Она лежала, не шевелясь, и была уверена, что Бунгало услышит стук её сердца: так сильно оно билось. И вот скрипнула дверь. Сквозь тонкую простыню Вайолет увидела силуэт Бунгало. Оставаться в очках было рискованно, но только так можно было увидеть его и выяснить, что у него на уме. Кто знает, может быть, она получит подсказку, как найти отца.

Бунгало двигался исключительно тихо. Как это возможно, чтобы такой здоровяк производил так мало шума? Он остановился у её кровати, взглядом прожигая простыню. Она взмолилась, чтобы он не учуял запах страха. Он взял со столика её очки. Крышка издала лёгкий скрип. Он поднял руку и что-то стянул с плеча – Вайолет услышала короткий влажный звук, как будто кто-то шмыгнул носом. Затем Бунгало вернул её очки в футляр, закрыл его и вышел – направился в сторону маминой спальни.

Вайолет ждала, прислушиваясь. До неё донеслось то же шмыганье, а потом Бунгало беззвучно спустился по лестнице.

Вайолет достала свои очки в золочёной оправе – они как будто не изменились. Посмотрела сквозь линзы – и не заметила разницы. Она поспешно соскочила с кровати, собралась с духом и тихо-тихо приоткрыла дверь спальни. Подождав, пока Бунгало окажется в коридоре на первом этаже, она спустилась, проследовала на цыпочках за ним, неслышно вышла во двор, дошла до дороги и отправилась дальше в город.

Она проследовала за Бунгало до самого бутика Арчеров, и тут вдруг её схватила чья-то рука.

– Ты что тут делаешь? – зашептал Мальчик.

Вайолет ахнула.

– Мальчик, ты! До смерти меня напугал. Я так рада, что ты цел!

– Тебе следовало бы бояться! – возмутился он. – Ты вообще представляешь, как опасно находиться в такой час на улице?

– Я слежу за Бунгало, – объяснила Вайолет. – Он побывал в нашем доме. Зашёл в мою комнату и что-то сделал с очками. Я должна выяснить, чтó всё это значит.

– В каком смысле «что-то сделал»?

– Он клал мои очки в то устройство, что носит за спиной. Что-то жутковато хлюпнуло, потом он положил очки на место и вышел. То же самое проделал в спальне мамы. Не знаю, какой в этом всём смысл, но даю голову на отсечение: всему виной Арчеры. Именно они делают очки… И ещё… ещё я думаю, что мой отец в опасности. Я слышала, как он спорил с Арчерами, а после этого он пропал!

– Мне помнится, ты говорила, что он на конференции.

– Так маме сказал Эдвард, но я ему не верю.

– И поэтому ты решила, что он может быть в Ничейной земле? – Мальчик не на шутку встревожился. – Вайолет, это может плохо кончиться. Ни в коем случае не связывайся с Дозорными.

Он замолчал, и Вайолет впервые обратила внимание на синяк под глазом у своего друга и менее заметное синее пятнышко чуть ниже рукава его футболки. Похоже, кто-то его бил.

– Мальчик, мне так жаль, – проговорила Вайолет, касаясь синяка.

Мальчик отвёл голову.

– Вайолет, связываться с Дозорными очень опасно. Ты не соображаешь, чтó делаешь.

– Мальчик, кто-то должен дать им отпор. Разве ты сам не этого хотел, когда пришёл к нам в день нашего приезда?

– Я-то хотел, но тебе вмешиваться нельзя! – выпалил он.

– Теперь уже поздно. Лучше бы ты подумал об опасности прежде, чем вламываться в мою комнату! – резко возразила Вайолет.

Они замолчали. Вайолет переключила всё внимание на Бунгало. И вдруг с торжествующим видом указала на что-то за плечом Мальчика.

– Смотри! Я поняла. Я всё поняла. У Бунгало есть ключ. Он идёт в арчеровский магазин очков. Они с этим как-то связаны. Мы должны пойти за Бунгало. Только так можно выяснить, чтó тут творится.

– Вайолет, с чего ты взяла, что с этим связаны Арчеры? У Бунгало есть ключ и от твоего дома!

– Мальчик, я просто знаю. Не могу объяснить, но я в этом уверена! Прошлой ночью Кулак упоминал братьев, и он стоял возле магазина Арчеров, а теперь и Бунгало собирается туда зайти. Меня жуть берёт от этих Эдварда и Джорджа. Я знаю, это они стоят за всем, что происходит. Иначе не может быть!

– Вайолет, ты вообще не слышала, чтó я сказал? Дозорным что-то понадобилось у Арчеров, но тебе об этом знать незачем. Это не игра.

– Я что, играть собираюсь? Я одно знаю: мой папа сейчас у Арчеров, и я должна успеть его вызволить, пока мама не забыла, что он вообще существовал! – её голос сорвался. – Как миссис Грюмли забыла про Пип!

Лицо Мальчика чуть смягчилось. Черты Вайолет оставались жёсткими.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду – ну, про Арчеров, – зашептал Мальчик, – они и на меня наводят ужас. Но в Идеале их любят. Если они в чём-то и замешаны, тебя здесь всё равно никто слушать не станет.

– И всё-таки, Мальчик, мы обязаны разобраться, – не отступала Вайолет. – Помнишь, как ты говорил о людях в Ничейной земле? Что они не пытаются ничего сделать, что они сдались. Но вот ты не сдался и поэтому хотел встретиться с моим папой! Если мы его найдём, он обязательно поможет. Ты сам, твои друзья – вы все больше не будете невидимыми. Люди из Ничейной земли смогут вернуться к родным. Ты подумай, Мальчик, подумай о Лоскутном дереве.

Теперь Мальчик казался смущённым. Его чёрные глаза заблестели.

– Предупреждаю тебя, Вайолет, это опасно.

– Я знаю, – отозвалась она уже гораздо мягче, – но если мы возьмёмся за дело вместе, будет уже не так опасно.

Мальчик долго смотрел на Вайолет, потом примирительно вздохнул:

– Хорошо. Но ты должна меня слушаться.

Вайолет кивнула.

Когда башенные часы пробили двенадцать, Мальчик взял её за руку, и они двинулись по тёмной улице к бутику Арчеров, твёрдо решившись проникнуть внутрь.

Глава 15. Цветные банки

Вайолет молча шагала следом за Мальчиком. Они быстро одолели расстояние до бутика Арчеров. Мальчик дал Вайолет знак подождать, а сам пошёл к двери; однако она не подчинилась и оказалась рядом, когда он дёрнул дверь и понял, что она заперта.

– Что будем делать? – прошептала она, и он подпрыгнул от неожиданности.

– Я же просил тебя подождать!

– Мы ищем моего отца!

Он проигнорировал её тон.

– У тебя есть заколка?

Вместо заколки она протянула ему булавку из своего конского хвостика. Мальчик поколдовал над замком, и через пару минут они услышали тихий щелчок. Мальчик повернул ручку. Дверь открылась.

– Ты бывал в тюрьме? – удивлённо поддразнила Вайолет.

– Что? Нет, конечно!

– Ничего, просто я думала, таким вещам можно только там научиться.

Мальчик подмигнул:

– Или в Ничейной земле.

Торговый зал был пуст. Оказавшись внутри, Мальчик и Вайолет закрыли за собой дверь. Было темно, но стеклянные шкафчики всё-таки поблескивали в ночи. Толстый ковёр глушил звук их шагов.

Быстро осмотревшись, Мальчик заключил:

– Здесь никого. Вайолет, Бунгало тут нет.

– Где же он тогда? – прошептала девочка. – Мы ведь видели, как он входил. – Её пронзила внезапная мысль: – Я должна кое-что проверить. Есть одна идея. А потом я уйду, обещаю.

Вайолет пробежала через торговый зал к стене красного дерева. Её пальцы прошлись по полированной поверхности и нащупали знакомый выступ. Вайолет слегка надавила, и стена раздвинулась, открывая проход в библиотеку. Улыбнувшись Мальчику, Вайолет шагнула вперёд.

В библиотеке было темнее, чем в торговом зале, где имелись окна. Из-под двери в дальней стене помещения на ковёр падала тоненькая полоска света. Вдруг полоску пересекла тень. Вайолет прошмыгнула дальше и приложила ухо к вишнёвой древесине.

Её встретил знакомый звук – хлюпанье носа. Вайолет поманила за собой Мальчика и знаком предложила прислушаться. Через пару минут звук прекратился, и свет за дверью погас.

Друзья укрылись за старым кожаным креслом справа от двери, дожидаясь, пока кто-нибудь выйдет.

– Есть идеи, что это был за звук? – шепнула Вайолет.

Мальчик мотнул головой.

– Такой же я слышала сегодня вечером у нас дома. Он исходил из штуковины, которую Бунгало носит на спине. Нужно войти туда и выяснить, что это такое.

– Не сейчас, Вайолет, – возразил Мальчик. – Ты сама не знаешь, чтó предлагаешь. Я тебя уже предупреждал: остерегайся Дозорных. Они опасны, по-настоящему опасны.

– Ну, Мальчик, я прошу тебя! – взмолилась Вайолет. – Ты не понимаешь, потому что у тебя нет родителей. У меня два любимых человека в мире, один из них – папа. Я не могу допустить, чтобы с ним что-то случилось. Мне нужно выяснить, чтó происходит.

Внезапно лицо Мальчика переменилось. Оно стало злым. Вайолет закусила губу. Наверное, не стоило ей этого говорить. Должно быть, он страдает без родителей, хотя и хорохорился – мол, лучше вовсе без них. Отец всегда советовал ей сначала думать, а потом говорить, чтобы не сделать другому больно. А она, похоже, только что причинила боль Мальчику.

– Пожалуйста, прости. Я не хотела, – прошептала она. – Мне без родителей было бы так плохо…

Мальчик смотрел не на неё, а вниз, на свои ботинки. Наступило неловкое молчание.

– Ты сама знаешь, я не боюсь Дозорных, – наконец заговорил Мальчик. – Я выдержу все, что бы они со мной ни делали.

Он неосознанно дотронулся до синяка на руке.

– Я это знаю.

– Но, Вайолет, мы должны быть осторожны. Пообещай, что будешь меня слушаться. Теперь я прошу очень серьёзно.

– Буду. Я клянусь, – сказала она и уверенно кивнула.

Они прождали в темноте ещё некоторое время. Из дальнего помещения никто так и не появился, и тогда Мальчик прокрался на прежнее место у двери. Вайолет присоединилась к нему. Из-за двери не доносилось ни звука. Мальчик повернул ручку и навалился на дверь всем своим весом. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы Мальчик и Вайолет смогли проскользнуть внутрь. Потом Мальчик осторожно затворил дверь.

Вайолет остановилась у самого входа. Комната была длинной и узкой. Во всю длину обеих стен тянулись двухметровые ряды полок, по три ряда в высоту. Стальные полки контрастировали с роскошной деревянной обшивкой стен в других помещениях бутика. Полки были уставлены стеклянными банками, множеством банок. Каждую наполнял газ странного цвета; он светился в темноте, и вся комната мерцала от этого призрачного свечения.

– Это ещё что? – шёпотом спросила Вайолет и взяла с полки одну банку.

В банке за стеклом еле заметно шевелился тусклый, тёмный сине-зелёный газ. Мальчик взял другую банку; цвет её содержимого был чуть ярче: тёмный сине-зелёный смешивался с жёлтым, и даже была одна-единственная ярко-красная прожилка.

– Смотри, – шепнул Мальчик.

На крышке его банки имелась истёртая наклейка с надписью: М-р Джон Бамсбери. Оконч. 9 дек. 05. Посл. пополн. 9 дек. 16.

Вайолет подняла взгляд на друга.

– Понятия не имею, что это значит.

Он пожал плечами.

Вайолет придвинула к его банке свою, чтобы света стало чуть больше, и тогда увидела, что на крышке её банки тоже есть надпись: М-с Шарлотта Коттс. Оконч. 24 мар. 06. Посл. пополн. 24 мар. 17.

Вайолет ахнула.

– Я уже слышала это имя, – прошептала она. – Шарлотта Коттс в Идеале. Она из маминого книжного клуба.

– Дальше, – скомандовал Мальчик.

Он поставил свою банку и двинулся к дальнему концу комнаты. Остановился у отдельной секции полок; банки на ней отличались от других. Они были наполнены лишь частично, цветной газ ярко светился и двигался внутри банок, пожалуй, даже быстро. Сочетания цветов можно было назвать красивыми. Мальчик взял в руки одну банку и прочитал надпись: М-р Джим Джойнерс. Не оконч. Посл. сеанс 14 июня 06. НДКЗ.

– Знаю его, – проговорил Мальчик дрожащим голосом. – Он живёт в Ничейной земле.

Он торопливо поставил банку и взял другую. М-р Реймонд Сплинтерс. Не оконч. Посл. сеанс 1 авг. 06. НДКЗ.

– Этого тоже знаю.

Вайолет уже тянулась к следующей банке, но её испугал новый звук. Шаги в библиотеке. И они приближались.

Вайолет и Мальчик бросились в укрытие. На нижней полке у ног Вайолет банок было не так много, поэтому она присела, заползла на полку и прижалась спиной к стене. Она чуть не перевернула одну из банок, но успела удержать её. И тут открылась дверь и зажёгся свет. Вайолет затаила дыхание, неловко опёршись на дрожащую руку.

Шаги приближались и затихли перед её убежищем. В считанных миллиметрах от места, где она сидела, скорчившись на коленках, остановилась пара больших коричневых лакированных ботинок.

– А, Вайолет Браун, – неожиданно проговорил Джордж Арчер. – Я надеюсь, ты хорошо себя вела.

Её сердце остановилось. Она в ужасе ждала, чтó будет дальше, но Джорджа Арчера, по-видимому, заинтересовало что-то на полке у неё над головой.

– Проклятый Дозорный! – выкрикнул Джордж. – По-прежнему недостаточно. Я что, всё сам должен делать?

Зазвенело стекло, затем Джордж развернулся на каблуках и зашагал в противоположный конец комнаты, откуда он появился чуть раньше. Свет погас, и комнату вновь поглотил мрак.

– Он смотрел на эту банку! – крикнул Мальчик, выскакивая из своего укрытия.

Он подбежал к тому месту, где только что стоял Арчер. Вайолет, дрожа, выбралась наружу и встала рядом с Мальчиком. Тот взял с полки банку, примерно на четверть наполненную ярким газом, который носился за стеклом со скоростью молнии. Не говоря ни слова, Мальчик протянул банку Вайолет. Она уставилась на новенький блестящий ярлык на крышке. Мисс Вайолет Браун. В обр.

У Вайолет подогнулись колени. Она вернула банку Мальчику и осела на пол.

– Что это? – её била дрожь. – Почему на бирке моё имя?

– Не знаю, Вайолет, – прошептал Мальчик и опустился с ней рядом. – Но мы узнаем. Я тебе обещаю.

Глава 16. Предупреждение

– Мальчик, что происходит? – не то проговорила, не то прошептала Вайолет.

Они сидели рядышком в темноте, слишком потрясённые, чтобы разговаривать. Мальчик не ответил.

– Я имею в виду – что это такое в банках? – пробормотала Вайолет, обращаясь скорее к себе самой.

– Вайолет, я не знаю, – сказал Мальчик, качая головой. – Ты вроде говорила, что Бунгало брал твои очки?

– Он положил их в устройство, и раздался хлюпающий звук, – Вайолет слабо кивнула. – Такой же звук, как тот, что мы слышали здесь несколько минут назад.

– Значит, всё как-то связано: Дозорные, очки и эти банки… И Арчеры, – добавил Мальчик почти шёпотом.

Вайолет не ответила, погрузившись в раздумья. Зловещее свечение в банках было под стать её мрачному настроению.

– Вайолет, но им все верят! – взорвался Мальчик. – Здесь Арчеров любят, даже улицы их именами назвали. Я никогда их всерьёз не подозревал. От них, конечно, веяло какой-то жутью, но я всё равно винил только Дозорных. Может быть, они действуют заодно?

– Я уверена, Арчеры захватили моего отца, – Вайолет повела плечами.

– Идём, – предложил Мальчик после паузы. – Мы ничего не добьёмся, сидя здесь.

Вайолет заколебалась. У неё убавилось энтузиазма после того, как она увидела на банке своё имя.

– А может, ты прав, соваться в это дело слишком опасно?

– Но нельзя же оставлять всё как есть, – возразил Мальчик. – Нужно проследить за Джорджем. Возможно, он приведёт нас к твоему отцу. Тогда вы снова будете вместе и сможете бежать из Идеала.

– А как же ты? Куда отправишься ты?

– Со мной всё будет хорошо.

Мальчик улыбался, но глаза его оставались серьёзными.

Вайолет кивнула. Она верила ему. Он успел стать едва ли не лучшим её другом, и она нуждалась в его поддержке, поскольку сама уже не ощущала прежней решимости.

* * *

Джордж скрылся за дверью в дальнем конце комнаты, но теперь Вайолет и Мальчик в недоумении стояли перед кирпичной стеной.

– Тупик, – констатировал изумлённый Мальчик.

– Я определённо слышала, когда он уходил, как дверь захлопнулась, – заявила Вайолет.

– Я тоже, – подтвердил Мальчик.

Он немного постоял, таращась на ровную стену, потом задумался на мгновение, выпрямился и с размаху ударил в стену плечом. Ему пришлось прикусить язык, чтобы не закричать от боли после удара о твёрдый кирпич.

– Нечего сказать, блестящая идея, – усмехнулась Вайолет.

– Есть идеи получше? – огрызнулся Мальчик, растирая плечо.

– Вообще-то есть, – Вайолет принялась водить ладонями по стене. – Спорю, дверь спрятана, как и та, что ведёт из торгового зала в библиотеку…

Её пальцы нащупали неплотно вмонтированный в кладку кирпич. Вайолет нажала на него, и он выдвинулся, превратившись в подобие ручки. Девочка посмотрела на Мальчика с улыбкой, повернула ручку, и стена разошлась, открывая проход. Они быстро вошли и аккуратно закрыли за собой дверь.

Друзья оказались в чём-то вроде старинной галереи: круглый туннель, выложенный квадратными каменными плитами. Каменная винтовая лестница, освещённая пляшущим светом вмонтированного в стену факела, уводила куда-то влево. Мальчик решительно выдернул факел из гнезда и начал спускаться по лестнице.

– Путь только вниз, – сообщил он шёпотом.

Вайолет кивнула и последовала за ним, не отставая. Именно сейчас подвергалась испытанию её былая храбрость.

– Мы как будто попали в компьютерную игру, – заметила она, стараясь скрыть тревогу.

– Во что?

– В компьютерную игру! Ты же наверняка играл, когда жил в Идеале?

Мальчик не ответил. Что она на этот раз ляпнула? Как можно задеть человека, упомянув о компьютерной игре?

– Я что-нибудь не то сказала? – смущённо спросила она. – Ты не любишь компьютерные игры?

– Я не знаю, что это такое.

– А, только-то и всего? – Вайолет улыбнулась. – Они в Идеале под запретом?

– Я никогда не жил в Идеале, – ответил Мальчик таким тихим шёпотом, что она едва его расслышала.

– А как же ты попал в Ничейную землю?

– Не знаю. Должно быть, я там родился. Никакого другого места я не помню.

– А, а я думала… – смущённая Вайолет не знала, что сказать.

– У всех ребят моего возраста в Идеале остались семьи. Они все отсюда, – серьёзно уточнил он. – А я – нет. Почему – не знаю.

– Значит, ты родился в приюте для сирот? – решила уточнить Вайолет.

– Нет, – Мальчик тряхнул головой. – Меня там оставили. Не знаю, кто.

Вайолет решила его подбодрить:

– Так может, это и к лучшему? Ты ведь сам говорил, что тебе и без родителей отлично живётся. Возьми хоть моих – как тяжко с ними.

– Ну, наверное, – он вздохнул. – Что хорошего, когда тебе вечно указывают, чтó делать?

Внезапно Мальчик застыл и прижал Вайолет к холодной каменной стене. Приблизив факел к лицу, он приложил палец к губам и указал вниз.

От подножия лестницы донёсся пронзительный крик, отдаваясь эхом от стен. От него кровь стыла в жилах.

– Сэр, я обещаю, в следующий раз я добуду её, – прохныкал кто-то.

– Тогда выполняй своё обещание, иначе сам знаешь, куда я тебя отправлю.

Вайолет узнала голос Джорджа.

– Мне больше не нужны новички в Ничейной земле, там уже и так чересчур много народа. Дочь Брауна должна остаться в Идеале. Он и так тянет резину. Я не хочу, чтобы ещё что-то помешало ему работать!

Вайолет ахнула. Она не ошиблась. Её отец у них.

– Я понимаю, сэр, – произнёс хныкающий голос. – Знаете, эта Вайолет – она крепкий орешек. Слишком у неё много. Я делаю всё то же, что и с остальными, но прошёл уже почти месяц, и даже с таблетками, сэр, ничего не выходит.

– Мне плевать, сколько у неё. Никаких отговорок. Реши эту проблему!

– Я понимаю, мистер Арчер, сэр, – голос задрожал. – Я всё сделаю.

– ЭТО ТВОЯ РАБОТА!

Внизу прогрохотали шаги. После нескольких секунд тишины раздался смех, и третий голос насмешливо передразнил:

– Всё, что в моих силах, мистер Арчер, сэр!

– А что я должен был сказать? Если я не сделаю всё как надо, меня выкинут из опустошительного отряда, и придётся мне в поле выращивать их поганые растения.

– Я люблю вас, мистер Арчер, сэр! – хихикнул ещё один голос.

Мальчик шёпотом велел Вайолет стоять на месте, ногой потушил пламя факела и спустился по лестнице до самого низа. Вайолет оставалось ждать, прислушиваясь к перебранке.

Через несколько секунд Мальчик опять оказался рядом.

– Там трое Дозорных, – прошептал он. – Бунгало и ещё два. Там у них что-то вроде спальни. Похоже, они готовятся отсыпаться после ночной смены. Скоро они выйдут из игры. Тогда мы сможем двинуться дальше.

– А Джордж Арчер? Куда он делся?

– С другой стороны комнаты есть проход. Скорее всего, Арчер ушёл туда. Мы тоже туда проберёмся, как только Дозорные уснут, и отправимся вслед за ним.

Вайолет била дрожь, одолевали кошмарные мысли. О чём толковал Дозорный? Чего у неё слишком много? И какой помощи ждут Арчеры от её отца? Иногда воображение бывало её злейшим врагом, зато порой оно становилось её лучшим оружием; по крайней мере, так говорила мама.

Как бы то ни было, сейчас ей нельзя думать о родителях. Она должна быть сильной, если хочет их спасти. Её мать потеряла себя в Идеале, а отец… отец… просто исчез…

Мальчик придвинулся к ней, и она нащупала его руку на холодном камне. Когда её рука на его руке, она в безопасности.

– Ты знаешь, – прошептала Вайолет, – мои родители могли бы стать и твоими. Когда станут собой, я хочу сказать.

Некоторое время он не отвечал, и в темноте Вайолет не могла понять, не расстроила ли она его в очередной раз. А потом он сжал её руку и шепнул:

– Идём. Похоже, они заснули.

Глава 17. Смертный холод

Вайолет поднялась и, придерживаясь левой рукой за стену, двинулась на цыпочках вниз следом за другом. Когда они добрались до подножия лестницы, то увидели неяркий свет, струящийся из дверного проёма. Вайолет задержала дыхание: любой звук мог разбудить спящих Дозорных.

Мальчик вошёл в прохладное помещение первым. Вайолет шагнула за ним, хотя ноги хотели унести её в противоположном направлении.

Комната оказалась огромной, освещал её только карманный фонарик, подвешенный на верёвке к потолку. Он создавал круг света в середине комнаты. На вбитых в камень ржавых крюках висели гамаки, штук двадцать; все они пустовали, кроме трёх, в которых спали Дозорные.

Вайолет тихо прошла мимо гамаков, мимо перевёрнутого деревянного ящика; он стоял прямо перед фонарём, и на нём были разложены для игры карты. Очень осторожно она переступила через грязную униформу и огромные вонючие ботинки, разбросанные на полу. От зловония ей даже пришлось зажать нос.

– Сюда, – шепнул Мальчик и нырнул в проход в дальней части комнаты.

Там оказалось темно, но Мальчик не решился зажечь факел, который по-прежнему сжимал в руке. Они торопливо двинулись вперёд по туннелю, для спокойствия держась ближе к стене. Через какое-то время пальцы Вайолет заскользили по холодной слизи. Стены сделались влажными. По камню стекали струйки воды, образуя лужи на плитах пола. В туннеле стоял страшный холод. Вайолет обхватила себя руками в тщетной попытке согреться.

Мальчик внезапно остановился перед ней.

– Слушай! Ты слышишь?

– Что? – не поняла Вайолет.

– Шум. Как будто вода течёт. Должно быть, мы под рекой, – шёпотом пояснил он.

– Какой рекой?

– Эта река обозначает самую дальнюю границу Ничейной земли. У нас стены с трёх сторон, а с четвёртой стороны – река. Похоже, мы как раз под ней.

– Под рекой?! Так она над нами? А если камни не выдержат? Если стены рухнут, и мы утонем?

Паника буквально душила Вайолет.

– Вайолет! – Мальчик повысил голос до громкого шёпота. – Ты же мелешь чепуху! По-твоему, этот туннель новый?

Вайолет помотала головой, одновременно стараясь удержать помчавшиеся вскачь мысли.

– То-то и оно, – сказал Мальчик. – Ему не одна сотня лет. Если стены так долго удерживали воду, то и сейчас не обрушатся на нас.

Его слова прозвучали здраво, и Вайолет приказала себе расслабиться. Они двинулись дальше. Куда улетучилась храбрость Вайолет? Ещё недавно она была полна решимости искать Бунгало, сейчас же – отчаянно боялась, что они забрались чересчур глубоко. Она надеялась, что им удастся быстро найти отца и унести ноги.

– Ты когда-нибудь выбирался из Ничейной земли через реку? – спросила она, чтобы отвлечься от жутких мыслей.

– Нет. Это почти невозможно. Через реку есть только один пешеходный мост, и он потихоньку разваливается. К тому же, другую сторону тоже патрулируют Дозорные. Я слышал, что какие-то люди пытались бежать по мосту.

– И что было?

– Дозорные поймали их. И больше их никто не видел.

Вайолет не стала расспрашивать дальше, и они шагали в молчании. Вскоре пол туннеля пошёл слегка вверх, как будто они приближались к поверхности земли.

Лёгкий ветерок щипал щиколотки Вайолет, а туман, наполнивший туннель, лизал её кожу ледяным языком. Она нащупала в темноте руку Мальчика. Его бил озноб.

– Ты в порядке? – шёпотом спросила она.

Он не ответил.

– Мальчик, ты меня пугаешь. Где мы?

– Вайолет, ты их слышишь? – спросил он слабым голосом.

– Кого?

Вайолет придвинулась к нему, взяла под руку. У неё появилось ощущение, будто за ними кто-то наблюдает. Она оглянулась, но в густой тьме ничего было не разглядеть.

– Вайолет, ты слышишь голоса?

В этих словах ей почудилось отчаяние.

– Какие голоса? – не поняла она. – Это только ветер. Мальчик, пожалуйста, ты меня пугаешь.

– Они кричат. По-моему, они кричат, Вайолет.

– Кто кричит? Я прошу тебя, прекрати!

У неё за спиной что-то зашуршало. Вайолет охватила паника. Она отпустила руку Мальчика и помчалась по туннелю. Впереди показался свет, он выхватил из темноты каменные ступеньки.

Вайолет взлетела по этим ступенькам, её голова вдруг прошла через отверстие и оказалась на свободе, в ночном воздухе. Вайолет просунула в отверстие руки, подтянулась и, извиваясь, выбралась на мокрую траву. Через несколько секунд и Мальчик оказался рядом с ней на траве.

– Где мы? – спросила она шёпотом.

Он не ответил. Его лицо было белым, как накрахмаленные простыни матери Вайолет, и она ещё сильнее перепугалась. Не стала больше говорить с ним, а вместо этого решила поглядеть по сторонам, чтобы успокоиться. А когда обернулась, Мальчика рядом не было.

– Нет! Не уходи! Мальчик! Не надо! Это… Это к-кладбище! – с трудом вымолвила она, поднимаясь на ноги.

Высокие кресты и надгробия как будто плыли в тумане по обе стороны от прямой каменной дорожки, прорезавшей кладбище неподалёку от Вайолет. Она различила в тумане серый силуэт Мальчика и пошла за ним. Выбора у неё не было. Вайолет робко пробралась мимо могил на потрескавшуюся и заросшую сорняками дорожку. Чтобы успокоиться, она считала про себя дикие цветы: «Один одуванчик, две маргаритки, два одуванчика… Ой!»

Что-то острое разрезало кожу на руке. Из старого деревянного кола торчал ржавый гвоздь. Вайолет взглянула вверх и вскрикнула. На верхушку кола был насажен человеческий череп, а под ним прибита железка с грубо нацарапанной надписью:

ДЕРЖИСЬ ПОДАЛЬШЕ, НЕ ТО БУДЕТ ПЛОХО!


– Мальчик, пожалуйста! Давай уйдём отсюда! – закричала Вайолет.

Наверное, ужас в её голосе вывел Мальчика из транса, и уже через пару секунд он возник из тумана рядом с ней.

– Вайолет, ты в порядке? Что случилось?

Она указала на надпись. Впереди послышался какой-то стук. Мальчик подхватил Вайолет под руку и усадил на землю за разбитым каменным крестом.

– Жди здесь, – прошептал он.

Голос у неё вдруг пропал, она только кивнула. Мальчик сделал шаг в сторону, и Вайолет схватила его за рукав.

– Нужно проверить, что это за голоса, – объяснил он и осторожно разжал её пальцы. – Если тут кто-то есть, среди них может оказаться Джордж! Я вернусь через минуту. Обещаю.

И вот его нет. Она одна.

– Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, – повторила она.

Шорох за спиной.

Она закрыла глаза. Все её мышцы застыли. Она не могла пошевелиться. Что-то пощекотало её ногу, она закричала и отшатнулась.

У основания креста большая крыса вгрызалась в кость.

Потеряв голову, Вайолет вскочила и слепо бросилась бежать.

Из тумана выросла стена кладбищенской ограды, и Вайолет заковыляла между могилами к ней. Забравшись на стену, она перевалилась через верх и спустилась на мягкую траву.

Она сидела, прислонившись к каменной стене, и слёзы душили её. Наверное, Мальчик был всё-таки прав, ей не следовало ни во что лезть. Больше чем когда-либо ей хотелось, чтобы её семья не приезжала в Идеал. Чтобы всего этого не происходило. Что если мама никогда не будет её любить? Что если папа исчез нарочно? Может, у него есть другая семья или он тоже не любит Вайолет и поэтому бросил? Может, Идеал тут вообще ни при чём. Она во всём винила Арчеров, но на самом деле сама виновата. Её сердце рвалось из груди. Все тяжёлые мысли, какие только могли прийти в голову, пожирали её, и наконец будущее представилось настолько безнадёжным, что выхода уже не было видно.

Она поискала взглядом Мальчика. Туман сгустился. И Мальчика с ней нет. Все, кто для неё что-то значил, её бросили. Нет никого. Она подтянула колени к груди и обвила их руками, защищаясь от окружающего мира. И вскоре туман укрыл её коконом. Она плакала. Плакала о маме с папой, о потерянных друзьях, о Мальчике, о том, что у него нет родителей. Плакала обо всём плохом, что слышала в школе, обо всех бездомных, о голодающих в Африке детях. И о себе она плакала. Такой и нашёл её Мальчик.

– Вайолет, – выдохнул он, садясь рядом, – я тебя обыскался.

Она не смотрела на него. Она злилась и не хотела, чтобы он видел её слёзы.

– Где ты был? – проговорила она. – Ты бросил меня.

– Прости, – произнёс он умоляюще. – Я не нарочно. Я пошёл на голоса. Думал, что там может быть Джордж Арчер.

– Ты оставил меня на кладбище.

– Прости, – ему было стыдно. – Я не подумал.

– Ты их нашёл? Те голоса?

– Нет, – Мальчик вздохнул. Его лицо всё ещё было белым как мел. – Не уверен, это было по-настоящему.

Двое друзей сидели плечом к плечу; Вайолет знобило. Воздух сгущался. Послышались далёкие раскаты грома.

– Вайолет, – зашептал Мальчик немного погодя, – пожалуйста, посмотри на меня. – Он стирал слёзы с покрасневших глаз. – Я знаю, каково тебе. Дело в этом месте. Оно притягивает все плохие мысли, которые у тебя бывали. Я и раньше об этом слышал, но до сих пор не верил рассказам.

– О чём ты?

– Я покажу тебе, – он поднялся с мягкой травы и потянул Вайолет за руку. – Только тихо, Вайолет. Тихо-тихо.

Мигающий уличный фонарь на вершине холма окрашивал туман в жёлтый цвет. Дети брели по траве вверх в сторону узкой тропы, протоптанной на склоне холма.

– Похоже, здесь и до нас ходили люди, – прошептала Вайолет.

Мальчик кивнул, но не произнёс ни слова. Вблизи вершины он потянул Вайолет за руку и показал, что она должна делать всё то же, что и он. Затем он тихо опустился на корточки, прополз в таком положении остаток пути до вершины и остановился перед фонарём.

Вайолет повторила его действия и очень скоро была рядом; её колени и локти намокли. С вершины холма открылся вид на маленькую долину.

Вдоль растрескавшейся бетонной дорожки цепочкой тянулись ржавые уличные фонари. Они освещали мутным светом ближайшие окрестности. С одной стороны дорожки разместилась горсть недостроенных домов из бетонных блоков; у нескольких на месте окон и дверей зияли пустые проёмы, а два и вовсе представляли собой коробки без крыш. Перед недостроенными зданиями раскинулись поросшие сорняками сады, и повсюду виднелись куски стальных ограждений и старых механизмов.

И всё же это место нисколько не походило на обжитые кварталы Идеала или Ничейной земли, оно было современным и напомнило Вайолет жилой район, где она жила до переезда в Идеал. Только здесь строительство так и не закончилось.

По другую сторону пешеходной дорожки лежала асфальтовая дорога. Она шла вокруг зелёной зоны для прогулок, расположенной между домами.

В зелёной зоне росли странные растения – рядов, наверное, пятьдесят. Цветочные головки с белыми лепестками поникли, как будто скрываясь от ливня, а толстые стебли имели густой кроваво-красный цвет. Высотой эти растения были примерно с подсолнух.

– Где мы? – прошептала Вайолет.

Мальчик показал на дальнюю сторону парка.

– Посмотри туда.

Вайолет посмотрела туда, куда указывал Мальчик, и увидела две обшарпанные колонны из бетонных блоков; по всей видимости, они обозначали место, где должен был находиться въезд. Рядом с колоннами было установлено выгоревшее изображение счастливой семьи. Улыбающиеся родители (у каждого на плечах по ребёнку) направлялись к дому, который выглядел точь-в-точь как настоящие дома в этом жилом массиве, но с единственным отличием: он был достроен. Сверху картину венчали огромные буквы: «Посели здесь семью навеки».

Вайолет кивнула.

– Пройдя между колоннами, попадёшь на дорогу, ведущую к мосту, о котором я тебе рассказывал. К единственному разрушенному мосту, соединяющему это место с Ничейной землёй. Значит, мы прошли под рекой.

– Но вот это место, Мальчик, что это?

– В Ничейной земле о нём только шепчутся.

Вайолет поёжилась:

– Так что же говорят?

– Что оно напоено несчастьем. Одни говорят, что Дозорные наказывают здесь людей в дни бунтов, другие рассказывают о ещё более мрачных делах, о кладбище и его кровавой истории. Для большинства это… это…

Страх Вайолет всё рос.

– Говори.

– Нечистое место, – ответил Мальчик шёпотом. – Люди называют это место Предместьем Призраков.

Глава 18. Предместье призраков