнулся председатель.

– Раз уж представитель такой серьезной организации, как внешняя разведка, в своем спиче оперировал домыслами, то, вероятно, и мне будет позволительно высказать несколько допущений и мыслей, не совсем подтвержденных фактами? – Она вопросительно посмотрела на председателя.

Тот кивнул:

– Безусловно. Говорите, что считаете нужным, мы сами разберемся, что имеет смысл, а что стоит отбросить как не имеющую ценность информацию.

– Благодарю. К сожалению, у меня будет менее интересная история, чем у разведки, я не умею так мастерски фантазировать и достраивать события неподтвержденными фактами, поэтому все достаточно просто и скучно. И кратко. – Ойла окинула зал взглядом, и зал ответил ей усиленным в ментальном фоне вниманием и тишиной. – Как всем известно, служба внешних связей и министерство внешней разведки частично пересекаются по некоторым направлениям деятельности, и когда я стала руководителем службы в этом цикле, мне на глаза попалась информация о действиях внешней разведки, которой я заинтересовалась. Мне показались странными траты довольно значительных ресурсов на непонятные цели разведки, а также провалы операций наших войск, чье информационное обеспечение частично также проходило через нашу службу. Я обратилась в службу безопасности Версалии, меня вежливо выслушали и… отправили заниматься своими прямыми обязанностями.

В зале возник шум.

– Я допускаю, что какие-то операции вполне могут быть такими ресурсоемкими и на первый взгляд весьма невыгодными для нас, но удачными на долгую перспективу. Поэтому, выполнив свой долг – сообщив в службу безопасности свои сомнения и получив вполне конкретный совет заниматься своими делами, я действительно перестала делать какие-то шаги в раскрытии непонятностей. Но, собственно, после этого все и начало странно и неприятно закручиваться вокруг меня. То неожиданные проверки деятельности нашей службы, то контролеры и внеплановые аудиты, то требование срочно предоставить отчетность под надуманным предлогом. Это все, что я могу сказать насчет моей профессиональной деятельности в этом цикле.

– С этим ясно, – председатель покосился на какой-то экран. – А что вы можете сказать о совместимом вашей дочери?

Ойла ненадолго задумалась.

– Я где-то могу понять обеспокоенность внешней разведки совместимым моей дочери, ведь он действительно обладает уникальными способностями, выходящими за пределы понимания как нашей цивилизации, так и цивилизации землян, – неожиданно сказала она, снова вызвав перешептывания в зале. – Но этому всему есть вполне научное и реальное объяснение. Он действительно землянин и тот, за кого себя выдает. Это было подтверждено как земными исследованиями, а они, что бы там ни говорили в разведке и как бы ни относились к науке землян, находятся на очень и очень неплохом уровне, так и нашими лабораториями, – я взяла на себя смелость провести проверку. То есть он действительно и гарантированно является землянином. Отсутствовал же он, находясь в одном из параллельных миров, о наличии которых нам хорошо известно, но в которых нам пока не удавалось найти неизвестные нам разумные расы. Впрочем, мы и не интересовались особо – сфера наших задач в целом находится за пределами параллельных вселенных. То есть в нашей, – уточнила она, почему-то вызвав смешки заседателей. – Насколько я сумела понять, там он обучился оперированию своей энергетикой и энергиями любого мира, а также планетарными энергиями.

– Хорошо. Примерно понятно. Так что же произошло с Шушиллой, если это он, и что происходит с эфиром планеты?

– Насчет Шушиллы – это точно наша разработка…

– Разработка?

– Да. Военные бионические разработки прошлого, давно уже запрещенные. На самом деле вопрос требует повторного осмысления и обсуждения, так как условия нашей жизни значительно изменились со времени запрета.

– Хорошо, мы учтем это, – кивнул председатель.

– Своей дочери я верю. Она, по последним данным, является одним из самых сильных ментооператоров, не в последнюю очередь по причине сильной совместимости, положительно сказавшейся на ее способностях. И если она говорит, что сигнал на пробуждение Шушиллы из ментала был, значит, так оно и есть. Тем более что я озаботилась ментосканированием ее памяти в нашей лаборатории под контролем кристалла нашей службы, и он подтвердил, что ощущения, испытанные ею, – реальность. Таким образом, я считаю, что это была попытка уничтожить мою дочь и ее совместимого.

В этот раз в зале наступила тишина.

– Сильное заявление, – кашлянул председатель. – Как вы думаете, если это правда, то кому… Ладно, это опустим. Скажите, какова может быть причина покушения?

– Я думаю, что у моей дочери с Ником весьма высока вероятность наличия совместимости уровня императорской «десятки». Возможно, кто-то мог подумать, что это определенно приведет к восстановлению императорской власти у нас, и это ему не понравилось.

– Да уж, – председатель даже перестал обращать внимание на усиливающийся шум в зале, – довольно смелое заявление.

– Всем известно, – продолжила Ойла, покосившись на Ыля, – что императорская власть с настоящим императорским уровнем совместимости в нашем обществе обычно дает толчок к его развитию, к тому же мы всегда в такие времена имели преимущества перед хостисами. Поэтому я могу предположить, что попытка уничтожения потенциальной императорской пары – происки врагов нашего общества. Или же продавшихся им. Хочется отметить, что коды активации Шушиллы могли быть только у ограниченного количества людей и только в определенных структурах власти. К сожалению, доподлинно узнать, кто мог владеть такой информацией, мне не удалось.

Председатель встал, сцепил руки за спиной и стал задумчиво ходить туда-сюда. Забавное у них тут разбирательство, как по мне. И главное – без перерывов!

– Итак, – председатель наконец сел на свое место, – а что там со вторым Шушиллой?

– Он всего-навсего аналог нашего силового робота, только на иных технологиях.

– Понятно, – не сильно обратив внимание на слова Ойлы, пробормотал председатель. Потом он встряхнулся: – Итак. А что у нас с планетарным эфиром? У вас есть такое же простое и не пугающее объяснение?

– Разумеется, – кивнула Ойла. – Но, думаю, имеет смысл спросить об этом у виновника этого события.

– М-да? – С сомнением, но и с интересом председатель посмотрел на меня. – Что ж. Представьтесь, пожалуйста, уважаемый. Вы понимаете по-вегански?

Я встал и, покосившись на Ыля, произнес:

– Темный лорд, повелитель демонов.

Сзади Алиела возмущенно засопела и стукнула меня по спине.

Председатель сначала нахмурился, но потом ухватил мой ментальный фон, лучащийся весельем, и спросил:

– Не могли бы вы уточнить? Это должно что-то означать в вашей культуре?

– Да. Обычно во всех бедах обвиняют кого-то подобного. Черный властелин, Повелитель, Сатана, Дьявол… В общем, кто угодно виноват во всех проблемах, но не настоящий виновник событий – ты…

– Я понял ваш намек, уважаемый, – легко улыбнулся председатель, – но все же постарайтесь придерживаться формата нашего заседания. Думаю, вы уже поняли, как оно проходит, и весельем тут совершенно не пахнет.

Я кивнул:

– Ник Админ Рутович. Землянин. Муж Алиелы. Маг.

– Муж? Маг?

– «Муж» – это по-нашему «супруг». «Маг», как сказала Ойла, означает «оператор разного рода энергий», в том числе ментальных.

– Хм… В первый раз такое слышу. Хорошо, что вы можете сказать насчет вашего вмешательства в эфир Версалии?

– Перво-наперво позвольте напомнить вам и подтвердить, что у нас с Алиелой – десятый уровень совместимости и действительно императорский. В космопорте на самом деле произошел спонтанный выброс сложноструктурированной биологической, ментальной в том числе, энергии, вырабатываемой парой с императорской «десяткой» совместимости. Но, судя по хроникам, ваши прошлые императоры обладали более пологим и спокойным излучением. У нас же, возможно, из-за того, что мы принадлежим к разным космическим расам, этот процесс в основном носит взрывной характер. Однако же его влияние на веганцев носит исключительно положительный характер.

– Да, многие, кто был в космопорту, потом прошли обследование и действительно отметили положительные изменения в своем здоровье, самочувствии и настроении.

– А проверялась ли потом совместимость у тех, кто там был?

Председатель улыбнулся:

– Разумеется. И конечно, у многих она повысилась, а ментальный диапазон излучений значительно расширился. Причем за один раз. Насколько я знаю, у прошлых императоров всегда было несколько сеансов, если можно так выразиться. То есть надо было находиться рядом довольно длительное время…

– Ну вот, вы почти и догадались, что я делал с эфиром. Я довольно неплохой исследователь биологических энергий и астрала, то есть эфира, а мои интересы сейчас направлены на меня и моих близких, а также на собственное развитие. Мне никак нельзя становиться императором, и меня совершенно не интересует, если не сказать – пугает, ответственность за целую планету. Ну и дел у меня на ближайшую сотню лет хватает. Так вот, мы с Алиелой, собственно, перенесли эту императорскую способность влиять на веганцев в строго определенном направлении в эфирное поле планеты. Фактически сейчас ваша Версалия-планета является для всех вас вашей императорской парой… Вернее, императрицей…

– Хм… А императором тогда кто?

– Разумеется, ваша вторая заселенная планета. Дело в том, что там действительно необходимо взаимодействие двух начал, а не просто их смесь… Хм… как бы это попонятней объяснить… Фактически это два сообщающихся сосуда, которые смешивают свое содержимое в зависимости от внешних обстоятельств, то есть от состояния эфира, как вы его называете, а значит, опосредованно, – и от состояния всех веганцев. По мере надобности происходит переток энергий, балансирующих всю систему. В переходный период, конечно, может быть в наличии некоторая нестабильность, возможны странные поступки людей, но не опасные. Ну вот, как-то так…

– Это серьезно. Очень… – Председатель задумался.

Зал тоже молчал.

Внезапно на входе раздался какой-то шум и в зал вошел человек в боевой амуниции. За ним по бокам от входа рассредоточились несколько других воинов. Он остановился перед председателем:

– Служба безопасности Версалии! Я должен арестовать присутствующего здесь землянина и сопроводить его в место заключения для дальнейших разбирательств!

Алиела снова схватила меня за руку. Ойла тоже забеспокоилась.

Председатель внимательно посмотрел на вошедшего:

– Для начала представьтесь, пожалуйста. У нас здесь идет секретное заседание, присутствовать на котором могут не все, даже если это представители службы безопасности!

– Охранитель пятого ранга Орок. Вот мои полномочия. – Он, видимо, по связи переслал председателю сведения.

Тот ознакомился с ними и поднял взгляд на Орока:

– В сопроводиловке отсутствует внятная информация о необходимости такого ареста. Властью, данной мне в текущем цикле, я запрещаю вам производить арест присутствующего здесь землянина. Отсылаю на ваш кристалл подтверждение моих полномочий.

Орок некоторое время стоял, проверяя информацию, а потом снова обратился к председателю:

– На подобный случай мне временно приданы абсолютные полномочия, которые перебивают ваши, уважаемый председатель. – Он снова что-то переслал по связи.

– А я старшего брата позову – он десантник, – пробормотал я, заложив руки за спину и устремив взгляд в потолок, рассматривая, что там изображено. Кстати, потолок был разрисован, но краской почти под цвет камня, и, чтобы что-то увидеть, надо было присматриваться. – А я дядю позову – он танкист. А я папу – он в космических войсках служит!

– Что ж… Как это ни печально, но правила есть правила, – покачал головой председатель. – Вы в своем праве. Однако не думайте, что на этом все закончилось. – Он повернулся ко мне: – Уважаемый Ник Админ Рутович, вам придется пройти с представителем службы безопасности. Со своей стороны могу обещать, что мы будем контролировать действия службы в доступных нам пределах.

Снова шум в зале и снова разные выкрики. Но особо мне понравился один, которым оказался сами понимаете кто:

– Свободу Админу Рутовичу!

На Умника даже стали оглядываться.

– Вот гады, – тихо сказала Алиела.

Ко мне повернулась взволнованная Ойла:

– Ник, вам с Алиелой, наверное, сейчас лучше телепортнуться отсюда на Землю. Пока вас не будет, думаю, сумеем разобраться со всем этим.

– Не беспокойтесь, уважаемая Ойла… Тьфу, заразный у вас официоз тут, – улыбнулся я. – Я знаю, что делаю.

– Только без разрушений, пожалуйста, – тихо попросила она и слабо улыбнулась.

– Как можно! – хмыкнул я. – Да разве я когда-нибудь?! Да за кого вы меня принимаете!

Тем временем Орок повернулся ко мне и сделал первый… и последний шаг. Вернее, полушаг. Зависшая нога в воздухе выглядела весьма… с претензией на опускание к полу. Но в раздумье. Чуть наклоненное тело выражало явное намерение двигаться вперед, но как бы застыло в мгновении. Почему тело не падало, для всех оставалось тайной, но композиция, особенно с вращающимися на неподвижном лице глазами, своей внутренней сутью выдавала чувство безысходности и ужаса… Хм… Что-то меня на искусство потянуло.

Остальные охранники, или кто они там, видимо, получили сигнал по сети и тоже бросились вперед, и когда они уже были на площадке перед всеми, тоже застыли в воздухе. Эту композицию по праву можно было бы назвать «Движение вперед».

В зале предсказуемо наступила полная тишина.

Тем временем по центру помещения раскрылся сферический экран, на котором можно было с любой стороны видеть происходящее. Какой-то веганец говорил Ороку:

– Арестуешь землянина и отвезешь в Троку.

– Но ведь туда можно отправить только после имперского суда!

– Документами я тебя обеспечу. Выполнять!

Кадр сменился. Теперь этот веганец общался с новым лицом. Тоже обсуждали разные, иногда непонятные мне, а иногда вполне ясные моменты. Сценки сменялись одна за другой под мертвое молчание присутствующих. В какой-то момент после одной сценки в зале возник шум – и снова тишина. Будто левиафан сделал вдох-выдох. А на экране состоялся вот такой разговор:

– Это точно?

– Точнее не бывает. У бывших на космодроме хостисов напрочь пропала несовместимость с нами, как и у наших к ним. Ты понимаешь, к чему это может привести?!

– Еще бы! Это значит – рано или поздно, а скорее рано, война закончится, а значит…

– Вот именно! Сокращения вооруженных сил, ограничения выделенных средств, возможно, разного рода аудиты. Развал всего, на чем построено наше благосостояние. Мое, твое, да вообще – на чем построена жизнь большей части населения! А это хаос и смена парадигмы государственности. И не факт, что будет лучше.

– Согласен, лучше стабильность. Известная и привычная стабильность.

– Вот именно. И ты понимаешь, что должно быть сделано, чтобы ее сохранить?

– Чужак должен исчезнуть?

– Для гарантии – не только он. Мало ли там на далекой Земле совместимых? Вдруг еще найдется кто для нашей… Нельзя рисковать.

– Я понял.

– А если они еще узнают про наши секретные лаборатории на слаборазвитых планетах… Мало не покажется. Жаль, что не удалось помешать доставке тела Алохи на Версалию.

– М-да… В своем роде уникальный был ученый…

– Я думаю, этого достаточно! – Под сводами зала разнесся громкий, но спокойный мужской голос, и экран погас.

С дальних рядов по проходу спускался, как принято говорить в таких случаях, «ничем не примечательный» веганец. Вот он вышел на сцену и повернулся к председателю:

– Служба внутреннего контроля, Алех Сенуай. Дело находится в разработке нашей службы. Надеюсь, предоставленного материала вполне достаточно для вынесения нужного решения уважаемых заседателей. К сожалению, для части информации не у всех присутствующих есть соответствующие допуски.

Председатель прокашлялся:

– Ну что ж… Действительно, по данному делу у нас достаточно материалов для вынесения решения. Таким образом, по некоторым сопутствующим или возникшим делам назначается новое заседание в более узком составе. Участники получат соответствующее уведомление.

– Прежде чем завершить на этом заседание, – чуть приподнял руку представитель внутреннего контроля, – ставлю в известность всех присутствующих, что уже проводятся консультации с представителями хостисов о глобальном решении проблемы нашей с ними совместимости и, соответственно, об урегулировании нашего с ними конфликта. Просьба представителям всех служб на уровне своей компетенции продумать возможные варианты сотрудничества с ними. Для работы в этом направлении организуется новая служба, к работе которой, возможно, кое-кто из вас будет также привлечен. Просьба службе ментального контроля и пропаганды уделить особое внимание трудностям перехода на мирные пути и дать свои рекомендации.

– Разрешите уточнить, уважаемый Алех, – спросил председатель, когда контролер замолчал, – насколько надежны положительные изменения в эфире и не может ли так случиться, что в один далеко не прекрасный момент все вернется на круги своя?

Контролер кивнул:

– Я понимаю ваше беспокойство и должен сообщить, что наши ученые утверждают, будто информационно-ментальное поле планеты и нашей звездной системы, так называемый эфир, перешло в новое устойчивое состояние, вывести из которого его пока не представляется возможным, да и необходимость в этом отсутствует, судя по открывающимся перспективам и уже оцененным и отмеренным в лабораториях изменениям. Если состояние, в котором мы все жили, они оценивали как среднестабильное с уровнем в сорок единиц по стобалльной шкале, то сейчас оно, как они говорят, перекувыркнулось и перешло в следующее стабильное состояние, оцениваемое по той же шкале в восемьдесят пять единиц. На самом деле все эти состояния теоретически давно рассчитаны и описаны, но их наличие было известно только узкому кругу ученых, занимающихся этой темой, и уж точно никто не представлял, как можно перевести системы на разные уровни и какие для этого нужны энергии. Насколько я понял, хотя новое состояние более устойчиво, вопреки некоторым ожиданиям оно находится на более высоком энергетическом уровне. На данный момент это состояние практически стабилизировалось, и уже разрабатываются необходимые мероприятия по максимально безболезненному переходу нашего общества на новые пути его развития, но это пока только наброски. Вы все их получите в свое время… и включайтесь в работу. На этом у меня все.

Веганцы, внимательно слушавшие Алеха, после его слов почти одновременно заговорили, значительно подняв уровень фонового шума. Контролер же подошел ко мне и внимательно оглядел. Я приветливо улыбнулся. Вдруг он протянул мне руку:

– Я знаю, у вас так принято здороваться.

Я кивнул и пожал ее.

– Интересно, я почти не чувствую твоего ментального фона…

– Шифруюсь, – пожал я плечами. – Как оказалось, у вас тут находиться довольно опасно.

Алех покачал головой, окинул взглядом стоящих рядом со мной. На Алиеле ненадолго задержался, Ойле кивнул.

– Хочу поблагодарить тебя за предоставленную информацию. Единственный вопрос, что остался у нашей службы, – как тебе удалось использовать нашу информационную сеть для ее сбора? Судя по всему, там было нарушено много правил, которым кристаллы должны подчиняться.

– Я просто объяснил им ситуацию, а дальше уже они сами. Сразу говорю – ментосканирование моей головы даже не мечтайте провести, не выйдет.

– Посмотрим-посмотрим, – пробормотал Алех. – Тебе решили дать временное гражданство Версалии без всяких предварительных условий. Постарайся в ближайшее время не покидать планету.

– Не могу обещать. – Я слегка качнул головой в отрицательном жесте.

Алех внимательно посмотрел на меня. Потом молча отвернулся и ушел. Несмотря на то, что он очень хорошо контролировал свои эмоции, я почувствовал его раздражение.

– Не стоило так с ним разговаривать, – сказала Ойла, обеспокоенным взглядом провожая контролера.

– Перебьется. Но, судя по всему, нам как раз пока лучше свинтить с вашей планеты. Как думаете?

Ойла вздохнула и посмотрела на дочь. Та ответила ей прямым взглядом.

– Мам, наверное, нам действительно лучше побыть где-нибудь вдали. Может, на Земле или еще где.

– Я прыгнуть могу только на Землю, – проворчал я. – А на другие известные вам планеты к другим цивилизациям мы на вашей технике далеко не уедем, банально не выпустят.

– Я не знаю, насколько все это может затянуться… – вздохнула Ойла.

– Подумаешь! Столько лет я просидела вдали от дома – и ничего! И мне даже нравилось. – Она вдруг обняла маму и прижалась к ней лбом.

Я деликатно отвернулся и обратил внимание, что на нас смотрит председатель. Увидев, что я заметил это, он произнес, причем усиленным голосом, так, что все обернулись к нам:

– Уважаемая Ойла Уокэнда, нам известно, что ваша дочь очень хорошо поет. Уважаемый Эрендил поделился со мной этой информацией… не будет ли бестактным с моей стороны попросить ее исполнить что-нибудь? В последнее время так редко попадаются настоящие полноспектровые исполнители!

Настороженный ментальный фон зала после этих слов сменился удивлением, а потом буквально шквалом предвкушения, настойчивого желания и боязни отказа. Блин, прям меломаны какие-то наркоманистые.

Алиела вопросительно посмотрела на меня, но я лишь пожал плечами, мол, решай сама, а я не против. Алиела кивнула больше самой себе, в ее ментале мелькнуло чувство легкой растерянности, но я протянул ей на ладони три гладких яйца – основы ее домашних роботов, трех Таташек. Алиела облегченно улыбнулась и на мгновение прижалась ко мне, а потом резким движением бросила их в зал. Еще в воздухе они обернулись сначала в обычную свою форму, коснулись ногами пола, оттолкнулись, кувыркнулись – и вот уже на пол тяжело приземлились три металлических робота.

Ментал буквально взорвался чувством восторга. Роботы достали из воздуха свои инструменты, а самый главный из них проскрежетал:

– Уважаемые леди и джентльмены! Начинаются соревнования роботов-гитаристов. Роботов-гитаристов…

Алиела перемахнула туда же, на ходу доставая из кольца гитару, а я последовал за ней, ощущая, как она заводится, и привычно цепляясь на ее волну, подпитывая и подпитываясь. И понеслась…

Одна композиция сменяла другую, зал неистовствовал и сопереживал так, как никто другой. Это была одна общая волна, на которой мы все вместе то поднимались к вершинам чувств, то проваливались в бездну почти бессознательного. Играли и пели пополам веганские и земные произведения. Разумеется, главным исполнителем была Алиела – без ее ментального излучения переживаний ничего бы не вышло. Даже я в этом отношении несколько беден по сравнению с ней. Ну а веганцы, не избалованные реально крутыми ментальными исполнителями, были буквально куплены нами.

Последней композицией пошла «Лакримоза» Моцарта, сопровождаемая космическими видами, за которыми никого и ничего не было видно. Чистый и звонкий голос Алиелы пробирал до самой глубины души, заставляя трепетать каждую клетку моего организма. И не только моего – внутри зала среди всех присутствующих стоял мощнейший ментальный резонанс. Такое ощущение, что стены ему тоже подчинялись. Да их и не видно было за космическими проекциями Вселенной.

И мне очень и очень было трудно сделать это. Буквально пришлось отрывать от сердца…



После последнего звука в зале заседаний наступила тишина, и продлилась она час и двадцать пять минут. Все это время присутствующие сидели молча, переживая снова и снова свои ощущения, наслаждаясь чистотой своих мыслей и внутреннего обновленного состояния. Космос постепенно таял, проявляя сквозь себя привычную окружающую обстановку. Когда что-то уже можно было рассмотреть, то стало ясно, что площадка, на которой несколько часов находились те, кто буквально играл на струнах души присутствующих, полностью пуста. Пропали и сами исполнители, и роботы, и инструменты. Этот день, и это выступление, и эти чувства, что были вызваны здесь, запомнились присутствующим надолго, а многие из них потом вдруг обнаружили странную притягательность к некоторым из тех, кто был рядом, поначалу попав в довольно неудобную ситуацию. Те пять вдруг образовавшихся пар с совместимостью «десять», хоть и не императорского уровня, потом были счастливы и передавали запись и воспоминания того концерта своим детям, стараясь этим самым что-то объяснить им, то, что словами было не рассказать. И мучились от осознания того, что все-таки не могут передать всего, а может, даже и самого главного.

Многие из тех, кто избежал участи образования достаточно неудобных совместимостей с малознакомыми людьми, по возвращении домой к своим половинкам и четвертинкам (многие из них имели по два-три супруга) тоже вдруг обнаруживали резкий скачок в уровне совместимости с ними, что, разумеется, не могло не радовать. И долго все сожалели, что подобных концертов этих исполнителей на Версалии больше не было. Никогда.



Млечный Путь, рукав Ориона, в районе Земли

Предпоследняя бусинка наконец перестала мерцать и застыла в каком-то непонятном промежуточном состоянии. Казалось, Вселенная на мгновение замерла, раздумывая, какой цвет ей придать. Два существа буквально превратились в истуканов, замерев, и даже не дышали, будто боясь спугнуть задумавшуюся реальность. Но реальность осмотрелась, хмыкнула на застывшие фигуры и толкнула в нужную сторону мгновение, превратившееся в данный момент в шарик на вершине горы, и…