ГЛАВА 10
На следующее утро в восемь часов Маккензи и Эллингтон сидели на скамейке в коридоре факультета политологии Университета Куин Нэш. Справа от них была закрытая дверь, прямо под тонированным стеклом висела черная табличка с надписью «Чарльз Макмагон». Маккензи позвонила заранее, назначив встречу с Макмагоном как можно раньше. Пока она это делала, Эллингтон поговорил по телефону с агентом Ярдли в Вашингтоне, выяснив, что у Уильяма Холланда была безупречная репутация.
Эллингтон отхлебнул кофе из стаканчика, который они купили в кофе-шопе по дороге в кампус. Он поморщился и вздохнул.
«Кофе был бы намного вкуснее, если бы мы пили его, сидя у угасающего костра в Исландии».
У Маккензи не хватило духу сказать ему, что кофе, который он приготовил у того самого костра, был на вкус как помои, поэтому она только кивнула и отпила из своего стаканчика.
Несколько секунд спустя, они увидели человека, быстро идущего в их сторону. Студенты ходили взад и вперёд по коридорам всё утро, но это был первый человек, который очевидно являлся сотрудником факультета. Он кивнул им обоим и улыбнулся, подходя к двери и роясь в боковом кармане сумки для ноутбука, висевшей у него на плече. Это был Чарльз Макмагон.
«Извините, - сказал он, вытаскивая связку ключей из кармана своей сумки. - Первый день после зимних каникул всегда немного суматошный. А ваш звонок только усугубил ситуацию…»
«Всё в порядке, - сказала Маккензи. - Мы ценим, что Вы согласились встретиться, несмотря на несвоевременное уведомление».
Всё ещё взволнованный, Макмагон отпёр дверь и вошёл внутрь.
«Входите», - сказал он.
Когда Маккензи и Эллингтон заняли места за его столом, Макмагон принялся наводить порядок. При этом он старался поддерживать с ними разговор. Вытащив свой ноутбук из сумки и положив его на стол, он постарался уделить им всё своё внимание.
«По телефону Вы сказали, что вам снова может понадобиться моя помощь, - сказал он. - Чем я могу быть вам полезен?»
«Ну, - сказала Маккензи, - мы поговорили с Уильямом Холландом. Он признался, что у него действительно есть отношения со студенткой, и именно поэтому он ушёл с работы. Мы попросили его предоставить информацию о его девушке, но он в резкой форме отказал нам».
«Похоже, он забыл, что мы работаем на ФБР, - заметил Эллингтон. - И что мы можем получить информацию другими способами. Мы надеялись, что Вы сможете нам помочь».
«Я сделаю всё, что в моих силах. Какая информация вам нужна?»
«Мы знаем только имя этой девушки. Мелисса. Мы надеялись, что Вы поможете нам выяснить, её фамилию. Мы предполагаем, что она когда-то получала научные консультации у Холланда».
«Скорее всего так и есть, - сказал Макмагон. - Я знаю, что эти отношения возникли совсем недавно. Во всяком случае, если верить сплетням».
«Судя по тому, что нам рассказал Холланд, они встречаются не больше года, - ответил Эллингтон. - Вы можете как-нибудь просмотреть его записи, чтобы найти её фамилию?» «Максимум, что я могу сделать, это просмотреть список студентов, которые были переведены ко мне после того, как Холланд ушёл. Если вам нужно больше, то придётся обращаться к моему руководству. Дайте мне одну секунду».
Маккензи и Эллингтон терпеливо ждали, пока Макмагон войдёт в свой компьютер и найдёт информацию. Он работал быстро, напевая что-то себе под нос. Маккензи подумала, что он слегка раздражен, так как его отпуск, без сомнения, был подпорчен тем фактом, что ему предстояло справляться с гораздо большей нагрузкой благодаря Холланду и его сомнительным поступкам.
Примерно через две минуты поисков Макмагон начал что-то записывать в своём блокноте. «Есть две Мелиссы, которые перешли ко мне из группы Холланда», - сказал он. - Одна - первокурсница, а другая на третьем курсе».
«Холланд сказал, что его девушке двадцать один год, - сказала Маккензи. - Значит, можно предположить, что она уже не на первом курсе?»
«Да, скорее всего так оно и есть. Макмагон пододвинул к ним лист блокнота, на котором что-то записал.
«Её зовут Мелисса Эвингтон. Вот её номер телефона».
Маккензи взяла записку и положила в карман.
«Вы можете вспомнить, встречались ли Вы с ней до зимних каникул?»
«Честно говоря, я не знаю. Я могу просмотреть своё расписание, чтобы проверить, но я встречался с таким количеством студентов из-за ухода Холланда…»
«Всё в порядке, - сказал Эллингтон. - Имени и номера более чем достаточно».
«Хорошо, - сказал Макмагон. - Надеюсь, это вам поможет».
Он помолчал, а потом добавил: «Агенты... нужно ли нам предупредить студентов о происходящем? Я знаю, что эти убийства произошли не в кампусе, но всё же…»
«Ещё слишком рано делать какие-либо официальные заявления, - сказала Маккензи. «Но местная полиция в ближайшее время примет соответствующее решение».
Макмагон кивнул, но медленно, как будто этот ответ его не очень устроил. И, честно говоря, Маккензи хорошо его понимала. Девушки были убиты человеком, которому они, по-видимому, доверяли. Она тоже считала, что студенческое сообщество должно узнать об этом как можно раньше. Но если паники можно было избежать, то следовало это сделать.
Ещё одна причина как можно скорее покончить с этим делом, подумала она, когда они с Эллингтоном вышли из офиса Чарльза Макмагона.
* * *
Им удалось поймать Мелиссу Эвингтон позже в тот же день между занятиями и встречами. Маккензи позвонила по номеру, который дал ей Макмагон, и договорилась о встрече. После этого короткого разговора Маккензи почувствовала, что эта беседа, скорее всего, мало что им даст.
Когда они встретились в маленьком кафе студенческого общежития, Мелисса Эвингтон выглядела раздраженной. Заметив сидящих рядом Маккензи и Эллингтона, она подошла к ним и всем своим видом дала понять, что ей неудобна эта встреча.
Маккензи не могла понять, почему эта девушка связалась с мужчиной почти на двадцать пять лет старше неё. Она была очень красива, даже несмотря на выражение крайнего недовольства на лице. Мелисса была из тех молодых женщин, чья внешность заставляла таких, как Маккензи— тех, кто был старше её не более, чем на десять лет—тосковать по молодости, задаваясь вопросом, какие возможности она могла упустить.
«Ненавижу быть сукой, - сказала Мелисса, - но я могу выделить на нашу беседу минут десять. Через полчаса мне нужно встретиться с одногруппниками по учебным вопросам».
«Если Вы ответите на наши вопросы без всяких промедлений, - сказал Эллингтон, - то десяти минут будет вполне достаточно».
«Вы сказали, что речь пойдёт о моих отношениях с Уильямом, - сказала она. -Уверяю вас, это отношения по обоюдному согласию. И нет, я сплю с ним не за хорошую оценку, как многим кажется».
«Мы уже поговорили с ним, - сказала Маккензи. - И судя по тому, что он сказал, у вас действительно серьёзные отношения. Однако нам нужно спросить Вас, были ли у него такие отношения раньше».
«Такие? Вы имеете ввиду встречался ли он со студенткой до меня?»
Маккензи кивнула.
«Нет. Он был женат, потом развёлся. Я точно не знаю, сколько времени прошло между его окончательным разводом и началом наших с ним отношений».
«Вы знаете, почему он развёлся с женой?» - спросил Эллингтон.
«Она хотела детей, а он нет».
«Вы это точно знаете?» - спросила Маккензи.
«Так он мне сказал. Послушайте ... Что по-вашему он сделал?»
Маккензи наклонилась вперёд и понизила голос.
«За последние десять дней были убиты две студентки. Похоже, их обеих убил человек, которого они хорошо знали. Достаточно хорошо, чтобы заниматься с ним сексом. Но самое интересное заключается в том, что обе девушки консультировались с Уильямом Холландом».
Мелисса выглядела так, словно кто-то сильно ударил её по лицу.
«И это делает его подозреваемым?»
«Пока это выглядит как совпадение. Но если участь и тот факт, что в настоящее время он встречается с двадцатиоднолетней студенткой - примерно того же возраста, что и убитые девушки, то да, это делает его достойным внимания».
Гнев Мелиссы снова сменился раздражением, а затем до неё дошла реальность того, что сказала Маккензи.
«Две студентки? Вы можете назвать мне их имена?»
«Джо Хейли и Кристин Линч»
Мелисса тяжело откинулась на спинку стула. Её лицо побелело.
«Кристин? Вы уверены?»
«Да. Вы знали её, я так понимаю?»
«Знала. Мы вместе посещали лекции по двум предметам в прошлом семестре».
«Вы что-нибудь знаете о ней или её круге общения?» - спросил Эллингтон.
«Нет. Я просто знаю, что она встречалась с каким-то парнем, который живёт здесь неподалёку. Я думаю, она тоже была откуда-то из Калифорнии. Но ... Господи, я не верю, что такое могло произойти».
«А что насчёт Джо Хейли?- спросила Маккензи. - Вы её знали?»
«Нет, я не припомню этого имени».
Маккензи собиралась задать ещё один вопрос, но внезапно зазвонил её телефон. Она встала и отошла от стола, чтобы поговорить в уединении.
«Агент Уайт».
«Агент Уайт, это помощник шерифа Уилер. Я подумал, что Вам и Вашему партнёру будет интересно знать, что к нам сегодня утром пришла женщина и сказала, что она живёт в том же здании, в котором жила Кристин Линч. У неё есть кое-какая информация о той ночи. Я думаю, Вы захотите её выслушать».
«Как зовут эту свидетельницу? У Вас есть её номер или адрес?»
«О, она всё ещё здесь, в участке. Я спросил, не согласится ли она подождать, чтобы поговорить с вами».
«Мы будем через полчаса. Спасибо, Уилер».
Она закончила разговор и повернулась к Мелиссе. Эллингтон всё ещё разговаривал с ней, поэтому она позволила ему закончить.
«Вы помните, Мистер Холланд когда-нибудь говорил о Джо или Кристин? Пусть даже мимоходом?»
«Нет. А если и так, то я просто не обратила на это особого внимания».
Маккензи сунула руку под стол и слегка сжала колено Эллингтона, давая понять, что пора заканчивать разговор.
«Хорошо, мы знаем, что Вы очень заняты в первый день после каникул, - сказала Маккензи. - Так что мы позволим Вам вернуться к своим делам. Спасибо, что уделили нам время».
«Конечно...конечно», - сказала Мелисса, всё ещё потрясенная известием о двух убийствах. Она встала и вышла из-за стола, оглянувшись назад, как будто не совсем доверяя словам агентов.
«От кого был звонок?» - спросил Эллингтон.
«От помощника шерифа Уилера, - ответила она, поднимаясь на ноги. - У нас есть свидетель с той ночи, когда была убита Кристин Линч».
«Кто это?»
«Не знаю», - ответила она, когда они встали, чтобы уйти.
Маккензи сделала пару шагов и почувствовала, как на неё нахлынула внезапная волна усталости. На долю секунды она почувствовала лёгкое головокружение, которое, казалось, прошло через всё её тело.
Она остановилась, прислонившись к ближайшему столу.
Ты должна помнить, что беременна, сказала она себе. Ты теперь не одна.
«Мак? Ты в порядке?» - Эллингтон сразу же оказался рядом с ней, явно встревоженный.
«Да».
«Я люблю тебя, но прошу, не обманывай меня».
«Я в порядке. Просто слишком быстро встала и потеряла ориентацию».
«А если бы в тебе не рос маленький человек, это случилось бы?» - спросил он язвительным тоном.
«Скорее всего, нет».
Он осторожно посмотрел на неё и взял за руку.
«Пожалуйста, не перегружай себя. И помни, если мне придётся сыграть в мужа-самодура, я это сделаю. Но я не хочу спорить с тобой, поэтому если тебе станет плохо, пожалуйста, просто скажи мне».
«Я так и сделаю. Но сейчас я в порядке. Клянусь тебе».
Он неуверенно кивнул ей, а затем, продолжая держать её за руку, вывел из кафе. Они направились в участок, где их ждал потенциально важный свидетель
ГЛАВА 11
По дороге в участок атмосфера между ними была немного напряжена. Маккензи не нравилось, что Эллингтон слишком опекает её, особенно в разгар расследования. Она понимала, почему он так себя ведёт и даже ценила это, но уже видела, что он, как муж будет немного более властным и негибким, чем как партнёр. Очевидно, он тоже испытывал это ощущение. Они ехали в участок, ни о чем не разговаривая, оба пребывая в своих мыслях.
Когда они приехали, их уже ждал помощник шерифа Уилер. Он выглядел очень взволнованным, когда вёл их к задней части здания. Уилер несколько раз кивнул своим товарищам-офицерам, но в остальном, казалось, был полностью сосредоточен на предстоящей задаче. Маккензи решила, что он ей очень нравится—это был полицейский, который очень серьёзно относился к своей работе.
Он провёл их в небольшой конференц-зал, где за столом сидела пожилая женщина. Когда они вошли, она пила чай. Маккензи, увидев её оттенок кожи, подумала, что она, возможно, филиппинского происхождения. Женщина выглядела немного нервно, как будто даже сожалела о том, что поделилась своей информацией.
«Агенты, - сказал Уилер, - это Хейзел Исидро. Она сообщила кое-какую информацию, которая может оказаться полезной в расследовании по делу Кристин Линч».
Произнеся эти слова Уилер замешкался, как будто не зная, должен ли он остаться или уйти. В итоге он решил просто постоять у двери, пока Маккензи и Эллингтон рассаживались за маленьким столиком.
«Насколько я понимаю, Вы живёте в том же здании, что и Кристин Линч, - начала Маккензи.
«Верно, - ответила Хейзел. - Она была на третьем этаже. А я живу на втором».
«Вы хорошо её знали?»
«Не очень. Но она была приветливой молодой леди. Два раза за последние полгода я сталкивалась с ней у входа в здание, когда возвращалась из продуктового магазина. Она каждый раз предлагала помочь мне с сумками. Очень дружелюбная молодая девушка. Но мы почти не разговаривали, нет».
«Вы когда-нибудь видели её с мужчиной?» - спросил Эллингтон.
«Я несколько раз видела, как она уходила с молодым человеком. Может быть, два или три раза. Она никогда его не представляла».
«Вы помните, как он выглядел?»
«Не очень хорошо. Только коротко подстриженные каштановые волосы. Красивый молодой человек».
«Молодой, то есть ровесник Кристин?» - спросила Маккензи.
«Я думаю, да».
Маккензи и Эллингтон обменялись взглядами. Это был один из тех почти телепатических приёмов, которые хорошие партнёры (и, как она слышала, супруги) часто использовали в общении друг с другом. Вероятно, речь идёт о Кларке Мэннерсе, подумали они оба.
«Хорошо, тогда поделитесь с нами информацией, с которой Вы сегодня пришли в участок», - попросила Маккензи.
«Ну, это было три дня назад. Я весь день страдала от ужасной зубной боли. Приняла немного Мотрина, но он почти не помог. Я заснула и проснулась снова около часа ночи от сумасшедшей боли. Места себе не находила, поэтому пошла в аптеку в двух кварталах от дома и взяла более эффективное обезболивающее. На обратном пути я открыла дверь, и в этот момент, сзади ко мне подошёл человек. Он попросил меня придержать дверь. В обычном состоянии, в такой час я посчитала бы всё это подозрительным и не стала бы держать дверь. Но мне было так больно, и я хотела вернуться в постель...Потом я даже не вспоминала об этом».
«Вы хорошо его разглядели?» - спросил Эллингтон.
«Нет. Он был одет в эту чёрную толстовку, большая часть его головы была закрыта. Именно поэтому, несмотря на то, что мне было больно, я поняла, как глупо было впустить его и ...»
Она остановилась и посмотрела на них с печалью в глазах. Её внезапно осенила мысль.
«Боже мой...Это моя вина? Я впустила убийцу? Это моя вина, что она умерла?»
«Ещё слишком рано делать такие выводы, - сказала Маккензи. - Мы не знаем наверняка, что Кристин убил именно тот человек, которого Вы впустили».
Хейзел кивнула, но было заметно, что она не поверила. Она медленно продолжила: «Я поднялась на лифте, потому что устала, испытывала боль и просто плохо себя чувствовала, понимаете? Но этот человек направился прямо к лестнице. Он двигался быстро, как будто торопился. Когда он проходил мимо лифта, я смогла лучше рассмотреть его. Только часть его лица, из-за края капюшона».
«Как Вы думаете, какого возраста был этот человек?» - спросил Эллингтон.
«Не могу сказать, извините».
«Может быть, это был тот самый молодой человек, с которым Вы видели Кристин раньше?» - спросила Маккензи.
«Нет, я так не думаю. Этот человек был намного выше. Почти на полфута выше меня. Может быть, чуть больше шести футов ростом».
«Не могли бы Вы как можно точнее сказать, во сколько всё это произошло?»
«Ну, я проснулась где-то после половины первого, точного времени я не помню. Но я отчётливо помню, что было десять минут второго, когда я снова легла в постель, потому что я посчитала, сколько часов я в итоге смогу поспать. Так что, вероятно, было около двенадцати сорока, когда я впустила этого человека в здание».
Маккензи снова повернулась к Уилеру.
«Вы можете попросить своих ребят просмотреть видеозапись, чтобы найти Мисс Исидро и этого человека в чёрной толстовке?»
«Конечно», - сказал Уилер, незамедлительно отправившись исполнять просьбу.
«Могу я спросить, почему Вы так долго ждали, прежде чем пришли с этой информацией?» - спросил Эллингтон.
«Честно говоря, я просто забыла об этом. На следующий день я пошла к дантисту, и вся эта ночная история просто вылетела у меня из головы. Но сегодня утром один из соседей рассказал мне о Кристин. Вот тогда-то я и поняла, насколько подозрительным был этот человек...И какую я сделала глупость, впустив его».
«Опять же, - сказала Маккензи, - мы не можем делать окончательных выводов по поводу того, что эти два события связаны между собой».
Хотя, судя по временной шкале, - подумала она, - это очень-очень вероятно.
«Может быть, этот сосед знает о Кристин больше, чем Вы?» - спросила Маккензи.
«Я так не думаю. Она—»
Она прервалась, так как дверь в конференц-зал распахнулась. Уилер наклонился вперёд, и весь его живот вывалился наружу. Он выглядел немного взволнованным и испуганным.
«Простите, агенты, - сказал он с явным волнением в голосе. - но нам только что позвонили из патрульного подразделения. Они нашли ещё одно тело».
ГЛАВА 12
Тело было обнаружено на берегу реки Патапско, примерно в двадцати пяти минутах езды от кампуса. Когда Маккензи, Эллингтон и помощник шерифа Уилер прибыли на место, те двое полицейских, которые обнаружили тело, всё ещё были на месте. Их патрульная машина была припаркована на обочине дороги, скрывая вид реки, которая текла ниже. К счастью, это была второстепенная дорога, и движение было не слишком интенсивным.
Маккензи остановилась, чтобы поговорить с офицерами, а затем направилась к канаве и лесистой местности за ней.
«Кто обнаружил тело?» - спросила она.
«Сотрудники Транспортного департамента, - ответил один из офицеров.
«Они приехали, чтобы убрать оленя, которого сбили на обочине дороги, примерно в тридцати футах отсюда, - сказал он, кивнув налево. - Сказали, что просто случайно увидели там нечто странное, торчащее из воды».
«Место преступления не тронуто?» - спросила Маккензи.
«Не тронуто. Мы увидели тело и сразу вызвали подмогу. Сами ни к чему не прикасались».
Маккензи и Эллингтон направились к узкой полоске леса, отделявшей второстепенную дорогу от берега Патапско. Уилер решил остаться со своими товарищами-офицерами.
Ещё до того, как они добрались до линии деревьев, она увидела очертания человеческой ноги, торчащей из воды и частично лежащей вдоль берега. Она подумала, что любой, кто ехал на небольшой скорости, мог увидеть её также, как и сотрудники Транспортного департамента.
Приблизившись к воде, они смогли рассмотреть остальные части тела во всех деталях. Жертвой была молодая женщина—вероятно, где-то между восемнадцатью и двадцатью четырьмя годами. Она была полностью раздета. Некоторые пряди её светлых волос имели рыжий окрас, скорее всего такой цвет им придала кровь. Большая часть её тела была покрыта небольшими царапинами и порезами. Но самым примечательным было то, что её правая рука была явно сломана. Она была выгнута под неестественным углом и поднята над головой, где была привязана к левому запястью.
«Ну, возрастной диапазон, конечно, подходит», - сказал Эллингтон.
Маккензи кивнула, присев на корточки, чтобы лучше рассмотреть повреждения. Тело женщины лежало на спине, но было приподнято плавающим в воде бревном, которое поймало его и, вероятно, стало причиной того, что оно застряло в этом месте. Спина и ягодицы женщины, которые могла видеть Маккензи, были сильно поцарапаны. Несколько участков выглядели так, словно кто-то прошёлся по её телу листом наждачной бумаги. Большинство этих порезов и царапин всё ещё кровоточили.
«Она умерла совсем недавно, - заметила она. - Конечно, она бледна, но это потому, что подверглась воздействию воды, температура которой едва превышает ноль градусов. Но многие раны всё ещё кровоточат».
«Ты думаешь, убийца просто поленился тщательнее спрятать тело или что?»
«Нет. Ссадины на её спине идут в одном направлении. Я думаю, что её бросили в воду в другом месте, и река принесла её сюда.”
«Значит, её бросили где-то там, вверх по реке», - сказал Эллингтон, указывая в ту сторону, откуда неспешно текла река.
«Мне как-то не по себе. Остальных задушили и оставили на месте преступления. Сброс трупа в реку - это значительное отклонение от привычного поведения убийцы».
«Это точно, - сказал Эллингтон. - Но они одного возраста. И хотя странно говорить такие вещи в адрес мёртвой женщины, но многие сочли бы её привлекательной—как и двух других».
«Нам нужно её опознать, - сказала Маккензи. - И если мы начнем с поисков среди студентов Университета Куин Нэш, то быстро узнаем, связано ли это убийство с Джо Хейли и Кристин Линч».
«Я не вижу признаков удушения, - сказал Эллингтон, - а ты?»
«Нет».
Но то, как было выброшено тело, заставило её вернуться к мысли, которая не давала ей покоя, когда она пыталась заснуть после своего кошмара.
Смерть Джо Хейли, казалось, была не продумана. Убийца занимался с ней сексом, а потом задушил. С Кристин он был более осторожен, проявил больший самоконтроль. Хотя между ними могла быть какая-то сексуальная активность, они не занимались сексом, и она была просто задушена.
Возможно, с этой жертвой он пытался проявить ещё большую осторожность. Возможно, именно поэтому она была связана. Или, может быть, он сильнее спешил. Вполне вероятно, он начинает понимать, насколько похожи его убийства, и пытается изменить картину преступлений…
«Твоя интуиция обычно не подводит, - сказал Эллингтон. – Мне иногда непросто говорить об этом, но это правда. Что она тебе подсказывает?»
«Я думаю, что если мы начнем со списков студентов Университета Куин Нэш, то к ночи у нас будет точная информация о личности этой девушки. Я также полагаю, что если её консультантом был Уильям Холланд, он очень скоро окажется в комнате для допросов».
Внезапно из кустов появился Уилер. Казалось, он изо всех сил старался не смотреть на тело.
«Я хотел сказать вам, что криминалисты уже в пути. Они будут здесь через 10 минут».
Маккензи только кивнула. Она снова посмотрела на тело—красивая женщина в расцвете сил. Чья-то дочь. Девушка, у которой впереди была вся жизнь.
Как обычно, рука Маккензи снова нашла крошечную выпуклость в животе и осталась там, как будто защищая того, кто был внутри.
ГЛАВА 13
Маккензи и Эллингтон работали в одном из небольших конференц-залов участка, когда пришли результаты идентификации личности жертвы с реки. Было только 18:27, и работая под руководством Маккензи, они завершили работу быстрее и проще, чем предполагали.
Уилер вошёл в комнату с распечаткой и радостно подвинул её через стол к ним.
«Личность идентифицирована», - сказал он.
Маккензи взяла документ и прочитал вслух подчёркнутые пункты. Сделав это, она опять почувствовала нарастающее волнение.
Это ребёнок чувствует твоё воодушевление, подумала она.
«Мари Тотино, двадцать лет. На момент смерти обучалась в Университете Куин Нэш на третьем курсе. На факультете политологии. Она прошла стажировку в Вашингтоне и в правительстве штата Мэриленд. Жила в Балтиморе, недалеко от кампуса. Родом из Бетесды».
«Есть что-нибудь о её научном руководителе?» - Спросил Эллингтон.
«Судя по документам, это Чарльз Макмагон».
«Кроме того, - доложил Уилер, - судмедэксперты обнаружили несколько отчётливых следов у основания её шеи. Возможно, это свидетельство удушения. Думаю, мы узнаем наверняка после вскрытия. Кроме того, у неё был большой синяк на голове и перелом черепа в этой области. Также были найдены следы вокруг её рта, как будто её рот был заклеен клейкой лентой».
«Не знаете, когда её видели в последний раз?» - спросила Маккензи.
«Сейчас проработкой этого вопроса занимаются несколько человек. Семье уже отправили уведомление. Мари была единственным ребёнком. Оба родителя ещё живы, живут в Бетесде. Скорее всего мы добудем ещё информацию, но на текущий момент это всё, что мы знаем».
Маккензи и Эллингтон поднялись на ноги, чтобы приступить к работе почти синхронно, что казалось привычным и в то же время невероятным. Они собирались поговорить с семьей убитой. Маккензи терпеть не могла разговаривать с шокированными трагедией близкими родственниками жертв, но в этом деле главное - не упустить время. Принимая во внимание то, что это было уже третье убийство, и что жертва оказалась очередной студенткой Университета Куин Нэш, удержать происходящее в тайне, особенно теперь, когда занятия возобновились, не представлялось возможным.
«Вы нашли что-нибудь на записи с камер наблюдения из дома Кристин Линч?»
«Ничего полезного. У нас есть парень, входящий с передней и западной стороны, но его лицо не видно. У нас даже есть момент, когда он и Хейзел Исидро пересекаются, но там проглядывается только незначительная часть его лица: кончик носа и краешек бровей. Ничего, что мы можем использовать для идентификации».
«Я хотела бы посмотреть эту запись, когда мы вернёмся, - сказала Маккензи. - А пока нам понадобится домашний адрес семьи Мари Тотино».
«Конечно, - сказал Уилер. - Я сейчас принесу его».
Уилер вышел, и как только дверь закрылась, Эллингтон взял Маккензи за руку.
«Помнишь, как я пригрозил тебе примерить роль мужа-самодура?»
«Я знаю. Это было забавно».
«Я серьёзно, - сказал он. - Мак, ты действительно думаешь, что в твоём положении имеет смысл разговаривать с женщиной, которая только что потеряла свою дочь? Если ты думаешь, что я не замечаю, как ты прижимаешь руку к животу всякий раз, когда происходит что-то стрессовое, то ты ошибаешься».
Его забота о ней была трогательной, но она также чувствовала, что он чрезмерно её опекает. Несмотря на это, она посчитала, что спорить не стоит.
«Прекрасно, - сказала она. - Тогда ты возьмешь на себя эту задачу, когда мы туда доберёмся».
Он посмотрел на неё, и она буквально считала по глазам его мысли.
Он думает, что я должна остаться дома. Он считает ошибкой решение не рассказывать Макграту о моей беременности.
Возможно, он был прав. Но сейчас они были слишком глубоко погружены в дело, так что не было смысла зацикливаться на этом.
«Давай просто постараемся побыстрее покончить с этим, - сказал Эллингтон. -Тогда нам больше не о чем будет беспокоиться».
«С таким глубоким мышлением ты определенно должен быть лидером», - сказала она с тонкой иронией.
«О Боже, я надеюсь, что наш ребёнок не будет такой же занозой, как ты».
С этими словами они покинули конференц-зал в поисках Уилера и адреса семьи, которая только что потеряла свою дочь, ставшую жертвой серийного убийцы.
* * *
Маккензи сдержала слово и позволила Эллингтону взять на себя инициативу, когда они прибыли в дом Тотино тридцать пять минут спустя. И, честно говоря, она была рада, что он взял на себя главную роль. Родители - пятидесятидвухлетняя Сандра Тотино и пятидесятисемилетний Майк Тотино - узнали, что им предстоит жить без своего единственного ребёнка менее часа назад. Они получили эти трагические новости настолько недавно, что полицейские, приехавшие сообщить их, как раз возвращались к своей патрульной машине, когда прибыли Маккензи и Эллингтон.
Пятнадцать минут спустя, они сидели в гостиной Тотино. Сандра выглядела ошеломленной и раскачивалась взад и вперёд, сидя на диване и глядя в пол. Все разговоры вёл Майк, отец жертвы. Маккензи была почти уверена - единственное, что позволяло ему вести с ними мало-мальски осмысленный разговор, был его гнев на убийцу, который забрал жизнь его дочери. Он очень хотел, чтобы его поймали и как можно скорее отдали под суд.
«Ваша дочь - одна их трёх жертв, убитых менее чем за две недели», - сказал Эллингтон, когда Тотино сумели привести себя в некое подобие эмоциональной устойчивости. Было ясно, что им обоим предстоит пройти долгий путь (и это вполне понятно), но Майк держался на одном только гневе.
«Но почему, во имя всего Святого, кто-то решил убить Мари?» - спросил Майк Тотино.
«Именно это мы и надеемся узнать с Вашей помощью. Мы считаем, что все жертвы имели какие-то отношения с убийцей - будь то простая дружба или что-то более интимное».
«Я не верю, что у Мари был парень, - сказал Майк. Затем добавил с ядовитой интонацией: «Если это то, на что Вы намекаете».
Эллингтон никак не отреагировал на этот выпад. «Мы считаем, что если нам удастся найти хотя бы одну связь между жертвами, это поможет нам установить личность убийцы. Вы знаете кого-нибудь из близких друзей Мари?»
«Вот почему это так трудно. Я бы сказал, что у Мари нет...Не было никаких друзей... - он замолчал, явно подавляя слёзы. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться, прежде чем он продолжил. - Последние несколько месяцев она общалась со своими однокурсниками с факультета политологии. Они устраивали митинги и сбор средств, понимаете? Она периодически упоминала несколько имён, но никогда никого особо не выделяла. Может ты что-нибудь вспомнишь, дорогая?»
Он подтолкнул Сандру локтём, но она смогла лишь медленно покачать головой. Слёзы всё ещё текли по щекам, но её лицо было белым как лист бумаги.
«Согласно полученным нами данным, она была очень увлечена политикой, - сказал Эллингтон. - У неё было несколько стажировок в государственных органах, верно?»
«Да», - ответил Майк.
«Вы помните, чем она занималась во время стажировки?»
«В самую последнюю из них она помогала организовать регистрацию избирателей. Но была ещё одна – там она помогала менеджеру кампании с расписаниями встреч и тому подобными вещами».
«И она никогда не упоминала о людях, с которыми работала?»
«Нет. Её никогда по-настоящему не волновала социальная сторона жизни. Она ей занималась только постольку, поскольку это было необходимо для построения карьеры. С тех пор как ей исполнилось шестнадцать она мечтала заниматься политикой. Она знала, что ни один из нас, - сказал он, указывая на себя, а затем на жену, - не интересовался политикой. Но Мари всячески пыталась привлечь нас, принося нам листовки и брошюры, флаги кандидатов, в которых она верила».
У него случился ещё один эмоциональный выплеск. Он начал буквально задыхаться, вспоминания о главной страсти в жизни дочери».
«Извините. Мне нужно немного времени».
«Конечно».
«Вы можете осмотреть её комнату. Наверху, последняя комната слева».
Маккензи и Эллингтон сразу же приняли его предложение. Когда они были на полпути к лестнице, Маккензи услышала, как Майк начал всхлипывать.
Когда они зашли в комнату Мари, Маккензи охватило чувство, что здесь всё ещё кто-то живёт. Тот факт, что обитательница комнаты больше никогда не войдёт в неё, угнетал.
В комнате не было беспорядка, но уборка тоже явно не помешала бы. На полу валялось несколько грязных вещей, а на столе громоздились какие-то бумаги и записки. Маккензи подошла к столу и огляделась. Она увидела множество записок, которые Мари сделала для себя самой.
Она также видела листовки различных политических деятелей, вплоть до кандидатов в президенты. Некоторые из них были помечены Мари. Она записывала на них такие слова, как «Перейти к действию» и «Невыгодная сделка». Это давало им прекрасное понимание причин, по которым Мари поступала в университет—её карьеры в политике.
В какой-то момент Маккензи увидела маленький нагрудный значок, который люди носят на митингах. На нём было изображение местного кандидата, о котором Маккензи никогда не слышала.
«Мистер Тотино упоминал, что Мари работала с менеджером кампании какого-то политика, верно?» - спросила Маккензи.
«Да. А почему ты спрашиваешь?»
«Она указала на груду материалов.
«Мари очень увлекалась такими вещами. Я думаю, нам нужно поговорить с менеджером кампании, с которым она работала».
Эллингтон кивнул и в последний раз огляделся. Когда он тоже собирался просмотреть груду бумаг на столе, они услышали голос мистера Тотино, доносившийся снизу.
«Агенты? Теперь я в порядке. Если есть ещё вопросы, давайте поговорим сейчас…»
Они не стали терять времени даром, желая как можно скорее закончить свою беседу с Тотино. Они спустились вниз, где в коридоре их встретил Майк Тотино.
«Давайте закончим беседу на кухне, - сказал он, всё ещё вытирая слезы с глаз. - Сандра не может сейчас говорить. Она... Она долго не сможет прийти в себя... Чёрт. Просто давайте закончим уже».
Он повёл их на кухню, где было так тихо, что Маккензи слышала жужжание холодильника.
«Я хотел уточнить, - сказал Эллингтон, снова беря на себя главную роль. - Вы упомянули, что Мари работала вместе с каким-то менеджером кампании. Вы случайно не знаете, кто это был?»
«Нет, извините. Но это была кампания местного парня, который баллотировался на какую-то должность в городском совете, Нила Руни».
«Значит, она просто помогала? Мари когда-нибудь возглавляла эти митинги?» - спросил Эллингтон.
«Нет. Она была слишком сосредоточена на учёбе. Обычно она просто помогала. Но, чёрт возьми, она действительно была увлечена такими вещами».
Маккензи было интересно посмотреть, как Эллингтон поведёт диалог дальше. Если бы она принимала решение, она бы закончила прямо сейчас. Родители убитой девушки, очевидно, нуждались в уединении и возможности погоревать. Кроме того, было ясно, что если они и могли сообщить какую-то важную информацию, то прямо сейчас, потому что всё ещё прибывают в шоке от трагических новостей. Кроме того, они уже получили кое-какую информацию, которая поможет соединить разрозненные элементы пазла.
Она почувствовала облегчение, когда Эллингтон медленно поднялся на ноги. Он посмотрел на Майка Тотино с искренним сочувствием - его взгляд в тот момент глубоко тронул Маккензи.
«Большое спасибо, что уделили нам время, - сказал он. - Теперь мы оставим Вас в покое. Но если Вы вспомните что-то, что может помочь следствию, пожалуйста, незамедлительно позвоните в полицию».
«У Вас есть родственники, которые смогут приехать и побыть с Вами?» - спросила Маккензи, не в силах сдержаться.
«Сестра Сандры должна быть здесь с минуты на минуту, - сказал Майк. - Спасибо, что спросили».
Майк Тотино закрыл за ними дверь. Когда Маккензи и Эллингтон вышли на крыльцо, уже наступила ночь. Было очень холодно, согласно прогнозу, температура упала ниже десяти градусов. Маккензи подумала о теле Мари Тотино, которое они нашли в реке Патапско. Она искренне надеялась, что бедная женщина была уже мертва к тому моменту, когда её бросили в эти холодные воды.
Ни один из них не произнёс ни слова, пока они не оказались в машине.
Обогреватель работал на полную мощность, чтобы дать хоть немного тепла.
«Ситуация кажется тупиковой?» - спросил он.
«Не совсем. Я хотела попробовать найти информацию о мероприятиях, в которых участвовали Кристин и Джо. После разговора с Чарльзом Макмагоном мы знаем, что Джо и Кристин обе специализировались в политологии. И теперь мы знаем, что у третьей жертвы тоже было это направление»,
«Так ты думаешь, что эти убийства как-то связаны с будущей профессией девушек?» - спросил Эллингтон.
«Может быть не с самой профессией. У всех этих молодых женщин могло быть что-то общее, кроме их специальности. Как, например, консультанты или друзья. Тот факт, что они позволили убийце подобраться так близко к себе, наводит меня на мысль, что он был их другом».
«Теперь я даже хочу, чтобы Холланд оказался научным руководителем Мари Тотино».
Он задумался на мгновение, а затем сказал: «Хорошо, давай посмотрим, какую информацию мы можем получить о мероприятиях, в которых участвовали Кристин Линч и Джо Хейли. Помощник шерифа Уилер скоро начнёт нас ненавидеть».
«Сомневаюсь. Я думаю, он предпочел бы, чтобы мы свалили больше работы на него, но поймали убийцу до того, как по всему кампусу прокатится волна паники из-за действий серийного убийцы»
Они с Эллингтоном вернулись в участок. Она заметила, что он периодически смотрит в её сторону, вероятно желая убедиться, что она чувствует себя хорошо. По правде говоря, она чувствовала себя довольно хорошо—гораздо лучше, чем вчера.
Она была в приподнятом настроении. Возможно, благодаря той тонкой нити, которую они только что нащупали, развязка окажется ближе, чем можно было надеяться.
ГЛАВА 14
Когда они вернулись в участок, атмосфера там была крайне напряженная. Маккензи заметила, что офицеры бросали на них взгляды, полные разочарования. Она уже видела подобные взгляды раньше, когда местная полиция начинала чувствовать, что присутствие бюро причиняет больше проблем, чем помогает.
«Что, чёрт возьми, здесь произошло?» - тихо спросил Эллингтон.
«Понятия не имею», - ответила Маккензи.
Но когда она увидела, что к ним приближается Уилер, шагая так, словно у него было триллион дел, она подумала, что они вот-вот узнают.
«Что происходит?» - спросила Маккензи.
«История просочилась в социальные сети около часа назад. И люди уже начали проводить собственные детективные расследования, устанавливая параллели. Три молодые женщины - все студентки Университета Куин Нэш, менее чем за две недели».
«Есть идеи, откуда взялись эти посты?»
«Похоже, что Хейзел Исидро опубликовала что-то на Facebook сегодня утром. Кроме того, кто-то сделал комментарий о теле, найденном сегодня где-то в реке. Благо, ещё никто не выяснил имя жертвы».
«Насколько всё плохо?» - спросил Эллингтон.
«Пока ещё не очень. Но все мы знаем, что в социальных сетях информация разноситься с невероятной скоростью. Я гарантирую, что большинство студентов в кампусе узнают о случившемся уже к утру. Возможно, даже раньше».
«Какие последствия это повлечёт за собой с точки зрения нагрузки на полицию?»
«Потребуются дополнительные силы на обработку сотен звонков от тех, кто считает, что видел кого-то подозрительного. Это может стать проблемой. Вот почему все здесь в напряжении. Шеф сейчас едет на встречу с руководством университета, чтобы постараться обуздать панику».
Панику в кампусе сдержать будет сложно, - подумала Маккензи.
«Помощник шерифа Уилер, у кого конкретно в Университете, Вы получали информацию о последней жертве?» - спросила Маккензи.
«У женщины в регистратуре. Она очень мне помогла».