Гитлер в Кролль-опере объявляет Рейхстагу о германском вторжении в Польшу. 1 сентября 1939 года.
Победоносные немецкие войска проходят строем по разбомбленной польской деревне.
Злополучный памфлет главы компартии Британии Гарри Поллита «Как победить в войне», вызвавший гнев Кремля призывом заступиться за Польшу.
«Кажется, это вы – главный мерзавец и подонок?» Знаменитая карикатура Дэвида Лоу (сентябрь 1939 года), отражающая западный взгляд на мрачный цинизм германо-советского пакта.
– Не надо вдумываться, – беспокойно остановил его Кай. – Мой коллега, знаете ли, пытался разобраться в инструкции к обычному русскому утюгу... Так вот, у него не восстановился до сих пор нормальный сон, насколько я знаю. Утюг, кстати, был отличный. С виброукладкой волокон.
Молотов объявляет о советском вторжении в Польшу 17 сентября, объясняя его желанием СССР помочь «братьям по крови».
– Знаете, – задумчиво сказал кэп, – в свободное время спуститесь в отсек среднего состава... если найдете для себя возможным, и там, в каюте э-э-э пятьсот девяносто, да, точно – пятьсот девяносто (память у капитана была его сильной стороной в общении с экипажем) – в каюте пятьсот девяносто найдете нашего второго кока-программиста Тимоти Сухого. Если найдете с ним общий язык, он э-э-э... может помочь вам разобраться в этой галиматье. Особенно, если вы будете называть его Тимофей. И постарайтесь не заключать с ним пари.
– Благодарю за совет.
Танк Красной Армии БT-7 едет по восточно-польскому городу Раков (ныне белорусский Ракаў) мимо ошеломленных местных жителей.
Они раскланялись.
Поднимаясь в лифте, кэп Джейкобс несколько раз повторил про себя:
\"Ба-ра-баш-ка\".
И усмехнулся.
6-я Армия вермахта проходит парадом перед Гитлером в бывшей польской столице Варшаве. Октябрь 1939 года.
4
Кровавая действительность германского режима: расстрел в польском городе Сосновец. Осень 1939 года.
Взаимное представление членов \"Комиссии по расследованию
обстоятельств, сложившихся на Станции Наблюдения \"Ферн-21\", прошло
Красная Армия проходит парадом по польскому городу Львову мимо портрета Сталина. Сентябрь 1939 года.
несколько натянуто. Не то, чтобы ее членам было впервой участвовать в разного рода разбирательствах (одна только история с раздвоением \"Гэлэкси\" чего стоила), но вот в дела, напрямую завязанные на агентуру Директории, да и вообще на политику, никто из офицеров ОКФ путаться не любил. Особенно, когда из-за таких вот дел вместо законного отпуска получаешь прогулку на край света, на неопределенный срок. Главный Связист крейсера, известный в пределах Галактики своей технической интуицией и своеобразным представлением о такте и о субординации, вообще, сходу спросил, не спятил ли ненароком агент, на донесение которого изволил сослаться капитан, и нельзя ли это донесение посмотреть на предмет того, чтобы разобраться сначала, с чего этот парень там наложил в штаны, прежде чем всем крейсером тащиться черт его знает в какие края и там корячиться неведомо зачем.
Кровавая действительность советского режима: тела поляков, эксгумированные в Катыни в апреле 1943 года.
Донесение кэп не показал, довольно резонно отметив, что дело не в оном донесении, а в приказе командующего ОКФ, который обсуждению не подлежит. Кроме того, – не менее резонно заметил он, – агент такого класса в здравом уме переполоха не поднимет, кроме как в чрезвычайных обстоятельствах. А если уж он и тронулся умом, то этот факт сам по себе, учитывая полномочия и возможности такого рода агентов, составляет весьма чрезвычайное обстоятельство, требующее каких-то действий.
На том порешили и взялись за дело.
«Там пропадут, как рудая мышь». Депортированная польская семья из Станиславова позирует фотографу перед своим новым «домом» в советском Казахстане. Им еще повезло.
5
Под взглядом двух сотен пар глаз раздосадованных господ офицеров,
Нацисты депортируют евреев из Лодзи в оккупированной Польше. Март 1940 года.
дисциплинированно ждавших их в зале собраний командного состава, и под
прицелом камер, транслирующих ход собрания в кубрики экипажа и Десанта,
Заменить их теоретически должны были этнические немцы, которых Сталин по условиям пакта обещал выпустить со своих новообретенных территорий. Здесь переселяемых «фольксдойче» из Бессарабии загружают в поезда, которые повезут их «домой в Рейх».
Комиссия несколько сплотилась. Сэконд уже не смотрел зверем на
Федерального Следователя, Главный Связист не материл себе под нос
Недостроенный немецкий тяжелый крейсер «Лютцов» – «флагманский корабль» нацистско-советского пакта – идет на буксире в Ленинград. Май 1940 года.
командование ОКФ, командиры Десанта и группы оперативной разведки слегка поуменьшились в габаритах и перекроили выражение лиц с кошмарного на просто мужественное.
Кэп Джейкобс оказался на высоте – сходу выложил подчиненным горькую пилюлю, состоящую в необходимости, согласно приказу Командующего, еще невесть сколько болтаться у черта на куличках. Пилюлю он принципиально не подсластил ничем, кроме вполне табельной речуги, в которой недобрыми словами помянул Галактическую Смуту и всю Эпоху Войн вообще. Как требовал того суровый жанр выступления, он указал, что не только прогнившая и развалившаяся (туда ей и дорога) Империя объединяла Тридцать Три Мира, и их общечеловеческое, земное, можно сказать, происхождение (если не считать, конечно, этих Орионских чертей и странность из \"Угольного мешка\"). Помянуты были, само собой, Великая Эпоха Экспансии, кровь, пролитая совместно в битвах периода Контакта, и другие возвышенные материи. Закончил кэп тем, что по мнению Командования (и его личному, кэпа Джейкобса, мнению) большим свинством было бы оставить в беде – черт его знает, в какой именно – несчастную, но весьма стратегически важную колонию, которая по неразумению своему полвека назад вздумала отделиться, а сейчас совсем дошла до ручки. Потом кэп загнул обязательный пассаж о высокой миссии Федерации, всех ее ОКФ и особенно линейного крейсера ОКФ-2 \"Харрикейн\". И вообще, есть ли вопросы к капитану?
«Так мы уничтожаем врагов советской власти». Редкая фотография, показывающая массовую высылку из оккупированной советскими войсками Риги, столицы Латвии. Июнь 1941 года.
Вопрос был один – у Главного Энергетика. Его интересовало то, каким образом будет согласован бросок к системе Ферн с маршевым ресурсом корабля и, как всегда, – еще одно – знает ли высокое начальство, как обстоят дела с шестым генератором?
Начальство это знало. Более того, постоянно имело чертов генератор у себя в печенках. Что до маршевого ресурса, то энергопотребление судна, выполняющего прямой приказ Командующего ОКФ, по всем законам, людским и божеским, восполняется из резерва Командования. Доволен ли господин Главный Энергетик ответом? Очень хорошо. До девятнадцати тридцати экипаж, кроме вахтенных и дневальных, имеет свободное время. В девятнадцать тридцать – стартовая готовность. В двадцать ноль-ноль – Бросок. Благодарю за внимание. Вольно. Разойтись.
Германо-советские экономические связи значили для Берлина больше, «чем выигранная битва». Здесь инженер проверяет уровень советской нефти в одной из цистерн, готовых отправиться в гитлеровский Рейх. Зима 1940 года.
6
Молотов прибыл в Берлин в ноябре 1940 года на очередные переговоры об условиях нацистско-советского пакта.
Удаляясь в рубку управления, кэп был хмур и тих. Хмур и тих был и весь \"Харрикейн\". Офицерский состав ожесточенно наяривал на клавиатуре своих терминалов письма женам, подругам и адвокатам – у многих в очередной раз срывались намеченные на время отстоя в Лунных Доках дела, в разной степени деликатного толка, а состав средний и рядовой кучковался по кубрикам, крыл крепкими словами начальство и заключал, как водится, пари на разные аспекты предстоящего похода. Главным образом, дискутировался вопрос о том, какая сатана во всем этом виновата. Вне игры был, как всегда, только Тимоти Сухой, который с самого начала заявил, что спору никакого быть не может – кашу заварила баба; после чего он уединился в своей каюте и шпарил под гитару белогвардейские романсы. Спору никакого и не было. Весь ОКФ прекрасно знал, что упрямый русский кок с \"Харрикейна\" еще ни одного пари в своей жизни не проиграл.
7
«Давайте мы мир разделим!» Гитлер и Молотов обсуждают условия договора (между ними – переводчик Густав Хильгер), но в итоге так и не подписывают новое соглашение.
Полистав немного для успокоения нервов каталог японских игрушек, Кай поднялся с лежанки и, за неимением других занятий, стал приводить себя в порядок перед зеркалом, иронически окинув взглядом свою сутуловатую фигуру. Шесть с небольшим футов ходячей беды смотрели на него из глубины тщательно протертого стекла. Человек, который поворачивает космические крейсера и путается под ногами у президентов колоний. Когда-то (господи, в этой ли жизни?!) Наркобароны довольно много давали за его стриженую голову. В ту пору, когда голова эта еще не начала седеть.
– Но теперь, ввиду инфляции, бояться мне, – подумал он, – нечего. И вообще, хватит чувствовать себя зачумленным.
Геббельс зачитывает обращение Гитлера к немецкому народу о нападении на СССР. «Я ощущаю полную свободу», – записал он позже в своем дневнике.
Он подхватил коробку с Барабашкой и вышел из каюты.
В лифте было просторно, а ехать пришлось достаточно далеко – только
теперь Кай оценил размеры крейсера. Напластования металла, керамики, пластика проходили перед ним – вверх и вверх. Глухой гул стальных лабиринтов. Флуоресцирующие знаки и надписи.
Москвичи с тревогой слушают по радио сообщение Молотова о нападении нацистов. «Наше дело правое, – провозгласил он. – Победа будет за нами!»
Лифт остановился. Следователь вышел из него и еще метров триста прошел под низкими сводами отсека среднего состава. Остановился и, как всегда, забыв про кнопку звонка, осторожно, костяшками пальцев постучал в дверь каюты пятьсот девяносто.
На территориях, недавно аннексированных Москвой, – например, как здесь, под Кишиневом (в бывшей Бессарабии), – многие встречали немцев как освободителей.
8
Локаторы крейсера нащупали \"Ферн-21\" за десять миллионов километров. Когда этих миллионов осталось восемь, штурман не без удивления доложил, что на орбите, кроме \"бублика\" станции, болтается еще несколько объектов поменьше, довольно симметрично раскиданных по ее эллипсу. Он начал водить пальцем по дисплею, пытаясь пересчитать маленькие светлые точки.
– Включи счетчик, Мак, – не без яда в голосе посоветовал капитан. Он был тоже озабочен таким поворотом дела, но старался не подавать виду.
«От 56-й стрелковой дивизии остался только номер». Это лишь немногие из бесчисленных тысяч красноармейцев, сдавшихся немцам в первые же дни операции «Барбаросса».
На дисплее загорелась цифра 13. Штурман сплюнул через левое плечо и повернулся к кэпу.
– Не то, чтобы мы, шотландцы, были слишком суеверны, сэр, но видит Бог, я чувствовал бы себя лучше, если бы у планеты было двенадцать или четырнадцать спутников...
Подбитый танк T-34. Эта модель – один из немногих источников оптимизма для Сталина в июне 1941 года – по иронии судьбы, была создана во многом благодаря использованию немецких технологий.
Капитан собственноручно вывел оптику на максимальное увеличение и
перевел изображение на главный экран. В полном соответствии с заведенным
Сикорский (слева) и Майский (справа) подписывают польско-советское соглашение в присутствии Идена и Черчилля.
на нее файлом, станция \"Ферн-21\" оказалась типовой наблюдательной
обсерваторией, размером с провинциальный городской рынок, с шаром
стыковочного узла на оси. Только вот сбоку от основного корпуса, по оси вращения, торчали причудливые выросты, явно не предусмотренные проектом.
В Белостоке (Польша) местные жители демонтировали памятник Сталину, поставленный совсем недавно. Июль 1941 года.
– Это резервные оранжереи, сэр, – внес ясность в ситуацию сэконд.
Брови капитана поползли вверх.
Массовое убийство в гараже кооператива «Летукис» в Каунасе: евреев до смерти забивают добровольные палачи из числа местных коллаборационистов. Июнь1941 года.
– У них что там, проблема с продовольствием?
Сэконд деликатно пожал плечами.
Тела жертв НКВД, разложенные по двору тюрьмы во Львове для опознания обезумевшими от ужаса родственниками. Июнь 1941 года.
– Или у них там э-э-э... демографический взрыв, или же они поголовно
стали вегетарианцами... Впрочем, скоро мы это узнаем. Гораздо интереснее, что это за мелочь они поразвесили по орбите – вот эти двенадцать игрушек...
«Балтийский путь» – живая цепочка из людей, протянувшаяся через все три прибалтийские республики СССР в 50-ю годовщину подписания нацистско-советского пакта в знак протеста против сталинской аннексии трех государств. Август 1989 года.
Занятый именно этим вопросом штурман, крякнув от неожиданности, оторвался от терминала.
– Да это же ракетные платформы! Отсюда не слишком хорошо видно, но они чертовски напоминают орбитальные установки СВ-17, сэр.
Эта демонстрация в литовском городе Шяуляе в августе 1989 года жестко и наглядно напомнила о преступном сговоре: три прибалтийские республики изображены в виде гробов, над которыми развеваются нацистский и советский флаги.
– Они что, собираются атаковать Колонию? Без санкции Директории?
– Не будем спешить с выводами, капитан, – сэконд обернулся за
поддержкой к Каю. – Как вы думаете, что все это значит?
Кай осторожно пожал плечами.
– Это могут быть метеорологические ракеты. Для управления погодой.
Или банальные спутники связи. Надо посмотреть, что там входит у них в комплект... А самое простое – спросить у них самих.
– Штурман, рассчитайте режим торможения, – с выражением недоумения всеобщей бестолковостью, произнес капитан. – Мы зависаем километрах в пятидесяти от \"бублика\". А главного связиста попрошу подготовить все коммуникационные каналы связи, включая аварийный и спецканал для связи со станцией. Наше молчание становится неприличным...
Оно и действительно, полное радиомолчание нашпигованной оружием громады, без предупреждения подваливающей к станции из дальнего космоса, могло бы показаться не только неприличным. Тем более, что индикатор автозапроса уже начал подмигивать и попискивать: \"Кто ты? Кто ты? Кто...\"
– И не забудьте про маскировочный щит. С планеты нас не должны засечь. Черт возьми, с данного момента мы работаем в режиме постоянной фиксации – радио, видео и оптические каналы – на запись и под пломбы.
– Мы можем э... зондировать эти... штуки? Ракетные платформы? – Кай не сводил глаз с экрана.
– Пошлем легкий \"бумеранг\". Он дистанционно просветит какую-нибудь из них, километров с полутора. Сэконд – озаботьтесь... Членов Комиссии прошу в мой кабинет.
9