Она вскочила на ноги:

— Надо вернуться сюда на машине.

Оливия резко подняла руку, ухватив Килпатрик за запястье:

— Останься.

Мерси замерла, медленно опустилась обратно на колени, снова взяла кровоточащую ладонь и посмотрела в глаза умирающей.

Она не хочет остаться одна.

Через прикосновение Оливии Мерси передалось спокойствие.

Я сделаю это ради нее.

Старушка перевела взгляд с гостьи на внучку и закрыла глаза.

Килпатрик смотрела, как ее грудь поднялась и опустилась еще четыре раза, а потом замерла.

Мерси в оцепенении держала руку Оливии и слушала рыдания Морриган.

2

— Извините, что забрал вашу одежду, спецагент Килпатрик, — пробормотал шериф округа Дешутс, когда Мерси, переодевшись в спальне Морриган, бросила куртку, свитер и джинсы в принесенный им бумажный пакет.

— Ничего страшного, у меня всегда есть запасная.

Едва Мерси взглянула на свой окровавленный свитер, то поняла, что следователи захотят получить в качестве вещдоков все, что на ней надето. Но прежде чем она переоделась, криминалист сфотографировал ее в окровавленной одежде.

Мерси стояла и смотрела прямо перед собой, пока молодой человек кружил вокруг нее, делая снимки. Он придвинулся ближе, чтобы сфотографировать ее лицо, и Килпатрик с трудом подавила чувство вины, подступившее к горлу: она не смогла спасти Оливию. Криминалист неловко попросил у нее разрешения отрезать прядь волос. Мерси кивнула, наблюдая, как ее длинные темные волосы, слипшиеся от запекшейся крови, скользнули в приготовленный конверт. Криминалист достал тампон, смочил и приложил к лицу Килпатрик: на нем запеклась кровь Оливии. Высыхающая кровь стала стягивать кожу, и Мерси машинально царапнула ее ногтем, прежде чем поняла, что это. Так что кровь все еще оставалась у нее под ногтями даже после того, как криминалист соскоблил ее со щеки.

Я сделала все, что смогла.

Мерси смотрела, как шериф запечатывает пакет, и по ее телу пробежала дрожь. Он бросил на нее быстрый сочувственный взгляд.

Она и раньше видела смерть. Ей даже довелось держать за руку умирающего брата.

Но тут все иначе. Желание Оливии ощущать человеческое тепло в последние минуты жизни, не оставаться в одиночестве — от всего этого сердце Мерси разрывалось.

Она никогда не забудет этой сцены.

После смерти Оливии Килпатрик сидела рядом с ней еще несколько минут, а потом усадила Морриган к себе на колени и просто держала ее, пока та не перестала плакать и не заснула. Затем укутала девочку в толстую куртку, отнесла ее по снегу обратно в свой «Тахо» и ехала до тех пор, пока у сотового не появился сигнал. Измученная Морриган дремала на заднем сиденье, уронив голову на грудь. Мерси доложила о смерти женщины и попыталась проехать обратно. Ей пришлось разбудить Морриган, чтобы узнать, куда двигаться дальше. Девочка оказалась права: ведущая к ее домику извилистая боковая дорога тянулась целую вечность.

Теперь окружной детектив Эван Болтон ждал Мерси в гостиной дома Оливии. Детектив был молод — наверное, моложе Мерси, — однако смотрел устало и цинично, словно повидал все ужасы на свете. Прибыв на рассвете, он молча выслушал краткий рассказ Килпатрик и задал совсем немного вопросов. Но она нутром чуяла, что он сразу схватил суть дела. Когда Мерси подошла, в карих глазах Болтона мелькнуло сочувствие. Несомненно, после бессонных суток она выглядела неважно.

— Где Морриган? — спросила Мерси Эвана.

— Показывает одному из шерифов своих цыплят и коз.

Килпатрик слегка расслабилась. Она не выпускала девочку из виду последние четыре часа, пока они ждали ответа от полиции Дешутс. Выглянула в окно и увидела, как криминалист фотографирует ее новенький фэбээровский «Тахо». Там тоже была кровь. Измотанная Мерси и не заметила, как кровь Оливии попала на куртку Морриган и на машину.

Шорох за спиной подсказал ей, что криминалисты всё еще собирают улики в крошечном домике. Больше всего на свете ей хотелось уехать от всего этого подальше и поспать недельку, но по взгляду детектива было заметно, что у него другие планы.

— Хотите допросить меня прямо сейчас? — предложила Килпатрик.

— Знаю, вы давно не спали, но мне нужно услышать историю в подробностях, пока они свежи в вашей памяти.

Что ж, его можно понять.

— Кто-нибудь связался с матерью Морриган?

— Пока нет. На телефонном номере, который дала девочка, стоит автоответчик.

— А Морриган не говорила, где ее мать?

— Сказала, что уехала в город. Когда ее спросили, надолго ли, ответила, что понятия не имеет. Может, на неделю, может, на день.

Мерси нахмурилась:

— Когда приедет служба опеки?

Детектив тоже помрачнел:

— Мы занимаемся этим вопросом.

— Значит, у нас есть время поговорить, потому что я никуда не уеду, пока не решат, что будет с Морриган. Когда появится судмедэксперт?

Детектив приподнял брови:

— В течение часа. Мне казалось, это я должен задавать вопросы…

— Где проведем допрос? — Мерси оглядела переполненную гостиную.

Теперь, когда в окна проникал дневной свет, стало видно, что в комнате прибрано, хотя мебельная обивка была залатана, а ковры в нескольких местах стерлись почти до основы. У кухонных шкафчиков не хватало нескольких дверец, но посуда стояла на полках идеально ровными стопками.

— Пойдемте наружу, — предложил Болтон.

Они вышли из тесного дома. Мерси глубоко вдохнула ледяной воздух и подняла глаза на заснеженные сосны на фоне ясного голубого неба. Наверное, сейчас нет и двадцати градусов.

Три дня назад на эти места обрушилась снежная буря, из-за чего быстро образовался шестидюймовый слой снега. С тех пор каждый день стояла восхитительно ясная, но пронизывающая до костей погода. Типичная зима в Центральном Орегоне.

Мерси просто обожала такую погоду.

Она вытащила перчатки из карманов толстой куртки, подвела детектива к небольшой деревянной скамейке и стряхнула снег. Килпатрик уже переоделась в теплые штаны, рубашку с длинными рукавами и зимние сапоги — все из багажника «Тахо», где всегда хранилась запасная одежда на всякий случай. Она присела, радуясь, что на ней толстые штаны. Детектив, последовав ее примеру, вынул из кармана миниатюрный диктофон и маленький блокнот. Синяя куртка Болтона оказалась почти под цвет неба, контрастируя с мрачной атмосферой этого утра, — приятная мелочь. Мерси же, как обычно, была с головы до ног в черном.

— Вы сказали, что ехали обратно в город из своего домика, — начал Болтон. — Где он находится?

Мерси назвала адрес.

— Я ехала минут десять, прежде чем увидела Морриган. Так что отсюда недалеко.

— Вы часто ездите в три часа утра?

— Вообще-то да.

Болтон занес карандаш, выжидающе глядя на собеседницу:

— Почему?

— Мало сплю. Здесь я расслабляюсь.

— Вы живете в Бенде, — заметил он. — Путь сюда явно неблизкий.

— Когда как. Зависит от загруженности дорог. — Мерси была не в настроении излагать в подробностях свои ночные привычки.

— Как давно вы в бендовском отделении ФБР?

— С прошлой осени. До этого несколько лет работала в портлендском.

— И до сегодняшнего дня никогда не встречали ни Морриган, ни Оливию?

— Верно. Здесь, в лесу, легко укрыться от посторонних глаз. Кто-то может находиться в пятидесяти футах от вас, а вы и не заметите.

— Видимо, поэтому вы и заимели здесь домик…

Мерси напряглась, следя за лицом детектива, однако уловила в его глазах лишь праздное любопытство.

— Мне нравится уединение. Люблю время от времени выбираться из города.

Эван кивнул.

— Расскажите еще раз, что произошло после того, как Морриган остановила вас на дороге.

Мерси знала, что ей придется много раз повторять одно и то же. Произошло убийство, а она — главный свидетель. Килпатрик на мгновение закрыла глаза и повторила все, что помнила.

Детектив Болтон слушал, делая пометки в блокноте.

— Вы не разобрали никаких слов или имен в ее бормотании?

— Нет, не смогла. Несколько раз прокрутила все в памяти, но даже не предположу, что за язык. Морриган сказала, что это не знакомые ей заклинания.

Детектив оторвался от блокнота. Он казался удивленным.

— Это что-то новенькое… Хотелось бы поговорить с Морриган, но без службы опеки или кого-то из родственников не получится. — Он взглянул на часы. — Опека не знает, когда сможет прислать своего представителя. Очень не хочется тратить впустую столько времени. Девочка еще мала и потом может все рассказать уже по-другому. — На лице детектива читалось раздражение.

— Я могу заменить его, — вызвалась Мерси. — По-моему, она мне доверяет, и, учитывая серьезность ситуации, думаю, что моя кандидатура — подходящая замена.

Детектив оценивающе взглянул на собеседницу, взвешивая варианты.

— М-м, детектив Болтон? — В открывшейся входной двери появился шериф. — Думаю, вам стоит на это взглянуть.

Эван тут же встал, убрал блокнот и диктофон в карман и поспешил в дом. Мерси направилась следом.

* * *

Пока они шли по узкому коридору, детектив Болтон глянул через плечо на Мерси. Та выдержала его взгляд.

Знаю, это твое расследование. Но я все равно посмотрю, что там.

Шериф подвел их к открытой двери в задней части дома и отступил на шаг:

— Мы только минуту назад узнали о существовании этой комнаты: дверь сливалась с деревянными панелями коридора. Я заметил небольшой зазор внизу, где панели не прилегали к ковру, и толкнул стену. Никогда раньше не находил потайных комнат…

Его глаза радостно сверкали.

— Отличная работа, — Болтон похлопал его по плечу.

— Там тесно, — предупредил шериф.

Детектив переступил порог и остановился. Мерси, радуясь, что она ростом выше среднего, заглянула через его плечо — и у нее перехватило дыхание. В комнате без окон возле одной стены стояла грубо сколоченная деревянная стойка с множеством полок. На стене напротив висели ножи — целые сотни ножей на магнитных лентах.

— Ну и коллекция, — пробормотал детектив.

Мерси молча согласилась, рассматривая один нож за другим.

— Глазам не верю…

Здесь были ножи размером с ее мизинец, с ее руку, боевые ножи, ножи с изящными резными рукоятками из дерева, металла, слоновой кости, с гравировками, с изогнутыми клинками. Мерси поискала взглядом свободные места, раздумывая, не с этой ли стены сняли орудие убийства. Вроде бы всё на месте.

Да и кто заметит пропажу одного ножа?

— Орудие убийства пока не нашли, так? — спросила она.

— Не нашли, — подтвердил шериф.

Между стойкой и стеной с ножами еле хватало места для двоих, но Килпатрик и Болтон сумели втиснуться туда.

— Проверьте банки, — предложил шериф.

Десятки стеклянных банок разной емкости стояли на полках ровными рядами. Присмотревшись, Мерси заметила в них порошки, сухие листья и сушеных жуков. Наморщив нос, она наклонилась, разглядывая банку с крошечными полупрозрачными скорпионами. Ни на одной не было ярлычков. Мерси более-менее разбиралась в травах, но не в сушеных — для неспециалиста они казались одинаковыми. Она не могла угадать названия порошков. Здесь крупные желтые зерна, там белый порошок, тут коричневые крошки, дальше мелкий серый песок… Банки, банки, банки…

Это не просто коллекция приправ.

Стойка была идеально чистой. В контейнере лежала всякая кухонная утварь. Мерси заметила четыре набора ступок и пестиков и две ровные стопки чистых тряпок. Аккуратные стопки стеклянных тарелок и стаканчиков. Мерси вспомнила опрятные полки на кухне. Это все дело рук Оливии или же матери Морриган?

— Что скажете? — спросил шериф.

Болтон и Мерси переглянулись.

— Скажу, что кто-то уделяет очень много сил своему хобби, — ответил детектив. — И, на мой взгляд, очень необычному хобби.

— Да, любопытному, — согласилась Мерси, гадая, занималась ли Оливия знахарством.

Заклинания…

Или, возможно, чем-то еще. Килпатрик посмотрела на сушеных жуков и других насекомых, и ей вспомнились сказки о колдуньях.

Чепуха.

— Я не заметил следов крови ни на одном из ножей, но пусть криминалисты глянут повнимательнее, — сказал Болтон. — Сомневаюсь, что здесь есть орудие убийства… хотя его вполне могли позаимствовать отсюда. — Он ткнул пальцем в одну из банок: — Это что — цыплячьи лапки?

Мерси улыбнулась: Болтон явно вырос не на ферме.

— Да.

Детектив вздохнул:

— Пойду спрошу криминалистов, что делать с этой комнатой.

Он жестом пригласил Мерси выйти первой. В коридоре она заметила судмедэксперта Наташу Локхарт с черной сумкой в руках. При виде Килпатрик ее лицо просияло.

— Так ты и есть тот агент ФБР, который обнаружил труп? — спросила Локхарт после приветствия.

— Да. Но когда я пришла, она была еще жива.

— Что ж, прекрасно. Это облегчит мою работу.

Миниатюрная женщина жестом пригласила Мерси за собой в комнату, где лежало тело Оливии. Детектив Болтон молча стоял на пороге, внимательно следя за всем, а обнаруживший комнату с ножами шериф стоял позади него. Войдя внутрь, судмедэксперт остановилась и медленно обвела взглядом место убийства. Фотографировавший Мерси криминалист уже ждал там, готовясь сделать любые снимки, которые потребуются Наташе.

Мерси, сглотнув, посмотрела на Оливию. Криминалисты принесли лампу. Ее яркий свет отбрасывал резкие тени на спокойное лицо мертвой старушки. Бинты от многочисленных перевязок, сделанных Мерси, все еще оставались на теле; их края по мере высыхания становились коричневыми. Оливию полоснули не меньше дюжины раз.

Преднамеренная пытка или просто ярость?

Закрывающее ноги стеганое одеяло бледно-голубого и сиреневого цвета с узором из обручальных колец было безнадежно испачкано.

— Как ее имя? — спросила Наташа, натягивая перчатки.

— Оливия. — Мерси взглянула на Болтона.

Я так и не узнала ее фамилию.

— Оливия Сабин, — уточнил детектив.

Мерси уже где-то слышала эту фамилию. Оно и неудивительно: до восемнадцати лет Килпатрик жила в крошечной коммуне ближайшего городка Иглс-Нест и знала большинство его обитателей в лицо. Тогда окружающий ее мир был намного меньше.

— Твоих рук дело? — Наташа указала на бинты. Мерси кивнула, у нее перехватило дыхание.

Судмедэксперт сняла бинты и полотенца с груди и живота трупа, сочувственно цокнув языком. Затем руками в перчатках дотронулась до глубокого разреза на животе.

— Она оставалась в сознании?

— Да, недолго.

— Подозреваю, там перерезана артерия. Этого достаточно, чтобы раненая медленно истекла кровью. А может, сердце не выдержало. — Локхарт бросила на Мерси через плечо решительный взгляд. — Ты не смогла бы ничего изменить, — заявила она, по-прежнему глядя Килпатрик прямо в глаза.

Ясно.

Неприятное ощущение в животе отчасти прошло, но не совсем. Мерси до конца дней будет сомневаться в правильности своих действий.

— Она не могла поранить саму себя? — поинтересовался шериф.

— Только если нож потом сам убежал, — ответил Болтон.

— Может, девочка его спрятала…

Мерси не поверила: Морриган не утаила бы такое.

Не так ли?

Руки Наташи ловко двигались по телу, нажимая то тут, то там, сгибая пальцы трупа.

— Когда она умерла?

Мерси посмотрела на старые желтоватые настенные часы.

— Сразу после трех.

— Я все-таки кое-что измерю, чтобы удостовериться… — Наташа достала из сумки большой термометр.

Мне здесь больше нечего делать.

Килпатрик протиснулась мимо Болтона, миновала коридор и вышла из домика. Снаружи она заметила Морриган, оживленно беседующую с шерифом, размахивая руками и указывая в сторону леса, и явно взволнованную. Мерси стала наблюдать за девочкой.

Дети переносят всё легче.

Килпатрик осмотрелась. Слева от нее находился небольшой загон с курятником, справа — большой сарай. Он выглядел новее дома. Доски были свежевыкрашенными, и дверь блестела в лучах восходящего солнца. Поляна возле дома вся в следах. Снег как следует утоптан обитателями дома, так что рассчитывать найти следы убийцы здесь не приходится. Нужно искать в лесу.

Если только он не приехал на машине.

— Вы в порядке? — спросил остановившийся рядом Болтон.

— Да. — Мерси не смотрела на него, сосредоточившись на Морриган.

— Если вы готовы, я хотел бы побеседовать с девочкой.

— Ее зовут Морриган, — резко ответила Килпатрик. — И да, я готова.

3

По дороге в полицейский участок Трумэн Дейли в двадцатый раз взглянул на телефонный экран.

Мерси до сих пор не ответила на его пожелание доброго утра.

У них вошло в привычку обмениваться сообщениями каждое утро, если ночь они провели порознь. Сейчас она уже должна проснуться. Трумэн знал, что Мерси собиралась провести прошлый вечер у себя в домике и что эти визиты часто затягивались до полуночи и более, — но она никогда не спала дольше необходимого минимума.

В животе возникло ощущение легкого беспокойства.

Трумэн пинком сбросил с тротуара грязный снежный ком и распахнул дверь участка. При виде своего имени под логотипом полицейского управления Иглс-Нест он испытал легкий приступ гордости. Шеф полиции Трумэн Дейли. Он любил свою работу и считал за честь помогать обитателям городка. Он пытался служить в полиции большого города, но эта работа оказалась не для него. Дейли нравилось в маленьком городке, где все знают друг друга, и за последний год он выучил имя почти каждого жителя.

— Доброе утро, босс, — поздоровался Лукас, протиснувшись своей здоровенной тушей за стол. — Сегодня с утра ничего срочного.

— Спасибо, Лукас. — Дейли снял ковбойскую шляпу, взглянув на красного оленя на свитере своего секретаря. — Ты ведь знаешь, что Рождество уже месяц как прошло, да?

Девятнадцатилетний парень опустил взгляд:

— Мне нравится этот свитер. На дворе чертовски холодно, так что я не расстаюсь с ним. К тому же сейчас он чаще вызывает улыбки на лицах людей, чем в декабре.

— И то верно… Кто на месте?

— Ройс уехал разбираться с аварией, а Бен должен появиться с минуты на минуту.

Беспокойство в животе усилилось.

— В аварии есть пострадавшие?

— Нет, только у одного крыло погнулось, а другой съехал в кювет. Оба водителя в порядке.

Беспокойство ослабло.

Она не пострадала.

В ноябре Мерси угодила в жуткую автокатастрофу, так что ее утреннее молчание порядком напугало Трумэна.

Он направился по коридору в свой кабинет, на ходу отправляя сообщение Кейли, племяннице Мерси:

Передай Мерси, чтобы проверила телефон.

Ответ пришел мгновенно:

Ее здесь нет.

А где она?

Его телефон загудел: Кейли решила позвонить.

— Когда я встала утром, ее не было, — сообщила девушка.

— Во сколько вчера вечером она уехала из дома?

— Часов в семь, сразу после ужина. Сказала, вернется после полуночи.

— Может, она приехала ночью и уехала рано утром? — Беспокойство Трумэна снова возросло.

— Это вряд ли: кофейник пустой. А она всегда варит кофе по утрам.

Да, действительно…

Кейли, казалось, не тревожилась.

— Думаю, она спит в домике. Так бывает. Ты ведь звонил ей?

— Я послал эсэмэску.

— Сотовая связь там никакая. Иногда это меня просто бесит, — раздраженно произнесла девушка.

— Если Мерси даст о себе знать, попроси ее позвонить мне.

— Хорошо.

Трумэн уставился на свои сообщения, оставшиеся без ответа.

Придется ехать туда.

Домик Мерси был для нее спасательным кругом. Центром равновесия. Воспитанная в семье выживальщиков, она постоянно испытывала потребность быть готовой к концу света. Трумэн соглашался, что разумно иметь какие-то запасы воды и пайков на случай чрезвычайной ситуации, однако приготовления Мерси были гораздо масштабнее. Случись что с человеческой цивилизацией, она сможет спокойно прожить в своем домике целую вечность. Трумэн восхищался ее упорством и не говорил ни слова, когда Мерси часами колола дрова по ночам или же прочесывала антикварные магазинчики в поисках старых приборов на замену электрическим и газовым.

Может, она поранила артерию топором…

— Черт… — Шеф полиции развернулся, нахлобучил шляпу и вышел в приемную. — Лукас, я ухожу. Если что, звони.

— Ой, погодите… Только что пришло сообщение: Элси Дженкинс не может выбраться со своего участка, потому что снегоуборщик навалил целую гору на краю ее подъездной дорожки.

Трумэн представил себе ферму Дженкинс.

— У нас же выпало всего шесть дюймов снега.

— Да, но она говорит, что снегоуборщик почему-то собрал весь снег именно там, где он мешает ей проехать.

— И она торчит дома уже три дня?

— Ждала, что растает. Но теперь у нее заканчиваются запасы виски и крекеров. Опять же, она так говорит.

Старая ферма Дженкинс находилась примерно в том же направлении, что и домик Мерси.

— Уже еду. Передай ей, что буду через двадцать минут.

— Не забыли взять большую лопату? — поинтересовался Лукас.

— Я ничего не забываю.

* * *

По пути к Элси Трумэн позвонил в дорожное управление и сообщил, что из-за их снегоуборщиков пожилая женщина заперта на собственном участке. И добавил, что у нее заканчиваются лекарства по рецепту. Небольшое преувеличение.

Молодая женщина на другом конце провода пообещала прислать снегоуборщик как можно быстрее. Трумэн понимал, что это, скорее всего, случится не раньше чем через несколько часов, и морально приготовился махать лопатой. Ну, хотя бы погода солнечная…

Полчаса спустя он проклинал солнце, превратившее легкий пушистый снег в тяжелые комья. Дейли снова и снова вонзал лопату в огромную снежную кучу. Он надеялся, что ударная работа прогонит мысли о Мерси из головы, но вышло наоборот: Трумэн только о ней и думал. Оставалось надеяться, что с ней всё в порядке.

Затем Дейли вспомнил, что пару дней назад у нее на кухонном столе лежали рекламные листовки. Пока Мерси переодевалась в спальне, он мимоходом взял одну. И его сердце замерло: это была реклама продажи домов. Трумэн быстро просмотрел остальные.

Она ни слова мне не сказала…

Трумэн знал, что ее съемная квартира — жилье временное, но всегда думал, что рано или поздно она переедет к нему… или они подыщут один дом на двоих. Он был уверен, что Мерси будет жить с ним.

Очевидно, она не разделяла эту точку зрения.

Дейли сделал особо мощный рывок лопатой, отбросив в сторону и снег, и тяжелые мысли. Элси оказалась права: снега тут было на удивление много. Шеф полиции выругался в адрес безымянного водителя, который не заметил ее длинную подъездную дорожку. Его спину уже начинало ломить, когда раздалось гудение снегоуборщика.

Слава богу…

Дейли отступил с дороги, наблюдая, как легко машина расчищает снежную гору, на которую у него ушло бы часа три. Водитель показал ему большой палец и поехал дальше. Трумэн посмотрел на результаты его работы и еще пару минут счищал оставшуюся после уборщика небольшую снежную осыпь. Затем забрался в свой внедорожник и позвонил Лукасу:

— Свяжись с Элси и передай ей, что все чисто.

— Ого, быстро вы… Там так мало снега?

— Снега много, но у меня была очень большая лопата.

— Ясно.

— Еще кто-нибудь звонил? — с надеждой спросил Трумэн. Он знал, что если Мерси по какой-то причине не смогла до него дозвониться, то связалась бы с Лукасом.

— Нет, все тихо. Бен побежал за пончиками.

— Оставьте мне с яблочной начинкой.

Дейли закончил разговор, завел машину и направился к домику Мерси.

Минут через сорок он заметил автомобиль полиции Дешутса, припаркованный у шоссе в нескольких милях от поворота, ведущего к владениям Мерси.

— Вот черт… — Дейли огляделся в поисках «Тахо» Килпатрик, волнуясь, не попала ли она в аварию.

Никого.

Трумэн подъехал к полицейской машине и опустил стекло.

— Доброе утро, шеф. Что-то далековато от дома вы забрались, — поздоровался сидящий в автомобиле шериф. Он казался смутно знакомым.

— Всё в порядке?

— У нас убийство, — шериф кивнул в сторону деревьев. — Я остался на страже.

Тошнота подступила к горлу Трумэна при виде узкой дорожки, петляющей среди высоких сосен. Раньше он ее не замечал. Никаких указателей поворота тут не было.

— И кто жертва? — спросил он, стиснув зубы. Подмышки взмокли от пота.

— Пожилая женщина. Убийство произошло в ее доме.

На Дейли нахлынула волна облегчения. Нахлынула и отступила, оставив головную боль.

— Просто дикость какая-то… У них нет ни телефона, ни машины, — продолжал шериф. — Ее десятилетней внучке пришлось ночью остановить машину на шоссе.

— Дайте-ка угадаю: за рулем была агент ФБР?

Шериф удивленно взглянул:

— Так вы уже знаете?

— Просто угадал. — Трумэн облегченно вздохнул. — Эта агент все еще там?

— Да, там.

4

Мерси сидела на скамейке рядом с Морриган. Крошечная ручка девочки сжимала ее ладонь.

В утреннем свете стало видно, что девочка куда худее, чем на первый взгляд. Не недокормленная, а тоненькая. Морриган лучилась ребяческой энергией и часто ерзала на жесткой скамье. Детектив Болтон предложил провести допрос в доме, но Мерси настояла на свежем воздухе. И подальше от тела бабушки Морриган. Так что теперь они сидели во дворе, детектив — напротив на низком табурете, который нашелся в доме. Он представился девочке и объяснил ей, кто такая Мерси.

Морриган слегка отодвинулась и осмотрела Килпатрик с головы до ног:

— Ты правительственный агент?

В ее голосе прозвучала нотка презрения. Мерси задумалась, не растет ли девочка под влиянием антиправительственных взглядов. В здешних местах это не редкость.

— Я — следователь, служу Соединенным Штатам, — решила упростить свой статус для ребенка Мерси. — Точно так же, как детектив Болтон трудится на благо всех обитателей округа Дешутс, я тружусь на благо всех жителей США. Включая твою бабушку и тебя.

Она улыбнулась, надеясь развеять этим детские подозрения.

Между бровями Морриган пролегла небольшая складка. Через секунду ее напряженные плечи расслабились.

— Ладно, я не против поговорить с тобой. Ты же пыталась спасти мою бабушку… — Девочка быстро заморгала.

— Да. Жаль, что у меня не вышло.

Кто научил ее не общаться с правительственными агентами?

— Там было много крови, — медленно произнесла Морриган. — Вряд ли кто-то ей помог бы.

— Морриган, — как можно ласковее спросил Болтон, — ты знаешь, что случилось с твоей бабушкой?

— На ней были порезы.

— Но откуда они?

Девочка прижалась сбоку к Мерси, отвернувшись от пытливого детектива.

— Не знаю, — прошептала она в рукав куртки Килпатрик.

— Вчера ночью в доме был кто-то еще? — спросил Болтон. Морриган покачала головой; ее волосы зашуршали по куртке Мерси. — Ты что-нибудь слышала? Бабушка звала тебя?

Девочка шмыгнула носом, утерла его ладонью и осмелилась бросить взгляд на Болтона.

— Нет. Я сходила в туалет, а потом пошла в ее комнату, потому что услышала, как она напевает, но как-то странно. Как будто не может дышать.

— Ты спросила ее, что случилось?

— Кажется, нет. Я увидела порезы, но не знала, что делать.

— Разве там не было темно? Как ты их увидела?

— Она всегда оставляет ночник включенным. Говорит, что он отгоняет злых духов.

Мерси вспомнила керосиновую лампу и свои бесплодные попытки зажечь свет.

— Морриган, а почему в доме нет света?

— Кое-где есть. Просто надо купить лампочки. Мама все время забывает.

— Ты сказала, твоя мама уехала в город, — продолжал детектив. — Но не знаешь, когда она вернется, так?

Девочка кивнула.

— Морриган, а где ты учишься? — спросила Мерси.

— Дома. Бабушка меня учит… учила.

Детское личико сморщилось. Снова потекли слезы.

— Где-нибудь поблизости у тебя есть родственники? — поинтересовался детектив.