– Смотрите, к молоку добавить желтки, творог обезжиренный и капельку масла подсолнечного. Блендером взбить и подогреть, как детишкам. Шприц или пипетку приспособите, если соски нет. И как можно скорее купите смесь для щенков в зоомагазине.

Валерий отвык от человеческого к себе отношения, поэтому только кивнул, сгреб продукты в пакет и поспешил домой. Щенок отказывался есть подогретое молоко, и мужчина расплакался. Ему казалось, что если малыш умрет, то и ему отправляться за ним следом. Спасти собачьего детеныша было важнее всего, и Валерий терпеливо обмакивал в молоко палец и пихал его щенку в пасть, пока тот не начал сосать. Закончив с кормлением, мужчина, казавшийся много старше своих лет, набрал номер дочери, почти не надеясь, что она ответит. Но Вика взяла трубку:

– Слушаю.

– Викочка, мне помощь нужна.

– Папа. Я взяла трубку, потому что ты редко в состоянии звонить с утра, и я думала, что мне звонят с новостью о том, что ты, наконец, сдох.

– У меня щенок, пожалуйста, помоги мне.

– Кто?! Ты до белочки допился, что ли?

Через полчаса Вика вошла в квартиру и в изумлении замерла над большой корзиной, где спал замотанный в шерстяной платок новорожденный щенок.

– Черт, ему же сутки-двое от силы, откуда? – пробормотала девушка.

Валерий только руками развел, чтобы не спугнуть. Потом осторожно заметил:

– Хочу выкормить его, только смесь нужна специальная, говорят. Займи немного до пенсии?

Услышав это, Вика вспыхнула:

– За дуру меня держишь? Заменитель молока я куплю сама, привезу пару банок. Только знаешь что? Лучше этому щенку сразу шею свернуть, чем с тобой оставлять. Так и так ему кранты, гуманнее будет.

Жестокие слова дочери резанули по сердцу, но Валерий все-таки ответил:

– Я тебя сильно подвел, дочка. И не только тебя. Но этого детеныша я не подведу, увидишь.

Вика бегло осмотрела щенка, подстригла коготки, чтобы малыш не зацепился ненароком за подстилку, и сухо заговорила:

– Кормить каждые два часа, массировать живот и попу, следить, чтобы не замерз. Приеду через две недели, привезу еще смеси. До месяца ничего, кроме молока, не давать.

Виктория выбежала из квартиры и разрыдалась. Надеяться на что-то было слишком больно, и она плакала заранее по двум обреченным душам – песьей и человечьей. Разве могла она поверить в тот момент, что через две недели Малыш – так отец назвал пушистое недоразумение – посмотрит на нее своими по-младенчески синими глазами и станет оглушительно скулить, требуя еды и ласки.

– Он растет, – Виктория избегала встречаться с отцом глазами, потому что это был какой-то новый и незнакомый ей человек, и это пугало ее.

– Лапищи мощные, – согласно кивнул Валерий. В его голосе звучали гордость и безмерная усталость.

Когда Малышу исполнился месяц, Вика решила взвесить его, чтобы дать глистогонное:

– Четыре! Он, мать его, весит четыре килограмма! Ты кого притащил с помойки, медведя?! Вводим прикорм, у меня денег уже на смесь не хватает.

Валерий только счастливо улыбался, вытирая лужи и кучки, которые щенок оставлял по всей комнате. Через месяц, к моменту первой прививки, его питомец весил уже одиннадцать кило.

– Метис азиата, а может, кавказца, шут его знает, – решила Вика.

Валерий взял пушистый колобочек на руки, чтобы успокоить после укола, и осторожно поинтересовался:

– Как там твой, хм-м-м, парень?

Вика недовольно нахмурилась, но ответила:

– Гипс сняли, думаю, после реабилитации хромота пройдет.

– Будете жить там, в доме? – продолжал расспрашивать отец.

– Тебе что до этого? – ощетинилась Вика.

– Хочу быть поближе к тебе, а то перестанешь ведь навещать нас с Малышом.

– Малыш твой скоро больше меня будет, – проворчала девушка.

Валерий радостно закивал:

– Вот именно, я подумал, что в городе ему тесно будет, скоро прогулки и тренировки начнутся. Поспрошай у соседей, нет ли в деревне заброшки. Ну, домика ничейного. Может, мы бы подтянулись по весне.

Виктория смотрела на отца и не верила своим ушам. Это точно какая-то форма помешательства. Щенок тем временем старательно вылизывал хозяину лицо, прикусывая за нос. Он явно стал для пожилого мужчины центром мироздания, чего не удалось ей за всю жизнь. «Что ж, лучше это лохматое чудовище, чем водка», – усмехнулась про себя Виктория, выкидывая в ведро флакончик из-под вакцины.

Глава 35

Константин с чувством пожал руку друга:

– Леха, спасибо, что разрешил работать на дому!

Алексей аккуратно достал из сумки контейнер с предметными стеклами и пожал плечами:

– Мне-то какая разница, где ты штаны протираешь – в лабе или дома. Заключения все равно по электронке рассылаем. Скучновато нам без тебя, но, когда одна машина на двоих – не наездишься.

Костя только вздохнул. Ему чертовски надоело чувствовать себя инвалидом, но с последствиями аварии приходилось считаться.

– Предупреди всех, чтобы направления заполняли подробно. Девчонки молодцы: и мазки, и срезы без меня делают.

Константин включил чайник и поинтересовался:

– Что у тебя на смене интересного было?

Алексей шумно зевнул и, подумав, ответил:

– Хасенышу нос откусили. И это не фигура речи, как ты понимаешь. Сунулся к какой-то взрослой собаке, хозяева ничего и понять не успели. Жалко малявку, только-только три месяца исполнилось. Кровотечение остановили, я пластику лоскутом сделал, вроде симпатично получилось. Но пока сложно сказать, посмотрим на снятии швов.

Алексей благодарно кивнул и обхватил кружку с чаем обеими руками. В деревенском доме было тепло, но озноб, вызванный недосыпом, становился все сильнее.

– С кошкой еще прикольно получилось, как я люблю: две минуты – и герой. Ее в другой клинике три дня уже лечили. Капельницы, противорвотное, кровь на анализ, полный комплекс услуг, короче. А она не ест, и слюни все текут. Пришли на процедуры просто, но, спасибо терапевтам, не проморгали. Заглянули ей под язык, а там волосина намотана. И прямо врезалась уже в мясо. На маске загрузили, срезали. Прикинь, а? Нитки постоянно снимаем, но чтоб волос!

Костя улыбнулся и включился в беседу:

– А помнишь, как у кота травинку из глотки достали? Застряла ведь капитально – один конец в мягком небе, другой в носовой ход. Владельцы так и не поверили, что проблема в ней была, решили, что разводим их.

– Ты знаешь, что моя Катя познакомилась с Викой? – невзначай спросил Алексей.

– Да ладно?!

– Ага, как раз ее смена была в стационаре, когда Катюха туда определила родительского котенка.

– А что с ним?

– Рыжего кормили одной вырезкой, кости прозрачные, как бумага. Сломал поясничный позвонок, но, думаю, будет в порядке.

Алексей весело прищурился и добавил:

– У Кати аж челюсть отвисла, когда я сказал, что Вика – твоя девушка. Но она ей понравилась. Я и сам считаю, что, когда руки из того места растут, – это бесценно.

– Дружить семьями мы пока не готовы, – рассмеялся Константин, но Алексей вполне серьезно заметил:

– А ты не зарекайся. Я вас хотел на Новый год позвать, но нынче мы с родителями. Макс мелкий еще, с ним не расслабишься.

Перед уходом Алексей задержался в дверях:

– Маргарита про тебя все время спрашивает, когда, мол, вернешься в клинику.

Костя мрачно усмехнулся:

– Неужели не опасается, что я буду клиентов отпугивать?

Алексей нахмурился:

– Костян, не загоняйся ты так. Я говорил с твоим хирургом. У тебя кровопотеря была бешеная, да еще легкое ребрами проткнуло. Он прямо сказал: лицо зашивали в последнюю очередь, и не до красоты там было, торопились очень. Тоже мне, красна девица!

– Да я без претензий. Просто не привык еще. Главное, глаз цел.

– А что Вика?

Костя не выдержал и расплылся в широкой улыбке.

– Ну, ты Вику не знаешь что ли! Ее таким не напугаешь. И, Леха, у нас с ней все серьезно, ясно?

– Да никто твой цветочек не обижает! Все, бывай.

Старый Лешин Террано аккуратно отъехал от ворот и скрылся из виду. А Константин вспомнил тот день, когда Вика забирала его из больницы. Ему казалось, что он довольно ловко управляется с костылями, хотя снег очень мешал. Но Викины глаза все равно наполнились слезами, и Косте стало очень неловко.

– Вик, я понимаю, что выгляжу ужасно. Но я и раньше красавцем не был, верно? Ты только не плачь. На Хэллоуин все конфеты будут наши!

Вика шагнула к нему и легонько пробежала пальцами по багрово-фиолетовому рубцу, который пересекал бровь и спускался через щеку к уголку рта.

– Костя, я должна тебе кое-что рассказать.

Девушка была непривычно серьезна и слегка смущена. Костино сердце ухнуло в пятки, и он смог только выдавить:

– Вика?..

– Я хожу к психотерапевту. Только не смейся! Мне это нужно. У меня там в мозгах настоящие Авгиевы конюшни, а я собираюсь начать новую жизнь и все такое.

– Мозгоправ это прекрасно, но что ты хотела мне рассказать?

Виктория непонимающе нахмурилась:

– Так это и хотела.

Костя шумно выдохнул, с упреком посмотрел на девушку, и та внезапно крепко обняла его, прижавшись к груди.

– Нельзя же так пугать, – проворчал Костя.

– Еще я хочу, чтобы ты познакомился с моим отцом. Тем более, повод есть. Он завел щенка, глянешь опытным взглядом. Ты говорил, у вас жили кавказцы, вот там что-то вроде этого. Поедем вместе на вторую прививку?

Костя уткнулся носом в Викину макушку. Девушка коротко подстриглась, и розовых прядей на голове больше не было. И вся она была слегка другая, незнакомая, но очень привлекательная.

– Разберемся, – пообещал Костя, – И поехали домой, хватит мерзнуть.

Ему ужасно нравилось, как это звучит. Домой.

– Бабушка звонила. Требует, чтобы я немедленно на тебе женился. Говорит, у тебя есть божья искра.

Викины брови взлетели вверх.

– Сделаем вид, что я этого не слышала. Я подарила ей картину. Мы смотрели твои старые фотки, да-да, не кашляй. А потом я просто не могла остановиться, пока не нарисовала ее с дедом. Только на картине они молодые, сидят на крыльце дома.

– Я бы хотел посмотреть. И не волнуйся, будет тебе предложение по всем правилам, просто чуть погодя. И бабушка тут ни при чем. Я люблю тебя, Вика.

– Костя, блин, я вообще-то машину веду, – всхлипнула Виктория и торопливо смахнула текущие по щекам слезы.

– Я тут ни при чем, что ни скажу – у тебя все равно глаза на мокром месте. Расскажи лучше, как там Жорик и Черничка.

Вика улыбнулась и кивнула. Об этих проказниках всегда было что рассказать.

Глава 36

Костя глянул на экран смартфона и поспешно взял трубку: Алексей редко звонил без повода. Голос друга был полон энтузиазма:

– Костян! Свершилось! В «Клинике Доктора Воронцова» официально установлена эндоскопическая стойка. Потихоньку буду учить своих коновалов, за красивые глаза даже Катьку к оборудованию не подпущу.

– Супер! Что сказать, вышли на новый уровень.

– Поздравления оставь при себе, жду вас с Викой завтра к девяти в операционной. Знаю, что выходной, и да, дело добровольное. Но хочу, чтобы ты посмотрел. Начнем с азов: как разбирать-собирать, как стерилизовать, какие у нас есть манипуляторы. Ну, до встречи!

Костя положил трубку со смешанным чувством. Как бывшего хирурга его безумно привлекала возможность поработать эндоскопом. Как действующего гистолога – больше радовала перспектива выспаться в свой выходной. Но последнее время Алексей все больше вживался в роль большого начальника и отказы принимал неохотно. А значит, лучше поехать, чем потом кусать себе локти. Кроме того, был у него свой пациент, которому сделать ФГДС сам бог велел.

Лабрадору по кличке Барни исполнилось шесть лет. Но он явно не собирался жить до глубокой старости. Дурная привычка глотать несъедобные предметы уже вылилась для хозяев в три операции и бесконечное лечение питомца между ними. Первый раз Барни попал на стол в четыре месяца: он сжевал и проглотил одноразовую пеленку. Второй раз, в возрасте года, из него достали мячик. Владельцы стали тщательно убираться в квартире. Они надеялись, что пес остепенится со временем. Но когда Барни исполнилось четыре года, он добрался до помойного ведра и съел колбасные обрезки вместе с полиэтиленовым пакетом, в который они были завернуты. В итоге – закупорка тонкого кишечника и очередная операция. Счет предметам, вышедшим естественным путем, хозяева уже давно не вели. В кучках находили носки, резинки для волос, перчатку, а однажды – немаленьких размеров палку. Барни был неисправимым рецидивистом, обошедшим, пожалуй, все ветеринарные клиники города N.

Именно Константин доставал из него пакет и после операции оставил владельцам свой телефон. Сейчас у собаки снова началась рвота – то желчью, то непереваренным кормом. Можно было бы списать все на гастрит, если бы не репутация этого лабрика. Костя пытался убедить хозяев:

– Вам месяц назад по УЗИ предположили инородное тело в желудке, а вы все еще думаете? Очевидно, что лечение ему не помогает. Он похудел уже на три килограмма!

– Мы не хотим его оперировать. Операция ведь здоровья не прибавляет! Сколько же можно!

Возражения владельцев было сложно назвать аргументированными, но и для диагностической лапаротомии было маловато доказательств. На рентгене – ничего, самочувствие у собаки приличное, стул регулярный. «Что, существует какой-то лимит на количество операций в течение жизни?!» – раздраженно размышлял Константин. После мастер-класса по эндоскопии его не оставляла мысль притащить Барни на ФГДС. «На ловца и зверь бежит», – рассеянно подумал Костя, увидев, кто звонит.

– Константин Михайлович, у Барни снова рвота! Только на этот раз с кровью. Я вам сейчас фотографию пришлю.

– Не надо. Везите его в клинику, я тоже подъеду. Будем делать гастроскопию. Да, наркоз общий.

Костя успел приехать раньше своих пациентов и сразу направился в хирургию:

– Спасибо, что согласился их взять сегодня, Лех.

– Не вопрос. Чих с вывихом коленной чашечки не пришел, есть приличное окно по времени. Хозяйка не иначе решила вместо операции подлечить масика гомеопатией. Как чувствовал, что не явится – хоть бы позвонила! Твои-то как, нормальные?

– Да, очень приятная пара. Они уже несколько лет только и делают, что лечат этого лабрадора. Переживают.

Алексей скептически приподнял бровь:

– Может, им детей завести, чтоб было чем заняться? Анна, поговори с ними про риски анестезии. И не забудь произнести слово «смерть». Я пока оборудование подготовлю.

– Алексей Петрович носится с этой стойкой, как наседка с яйцом, – шепнула Аня Косте, и из операционной тут же донесся гневный рык:

– Я все слышу вообще-то!

Через пару часов Алексей эндоскопом извлек из желудка лабрадора тряпку, в которой легко угадывались женские трусы. Вопреки обыкновению, хирург был серьезен и не спешил поздравлять самого себя с победой.

– Как ты и думал, они болтаются там месяц, а может и дольше. Проблема в том, что у него начался язвенный гастрит. Да ты и сам видел, в каком состоянии слизистая. Может открыться кровотечение.

Костя нахмурился:

– Должна зажить на гастропротекторах, нет?

– Это уже пускай терапевты колдуют, кто там у нас сегодня на смене? А мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Ань, лабра в стационар, пусть капается.

Алексей лично вымыл и продезинфицировал оборудование. Перед следующей операцией еще оставалось время посидеть на кухне. Леша отхлебнул кофе и внимательно посмотрел на друга:

– Костян, ты не думал вернуться на хирургию? Штат укомплектован, но каждого врача свой пациент найдет. Я же вижу – тебе интересно у нас. Всяко лучше, чем в лаборатории киснуть.

Константин не любил, когда его работу называли менее важной, чем какую-либо другую. Но спокойно ответил:

– Думал. Но у меня свои условия. Я продолжаю делать гистологию на дому, а в клинику приезжаю дважды в неделю. Ставь меня онкологом. Один день для консультаций, второй для операций. Поверь, никто лучше меня не разбирается в теме.

Алексей задумался, и Костя решил развить тему:

– Знаешь, почему я не был так хорош в качестве хирурга? Я люблю все планировать заранее, экстренные пациенты – не мое. Ну так я и буду планировать – сколько чего отрезать, как потом закрыть дефект и прочее. Только дай мне отдельно анеста[28] и отдельно – ассистента.

Леша широко улыбнулся и хлопнул друга по плечу:

– Слова не мальчика, но мужа. Ей-богу, Костян, я тебя не узнаю! Аню не дам, понял? Привык сам с ней работать, извини. В остальном – добро. Составляй прейскурант, препараты, если какие нужно закупить в аптеку, это тоже дело не быстрое. И оперировать будем, и химичить, все как полагается. А, чуть не забыл. Я тебе машину нашел. Пикап старый, пробег солидный, но люди свои, вариант проверенный. Позвони, посмотри, что там как, может, договоритесь.

Глава 37

Валерий редко отпускал Малыша с поводка. Не объяснять же каждому встречному, что питомец размером с теленка обладает тонкой душевной организацией: пугливый и скромный добряк. Однако сегодня пришлось сделать исключение. Малышу не удалось побегать на прогулке в лесу – хозяин весь день занимался ремонтом в доме. Валерий решил, что беды не будет, если Малыш немного пробежится по деревне: время было позднее, на улицах никого. Подзыв был чуть ли первой командой, отработанной до автоматизма, а к кошкам пес относился с вежливым равнодушием.

Валерий вышел на прогулку не только ради четверолапого любимца. Он сам никак не мог заснуть. После нескольких лет жалкого существования в нем проснулась былая жажда деятельности. Во-первых, предстояло завоевать расположение дочери и зятя. Во-вторых, самому встать на ноги. Малыш и так ел не мало, да еще, не дай бог, понадобятся какие-то лекарства или лечение. Виктория, конечно, поможет, но тогда у нее появится повод забрать собаку себе, а этого допустить Валерий не мог. Будущее оставалось зыбким. В любой момент могли объявиться настоящие владельцы заброшенного дома и участка, где он в открытую поселился этой весной. Зато Валерий уже знал, чем займется в этой богом забытой деревне, где даже коров днем с огнем не сыщешь. Своя заготовительная контора – чем не прибавка к пенсии? Места здесь богатые на дикоросы. Летом – черника, земляника, малина, грибы, в особенности лисички, осенью – клюква. Собирать самому, выкупать у местных и сдавать оптом дальше, выходы на нужных людей Валерий нашел без труда. В следующем году можно будет купить сушилку и торговать уже сушеными грибами и ягодами.

Погруженный в собственные мысли, мужчина почти не обращал внимания на питомца. Тот подолгу задерживался у каждого столба или валуна, читая носом местные газеты и считая своим долгом заявить о своем присутствии. На дороге, ведущей к станции, гоготали подвыпившие подростки. Валерий хотел подозвать собаку и пойти домой, но заметил что-то странное. Мальчишки веселились не просто так: они перегораживали кому-то дорогу, а их выкрики становились все злее и настойчивее. Ускорив шаг, мужчина приблизился к компании и громко спросил:

– Пацаны, прикурить не найдется?

Краем глаза глянул на бледную женщину, прижавшую к груди сумочку и какие-то пакеты, и мгновенно сориентировался в обстановке:

– Чего застыла, я как раз тебя иду встречать, опоздал маленько – ну так посидела бы на станции, чего сумки самой тащить!

Глаза женщины округлились, но прежде, чем она успела что-то ляпнуть, Валерий гаркнул:

– Малыш, ко мне! – и для пущей верности переливчато свистнул.

Из темноты под свет фонаря выскочила мохнатая туша. Пасть была распахнута в искренней собачьей улыбке, позволяя полюбоваться немаленькими белыми клыками. Парни непроизвольно отшатнулись, Валерий широко улыбнулся и взял пса за кожаный ошейник:

– Сидеть, холера. Не боись, ребята, без команды не кинется. Держи зажигалку, да и пойдем мы, а то время позднее.

Валерий решительно взял пакеты из рук растерявшейся селянки и пошел по улице, убедившись, что та следует за ним. Компания сочла за лучшее отвязаться, и мужчина обратился к спутнице:

– Здравствуйте, меня Валерий зовут. Простите за этот балаган, мне показалось, что вам требуется помощь.

– Нина. Спасибо, но не стоило. Они дурачились просто, не думаю, чтоб обидели. Меня тут все знают, я на почте работаю. Эти из дачников, должно быть. Прицепились как репей. А вы откуда?

– Недавно переехал, хочу быть к дочке поближе. У зятя здесь дом, Филатов фамилия. А вы где живете?

– Вот тот желтый дом. Вы заходите как-нибудь, я вам огурцов дам. Одной не съесть столько, не знаю, зачем насажала.

Женщина присела на корточки и осторожно погладила Малыша.

– Красавец! Умница!

Пес рванулся вылизать лицо новой знакомой, но хозяин держал крепко, и получилось только ткнуться мокрым носом в теплую мягкую ладонь.

– Его правда зовут Малыш?

– Понимаете, я его нашел вот такусеньким, а потом прижилось имя-то. Вы не смотрите, что он большой, ему девять месяцев всего. Щенок почитай. К полутора годам заматереет.

Случайно встретившись, мужчина и женщина никак не могли расстаться. Поговорив про собак, обсудили жизнь в деревне, вспомнили и выросших детей. Валерий действительно зашел через несколько дней, только не за огурцами, а починить покосившийся забор. Потом – приподнять крыльцо. Предложенные деньги он презрительно отвергал, но всегда соглашался остаться на обед, уминая домашнюю еду с неподдельным и оттого трогательным наслаждением. Со временем и вовсе перебрался, правда, для собаки пришлось строить вольер на улице.

Валерий с Малышом были в лесу, когда у калитки остановилась молодая красивая девушка с короткой стрижкой. Нина бросила возиться с грядкой, выпрямилась и пошла открывать.

– Здравствуйте, я Вика. Валерьевна.

– Очень приятно, Нина, можно без отчества, – улыбнулась женщина.

– Слушайте, мой отец – запойный алкоголик. В какой момент он сорвется – никто не знает. Но это случится, чудес не бывает. Не обманывайте себя.

У Нины в голове всплыл старый стишок: «Пусть говорят, что яйца курицу не учат, но ты – совсем другой, особый случай». Она заговорила, тщательно подбирая слова:

– Вика, я живу в деревне без малого пятьдесят лет. Думаешь, я алкашей не видела? Твой отец – хороший мужчина, и я рада тому, что мы съехались. Быстро, да, но это не романтика, как у вас, молодых. Мы просто нужны друг другу. А сковородка у меня всегда под рукой на случай чего.

Виктория пожала плечами:

– Делайте, что хотите, я предупредила. Адьес.

Нина ненадолго скрылась в доме и легко побежала по дороге, догоняя сердитую девчонку. Протянула ей пакет и пояснила:

– Я пирожки только испекла, возьми. Костю своего угостишь. И заходите к нам в любое время, хорошо?

Сдобный домашний запах печева разносился, казалось, на всю улицу. Язвительный ответ растаял у Вики на языке, и она пробормотала:

– Спасибо, как-нибудь.

Дома Костя вгрызся в пирожок с капустой, что-то одобрительно проворчал и посмотрел на Вику, мрачно ковыряющую какой-то сучок на стене дома.

– Почему ты не можешь просто за них порадоваться?

– Сама не знаю. Прямо бесит, что у него все хорошо. Я давно запретила себе верить, что отец может измениться – и вот на тебе. Мне реально обидно! Если он мог бросить пить в любой момент, чтоб ему не сделать это лет пять назад?

Константин вздохнул. Иногда Виктория вела себя как сущий ребенок.

– Иди ко мне, Вик. У нас своя жизнь, у них своя. Все будет хорошо.

Глава 38

Третьекурсник замер в операционной, наблюдая, как Константин Михайлович лигирует крупный сосуд, питающий молочные железы. Устроиться практикантом на время летних каникул было невероятно круто.

– Влад, фасция сохнет, – с мягким упреком обратился к нему хирург.

Ассистент послушно увлажнил ткани теплым физиологическим раствором. Кошка на операционном столе напоминала ему освежеванного кролика.

– Константин Михайлович, а стоило ли оперировать кошку, в шестнадцать-то лет? – пробасил парень.

– Старость – не диагноз, – рассеянно пробормотал Константин, сосредоточенно накладывающий швы. Но когда работа была закончена и анестезиолог уложила кошку в теплую кислородную камеру, хирург развил свою мысль:

– Понимаешь, продолжительность жизни у кошек сильно зависит от генетики. Для одних пятнадцать лет – предел, а другие могут и до двадцати скрипеть с полным комплектом зубов и отменным аппетитом. У этой кошки карцинома молочной железы высокодифференцированная, в легких чисто. Ну и кровь приличная, никаких признаков почечной недостаточности. Хорошие шансы.

В операционную зашел Алексей и патетически продекламировал:

– Мне жаль больной, у вас креветка! Что за креветка, может, рак? Как может быть креветка раком, дурак![29]

– Я устал от твоих шуток, Воронцов! Давай ближе к делу.

– Костян, я понимаю, что у тебя сегодня неприемный день и все такое, но посмотри, пожалуйста, бигля. Хозяйка ранила меня в самое сердце, сказала, что хочет на прием к самому Филатову.

Алексей отвесил шутливый поклон и добавил:

– Проконсультируй и поедем, как договаривались. Ты меня заинтриговал.

Константин с улыбкой хлопнул друга по плечу:

– Бигля посмотрю, а ты пока реанимируй.

– Кого?! – Алексей метнулся к боксу, где приходила в себя прооперированная кошка.

– Ущемленное самолюбие! – крикнул Костя, выскочил в смотровую от греха подальше и сразу позвал хозяйку собаки на прием.

Мягкая шкура молодого бигля была создана для тискательных мероприятий. Восьмимесячная девочка была в полном восторге от посещения ветеринарной клиники, и осмотреть ее было непросто. Костя присел, чтобы получить щедрую порцию собачьих поцелуев, но потом попросил усадить пациентку на кушетку. Хозяйка пожаловалась:

– У нее во рту появились какие-то пупырышки.

Константин приподнял собаке брыли и внимательно осмотрел ротовую полость. Это был тот редкий случай, когда он мог поставить диагноз и без дополнительных обследований.

– У Геры вирусный папилломатоз. На самом деле, встречается очень часто у молодых собак. Неприятная история, но серьезной опасности нет.

– Боже мой, откуда он взялся?

– Собаки заражаются друг от друга. Достаточно поиграть одной игрушкой, покусаться-полизаться.

Женщина выглядела обеспокоенной, и Костя не удивился, когда та переспросила:

– Выглядит просто ужасно. Вы уверены, что это не опасно?

– Уверен, эти опухоли доброкачественные и они склонны к спонтанной регрессии. Проще говоря, как появились, так и исчезнут через пару месяцев. После этого у Геры будет стойкий иммунитет к этой заразе.

Хозяйка с сомнением протянула:

– Хорошо-о-о, и как будем лечиться?

– Никак, – жизнерадостно заявил Константин, но, посмотрев на лицо хозяйки, добавил, – коллеги иногда любят пошаманить: кто новокаин в вену, кто иммуномодуляторы назначает. Как раз пока хозяин делом занимается, папилломы и проходят. Но они пройдут и без лечения, понимаете? Если будут крупные, или мешаться начнут – удалим. А пока ничего делать не надо. Покажитесь через две-три недели.

Константин продублировал диагноз в карте, дождался, пока женщина оплатит прием, и отправился в гардероб. Алексей ждал его на парковке.

– Ну что?

– Кажется, в качестве онколога я женщину не слишком впечатлил, – признался Константин, но главврач клиники только рукой махнул:

– Да что б она понимала. Поехали? Если задержусь, Катя мне всю плешь проест.

– Помчали. Это недалеко от города, но ты держись за мной. Там поворот проскочить легко, если не знать.

Солнце клонилось к закату, но воздух все еще хранил тепло летнего дня. Двое мужчин стояли у деревянной ограды и смотрели, как вороная кобыла катается в пыли. Наконец, лошадь вскочила и легкой рысцой подбежала к посетителям. Один из них был ей знаком. Он никогда не приходил к ней без лакомства в кармане, и Геката нетерпеливо зафыркала в ожидании угощения. Константин протянул кобыле морковку и погладил по мягкому носу.

– Костян, ты что, пригласил меня покормить лошадок? – поинтересовался Алексей. – Я еще не настолько стар, чтобы впадать в детство.

– Думаешь, я чокнутый? Я купил эту кобылу для Вики, она еще не знает.

Леша даже закашлялся от неожиданности:

– Это ж не хомячок! Не думал, что придется говорить это тебе, но, блин… Животных нельзя дарить! Особенно, если питомец весит примерно полтонны.

– Да ты не понял. Это ее лошадь. Точнее, была. Вика продала ее, когда поняла, что не сможет содержать.

– Гонишь! – изумился Алексей.

– Точно тебе говорю. Вороная тракенка с белым сердечком на лбу и чулками, кличка Геката – таких совпадений не бывает. У меня друг работает эпизоотологом в соседнем городе. Я попросил помочь найти эту кобылу. Лошадь – не иголка, они все на учете. Не важно, кто хозяин, раз в год кровь на инфекции привозят в лабу.

– И сколько ей лет?

– Восемнадцать уже, взрослая девочка, – усмехнулся Константин. – Но лошади живут долго. Сегодня должен подъехать коваль, копыта посмотрит. Она попала в прокат, там условия были не ахти…

Алексей цокнул языком и повернулся к другу:

– У Вики-ежевики нет шансов! Прынц на вороной кобыле! А если серьезно, ты думаешь, что справишься с содержанием лошади?

Константин улыбнулся и спокойно ответил:

– Знаешь, Леха, я думаю, что справлюсь с чем угодно, было бы желание.

Он сжал коробочку с кольцом, лежащую в кармане куртки, словно это был его талисман, и направился к машине.

Эпилог

Женщина присела на край детской кроватки, ее длинные каштановые волосы мягко переливались в свете ночника. В кроватке вертелась с боку на бок девочка, прижимая к себе плюшевого динозавра. Она совсем не хотела спать. Увидев, что мама не сердится, Оленька попросила:

– Мамочка, расскажи сказку! Про рыцаря, принцессу и дракона.

Виктория рассмеялась.

– Ты уже сто раз ее слышала, давай почитаю что-нибудь другое.

– А я хочу эту! – надулась было девочка и тут же лукавой лисой начала ластиться: – Ну пожа-а-а-алста!

– Хорошо. Я расскажу коротенечко, как дело было, а ты засыпай, договорились? Жили-были король и королева. И была у них дочка – прекрасная принцесса. Не было никого счастливее королевской семьи, но злой колдун позавидовал королю и наслал на королеву проклятье. Лучшие волшебники страны пытались помочь ей, но все было напрасно. Королева умерла, и только изваяние на могиле напоминало о том, как она была добра и красива. От горя король совсем потерял рассудок, и тогда злой колдун явился во дворец. «Вот волшебное зелье, которое избавит тебя от боли», – заявил он, протягивая королю яд. Не успела принцесса сказать и слова, как ее отец одним махом опустошил бутылочку.

Малышка накрылась одеялом с головой, но тут же выглянула обратно, готовая слушать дальше.

– С тех пор король перестал различать добро и зло, сделался черен душой, точно колдун, опоивший его, и не было в его жизни радости. Однажды король решил, что дочь хочет извести его, и заточил ее в башне. Башню охранял свирепый дракон.

Девочка заерзала на кровати и перебила маму:

– Мам, принцесса была красивая?

Виктория ненадолго задумалась, а потом ответила:

– Конечно, малышка, все принцессы красивые. Но в башне ее красота стала меркнуть от горя и тяжелой работы.

– И что было дальше?

– Многие рыцари пытались освободить ее, но никто из них не готов был пожертвовать собой. Они отступали, едва завидев мощь дракона. Прошло много лет, прежде чем у башни появился рыцарь, не похожий на прочих. Он не был самым сильным или ловким, но ему не было равных по благородству.

– Как же он победил дракона?

– Он бился насмерть и пал, смертельно израненный. Принцессе стало жаль его. А надо сказать, что она сама была немного волшебницей – как ее мама. В одно мгновение принцесса отрезала свою длинную косу и бросила ее прямо в морду огнедышащему дракону. Чудовище вмиг сожгло волосы принцессы, и из пепла появилась прекрасная птица. Это был Феникс. Из его глаз полились слезы, которые потушили огонь в пасти дракона, а раны рыцаря волшебным образом затянулись, остались лишь ужасные шрамы. С новыми силами он бросился на чудовище и отрубил ему голову.

Оленька захлопала в ладоши и задрыгала ногами. Виктория нахмурилась:

– Кто мне обещал засыпать?!

– Рассказывай, мамочка, я тихо полежу. Они поженились?

– Вот торопыга. Кто ж так с ходу женится? Надо сперва узнать друг друга получше… Но они, ясное дело, полюбили друг друга с первого взгляда. Рыцарь хотел увезти принцессу далеко-далеко и жениться на ней, но та жалела своего отца-короля. Ведь она помнила его мудрым, добрым и сильным правителем. Тогда рыцарь поскакал прямо в логово злого колдуна и потребовал снять с короля заклятье. Но колдун только смеялся и утверждал, что это невозможно. В отчаянии рыцарь зарубил чернокнижника, и печаль овладела его сердцем. Внезапно из подвала раздался кашель. Рыцарь бросился туда, думая освободить пленника. Но в клетке лежал не человек, а огромный мохнатый пес, истощенный до предела. Он внимательно посмотрел на рыцаря карими глазами и заговорил человеческим голосом: «Колдун сказал правду, вашего короля уже не спасти. Но не печалься, я могу помочь. Пока я буду рядом, заклятие не будет иметь над ним силы. Взамен же попрошу об одном – чтобы во всем королевстве к собакам относились с почтением и любовью». Рыцарь сорвал с клетки замок и освободил волшебного пса.

– И он спас короля?

– Да, милая. И жили они долго и счастливо.

Девчушка хитро прищурилась и уточнила:

– А конь у рыцаря был белый?

Виктория насмешливо изогнула бровь:

– Что за штампы! Конечно, нет. Его лошадь была вороная, только чулочки и отметина на лбу были белые. И была она быстрее ветра, умная и выносливая.

Оля торжествующе захихикала и прошептала:

– Мама, я давно уже догадалась! Тот рыцарь – это папа!

– Хм-м-м? – задумчиво протянула Виктория, не отвечая ни да, ни нет. – Кто его теперь разберет, может, ты и права. Но чтобы нам не впаяли штраф за убийство дракона, будем держать это в секрете.

– А ты принцесса?

– На всю голову, – важно кивнула Вика и снова сделала строгое лицо. – А теперь спи!

У маленькой вымогательницы, однако, было еще одно условие.

– Засну, если ты пустишь ко мне Жорика. Я бы хотела и Малыша, но его деда не отпускает. Теперь-то понятно, почему. Бедный дедушка!

Вика открыла дверь, за которой и правда маялся йоркширский терьер. Песик мигом запрыгнул на кроватку и стал старательно крутиться на одном месте, устраиваясь спать. Затем свернулся калачиком, прижимаясь к ногам маленькой хозяйки, и блаженно вздохнул. Жоре нравилось чувствовать себя частью большой разношерстной стаи. Он услышал, как на кровать запрыгнула кошка, и через секунду Черничка улеглась прямо на подушке. Человеческая малышка заворочалась из-за того, что шерсть попала ей в нос, но вскоре снова спокойно засопела. Виктория почесала Жорика за ухом и выскользнула из детской, оставив дверь приоткрытой.

– Ну, привет, принцесса! – улыбнулся муж. – Я видел твои рисунки к этой истории. Не думала издать книгу?

– Костя, ты мне льстишь. У меня и без этого забот хватает.

– Каких забот, если ты не разрешила ребенку завести мини-пига?

Виктория закатила глаза:

– А еще крыс, далматинца, ежика и хорька.

– Ладно, думаю, она согласится на сестренку. Или братика, – прошептал Константин и, подхватив жену на руки, направился в спальню.

* * *

Шильцова Ольга Сергеевна – практикующий ветеринарный врач с 2011 года, автор сайта mamovet.ru, популярного блога «Зверополис» и книги «Такса судьбы».