Вздыхает, натягивает на лицо респиратор и…
— Гермес великий, не оставь!
Возможно, двигатель неспешно тлеет, а возможно — полыхает. За железной дверью мог скопиться один только дым, а может поджидать такое пламя, что огненный поток долетит до другого борта. Входить в непредсказуемую гондолу страшно, до рези в животе страшно, но… Но страшно сейчас всем: трем пацанам, из-за которых весь этот сыр-бор, и Бабарскому, что сидит сейчас у пулемета, страшно потному Бедокуру, бегающему по машинному отделению, и запертому в астринге Галилею, страшно Помпилио и Дорофееву. Все они идут сейчас по краю, и все стискивают зубы, загоняя страх так глубоко, что даже с собаками не отыщешь. И все они надеются, что не ошиблись с новичком.
— Олли, ты видишь, я иду! — Андреас стискивает зубы, загоняя страх так глубоко, как только может, а потом продолжает: — Я, мать твою спорки, иду!
И распахивает дверь.
Встречный ветер бьет в лицо, сносит корзину, не помогает даже тяжеленный груз.
Дорофеев сбросил скорость, теперь он держит \"Длань\" на постоянной дистанции, без увеличения, но ветер всё равно силен. Он пробирается под одежду — хорошо, что верный Валентин позаботился о цапе и перчатках, он с удовольствием закрыл бы Помпилио глаза, но их защищают \"консервы\", и еще он мешает дышать, каждый глоток воздуха достается с огромным трудом.
Ветер — враг.
Но убить его нельзя, и Помпилио выбрасывает ветер из головы, сосредотачиваясь на целях.
Выстрел.
Корзину болтает из стороны в сторону, подбрасывает и резко ведет вниз, прицеливаться не просто… Нет — прицеливаться невозможно, но Помпилио упрям. И он — бамбадао.
Выстрел.
Мощная пуля влетает в двигатель аэроплана, и тот буквально лопается, разлетается на части, и самолет падает вниз.
Выстрел.
Мимо.
Выстрел.
Помпилио отворачивается, перезаряжает \"Сестер\", делает вдох и снова ищет цели. Он открывает огонь еще до того, как корзину опустили на нужное расстояние, он желает сполна использовать эффект неожиданности, и у него получается. Самолеты летели прямо на него, попадали под крупнокалиберные пули \"Трех сестер\" и не могли уклониться.
Выстрел.
Четыре машины отправляет в океан Помпилио прежде, чем летчики разбираются в происходящем. Прицеливаться невозможно, но самолеты летят прямо на него, а он бамбадао. Он бьет в двигатели и в пилотов, тратит по три выстрела на самолет, но пока побеждает.
Выстрел, выстрел, выстрел…
И самолеты отступают.
— Что происходит?
— Они спустили \"корзину грешника\"… — бормочет капитан.
— Зачем? — изумляется Нучик.
— А вы не видите? — огрызается цепарь.
Очередной аэроплан дергается, теряет ход и штопором уходит в океан.
— Летчика достал, — объясняет капитан.
— Мой кузен Помпилио — бамбадао, — произносит Нестор. — Я не думал, что он рискнет на эту безумную вылазку, а потому — восхищен.
— Вы что, гордитесь им? — Галанит в ярости. Он не находит слов. Он готов выплеснуть на ненавистного адигена всю накопившуюся желчь, но успевает опомниться и выпаливает лишь один вопрос: — Вы им гордитесь?
Но в этом вопросе — злоба.
На которую Нестору плевать.
— Да, барон, горжусь, — не скрывает Гуда. — Помпилио делает то, на что не хватило бы духу ни у кого на свете. Он — настоящий адиген.
— Он уничтожает наши аэропланы!
— Разумеется, барон, уничтожает. Кузен Помпилио — превосходный стрелок, а самолеты — прекрасная, очень крупная цель. — Нестор подносит к глазам бинокль, смотрит, как аэропланы кружат на безопасном расстоянии от цеппеля, и цедит: — Надеюсь, теперь эти кретины сообразили, что нужно стрелять по корзине?
— Уходи, уходи…
Галилей не отрывает взгляд от объемной карты. Он превысил все допустимые нормы, он сидит в работающем астринге уже больше тридцати минут, он почти втянулся в Пустоту, почти растворился в ней. Он вытирает рукавом текущую из носа кровь, тут же до крови кусает губу, и рот наполняется солоноватым, а в голове проясняется. Галилей знает, что может потерять сознание в любой момент, но продолжает бормотать:
— Уходи, тварь, уходи…
И крупная рябь превращается в едва различимые черточки. \"Сучий всполох\" затихает, наигравшаяся Пустота соглашается допустить цеппель к Свемле, и Галилей хватается за трубу:
— Капитан! Стоп машина!
— Пять минут! — орет Дорофеев. — Вытаскивайте мессера!
Лилиан бежит к подъемнику.
Выстрел.
Корзина идет вверх, и Помпилио промахивается. Но он понимает, что это не ветер, а движение, а потому улыбается.
Выстрел.
— Они втягивают корзину!
— Скорее! — рявкает Нестор. — Скорее!
Но грозная \"Длань\" слишком медлительна. Снаряды не добивают.
— Капитан, время! Точка вот-вот закроется!
— Стоп машина!
Мерса вываливается из мотогондолы, срывает с лица респиратор и счастливо улыбается. У него нет сил возвращаться на пост, нет сил сбросить тлеющую куртку и даже почувствовать боль от ожогов сил нет. Он может только улыбаться и жадно дышать. Так продолжается несколько секунд, после чего алхимик разжимает кулак и гордо смотрит на бирку: \"Проверено. А. О. Мерса alh. d.\".
Он счастлив. Он не слабак.
Выстрел.
— Скорее! — кричит Лилиан. Ей кажется, что трос наматывается на барабан слишком медленно. Ужасающе медленно. — Скорее!!
Валентин не отвечает, он шепчет молитву, потому что сейчас от него ничего не зависит.
Выстрел.
\"Хвостик\" вонзается в Сферу Шкуровича, Свемла ждет, но Галилей медлит, ведь капитан сказал — пять минут. Его руки дрожат, глаза слезятся и кровоточат и уши кровоточат. Красное заливает астринг, но Галилей ждет. А потом понимает, что карта начинает терять объем — планеты расходятся…
Выстрел.
Самолет заходит сзади, открывает огонь издалека. Несколько пуль прошивают корзину, но не бамбадао. Помпилио видит отверстия, поворачивается и наводит \"Трех сестер\" на врага.
Выстрел.
Тяжелая пуля бьет летчика в грудь, вминает в кресло, и мертвые руки тянут штурвал на себя. Самолет забирает вверх, врезается в пуповину, связывающую корзину с цеппелем, и винт рубит трос, а трос рубит двигатель.
— Нет!! — кричит Лилиан.
Валентин белеет.
Изображение Свемлы едва различимо, и Галилей запускает второй контур астринга.
— Где мессер? — орет в трубу Базза.
— Они успели, — шепчет Нестор.
\"Окно\" втягивает \"Амуш\" в Пустоту, а корзина летит в океан.
— Где наш мессер?!
Они успели, но не все.
Эпилог,
который является обыкновенным эпилогом, завершающим рассказ о последнем адмирале военно-воздушного флота Загратийского королевства
\"Мы ушли, а он остался.
И осознание этого простого факта ударило гораздо сильнее, чем могла бы врезать Пустота. В разы сильнее. Тем более что Пустота, словно извиняясь за свою выходку, привела наш цеппель на Свемлу всего за две минуты и не показала ни одного Знака. Пустота просила прощения, но изменить ничего не могла.
Мы ушли, а он остался.
Я не видел, как рыдали принцы и Лилиан. Сам не видел, мне рассказывал потом Валентин, потому что я в это время помогал медикусу приводить в чувство Галилея. Сорок минут у астринга — это не шутка, это запредельный удар по организму, самая настоящая \"злая вахта\", без скидок, но Квадрига ее отстоял. Мы нашли его в коридоре — скрюченного, грызущего ногти, перепачканного кровью и блевотиной, тихо скулящего, но живого. Хасина вколол ему три кубика какой-то дряни и велел нести в каюту. Сказал, что выкарабкается. А еще Хасина сказал, что Галилей всех спас, и я с ним согласился. Все согласились, потому что если кто и мог отстоять сорок минут у астринга, то только он — приемный сын Пустоты из Тринадцатой Астрологической. Только он…
Извини, Олли, мысли путаются… Ты долго не приходил, накопилось много новостей, а до дневника я только что добрался… Извини… Не было настроения писать.
На Свемле мы не задержались, наняли астролога и прыгнули на Каату. Потом этот парень говорил, что впервые на его памяти переход прошел настолько гладко и быстро. Две с половиной минуты, и никаких Знаков. Он говорил, что Пустота нас любит. А мы кивали и молчали.
Потому что мы ушли, а он остался.
Наш мессер.
Мы распрощались с наемниками — вулениты были такими же мрачными, как мы. Мы распрощались с принцами — их встречал один из каатианских даров. Мы распрощались с Лилиан, я видел ее жениха — ничего особенного. Мы завершили все дела нашего мессера, мы доставили на Каату всех, кого он хотел спасти, и распрощались с ними.
И остались совсем одни.
Кто-то заперся в каюте, кто-то отправился пить — Базза дал сутки на отдых. Кто-то искал компанию, кто-то хотел побыть один, а лично я потратил все это время на размышления.
Я не хотел никуда идти и никого видеть.
Я должен был осознать всё, что произошло. Я должен был разобраться.
Знаешь, Олли, я пришел к выводу, что Помпилио должен был сделать то, что он сделал. И еще мне кажется, он хотел, чтобы всё закончилось именно так, он хотел сбросить с себя груз, который тащил последние годы. Помпилио не искал смерти, но и не сворачивал при виде нее. Он должен был отдать долг, который сам на себя повесил. А кому отдать — знает только Помпилио. Лингиец, адиген, прожигатель жизни, путешественник, командор, бамбадао, а также первый и последний адмирал королевского военно-воздушного флота Заграты.
Наш мессер…\"
Из дневника Андреаса О. Мерсы alh. d.
* * *
Расселившись по мирам Ожерелья, а позже — Бисера, люди надолго утратили единый календарь, каковым теперь стал календарь Герметикона. Периоды обращения планет вокруг звезд не совпадали, обитатели каждой из них считали свой мир наиглавнейшим, отказываясь привязываться к календарю соседей, а потому историю человечества принято делить на Эпохи. Данный подход весьма условен, однако ничего лучшего пока не придумано.
Изначальная эпоха
Включает в себя период, когда люди жили в одном-единственном Изначальном мире и лишь мечтали о звездах. К сожалению, время и события последующих Эпох практически полностью уничтожили и память об этом этапе развития человечества, и документы. В настоящее время достоверной информации об Изначальной Эпохе нет. Неизвестно даже местонахождение Изначального мира.
Эпоха Ожерелья
Начало Эпохи: создание Вечных Дыр.
Окончание Эпохи: первые сведения о Белом Море.
Продолжительность: приблизительно 400 лет.
Если строго придерживаться фактов, то Эпоха началась примерно за сто лет до создания первой Вечной Дыры — с обнаружения в Изначальном мире астрелия. Почти век понадобился алхимикам, чтобы изучить уникальные свойства металла, и неизвестно, получилось бы у них, если бы не легендарный Гермес Трисмегист. Под его руководством была построена Вечная Дыра, соединившая Изначальный мир с Бадорией — первой планетой Ожерелья, и человечество вышло во Вселенную.
Поскольку Изначальный мир находился в дальнем рукаве Галактики и около него не нашлось других, кроме Бадории, подходящих для колонизации планет, в следующий мир люди отправились с нее. В течение ста лет было открыто и заселено девять планет, известных теперь как миры Ожерелья, после чего у алхимиков закончился запас астрелия, и экспансия закончилась. Началось освоение новых миров.
Эпоха Белого Мора
Начало Эпохи: первые сведения о Белом Море.
Окончание Эпохи: прекращение сообщений между мирами Ожерелья.
Продолжительность: около 4 лет.
Никто не знает, откуда пришел Белый Мор и почему он, в конце концов, закончился. Зато все знают, что он оставил после себя: ужас, смерть и опустошение.
Белый Мор косил людей десятками тысяч и положил начало второй волне колонизации, вызванной отчаянием и страхом. Сначала власти, надеясь остановить распространение болезни, высылали из миров зараженных, однако эта мера эффекта не дала, и вскоре из Ожерелья побежали все. Перепуганные люди готовы были идти в любой более-менее подходящий для жизни мир, лишь бы оказаться подальше от пожираемого чумой Ожерелья. Астрологи лихорадочно подыскивали планеты и наводили на них Вечные Дыры. Пути назад не было, ибо для двусторонней связи требовалось построить на новой планете Вечную Дыру, а запас астрелия к тому времени закончился. Так вокруг Ожерелья сложился пояс миров, который впоследствии назовут Бисером. По самым скромным подсчетам, в Эпоху Белого Мора люди колонизировали не менее семи десятков планет, однако многие из них до сих пор не найдены.
Именно в Эпоху Белого Мора Ожерелье потеряло три планеты: Старлип, Гермину и Бадорию. Последнее сообщение со Старлипа гласило, что фанатики требуют разрушить Вечную Дыру, что, судя по всему, и случилось. А Старлип был пуповиной, связывающей шесть оставшихся миров Ожерелья с Герминой, Бадорией и Изначальным миром.
Первая эпоха распада
Начало Эпохи: прекращение сообщений между мирами Ожерелья.
Окончание Эпохи: основание Инезирской династии.
Продолжительность: около 50 лет.
Белый Мор ушел, однако напуганные люди долго не решались открывать Вечные Дыры. Они заглушили Сферы Шкуровича и затаились в своих мирах. Неизвестно, сколько бы продолжался распад, если бы не появился Эдуард Инезир, ставший впоследствии Эдуардом I Великим, императором Ожерелья.
Эпоха инезирской династии
Начало Эпохи: основание Инезирской династии.
Окончание Эпохи: восстание адигенов.
Продолжительность: около 120 лет.
Победа в двенадцатилетней войне позволила Эдуарду Инезиру установить власть над всеми шестью мирами Ожерелья. Главной планетой стала Галана, на которой были истреблены все адигены. Именно из галанитов император формировал новую знать — баронов, пытаясь сделать их противовесом своенравным адигенам.
Сначала Империя держалась на силе и полководческом таланте Эдуарда I, который безжалостно подавлял редкие восстания. Затем наступил период относительного спокойствия, дары, как казалось, смирились с наличием верховной власти, что вызвало у наследников Эдуарда Великого ложное ощущение собственного всемогущества. Карлос-Луи II, а особенно его сын, Карлос-Луи III, проводили политику притеснения адигенов, стараясь свести их влияние на жизнь Ожерелья к минимуму, но добились лишь взрыва. Вдохновителями восстания стали дары Линги, воевать с которыми не рисковал даже Эдуард Великий. Началась гражданская война.
Вторая эпоха распада
Начало Эпохи: свержение Инезирской династии, уничтожение Вечных Дыр.
Окончание Эпохи: возникновение Герметикона.
Продолжительность: около 150 лет.
Стратегически план восстания заключался в разрыве коммуникаций и уничтожении оставшихся без поддержки имперских гарнизонов, и этот план был выполнен. Во всех мирах, включая и Галану, на которую высадился специальный отряд повстанцев, прошли успешные атаки. Империя пала, но Вечные Дыры были разрушены. Связь между планетами Ожерелья прервалась, и лишь через сто пятьдесят лет в мире, который теперь называют Герметиконом, отыскали новый способ межзвездных переходов.
Одна из версий гласит, что алхимики Герметикона знают, как восстановить Вечные Дыры, и умеют создавать новые, однако сознательно ограничивают межзвездные перемещения, во избежание появления новой империи.
Эпоха Герметикона (эта эпоха)
Начало Эпохи: возникновение Герметикона.
Продолжительность (на настоящее время): приблизительно 300 лет.
Алхимическая школа под названием Герметикон является основой современной цивилизации. Только Герметикону известна тайна обработки астрелия (и, судя по всему, они отыскали источник этого металла), и только Герметикону известен секрет выращивания Философского Кристалла. Тем не менее, за все триста лет Эпохи Герметикон ни разу не проявил властных амбиций, сознательно ограничивая свою роль научными изысканиями и обеспечением межзвездных сообщений.
Кроме того, Герметикон является политическим центром человечества. На планете расположен Сенат Герметикона, который разрабатывает межзвездные законы и разрешает политические споры. Авторитет Сената поддерживает Коалиционный флот, который составлен из боевых цеппелей союзных Герметикону планет, в первую очередь — миров Ожерелья.
Эта Эпоха пока обходится без серьезных войн и катаклизмов. Иногда допускаются ошибки, иногда вспыхивает застарелая вражда, но в целом люди идут вперед, открывают новые планеты и стремятся к лучшему. Эта Эпоха принесла мир.
Словарь
alh. d. — сокращение от доктор алхимии. Аналогично: alh. b. — бакалавр алхимии, alh. m. — магистр алхимии.
as. d. — сокращение от доктор астрологии. Аналогично: as. b. — бакалавр астрологии, as. m. — магистр астрологии.
АДИР (адира) — почтительное обращение к адигенам.
АДИГЕНЫ (адиген, адигена) — высшая знать Герметикона. Считается, что родословные адигенов восходят к Первым Царям Ожерелья и это делает их не просто знатного, а царского рода и ставит выше любого другого человека. Во всех мирах Ожерелья (за исключением Галаны) адигены обладают верховной властью, являются крупнейшими землевладельцами, а также контролируют самые мощные промышленные и финансовые корпорации.
АЛХИМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСУМ — полное собрание стандартных алхимических опытов и техник. В настоящее время состоит из двадцати томов (десять томов Живого Кодекса и десять томов Неживого Кодекса) и шести томов официальных дополнений.
АСТРЕЛИЙ — необычайно твердый и тяжелый металл, обладающий рядом загадочных свойств. Использование астрелия лежит в основе межзвездных переходов: из него изготавливаются астринги и Сферы Шкуровича, а раньше — Вечные Дыры. Обработка астрелия, а также способ его добычи являются одними из наиболее охраняемых тайн Герметикона. Согласно легенде, в Изначальный мир астрелий попал в огромном метеорите, который раскопали алхимики. Именно поэтому на девятой планете Ожерелья экспансия остановилась — астрелий закончился. Где его сейчас берет Герметикон — неизвестно, однако недостатка в этом редчайшем металле Герметикон не испытывает.
АСТРИНГ — разработанная в Герметиконе машина межзвездных переходов. Астринги выполняются из астрелия и предназначены для установки на цеппели. Принцип действия астринга является одной из наиболее охраняемых тайн Герметикона. Известно только, что проявлять свои необычайные свойства астрелий начинает под воздействием Философского Кристалла.
АТАНОР — алхимическая печь.
АЭ — класс специализированных цеппелей, которые используются исключительно в Астрологических экспедициях.
БАМБАДА — официальное название оружия бамбальеро. Бамбады отличаются высочайшим качеством изготовления, надежностью и точностью. Как правило — богато украшены. Бамбады изготавливаются только мастерами, получившими лицензию Химмельсгартна, и, в подавляющем большинстве случаев — по индивидуальному заказу.
БАМБАДАО — высшая степень посвящения в Хоэкунс. Воин, познавший все секреты Высокого искусства достижения цели.
БАМБАДИР — средняя степень посвящения в Хоэкунс.
БАМБАЛЬЕРО — обобщающее название посвященных в Хоэкунс.
БАМБИНИ — низшая степень посвящения в Хоэкунс.
БЕДОВКА (сленг.) — крепкий алкогольный напиток.
БЕЛЫЙ МОР — не поддающаяся лечению болезнь, от которой в свое время погибла примерно половина населения Ожерелья. В организмах тех, кто переболел Белым Мором, но выжил, произошли необратимые изменения, таких людей называют спорки.
БИСЕР — обозначение многочисленных планет, колонизированных людьми после освоения Ожерелья. Различают Северный и Южный Бисер, деление на которые проходит по условной плоскости Ожерелья.
ВЕЧНЫЕ ДЫРЫ — первые межзвездные переходы, разработанные, согласно легенде, под руководством Гермеса Трисмегиста. Вечные Дыры были стационарными устройствами, обеспечивающими создание переходов на неимоверно большие, по нынешним меркам, расстояния (в двадцать раз превосходили дальность действия астрингов), и позволяли держать переходы открытыми в течение больших промежутков времени. Все Вечные Дыры были разрушены во время восстания адигенов против Инезирской династии. В настоящее время секрет строительства Вечных Дыр считается утерянным.
ВИЖИЛАН — класс боевых цеппелей, сторожевой корабль. По сути — артиллерийская платформа, с орудиями 86, 100 или 120 мм. Обладают невысокой (до 40 лиг в час) скоростью и небольшим запасом хода.
ГЕРМЕНОМИКОН — Свод законов Гермеса. Легендарная книга алхимиков, авторство которой приписывают Гермесу Трисмегисту. Существует ли она в действительности — неизвестно, однако считается, что она хранится в Герметиконе.
ГЕРМЕТИКОН — некорректная, упрощенная, но получившая широкое распространение и официальный статус форма слова Герменомикон.
В настоящее время слово \"Герметикон\" используется в следующих значениях:
1. Самая известная алхимическая школа, обладающая рядом собственных университетов и научных центров;
2. Название планеты (и государства), на которой расположена алхимическая школа Герметикон;
3. Вся освоенная человечеством Вселенная.
ГОГЛЫ — круглые, плотно прилегающие к лицу очки со специализированными для различных работ (как правило — сменными) линзами. Гоглы активно используются представителями различных профессий, но в первую очередь астрологами и алхимиками.
ДАР — единственный и высший адигенский титул. Вождь, обладающий всей полнотой власти на территории дарства. Считается, что первые дары были выбраны Первыми Царями, а потому их власть священна. Право на власть передается по наследству, в случае отсутствия наследника проходят выборы среди всех адигенов дарства. Закон гласит, что каждый новый мир адигены обязаны делить на дарства, избирать даров и формировать из них Палату. Границы дарств, согласно закону, неизменны, также запрещено владеть двумя или большим количеством дарств одновременно.
ДОБРЫЕ ПРАВЕДНИКИ — согласно учению Олгеменической церкви — первые правители миров Ожерелья, божьи посланники, научившие людей жить в их новой Вселенной. После ста лет правления Добрые Праведники были призваны Богом, уступили власть Первым Царям и превратились в небесных покровителей своих миров.
ДОМИНАТОР — класс боевых цеппелей, тяжелый крейсер. Главное вооружение — четыре 100– или 120-мм орудийные установки. Также доминаторы несут 36-мм автоматические пушки, крупнокалиберные пулеметы и запас бомб. Скорость — до 60 лиг в час. Запас хода — до 15 000 лиг.
ЖЕЗАРСКИЙ СПЛАВ — очень дорогой, но при этом — особо прочный алхимический сплав, предназначенный для изготовления оружия. Использование жезарского сплава позволяет применять особо мощные алхимические боеприпасы.
ЗНАКИ ПУСТОТЫ — наблюдаемые в Пустоте явления неизвестной природы. Различают Малые Знаки, оказывающие мощное психологическое воздействие на людей (\"старый друг\", \"обещание рая\" и др.) и Большие Знаки (\"сучий всполох\", \"рогатый клещ\" и др.), которые атакуют непосредственно цеппель, действуя как природное явление (шторм, ураган, торнадо) или хищное животное колоссальных размеров. В настоящее время защиты от Знаков Пустоты не существует.
ИЛЬСКИЙ СПЛАВ (\"металл цеппелей\") — прочный, но необычайно легкий алхимический сплав, активно применяющийся при строительстве цеппелей.
ИМПАКТО — класс боевых цеппелей, легкий крейсер. Главное вооружение — четыре 86-мм орудийные установки. Также импакто несут 36-мм автоматические пушки, крупнокалиберные пулеметы и запас бомб. Скорость — до 70 лиг в час. Запас хода — до 20 000 лиг.
ИР — класс цеппелей, исследовательский рейдер. Астрологические суда, строящиеся на базе импакто. Располагает отлично оснащенными алхимической и астрологической лабораториями, а также оборудованием для исследования и картографирования поверхности планет и звездного неба. Стандартное вооружение: две 36-мм автоматические пушки, пять 12,7-мм пулеметов. Скорость — до 90 лиг в час. Запас хода — до 30 000 лиг.
КАМИОН — класс цеппелей, грузовое судно. Грузоподъемность (в зависимости от типа) до 400 тонн. Скорость — до 50 лиг в час. Запас хода — до 15 000 лиг.
КОНСЕРВЫ (сленг.) — очки характерной формы, которые цепари и летчики используют для защиты от ветра.
КОРОЛЕВСКИЙ УКСУС — мощный алхимический растворитель, особая смесь нескольких кислот, единственная субстанция, способная растворить Философский Кристалл. Необычайно опасен, хранение и перевозка осуществляются в сосудах из особого стекла.
КУЗЕЛЬ (кузельный двигатель, кузель) — паротурбинный двигатель, основа транспортной системы Герметикона. Необходимое для работы тепло кузель получает растворением Философского Кристалла в королевском уксусе, в дальнейшем энергия пара преобразуется либо в механическую, либо в электрическую.
КУЗЕЛЬ, Рене — изобретатель получившего его имя паротурбинного двигателя.
ЛАНДАНГ — класс боевых цеппелей, десантный корабль. Строится на базе камиона, однако вместо грузовой платформы используется специально разработанная гондола для размещения десанта. Стандартное вооружение: пять 12,7-мм пулеметов. Скорость — до 50 лиг в час. Запас хода — до 15 000 лиг.
ЛИГА — мера расстояния — 2000 метров. Первоначально человечество использовало меньшую меру — километр (1000 метров), а понятие \"лига\" использовалось исключительно в воздухоплавании. Однако постепенно, по мере распространения цеппелей, лига стала официальной мерой во всех мирах Герметикона.
ЛИНГИЙСКИЙ СОЮЗ — политико-экономическое объединение семи миров во главе с Лингой. Одна из наиболее мощных коалиций Герметикона, оказывающая огромное влияние на жизнь всего человечества.
МАРТУ — 36-мм автоматическая пушка, штатное вооружение боевых цеппелей и цеппелей класса ИР. Дальность выстрела — 3500 м, питание — обоймы по 8 снарядов, расчет — 2 человека.
МЕСВАР — традиционное адигенское одеяние, он же — парадная форма некоторых армий. Месвар представляет собой длинный камзол характерной формы, детали кроя которого определяются его предназначением (повседневный, парадный, боевой).
МЕССЕР — почтительное обращение к дару, его сыновьям и родным братьям.
ОЖЕРЕЛЬЕ — обобщающее название девяти первых колонизированных людьми миров. Тинигерия, Каата, Линга, Андана, Галана, Верзи, Старлип, Гермина и Бадория. Связь с тремя из них (Старлип, Гермина и Бадория) утеряна во время Эпохи Белого Мора, и что на них происходит сейчас — неизвестно. Миры Ожерелья являются наиболее густонаселенными и наиболее развитыми планетами Герметикона и проводят активную внешнюю политику. Каждый мир Ожерелья является центром собственной коалиции миров, самой известной и мощной из которых является Лингийский союз.
ОЛГЕМЕНИЗМ (Олгеменическая Церковь) — самая древняя и самая массовая религия Герметикона, зародившаяся еще в Изначальную Эпоху. Главная книга Олгеменизма — Три Правды, включает в себя следующие части: Первое Царство, Деяния Добрых Праведников и Пришествие Доброй Дочери. Олгеменизм является официальной религией Ожерелья (кроме Галаны), всех миров, где правят адигены, и большинства планет Бисера.
ОЛГЕМЕН (олгемена) — последователь Олгеменизма.
ОМУТ (сленг.) — общее обозначение криминального мира Герметикона.
ПАССЕР — класс цеппелей, пассажирское судно. Вместимость (в зависимости от модели) — до 500 пассажиров. Скорость — до 60 лиг в час. Запас хода — до 15 000 лиг.
ПЕРВЫЕ ЦАРИ — легендарные правители миров Ожерелья, пришедшие на смену Добрым Праведникам. Согласно учению Олгеменической церкви, Первые Цари правили людьми сто лет после Праведников, после чего передали власть адигенам.
ПРИШПА ХАМОКСКАЯ — брынский ящер семейства флу. Хищник. Ареал обитания: вся Хамока, за исключением полярных широт. Очень опасен.
ПУСТОТА — официальное название пространства между мирами. О том, что Пустота существует, обладает какими-то свойствами и наполнена Знаками, люди узнали лишь в Эту Эпоху, когда на смену Вечным Дырам пришли астринги. Исследования Пустоты практически не ведутся.
РУНДЕР — тип цеппелей, имеющих форму тора.
СВУЯ — растение семейства пиктовых. Из его высушенных и подвергнутых особой переработке листьев изготавливают нюхательный порошок, обладающий слабым наркотическим действием.
СПОРКИ (множ. ч. — спорки) — люди, организмы которых изменились под действием Белого Мора, выжившие потомки зараженных, изгнанных из Ожерелья в резервационные миры. Свойства, приобретенные спорки в результате мутаций, настолько разнообразны, что некоторые даже приписывают им сверхъестественные способности. Это утверждение далеко от истины, однако среди спорки встречаются сильные гипноты.
СТЕРЧ ИГУАССКИЙ — самый известный хвин семейства камитовых. Ареал обитания: юго-запад Игуасы.
СФЕРА ШКУРОВИЧА — межзвездный маяк, на который наводят цеппели корабельные астрологи. Представляет собой тридцатиметровую сферу из астрелия, вокруг которой расположены три спиральных кольца. О внутреннем содержимом Сферы известно только то, что там установлен Философский Кристалл соответствующих размеров. Секрет производства Сфер Шкуровича является одной из тайн Герметикона, известно лишь, что их работа (так же, как и работа астринга) основана на прямом взаимодействии астрелия и Философского Кристалла. Астрологический флот бесплатно устанавливает Сферы на все вновь открываемые миры, обслуживания она не требует, однако перезарядку Философского Кристалла (приблизительно через сто лет эксплуатации) оплачивает правительство мира.
ТОЧКА ПЕРЕХОДА — рассчитанное астрологами место (и время) совершения межзвездного перехода.
УНИВЕРСАЛ — единый язык Герметикона. Очень сложный, с множеством правил, исключений и непростой структурой. Был выбран в качестве всеобщего именно из-за сложности.
ФИЛОСОФСКИЙ КРИСТАЛЛ — искусственный минерал, секрет выращивания которого является одной из наиболее охраняемых тайн Герметикона. Философский Кристалл — краеугольный камень энергетики Герметикона. При растворении в королевском уксусе он выделяет огромное количество тепла, что используется в работе кузеля. При взаимодействии с астрелием заставляет металл проявлять свои уникальные свойства и создавать межзвездные переходы.
ХОЭКУНС (Высокое искусство достижения цели) — разработанное адигенами боевое искусство владения огнестрельным оружием.
ЦАПА (сленг.) — утепленная кожаная куртка, входящая в штатное обмундирование цепарей боевого и гражданского флотов.
ЦЕПАРЬ (сленг.) — профессиональный воздухоплаватель.
ЦЕПОВОД (сленг.) — капитан цеппеля.
ЦЕППЕЛЬ — дирижабль, на котором установлен астринг. То есть дирижабль, предназначенный для путешествий между мирами. Делятся на боевые, гражданские и астрологические. По сравнению с обычными дирижаблями отличаются лучшей герметизацией гондолы и большим запасом прочности.
ЦЕХИН (Герметиконский цехин) — официальная денежная единица Герметикона и Лингийского союза. При общем весе в 12 граммов содержит 10 граммов чистого золота. Считается самой надежной валютой Герметикона, принимается во всех мирах.
ЧИРИТИЗМ (Чиритская Церковь, Галанитская Церковь) — отколовшееся от Олгеменизма в Эпоху Белого Мора (по мнению олгеменов — еретическое) религиозное течение. Чиритизм отрицает некоторые основополагающие догмы Олгеменизма, но главное его отличие заключается в введении понятия кары господней, отсутствующего в ортодоксальном Олгеменизме. Кроме того, чириты отрицают факт пришествия Доброй Дочери и, соответственно, не признают третью книгу Олгеменизма. Третья книга Чиритизма называется \"Правда Божественного Света\".
ЧИРИТ (чирита) — последователь Чиритизма, второй по массовости церкви Герметикона.
ШУРХАКЕН — 12,7-мм пулемет, штатное вооружение цеппелей. Прицельная дальность — 1800 м. Темп стрельбы — до 600 выстрелов/мин.
ЭФФЕТА — 86-мм, 100-мм и 120-мм пушка, штатное вооружение боевых цеппелей класса вижилан, импакто и доминатор. Дальность выстрела — до 5000 м.
ЯМАУДА — люди, обладающие врожденным иммунитетом к воздействию Пустоты и Знаков Пустоты. Из ямауда выходят отличные цепари, однако они не способны смотреть сквозь Пустоту, то есть не могут быть астрологами.
Комикс
Красные камни Белого
Пролог
в котором у охотников урчит в желудке
Пусто, пусто, пусто…
Повсюду пусто: вокруг, внутри… От одиночества не спасают даже бегущие рядом родичи. Их ровное дыхание дарило чувство защищенности, однако охотник не мог побороть охватившую его неуверенность. И не только он. Все охотники пребывали в растерянности, вся стая. Они нервничали, поскольку не понимали, что происходит: камни, скалы, поросшие лесом склоны, трава — все вокруг знакомо и незнакомо одновременно. Горы и деревья — знакомы, запахи — нет. Охотники знали, что такое горы, знали, что такое деревья, они должны были успокоиться, вырвавшись из того страшного места, где побывали несколько часов назад, но продолжали тревожиться, мешали чужие запахи, совсем не такие, как в других горах и деревьях. Чужие и странные. Трава другая, деревья другие, добыча… Добычи нет. Настоящей добычи, большой и питательной, — нет. Мелкая прячется под камнями, шмыгает в норки, торопясь укрыться от страшных чужаков, но переполох напрасен: мелкие — не добыча. Охотники чуяли ужас трясущихся в норках зверьков, но пробегали мимо. Были голодны, но пробегали мимо, потому что это — не добыча. Двумя-тремя мелкими шестерым охотникам не наесться, нужно искать что-то большее. Нужно изучать незнакомые ароматы, стараясь найти в них запах добычи. Запах сочного мяса. А главное — запах страха, который издает добыча, чувствуя приближение охотника.
Но добычи нет.
Пусто.
И внутри тоже пусто, потому что исчез Лидер.
Шесть охотников давно вышли из щенячьего возраста. Все они были взрослыми, сильными самцами, и каждый мог позаботиться о себе. Так было заложено в их природе — заботиться о себе самостоятельно. Шесть охотников были одиночками по сути, но их долго учили жить в стае, и они привыкли полагаться на Лидера. Они признали его вожаком, доверяли и с удовольствием подчинялись. Они любили Лидера, и теперь, оставшись одни, чувствовали себя неуютно. Срывались по пустякам, огрызались друг на друга и подсознательно искали не столько добычу, сколько его — Лидера. Они надеялись, что он сумел вырваться из того страшного места, где они оказались несколько часов назад.
Но добычи не было.
И Лидера — тоже.
И знакомо-незнакомая местность вызывала у охотников понятное отвращение.
Деревья, скалы, чужие запахи… Мы одни.
Все не так!
Через пару часов бега они остановились. Река все время была рядом, бурлила меж камней, казалось бы — задержись, попей и догоняй остальных, — но охотники привыкли жить в стае, а потому бежали до тех пор, пока один из них не подал сигнал, что пора отдохнуть. Пора, значит, пора. Кто-то улегся на камни, невозмутимо разглядывая остальных, кто-то принялся лакать воду, а один и вовсе вошел в холодный поток, стараясь отыскать водяную добычу. Напрасно. Пусто…
Нет!
Вошедший в воду охотник вдруг поднял голову и выдал короткий, похожий на кашель, лай:
— Кха!
Стая насторожилась.
Охотники легко обходились без звуков, но считали, что те прибавляют общению выразительности, и лающий кашель показывал, что дело важное.
— Кхе-ер!
\"Добыча?\"
Очень похоже.
\"Водяная добыча?\"
Нет, в реках добыча мелкая и глупая, совсем как в норах, и ради нее родич не стал бы подавать голос. Что-то другое…
Охотники вошли в воду и принялись принюхиваться, стараясь уловить едва заметные следы большой и питательной добычи.
— Кхе-ер! — вновь подал голос первый. Он был уверен, что не ошибся, но отвечать ему не спешили.
— Кхе-ер!!
— Кха!
Один из охотников повернулся к родичу и дружески ощерился:
\"Не мешай — разбираемся!\"
— Кхе-ер?!
\"Добыча!\"
Все правильно — она.
Сделав вывод, охотники выбрались из воды, отряхнулись и уселись на камнях, образовав почти правильный круг. Им нужно было подумать.
Родич не ошибся — в верховьях реки действительно водилась питательная добыча со знакомым запахом. Не самая вкусная, зато легкая. Охотникам не терпелось познакомиться с ней, однако идти придется далеко, и они точно потеряют Лидера.
— Кха! — кашлянул нетерпеливый.
\"Его больше нет\".
Лидер слабее охотников и вряд ли вырвался из того страшного места.
— Кха!
\"Надо идти!\"
Охотники покачали лобастыми головами, но спорить не стали: чтобы жить, нужна добыча. А Лидер и в самом деле потерялся. Остался в страшном месте, из которого они вырвались несколько часов назад, и, возможно, его больше нет. А если он есть — охотники не могли не надеяться на счастливый исход, — он обязательно их отыщет.
— Кха!
И стая направилась вверх по реке.