Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

— Мистер Мортон, уберите руки за голову. Вы арестованы по подозрению в убийстве Лорен Хилард.

— Вы смеетесь надо мной? — дрожащим голосом произнес он. — Вы, бл…

— Немедленно, мистер Мортон, — отрезала Хлои.

Джейсон Мортон сделал так, как от него требовалось. Его взгляд метался из стороны в сторону в попытке найти выход из сложившейся ситуации. Роудс подбежала к нему и быстро надела наручники. Подозреваемый так и не сказал ни слова, пока Хлои убирала свое оружие, а затем оба агента выводили его из дома.

Проходя через парадную дверь, Файн с Роудс переглянулись. Этот взгляд был радостным, словно они говорили друг другу: «Черт возьми, мы же достали его из-под земли». Хлои была искренне довольна, ведь уже была готова победить любой ценой.

Более того, ей слишком хорошо было известно, что приятные, на первый взгляд, люди зачастую скрывают просто отвратительные поступки за маской идеальной жизни.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Сразу после ареста Джейсона Мортона, к нему домой отправились шериф Дженкинс и пара его подчиненных. Через пятнадцать минут они нашли коробку из-под обуви, целиком забитую аналогичными снимками. На всех фотографиях, точнее на более чем трех десятках, была изображена Лорен Хилард в возрасте семнадцати лет. Большая часть либо наводила на определенные мысли, либо же попросту была явной.

— Они были прямо у кровати, — произнес Дженкинс, передавая снимки Хлои и сильно краснея. — Прямо там, никуда не спрятаны.

Она кивнула и взяла коробку, пролистав несколько фотографий. Увиденного было достаточно. Все это выглядело так, словно перед ней вывесили красную тряпку, которую она так давно искала. Чувство стыда? Или же все это было последней каплей для Джейсона Мортона, толчком к тому, что он хотел сделать еще во время учебы в старших классах.

Естественно, раздумывать над этим и строить предположения можно было целый день. Поэтому Файн просто взяла коробку с фотографиями и направилась с ней в комнату для проведения допросов. Роудс проследовала за ней, не спуская глаз с Джейсона. Хлои подумала, что будь у напарницы такой шанс, она бы запросто кастрировала этого парня.

Тем не менее, Файн удалось сдержать себя. Она подошла к столу, уселась на свободный стул и принялась поочередно и очень медленно извлекать из коробки снимки один за другим.

— Шериф Дженкинс сообщил нам, что их нашли прямо у твоей кровати, — произнесла она. — Я пропущу ненужные разговоры о том, как они там оказались. Мне интересно то, откуда они у тебя. И почему они были брошены таким образом сразу после убийства Лорен.

Джейсон сделал все возможное, чтобы не смотреть на фотографии. Он поочередно переводил взгляд с Хлои на Роудс.

— Это все болезнь, ясно? Я понимаю. Но в этом нет ничего противозаконного, верно?

— Какая болезнь? — уточнила Хлои.

— Эта кличка… Скребок. Я получил ее потому, что Лорен всем рассказала о моей проблеме. Мы с ней… Мы и правда какое-то время встречались, но тайно. Она стеснялась меня. Когда она встретила Джерри, мы еще были вместе. Правда быстро разошлись, но…

— Все это никак не объясняет данные снимки, — перебила его Хлои.

— Прежде чем мы успели хоть как-то сблизиться, Лорен дала мне понять, что не собирается спать со мной. Она сразу сказала, что готова на что угодно, кроме этого. Поэтому представьте себе ее удивление и мой полнейший ужас, когда… Что ж, когда я понял, что у меня проблема. Когда мы были молоды, понятия эректильной дисфункции еще не существовало, но, по сути, именно ее я и заработал.

— Выходит, у вас с Лорен никогда не было секса? — прямо спросила Роудс.

— Нет. И я думаю, что моя проблема… Думаю, именно поэтому она и осталась со мной. Она прекрасно понимала, что мы можем заниматься чем угодно, но это никогда не приведет к сексу. Бывали случаи, когда это практически происходило… Когда я работал по полной. Но нет… Этого так и не произошло. Отсюда и фотографии. Она позволяла мне снимать. Думаю, ей было наплевать. Снимков было гораздо больше. Сотни. Но, когда мы расстались, она попросила отдать их ей. Некоторые я все же сохранил.

— Даже если бы я поверила в эту историю, — произнесла Хлои, — время играет против тебя. Ты попал на камеру в момент ссоры с Лорен Хилард в ночь перед тем, как ее убили. И всего через неделю мы находим это у тебя дома.

— Клянусь… Это просто совпадение. Я увидел ее на встрече выпускников и она снова разбила мое чертово сердце. Я достал их и просто…

Он замолчал и начал всхлипывать. Но слезы и эмоции были больше похожи на гнев. Джейсон сжал кулаки и ударил по столу.

— Эта сучка сломала мне жизнь, — заявил он. — Такой бред… Это дурацкий, подростковый период. Оно убил меня. Я хотел сделать ей больно…

— Мистер Мортон, — перебила его Роудс. — Где вы были в воскресенье днем?

— Дома. Страдал от похмелья. Достал все эти фотографии.

— Вы провели дома целый день?

— Нет. Выходил ненадолго в обед.

— Куда вы ходили? — спросила Хлои.

Джейсон открыл было рот, чтобы ответить, но, судя по всему, понял, к чему все идет. На его лице мелькнуло выражение тревоги. Не в силах смотреть на разбросанные по столу снимки, он уставился в дальнюю стену.

— Куда вы ходили? — вновь повторила Хлои. — Мистер Мортон… Если вы сообщите нам свое местонахождение в предполагаемое время убийства, а также сможете предоставить доказательства, то вас отпустят буквально через пару вопросов.

— Мистер Мортон, — вклинилась Роудс, приближаясь к столу. — Где вы находились в воскресенье днем?

Наконец, он поднял взгляд. Слезы в его глазах уже выражали не только гнев. Джейсон был сломлен. Его поймали.

— В Фармингтон-Акрс, — ответил он, поморщившись.

Затем Мортон сложил руки на столе и положил голову между снимками женщины, которую, как казалось со стороны, именно он и убил.

* * *

— Но он не признался, — сказала Роудс, когда они выезжали из Барнс-Поинта. Она позволила комментарию повиснуть в воздухе, словно наблюдая, правильно ли выразилась.

— И вряд ли сделает это, — ответила Хлои. — Возможно, в суде. Но пока он все еще старается удержаться за время учебы в школе. Пытается ухватиться за женщину мечты, которая ушла.

— Черт, это так жестоко, — произнесла Роудс.

— Если ты и правда чувствуешь себя настолько плохо из-за этого, то нам стоит вернуться через пару дней, если Мортон так и не признается. Без официального предъявления обвинений они смогут продержать его не более четырех суток.

— Боже, мне грустно не из-за него. Просто все это кажется каким-то неестественным.

— Я тоже об этом думала.

Но чем больше времени проходило, чем ближе они подъезжали к Вашингтону, оставляя Барнс-Поинт позади, тем больше Хлои убеждалась в том, что именно Джейсон Мортон убил Лорен Хилард. Он расправился с ней потому, что не был способен отпустить ситуацию, когда она так сильно задела его в старших классах… И потому, что она решила растеребить старые раны двадцатилетней давности. Она разбила и без того сломленное сердце, которое на протяжении двадцати лет сдерживало в себе всю ярость и агрессию, вылив все, в конечном итоге, в жестокое убийство.

Несколько минут оба агента молчали. Роудс задала еще один вопрос, который застал Хлои врасплох.

— А вы с Молтоном встречались? — поинтересовалась она.

— Почему ты спрашиваешь? — спросила Файн, не видя особого смысла отрицать.

— Потому что вы оба не говорите о том, что произошло. Я несколько раз поднимала этот вопрос, но ты постоянно переводила тему. Так что мне просто интересно.

— Не официально, — ответила Хлои. — Тем не менее, было тяжело наблюдать за происходящим.

Роудс лишь кивнула, по всей видимости, решив, что пересекла какой-то неоговоренный барьер. Хлои не стала с этим разбираться. В конце концов, она, в отличие от Джейсона Мортона, собиралась оставить эту боль в прошлом и продолжить жить дальше, развивая свою карьеру.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

— Ты пойдешь на этот вечер встреч выпускников со мной и хорошенько отдохнешь там.

Даниэль стояла у кухонной стойки, расставляя тарелки к обеду, который приготовила сама. Это заявление показалось Хлои противным. Она предполагала, что друзья Лорен Хилард говорили ей нечто подобное, когда она пыталась уклониться от вечеринки. Она уехала из Барнс-Поинта еще вчера, но этот город словно цеплялся за нее клешнями: расследование, окружающая среда, странные дружеские отношения, сохранившиеся со времен учебы в школе.

— Кое-что из этого достаточно сомнительно, а второе — просто нереально, — ответила она.

— Считай это праздником. Ты раскрыла дело, а мне удалось порвать с ненормальным, который хорошо умеет скрывать собственных демонов. Я не собираюсь просидеть все выходные в твоей квартире за бокалом вина.

— Так и не сиди, — ответила Хлои. — Иди, веселись.

— Я не пойду без тебя, — отрезала Даниэль. — И знаешь… Джейкоб Кунц, скорее всего, будет там. Если верить социальным сетям, он все еще свободен.

— Он женился сразу после колледжа, Даниэль.

— Ах, да. Но, как тебе прекрасно известно, все эти отношения, завязавшиеся сразу после колледжа, редко выдерживают проверку на прочность. Он разведен уже почти полтора года.

— С каких пор ты стала следить за нашими одноклассниками на Facebook?

— С тех самых, как стала задумываться о встрече выпускников, — пояснила сестра. — Мне нужно какое-то прикрытие там.

Хлои задумалась и села на диван, разглядывая Даниэль, стоявшую у бара.

— Ты же знаешь, что я лишь один раз ходила на подобные встречи.

— Знаю. Но мы же не собираемся предаваться ужасным воспоминаниям или навещать едва выживших родственников. Только ты, я и парочка людей, с которыми мы учились в школе. А также море алкоголя.

Хлои снова задумалась над предложением. Неужели все и правда будет так плохо? Чем она сможет заняться, если завтра останется дома? Скорее всего, будет сидеть одна, размышляя о том, что потеряла, когда из ее жизни исчез Молтон. Она станет ломать голову над тем, что могла упустить какую-то важную деталь в расследовании, начнет убеждать себя, что Джейсон Мортон не убийца, несмотря на тот факт, что все признаки указывали именно на это.

— Я дам тебе два часа, — произнесла она в ответ. — Если окажется, что на этом сборище не будет ничего интересного, кроме всеобщего обсуждения и сравнения социального положения и браков, мы уходим.

— Договорились, — кивнула Даниэль, широко улыбаясь. — Хотя, не понимаю. В школе ты была достаточно крутой. Даже учитывая тот факт, что не бросалась в глаза.

— Это вовсе не означает, что я хочу все вспоминать, — ответила Хлои.

— Думаешь, со мной что-то не так, раз я хочу пойти? — спросила сестра.

— Нет. Ты всегда была социальной бабочкой, порхающей повсюду.

— А ты всегда была гусеницей, прячущейся в кокон, лишь бы никуда не выходить и не видеть всех красок этого мира.

— Если бы не красота аналогии, я бы обиделась, — ответила Хлои. — Заткнись уже. Я сказала, что пойду. Что еще ты от меня хочешь?

Даниэль улыбнулась, оглядела квартиру и снова повернулась к сестре. В этом взгляде читалась вся благодарность, которой она не успела поделиться.

— Больше ничего, — серьезно произнесла она. — Ты уже сделала более чем достаточно.

— Хорошо. Не забывай об этом, когда я буду вытаскивать тебя оттуда за руку.

* * *

Их родной город, точнее сказать, единственный, который Хлои хорошо помнила из своего детства после переезда к бабушке с дедушкой, находился в двух с половиной часах езды от Вашингтона. Как только они въехали в Пайнкрест, штат Мэриленд, Файн словно заново окунулась в прошлое. Она с ужасом вспомнила, что едва не вышла замуж за Стивена и не переехала сюда жить.

По пути к школе, она проехала как раз по той дороге, которая вела в район, где они со Стивеном и собирались жить. Ей вдруг стало интересно, что произошло с домом, который они выбрали. Он его продал? Или все еще владеет им? Даже одна мысль о том, что она раздумывает над подобными вещами, вызвала неприятный холодок по коже.

Как только Хлои припарковала машину и они с Даниэль вышли на улицу, она вдруг поняла, что странным образом проводит параллель. Всего две недели назад Лорен Хилард также отправилась на двадцатилетний юбилей выпуска из школы. При одном лишь взгляде на здание, где сейчас собрались все ее одноклассники, выпустившиеся десять лет назад, Файн почувствовала легкое головокружение. Событие решили отметить в Кантри-Клабе Пайнкреста, где она так и не удосужилась побывать, пока жила в этом городке.

— Ты уже выглядишь несчастной, — произнесла Даниэль, как только они вошли внутрь.

— Нет-нет, — саркастично ответила Хлои, натянув фальшивую улыбку. Она открыла дверь и вошла. — Улыбаемся. Я тебе обещала.

Практически сразу на входе была установлена маленькая палатка. За столом, на котором лежали пустые бейджики, а также несколько маркеров, сидели мужчина с женщиной. Как только девушки взяли маркеры и принялись заполнять бумаги, мужчина издал тихий вздох и подскочил на ноги.

— Боже мой, это же сестры Файн! — воскликнул он.

Хлои каким-то чудом смогла позабыть эту дурацкую кличку. Как только обе девушки достаточно повзрослели и начали встречаться с парнями, а слухи о распущенности Даниэль успели разлететься по всей школе, к ним тут же прицепилось прозвище «Сестры Файн». Что было не так уж и плохо, учитывая, что использовалась их фамилия. Но в данном случае, слово «Файн» можно было интерпретировать по-разному. Например, используя дословный перевод, то есть «сексуальная» или «горячая». Хлои вечно обижалась, поскольку прекрасно знала, что в школе ее так никогда не воспринимали. Во всяком случае, она ничего подобного не замечала.

Тем не менее, она едва могла вспомнить этого человека, а Даниэль уже повисла на его толстой шее. Чтобы избежать подобных объятий, Хлои сделала вид, что заметила нечто интересное в коридоре, ведущем в центральный зал, где и проходило основное торжество.

Даниэль, спустя пару минут, все же присоединилась к ней, прикрепив бейджик к блузке с низким вырезом. Сестра никогда не стеснялась демонстрировать свои прелести. Сегодняшний вечер не стал исключением. Тем не менее, Хлои была искренне рада за нее. Даниэль выглядела достаточно мило и, казалось, напрочь забыла о недавних событиях с Сэмом и их отцом.

— Это же был Малкольм… как там его… Верно? — поинтересовалась Хлои.

— Малкольм Прайс, — кивнула Даниэль. — Он приглашал меня на свидание еще в десятом классе, но я тогда отказала ему.

— Сердцеедка, — пошутила Хлои.

Они прошли в большое помещение, где проходило основное празднование юбилея. Огромный зал был оформлен в стиле деревенской ложи. Повсюду висели снимки их класса, а также темно-синие и белые воздушные шары, передающие цвета эмблемы их школы. В дальнем углу была установлена будка диджея, который включил песню Джастина Тимберлейка.

Следующие несколько минут прошли ровно так, как и предполагала Хлои. Она встретила несколько человек, с которыми ходила в школу. Кое-кого даже искренне была рада видеть. Наткнулась на женщину, с которой хорошо дружила во время обучения в средних и старших классах. Затем та поступила в колледж в Алабаме и приехала сюда только ради вечера встреч. Подобную приверженность Хлои была не в силах понять. Тем не менее, еще в первый час они с Даниэль разбежались по разным углам. Сестра болтала с группой людей, с которыми тусовалась в последние годы школы (один из них, насколько помнила Хлои, как-то приторговывал кокаином и ЛСД прямо в образовательном учреждении), а сама Хлои изо всех сил старалась оставаться приветливой с людьми, которые некогда были ей друзьями или же просто знакомыми.

Она взглянула на часы, намереваясь полностью выдержать обещанные Даниэль два часа. Заметив, что осталось всего двадцать минут, Хлои направилась в сторону бара, чтобы заказать третий напиток за вечер. Они с Даниэль заранее забронировали номер в ближайшем отеле на случай, если ни одна из них не сможет сесть за руль и тогда они смогут взять такси, потратив всего пятнадцать минут на то, чтобы добраться до постели.

Как только она пригубила напиток, который представлял собой ром с колой в неправильной пропорции, на ее плечо вдруг опустилась чья-то рука. Инстинкты агента чуть не заставили ее схватить наглеца и вывернуть руку так, чтобы столкнуться с противником лицом. Но Хлои подавила это желание и просто обернулась.

Казалось, что все шутки и подколы Даниэль вдруг резко превратились в реальность. За ней стоял Джейкоб Кунц — тот самый парень, с кем она впервые поцеловалась, дала потрогать грудь и заставила плакать, когда решила расстаться. И, словно судьба решила посмеяться над ней, оказалось, что Джейкоб выглядел намного лучше, нежели в школе. Да, возраст сделал свое дело, но это лишь положительно сказалось на нем. В старших классах у него было такое лицо, что главная роль в семейной комедии была бы ему обеспечена. Теперь же, за него поборолись бы «GQ» или же «Men’s Health».

— Джейкоб, — произнесла Хлои, прекрасно понимая, что по ее лицу расплывается широкая улыбка.

— Привет, Хлои, — ответил он. — Должен сказать… Я не ожидал, что ты здесь появишься.

— Я и не планировала. Все произошло из-за нестерпимого нытья моей сестры.

— Да, я встретился с Даниэль, как только зашел. Она сразу же указала мне на тебя. Выглядит неплохо, — улыбнулся он, слегка придвинувшись. — Ты, кстати, тоже.

— Могу ответить взаимностью.

Джейкоб подошел к бару и заказал себе пиво. Ожидая, он обернулся и улыбнулся Хлои.

— Знаешь, я пару раз пытался найти тебя на Facebook, но мне не удалось.

— Да, я им не пользуюсь. Слишком открыто и много пустой болтовни.

— Я так и понял, — ответил он. Затем он взял свое пиво и поднес к ее бокалу. — Рад видеть тебя.

— Взаимно, — чокнулась она в ответ.

— Ладно, чем теперь занимаешься? — поинтересовался Джейкоб. — Я всегда считал, что ты займешься чем-то близким к юриспруденции. Адвокат, судья или что-то в этом роде.

— Думаю, ты практически угадал, — ответила она. — Работаю на ФБР.

Он рассмеялся, но быстро успокоился.

— Это просто проявление шока, — пояснил он. — Я не издеваеюсь. Поскольку и правда… Ожидаемо. Вроде агента?

— Да, что-то вроде агента. А ты как? Чем сам занялся?

— Ну, я был владельцем бизнеса до того, как развелся в прошлом году. Моя жена получила большую часть. Поэтому последние месяцы я зарабатываю консультантом по строительству… В основном частных домов, но иногда и торговых центров.

— Да, Даниэль рассказывала мне о разводе. Сочувствую.

— Думаю, мы были обречены с самого начала, — пожал Джейкоб плечами. — В любом случае… Бюро… Выходит, ты живешь в Вашингтоне?

— Да. А ты?

— Под Балтимором.

Хлои вдруг осознала, что легко и непринужденно завязала разговор с мужчиной, который чуть не похитил ее сердце одиннадцать лет назад. Десятилетие, продлившееся между моментом их отношений и этим днем, сегодня казалось огромной пропастью. Трудно было даже представить себе их общение с Джейкобом, когда они еще были молоды. Теперь же все встало на свои места и оба они поняли, что им суждено было встретиться и пробыть вместе довольно долго. Хлои даже заскучала по той наивной детской любви, но не по доверчивому человеку, которым едва не стала из-за этих отношений.

Они проболтали в баре почти двадцать минут, наверстывая упущенное и делясь соображениями по поводу текущих событий и поп-культуры, а также вспоминая старые школьные времена, большая часть которых и включала период их романа. Как только разговор перешел в более комфортное русло, Хлои заметила Даниэль, которая направлялась в другую часть бара. Сестра иронично кивнула ей, а затем сделала вид, что взглянула на часы, которых вовсе не было на запястье, и пожала плечами. Хлои в ответ закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.

Отвернувшись от Даниэль, она заметила одинокую женщину, сидевшую в маленькой зоне отдыха в дальней части помещения. Хлои с трудом припоминала ее. Кажется, ее звали Ташей или что-то в этом роде. Женщина выглядела так, словно совершенно не хотела находиться здесь. Файн даже ощутила слабый укол вины за то, что ее настроение так быстро сменилось на хорошее.

— Все хорошо? — спросил Джейкоб. — Такое ощущение, что ты витаешь в облаках.

— Да, все в порядке. Просто наплыв эмоций. Видеть всех этих людей, спустя столько лет и…

«Ее зовут Таша Хаскинс, — внезапно вспомнила она. — Она никогда особо ни с кем не сближалась и даже не пыталась. То же самое и сейчас. Она наблюдает за всеми со стороны, размышляя над тем, как сложились их жизни. Возможно, у нее ничего не изменилось. А может…Может в последние дни ты уже видела кого-то, вроде нее…»

— Хлои?

Ей словно дали пощечину. Файн изо всех сил пыталась ухватиться за эту мысль, борясь с туманом в голове, возникшим из-за трех выпитых напитков.

— Все хорошо, — ответила она, хоть и не была в этом уверена. — Джейкоб, я сама не могу в это поверить… Но, кажется, мне пора идти.

— Неужели я переборщил? Подошел к тебе и повел себя так, словно и не было этих десяти лет.

— Нет, нет… Дело не в этом. Рабочий момент и…

Она замолчала и схватила с бара салфетку. Попросив у бармена ручку, она записала свой номер.

— Вот доказательство, что я не просто сбегаю. Позвони мне через пару дней. Я буду не против наверстать упущенное.

— Я тоже, — кивнул Джейкоб.

Хлои обняла его, пытаясь найти в толпе Даниэль. Заметив ее, она отпрянула от Джейкоба, еще раз попрощавшись с ним. Уйти от него было гораздо тяжелее, чем она могла себе представить, особенно, не успев еще выкинуть из головы Молтона. Она добралась до Даниэль, которая теперь неловко танцевала в компании нескольких девушек под какую-то ужасную попсу, которую, в принципе, ненавидела.

— Ты выглядишь обеспокоенной, — произнесла сестра. — Все хорошо?

— Не знаю. Даниэль, я только что поняла… В общем, ты разозлишься, но нам пора.

— Два часа еще не прошло, — с насмешливым разочарованием сказала Даниэль.

— Я в курсе. Клянусь… Даниэль, это важно. Мне кажется, мы могли ошибиться в деле Барнс-Поинта и стоит как можно скорее вернуться в Вашингтон.

— Черт… Ты сейчас серьезно?

— Сколько ты выпила? Можешь вести машину?

— Два пива. Пока ничего крепкого. Могу сесть за руль.

Хлои понимала, что это безответственно, особенно учитывая ее профессию, но не видела иного выхода.

— Спасибо, — кивнула она. — Даниэль, правда… Я твоя должница.

Сестра попрощалась с парой человек и, к радости Хлои, явно не было сильно огорчена тем, что они уходят. Честно говоря, ей даже показалось, что Даниэль слегка приободрилась, осознавая, что везет свою сестру, агента ФБР по совместительству, домой, чтобы та смогла вновь приступить к расследованию дела об убийстве.

Как только Даниэль отъехала с парковки, потягивая воду, которую заблаговременно прихватила из бара перед уходом, Хлои достала телефон. Первым делом она набрала Роудс, чувствуя себя настоящей стервой из-за того, что звонит ей в девять вечера в субботу. Напарница ответила слегка уставшим голосом, хотя явно была рада слышать Хлои.

— Прости, что побеспокоила в такое время в выходной, но, кажется, нам стоит встретиться. Думаю, есть смысл вернуться в Барнс-Поинт.

— Какого черта?

Хлои пересказала ей ход своих мыслей, внезапно ворвавшихся в голову. К моменту, когда они попрощались, Роудс была не просто убеждена в реальности происходящего, но даже умудрилась разволноваться. Затем Файн набрала следующий номер, не сильно надеясь дозвониться, но все же надеясь на лучшее. После третьего гудка ей ответили. Голос человека на том конце провода практически полностью заглушал звук громкой, ревущей музыки.

— Скотт? Это Агент Файнт. Судя по звуку, вы на работе.

— Да. Чем могу помочь?

— Есть хоть малая надежда встретиться в вашей студии? Я хочу еще раз взглянуть на записи с вечера встреч выпускников.

— Дайте мне час. У меня есть резервная копия, которую я могу запустить, чтобы освободиться.

Хлои поблагодарила его и повесила трубку. Затем она посмотрела на дорогу и перевела взгляд на сестру.

— Ты уверена, что трезва? — уточнила она.

— Если и были сомнения, то они уже сошли на нет. То, как ты говорила по телефону, захватывает воображение. Чувствую себя твоим напарником.

— Ты им сейчас и являешься. Но не забывай, что твой напарник — агент ФБР. А значит, стоит слегка поторопиться.

Даниэль улыбнулась и вдавила педаль газа. Вечер встреч остался лишь очередным воспоминанием для них и, пока Даниэль спешила обратно в Вашингтон, Хлои размышляла над делом, задаваясь вопросом, как же они с Роудс умудрились пропустить такой очевидный момент.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Скотт Ламбаст выглядел так, словно чувствовал себя, как Даниэль — взбудораженным и готовым помочь разобраться в деле любым возможным способом. К тому времени, как Хлои с Роудс появились в его доме около полуночи, он уже успел заскочить в свою студию и включить запись. Он остановил ее на моменте, когда Джейсон Мортон притаился у дальней стены, ожидая, когда из туалета выйдет Лорен Хилард.

— Насколько я понял, вы хотите начать именно с этого места, — сказал Скотт.

— Почти, — ответила Хлои. — Но все же стоит немного вернуться.

Ламбаст так и сделал, отмотав назад запись. Примерно через двадцать секунд он дошел до той точки, которая им и была нужна.

— Вот, — произнесла Хлои, шагнув вперед и указав на монитор, точнее на одинокую женщину, сидевшую в конце бара.

— Вы сказали, что ее зовут Мелани, так? — уточнила Роудс.

— Да, — ответил Скотт. — Но я не знаю ее фамилии. Рискуя показаться сволочью, хочу сказать, что никогда не обращал на нее ни малейшего внимания в школе.

«Да, думаю, никто этого не делал», — подумала Файн.

Следующие несколько минут она внимательно наблюдала за Мелани. Девушка провела большую часть времени, с болью наблюдая за несколькими разными группами. Но каждый раз ее взгляд возвращался обратно к Лорен. Даже в те моменты, когда жертва отходила от друзей, особенно Табби и Кейтлин, Мелани, казалось, продолжала следить за ней.

— Промотайте немного вперед, — попросила Хлои.

Скотт ускорил видеозапись, а Файн сосредоточилась на девушке. Мелани все время оставалась на одном и том же месте, словно использовала бар, как прикрытие. Она практически не пила и, судя по тому, что успела увидеть Хлои, заказала за весь вечер всего два напитка. Как только девушка отошла от стены и направилась в зал, Хлои положила руку на плечо Скотта.

— Переключите на обычный режим.

Запись вернулась к нормальной скорости и в этот момент Мелани пошла в сторону Лорен и ее знакомой. Девушка была уже на половине пути, как вдруг остановилась. Казалось, она обдумывала свой шаг, прежде чем развернуться и отправиться в дальнюю часть помещения, где находился туалет. Зайдя в дамскую комнату, она на время пропала с экрана. Скотт перемотал целых восемь минут до момента, когда Мелани, наконец, вышла. Как только она вновь появилась на записи, к ней кто-то подошел и несколько минут они проболтали. Было явно видно, что девушку разговор абсолютно не интересовал.

Через несколько минут она снова растворилась в толпе. Ей так хорошо это удавалось, словно она тренировалась всю свою жизнь.

— У вас есть возможность распечатать скриншот? — поинтересовалась Хлои.

— Могу предложить сделать снимок и сохранить его в формате «JPEG».

— Сойдет.

Пока Скотт занимался этим, Роудс с Хлои отошли вглубь студии. Напарница еще раз оглянулась на монитор, на котором они остановили видео.

— Знаю, выглядит притянутым за уши, — сказала Хлои. — Но все вроде подходит, не находишь? Девочка, которую в школе никто не замечал. Завидовала популярной однокласснице. Роудс, ты обратила внимание, как пристально она наблюдала за Лорен на протяжении всей записи?

— Да. Это и правда было жутковато.

— Нам стоит пообщаться с ней. Даже если она не откроет ничего нового, кроме еще более ужасных историй из жизни Лорен Хилард и ее отношении к своим сверстникам во времена учебы в школе, я чувствую, что человек, который не упускал жертву из вида, может либо увеличить нашу уверенность в виновности Джейсона Мортона, либо указать на оплошность.

— Но ты больше не считаешь, что это дело рук Джейсона?

— Не знаю. То, как он хранил эти фотографии… Довольно печально, но не менее извращенно. С другой стороны, на них не было ничего, что могло бы говорить о его желании причинить ей вред. Конечно, он представлял ее, рассматривая эти фотографии, но…

— Но мужчина, который хотел бы убить ее, не мог так восхищаться ее телом.

Хлои кивнула. Этот момент никак не укладывался в ее голове еще с тех пор, как они арестовали Джейсона Мортона. Казалось, подозреваемый не соответствовал картинке, которую она себе нарисовала.

— Я распечатал вам снимок, — произнес Скотт. — Но могу я спросить, как вы вообще собираетесь найти ее, основываясь лишь на этой фотографии?

Хороший вопрос, но у Хлои уже появилось несколько идей.

* * *

Бар «Нелли» был полностью забит, когда Роудс припарковала машину на забитой парковке. Еще до того, как агенты вышли из машины, они услышали, как из заведения разносятся басы какой-то ужасной мелодии в стиле кантри. Обменявшись наполненными отвращением взглядами, они направились внутрь.

Хлои оценила размеры помещения, слегка удивишись тому, насколько переполненно оно было. Пытаясь выявить среди присутствующих людей в возрасте от двадцати восьми до тридцати лет, она поняла, что это куда сложнее, чем кажется. В результате, она поняла, что лучшим вариантом будет обратиться к главному эксперту. Подойдя прямо к бару, Файн заметила того же бармена, который работал в тот день, когда они с Роудс допрашивали Себастьяна Фоллена.

— Эй, — осторожно окликнул он их. — Мне не нужны здесь новые сцены.

— Нам тоже, — ответила Хлои. — Вы знаете, кто такая Лорен Хилард?

— Да. Это та, которую убили две недели назад, верно? Замужем за Джерри Хилардом. Многие до сих пор обсуждают, какой горячей штучкой она была в школе.

— Именно. Можете указать нам на кого-нибудь в этом баре, кто учился с ней в одном классе?

— Черт… Да, запросто, — он кивнул в сторону небольшого столика, который располагался прямо за их спинами. Там в полном одиночестве сидел мужчина. Хлои с легкостью узнала его, поскольку неоднократно встречалась с ним в последние дни.

Джерри Хилард выглядел так, словно в любой момент готов был свалиться со стула. Схватив пивную кружку обеими руками, он уставился прямо в нее, словно изучал плавающие внутри чайные листья (или, что больше подходило в данном случае, листья хмеля).

— Как давно он здесь? — спросила Роудс.

— Давно. Как минимум с девяти. Несколько человек подходили к нему из вежливости. Приносили свои соболезнования и тому подобное. Но он хочет побыть один. Он пришел, заказал бокал пива и попросил не закрывать счет… И следить, чтобы у него не стоял пустой стакан, пока он не уйдет. Я сказал, что могу, но только в том случае, если он отдаст мне свои ключи от машины. Он передал их и я подготовил номер такси, чтобы вызвать его, как только он решит уйти.

— Сколько он выпил?

— Трудно сказать, — пожал плечами бармен. — Восемь или девять бокалов.

Хлои поблагодарила его и медленно направилась к Джерри. Роудс проследовала за ней, отклонив, как минимум, одно приглашение за столик.

Остановившись у стола, Файн присела на свободное место. Он поднял голову, но не сразу узнал ее. Затем Джерри кивнул, словно Хлои до этого что-то сказала, и огляделся.

— Не лучший момент жизни, — медленно произнес он, тщательно выговаривая каждое слово. — Захотелось оказаться в окружении людей… Но все, что они хотят, это высказать мне свои соболезнования.

— Мистер Хилард, с вами все в порядке?

Ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать музыку. Тот факт, что она узнала песню, немного раздражал: «Fast as You» Дуайта Йокама.

— Конечно, — ответил Джерри. — Мои дети не хотят возвращаться домой. Даже после похорон… Они не хотят иметь со мной ничего общего. Родители Лорен считают, что пока для них это слишком болезненно. Но они даже ни разу не поинтересовались, каково было мне. Эти сволочи наверняка радуются ее смерти лишь потому, что теперь она больше не может быть со мной.

Понимая, что подобный разговор может быстро перерасти в вереницу жалоб, Хлои решила перейти прямо к делу. Она искренне жалела этого мужчину, но стоило признать, что бармен принял верное решение с ключами и оставалось надеяться, что он сделает так, как и пообещал.

— Мистер Хилард, я хочу, чтобы вы взглянули на одну фотографию и сообщили мне, известно ли вам, кто изображен на ней. По моим предположениям, эта девушка училась с вами в одном классе.

Она передала ему снимок и Джерри принялся внимательно изучать его. По всей видимости, он пытался сфокусировать зрение на единственном изображении, а не на двух или трех, которые расплывались в его глазах.