Наконец Милка замедлила ход. Таня открыла глаза и увидела, что они стоят у автобусной остановки. Это была та самая остановка, у которой они вышли с Мариной и Сергеем.

Как же давно это было! Тане казалось, что с тех пор прошла целая жизнь.

– Надеюсь, мы успели вовремя, – произнес Егор. – Да! Вот и он!

Таня взглянула в ту же сторону, куда смотрел ее друг, и увидела приближающийся рейсовый автобус. Это был тот самый автобус, на котором приехала она. И водитель там тоже был тот самый.

Он тоже узнал Таню и расплылся в улыбке:

– Ну что? – спросил он у нее, лукаво подмигивая ей одним глазом. – Вижу, помирилась со своим мужем?

И кивнув на Егора, еще веселей закончил:

– Можешь ничего мне не говорить, сам вижу, что помирилась!

Помирилась? О чем это он говорит? Таня была в полнейшем недоумении.

Но водитель расценил ее молчание по-своему.

– Не благодари! – замахал он на нее руками. – Когда тот мужик ко мне в Питере на вокзале подошел, я сразу понял, что должен вам помочь. А уж как папенька ваш за вас обоих переживает! Если бы мой батя так за меня переживал, может, я и не развелся бы вовсе. Помочь влюбленным – святое дело. Если для этого нужно немного задержаться, я всегда готов.

Пока Таня хлопала глазами, Егор уже что-то сообразил.

Он выдвинулся вперед и спросил у водителя:

– Значит, в Питере к вам подошел человек, который представился свекром Тани?

– Ну, прямо он мне этого не сказал. Но уже в возрасте был мужчина. А чего ему переживать, чтобы девчонка со своим мужем помирилась? Только близкий родственник стал бы из-за этого дергаться. А кто ближе отца у мужика может быть? Никто!

– И чего этот родственник у вас хотел?

– Ничего особенного не потребовалось для счастья двух сердец. Подождать мне нужно было немножко. Отправление рейса задержать минут на десять. Ну, по факту и больше получилось, но уж ничего не попишешь, счастье молодых прежде всего!

Егор повернулся к Тане.

– Что необычного произошло с тобой, пока ты ждала отправления автобуса?

– Ничего.

– Не может быть! Вспоминай!

– Честное слово! Я зашла, села и стала ждать. Правда, что рейс задерживался, пассажиры волновались. Все уже были на своих местах. Последними в автобус зашли Марина с Сергеем, и мы сразу поехали. Кто-то из пассажиров даже начал ворчать, что водитель их специально ждал.

Водитель выпучил глаза.

– Не ждал я этих двоих! Совпало так! Они на автовокзале с кем-то разговаривали. Я их видел. А что на мой автобус успели, повезло им.

– И с кем они там разговаривали?

– С парнем каким-то. Не знаю, кто он такой.

– Приметы назвать можете?

– Ну… брюнет. Молодой. Лет тридцать, не старше. Вот и все, что могу вам сказать.

И водитель заторопился.

– А то как с вами свяжешься, так задержка, – ухмыльнулся он. – В этот раз, чувствую, мне за нее никто не заплатит, так что я поехал.

Двери захлопнулись, и автобус укатил прочь.

Таня смотрела ему вслед и думала, почему же она не уехала на нем? Впрочем, куда бы она уехала без денег и документов? И даже без своей одежды, ведь пуховик так до сих пор и чинился у кого-то из рукастых соседок бабы Гали.

Поэтому Таня похлопала глазами и вопросительно взглянула на Егора:

– О чем говорил водитель? Я толком ничего не поняла.

– Кто-то в Питере задержал отправление твоего автобуса, за что водитель получил некоторую сумму в качестве вознаграждения и загорелся помочь двум влюбленным сердцам. Подразумевается, пока автобус стоял, к тебе должен был кто-то подойти, чтобы помириться.

– Ко мне никто не подходил. А кто был тот человек, который уговаривал водителя?

– Возможно, твой любовник постарался? Как ты считаешь, мог он назваться твоим мужем?

– У меня никого нет, – решительно заявила Таня. – Ни мужа, ни любовника.

– Жаль.

– В каком это смысле?

– Тогда мы в два счета вычислили бы виновника случившихся с тобой неприятностей.

– Будь у меня любовник, зачем бы ему было меня убивать?

– Скажем, из ревности. Когда мужчина ревнует, он способен на большие глупости.

Таня внимательно взглянула на Егора.

– А ты? Ты смог бы убить женщину из ревности?

– Ну, это смотря какую женщину.

– Меня.

– Тебя не смог бы!

– Почему?

– Не знаю, не смог бы, и все тут.

– А другую смог бы?

– Что ты ко мне прицепилась! – рассердился Егор. – Смог – не смог! Мне этот разговор неприятен. Выставляешь меня неким чудовищем, расправляющимся с женами, а я вовсе не такой! Никого я ни разу еще не убил, хотя иногда бы и стоило!

И он отвернулся. А Таня устыдилась. В самом деле, чего она прицепилась к мужику. Сама-то она ничуть не лучше. Она ведь много раз мысленно убивала своего мужа. Убивала сладострастно, смакуя мельчайшие подробности. Она мечтала это сделать. И как же она радовалась, когда ее муж умер! Да Егор, собирающийся прикончить какую-то бабу из ревности, просто ангел по сравнению с ней!

– Егор, – потянула она своего друга за рукав. – Прости меня.

Егор повернулся к ней.

– Как получилось, что ты оказалась у нас в Диковинно?

Голос его прозвучал резко. Похоже, Егор все еще не простил Таню. Но и помогать ей он тоже не отказывался. Уже и на этом спасибо.

– Я же тебе говорила, меня Марина с Сергеем пригласили.

– Поехали к ним! Быстро!

И сев в санки, Егор слегка стегнул Милку концом вожжей по гладкому крупу. И хотя удар был совсем не силен, лошадь повернула голову, насколько ей позволяли это сделать оглобли, и уставилась на Егора строгим взглядом.

Мол, что это ты надумал? Бить меня станешь?

– Пошевеливайся! – окончательно разозлился Егор. – Смотрит она тут еще! А ну-ка!

И взмахнул вожжами, делая вид, что сейчас как огреет Милку по гладкой спине. Милка не стала испытывать терпение возницы, резко стартовала с места, но морда у нее при этом была до того обиженная, что сомнений не оставалось, лошадь этот поступок Егору долго еще не забудет. И одними карамельками задобрить ее тоже не удастся!

Глава 6

Дома Егор оставил Милку прямо на улице, а сам затащил Таню в дом.

– Где Марина с Сергеем?

Баба Галя встревоженно поднялась ему навстречу:

– Еще не возвращались, – ответила она. – А ты чего такой заполошный? Случилось чего?

– Баба Галя, отвечай, как эти двое тебе объяснили ее присутствие в твоем доме?

И Егор кивнул в сторону замершей у дверей Тани.

– Ну, как объяснили… – растерянно ответила баба Галя. – Сказали, помочь девочке надо. С мужем поссорилась, тот помириться хочет, целую программу по примирению придумал. Помочь людям надо. Так и объяснили.

– И что же за муж такой выискался?

– Уж я не знаю, у Танюшки спросить нужно.

– Таня говорит, что мужа у нее нету. И жениха у нее нету. В общем, никого у нее нет!

– Как же так? – растерялась баба Галя. – А кто же ее тогда от опасностей спасать собрался?

– От каких опасностей?

– Ох, голова прямо кругом пошла, – пробормотала старуха. – Давление небось подскочило. У меня всегда так, понервничаю, и давление мигом подскакивает. Как бы не помереть часом. Маринка-то с Сережкой снегоход взяли у Никиты, да на нем и укатили. Чувствую, не к добру это. Странные они оба были, даже ничего не сказали, куда едут.

– Баба Галя, отвечай коротко и по существу. Что за человек настоял на том, чтобы Таня жила у тебя в доме? Отвечай!

Но баба Галя лишь виновато смотрела на Егора с Таней и дрожащими руками рылась в коробочке с лекарствами, пытаясь найти нужное.

– Оставь ее в покое, – попросила Таня, которой стало жалко разволновавшуюся старушку. – Спросим у Марины с Сергеем.

– Когда они еще вернутся!

– Когда-нибудь да вернутся. Не век же им на снегоходе раскатывать.

Егор сердито запыхтел, но отошел в сторонку. Баба Галя мигом повеселела. Заглотнула таблетку, вторую заложила под язык, демонстративно накапала себе вонючих капель в стаканчик, но пить их не стала.

Вместо этого она хлопнула себя по лбу и воскликнула:

– Танька, вот у меня голова-то дырявая! Тебе же письмо пришло!

– Мне? От кого?

– Уж этого я точно не скажу. Чужих писем сроду не читала.

– Но разве на конверте не написано?

– Так на нем и конверта нету. Листок бумажки сложен в четыре раза, снаружи твое имя. Значит, тебе письмецо.

– А где же оно?

– Сейчас принесу.

Письмо представляло собой обычный лист в клеточку. Похоже, что его вырвали из школьной тетради. Действовали второпях и так неаккуратно, что порвали посредине. Почерк писавшего тоже был неровным, строчки прыгали, словно писавший не видел линий, по которым нужно было равняться.

«Дорогая Таня, я близко знал твоего отца и всю вашу семью. Если хочешь узнать правду о том, что случилось с твоими родителями, приходи сегодня в восемь часов вечера в Подберезье. Я буду ждать тебя там у часовни.
P.S. Приходи одна»…


– Постскриптум, – хмыкнула баба Галя, которая не удержалась и заглянула Тане через плечо. – Сто лет уж не видала, чтобы так подписывали письма.

– Подписи тут как раз и нет, – заметил Егор, которому Таня тоже протянула письмо. – Ни подписи, ни обратного адреса. И это не письмо, скорее, это записка. Тебе знаком этот почерк?

– Нет.

– Очень странное приглашение. Ты пойдешь?

Таня кивнула.

– Это может оказаться ловушкой, – предупредил Егор. – Даже скорей всего, это она и есть. На тебя уже было совершено два покушения. Третье может стать роковым.

– Мне все равно.

Таня не знала, как объяснить Егору свои чувства. Вернуть себе родителей или хотя бы узнать их судьбы было для нее самым заветным желанием. Все свое детство она мечтала о том, что однажды бабушка раскроет ей эту тайну. Скажет, куда в одночасье исчезли ее отец и мать. Но та в ответ на вопросы внучки лишь начинала плакать. И постепенно Таня, обожавшая бабушку, решила, что не нужно волновать бабулю. Годы шли, воспоминания о папе с мамой, и так-то скудные, постепенно совсем стирались из памяти. Однако желание понять, что с ними произошло, никуда не делось.

Став взрослой замужней женщиной, Таня несколько раз обращалась за помощью к мужу. Но он хотя и разделял ее желание разобраться в этой семейной трагедии, но помочь так и не сумел. Он обращался за помощью к разным людям, но удалось выяснить лишь то, что дело по факту одновременного исчезновения супружеской пары было закрыто за отсутствием улик. Муж обещал принести Тане копию этого дела, но так почему-то и не принес. И все, что знала Таня, она знала со слов мужа.

Он рассказал, что ее родители работали на Балтийском заводе, папа был инженером, мама трудилась в бухгалтерии. В пятницу после работы они попрощались с коллегами, вели себя, как обычно. Но в понедельник на работу не вышли. Кроме того, начались звонки из полиции, из которых выяснилось, что до дома в ту пятницу родители Тани так и не добрались.

Что с ними случилось на пути к дому, где их ждала маленькая трехлетняя девочка, так никто никогда и не выяснил. Бабушка взяла Таню себе на воспитание, на этом все и успокоилось.

И вот теперь Таня получила это письмо, словно привет из далекого прошлого от тех людей, которых любила маленькая Таня и которые, в свою очередь, любили ее.

– Я обязательно пойду! И ты меня не остановишь!

– Даже не собирался. Мы пойдем с тобой вместе! Не думаешь же ты, что я отпущу тебя одну?

Баба Галя тоже подала голос:

– В самом деле, Танечка, сходите с Егорушкой вместе. Он у нас опытный в таких делах человек. И мне спокойней будет. А то не на месте у меня сердце. И грибы мои еще пропали. Куда они подевались, никак в толк взять не могу.

– Погодите вы со своими грибами, баба Галя, – остановил ее Егор. – Тут бы с письмом разобраться. Вот скажите, где вы его раздобыли?

– Так в дверях снаружи торчало. Я выйти во двор собиралась, хотела еще раз жаровню свою поискать, хорошая такая жаровня, фиг с ними с грибами, но вот жаровню мне жалко.

– Баба Галя!

– Так я и говорю, дверь открыла, а письмо мне под ноги и упади. Значит, в дверь его кто-то воткнул.

– А кто к вам приходил сегодня?

– Да много кто приходил. И Ленка заскакивала. И тетя Тоня заходила, чайку попить. И Слава со своим приятелем приходил. Собачка еще у них такая чудная, с нашим Трезором поиграть задумал. Трезор пес у нас серьезный, сразу на него рыкнул, а тому все нипочем, носится по двору кругами, лает, остановится, хвостиком машет, поиграть приглашает.

– Из посторонних кто-нибудь приходил?

– Чужих не видала. Но ведь чтобы записку в дверь засунуть, в дом не обязательно было заходить.

– Все верно, – пробормотал Егор. – И когда последний посетитель от вас ушел?

– Да недавно Тоня ушла. Где-то минут за десять до вашего появления.

– Значит, мы с почтальоном всего ничего разминулись. Эх, давно я нашим говорил, что нужно видеонаблюдение на домах установить. Сейчас бы не думали да не гадали и пальцем в небо бы не тыкали. Посмотрели на записи, и сразу этого человека бы узнали.

– Это чтобы я все время под наблюдением жила? – возмутилась баба Галя. – Не надо мне этого! Если я чего неправедное сделаю, так это дело будет только промежду мной и Господом Богом. А посторонние приглядчики мне не нужны!

Егор собирался возразить, но в это время снаружи застрекотал мотор, а потом затих.

– Кажется, Маринка с Сережей вернулись! – насторожилась и баба Галя. – Знакомый звук мотора.

Егор подмигнул Тане.

– Сейчас мы их колоть будем!

Но колоть никого не пришлось. Когда Марина с Сергеем вошли в комнату и увидели замерших Таню с Егором, то сами первыми воскликнули:

– Мы все скажем!

– Рассказывайте! – велел им Егор.

Марина с Сергеем вытянулись как по команде смирно.

– Таня, прости нас, пожалуйста!

– Но только мы не виноваты!

Егор хмыкнул:

– Если не виноваты, зачем прощения просите?

Муж с женой переглянулись друг с другом и признались:

– Вроде и не виноваты, а вроде как и виноваты.

– Не хотели, а влипли в историю!

– Честное слово, этот человек нас обманул!

И супруги принялись каяться. Оказывается, проявить невероятное в наше время гостеприимство в отношении Тани их вынудила обычная жадность. За то, чтобы они приютили Таню у себя в Диковинно, им пообещали кругленькую сумму.

– Сто тысяч!

– А нам так нужны деньги.

– С этими карантинами у Сережи весь бизнес полетел в тартарары. Мне на работе тоже зарплату убавили. А цены растут! И всего хочется!

Одним словом, когда на автовокзале к ним подошел симпатичный молодой человек, который предложил им эти сто тысяч за пустячную услугу, супруги выслушали его внимательно.

– Он представился нам мужем одной из пассажирок автобуса. Милый такой юноша. Он душевно поплакался нам в том, что серьезно провинился перед своей женой, но хочет вернуть ее расположение и даже уже придумал, как именно он это сделает.

– У молодого человека был целый план, как вернуть любовь супруги.

– Мы сразу поняли, что денег у этого типа целая куча!

– И аванс он нам сразу же заплатил. Десять тысяч! Хотел пять дать, но Марина сказала десять, и он сразу же ей бумажки отсчитал.

– Всегда бы так! – добавила Марина, сверкнув глазами.

– Значит, заплатил он вам наличными? – уточнил Егор. – Эти деньги у вас сохранились?

– Конечно.

– Где бы мы их тут потратили? А на вокзале времени не было. Еле-еле на автобус успели. Еще боялись, что без нас уедет.

Не уехал бы он без них! Водителю тоже заплатили, чтобы он не дергался и позволил бы без помех свершиться этой странной сделке. Деньги в обмен на приют для Тани в Диковинно.

– Покажите мне эти деньги! – велел Егор супругам.

Марина молчала. Отдавать деньги ей не хотелось.

– Иди! – велел ей Сергей. – Назвался груздем, полезай в кузов.

Баба Галя встрепенулась.

– Кстати, груздочки-то в жарком моем тоже были!

Егор зыркнул в ее сторону, и баба Галя заткнулась.

Нехотя, но Марина все же сходила за кошельком.

– Вот эти деньги, – показала она Егору издалека парочку оранжевых купюр. – Доволен?

– Ближе!

Как же не хотелось Марине давать деньги в чужие руки. Но Егор сверлил ее пристальным взглядом, пришлось уступить.

Егор едва глянул на деньги и сразу же сунул их к себе в карман.

– Егор! – возмутилась Марина. – Верни!

– Спокойно. Деньги фальшивые, ты за них все равно ничего бы не купила, а вот неприятности могла бы огрести по полной программе.

– Думаешь, я совсем ку-ку? Первым делом проверила серийные номера, они все разные!

– Взяли несколько купюр, с которых и напечатали фальшивки.

– Я тебе не верю.

– Не верь, – спокойно разрешил ей Егор. – Только прошу тебя, вспомни, где я работаю.

Марина потупилась. Но выглядела она все равно недовольной и даже что-то пробормотала про какую-то поганую собаку, но Егор сделал вид, что не принял эти слова на свой счет.

– Рассказывайте дальше.

– Чего там рассказывать, все уже рассказали. Парень этот очень прилипчивым оказался. Нипочем не хотел от своего плана отказываться. Он нам Таню в окошке автобуса показал. Потом объяснил, что пока не договорится с кем-то из пассажиров, чтобы они Таню у себя приютили, автобус в путь не тронется.

– Это как же?

– Отец его водителя задержал. Тоже деньжат тому отсыпал. Водитель в курсе был, как только Таня из автобуса выйдет, он сразу же должен по газам и прочь уехать! Чтобы у нее уже не было вариантов, кроме как у нас в Диковинно задержаться.

Теперь Тане стала понятна та поспешность, с которой укатил от них тогда автобус. Водитель был замазан в этой истории ничуть не меньше Марины с Сергеем. Им выпала честь общаться с «мужем» Тани, а водителю с ее «свекром». И кто же были эти люди? И что им было нужно от Тани?

– А как его звали? – спросила она у Марины.

– Кого?

– Мужа моего.

– Вот ты даешь! – восхитилась Марина. – Имени мужа не упомнишь? Ранний детский склероз?

– Как он вам представился?

– Васей. Хотя, если говорить откровенно, то куда больше он был похож на Армена. Темноволосый, черты лица кавказские. Хотя по-русски говорил безупречно чисто, без всякого акцента. Так что, может быть, что и Вася.

А мог быть и кем угодно еще.

Таня изо всех сил пыталась припомнить в своем окружении Васю, который мог быть совсем и не Васей, но человека с такими приметами она не помнила.

– И что же этот Вася хотел?

– Мы должны были поселить Таню у нас дома, – произнесла Марина и замолчала.

Но Егора этот ответ не удовлетворил.

– И это все? Невелик труд за сто тысяч. Тут явно что-то не то. И сколько времени должна была жить у вас Таня?

– Договаривались на сутки. Вася за это время обещал, что все организует.

– Что?

– Ну, он планировал предстать перед своей любимой в образе героического спасителя. То есть она попадает в беду, а он является и ее спасает.

– А если нет? Если не попадет Таня в беду?

Марина снова начала что-то бормотать себе под нос. Таня разобрала, что сейчас речь шла о том, что некоторые вот зачем-то суют свой длинный нос в личные дела других людей, а лучше бы занялись своей собственной личной жизнью, так и для дела, и для них самих было бы лучше.

– Что этот тип собирался предпринять? – настаивал Егор.

– Он планировал сам лично организовать эти неприятности! – воскликнула Марина, глядя на Егора с вызовом. – Что? Доволен? Да, неспроста на Таню вчера собака напала, муж Таню должен был от зубов злого зверя спасти! А мальчишки-соседи вмешались и все испортили! Сегодня мне Вася велел Таню на речку отправить к проруби, там он должен был новое приключение организовать. Так ты там нарисовался! Спугнул Танюшкино счастье!

Егор сделался белым, и зубы у него отчетливо заскрипели.

– Ты что, совсем дура?! – набросился он на Марину. – Не было ни вчера, ни сегодня никакого молодого героя мужа-любовника Васи! Болтался какой-то тощий тип, который собаку шуганул и Таньку из проруби вытянул, но это был точно не ее жених!

– Почему?

– Потому что жених молодой, а этот был уже в возрасте. Да и не задерживался он возле Тани, чтобы ее благодарность принять. Оба раза убегал, стоило нам появиться.

– Я его и разглядеть-то не успевала, – подтвердила Таня. – Первый раз думала, что меня Слава с Сашей спасли. А сегодня Егора благодарить принялась.

– Если бы не ребята, Таню еще вчера собака бы растерзала. Ее на Таню этот Вася или кто уж он там нарочно натравил!

– И сам ее спасти собирался!

– Не собирался он ее спасать!

– Он в укрытии сидел. Ждал подходящего момента!

– Ты разве не видела, в каком состоянии Таня вернулась. Куда уж лучше момент для появления спасителя! Самое оно! Но вместо него появился какой-то чужак, который сделал дело и сразу же слинял. Не очень тянет на амплуа героя и спасителя? И сегодня Таню из проруби выдернули, когда она уже ко дну шла! Если ее спасал герой-любовник, чего он тянул? И почему сбежал?

– Ты ее мужа своим криком спугнул. Человек переволновался, нервы сдали.

– Сперва какой-то человек сам Таню в воду столкнул! И прочь деру дал! Он хотел, чтобы она утонула! Умерла!! Погибла!!!

С каждым новым воплем Егор приближался к Марине все ближе. Сергей на выручку супруге тоже не спешил. Кажется, идея стать спасителем своей супруги была полностью дискредитирована в его глазах.

Марина поспешно придвинула к себе стул, чтобы между ней и Егором была хоть какая-то преграда.

– Ты привезла девочку к нам на убой! – возмущался тот. – Этот мерзавец собирался с ней расправиться. Живо, давай мне его координаты!

– А у меня их нет!

– Не ври! Как же вы с ним связь держали?

– Он присылал нам эсэмэски. Или мы могли их ему написать. Номер я тебе дам, но сразу предупреждаю, на звонки он не отвечает. Мы пробовали звонить и с моего, и с Сережиного, и еще с других номеров, безрезультатно!

– Я понял. А сегодня вы на снегоходе куда ездили?

– В Подберезье мотались.

– Зачем?

– Хотели Васю этого найти. Хотели разобраться, что происходит. Когда ты сегодня Таню всю в инее домой привел, у меня сердце так и екнуло. Не понравилось мне, как этот Вася дела свои обделывает. А если он не успеет свою обожаемую женушку спасти, если погибнет она, что тогда делать?

– Неумеха он какой-то неуклюжий оказался.

– Вот мы и хотели, чтобы Вася нам четкий ответ дал, как и где он собирается в следующий раз на Таню впечатление производить.

– Если что, мы могли ему за отдельную плату и подсобить, коли уж у него самого ничего не получается.

– То есть вы хотели помочь ему Таню угрохать, – хмуро произнес Егор. – Хотели стать его соучастниками. Так получается?

– Не убить он ее пытался, дурья твоя башка, а впечатление на нее произвести.

– Дурья башка у кого-то другого. А вот почему вы в Подберезье покатили, мне интересно знать!

– Так мы с женой рассудили, если этот Вася за Таней здесь у нас ухаживает, то вряд ли он каждый день туда-сюда в Питер мотается. Скорей всего где-нибудь поблизости обосновался, чтобы руку на пульсе держать.

– В Диковинно его нету – это точно. Все соседние деревушки мы сегодня объехали, местных жителей расспросили, никто похожего паренька не встречал. Тогда мы подумали, что из всех подходящих мест остается Подберезье. Это крупный поселок, у них и магазин, и церковь, и аптека имеются с фельдшерским пунктом. И от нас до Подберезье пять километров по хорошей дороге. Самое удобное место, чтобы обосноваться.

– И что? Побывали вы там, нашли вы этого Васю?

– Нет.

– И хуже всего, что он на наши эсэмэски отвечать тоже перестал.

И супруги как-то загадочно между собой переглянулись. Похоже, им было что сказать, вот только говорить они остерегались.

– Что еще?

– Так… ничего.

– Говорите уж! Столько всякого наворотили, хуже точно не будет.

– Один раз Вася нам все-таки позвонил.

– Всего около получаса назад это было. Он нам сам позвонил.

– Голос у него странный был. Словно бы и не его. Мы сначала даже не поняли, кто это звонит.

– Он вам не представился? – удивился Егор.

– Нет, хрипел он очень сильно.

– И стонал.

– Сказал, что ему очень плохо.

– Врача просил!

– Так-так… Он сказал, где его там в Подберезье искать?

– В том-то и дело, что нет. Мы поехали, а без толку. Только бензин весь сожгли.

Егор кивнул.

– Можете идти. Дальше мы уже без вас разберемся.

Марина замялась:

– А деньги? Если эти фальшивые, может, Вася нам хороших даст?

– Если мы его найдем, обязательно даст, – заверил Егор женщину.

Потом он взглянул на часы, затем перевел взгляд на Таню.

– Сейчас идем ко мне, быстро ужинаем, потому что не знаю, как ты, а я зверски проголодался. А потом едем в Подберезье на встречу с твоим «мужем» Васей. Он назначил тебе встречу возле часовни в восемь, а сейчас уже семь. Нам нужно поторопиться, если мы хотим приехать вовремя.

– Думаешь, это он мне прислал записку?

– Этот мерзавец каким-то образом прознал о твоей семейной трагедии. И решил воспользоваться ею в качестве предлога, чтобы в очередной раз позвать тебя на рандеву со смертью. Видимо, Марина с Сергеем вышли у него из доверия. Все-таки два промаха с их участием. Первый раз они послали тебя на прогулку, где тебя поджидала свирепая псина. Второй раз отправили в прорубь.

– Они хотели мне добра!

– Но преступник-то хотел совсем другого! Он воспользовался моими недалекими родичами в своих целях. Задурил им их пустые головы, вложил в них совершенно безумную идею примирения с женой, а они и поверили. Но поверили или нет, а преступнику они помогали плохо. Он им больше не доверял.

– Не их вина, что оба раза ты и ребята пришли мне на помощь.

– Преступники – люди суеверные. Если дважды им не везет, редко, кто в третий раз пойдет на дело в том же составе банды. Или он опасался и дальше привлекать их к сотрудничеству, чтобы они чего-нибудь не заподозрили на его счет такого, что могло заставить их обратиться в полицию.

– Нам тоже стоит обратиться в полицию, – предложила Таня.

– Полиция уже с тобой, – заверил ее Егор. – Я лично берусь распутать это дело. Да это же прямой вызов мне, если в моем доме происходит такое!

– А ты справишься? Один?

– И в помощь себе я позову двух молодых, но талантливых ребят. Не бойся, Таня, мы отлично справимся!

Нетрудно догадаться, что молодыми и талантливыми оказались Саша со Славой.

Ребята были дома и обрадовались, увидев Таню с Егором.

– Как вы? Все в порядке? А то мы на улице были, увидели Милку с пустыми санками, испугались за вас. Вы же на Милке укатили? Почему она одна по хутору бегает?

Егор крякнул:

– Вот же вредная скотина. Велел ей смирно стоять.

– Привязать надо было. Это все-таки лошадь, а не собака.

– Разбаловал брат животное. Оставлял ему вышколенного конягу, а получил невесть что. Простейшую команду не выполняет. Ругаешь – обижается. Разбаловали ее племянники. Надо будет им лекцию прочитать, чтобы они это дело оставили.

Впрочем, после ужина Егор в значительной степени подобрел.

Таня вспомнила, что бабушка рассказывала ей про дедушку, ее мужа, тот тоже приходил вечером домой, будучи сильно не в духе. И тут к нему приближаться с расспросами было чревато. Но зато уже после первого съеденного блюда дедушка оттаивал душой, после второго добрел, а после чаю с булочкой и крендельком из него можно было спокойно веревки вить.

Егор относился к тому же типу мужчин, и Таня тихохонько ждала, когда он подобреет. Горя мало, ее-то собственный муж не добрел даже после сдобы, от которой, как известно, даже отъявленные негодяи добреют.

И вновь непрошеные воспоминания нахлынули на нее. Может быть, такую сильную неприязнь к своему мужу она стала чувствовать под конец их брака из-за серьезной разницы в возрасте?

Когда они стали жить вместе, ей было… Сколько же ей было? Свои шестнадцать лет она отмечала уже в доме у мужа, это она помнила совершенно точно. Но до этого они еще какое-то время жили вместе.