День не спит, десять, всю жизнь не спит, вдруг чувствует: идёт. Не слышен, не виден, но идёт. И если б были у него ноги, обвивали бы их полынь и клевер. И если б были у него руки, росли бы на них табак и хмель. И если б была у него голова, кружили бы над ней осы и шершни.

Пиздец! Пиздец вернулся!



28 августа 2005 (ljr)

А вот картина. Маслом блядь.





29 августа 2005 (ljr)

Отпраздновал шестилетие пребывания в городе Петербурге посещением наконец-то Русского музея для просмотра творчества еврейского художника-шагала.

Очень его стало жалко году на тридцать уже третьем прошлого века: видно, что ему уже смертельно остопиздело рисовать летающих женщин и коз с синими лицами, а бросить нельзя — заказчики хотят именно женщин и коз. Стисни зубы и рисуй, ничего у тебя не отвалится.

Потом ещё наблюдал русскую живопись позапрошлого века. Это пиздец. Постоял потрясённый перед картиной Репина про заседание государственной думы. Раньше я думал, что уже видел самую бездарную в мире картину, то есть явление Христа народу, но эта посильнее будет. Ну и Васнецов тоже блять зажигает.

Сентябрь

2 сентября 2005 (ljr)

А вот мои полкопейки к вот этому рассуждению акулеаты.

Как отмечал ещё писатель Сэлинджер (и скорее всего он был совсем не первый) в том самом поганом яблоке содержалось т. н. «логическое мышление», то есть такое заблуждение, что будто бы из одного следует другое. Ну например, уверенность в том, что если в полдень стать спиной к солнцу, тогда спереди будет юг, слева восток и так далее. На этот счёт есть очень хорошее место в кинофильме кин-дза-дза: «Нет, давай считать, что это каракумы. Так, солнце на западе, значит Ашхабад вон там».

В результате «логического» мышления, человек видит и понимает только то, что этим самым мышлением ему предписано, то есть вместо настоящего пространства видит исключительно лишь одну существующую в его голове наёбку: «рыночную экономику», «путинофашизм», «все бабы бляди» и другие плоды своего идиотского сознания.



13 сентября 2005 (ljr)

Дорисовал наконец картинку к журналу полдень за январь нынешнего года. В журнале зачем-то напечатали недорисованную: сроки у них какие-то.



Да! Задание прежнее: найти в картинке слово ХУЙ.





21 сентября 2005 (ljr)

В последнее время ко мне, как и положено по завершении круга первого, дружной чредой потянулись пиздецы. Не очень смертельные, разного размера и цвета, как много лет назад приснившиеся мне покемоны. Я им рад, потому что это правильные, хорошие пиздецы. Очень жаль, что они шли ко мне так долго — я потерял, их дожидаючись, кучу времени.

Чувствую по этому поводу огромное облегчение и неуместный душевный подъём.

То есть тыц-тыц, все заебись.



21 сентября 2005 (ljr) — Бляди, одно слово

Павлик производит замечательные вычисления.



Меня тоже всегда удивляли загадки ценообразования. Например я однажды пытался вычислить стоимость бутылки кваса степан тимофеевич.

Дано: поллитровая бутылка стоит 14 рублей (вместе с бутылкой), а двухлитровая — 30 (тоже вместе с бутылкой).

Сосчитайте, дети, сколько стоит литр кваса и отдельно бутылка, при том, что стоимость пустой двухлитровой бутылки должна быть больше чем поллитровой.

У меня ничего не получилось.



24 сентября 2005 (ljr)

Нихуя в этой жизни не меняется.



(журнал «Нива», 1905 г.)



24 сентября 2005 (ljr) — О Перхоти

Всё-всё, больше не буду. Последняя.





25 сентября 2005 (ljr) — Чудесное

Начальник матросской тишины про заключённого Ходорковского: «Ну, конечно, интеллигентный, да. А всё остальное — как у всех».



26 сентября 2005 (ljr)

Гуляли вчера по Глубокой Коломне, как выразился жж-юзер Потап. Глубокая Коломна замечательна.

Вообще в Петербурге есть несколько мест, где законсервировано время. Например, у меня на Пискарёвке законсервированы семидесятые годы прошлого века: гастроном «Горизонт», где нужно стучать копейкой по прилавку, чтобы на тебя обратили внимание (вас много, а я одна), универмаг «Весна», колонки с песней «Ой Вань гляди какие клоуны» в окошке соседнего дома.

А в Коломне навеки законсервировано городское захолустье. Там никогда не будет построено метро и элитное жильё. За Мариинским театром очень старательно разрушают целый квартал под осуществление бесформенных мечтаний дирижёра Гергиева. Построят или не построят — это ещё неизвестно, а вот то, что всё поломают — это наверняка.

На улице Канонерской на стенах объявления: «приём макулатуры и пустых бутылок в заброшенном доме за школой», «крупногабаритный хлам не сваливать». В замусоренном дворе в самой середине стоит пугающая своей немыслимой бесполезностью античная ротонда — когда-то наверняка стоял посреди неё деревянный стол, на котором некогда забивали козла.

Зато на месте разорившегося дорогого ресторана открылась рюмочная с водкой по восемнадцати рублей за сто грамм (её-то мы и выпили за эту положительную тенденцию). Другая рюмочная в особом коломенском гостином дворе, по степени разрушения догоняющим кронштадский, напротив повысилась в звании и теперь именуется «кафе». Грузин-хозяин за неимением тбилисского динамо болеет с прославленным кавказским темпераментом за зенит: «Куда, куда билять, побежаль, шени дедис проче нахуй!»

И грозно и торжественно возвышается надо всем давно не существующий бандитский банк «Державный». Откуда? Откуда они все когда-то понавылезли — все эти орлы с потерявшимися коронами, мелкопоместные дворяне Свиньины, Толстые и Михалковы с ударением на второй от начала слог? Великие князья, почти Шереметьевы, не утратившие своего картавого и неестественного русского языка? Зачем оно всё было?

Зачем была вся эта медвежья порнография, исполняемая выпавшим из самолёта президентом России с участием немецкого канцлера и бывшего американского клинтона с навсегда присосавшейся к нему Моникой Левински, и горький, горький запах прошлогодних листьев. Прокурор с блядями, президент, падающий с моста, дама с собачкой возле танка, поэт Осенев, журналист Листьев — что это было? Сон, бред, смерть? Видимо смерть — очень уж похожи на труповозов те, кто пришли им на смену.

А вот Зенит опять не выиграл. Но зато и не проиграл, между прочим. Зенит вообще никогда не выигрывает, но всегда чемпион, потому что другого чемпиона не бывает. А кто в это не верит, тот навечно идёт нахуй.



30 сентября 2006 (ljr)

Наша рота располагалась ближе всех к столовой.

«Ррассия, любимая моя» — запевали литовцы, эстонцы и узбеки: Курапка, Ыунлоо, Камалов и Хашимов. «Ррассия: берёзки-тополя» продолжали Хвелеури, Паркадзе, Алоев, Чочиев, Демурчиев и Василий Юрьевич Базадзашвили. Ну и я конечно. На этом песня кончалась, потому что мы доходили уже до столовой и петь дальше не было никакого смысла.



Да, спасибо огромное всем, кто поздравил. И всем кто не поздравил тоже.

Вы, пожалуйста, не обижайтесь если что: я стал в последнее время совершенно идиотский и не умею правильно реагировать ни на что. Но внутри себя всё понимаю меж тем. Просто наружу объяснить тяжело. А так вообще всё прекрасно.

Октябрь



1 октября 2005 (ljr)

В ожидании вдохновения долго сидел за столом, подперев бороду кулаком.

Через некоторое время стал чесаться сначала кулак, а потом борода. Пошёл в ванну и сбрил её к ебеням. Снова сел. Теперь колется.

Очень плохие станки делает китайское народное предприятие Жилет!



А тем временем пока я сидел, вышел детский журнал Барсук, там много замечательного и даже я тоже написал туда поучительную сказку.



4 октября 2005 (ljr) — Жизнь по кругу

Проснулся утром. Опять всех существующих денег сто пятьдесят рублей. Опять платить за квартиру триста и снова не рублей.

Ещё раз извинился перед мирозданием, опять совершил необходимое количество подвигов, в очередной раз напился водки и заплатил за квартиру.

Снова проснулся утром. Денег по-прежнему сто пятьдесят рублей.



6 октября 2005 (ljr)



Осенней скушною порой
в ладоши бьют больные залы
и Кашпировского буркалы
висят над сонною страной.



Это я сочинял в одна тысяча девятьсот восемьдесят девятом году. А Кашпировский меж тем снова даёт концерты в Ленинграде. Сходить что ли — полечить остеохондроз, а то по телевизору в те времена не помогало.

Но были случаи: одна учительница рассказывала на педсовете как её после передачи два часа рвало зелёной слизью, а потом ей стало необычайно хорошо.

В мире вообще постоянно творится всякое удивительное и назидательное. Вот во Флориде например взорвался питон, который проглотил аллигатора. Очень педагогическая история для некоторых эффективных собственников.



7 октября 2005 (ljr) — Нас спрашивают:



Отвечаем: ДА!

Но он будет ещё хуёвей.



9 октября 2005 (ljr) — Просто жизнь

Выпивал вчера с одним из последних знакомых из интернета людей, с которым до сих пор не выпивал, то есть с Ториным. Я уже очень давно не боюсь людей из интернета: ни одного, абсолютно ни одного не было случая, чтобы в интернете приятный, а в остальной жизни мудак. Наоборот бывало, это да. Торин оказался очень хороший и грустный, как и должно быть приличному человеку.

Мы чрезвычайно бодро выпили литр лучшей в мире синопской водки и очень жалко что не пришёл жж-юзер Потап, чтобы петь песни Бориса Мокроусова (девчата голосистые пропели все страдания, лишь слышны на скамеечке сердешные вздыхания).

Ещё заходил Вова Соамо на пять минут, а потом ему позвонила его супруга и пыталась уличить его в том, что он опять в геликоне пьёт водку. Вова был очень возмущён таким предположением, хотя и на самом деле пил водку.

А ещё я вчера купил наконец на сытном рынке пучок хрена. А то заебали уже: сельдерею и вассаби хоть жопой жри, а простого человеческого хрена — хуй.



9 октября 2005 (ljr)

Зачем-то принял участие в голосовании у Лейбова.

Заодно заинтересовался поэзией. Во-первых само произведение {с. н.} поэта Маяковского, про которое было голосование, на мой взгляд абсолютно охуительное.

Вспомнил ныне покойного Александра Матвеевича Шарымова, с которым однажды выпивал давно очень, и вдруг зашёл разговор про Маяковского. Я как-то так пренебрежительно махнул рукой, типа читал да, ленин-жил-ленин-жив, краснокожая паспортина, ну и так далее. «Подождите, Дима, подождите! — заволновался Александр Матвеевич. — Вы, кажется, всё же не читали!» Достал он с полки из собрания сочинений первый том, прочитал что-то вроде «слов моих сухие листья ли заставят остановиться, жадно дыша? Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг» и я был вынужден признать, что это действительно хорошие стихи, просто потому что они на самом деле очень хорошие стихи.



11 октября 2005 (ljr)

Я конечно последний это сообразил как всегда, все давно уже про это написали.

Ну про то, что такой неестественно нескончаемой и невыносимо прекрасной осени никто в наших краях просто не вспомнит. Хотя может быть и не всем так повезло и у кого-то давно уже слякоть и сырость, а то и засуха или наводнение, это уж кому как выпало.

А у нас зато ещё наверняка будет чудеснейшая зима, мороз и солнце, святки, крещение, моржи в местной ердани и взятие зимнего городка.

Дряхлый этот мир, как полоумная старуха-графиня вдруг выскочил из своей провонявшей каплями спальни и надумал напоследок повеселиться.

И как мне кажется, из всех вариантов поведения в такой обстановке этот и есть самый правильный.



11 октября 2005 (ljr) — Белая ворона и ЧМО





Это мне тут опрометчиво подарили фотоаппарат.



PS Внутренний голос говорит, что это была чайка. Хуй! У меня чайки прилетали на балкон жрать голубиное говно, у них вроде бы нос был более горбатый. Ну в общем не знаю, засомневался. Нужен орнитолог.



13 октября 2005 (ljr) — Гастрономия

Посмотрел внутрь своего холодильника (всякий человек должен иногда смотреть в свой холодильник, чтобы понять, кто он и зачем он) и подумал вот что.

Сколько чудес прошло пред моими глазами за последние лет пятнадцать-двадцать! Как они были прекрасны! Батончик-сниккерс, ликёр-амаретто, коньяк-хенесси, кальмары-в-кляре, суши и сашими, креветки и авокадо, хамон-c-дыней, и много-много их там ещё было.

Никого, никого из них не взял к себе внутрь чёрствый мой холодильник. Лежат внутри него три чорных редьки, два грунтовых помидора, три головки лука и двести грамм пошехонского сыру. Вместо йогурта и круассана на завтрак я обычно ем варёное яйцо без соли и бутерброд с кабачковой икрой. Буквально вчера я заново изобрёл искусство изготовления беляшей из кислого теста, купленного в гастрономе горизонт, при том, что из всего рецепта я помнил только то, что в середине беляша должна быть дырка. Как же они (беляши) были прекрасны! Но к сожалению уже кончились.



15 октября 2005 (ljr) — А я уже забыл, что вот это написал

Добрых людей на свете гораздо больше, чем нужно. Конечно, если спуститься в метро или зайти в собес, покажется, что их нет вообще ни одного, но это не так: за неприветливыми и угрюмыми лицами сплошь и рядом скрываются добрейшие из людей.

Главным качеством доброго человека является то, что он искренне желает счастья кому-нибудь другому и, что самое страшное, совершенно точно знает, что для этого нужно сделать. И делает! Добрые люди вообще гораздо энергичнее мизантропов и человеконенавистников: у них всегда найдётся пара минут для правильного обустройства чьей-нибудь жизни. Кто не спрятался, тот и будет счастливым.

Вот котик, например, любимый орёт: кошку ему надо. Орёт и гадит, гадит и орёт. А выпустить нельзя: там стригущий лишай, парша, глисты и другие коты, все бандиты — вернётся, если вообще вернётся, с одним глазом да и сдохнет. Поэтому для его же пользы следует отрезать ему яйца, потому что ему так будет лучше. Потому что его любят, а не любили бы — так бы и ходил как дурак с яйцами.

Под удары доброты чаще всего попадают родственники, но иногда может пострадать и совершенно посторонний человек: навалятся и осчастливят. Был, например, случай, когда ни в чём не повинной семье из какого-то далёкого города дали сто миллионов рублей из телевизионной лотереи. Так из них не выжил никто — уже на втором миллионе случилась у них белая горячка и мучительная смерть.



Хуже всего, когда у доброго человека есть возможность проявить свою доброту в больших масштабах. Вот скажем Гитлер — он же добрейший был человек! Он ведь даже мяса не ел, потому что ему зверушек было жалко. Он что, думаете, когда подстригал утром усики перед зеркалом, мечтал о том, сколько людей он сегодня сожжёт в печке? Нет, он думал о том, как всё будет прекрасно и волшебно, когда весь этот кошмар кончится, когда не будет уже этих пархатых, черножопых и узкоглазых, и счастливые люди построят хрустальный купол над Антарктидой, а потом улетят в космос и будут все братья и сёстры — стройные, красивые и весёлые. И ведь так бы оно и вышло, да пришли злые грубые солдаты и всё испортили. А счастье было так возможно.



Но, впрочем, и по сей день добрые люди не отымают ладоней со лба и думают, думают непрерывно, чего бы такого ещё сделать, чтобы всем было хорошо. У человека злого, если он включит телевизор, может даже случиться разлитие желчи, до того там много любви, доброты и сострадания. Всем надо помочь: старушке — повысить пенсию, миллиардеру — передать в тюрьму продуктов, детям — освобождение от армии, родителям — достойную старость, узнику совести — свободу, президенту — третий срок. Всем чего-то не хватает, у всех в жизни хоть что-нибудь да не ладится.

И ведь всем им можно помочь! Одним выдать продовольственный набор, других расстрелять, чтобы не мешали наступлению счастья, третьим отрезать яйца, чтобы не волновались по пустякам, четвёртым предоставить свободу уличных шествий в кожаных трусах — счастливы будут все. Главное — не сидеть без дела, не дожидаться, пока оно как-то само устроится. А то ведь так и не увидим, как же он на самом деле выглядит — мир окончательно победившей любви и доброты.



16 октября 2005 (ljr) — Сад сходящихся дискурсов

Видел недавно в гостях по телевизору чудесное: Петросян и его потешные питомцы (новые русские старухи, комический армянин, близнецы-пародисты и проч.), раскачиваясь из стороны в сторону пели «как здорово, что все мы здесь сегодня собрались»

Совсем в идеале им бы следовало «возьмёмся за руки друзья», но над идеалом нам ещё работать и работать.



19 октября 2005 (ljr) — Опять мысли

Я вот, когда ещё был студент, очень любил слушать вражеское радио. По приёмнику спидола, как настоящий диссидент. Ничего там правда особенно интересного не говорили, да и слышно было хуевато. Но почему-то запомнилась мне беседа с каким-то философом из города Бостона. Философ этот жаловался ведущему передачи: «Вот я, — рассказывал он, — лежу весь день на диване, а мне говорят: чего весь день лежишь на диване, шёл бы лучше на работу устроился. А я может быть на этом диване и работаю! Я может за день на диване устаю больше, чем рабочий у станка!»



И правду ведь говорил. Рабочий у станка (а я сам работал у станка), он о чём думает? О том, как ровно идёт стружка (резец значит хорошо заточен), о том как выточить сопло для дачного опрыскивателя, о том как бы чего спиздить, чтобы полезное, но не очень тяжёлое. О том как он выпьет за обедом стакан сметаны, а после смены — стакан водки. И ещё о том, как хорошо работать во вторую смену — придёшь домой, а там жена не пиздит, потому что спит уже. И все мысли эти лёгкие и приятные и поэтому рабочему хорошо.

Хотя тоже бывают неприятности, у кого их не бывает, но они своим чередом, как водится.



«Ну и что ж ты, — скажут мне с подъёбкой, — не остался стоять у станка-то, раз уж так заебись?»

Да вот так вот получилось — не взяли меня рабочие к себе. «Тебе, Дима, в институт надо поступать, — сказал мне мастер-наставник, когда я запорол третий подряд вольфрамовый резец. — У тебя голова умная, чего тебе тут с нами в солидоле мараться».

Ну и пошёл я в институт, хули ещё делать.



Ну или вот буквально этим летом жил я в деревне под Вожегой. Хорошо жил, но решил однажды самостоятельно растопить баньку по-чёрному. Местный житель Евгений Васильевич некоторое время наблюдал за мной со громким смехом, а потом отобрал у меня топор и сказал: «Давай уж я. А ты лучше книжку про это напишешь».



А про философа очень хорошо написал Василий Макарович Шукшин:

Господи, думала старуха, хорошо, хорошо на земле, хорошо. А ты всё газетами своими шуршишь, всё думаешь… Чего ты выдумаешь? Ничего ты не выдумаешь, лучше бы на гармошке научился играть.



20 октября 2005 (ljr)

Мне как некоторым известно, подарили фотоаппарат.

Гулял сегодня по улице имени ак. Павлова. Охуел.

Надписи, нужно читать надписи.







22 октября 2005 (ljr) — Еще про собак

В моём подъезде между четвёртым и пятым этажом живёт пожилая и очень интеллигентная собачья пара. Дворняги конечно.

Иногда, когда я иду домой от Замшиной улицы, они, узнав меня, вежливо идут сзади, чтобы я впустил их в подъезд. Старушка, по бабской своей темноте, боится лифта и поэтому идёт по лестнице пешком, а дедушка обычно едет со мной, хотя ему и нужно спускаться потом с шестого этажа.

В последнее время бабушка что-то разболелась и наверное собралась помирать. И дедушка, чтобы её прокормить, занялся попрошайничеством: смотрит в глаза и виляет хвостом. Но у него очень плохо получается: не умеет, совсем не умеет.



22 октября 2005 (ljr) — Рассказы о животных. Деревня.

К забытому по городской рассеянности пакету с мусором возле крыльца рано утром прилетела сорока. Разворошила мешок, нашла там горы сокровищ и, как существо слишком коллективное, полетела немедленно приглашать на праздник всех своих друзей и родственников, чтобы заработать себе авторитет.

Тут как раз и я вышел на улицу поссать, заметил безобразие и, поскольку был без штанов, не стал относить мешок в мусорную яму, а занёс его назад в дом. Минут через пять услышал за окном страшный скандал: штук восемь прилетевших сорок видимо выясняли кому достанется самое вкусное и блестящее, и кто тут вообще самый заслуженный. Наконец однако они решили обратиться к собственно предмету обсуждения — а ничего нет!

Возникло неловкое молчание. Пригласившая сорока в страшном волнении забегала перед крыльцом: да вот же! Вот скорлупа, смотрите! Оно было, было! Целый огромный как Счастье мешок! Она даже разводила крыльями, показывая, какой это был прекрасный мешок.

Её молча выслушали и улетели, не сказав ни слова. Оставшаяся сорока ещё некоторое время бродила вокруг, заглядывала в кусты — может завалилось, рыла даже лапой землю, пожимала крыльями. Ну и улетела понурившись, а хули тут ещё делать — позор, позор на всю оставшуюся и не очень, между прочим, длинную жизнь.



22 октября 2005 (ljr) — Про говно

Город наш Целиноград, которого давно уж нет на карте, был конечно дыра дырой. Однако несмотря на это в нём было целых пять институтов: медицинский, педагогический, сельскохозяйственный, инженерно-строительный и ещё филиал Омского института инженеров железнодорожного транспорта.

В инженерно-строительном самым завидным был факультет ПГС (промышленно-гражданское строительство) — туда шли медалисты и отличники. А самым позорным был факультет ВК в том же самом институте (водоснабжение и канализация).

Друг моего детства Фарит (знатоки правописания татарских имён могут сразу идти нахуй) поступил как раз на ВК. Я тогда был обуян гордыней, потому что учился на отделении электронно-вычислительных машин в городе Омске и поэтому как-то раз решил поглумиться, типа, ну как там говно течет по трубам?

Фарит даже не обиделся, но объяснил, что под напором воды говно подвергается воздействию турбулентности и стремится закручиваться в сложно-интегрально вычисляемую спираль. Поэтому расчёт математической модели унитаза — это вовсе не тривиальная задача, и далеко не каждому посильная.



24 октября 2005 (ljr)

Иногда меня спрашивают, а с какого хуя я закрыл свой ЖЖ на ливжорнал. ком.

А вот в частности ещё и поэтому:



В свете последних изменений, происходящих в сфере маркетинговых исследований, представляется, что интерес к изучению трендсеттеров будет постоянно расти. Это будет связано как с осознанием перспективности подобного метода для решения различных маркетинговых задач, так и с утратой доверия к традиционным исследовательским методам. По мере роста интереса к «тренд-сеттерским» исследованиям будет расти и потребность в новых методах рекрутинга. В этой связи Живой Журнал представляется весьма перспективным инструментом для организации подобных исследовательских проектов. В то же время можно с уверенностью предположить, что само сообщество русскоязычных ЖЖ-юзеров в ближайшие год-два будет стремительно расти, вовлекая все новых и новых пользователей из разных слоев общества, что, в свою очередь, откроет новые возможности для исследователей.



(c) Журнал «Маркетинг и маркетинговые исследования» № 4 (58) август 2005.



24 октября 2005 (ljr) — Культурная жизнь

Распивали вчера напиток водка Санкт-петербург в блинной при доме кино. ЖЖ-юзер Потап читал где-то неподалёку математическую лекцию и привёл с этой лекции биологического учёного Алексея с чрезвычайно выразительной семитической внешностью.

Биологический учёный Алексей рассказал печальную историю про то, как поселил в мастерской своего отца-художника филолога из Бостона (что-то слишком часто стал возникать в моей жизни этот американский город), а тот пригласил в гости литературно-художественную богему, которая нажралась, всё заблевала и разломала.

Не знаю, где он такую богему нашёл. Та богема, с которой я обычно выпиваю, она тоже очень любит нажраться, но потом обычно падает и тихо спит. Даже вот последний карельский писатель Новиков из Петрозаводска — уж ему-то казалось бы всё можно, но и он максимум что сделает, так это всех нахуй пошлёт и скажет, что он один тут писатель, а все остальные говно, и тоже потом заснёт.



Ещё, в самый разгар тоста, который произносил биолог Алексей про неизвестного мне римского императора с цитатами из Катулла и Цицерона, в блинную вошёл в сопровождении большой свиты бывший знаток всего на свете Фёдор Двинятин (я давно заметил, что стоит человеку хоть раз в жизни показаться в телевизоре, так за ним тут же увязывается целая толпа хихикающих старух). Знаток, наклонив голову в сторону, некоторое время послушал биолога Алексея, затем ознакомился с ассортиментом и прейскурантом (неприлично низким), ещё послушал тост и с содроганием удалился.



Тут и мы засобирались, потому что тост уже кончился. Часть присутствующих отправилась в Русский музей созерцать картины Шишкина, мы же с жж-юзером Потапом, беседуя о достоинствах и недостатках улицы зодчего Росси, поехали к известному писателю Житинскому (хотели сначала ехать в гавань к японоведу Смоленскому, но к Смоленскому без коньяка неприлично, а денег на коньяк не было), дабы вынести на помойку настенные шкафы и лично наблюдать очередной позор команды зенит-чемпион.

За вынос шкафов мы были премированы литром синопской водки, которую от невыносимого горя почти что всю и выпили.



А потом среди ночи я почему-то оказался на Лабораторной улице. Шёл дождь, горел омерзительный какой-то фонарь и я, шатаясь от грусти, знал, что если сейчас ко мне подойдёт милиция, мне нечего будет ей возразить.

Но она не подошла. Милиция вообще очень не любит дождь.



25 октября 2005 (ljr)

Мамонов прекрасный всё-таки.



— ЖИТЬ просто — очень сложно. Потому что простые вещи — самые сложные. Попробуйте объяснить слепому, что такое зеленый цвет. Можно объяснить, как работает радио, а цвет — невозможно. Расскажу один случай. Когда я только переехал в деревню, то был весь из себя эколог, бегал защищать деревья, которые местные крестьяне валят, чтобы печь топить. Сейчас у меня это прошло, потому что я там уже 11 лет живу. Сам, бывает, в лес хожу за дровами. А тогда мой сосед нанял деревенских ребят, чтобы они 500 молоденьких елочек срубили, очистили и заборчик из них ему сделали. Я в бешенстве, сердце колотится. Думаю: «Пойду к тем, кто валил, — к рабочим. Они поймут, это же их лес». Как раз у магазина встретились. Уже вечер, поэтому все, как вы понимаете, в таком радужном состоянии. «Ребята, ну как же так?» — начал было я. Но они как поперли на меня: «Ты чего, козел!» «Ну, — думаю, — сейчас побьют». Но обошлось. Возвращаюсь домой, ночь не сплю, ворочаюсь. Утром побежал в церковь у батюшки совета спрашивать. Рассказал ему все в полной уверенности, что я такой правильный, защитник леса. Думал, он вместе со мной будет возмущаться. А он мне сказал простые слова: «Безумного не вразумляй». Вот что такое простота.



25 октября 2005 (ljr) — Проза

Ну и хуя? — спросил Колодежанский и замолчал. Наталия хлопнула входной дверью и капризно посмотрела в окно. Из прихожей пахло ватными штанами.

Завыло. Колодежанский равнодушно разбил об стол мокрое лицо Товстолуженского. Неожиданно включили электричество. Пименов выковыривал глаз у Базыкина. «Бля-аааа-ть! — закричал с пола Товстолуженский. — Бля-аааа-ди!» Колодежанский спал и двигал во рту желваками. «Пиздец!» — сказал Трухтанов и ничего не сделал.

И все замолчали: Дубров и Шайдов, Мехле и Федулов, Мартьянов и Сибгатуллин, Тангиев и Лабуш, Абфелько и Гасевский. И ничего не происходило, потому что всё уже давным-давно кончилось.



26 октября 2005 (ljr) — Валентин и Валентина (рассказ)

Над кремлёвскими курантами вспыхнула полночь. Редкие звёзды сбивали с ног одиноких прохожих. Голубые ели на Красной площади стояли рядом друг с другом. Кремлёвский нетопырь злобно спал под чужим диваном.

«Кто я?» — спросил Ленин и понял, что у него нет языка. Ночной сторож ничего не ответил и убежал, высоко поднимая ноги в подшитых валенках, чтобы не замарать об говно подошвы.



Валентина шла на первое свидание. Подмышки её шуршали о болонию. Недоеная её грудь громко трепетала — Валентина была девушка.

Инженер Валентин поджидал её за углом Васильевского спуска с неприлично раздвинутой логарифмической линейкой. Ударившись об инженера мягкой грудью, Валентина приветливо распахнула плащ. Под плащом на ней было всё, что нужно для инженера.

Инженер смущённо посинел и упал на асфальт. Из его рта хлынул утренний компот.



После этого Валентина зачастила в его коммунальную комнату. Инженер Валентин мечтал построить в своей комнате паровоз из одних гвоздей и выехать на нём в первомай. Но мечта его не могла осуществиться из-за узости дверных проёмов и лестничной площадки. Валентин и Валентина часто читали друг другу художественные книги и готовились к будущей жизни, ведь Валентина была девушка.



Они поженились через два года при камвольном комбинате. Инженера спасти не удалось: он умер на руках у Валентины прямо на ступенях загса. Детей у них никогда не было.

Валентина заступила мастером на производство. На производстве она часто пела высоким девичьим голосом песнь о своей судьбе. Её ценили и не выпускали на пенсию, пока она не умерла.

После смерти у Валентины остались небольшие сбережения на сберкнижке и маленькая комната в Марьиной Роще, которая названа так в честь любви Валентина и Валентины.

Иногда в роще в память о них поют соловьи. А иногда не поют, но это уже никого не касается.





27 октября 2005 (ljr)

жж-юзер массолит сообщает[5].



Мне наверное тоже следует об этом сообщить.

Приходите кто-нибудь знакомый или не очень. А то есть подозрение что основной публикой будут пассажиры с московского вокзала.

28 октября 2005 (ljr)

Вчера в магазине буквоед впервые в жизни имел сношение с телевидением.

Телевидение задавало мне такие вопросы: «какие у вас творческие планы», «что вам нравится и что не нравится в нынешней жизни», «кого бы вы хотели видеть во главе страны и Петербурга».

Я с тоской в голосе давал соответственные вопросам ответы.

Телевидение которое видимо ожидало, что я буду вести себя шнурообразно и употреблять в каждом предложении слово Хуй, было очень разочаровано. «Да вы ли это?!» — воскликнуло оно в отчаянии.

Я охотно подтвердил, что это не я, а настоящий я живёт у меня в подвале без рук без ног, а я у него всё пижжу.

На этом мы и расстались, крайне недовольные друг другом.

С содроганием вспомнил, как совсем недавно меня звали в какое-то кулинарное шоу. Я тогда в ужасе отказался. С нами крестная сила, как любит говорить математик Потап.



30 октября 2005 (ljr) — Незнайка на Луне

«Одни говорили, что невесомости не могло быть, потому что не могло быть того, чего никогда не было; другие говорили, что невесомость могла быть, потому что всегда так бывает, что сначала чего-нибудь не бывает, а потом появляется; третьи говорили, что невесомость могла быть, но её могло и не быть, если же её на самом деле не было, то на самом деле было что-то другое, потому что не могло так быть, чтоб совсем ничего не было».

-

«У нас здесь всё можно. Нельзя только не иметь крыши над головой и ходить по улице без рубашки, без шляпы или без башмаков. Каждого, кто нарушит это правило, полицейские ловят и отправляют на Дурацкий остров. Считается, что если ты не в состоянии заработать себе на жилище и на одежду, значит, ты безнадежный дурак и тебе место как раз на острове Дураков.»

-

Всё же это самое гениальное (повторюсь) произведение прошлого века.



30 октября 2005 (ljr) — Просто так вспомнилось

Армейский мой товарищ Андрюха из города Сарапул Удмуртской АССР мечтал о встрече с любимой девушкой: «Сниму с неё трусы. Скажу становись раком! Она станет. Потом разбегусь — и сапогом под жопу! Чтобы ебалом!! Чтобы в дверь!!!»



Это он получил известное Солдатское Письмо от Девушки: «Милый Андрюшенька! Я тебя очень люблю и очень скучаю! Но так случилось…»



А некоторые дураки, говорят, вешались.



30 октября 2005 (ljr) — Житейское просто (не рассказ)

Ходил сегодня мимо речки-карповки. Почему-то нынешние мои пути все располагаются где-то мимо неё.

Там всё как раньше. Транзитные утки плавают среди кокакольных бутылок. На них с моста с увлечением харкает молодой человек в капюшоне. Жилище умершего милиционера его наследники починили и установили в нём кнопку для управления светофорами, но никто всё равно в будке так и не поселился. Я не стал баловаться с этой кнопкой — мало ли чего, так что не знаю — может быть она и не работает.



А ещё раньше заходил в магазин при Ленфильме, на котором было написано, что будто бы в нём есть абсолютно все отечественные кинофильмы. Спросил фильм режиссёра Сельянова «время радости ещё не пришло», я его смотрел как-то раз в начале девяностых. «Нет, пока не поступал,» — сказал мне молодой человек с лицом компьютерного дизайнера. «А вот меня ещё просили узнать — это, ну вот Лестница?» «Нет, тоже пока не выпустили» «А Уникум?»

В глазах у молодого человека плавала не описуемая моими изобразительными средствами тоска.

А и правильно. И он в общем-то и прав. Хочешь жить как люди — смотри, что все смотрят, то есть девятую роту в переводе Гоблина. И будет тебе о чём поговорить в офисе с понедельника по пятницу.



А речку-карповку я даже и не знаю, за что люблю. Идиотская ведь, бессмысленная совершенно речка: она даже в финский залив кажется не впадает, а куда-то обратно в Неву. По левой (или по правой? Откуда кстати у речек считается, где лево, а где право?) её стороне пятьсот уже лет строят турецкую гостиницу и ещё будут строить пятьсот лет, а потом переоборудуют в рамстор. А речка всё равно хорошая.



31 октября 2005 (ljr)

Стал лучше относиться к Ходорковскому. Прочитал где-то статью, как жена ему повезла два мешка картошки («да у них же там есть картошка» — «нет, у них казённая, а эта домашняя, вкусная»).



А вот интересно: кто-нибудь понимает, как оно на самом деле? То есть есть где-то адвокат-падла, страссбургский суд, президент путин, либеральная интеллигенция, валерия новодворская, редактор проханов, счастливый миллиардер абрамович (челси снова выиграло) и много-много-много всего, что будто бы и есть жизнь.

А тебя поднимают в шесть часов утра — «подъ-ё-о-о-о-о-м», потом пятнадцать минут на то чтобы посрать (слева двадцать человек и справа, у каждого в зубах по папиросе беломор, дрищут и курят), потом пробежка под хмурым утром (а сейчас скорее всего в полной темноте) с гниющей в твоём желудке вчерашней капустой; поход в столовую: та же капуста, прохладный чай и круглая пайка сливочного масла (по воскресеньям дают яйцо); потом полчаса личного времени: рассмотреть себя в зеркале, удивиться: неужели это всё ещё я? почистить зубы, почитать газету, если тебе это ещё интересно, а там и на развод. Перекличка, и с песней на работу: укладывать фундамент, возделывать небольшой свой огород или растить свинью — это кому как судьбой предназначено. Потом обеденный развод, потом ужин (капуста), потом опять личное время, чтобы посрать (чем чаще срёшь, тем быстрее идёт время) и посмотреть новости по первому каналу телевидения, потом отбой: сто шестьдесят разного возраста мужиков храпят, пердят, дрочат и бредят. И воняют, воняют, воняют, каждый по-своему.



И нет в этой жизни ничего страшного. В ней можно жить сотни лет. Это и есть та самая, очищенная от всех наёбок жизнь, такая, как она есть. И если омерзительный миллиардер Ходорковский, ограбивший миллионы старушек, успеет что-нибудь понять, пока не прискачут на огненных конях его освободители из числа неприятелей тусклого и бесформенного нашего президента, я пожалуй, стыдно сказать, выпив однажды лишнего, может быть мысленно за него проголосую на каких-нибудь несуществующих выборах.



Очень жалко начальника колонии. Пиздец, как жалко — заебут ведь по-любому.