– Вперёд, – резко откликнулась она, стряхивая с колен попкорн. – А на меня не рассчитывай.

Поднявшись, он убрал открытку в карман.

– Если не вернёшься к вечерней тренировке, Малкольм пойдёт тебя искать.

– Плевать.

– Ладно, пусть тебя отчисляют. Мне без разницы.

Он пошёл было к тоннелю, но сделал всего пару шагов и остановился. Потому что разница была. И ещё какая. Уинтер вела себя так, будто ей на всё плевать, но он-то знал, что других друзей у неё нет. Даже Джем с Арианой общались с ней только из-за Саймона, и если он её бросит, она останется совсем одна. Поэтому он обернулся, и несмотря на то, что она явно вот-вот заплачет, лицо Саймона стало каменным, стоило им только встретиться взглядами.

– Если не хочешь идти со мной, то… не надо. Я всё понимаю, – сказал Саймон. – Но собственную природу ты не изменишь. Ты змея, и в этом нет ничего страшного. Это не делает тебя плохим человеком, и ты не стала нравиться мне меньше. А на всех остальных просто не обращай внимания, потому что их мнение ничего не значит.

– Легко тебе говорить, – буркнула Уинтер.

– Нет. Не легко. – Он сомневался, что стоит упоминать про то, что он был единственным представителем Царства Птиц во всей школе, и все его за это ненавидели, ведь Уинтер хотела быть именно Птицей. Но ему и не пришлось. Она и так знала, как ему тяжело, и слова зависли между ними невысказанными. – Но пока мы с тобой друзья… пока мы друзья с Джемом и Арианой, Гаррет и остальные… могут говорить всё, что угодно, потому что они никогда не обратят внимания на то, какой я человек. Какой ты человек, Уинтер. А ты, кстати, крутая. Не особенно вежливая…

Она фыркнула.

– …Но если бы пришлось выбирать между дружбой с тобой и превращением в орла, я бы выбрал тебя.

Он шагнул назад. Туристы и семьи, расхаживающие вокруг, не обращали на них никакого внимания, но Саймон понимал, что рано или поздно мимо пройдёт кто-нибудь из стаи и узнает их. А попадаться в зоопарке ему нельзя – иначе в третий раз он точно не сбежит.

– Мы останемся друзьями, даже если ты со мной не пойдёшь, – продолжил он, хотя Уинтер упорно не смотрела на него, вместо этого уставившись на голубей. – Но если передумаешь, то учти, что я хочу сбежать сегодня. Я не могу потерять маму снова. И терять тебя я тоже не хочу.

Закончив, он развернулся и ушёл, оставляя Уинтер на скамейке в окружении стаи голубей с полупустым ведёрком попкорна.



В Логово Саймон вернулся за десять минут до начала уроков. Феликс заверил, что никто не приходил и не заметил его отсутствия, так что Саймон, захватив по дороге рюкзак, пошёл на нижний этаж, в кабинет выживания в дикой природе, который занимал больше места, чем столовая и яма, вместе взятые. Этот предмет он просто обожал. Ванесса, волчица с волнистыми тёмными волосами, при взгляде на которую Саймон всё время пытался судорожно вспомнить, не сделал ли он что-нибудь плохое, учила их выживать не только в человеческом обличье, но и в животном. Только на её уроках Саймон чувствовал себя настоящим анимоксом, а не чужаком среди одноклассников, которые всегда были на несколько шагов впереди. Большинство из них выросли в городах, поэтому о самостоятельном выживании знали примерно столько же, сколько и Саймон.

Кабинет выживания в дикой природе состоял из нескольких видов ландшафтов: в углу возвышался лес, у противоположной стены расплывалось болото, а место в конце класса занимала пустыня. Саймон сомневался, что Уинтер придёт, раз пропустила утренние уроки, но всё равно поискал взглядом знакомую копну тёмных волос. Её он не обнаружил, зато внимание привлёк взрыв хохота неподалёку. Нолана вновь окружала тесная группка зверей. Демонстративно избегая их, Саймон отошёл в сторону леса, к Ариане, восседавшей на поваленном дереве.

– Ну как? – спросила она, когда Саймон присел на соседний замшелый камень и скинул рюкзак под ноги.

– Нашёл. Она кормила голубей, – ответил он. Голубей Уинтер любила так же сильно, как Саймон любил Ориона, – и то, что она добровольно пошла их подкармливать, многое говорило о том, насколько она скучала по жизни в Небесной башне.

– Не понимаю, что она здесь делает, если ей тут так не нравится, – сказала Ариана, разглядывая кончики своих фиолетовых волос. – Должна же у неё быть семья.

Саймон пожал плечами и бросил камушек в бурлящий ручей, протекавший по центру класса.

– Ей никто не нужен, кроме Ориона, а он ни за что её не примет.

– Я бы на месте Уинтер не захотела к нему возвращаться. Он же её бросил, – сказала Ариана, и тут между ними плюхнулся Джем.

– Я взял тебе поесть, Саймон. – Он протянул ему завёрнутый сэндвич. – С тунцом. Надеюсь, ты его ешь.

– Лишь бы там не было никого из твоих родственников. Спасибо, – сказал Саймон, разворачивая вощёную бумагу. Но перед тем, как заняться едой, он достал из кармана открытку и протянул её Ариане. – Нашёл открытку у статуи дяди. Это от мамы.

– От твоей мамы? С чего ты взял? – спросил Джем. Ариана перевернула открытку и посмотрела на послание. «Вот бы ты был здесь».

– Почерк такой же, как на остальных открытках Саймона, – сказала она, не успел он сам и рта раскрыть. – Писала точно она.

Саймон проглотил кусок сэндвича.

– Открытку принесла птица, но я не знаю, насколько давно её послали. – Он вытер рот и добавил: – Я собираюсь её найти.

Никто не удивился. Вместо этого Ариана осмотрела фотографию, и Джем с интересом заглянул ей через плечо.

– Когда уходим? – спросил он.

– Уходим? – переспросил Саймон.

– Да, уходим. – Ариана передала открытку Джему. – Или ты думал, что мы бросим тебя одного? Да ты даже по парку полетать не можешь, на тебя сразу нападают.

– Но…

– Говори, что хочешь, а спасти твою маму важнее, – сказала Ариана. – К тому же, раз они в Аризоне, то ищут осколок, принадлежащий Рептилиям. Ты хоть что-нибудь о Царстве Рептилий знаешь?

Саймон замялся.

– Они, ну… креативные? И ими управляет совет, а не какая-нибудь Альфа или королева.

– А знаешь, кто стоит во главе совета? – спросила Ариана. Он покачал головой. – Роберт Ривера. Никто его не любит, даже собственные подданные. Обычно Рептилии не влезают в войны анимоксов, но советник Ривера сразу встал на сторону Зверей. Мама всегда удивляется, как он так долго продержался на своём месте, но поговаривают, что несогласные с ним Рептилии частенько бесследно исчезают.

Саймона бросило в дрожь.

– С Риверой нам связываться не обязательно.

– Вот только совет располагается как раз в Райской долине, – сказал Джем, возвращая открытку Саймону. – А раз Орион ищет часть Хищника, она, скорее всего, под охраной совета.

Саймон поник. Прекрасно.

– Значит, придётся с ним как-то договориться.

– Или можешь попросить Уинтер, – сказала Ариана. Саймон захлопал глазами, и она заморгала в ответ. – Ты же в курсе, что её зовут Уинтер Ривера, да?

Он знал, что Уинтер представилась Риверой, когда они пытались проникнуть в ПРИЮТ и их поймал Малкольм. Она говорила, что советник Ривера был её дедом, – это Саймон помнил. Но он всегда думал, что она соврала, – однако, возможно, это была правда.

– Но Уинтер не хочет идти со мной, – сообщил Саймон. – Я уже спрашивал. Она отказалась.

– Ну, тогда придётся её переубедить, – сказала Ариана. – Если мы хотим выяснить, что происходит, то она – наш единственный шанс. Так когда мы уходим?

– После ужина, – сказал Саймон, вновь скользя пальцами по обороту открытки. Шансов убедить Уинтер отправиться с ними немного, но нужно попробовать. – Но я не знаю, как туда добраться.

– Можем поехать на поезде, – предложила Ариана с уверенностью человека, далеко не впервые убегавшего из дома. – У меня есть деньги. Думаю, на поездку до Аризоны и обратно нам хватит.

Если они вернутся обратно.

– Ты же понимаешь, что будет опасно, даже если Уинтер пойдёт с нами, да? – спросил Саймон. – Мама всё ещё у Ориона. Сомневаюсь, что получится спасти её, не встретившись с ним.

Ариана похрустела костяшками пальцев.

– Отлично. В этот раз он получит по заслугам.

– Генерал не обрадуется, что я ушёл, – сказал Джем, нервно поправляя очки. – Но я ни за что не отпущу вас одних.

– Даже учитывая, что мы уедем в пустыню? – спросила Ариана. Джем сглотнул.

– Переживу.

– Ну-ну, конечно, – съязвила она.

Джем слегка позеленел. Саймона кольнула вина, но он понимал, что отговаривать друзей бессмысленно. Да и хотелось, чтобы они были рядом, как бы эгоистично это ни звучало. Он сомневался, что справится без них.

Вместо того чтобы пытаться развести костёр без спичек, Саймон, Джем и Ариана весь урок шептались, склонившись над ворохом сухого хвороста. Они решили, что даже если Саймон не убедит Уинтер, они встретятся у статуи дяди Дэррила после ужина – так, если кого-то поймают в Логове, остальные успеют сбежать. Идти до вокзала было недолго; если стая их не заметит, то очень скоро они будут на свободе.

Под конец урока на них обратила внимание Ванесса, заявившая, что они должны были добиться хотя бы дымка. Схватив палки, Ариана моментально разожгла костерок. Джем потянул замёрзшие руки к огню, и тут Саймон ощутил на себе чей-то взгляд. Оглянулся через плечо и увидел Нолана. Он сидел неподалёку и смотрел на него.

Саймон отвернулся. Он знал, что должен был рассказать брату про открытку, но тогда Нолан тоже захотел бы отправиться в Райскую долину. Саймон был готов рисковать – но подвергать опасности брата не мог.

Как только уроки закончились, Саймон попрощался с Джемом и Арианой и пошёл в корпус Альфы, намереваясь собрать вещи под предлогом выполнения домашнего задания. Но как только он добрался, его остановил какой-то волк из стаи со шрамами.

– Малкольм ждёт тебя в кабинете, – хриплым голосом сказал он.

– Сейчас? – спросил Саймон. Тот кивнул.

– Он просил тебя сопроводить…

– Я и так знаю, куда идти, – коротко отрезал Саймон. Он не хотел грубить, но ещё меньше хотел снова оказаться у Малкольма в кабинете.

Скрепя сердце Саймон вышел из корпуса и поднялся на второй этаж, стараясь не паниковать. Нет, Малкольм просто не мог узнать про их планы. Они с Арианой и Джемом следили, чтобы Ванесса их не подслушала, а Уинтер вряд ли бы пошла их сдавать.

Может, кто-то заметил их с Уинтер в зоопарке. Саймон ускорился, утопая в зелёной траве, служившей ковром. Или мама связалась и с Малкольмом тоже? Он знал, где она?

Он пошёл ещё быстрее, но, когда добрался до двери кабинета, та оказалась закрыта. Нахмурившись, он хотел было постучать, но услышал приглушённый голос и остановился. Малкольм с кем-то разговаривал.

Глубоко вздохнув, Саймон глянул через плечо, проверяя, нет ли кого-нибудь рядом, а потом, вопреки здравому смыслу, прижался ухом к двери.

– …Да, их видели в парке. Точное число неизвестно, – низко прорычал Малкольм. – Нужно подкрепление.

В голосе дяди слышалась непривычная нервозность, Саймон встревожился. По пустякам Малкольм не нервничал.

Несколько секунд он молчал. Затем – заговорил снова.

– Меня не волнует, кого ты пошлёшь. Армия мне не нужна. Но стая нападение не отразит, а если у неё появились союзники из других Царств…

– Что ты делаешь? – поинтересовался кто-то из-за спины Саймона. Тот отпрыгнул от двери, чуть не запутавшись в собственных ногах.

Позади него, скрестив руки, стоял Нолан.

5

Покидая гнездо

– К… – Саймон раскрыл от удивления рот, стоя посреди покрытого травой коридора и пялясь на Нолана. Тот победно ухмылялся, и у Саймона сложилось впечатление, что он спрятался в одном из пустых кабинетов, поджидая его. Это бы объяснило, почему Саймон не услышал его шагов. – Кажется, кто-то готовится напасть на школу.

Нолан бросил на него уничтожающий взгляд.

– Может, если бы ты хоть раз отвлёкся от своих друзей, то знал бы, что Селеста пытается отобрать у Малкольма титул. Она неделями подбиралась к зоопарку.

Саймон захлопал глазами.

– Почему мне никто не сказал?

– Видимо, ты не такая уж и важная персона, – фыркнув, ответил Нолан.

Неожиданно дверь распахнулась, и над ними навис Малкольм. Под глазами виднелись тёмные круги, которых раньше там не было. Морщины на лбу тоже проступали сильнее, и он устало потёр шею.

– Заходите.

– А Саймон подслушивал, – наябедничал Нолан, проходя в кабинет. Малкольм вздохнул.

– Видимо, не такие уж вы и разные.

Саймон скользнул внутрь.

– Простите, просто услышал вас и…

– И не удержался. – Малкольм закрыл дверь. – Понимаю. Я тоже был ребёнком, и поверь, чем раньше ты бросишь привычку подслушивать, тем лучше. До добра она не доведёт.

Нолан плюхнулся в ближайшее к выходу кресло.

– Мне надо делать домашку, – сказал он.

– Уроки подождут.

– Что-то случилось? – нервно спросил Саймон. – Вы узнали, где мама?

Малкольм, опершись о стол, оглядел Саймона слишком уж знакомым взглядом. Но Саймон не хотел, чтобы дядя жалел его. Он вообще не хотел, чтобы его жалели.

– Пока нет, – медленно сказал Малкольм. – Но все Звери её ищут. Мы обязательно её найдём.

– Да уж давайте, – сказал Нолан. – А то я сам пойду искать.

Малкольм покачал головой, и морщины проступили ещё сильнее.

– Именно об этом я и хотел поговорить. Поклянитесь, что останетесь в Логове. Никаких больше вылазок в зоопарк. Ни ради полётов, ни ради друзей. – Тут Саймон неуютно поёжился. – И уж тем более ни ради купания с белыми медведями. Поняли?

– В отличие от некоторых, я никуда не хожу, – фыркнул Нолан.

– Правда? – поинтересовался Малкольм, вскинув бровь. – Больше тебе сказать нечего?

– Нечего, – не сдавался Нолан, хотя уверенность в его голосе пропала.

Саймон кашлянул, и дядя вновь посмотрел на него.

– Это… из-за Селесты? – спросил он. – Нолан сказал, что…

– Да, из-за моей матери. И Ориона. И из-за других опасностей, с которыми могут столкнуться наши Царства. – Малкольм наклонился вперёд, сцепляя руки в замок. – Вы даже не представляете, насколько вы важны. И если вы останетесь здесь, я смогу вас защитить.

– Я сам могу защититься, – встрял Нолан. Саймон закатил глаза, хотя был с ним согласен. Малкольм внушал страх, и у большинства анимоксов хватало ума его слушаться. Но Саймон с братом не были обычными анимоксами. Если бы на них напали птицы, они превратились бы в медведей; если бы напал волк – улетели бы. Именно эта возможность делала Звериного короля таким опасным и могучим. Вот только Саймон с Ноланом не собирались силой захватывать Царства анимоксов. Ну, по крайней мере, Саймон не собирался. Насчёт брата уверенности не было.

– Это ты так считаешь, но ты ошибаешься, – сказал Малкольм. – Тебе, как и твоему отцу, учёба будет даваться сложнее, потому что ты не сможешь сосредоточиться на одном обличье. Тебе придётся отточить превращение в представителей всех пяти Царств до идеала, и только потом ты сможешь противостоять кому угодно. Твой отец много лет привыкал к своим способностям. А ты, Саймон… – Их взгляды встретились. – Ни одна птица в одиночку не справится со стаей Ориона. В небе я не смогу тебя защитить, так что оставайся на земле, хорошо?

Саймон молча кивнул, несмотря на пожирающую изнутри совесть. Он не хотел врать дяде, но разве у него был выбор? Он не мог остаться и потерять единственный шанс спасти маму. Но и не мог сказать Малкольму, что уходит, – ведь тогда он его остановит.

К дальнейшему разговору он старался не прислушиваться, и как только Малкольм их отпустил, Саймон направился прямиком в корпус Альфы. Но вместо того, чтобы заняться уроками, он заперся в спальне и начал собирать вещи. Рюкзак у него был небольшой, но он всё равно умудрился уместить там одежду на неделю и мамин блокнот с информацией по Звериному королю. Оглядев комнату, он зацепился взглядом на присланные мамой открытки. Даже понимая, что вернётся, если получится, он всё равно не мог их оставить, поэтому забрался на стол и начал снимать их, складывая в ровную стопочку.

– Ну что, в этот раз скажешь, куда ты собрался, или снова сбежишь и обо мне забудешь? – поинтересовался Феликс, вскарабкавшись на стул. Саймон застонал.

– Я о тебе не забыл, Феликс. Просто решил, что избавлю тебя от поездки в пустыню, раз ты не любишь змей.

Феликс содрогнулся.

– Ты нашёл Ориона?

– Нашёл маму, – сказал он. – Или, скорее, она меня. Смотри, что она прислала. – Он показал Феликсу открытку с Райской долиной. – Тут написано «Вот бы ты был здесь». Она хочет, чтобы я за ней пришёл.

– И ты просто сбежишь, никому ничего не сказав? – спросил Феликс, неодобрительно дёргая усиками. – Малкольм мог бы помочь.

Перед глазами мелькнул дядя Дэррил, лежащий в луже собственной крови, и Саймон стиснул зубы.

– Малкольм ни за что не выпустит меня из Логова. И если бы мама хотела, чтобы он помог, она бы ему написала. Скорее всего, она ему не доверяет.

– Это не значит, что ты тоже не должен, – заметил Феликс. – Волк-союзник тебе не помешает.

Саймон высыпал на стол пригоршню кнопок.

– Я не скажу ему, ясно? Так что хватит.

– Ты ведь понимаешь, что нельзя идти в одиночку…

– Хватит, я сказал.

В комнате воцарилась звенящая тишина, и Саймон замер, ссутулившись. Он никогда не повышал голос на Феликса. Не срывался. Но не успел он извиниться, как мышонок его перебил:

– Серьёзно, в чём дело?

Не отвечая, Саймон снял оставшиеся открытки, слез со стола и убрал их в карман рюкзака, так и не подняв взгляда на Феликса.

– Когда я попросил помощи в прошлый раз, умер дядя Дэррил, – пробормотал он. – Не хочу, чтобы с Малкольмом случилось то же самое.

Феликс вздохнул.

– Ты ведь знаешь, что не виноват.

– Я не собираюсь давать Ориону возможность убить ещё одного дядю, – сказал он. – Что, сдашь меня Малкольму?

Феликс оскорблённо фыркнул.

– Я же не крыса.

– Тогда помоги, – попросил Саймон. – Я сбегу через тоннель после ужина. Зоопарк будет закрыт, и там будет стая.

– Помогу, если возьмёшь меня с собой, – сказал Феликс. Саймон покачал головой.

– Я не стану брать тебя в Аризону. Половина Царства Рептилий захочет тобой закусить. К тому же кто-то ведь должен приглядеть за Уинтер, – сказал он.

– Она с тобой не едет?

– Нет. Если, конечно, я не успею её переубедить.

Феликс фыркнул и плюхнулся на подушку.

– Чудесно. Значит, никуда я не поеду.

– Кто знает, – сказал Саймон.

Но несмотря на последние остатки оптимизма, он понимал, что вряд ли сможет убедить Уинтер. А когда он зашёл в столовую и увидел Уинтер в углу, как можно дальше от их обычного места, надежда угасла совсем. Он подошёл к ней, но не успел и слова сказать, как она произнесла:

– Я с вами не пойду.

– Я… – Саймон замолчал. – Мы без тебя не справимся, Уинтер. Ты нам нужна.

– Ваши проблемы. – Она перевернула страницу книги, и Саймон закусил внутреннюю сторону щеки.

– Ладно, – сказал он. – Я просто решил, что раз Роберт Ривера глава совета Рептилий, то он может знать, где спрятан осколок Хищника. Не знаю, правда ли он твой дедушка, но…

– Саймон. – Наконец она подняла на него ледяной взгляд. – Мне плевать.

Поникнув, он выдохнул.

– Ладно. Если передумаешь, мы встречаемся у статуи дяди Дэррила после ужина.

Уинтер снова решительно уставилась в книгу. Смирившись, Саймон вернулся за столик и весь вечер слушал нервную болтовню Джема, практически не притронувшегося к суши. Иногда Ариана прерывала его монотонный монолог своими замечаниями, но Саймон молчал, лишь изредка поглядывая на Уинтер. Она вышла из столовой за двадцать минут до конца ужина, и несмотря на желание пойти за ней, он сдержался. Придётся им самим придумывать, как спасти маму и найти осколок Хищника.

Феликс, всё ещё недовольный, что его оставили, всё же согласился покараулить и отвлечь стаю, чтобы Саймон успел выбраться через тоннель за портретом Селесты. Нолан, видимо, до сих пор ужинал, а Малкольма, к счастью, нигде не было видно. Видимо, в нападении Селесты всё же было хоть что-то положительное.

Когда Саймон выполз из тоннеля на мост у пруда, на улице уже стемнело. Он тихо направился к статуе волка, внимательно прислушиваясь к шагам стаи. Благодаря угрозе, исходящей от Селесты, все волки были настороже – и не успел Саймон дойти до могилы дяди, как заслышал громкий цокот когтей по камню.

Нырнув за ближайший куст, Саймон застыл, обдуваемый холодным ноябрьским ветром. Сквозь листья он видел, как волк приближается, принюхиваясь. Ладони тут же вспотели, и Саймон даже подумал превратиться в крысу или таракана и сбежать. Но если бы его застали за превращением, стало бы только хуже, так что он просто затаил дыхание, немо умоляя волка уйти.

Неожиданно тот навострил уши. Склонив голову, он завыл, предупреждая остальную стаю, и кинулся в противоположную сторону. Саймон облегчённо выдохнул.

Убедившись, что он остался один, он поспешно пересёк площадь, придерживаясь затемнённых мест, и добрался до статуи волка. У его каменного уха, спрятавшись в тени, сидела блестящая чёрная паучиха.

– Тебя кто-нибудь видел? – спросил он.

– Нет, но если продолжишь болтать, тебя услышат, – тоненьким голоском пропищала Ариана.

Поблизости послышались тихие шаги. Но не успел Саймон спрятаться, как увидел Джема, закинувшего рюкзак на плечо.

– Что-то не так. Я видел семерых волков у загона с белыми медведями, – сказал тот. – И, кажется, они чего-то ждали.

Ариана, спрыгнув со статуи, обернулась человеком.

– Нужно бежать, пока они заняты.

Саймон раскрыл рот, готовый согласиться. Чем быстрее они уйдут – тем лучше. Но не успел он ничего сказать, как за спиной кто-то кашлянул.

– Куда собрались?

Ариана выругалась, а Джем съёжился, прячась за статуей. Саймон обернулся, ощущая ужас, сворачивающийся в груди.

Посреди мощёной площади стоял усмехающийся Нолан, скрестивший руки. Видимо, он за ними проследил.

– Иди домой, Нолан. Здесь опасно, – прохладно сказал он.

– Я могу о себе позаботиться. А что можешь ты? Улететь? – поинтересовался Нолан. – Это, конечно, замечательно, пока тебя не схватит какой-нибудь сапсан…

Неожиданно чья-то рука, появившаяся из тени, схватила Нолана за плечо, и тот подскочил – выглядело это забавно, но Саймона тоже чуть удар не хватил, когда из тёмной аллеи вышел Малкольм.

Саймон ещё ни разу не видел дядю в такой ярости, и несколько мгновений все трое просто смотрели друг на друга. Саймон пытался придумать, как выпутаться из ситуации, но мысли путались. Лучшей идеей было превратиться и улететь, но он не мог бросить Джема и Ариану.

– Это Саймон сбежал, – быстро сказал Нолан. – А я пошёл за ним, чтобы он не натворил глупостей.

Это не усмирило гнев Малкольма.

– Скажите-ка мне, – прорычал он низким голосом, от которого волосы встали дыбом. – Вы что, думаете, я с вами шучу? Думаете, ваша жизнь – игра? А вы, Бенджамин, Ариана, – вы что, не понимаете, в какой опасности Саймон? Думаете, сможете его защитить?

Саймон стиснул в кулаке лямку рюкзака.

– Вы не понимаете. Я должен…

– Ты должен вернуться в убежище, вот что ты должен. И теперь до конца обучения к тебе будет приставлена личная охрана, – произнёс дядя, надвигаясь на него. – Можешь пойти добровольно, а можешь ближайшие пять лет чистить туалеты в корпусе Зверей. Выбор за тобой.

Саймон раздражённо зашипел.

– Дядя Малкольм, просто выслушайте…

Над зоопарком разнёсся пронзительный клич, и по коже Саймона побежали мурашки. Вопль издал не волк.

Саймон поднял голову. Над зоопарком кружила целая армия хищных птиц – несколько сотен, не меньше, – чёрным облаком перекрывшая лунный свет.

– Стая! – взревел Малкольм. Так и не отпустив Нолана, он потащил его в сторону ближайшего здания, но, когда потянулся за Саймоном, тот попятился, запинаясь о камни.

– Я не могу. Я… – Он не мог вернуться – до свободы оставался всего шаг. Если он не сбежит сейчас, то другого шанса не будет.

На долю мгновения он задержал взгляд на Нолане, который испуганно смотрел вверх, на кружащую стаю. С Малкольмом он будет в безопасности. Он его защитит. А Саймон… Саймон защитит его, отправившись в Аризону. Он найдёт маму и осколок Хищника, а потом придумает, как остановить Ориона и не позволить ему собрать оружие и убить брата. А чтобы у него получилось, нужно бежать.

– Простите, дядя Малкольм, – сказал он. И не успел дядя возразить, как Саймон бросился к площади, в сторону выхода из зоопарка.

6

Журавль в небе

– Саймон, подожди! – крикнул Малкольм, но Саймон не остановился. Джем с Арианой рванули за ним, и вместе они выбежали из зоопарка, направляясь к Арсеналу – старому кирпичному зданию, через которое можно было попасть в Логово. Позади него пролегала Пятая авеню, за которой раскинулся сверкающий город с оживлёнными улицами, освещёнными светом уличных фонарей. Если Саймон не сбавит темпа, то…

– Куда это ты направляешься, а, Саймон Торн? – На асфальт перед ним приземлился краснохвостый ястреб, преграждая путь. Саймон не успел убежать – ястреб обернулся худым мужчиной с маленькими глазами. Это был Перрин, лейтенант армии Ориона.

– Не твоё дело, – сказал Саймон, быстро пнул Перрина в колено, а затем резко развернулся в сторону парка. Перрин взвыл от боли, и Ариана с Джемом нагнали Саймона – волосы Арианы разметались, а очки Джема съехали набок.

– Нужно от них оторваться, – ровно произнесла Ариана, как будто они прогуливались по набережной, а не неслись на головокружительной скорости. – Можем попробовать спуститься в метро…

– Нет, это территория крыс, – задыхаясь, ответил Саймон. Крысы давно заодно с Селестой; пойди они в метро, она бы моментально их поймала. – Может, автобус?

Ночное небо прорезал крик, и Саймон глянул вверх на силуэт ястреба, окружённого несколькими соколами и другими хищниками. Остальные, видимо, погнались за Малкольмом и Ноланом, и стоило это осознать, как по венам разлился ужас.

– Нельзя останавливаться, – выдавил он, жадно глотая воздух. – А то нас поймают. Как ещё можно уйти от них, пока мы не добрались до вокзала?

Ариана обогнула парочку, держащуюся за руки.

– Есть идея, – сказала она. – Нужно найти такси. За нами не погонятся, если мы будем с людьми.

– А ты уверена? – спросил Саймон. Крысы не боялись нападать на них даже в самом центре Нью-Йорка. Но Ариана кивнула, и они побежали в сторону Пятой авеню.

Только через три квартала им удалось поймать такси. И когда они нырнули в машину, Саймон вновь нервно глянул в небо. Перрин с солдатами кружили над такси, но нападать не пытались.

Едва Саймон захлопнул за собой дверь, Ариана сказала:

– Таймс-сквер, как можно быстрее.

Она пихнула под нос водителю новёхонькую купюру в пятьдесят долларов, и тот, выхватив её, вжал педаль газа в пол с такой силой, что шины завизжали. Саймона швырнуло по сиденью, и они с Джемом переглянулись. Ну, Ариана хотя бы знала, что делает.

Через несколько минут они доехали до площади и выбрались из такси, вливаясь в плотную толпу. На Таймс-сквер было шумно и тесно; люди толкались, а яркий свет бил в глаза со всех сторон. Джем схватился Саймона за рюкзак, чтобы не отстать, а Саймон двинулся за Арианой, лавируя между народом и то и дело теряя её фиолетовые волосы из вида. Но её план, каким бы он ни был, не работал – птицы закружили над головой, стоило им приехать, и Саймон понимал, что на открытом пространстве избавиться от них не получится.

– Ариана, – сказал он, повышая голос. Она выругалась, поглядев вверх.

– Погодите, – пробормотала она, останавливаясь под тентом, способным скрыть их от чужих глаз. Заведя их за пустующий угол закусочной, она сказала: – Хочу превратиться.

– Перед целой толпой? – спросил Джем, глядя на проходящих мимо людей.

– Я же паук, а не медведь. Все слишком спешат, они меня не заметят. Да и пусть замечают – тут такая суета, что все решат, будто им почудилось, – сказала она. – А вы берите шляпы и идите к вокзалу.

Она достала две шляпы, которые, видимо, умыкнула с какой-то лавки, и Саймон с Джемом натянули их на головы. Мимо прошла группа туристов, во все глаза разглядывающих яркую рекламу, украшающую Таймс-сквер, и Ариана склонилась за указателем закусочной, как будто ей нужно было завязать шнурки. Но вместо этого она обернулась пауком и моментально забралась Саймону на одежду, устроившись у его воротника.

– Куда поедем? – спросил Саймон, выходя из-под тента на открытое пространство. Взглянуть на птиц он не решался – боялся выдать себя.

– В Чикаго, – ответил Джем. – А там купим билеты до Аризоны. Я поискал маршруты на компьютере генерала, пока остальные занимались строевой. В Аризоне есть город Флагстафф, до него поездом добираться несколько дней. А там придумаем, как доехать до Райской долины.

– Может, долетим? – спросил Саймон, поспешно пробираясь мимо тепло одетых туристов с камерами. Кто-то толкнул его, и он быстро проверил, не слетела ли паучиха с его плеча.

– А что, у тебя есть деньги на три билета на самолёт? – поинтересовалась Ариана едва слышным тонким голоском. – Поездом куда дешевле.

– И так безопаснее, – сказал Джем неожиданно высоким голосом. – Вдруг птицы нападут на самолёт?

– Не ври. Ты просто ненавидишь летать, – сказала Ариана. Джем порозовел.

– А ты ненавидишь воду, так что мы квиты.

Ариана перескочила с плеча Саймона на Джема, и ближайшие девять улиц они постоянно пререкались. Саймон не слушал. Его волновало только то, что после остановки под тентом он не слышал ни единого птичьего крика. Посмотреть в небо он решился, только когда они вышли с Таймс-сквер. Стаи на небе не было.

Впереди показался Пенсильванский вокзал, и Саймон ускорился.

– За мной, – сказал он. Перед входом толпились люди, и он протиснулся через них, всё ближе и ближе подбираясь к эскалатору, ведущему внутрь.

– Саймон! – откуда-то издалека крикнул Джем. Саймон резко остановился, дико озираясь. Куда он делся?

– Джем! – крикнул он, выбираясь из толпы. – Джем!

– Саймон, беги! – заорал он, и Саймон застыл. Люди расступились, и за их спинами показался Джем. Он стоял на тротуаре, замерев, словно статуя.

Перед ним стоял Перрин, сжимающий руку у него на плече – том самом, на котором сидела Ариана. Пульс Саймона подскочил, и он всмотрелся в Джема, пытаясь по лицу понять, пострадала ли она.

– Я не собираюсь ждать всю ночь, – пригрозил Перрин, изгибая тонкие губы. – Либо пойдёшь со мной, либо я сожму плечо твоего дружка посильнее. Выбор за тобой, Саймон Торн.

Саймон резко выдохнул. Значит, она жива. Что ж, за сегодняшний день он принял немало решений – и это было самым лёгким.

– Отпусти их, и я пойду с тобой. – Ничто не стоило жизни друзей, а под рукой Перрина Ариана была абсолютно беззащитна. Даже если бы она его укусила, Перрин бы успел убить её до того, как подействует яд.

– Отлично, – произнёс Перрин, приманивая Саймона. Он пошёл в сторону лейтенанта – медленно, шаг за шагом, не спуская глаз с руки Перрина. Саймон не верил ему, но и выбора сейчас не оставалось.

– Эй, клювастый, – раздался в толпе знакомый голос. Из-за группы бизнесменов вышла Уинтер и, подойдя к Перрину, схватила его за свободную руку. – Отпусти их. Сейчас же.

По его лицу скользнул страх. В прошлую их встречу Уинтер укусила его за ногу и выпустила столько яда, что Ариане пришлось использовать антидот, чтобы его спасти. И сейчас где-то в глубине души – в самом тёмном углу, где осталось лишь одно желание: добраться до поезда – Саймон жалел, что она ему помогла.

Перрин выпрямился, крепче сжимая плечо Джема.

– Уинтер. Отлично. Орион будет рад услышать, что ты нашла место среди себе подобных.

Её лицо потемнело.

– Саймон, не шевелись.

– Но… – начал было он. Однако не успел договорить: Уинтер раскрыла рот и заорала так, что зазвенело в ушах.

Саймон никогда не слышал, чтобы кто-то так громко кричал. Он стоял от неё в нескольких метрах, но всё равно казалось, будто барабанные перепонки сейчас лопнут. Джем сморщился; Уинтер схватила Перрина за руку, залезая перчаткой ему под рукав, чтобы казалось, будто это он её держит.

– Похищают! – заорала она. – Помогите! Он пытается нас похитить!

Саймон не сразу понял, что она делает, но потом они с Джемом переглянулись и в один голос завопили.

– Спасите! – закричал Саймон. – Пожалуйста, помогите!

Люди начали замечать, что происходит. Прохожие и пассажиры, выходящие из вокзала, останавливались, окружая побледневшего Перрина.

– Эй. Ну-ка отпусти ребят, – произнёс крупный мужчина с густыми усами.

– Они… они врут, – сказал Перрин, запинаясь. – Понимаете, я их дядя. Они просто пытаются сбежать…

– Вызовите полицию! – крикнул кто-то, и злая женщина схватила Перрина за руку, сдёргивая его ладонь с плеча Джема. Сердце Саймона едва не разорвалось от ужаса. Джем, освободившись, кинулся к нему, и Саймон поспешно оглядел его пальто.

Блестящая чёрная паучиха хваталась лапками за шерсть, и даже в гомоне толпы Саймон слышал, как она бормочет ругательства.

– Она в порядке, – сказал Саймон, вновь направляясь на вокзал. Оглянувшись, он встретился взглядом с Уинтер, и та кивнула, отпустив Перрина, – всё равно его окружало несколько взрослых. Она скользнула в толпу, и Саймон потерял её из вида.

– Подождём? – спросил Джем. Саймон покачал головой.

– Если захочет, найдёт нас, – сказал он. До вокзала-то она добралась, в конце концов.

Пенсильванский вокзал был полон ночных пассажиров. Джем провёл их к расписанию поездов, и Саймон уставился на него плывущим взглядом.

– Какой нам нужен?

– Вон тот, – сказал Джем, куда-то показав. Саймон так и не понял, куда, так что Джем сам повёл их к билетному автомату. – Ты когда-нибудь ездил на поезде?

– Метро считается? – спросил он, и Джем помотал головой.

– Поезда дальнего следования другие. В них есть купе, спальные места, всякое такое. – Аппарат запросил количество билетов, и он помедлил. – Три или…

– Четыре. – Рядом с Саймоном возникла усмехающаяся Уинтер. – Легче лёгкого. Там пришёл полицейский, и Перрин сейчас пытается оправдаться.

Саймону потребовалась вся его сила воли, чтобы не обнять её.

– Ты пришла.

– Сам сказал, я вам нужна. А я обещала помочь.

В её голосе было что-то ещё, что-то непонятное, но Саймона это не волновало.

– Спасибо, Уинтер.

– Рано благодарить. – Она вытащила из дизайнерской сумочки карту. – Вот. Я не собираюсь втискиваться в двухместное купе.

– Кредитка? – спросил Джем. – Откуда у тебя кредитка?

– Вопрос в том, почему её нет у тебя, – сказала Уинтер, как-то странно на него поглядев. Она приложила карту, и автомат выплюнул четыре билета до Чикаго. – И нам нужен путеводитель по Аризоне.

– Мы не на экскурсию едем, – сказал Саймон.

– Да, зато так будет легче понять, где находится совет Рептилий, – сказала Уинтер. – Или мама тебе и об этом сообщила?

Саймон открыл и закрыл рот. «Вот бы ты был здесь». Больше отталкиваться было не от чего.

– Ладно. Найдём мы тебе путеводитель.

– Чудесно. – Уинтер откинула волосы назад. – И я даже знаю, где поискать.

Следуя за Уинтер, Саймон не мог не задуматься, почему она передумала. Но она была готова помочь – и это главное. Он не хотел поднимать тему до поезда, чтобы не спугнуть Уинтер.

Она провела их через загруженный вокзал и вошла в книжный магазинчик, втиснутый между кафе и магазином товаров для путешественников. Не прошло и тридцати секунд, как она купила цветастый путеводитель, а потом затащила их в соседнее кафе за сэндвичами, которые полностью оплатила.

– Интересно, с чего такая щедрость, – пробормотал Джем, пока они выбирали еду.

– Просто смирись, – шепнул Саймон, решивший, что бесплатные сэндвичи лучше, чем их отсутствие. Он взял с собой всё, что накопил, пока дядя Дэррил давал ему деньги на карманные расходы, но их бы не хватило, чтобы доехать до Райской долины, так что он был не в том положении, чтобы отказываться от щедрости Уинтер. Или Арианы. Или Джема, согласившегося пойти с ними. Он понимал, на какие жертвы пошли его друзья, но чувства вины не хватало, чтобы отказаться от их помощи и уехать одному. Когда-нибудь потом нужно придумать, как им отплатить, но прямо сейчас он в них нуждался.

Пока Уинтер оплачивала покупки, Саймон заметил притаившегося поблизости мужчину, подозрительно озиравшегося, будто он кого-то искал. Ничего необычного в этом не было, но, когда он обернулся, Саймон заметил на его пальто пару ястребиных перьев.

Он быстро пригнулся.

– Недалеко от нас стоит блондин с бородкой – не поворачивайтесь! Кажется, он из стаи Ориона. – Он глянул в сторону прилавка. – Уинтер!

– Погоди, я занята, – ответила та, мило улыбаясь продавцу и протягивая карту.

Саймон ощутил, как потеют ладони. Их могли заметить в любой момент, а бежать было некуда. Мысленно он умолял Уинтер чуть-чуть поторопиться, но та неспешно забрала с прилавка пакет с сэндвичами и убрала карту в сумочку. Когда она всё же отошла, Саймон готов был взорваться от волнения.

– Что? – спросила Уинтер, подойдя к ним. – У нас куча вре…