Но с тобой я всегда могла быть сама собой. И мне казалось, что именно за это ты меня и любишь. И принимаешь такой, какая я есть. Благодарна мне за все то, что я старалась для тебя сделать.

Я скатал «Плейбой» в трубочку. Он прав. Мне не в чем себя упрекнуть. После того как они сравнят мою ДНК с ДНК насильника, все станет гораздо проще. Тогда я заставлю и Пинелли, и Пироза, и всех остальных сожрать все их оскорбления…

Я знаю, что думают обо мне другие, хотя и не уверена в том, что до конца понимаю, в чем именно я не права. Наверное, потому, что все хорошее, в том числе и любовь, все это спрятано где-то очень глубоко во мне. Я тоже хочу заботиться о других, проявлять внимание к людям, дружить… Но тут во мне словно срабатывает какой-то невидимый выключатель и размыкается цепь между тем, какая я внутри, и тем, как я выгляжу снаружи. Кстати, предложение получилось довольно корявым: дважды повторила слово «тем». А я помню, как ты боролась с тавтологией, когда проверяла мои эссе, прежде чем они попадали в руки учителя. Ты всегда вычеркивала те слова, которые я повторяла по нескольку раз.

По крайней мере, мне так казалось.

Мы были добры и терпеливы по отношению друг к другу. Ты не любила говорить, но я всегда была наготове и могла озвучить твои слова вместо тебя. Зато ты писала гораздо лучше меня. Словом, мы были хорошей командой.

Я думала, что сделаю тебя счастливой, когда покупала эту квартиру для нас с тобой. Что наконец-то мы заживем спокойной оседлой жизнью. Никаких больше путешествий, ибо я понимала, что ты уже устала ездить по миру. Пора начинать жить нормально, как живут другие люди, быть самими собою, но при этом быть вместе. Однако, как оказалось, дела у нас пошли только хуже.

Тогда я не мог думать иначе.

Но задумалась я об этом совсем недавно, в самые последние дни, когда торчала в полном одиночестве в нашей квартире, ожидая, что ты позвонишь мне. Тогда наконец до меня дошло, что я загнала тебя, словно тигра, в клетку, из которой ты никак не можешь вырваться на волю. Я вела себя грубо с твоими друзьями, и с мужчинами, и с женщинами, потому что панически боялась потерять тебя. Тебя, единственного человека на свете, не считая папы и Ма, кто любит меня, как я думала…

Моя сперма, мои волосы, мои ногти…

Но вот, Сия, я уезжаю. Оставляю тебя на какое-то время одну. Потому что знаю, что ты этого хочешь. А я ведь люблю тебя больше всех на свете. Хотя, как мне кажется, уже нашелся кто-то другой, кто тоже любит тебя. И, значит, больше я тебе не нужна…

Я не касался той девушки, даже не приближался к ней.

Я подняла глаза и увидела, что уже началась посадка. И тут же неприятно свело живот. Ведь я еще никогда, ни единого разу, не летала самолетами без Сии. Она обычно садилась возле окна иллюминатора, а меня всегда сажала посередине, но обязательно рядом с собой. Мечтательница! Она привыкла витать в облаках. А вот я всегда предпочитала обеими ногами прочно стоять на земле. Обычно за двадцать минут до взлета она давала мне таблетку, и я благополучно погружалась в сон, едва усевшись в свое кресло, и больше ничего не боялась.

Я нащупала пальцами наружный кармашек на своем рюкзачке, чтобы достать оттуда кошелек. Я была уверена, что перед тем, как покинуть квартиру, я положила в него таблетки. Но никаких таблеток не оказалось.

С тех пор я несколько раз вспоминал взгляд Денизы, когда я рассказывал ей о самоубийстве Морганы Аврил. Взгляд, где читалось ужасное разочарование, что я оказался таким наивным…

Что ж, значит, на сей раз полечу как есть, без таблеток, решила я про себя, продолжая шарить рукой в рюкзаке в поисках паспорта и посадочного талона. Впредь мне придется обходиться без многого, что было в моей жизни раньше. Надо привыкать. Я тронула конверт, в котором лежало письмо Па Солта ко мне, и вытащила его. Конверт заляпан пятнами, крупинками сахара. Видны следы от засохшего варенья, вытекшего из пончика. Как это похоже на меня, подумала я, не скрывая собственного раздражения. Не сумела сберечь чистым даже самое важное, самое главное письмо, которое получила за всю свою жизнь. Стряхнув крупинки сахара с конверта, я достала из него небольшую черно-белую фотографию и уже, наверное, в тысячный раз впилась в нее пристальным взглядом. Я знала, одного человека, который запечатлен на этой фотографии, уже нет в живых. Зато другой…

Что ж, во всяком случае, в мире есть хоть кто-то, кому я принадлежу по праву, по всем, так сказать, правилам. А еще есть мое искусство, моя живопись, тут же поспешила успокоить я себя. Единственное, что никто не сможет у меня отнять.

Она была права.

Я засунула конверт обратно в рюкзак и, поднявшись с места, повесила его себе на плечо. Влилась в вереницу пассажиров, медленно продвигающихся к посадочной полосе. И снова поймала себя на мысли: какого черта я здесь делаю? Почему в одночасье перекроила все свои планы? Почему бегу прочь? Но ведь признайся же себе самой наконец! Не только Сия боится перемен и не только в ней одной все дело. Уже после нескольких недель в Лондоне я почувствовала прежний непреодолимый зуд в ногах. Мне снова захотелось отправиться странствовать по свету. Я всегда испытывала душевный дискомфорт, если подолгу засиживалась на одном месте. Еще несколько недель могла вытерпеть, а потом… А потом во мне постепенно, но неумолимо нарастал ужас от того, что меня пытаются заарканить, посадить на цепь или, что еще страшнее, запрятать в специальное лечебное учреждение.

Наивный…

Но почему же ты, дура набитая, не подумала об этом раньше? До того, как сунулась в эту свою Академию искусств…

На самом же деле больше всего на свете я люблю тащить свой дом у себя на горбу, все время быть в дороге, чувствовать радостное волнение от того, что не знаешь, где заночуешь на сей раз. Люблю чувствовать себя свободной. Получается, что есть и хорошая сторона во всем том, что случилось со мной за последнее время. Отныне я буду жить именно так: свободной.

Быть невиновным, не сделать ничего плохого, знать, что тебе не в чем себя упрекнуть. Но этого недостаточно.

И тут же подумала: надо же! Какое роковое стечение обстоятельств… Есть только два места на земле, которых я всячески избегала всю свою жизнь. И вот в одно из них я направляюсь прямо сейчас…

Нет дыма без огня. Улики ничего не значат, ничего не значит истина, сомнение прокрадется везде.

Я миновала вестибюль аэровокзала и, уже вступив на эскалатор, мельком взглянула на постер, рекламирующий какой-то банк. Мысленно попеняла арт-директору, отвечающему за рекламу. У парня явно не хватает воображения. И в это самое мгновение боковым зрением заметила, как мимо меня промелькнуло до боли знакомое лицо. Сердце мое встрепенулось, еще немного, и оно готово было вырваться из груди. Я повернулась назад, выгнула шею, стараясь отыскать это лицо в толпе. Но человек уже ушел, а лента эскалатора упрямо тащила меня в противоположную сторону.

Несмотря ни на что.

Тогда я побежала назад, спотыкаясь, задевая своим рюкзаком других пассажиров, ехавших следом за мной. Но я не обращала внимания ни на кого из них, стараясь побыстрее выбраться из этой толчеи. Вот и конец ленты. Я спрыгнула с эскалатора, развернулась и побежала прямиком через вестибюль, задыхаясь от волнения и под тяжестью рюкзака. Расталкивая людей, идущих мне навстречу, я как-то добралась до входа в зал ожидания.

Напрягла что есть сил глаза, все еще не теряя надежды увидеть в толпе его. Хотя бы еще один только взгляд! Из громкоговорителя раздалось последнее приглашение пассажирам проследовать на посадку на мой рейс. Поздно! Увы, слишком поздно… Я поняла, что опоздала.

Несмотря на вас?

Благодарность

Реализация этого проекта была бы не возможна без доброй помощи многих и многих людей. Я глубоко признательна всем этим людям за то, что они поддержали меня и помогли в столь долгом марафоне, растянувшемся на целых семь романов.

Ибо, если поразмыслить, разве не проще поверить версии жандармов и экспертов, чем версии какого-то араба, да еще и инвалида, работающего у психов?

В Озерном крае: моя особая благодарность Энтони Хаттону, владельцу паба «Тоуэр-Бэнк-Армз», в котором часто бывала Беатрикс Поттер, когда жила вблизи деревни Ближний Суррей. Спасибо ему за гостеприимство и за множество увлекательных историй про свою родную деревню. Я также благодарю Алана Брокбэнка, который, несмотря на свои семьдесят пять лет, выкроил свободную минуту, чтобы поговорить со мной о том времени, когда жива еще была сама Беатрикс. Мы буквально животики надорвали от смеха, слушая его забавные и веселые рассказы. Спасибо Кэтрин Притчард, директору Мемориального музея на территории фермы Хилл-Топ, находящегося в ведении Трастового фонда, за ее доскональные сведения о жизни мисс Поттер, которыми она охотно поделилась с нами. Как бы мне хотелось включить в канву своего романа все эти в высшей степени любопытные подробности из жизни Беатрикс, трудившейся до самых последних дней своей жизни. Она была не только заботливой женой, но и рачительным фермером. А еще и писателем, иллюстратором своих книг, исследователем, защитником дикой природы. Она любила животных и была дружна со многими людьми.

Спасибо вам, Маркус Тайерс, владелец книжного магазина «Сент-Мэрис Букс» в Стэмфорде за то, что вы тоже охотно поделились со мной своими доскональными знаниями о том, как именно организована торговля раритетными и старинными книгами. Более того, мистер Тайерс даже назвал мне приблизительную сумму, которую потратил Орландо, выкупая прижизненное издание «Анны Карениной». (Надо сказать, непомерная сумма!)

Я также хотела бы выразить свою благодарность фантастически работоспособной Оливии, моему секретарю и персональному ассистенту. Она одна, под дождем, исходила все горы и болота в Озерном крае в поисках памятника королю Эдуарду VII. Я настаивала, что такой памятник есть, но, как оказалось, его не было и нет! Я благодарю моих трудолюбивых редакторов Сьюзан Мосс и Эллу Мичеллет, которые помогали мне не только в редактировании текста, но и в проведении всяких разных изысканий. В частности, именно они отыскали для меня рецепты тех блюд, которые готовила Стар, а также снабдили материалом по культуре общения глухонемых и об английской версии языка жестов.

9

Я горжусь тем, что числю в своих друзьях издателей, тридцать человек с самых разных уголков света. И среди них, в частности, Кэтрин Ричардс и Джереми Треватен из издательства «Пан Макмиллан», Великобритания, Клавдия Негеле и Георг Рехлейн, издательство «Рэндом-Хаус», Германия. Благодарю всю команду издательства «Каппелен Дэм», Норвегия, в лице Кнута Горвелла, Йорид Матиассен, Пипа Холлена и Марианны Нельсен, а также Аннализу Лоттини и Донателлу Минуто из издательства «Гунчи Эдиторе», Италия. А еще моя благодарность Саре Кантин и Джудит Кэрр из издательства «Атриа» в США.

Нет дыма без огня?

Процесс написания романа про Стар обернулся для меня сплошным удовольствием. В немалой степени потому, что я впервые смогла работать над романом у себя дома, пользуясь поддержкой всей своей семьи. Они очень скоро научились не обращать на меня внимания, пока я, словно привидение, бродила по дому в любое время дня и ночи, начитывая что-то в диктофон и пытаясь сплести воедино все сюжетные линии романов про семь сестер. Гарри, Белла, Леонора и Кит, все вы прекрасно знаете, что вы значите для меня. Благодарю и тебя, Стефан, мой муж и бессменный литературный агент. Сколько раз ты приходил мне на помощь, разруливая самые сложные проблемы, возникающие на моем пути. Что бы я делала без тебя? Моя особая благодарность и признательность Жаклин Хеслоп. Именно благодаря ее неустанным усилиям и заботам о всех нас, членах семьи, наш дом Райли-Форт выглядит так достойно. Благодарю свою сестру Джорджию и свою мать Джанет. И конечно, Фло, кому я и посвящаю этот роман. Я скучаю по тебе, моя дорогая Фло.

И наконец, самая искренняя благодарность адресована моим читателям. В 2012 году, когда у меня возникла безумная идея написать серию из семи романов, это казалось практически неподъемным мероприятием. И, конечно, я и подумать не могла о том, что истории про семь сестер придутся по душе такому огромному количеству людей в самых разных уголках мира. Для меня огромное счастье и честь получать от вас письма, как по почте, так и в электронном виде, со словами поддержки и благодарности. Еще большую радость мне доставляют личные встречи с вами, дорогие мои читатели, во время моих многочисленных турне по всему свету. Спасибо вам.

— Он не принимает монеты по пять сантимов… А по двадцать — глотает, я уже пробовала. Он принимает только один евро и не возвращает сдачу.

Библиография

Серия романов «Семь сестер» – это беллетристика в чистом виде, но опирающаяся на конкретный исторический материал. Ниже приводится список литературы, проливающей свет на эпоху, в которой разворачивается действие романа, и на характеры персонажей, которую я прочитала и изучила, работая над романом «Семь сестер. Сестра тени».

Я оторвался от автомата с кофе и обернулся, чтобы узнать, кому принадлежит женский голос у меня за спиной.



Munya Andrews, The Seven Sisters of the Pleiades (North Melbourne, Victoria: Spinifex Press, 2004)

— Все флики — мошенники! — добавил голос.

Susan Denyer, Beatrix Potter at Home in the Lake District (London: Frances Lincoln, 2000)

Roy Hattersley, The Edwardians (London: Abacus, 2014)

Philippe Jullian and John Phillips, Violet Trefusis: Life and Letters (Bristol: Hamish Hamilton, 1976)

Это была та самая рыжеволосая девушка. Юная Марлен Жобер. Она улыбалась мне во все личико, напоминавшее мордочку землеройки. Два черных живых глаза, маленький вздернутый нос, розовые губки, за которыми виднелись молочной белизны зубы; не хватает только тонких нейлоновых усов, торчащих из покрытых веснушками щек.

Sonia Keppel, Edwardian Daughter (London: Hamish Hamilton,1958)

Raymond Lamont-Brown, Edward VII’s Last Loves: Alice Keppel and Agnes Keyser (London: Sutton Publishing, 2005)

Я тоже улыбнулся ей.

Linda Lear, Beatrix Potter: The extraordinary life of a Victorian genius (London: Penguin, 2008)

Leslie Linder, A History of the Writings of Beatrix Potter (London: Frederick Warne, 1971)

Tim Longville, Gardens of the Lake District (London: Frances Lincoln, 2007)

— Полностью согласен.

Peter Marren, Britain’s Rare Flowers (London: Academic Press, 1999)

Marta McDowell, Beatrix Potter’s Gardening Life (London: Timber Press, 2013)

George Plumptre, The English Country House Garden (London: Frances Lincoln, 2014)

Следуя ее совету, я бросил в щель монетку в одно евро и заказал большую чашку кофе без сахара. Она протянула мне стаканчик. Я выпил.

J. B. Priestley, The Edwardians (London: Penguin, 2000)

Jane Ridley, Bertie: A Life of Edward VII (London: Chatto & Windus, 2012)

— Они маринуют меня уже сорок пять минут! А вас?

Vita Sackville-West, The Edwardians (London: Virago, 2004)

Diana Souhami, Mrs Keppel and her Daughter (London: HarperCollins, 1996)

Judy Taylor, Beatrix Potter: Artist, Storyteller and Countrywoman (London: Frederick Warne, 1986)

— А я отделался… По крайней мере, на сегодня. Но чувствую, что придется приобрести абонемент…

Violet Trefusis, Don’t Look Round (London: Hamish Hamilton, 1989)

От автора

Маленьким розовым язычком она, словно мышь, облизала край стаканчика. Прелестное зрелище, напомнившее мне фотографии на почтовых календарях, которые моя мать вешала над раковиной. Кошечки, лакавшие молоко из плошек, девчушки в балетных пачках возле пианино. Фотографии моих детских очаровашек.

Когда у меня впервые возникла мысль написать серию романов, посвященных Семи сестрам из созвездия Плеяды, я и понятия не имела, куда может привести меня мой замысел. Просто меня воодушевляло то, что каждая из этих семи мифологических героинь, если опираться на древние легенды, была сильной и по-своему уникальной личностью. В некоторых легендах утверждается, что Семь сестер – это Семь матерей, заселивших нашу землю своими потомками. И действительно, все они, если опять же верить легендам, были удивительно плодовиты! Они родили от многих богов множество детей, а богов, в свою очередь, привлекали в сестрах их сила, красота и некий ореол таинственности, витавший над каждой из них.

И вот мне тоже захотелось воздать должное достижениям и победам женщин, особенно женщин прошлых эпох, которые своими успехами и победами способствовали преобразованию нашего мира в лучшую сторону, хотя сегодня многие их достижения находятся как бы в тени более подробно описанных и документированных побед, одержанных мужчинами.

Девушка с любопытством меня разглядывала.

Однако по своему определению феминизм – это отнюдь не доминирование над сильным полом. Это прежде всего равенство. А потому я описывала и своих современниц, и героинь прошлых лет как женщин, в жизни которых обязательно присутствовали мужчины. Они сами хотели этого присутствия и нуждались в нем. Наверное, мужское и женское – это и есть истинное проявление двуликости природы, стремящейся к равновесию во всем. Ее, так сказать, инь и ян, когда слабости и сила отдельных индивидов примиряются друг с другом.

И конечно же, всем нам нужна любовь, и не обязательно в ее традиционной форме брака и наличия детей. Но любовь, по моему убеждению, – это та сила, тот жизненный источник, без которого все мы, люди, мгновенно завянем и умрем.

— Что вас сюда привело?

В серии моих романов про Семь сестер отражены бесконечные поиски любви всех моих героинь. Они остаются верны своей любви в самых драматичных обстоятельствах, даже тогда, когда любовь сопряжена с потерями и утратами.

Путешествуя по миру в попытке проследить за жизненными перипетиями судеб моих героинь, как вымышленных, так и реальных, я постоянно испытывала чувство восхищения и преклонения перед несгибаемым мужеством, целеустремленностью и настойчивостью тех женщин, которые жили до нас. Они храбро боролись против расовых и сексуальных предрассудков своего времени, они теряли своих возлюбленных на полях сражений, те умирали от тяжелых болезней или отправлялись на другой конец света, чтобы начинать строить там новую жизнь. Именно эти женщины проложили путь мне и моим современницам к истинной свободе мысли и поступков, которой мы располагаем сегодня. И в общем-то, зачастую воспринимаем эти дары как нечто должное и само собой разумеющееся.

Я промедлил с ответом не более секунды.

Да, к глубокому сожалению, наш мир далек от совершенства. И я сильно сомневаюсь, что когда-нибудь он обретет это совершенство. Ведь впереди всех нас ждут новые вызовы и новые проблемы. Однако я верю всем сердцем, что человечеству и, в частности, его женской составляющей по силам справиться со всеми грядущими вызовами. Ведь все мы, женщины, похожи на многоруких богинь! Вот и я каждый день, когда одной рукой держу ребенка, а второй продолжаю работать над своей рукописью, не забываю, что своей свободой, позволившей мне стать такой, какая я есть, я обязана в первую очередь тем бесчисленным поколениям замечательных женщин, которые завоевали для меня эту свободу. Все они, возможно, и являются сами главными прототипами моих Семи сестер. По сути, они и есть самые настоящие звезды созвездия Плеяды…

— Свидетель. Какая-то девица бросилась с обрыва в Ипоре. Я был там как раз, когда она прыгала, но я ничего не мог сделать.

Надеюсь, история Стар не оставит вас равнодушными. Зачастую повседневные проявления негромкой, спокойной стойкости духа, доброта, внутренняя сила того или иного человека как бы остаются не замеченными теми, кто находится рядом с таким человеком. Да, Стар не из тех, кто изменяет мир, но она благотворно влияет на жизнь тех людей, которые окружают ее, и делает всех их лучше и добрее. А в процессе творения добра для других в конце концов находит и саму себя.

Она поджала губы. Ее глаза лесной мыши потускнели.

— Да, невесело. А… известно, почему она это сделала?





— Есть подозрения. Согласно проведенному расследованию незадолго до самоубийства ее изнасиловали. И пытались задушить.

Люсинда Райли родилась в Ирландии. Она прославилась как актриса театра, но ее жизнь резко изменилась после публикации дебютного романа. Это стало настоящим событием в Великобритании. На сегодняшний день книги Люсинды Райли переведены более чем на 30 языков и изданы в 40 странах. Совокупный тираж превысил 20 млн экземпляров.

— Боже мой…

Люсинда Райли живет с мужем и детьми у моря на юге Англии и во Франции. Она вдохновляется окружающим миром – зелеными лугами, звездным небом и морскими просторами Это мы видим в ее романах, где герои черпают силы из повседневного волшебства, что происходит вокруг нас.

www. Lucindariiey. Com

Испуганным жестом мышка прикрыла рукой ротик, но быстро опустила руку. Ей явно нравилось играть.

www.facebook.com/Lucindarileyauthor

Instagram @lucindariley

— Надеюсь, вы хотя бы не насильник?

Вот это да! Я обожаю такую манеру ведения разговора. Так мы разговариваем с Ибу. Настоящий коктейль, четко отмеренное сочетание лукавства и черного юмора.

— Нет, не думаю. Но скоро это станет ясно, я только что сдал полиции свою сперму…

На минуту она задумалась, словно пыталась представить себе субъекта, мастурбирующего за занавеской в соседнем кабинете. Окинув меня оценивающим взором, она дошла до промежности, спустилась до колен, но ни разу не подала виду, что заметила мою железную ногу.