– Не хочу тебя нагружать своими проблемами. Тебе в тысячу раз тяжелее, – сказала Полина и вдруг разрыдалась.

– Подожди-ка… – Тамара принесла с кухни наполненный стакан и дождалась, пока Полина выпьет воды. Потом передвинула стул и села напротив нее: – Рассказывай!

Полина, не поднимая глаз, покачала головой.

– Рассказывай! – приказала Тамара.

И Полина сдалась:

– Ты думаешь, зачем я сюда приехала?

– Зачем?

– Я узнала, что Сережа серьезно болен.

Тамара изменилась в лице.

– Что с ним?

– Сердце.

– Он сам тебе рассказал?

– Сергей все от меня скрывал. Об этом рассказал его кардиолог. У Сергея сужение просвета коронарной артерии и, как результат, – ограничение кровотока.

– Холестериновые бляшки, – уточнила Тамара.

– Ему необходима коронарография, во время которой установят один или несколько стентов.

– Не делай из этого трагедию. Стент – это не шунтирование. Что мешает решить этот вопрос?

– Сережа отказался от операции и уехал сюда. – Полина прерывисто всхлипнула.

– Почему?

– Могу только догадаться. Сережа не захотел отменять нашу поездку в Крым, потому что обещал Лидочке. Она в эту зиму много болела.

– Как глупо! Неужели он не понимает, что с ним в любую минуту может приключиться инфаркт? И с сорокалетними мужчинами это случается.

После этих слов Полина заплакала в голос:

– Кардиолог так и сказал.

– Ну-ну… Успокойся. – Тамара протянула платок. – Мы что-нибудь придумаем. Ты с ним уже говорила?

Полина покачала головой, и Тамара удивилась:

– Почему?

– Не было случая… Думаешь, надо поговорить?

– Обязательно! Причем как можно скорее. Так и скажи: нам с Лидочкой нужен муж и отец. Сергей не может один принимать такие решения. В конце концов, он несет за вас прямую ответственность!

– Он такой упертый. Решил – не свернуть.

– Вода камень точит.

– Значит, поговорить?

– Сегодня же вечером.

– Так прямо все и сказать?

– Так прямо сказать.

– Ты права. В конце концов, у меня есть на него права, и я не хочу… – Полина замолчала, не договорив. – Кажется, звонит телефон.

– Подожди минутку. – Тамара вышла в прихожую. Оттуда донесся ее голос: – Слушаю…

После короткого разговора она вернулась в гостиную.

– Из реанимации? – встревожилась Полина.

Но Тамара ее успокоила:

– Звонил друг Ивана. Он только что прилетел из Москвы и узнал о том, что случилось.

– Здешний? Озерский?

– Самый настоящий коренной сибиряк. Иван дорожит его дружбой.

– Это хорошо, что у вас есть здесь друзья. Сергей сказал, что у Ивана… – Сообразив, что неуместно передавать слова мужа, Полина умолкла.

– Ты права, Ивану здесь очень трудно. Мне тоже нелегко: работы нет, подруг – тоже, город чужой. Не знаю, что бы мы делали, если бы не Антон.

– Он работает с Иваном Макаровичем?

– Нет, Антон Елизарович Шевердов – заместитель главы администрации города по вопросам взаимодействия с правоохранительными органами.

– Все равно вроде коллеги.

– Антон – бывший офицер, воевал во многих горячих точках, но не любит об этом рассказывать. Скромный, простой, милый человек. И знаешь, чем увлекается? Каждое лето в свой отпуск ведет группу школьников в поход по родному краю. Представь себе: тайга, костер и песни под гитару. Шевердов – закоренелый романтик. Ему сорок два, а он все еще не женат. Говорит, не встретил свою единственную.

– Уж не влюбилась ли ты в него? – пошутила Полина и поняла, что попала в точку.

Тамара покраснела и опустила глаза:

– Ты же знаешь, что я никогда не предам Ивана.

– Прости. – Полина тронула ее за руку. – Прости меня, я круглая дура.

Полина хорошо ее понимала, и у нее бывали мимолетные увлечения без отягощающих обстоятельств. Влюбляясь без взаимности, Полина поддерживала себя в тонусе, но по-настоящему любила только Сергея.

В прихожей раздался звонок, Тамара бросилась открывать входную дверь. Вернулась в гостиную с высоким, поджарым мужчиной.

– Знакомься, Полина, это – Антон Шевердов, друг Ивана.

Полина встала и протянула руку:

– Очень приятно. Полина Свирская.

Шевердов вежливо кивнул и обернулся к Тамаре:

– Как он?

Тамара опустила глаза:

– Пока без сознания.

– В реанимации?

– Да…

– Какая нужна помощь? Лекарства или в больнице нужно поговорить?

– Врачи делают все, что возможно. По ночам я сама сижу возле него. Если понадобится, обращусь.

– Как получилось, что средь бела дня в собственном подъезде подполковника юстиции избила какая-то шваль? – Шевердов замолчал, опустил глаза, после чего обронил: – Этот вопрос я должен задать самому себе. Завтра выхожу на работу. – Он снова посмотрел на Тамару: – Обещаю, я во всем разберусь.

Тамара улыбнулась сквозь слезы:

– Что передать Ивану, когда очнется?

– Скажи, чтобы выздоравливал.

Когда приехал Сергей Дуло, все трое сидели за круглым столом на кухне и пили чай. Тамара насильно усадила Сергея за стол.

– Знакомься, это – Антон Шевердов, друг Ивана.

– Сергей Дуло, – Сергей привстал и протянул руку.

– Приятно познакомиться, – сказал Шевердов. – Тамара рассказала, что вы участвуете в расследовании дела. Есть результаты?

– Сегодня вечером один из этих мерзавцев будет задержан.

– Хорошая новость.

– Давай я тебя покормлю, – предложила Сергею Тамара.

– Спасибо, я не хочу.

Полина незаметно кивнула, и Тамара поставила кастрюлю на печь.

Сергей и в самом деле ничего не ел целый день. Но вспомнил об этом, только когда Тамара поставила перед ним тарелку с пельменями, в животе заурчало.

Они душевно посидели вчетвером допоздна. Полина была довольна, что Сергей поел. А еще, что поддержала Тамару и та дала ей дельный совет. Полина приняла решение серьезно поговорить с мужем. Теперь нужно только выбрать подходящий момент.

Для нее это было несложно: что-что, а нужный тон и удобный момент она выбирать умела.

Глава 10

Прогрессия усложнений

– Тебе нужно уехать, – сказал Сергей утром жене.

– Куда?

– Домой.

– Но я только приехала, – возразила Полина.

– Я очень хорошо знаю эту твою манеру делать вид, что не понимаешь. Но я тебе объясню: пока мне не ясна расстановка сил. Тебе угрожает опасность, а у меня нет времени тебя охранять.

– Ты все усложняешь.

– Ну хорошо… Чтобы ты поняла, я скажу. Той ночью, когда ты здесь появилась, мне позвонили и пообещали добраться до тебя и до Лидочки.

– До Лидочки не доберутся, – легкомысленно проговорила Полина. – Она сейчас на даче во Владимирской области. А я – рядом с тобой.

– Это ничего не меняет. – Сергей повторил: – Тебе нужно уехать.

Теперь, по мнению Полины, наступил тот самый удобный момент, когда эффект неожиданности дает весомые преимущества.

– Я знаю, что ты болен и тебе нужно делать коронарографию. Я говорила с твоим кардиологом.

– Ты была у Мартынова?

Планируемый эффект превзошел ее ожидания, Сергей побледнел и опустился на стул. Полина кинулась к мужу:

– Тебе плохо?

– Не говори ерунды! – Он отстранил ее от себя. – Шпионила?

– Нет!

– А-а-а… Теперь понимаю. Тебе рассказала тетя Катя?

– Даже если так? Ну и что?

– Вот ведь языкастая баба!

– Сережа, ты как хочешь, но я требую объяснений.

– Даже так? Ну хорошо, при первом удобном случае…

Полина прервала его:

– Ты можешь не дожить до первого удобного случая! Пойми, Сережа, ты дорог нам с Лидочкой, и мы боимся тебя потерять. – Она присела на корточки и обняла сидящего мужа. – В конце концов, и ты несешь ответственность за нас с Лидочкой.

– Если я загремлю в больницу, наш отпуск опять откладывается.

– Да и черт с ним, с отпуском! – Полина была вне себя. – Ты нужен нам живой и здоровый! Слышишь? Живой!

– Тише, – Сергей обнял ее. – Давай договоримся, как только я закончу дела в Озерске и мы вернемся в Москву, я лягу в больницу.

– Обещаешь?

– Обещаю. – Он поцеловал жену и улыбнулся. – Но потом мы отправимся в Крым.

– При условии, что сейчас ты чувствуешь себя хорошо.

– Лучше не бывает! – Сергей встал и достал из шифоньера чистую сорочку, надел ее и начал застегивать пуговицы. – Довезу тебя до Тамары, а сам поеду по делам в Красноярск.

– Я с тобой!

– Что значит со мной? – Он поправил воротник и поддернул манжеты. – Я – по работе.

– Тогда я лучше останусь в гостинице. Не знаю, о чем еще говорить с Тамарой. Вчера все темы закончились. Она всю ночь дежурит возле Ивана, пусть лучше поспит. – Полина была уверена, что одну в гостинице Сергей ее не оставит. На это и был расчет.

И он наконец сломался:

– Ну хорошо! Только предупреждаю…

Не дав мужу договорить, Полина пообещала:

– Буду сидеть в машине тихо и ждать сколько угодно!

Они отъехали от гостиницы, когда не было и семи. В восемь Сергей позвонил Зимину:

– Василий? Доброе утро! Взял Черемизина?

Немного помолчав, оперативник ответил:

– Ему удалось скрыться.

– Вот черт!

– Не знаю, что теперь делать. Беляш меня загрызет.

– И правильно сделает. Как думаешь, на чем прокололись?

– Возможно, слишком рано приехали в Березовку и он нас заметил, – предположил Зимин. – А может, мать предупредила, она все время в окошко выглядывала.

– Постой… Где вы стояли?

– Машину припарковали у соседских ворот напротив. Там ждали, пока стемнеет, и следили за домом.

– Кто придумал такую хрень? – мрачно поинтересовался Сергей.

– Никто. – По голосу было слышно, что Василий обиделся. – Всю жизнь так работаем.

– В городе – да. Вблизи многоэтажных домов, где проживают сотни людей и паркуются десятки машин. А в частном секторе все на виду. Срисовали вас, Вася, и обвели вокруг пальца.

– Выходит, лажанулись?

– Выходит, что так.

– И где нам теперь его искать?

– Поговори с матерью, объясни, что лучше бы ее сыну сдаться. Может, сработает. Среди соседей проведи инструктаж. Люди у нас добрые, тем более соседи, при случае сдадут с потрохами.

– Как у тебя дела? – поинтересовался Зимин.

– Передай Белашу: на паромной переправе объявился свидетель. Пятого числа этого месяца где-то между часом и тремя ночи он видел, как автомобиль типа «Газель» в темноте заехал на старый причал задом. Слышал громкий всплеск. После чего «газель» быстро уехала. Преступников было трое, в том числе водитель «Газели». Есть приметы…

– Преступников?

– Автомобиля «газель». Светлый кузов и темный тент. На задней, откидной части тента в верхнем правом углу светлое изображение, похожее на стрелу, или надпись длиной около метра. Записал?

– Все, как ты сказал: светлый кузов, темный тент, сзади что-то вроде светлой стрелы длиной в метр.

– В верхнем правом углу! – уточнил Дуло. – Нужно искать везде, не только в Озерске, но и в окрестностях, и в соседних поселках. Перебери всех: частников, производства, прокатные конторы и автотранспортные предприятия.

– Да мне бы с Черемизиным разобраться, – напомнил Зимин.

– Поговори с Белашом, возможно, он поручит это Красноперову или Егоровой.

– Они работают с химпроизводствами. Ищут красные бочки.

– Решай этот вопрос с Белашом. Меня не будет до завтра.

– А где ты сейчас?

– Еду в аграрный университет за информацией по стройотряду.

– Удачи! И, кстати: есть данные по пропавшим без вести. Из свеженьких – пять человек.

– Что по возрасту?

– Плюс-минус пятьдесят лет.

– Приеду посмотрю.

– Ну, до завтра.

Сергей выключил телефон.

– Что-нибудь случилось? – поинтересовалась Полина.

– Плохо все…

– Что значит плохо?

– Упустил Зимин этого гада.

Полина тронула мужа за руку:

– Все равно поймаете, я в этом уверена.

Сергей включил радио и стал перебирать станции. Полина попросила:

– Оставь эту.

На въезде в Красноярск автомобиль встал в пробке. Сергей снова переключил станцию и попал на красноярский блок новостей. Барабаня пальцами по рулю, он ждал, когда начнется движение. Радиоголос вдруг замолчал и снова заговорил на тон выше:

– Срочная новость. Красноярск и в самом деле становится криминальной столицей Сибири. Около часа назад в районе Взлетки было совершено покушение на предпринимателя Олега Зварыкина. Зварыкин хорошо известен в определенных кругах как в нашем городе, так и за его пределами. В момент покушения Зварыкин был во дворе своего дома с трехлетним сыном. Преступник стрелял из автомата. К счастью, ребенок не пострадал. Отец успел забросить его в мусорный контейнер, а сам побежал, как говорят свидетели, зигзагами. Именно это помогло Зварыкину остаться в живых. Наш корреспондент на месте сообщает, что его увезли на «Скорой помощи». Он серьезно ранен, однако, по мнению врачей, будет жить. Переходим к другим новостям…

Сергей выключил радио и зло проронил:

– Я же говорил! Говорил, что убить хотели Зварыкина! Только дураку не было ясно!

– О чем это ты? – Полина всем телом развернулась к Сергею, ловя его взгляд.

– Долго объяснять. Это касается дела, из-за которого меня направили в Красноярск. – Поток машин двинулся, и автомобиль тронулся с места. – Сейчас мне нужна твоя помощь.

– С чего это вдруг?

– Планы поменялись. Я должен ехать в следственное управление, а тебя завезу в аграрный университет.

– Что нужно делать?

– Пойдешь в учебный отдел или в университетский архив и постараешься найти сведения про студенческий стройотряд «Альтаир» тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года.

– Что конкретно тебе нужно? – Полина достала из сумочки ручку и записную книжку.

– В идеале – список студентов пофамильно. Если не выйдет – тогда хоть что-то.

– Записала, – проговорила Полина. К вопросу оказания помощи мужу она подходила очень серьезно. – Теперь объясни, с чем это связано.

– Найден труп, на нем – старая стройотрядовская куртка с надписью «Альтаир – восемьдесят четыре КСХИ». КСХИ – это красноярский сельскохозяйственный институт, который теперь называется аграрным университетом. Наша проблема в том, что по дактилоскопической базе личность убитого установить не смогли. Осталась одна надежда – сохранившиеся сведения об отряде «Альтаир» восемьдесят четвертого года.

– Все поняла.

– Сможешь? – Сергей посмотрел на жену.

Она улыбнулась:

– Без вариантов.

Сергей высадил Полину у главного университетского входа и сразу уехал. В его голове зрел план наступательных действий. Сергей думал о том, как добиться своего и выправить зашедшее в тупик уголовное дело. Следователь, работавший по делу об убийстве девятнадцатилетнего Максима Свинцова, не подпускал его к следственным действиям. Теперь, после покушения на убийство Зварыкина, стало очевидным, что Дуло был тысячу раз прав: мальчишку Свинцова застрелили случайно, перепутав со Зварыкиным.

Чувствуя свою правоту, Сергей был готов на все.

Припарковав машину на обочине, он отправился в глубь квартала, где рядом с полицейским отделением Центрального района и бюро судмедэкспертизы располагался следственный комитет.

Отыскав нужный кабинет с табличкой «Руководитель первого управления по расследованию особо важных дел Кашин Ю. А.», Сергей без стука открыл дверь и вошел внутрь. Из-за стола поднялся невысокий белесый мужчина в форме подполковника юстиции:

– Сергей Васильевич? Вот удивили! А мы-то думали, что вы уже отбыли в Москву.

– Как видите, я еще здесь, Юрий Алексеевич.

– Что-нибудь случилось?

– Еще одно покушение на Зварыкина.

– Почему же еще одно? Первое и единственное. Есть приказ о формировании группы, и в настоящее время ведутся следственные действия.

– Это вы зря…

– Не понял. – Чтобы лучше расслышать, Кашин повел головой и выставил ухо.

– Необходимо объединить дело об убийстве Максима Свинцова и дело о покушении на Зварыкина, поскольку и в первом, и во втором случае целью был Зварыкин.

– Мы не раз говорили об этом, Сергей Васильевич. – Кашин медленно обошел стол и сел в свое кресло. – Не будем возвращаться к бесплодным дискуссиям.

– На этот раз все будет иначе.

– И что же вы сделаете? – Кашин наблюдал за ним внимательным строгим взглядом. – Мы уже вышли на заказчика убийства Свинцова. Как выяснилось, некий уволенный чиновник сводил счеты с его отцом.

– Спрашиваете, что я сделаю? – Сергей уселся в кресло напротив и закинул ногу на ногу. – Объясняю… Во-первых, задержусь в Красноярске еще на неделю, а если нужно – на месяц. Во-вторых, тщательным образом изучу материалы дела и камня на камне не оставлю от доказательной базы. В-третьих, напишу рапорт в Генеральную прокуратуру и в Отдел обеспечения собственной безопасности Главного следственного управления.

– Вот оно как! – Юрий Алексеевич забарабанил пальцами по столу. – И в чем же вы нас обвиняете?

– После изучения дела определюсь.

– Чего вы хотите?

– Объединения двух дел и честного расследования.

После длительной и эмоционально тяжелой паузы подполковник Кашин выдавил из себя:

– Я отдам распоряжение об объединении двух следственных производств в одно…

– Скажите своим людям, чтобы не чинили мне препятствий. Все имеющиеся документы сегодня же – мне на стол. Надеюсь, я могу рассчитывать на рабочее место?

– Берите тот кабинет, который занимали на предыдущей неделе, – сказал Кашин. – Но должен вас предупредить. Отныне я буду следить за каждым вашим действием или шагом. И если вы ошибетесь…

– Я понял. – Сергей Дуло широко улыбнулся. – Как говорит один мой чеченский друг, тогда уж не «обессуйте».

Глава 11

Вранье

Главный корпус аграрного университета стоял в центре города среди таких же, как он, старинных особняков. Это было угловое трехэтажное здание с куполом-ротондой над срезанным угловым ризалитом[10].

Прежде чем попасть в учебный отдел, Полине требовалось пройти через пропускной пункт на входе в университет. Студенты через него проходили по студенческим билетам, преподаватели – по удостоверениям, ей предъявить было нечего.

Как всегда бывает в таких случаях, в ход пошел разговор по душам. Она поведала дежурной о том, как много лет назад училась в этом университете, но на третьем курсе решила стать артисткой, бросила учебу и поступила во ВГИК.

– Вы артистка? – уважительно поинтересовалась дежурная. – Из Москвы?

– Приятно быть неузнанной. – Полина шикарным жестом отбросила назад длинные волосы. – Известность так утомляет.

– Решили навестить места своей юности?

– Здесь на кафедре работает мой одногруппник. Когда-то мы любили друг друга… – Соврав, Полина опустила глаза.

Дежурная нажала на кнопку и указал на турникет:

– Проходите, пожалуйста. Ни пуха вам ни пера!

– К черту!

Учебный отдел Полина Свирская нашла по подсказкам. Он располагался на первом этаже старинного здания. Длинный коридор упирался как раз в его дверь.

– Можно? – Полина заглянула в комнату и, никого не обнаружив, зашла. – Есть кто-нибудь?!

Из-за стеллажей донеслось:

– Подождите! Вы по какому вопросу?

– По важному!

Невидимая собеседница проворчала:

– Шутница…

Спустя несколько минут к стойке подошла кудрявая рыжеволосая девушка:

– Что там у вас?

– Здравствуйте! – Полина заглянула девушке в глаза. – Мне нужна информация по студенческим стройотрядам.

– Вы журналистка?

– Нет. – Полина покачала головой.

– Зачем же вам?

– Подождите! Просто скажите, есть у вас что-нибудь по этому вопросу или нет.

Девушка растерялась:

– Смотря что вас интересует.

– Стройотряд «Альтаир», тысяча девятьсот восемьдесят четвертый год.

– Вы смеетесь? – Рыжеволосая улыбнулась. – Почти сорок лет прошло.

– Значит, нет…

Заметив, что Полина расстроилась, девушка пошла на попятную:

– Но я же не сказала, что нет. Если так уж нужно, могу узнать поточнее.

Полина приложила руку к груди:

– Пожалуйста!

– Можно поинтересоваться, зачем это вам? – спросила рыжеволосая, одновременно набирая номер на телефоне внутренней связи.

– Нужно разыскать одного человека. Большего сказать не могу.

– Как таинственно! – улыбнулась девушка и заговорила в телефонную трубку: – Агния Сергеевна! Это Юля. Не знаете, где у нас хранятся документы по студенческим стройотрядам? – Юля зажала трубку рукой и обратилась к Полине: – Какой, говорите, год?

– Восемьдесят четвертый…

Юля повторила в трубку:

– Восемьдесят четвертый. – Выслушав ответ, она переспросила: – Думаете, нет? А что, если проверить? Ага… Ага… Подвал, неподотчетный архив, синий металлический шкаф, все навалом… Навалом? Значит, придется рыться в развалах? Мне это не нравится…

– Я сама, – прошептала Полина. – Я сама все разберу.

Юлия рассеянно кивнула:

– Спасибо, Агния Сергеевна. Вы оказали мне большую любезность. – Положив трубку, она спросила: – Что будем делать?

Полина быстро ответила:

– Идем в подвал искать неподотчетный архив.

Рыжеволосая Юлия достала из ящика ключ и пожала плечами:

– Не понимаю, зачем я это делаю?

Открыв дверь подвала, Юлия щелкнула тумблером на распределительном щитке. Вспыхнул фонарь, осветив чугунную лестницу с ажурным литым ограждением из элементов, напоминающих знаки параграфов.

Они спустились по ступеням, свернули в узкий коридор и оказались в сводчатом зале, где стояли шкафы.

– Нам сюда. – Юлия открыла створки крайнего шкафа, из него вывалились высохшие трубы ватманских листов. Она развернула первый попавшийся. – Здесь стенгазеты. Идем дальше.

В следующем шкафу хранились папки с фотографиями и почетные грамоты. Оценив взглядом предстоящий объем работ, Юлия сказала:

– Может быть, придете в другой раз?

– А чем другой раз будет отличаться от этого? – Полина распахнула дверцы еще одного шкафа. – Нет уж, Юленька, лучше сейчас.

– Мне нужно идти.

– Идите, а я останусь здесь, пока не разберу документы.

– Но я не имею права оставить вас здесь одну! Вы посторонняя.

Полина многозначительно обронила:

– Что не помешало вам привести меня сюда и позволить рыться в архивных документах.

– Да вы шантажистка!

– До этого момента таковой не была. Но, если будете препятствовать…

– Вас голыми руками не взять. Хотя кто мне мешает? Вот возьму сейчас да и выгоню.

– Попробуйте. Знаете, как говорят? Не будите спящую собаку. Чтоб вы знали, я хуже собаки.

Юля наконец поняла, что совершила ошибку и никуда ей не деться.

– Черт с вами! Вот ключи. Как только закончите, закройте дверь и принесите их мне. Запомните, что я работаю до шести. – Юлия обиженно усмехнулась и перед тем, как уйти, спросила: – Не боитесь оставаться здесь одна?