– Значит, Магнето контролировал Стражей? – спросил Логан. – Впечатляет! Мы должны были убедиться, что этот парень не поднимется со дна моря.

– Думаю, ты ошибаешься, Логан, – сказал Ангел. – Разве ты не слышал, как она рассказала, что он появился и уничтожил их всех?

– Не то чтобы это звучало убедительно для меня. Но если все так, как ты сказал, беру свои слова назад. – Логан не выглядел убежденным. Впрочем, ни у одного из них не было полного понимания того, что пережила Китти, и не будет, пока девочка не сможет дать им более развернутый отчет.

– Часть, которую я не могу понять – это твоя домашняя армия канадских партизан, – сказал Ангел. – Ты уже что-нибудь планируешь?

– Ты станешь их первой целью, мужик! – ответил Логан.

– Взаимное подшучивание совершенно естественно после всего пережитого, – вступил в разговор Ксавьер. – Но давайте сосредоточимся на том, что нам нужно понять. Все эти Стражи должны были откуда-то появиться, а ведь сегодня их крайне мало. Кто начнет программу по созданию новых Стражей, кто ее будет финансировать, когда она начнется?

– Мы во всем разберемся, – произнес Ангел. – Думаю, на сегодня мы неплохо справились. Дебют Братства был не совсем успешным, мы все хорошо выглядели перед камерой, никто не умер, и у нас есть отличная зацепка насчет того, откуда придет главная угроза.

– Ну, если так на это посмотреть… – сказал Питер.

Все выглянули в иллюминаторы – «Черный дрозд» приближался к взлетно-посадочной полосе.

– Фу, ненавижу посадки, – послышался голос Китти.

Курт вскочил и помчался в хвост салона, чтобы обнять ее.

– Kätzchen, что ты делаешь? Тебе надо отдыхать!

Она оперлась на него, и он повел ее вперед, усадил в свободное кресло рядом со своим – все как раз начали пристегиваться в ожидании посадки. Она была бледной и слабой, но он восхищался ее желанием вернуться в команду, несмотря на тяжесть ранения.

Никто из них ничего не говорил. Китти была вырвана из собственного тела, на время помещена в старшую версию себя, живущую в будущем, которое не мог себе представить даже Роберт Келли, а затем снова вырвана из этого будущего и возвращена в собственное тело как раз к фатальному приближению к сердцу арбалетной стрелы. Таким опытом не могли похвастаться куда более взрослые мутанты, что же говорить о тринадцатилетней девочке, совершенно неискушенной в таких… необычных ситуациях, с которыми сталкивались Люди Икс?

Наконец заговорил Хэнк Маккой:

– Я, конечно, больше биолог, чем врач, но я ее зашил. Она молодая, здоровая, так что довольно скоро она снова будет кувыркаться колесом.

– А как насчет обратного сальто? – спросила Китти.

– Подожди еще пару деньков, – улыбнулся Хэнк. В кабине наступило молчание, которое прервал Логан:

– Через пару минут мы должны оказаться на земле. Все пристегнитесь, если вдруг упадем.

– Не помню всего, что я рассказала вам, Ороро, – промолвила Кит. – Вы смогли что-нибудь понять?

– И да, и нет, – ответила Ороро. – Но не торопись. Планы на будущее не строятся за несколько минут.

– Теория хаоса предполагает иное, – сказал Хэнк. – Но не слушайте меня. Пит, зачем они меня слушали?

– Хороший вопрос, – отозвался Колосс. – Я вот точно стараюсь этого не делать.

– Разве я сказала, что Магнето контролировал Стражей? Я такого не помню, – говорила Китти. – Все произошло не так. Он – единственная причина, по которой я снова оказалась здесь. Я так думаю.

– Ты еще немного заговариваешься, – произнесла Шторм, – но очень скоро мы во всем разберемся.

– Может, будет лучше, если мы этого не станем делать, – сказала Китти. – Я ничего не хочу знать. Кроме того, что уже знаю. Какая она была?

Все знали, что она имела в виду. Питер уставился в иллюминатор. Он был еще одним членом команды, которому предстояли трудные времена для ассимиляции всех последствий временной проекции. Шторм видела это и знала, что ей нужно будет предпринять вполне определенные шаги, чтобы убедиться, что он действительно не сдерживает все свои эмоциональные реакции в флегматичном русском характере.

Ксавьер также заметил реакцию Питера и вмешался прежде, чем у присутствующих появилась возможность ляпнуть что-либо невпопад:

– Кейт Прайд такой же восхитительный человек и личность, как и Китти Прайд. Об остальном ты узнаешь в свое время.

– Как вы думаете, ее план сработал? – спросила Китти, глядя поочередно на друзей. Убедившись, что девочка пристегнута, Хэнк тоже сел и пристегнулся.

– Невозможно сказать, – откликнулся Ангел. – Ведь так, профессор?

– Не знаю, Уоррен. Это прозвучит банально, но только время покажет, – сказал Ксавьер.

Через минуту они были на земле. Китти сама спустилась по трапу, и Хэнк проводил ее в особняк Ксавьера, где можно было продолжить лечение. Ночной Змей помог Ксавьеру спуститься из «Черного дрозда». Когда остальные Люди Икс прошли вперед, он спросил:

– Профессор, что это значит?

Ксавьер все понял, но хотел еще раз услышать, как сам Курт это назовет.

– Что ты подразумеваешь под «этим»?

– Я никогда раньше не видел никого, настолько похожего на меня. Но она… – запнулся Ночной Змей.

– Курт. Сегодня ты не можешь ответить на этот вопрос. Возможно, ты и завтра не ответишь. Но ты ответишь на него, если останешься с людьми, которые сражаются с тобой и заботятся о тебе.

В особняке Китти подошла к Питеру:

– Я знаю, что это странно, – сказала она. – Но не беспокойся об этом. Возможно, это даже не то будущее! Рейчел ни в чем не была уверена.

– Да, – ответил он. – Я не знаю Рейчел, но я согласен с ней: мы не можем знать будущее, пока не доживем до него.

– Тем не менее, мне грустно, – продолжала Китти. – Кейт вернулась к этому своему будущему, и, когда она добралась туда, все исчезли. Она оказалась последней.

– Это только то, что должно было произойти до сегодняшнего дня, – произнес Питер. – А после сегодняшнего дня мы не можем знать ничего.

– Нет, – согласилась Китти Прайд. – Думаю, нет. Она машинально пожала плечами, а затем вздрогнула: резкое движение разорвало швы, которые Зверь наложил ей на плечо.

– Ой!

Вместе с Питером, Логаном, Ороро и Уорреном она прошла вглубь особняка. Девочка знала, что, сумев спасти сенатора Келли, они что-то изменили. Но она также знала, что они никогда не узнают точно, что именно.

– Это непросто, не знать, – сказала она.

– Получается еще хуже, когда начинаешь думать обо всем, чего ты не знаешь, – промолвил Логан. – Держись того, что видишь перед собой, малышка.

Это казалось хорошим советом.

Эпилог



Сенатор Роберт Келли умел выступать с трибуны, но правда состояла в том, что ему это не нравилось. Через месяц после катастрофы на очередном слушании по делу мутантов он решил, что потребуются более тонкие методы и подходы. Он организовал серию встреч, беседовал со многими экспертами, и, наконец, снова обратился к Чарльзу Ксавьеру, чтобы поговорить о тех целях, которые профессор ставил, поддерживая мутантов. Ксавьер утверждал, что и люди, и мутанты принадлежат к одной и той же расе. И в этой связи и те из мутантов, кто примкнул к Людям Икс, и те, которые вступили в Братство были частью одной семьи – у них все та же раса. Келли частично согласился с этим.

Однако другие так не думали. И сейчас Келли был в компании нескольких единомышленников, каждый из которых выкроил время для встречи в своем напряженном графике. Они все согласились встретиться в офисе сенатора, вдали от камер, в том самом месте, где одни мутанты угрожали ему, а другие спасали его жизнь.

Келли признался, что и первое, и второе имело место быть. Кроме того, он был готов признать, что не все мутанты были плохими. Доказательством этого были действия Людей Икс.

Но ни один из этих фактов не изменил его убеждения в том, что угроза от мутантов является самой опасной угрозой человечеству, кризисом, требующим решительных и беспощадных действий. Разумеется, отдельный мутант может спасти жизнь. Но существование стольких мутантов, желающих прекратить жизнь нормальных людей, или кого-то, подобного Магнето, который хотел подчинить людей и управлять ими? Такое оставить без внимания нельзя. Роберт Келли гордился собой в том, что всегда опирался на факты. Факты в данном случае свидетельствовали об одном. И возможные последствия тоже были ясны. Люди должны действовать в своих интересах.

Вместе с Келли в комнате было четверо мужчин. Одним из них был его хороший друг, президент Соединенных Штатов. Президент не был так непримиримо настроен против мутантов, как хотелось бы Келли. Но у него были чистые намерения, и он не был чрезмерно обременен интеллектом. Нет, он не был глупцом – в некоторых темах он разбирался очень даже неплохо, – но президент не любил долго размышлять над одним и тем же вопросом.

Келли уважал такую позицию. В принципе, он и разделял ее. Некоторые вещи были сложными и требовали интеллектуальной гибкости и тщательного принятия решений, а некоторые были просты. Эти вещи требовали прямой и быстрой реакции.

Наличие и растущая сила мутантов были простой стороной проблемы. Их прогрессирующая воинственность, представленная Братством, сделала проблему актуальной. Келли пережил покушение на убийство, но в тот день в здании Сената и в Национальной аллее погибло множество людей.

– Я не буду устраивать перебранку, джентльмены, – сказал президент. – Я прочитал ваш доклад, Роберт. Эти рекомендации опасны. Они могут быть антиконституционными, что мы могли бы преодолеть, они могут быть и преступными – с этим мы поделать ничего не сможем – по крайне мере в долгосрочной перспективе. Это просто драконовское предложение для того, кто обязан своей жизнью Людям Икс.

– Жизнью, которой сначала угрожали другие мутанты, господин президент. – Келли знал, что должен быть осторожным. Как и всем президентам, нынешнему не нравилось, когда на него давили. – Если бы не было мутантов… моей жизни вообще ничего не угрожало бы.

– Речь идет не только о вашей жизни, Роберт, – сказал президент. – Это касается всех. Мутантов мало, но они граждане. У них есть права. И у них есть свои сторонники. Однако…

– Существует аспект и национальной безопасности, сэр, – добавил третий человек в комнате. – Антиправительственная группа сверхмощных существ, мутантов или других, – такая сила на службе иностранного врага будет серьезной угрозой для нашей страны.

Этот человек, Себастьян Шоу, стоял отдельно от тех, что были одеты в форму Капитолийского холма: темный костюм, белая рубашка и галстук сдержанного красного или синего цвета. Шоу надел дубленку поверх жилета и аскотского галстука, которые выглядели бы уместно на фоне тика и бархата в лондонском джентльменском клубе. Келли знал его много лет, главным образом как благотворителя, но совсем недавно узнал его и как родственную душу.

Шоу был промышленником, изобретателем и, что самое главное, когда дело касалось проблемы мутантов, мыслил в том же направлении, что и Келли. Он знал, что действия отдельных мутантов, хороших или плохих, не так важны, как более широкая проблема существования мутантов. До тех пор, пока есть популяция мутантов с силами, на которые не могли надеяться нормальные люди, они были угрозой для всего человечества. Никакого взаимодействия между группами с такими разными возможностями никогда не получится. И после покушения на убийство месяц назад Роберт Келли знал лучше других, что означало быть членом более слабой группы. Мистик совершенно ясно высказалась перед всемирной онлайн- и телевизионной аудиториями.

Что может восполнить этот пробел? Технологии.

Президент тоже это знал.

– Я понимаю, Себастьян, – сказал он. – На данный момент наши действия – мои действия – останутся скрытыми. Проект под кодовым названием «Пробуждение». Позволь мне представить человека, который его возглавит.

Четвертого человека в комнате Роберт Келли не знал. Он вышел вперед, когда президент представил его:

– Генри Питер Гайрич. Он будет подчиняться мне напрямую. Его первым приоритетом будет работа с «Шоу Индастриаз». Вместе с Себастьяном они достигнут огромных успехов в борьбе с мутантными технологиями безопасности. Наши лучшие умы посвятят себя этой задаче.

– У вас будут лучшие системы, которые способно создать человечество, сэр, – сказал Гайрич. Его огненно-красный экипаж21 и солнцезащитные очки, которые он не снимал даже в слабо освещенном кабинете Келли, выдавали в нем аутсайдера Вашингтона, так же как овчина и потертый бархатный жилет – Шоу. Келли мало знал о Генри. Тот был аналитиком Агентства национальной безопасности с репутацией жесткого обвинителя, человека, который делал жизнь своих боссов ужасной, пока они не увольняли его или не делали того, что он хотел. И поскольку он был очень хорош в своем деле, он получал желаемое гораздо чаще, чем его увольняли.

– Также я даю вам слово, что это противостояние мутантов разрешится, – продолжил Гайрич. – Если мы увидим в них угрозу для республики и человеческой расы, то мы с ними разберемся. Раз и навсегда.

Все заявления были сделаны, четверо мужчин сидели на диване и стульях, где за месяц до этого притаился мутант, ожидая удобной минуты, чтобы убить Роберта Келли.

– Мы с Себастьяном знаем друг друга некоторое время, – сказал сенатор Келли. – И вы и я, господин Президент, ну, мы тоже не чужие. Но я не знаком с мистером Гайричем.

– Генри, пожалуйста.

– Генри, значит. А вы, Себастьян?

– Никогда раньше о нем не слышал, – сказал Шоу.

– Ну, Вашингтон маленький город, так что я слышал ваше имя и я знаю немного о вашей репутации, Генри, – сказал сенатор Келли. – Может, мы могли бы получить представление о том, как вы планируете действовать? Короткое резюме, нет необходимости в деталях.

– С удовольствием, – ответил Гайрич. – Но давайте быстро. Проблема серьезная, и только разговорами нам ее не решить.

–Понял, – ответил сенатор Келли. – Тогда переходите сразу к рассказу о новом поколении Стражей.

– Конечно, – согласился Гайрич.



Наблюдатель в кабинете сенатора Келли была невидима, так же, как в последний раз, когда она входила в эту комнату. Хотя, подумала Китти Прайд, в последний раз это была Кейт Прайд, прошедшая сквозь стену и ожидавшая, когда Дестини выйдет из засады, чтобы убить сенатора Келли.

«Где сейчас Кейт?» – задумалась Китти.

Каково ей было, когда она вернулась обратно в будущее в момент обрушения здания Бакстера? Прожила ли она еще хоть один день? Китти не была уверена, но подумала, что связь между Стражами была разрушена. Возможно, предстоящий ядерный удар был отложен. Возможно, Европа, Азия и Ваканда придут на помощь.

Но Рейчел, Франклин, Логан, Ороро и Питер все еще были мертвы. И Магнето? Ей было трудно поверить, что он мог бы пережить тот огненный шар, но если кто-то и мог это сделать, то только Магнус. Китти нравилось называть его этим именем про себя. И это можно было доверить только профессору Ксавьеру, который мог понять, что Магнето для нее и друг и враг.

Она все еще не была уверена, что Кейт изменила будущее. Как сказал профессор Ксавьер, они не узнают этого, пока не проживут свои истории, так как нет более короткого пути. А если и был, то исчез, как только Китти и ее взрослая версия вернулись на свои места.

Профессор Ксавьер проводил исследования всю неделю, пытаясь узнать у Китти как можно больше об этом возможном будущем.

– Если мы поймем, за чем именно нужно наблюдать, – сказал он ей, сидя в своей гостиной, – то сможем предпринять шаги, чтобы избежать этого конкретного будущего.

– Мы просто исчезнем? – спросила Китти. – Я имею в виду, я была там… Неужели это никогда не произошло?

Она потеряла на мгновение мысль и почувствовала прикосновение Ксавьера к своему сознанию.

– Остановитесь, – сказала она.

– Мои извинения, Спрайт. Я думал узнать, что тебя беспокоит, не нарушая твоих мыслей.

– Что меня беспокоит… ну, теперь вы уже знаете. – Она была раздражена, и, несмотря на почтение к профессору Ксавьеру, даже не пыталась скрыть это.

– Да. Возможно, я могу помочь. Все, что произошло в этом будущем, будет существовать до тех пор, пока ты будешь его помнить. Мужество и жертва тех будущих Людей Икс не пропадут. Это может быть и наше будущее, но если это не так … – он замолчал.

– Если нет, то что?

– Будущее, в котором мы живем, не единственное возможное будущее. Существуют тысячи его вариантов, созданных из разных цепочек вероятности, выбора и действия. По крайней мере, это то, на что, по-видимому, указывает твой опыт. Помогло тебе мое объяснение?

– Если под помощью вы подразумеваете появление совершенно нового набора запутанных и необъяснимых проблем, то конечно.

Ксавьер улыбнулся.

– Рад помочь. А теперь… Скоро мы снова будем нуждаться в твоих уникальных способностях.

– Я готова, – сказала Китти. – И, кстати, могли бы вы больше не называть меня Спрайт? Я – Призрачная Кошка.

Слабый намек на улыбку сморщил уголки глаз Ксавьера. Он знал почему. Он и Китти Прайд были единственными людьми на Земле, которые знали.

– Очень хорошо, Призрачная Кошка, – произнес он.



Теперь Китти выполняла свою роль, чтобы остановить наступление этого будущего. Она верила Ксавьеру, который сказал, что изменение их будущего не приведет к исчезновению того будущего, в котором она побывала. Однако это не значило, что они обязательно проживут тот вариант. Идею было трудно воспринять, но Китти стало спокойнее. Она прислушалась к словам коварного бюрократа Гайрича, который начал доклад с краткого описания проекта «Пробуждение». Она слышала, как Шоу озвучивает технические детали создания Стражей нового поколения. Она видела, как Келли и президент обменялись понимающими взглядами и кивнули друг другу в знак одобрения.

Профессор Ксавьер сказал, что им нужно будет жить своим собственным будущим, чтобы узнать, каким оно будет. Китти Прайд была согласна с этой идеей, но она была единственной, кто уже видел это будущее, и она не испытывала никакого желания испытать его снова.

«Мы спасли ваши жизни», – хотелось ей сказать. Китти хотела внезапно появиться среди них и посеять ужас в их сердцах, сказав: «Мы мутанты, и мы повсюду, и вы ничего не можете скрыть от нас, если мы сами не захотим, чтобы это осталось скрытым». Но они бы не услышали ее. Китти это точно знала. Они используют ее поступок в качестве еще одного предлога для реализации своих планов. И Призрачная Кошка осталась в тени и слушала дальше в надежде, что на сей раз сможет использовать то, что она узнает, для спасения своих друзей.