— Ваша взяла, парни. Только отмычку оставьте… Молодой он еще, — Одиночка легко поднялся и подошел к одному из еще шевелящихся «монолитовцев». Снял с него шлем и удовлетворенно хмыкнул, узнав Григорьева.
— Уцелел-таки, тварь, — достал пистолет и коротко выстрелил в упор. «Монолитовец» вздрогнул в последний раз и затих. — Ты и своих братьев-фанатиков предал, — проговорил сталкер. — И свой Монолит. Зона оставила тебя в живых, дала тебе шанс, но ты предал даже ее. — Сталкер отбросил в сторону пистолет, а затем повернулся к Леониду, снимая с себя баллоны снаряжения:
— Я сейчас уйду с этими ребятами. Сам. Не нужно меня больше искать. А Сашку похорони по-человечески. И наемника, если тело вдруг найдешь. По тоннелю выйдешь к Янтарю, к научникам. Оттуда, если не будешь глупить, сможешь быстро вернуться на Росток. Вот тебе, — он протянул узкую флешку, и свое снаряжение. — Если Саша залез в долги, а наверняка залез, я-то его знаю, расплатись по счетам. И, удачи тебе, сталкер…
— Я знаю, это не военные, — проговорил Леонид, — Кто они, Одиночка?
— Темные, — отозвался сталкер, — Наемник выполнил свой контракт.
— Он навел их? Но они не помогают простым бродягам, — поднялся Спартанец, — Как же… Значит и ты?… Ты тоже?…
— Я тоже отмечен Зоной, — кивнул Одиночка. — Пришло время отдавать долги. Ну, Черный сталкер позволит — свидимся еще…
Темные вывели Одиночку наружу, а Леонид Спартанец еще почти час оставался на месте, не решаясь ни сдвинуться с места, ни даже проверить подарок Одиночки.
Он просто сидел на бетонном полу тоннеля и держал на коленях голову погибшего товарища.
Затем поднялся и выволок тело Угрюмого через, проделанные Темными, дыры в потолке. Работая ножом, вырыл могилу и уложил закутанное в спальник тело. Постоял минуту и, следуя заветам одиночек, облил тело бензином из маленькой фляжки — кострового НЗ. Чиркнул зажигалкой Угрюмого и зажег ветку.
— Удачной охоты, сталкер, — повторил он слова Одиночки и поднес к телу огонь.
За все время в Зоне Саша старался разузнать о прошлом Одиночки, понять, кем он был до прихода в Зону, но важнее оказалось то, кем он здесь стал. «Наверное, так будет лучше, — подумал Леонид, наблюдая, как пламя пожирает тело его друга, — пусть он ищет, ищет всегда, ведь в этом весь смысл существования сталкера-одиночки. Искать…». И он, Леонид Спартанец, тоже будет искать. Он выберется из туннелей и доберется до Ростка. Расплатится за долги Саши. И станет матерым сталкером, ведь его учителя, наверное, лучшие бродяги Зоны. Верные слову и своей судьбе…
***
… В Зоне опять шел дождь. Так бывало достаточно часто — после второй катастрофы здесь воцарилась Вечная осень, с ее промозглыми туманами, противными дождями, низкой облачностью и безнадегой. Говорят, на Большой земле все это становится причиной многих самоубийств — после летнего буйства красок осенние пейзажи наводят жуткую депрессию. Но только не в Зоне. Здесь не бывает суицида. И так слишком много смертей…
Часть 3
Выбор
Любой бродяга, хоть раз пересекший Зону с юга на север, непременно не согласится с утверждением, что удачи нет. Даже, наоборот, с пеной у рта начнет утверждать обратное. И никакие доказательства тут не помогут. В качестве аргументов подвыпившие мужики начнут в сотый раз пересказывать историю о том, как их спасал «Вечный сталкер», ежедневные сообщение о смерти которого становились добрым знаком, о вовремя заевшем оружии, не давшем во тьме застрелить товарища, о монстрах, которые вместо того, чтобы атаковать сталкера начинали неистово жрать друг друга… Да еще много о чем. Легенды сменяют друг друга, и чем больше пустых бутылок скапливается под столом, тем красочнее и фантастичнее они становятся.
И все потому, что удача для сталкера понятие вполне ощутимое и явственное. Вот только недолговечное. И каждый раз Зона берет свое.
Бар «100 рентген» слышал множество и не таких историй. Немногословный Бармен всегда нальет усталому путнику прозрачной и послушает яркий или, наоборот, блеклый рассказ о сталкерских буднях…
…— Сегодня всем пиво за мой счет!!! — с хриплым кашлем в бар ввалился Жора Каптер — бывалый бродяга, обняв за шею своего второго номера одной рукой и махая туго набитым рюкзаком в другой. Следом заходили отмычки нынешнего фаворита Зоны — на лицах смесь гордости и усталости.
Один, два, три, — подсчитал отмычек Бармен. Так и есть, все вернулись во здравии и не с пустыми руками.
Вернувшиеся с рейда заняли столик в центре бара и громко принялись обсуждать эпизоды минувшего похода. Похоже, принять за успех они успели и до прибытия в бар.
— Ну, что нового, Бармен? — повернувшись к стойке, заговорил Жора. — Черт, неделю здесь не был, с прошлого Выброса…
— А все также, — отозвался Бармен, — «Долг» и «Свобода» грызутся из-за пары кустов на границе Милитари, на Арене новый чемпион — Виктор Седой, а у меня пара новых стволов.
— Кто еще с урожаем вернулся?
— Рябой, с утра отметился — крепко поддатый и полупустой, вон Эдик отмечает, ну и Спартанец вчера к вечеру прибыл, — кивнул Бармен и с удовлетворением отметил, как дернулась щека Каптера. Эти двое друг друга не терпят уже давно. Года два. Хотя, говорят, начинали Зону топтать вместе. И что за кошка между ними пробежала?
— Ну, спасибо, — вмиг изменился Жора и хмуро повернулся ко второму номеру:
— Кончай трепаться, Сигара. Давай выпьем за удачу. Мама-Зона не подвела…
Пятеро сталкеров подняли свои стаканы, но выпить так и не успели. В бар зашел еще один. Потертая «Заря», два клинка за спиной и пистолет на бедре. Оружие в баре не возбранялось, поскольку бойцы «Долга», а еще раньше наемники Бармена всегда успевали замять любой нарастающий конфликт, но сейчас многие явно пожалели об отсутствующем запрете. В воздухе повисло напряжение, в руке Каптера вздрогнул стакан.
Однако вошедший, видимо уже достиг желаемого результата, и коротко кивнув Бармену снова вышел.
Жора мрачно швырнул стакан в угол и погрузился в раздумья, скрестив руки на груди.
— Да ладно тебе, Каптер, — попытался утешить лидера Сигара, — давай выпьем.
— Пошел вон, — коротко отозвался ведущий.
Один из ветеранов — Серж Экзотик негромко проговорил Бармену:
— Ставлю штуку, что завтра будет драка.
— Скорее в Зоне вишня расцветет, — ухмыльнулся Бармен, — утром Спартан в рейд уходит…
***
В принципе, Леньке Спартанцу было наплевать на бывшего приятеля, вместе с которым они месяц работали тральщиками на Сидоровича на Кордоне. За два года в Зоне он научился проще относиться к таким вещам, как мелочность и зависть. Ну да, Жоре не так повезло, и он еще полгода топал отмычкой с какими-то опытными сталкерами в какие-то малозначительные рейды, прежде чем выбился в люди — начал ходить за артефактами самостоятельно, завел себе напарника и сам уже нанимал молодняк. Ему не слишком доверяли перекупщики и главы кланов, но упорство на многое способно — в конце концов, появились и некий авторитет, и уважение ветеранов.
Но все равно, этот же путь Спартанец преодолел куда быстрее. Не проще, нет. Для этого ему пришлось отправиться отмычкой в Припять, сражаться с химерой и ордами зомби, выдержать схватку с психами из группировки «Монолит» и в одиночку вернуться на Росток, потеряв в рейде всех товарищей. Он не любил рассказывать о том походе. Но его в Баре уже знали. Благодаря Жеребцу, а также славе павших товарищей, его историю повторяли по всей Зоне, хотя самому Леньке эта известность была чужда. Однако ветераны признали сталкера своим.
Со временем уважение в память о напарниках заменило уважение за реальные дела, выполненные контракты, успешные рейды. В баре его всегда ждала бесплатная первая стопка, в кланах — место у общего костра, у перекупщиков — выгодная цена и новые контракты. Наверное, он получил все о чем мечтал.
Но вот удовлетворения особого не ощущал. Да и висела на душе старая боль — Спартан продолжал винить себя за то, что так и не смог помочь Ведущему.
Трижды вздрогнул ПДА и Спартанец открыл глаза. Короткий взгляд на дисплей и мягкое касание для отключения будильника.
Утро.
Сталкер встряхнулся и развел в стороны затекшие руки. Из Ростка он ушел еще ночью — знал, что надравшись, Каптер пойдет его искать, что бы вызвать на Арену. Так уже было пару раз, но «должане» их всегда разнимали — даже они не хотели за раз терять нескольких опытных сталкеров. В последние годы все кланы понесли большие потери — сначала Большой Выброс, затем война группировок, затем отключение Стрелком — тогда он еще считал себя Меченым — «Выжигателя» и отчаянный прорыв к станции, подле которой остались до половины всех сталкеров Зоны. Новый Большой выброс поглотил и Стрелка, и добрую половину Зоны, сделав ее непролазной радиоактивной пустошью. Несколько месяцев кланы зализывали раны, чтобы начать все сначала. И лишь у одиночек все продолжалось по-прежнему: отыскать после выброса тропу, найти новые территории, сделать их безопасными и — или сгинуть в безвестности, или вернуться в Бар и нажраться так, чтоб отрубило до следующего выброса…
Ленька хмыкнул и поправил верный штурмовой «Абакан». Этот ствол был с ним почти два года и пока еще не подводил его.
Ну что ж, пора за работу. Остаток ночи сталкер провел на дереве, недалеко от Свалки, крепко обвязавшись ремнем и теперь, отстегнувшись и проверив землю внизу болтами, спрыгнул.
Это было задание от Бармена — пройти на Агропром и обшарить болото на востоке. Кто-то рассказывал, что за день до выброса оно начинает странно сиять, никак суперартефакт всплывает. «Ну, или супераномалия», вспомнил Спартанец мрачную шутку торговца. Шутник, мать его…
***
Голова, как обычно, разламывалась. Каптер неловко сполз с топчана и на четвереньках добрел до ведра с водой в углу комнаты. Пиво с похмелья он не пил из принципа. Водку — тоже. Вот вода — другое дело. Сигара еще дрых на другом топчане, отмычки примостились на старых матрацах на полу — каждый в обнимку с оружием. Жора усмехнулся — эти трое с ним уже два месяца — четыре рейда — и менять ведущего не собираются. Он не то, что эти заносчивые ветераны, которые используют молодняк как мясо для аномалий и монстров. Он — месяц работавший тральщиком в наказание — знал цену жизни новичка. Плеснув воды в лицо, сталкер поднялся на ватные ноги и потряс головой. Качнуло так, будто попал в трамплин.
Прищурившись, сталкер вышел из комнатушки и, пройдя по коридору, дошел до лестницы в зал Бара. Таких комнатушек было всего три, и Бармен сдавал их на ночь только особо потратившимся у него. Остальных — даже в бессознательном состоянии — охранники выволакивали наверх и укладывали в длинном ангаре-цехе возле костров, где обычно и коротали свои ночи одиночки.
Бармен поднял на выползшего из подвала Каптера глаза и усмехнулся:
— Для справки, Спартанец ушел еще ночью. По моему заданию.
— Знаю, — проворчал сталкер и плюхнулся на табурет у стойки. — Налей…
Бармен кивнул помощнику, и тот заполнил стакан водой из чайника.
— За счет заведения.
— Остряк, — буркнул Каптер, но воду взял и коротко отпил. Холодная…
Несколько минут сталкер осторожно отпивал, причмокивая и блаженно прикрывая глаза. Затем перевел взгляд на торговца:
— Мне нужен контракт. Чтоб сегодня уйти.
— А не торопишься? Не сегодня-завтра Выброс ожидается, — Бармен, видимо догадался, к чему клонит Каптер, но виду не подал.
— Плевать. На Ростке от скуки можно подохнуть. Бродяга должен Зону топтать, а не штаны в Баре протирать…
В чем-то Жора был прав и Бармен, как сам бывший сталкер, его прекрасно понимал. Но дать Каптеру контракт, выпустить его в Зону, означало подставить Спартанца. Хотя, на привязи Каптера здесь никто не держит, он волен уйти в любое время, однако просит контракт. Алиби?
— Не глупи. Ты знаешь, чем закончится, если не остановишься…
— Я не за Спартаном иду, — открыто и с вызовом проговорил Жора, — плевать я на эту суку хотел. Мне работа нужна.
— Подожди Выброса. Тогда найдется дело. — Бармен редко повышал на бродяг голос, но этот разговор со сталкером его начал утомлять. Он уже подумывал, а не подать ли знак охране выволочь вон Каптера. — Не хочешь ждать — вали на вольный промысел…
Однако Жора видимо и сам понял, что перегнул.
— Ладно, пойду поднимать своих парней, — поднялся он. — За комнату запиши на мой счет.
***
Вдоль железнодорожной ветки Спартанец шел на запад. В нужном месте — где пару лет назад гравитационка вскрыла землю, создав изломанный естественный тоннель — повернет на юг. Тоннель выведет его на Агропром, через овраг точнехонько к болоту. Эту тропу знали всего несколько проводников из числа ветеранов. Серж Экзотик, например, не знал, даром, что четвертый год в Зоне, и потому на Агропром всегда добирался исключительно через Свалку. А Спартанцу его знания позволяли экономить время. Но Леонид не кичился этим. Он просто подмечал новое и не боялся искать. В отличие от большинства бродяг он предпочитал новые, неизведанные места протоптанным и безопасным тропам.
Ржавый металл рельс и поросшие мхом шпалы выглядели пришельцами из другого мира, впрочем, почти так оно и было на самом деле. Спартанец еще помнил, что на Большой земле заброшенные железные дороги выглядят все-таки несколько иначе. Это Зона. Она способна как состарить на несколько лет за сутки, так и омолодить на пару дней или месяцев. Кто-то вот говорил, что в тоннеле, что ведет со Свалки на Агропром, рельсы всегда сияют как новенькие. Или их бандюки по ночам шутки ради полируют? Сам Леонид в том тоннеле не был ни разу. А вот его наставник Саша Угрюмый побывал однажды. Правда, так и не рассказал, что же там. Что ж, еще одно место на будущее, которое обязательно стоит посетить.
Посматривая на дисплей детектора, Леонид не забывал и коситься по сторонам. «Абакан» хорошая машинка, но он никогда не начнет стрелять сам. А для этого нужно обнаружить цель вовремя. Спартанец не считал себя поборником жесткой линии «Должников» по отношению к детям Зоны, но и «сливаться с природой», как «Монолитовцы», тоже не желал.
Убивал он не часто. Слепых псов, чей вой то и дело доносился из-за горизонта, он не трогал без лишней необходимости. Да этим потомкам дворняг многого и не требовалось — порой бывало достаточно просто пальнуть в сторону своры, что бы слепцы разбежались. Другое дело «чернобыльский пес». Этих тварей Спартан отстреливал сразу, едва видел. Устрашающих на первый взгляд, а на деле почти безобидных Плотей, он тоже оставлял без внимания, предпочитая в случае угрозы просто заманивать их в аномалии — особым умом бывшие хрюшки не отличались. Тоже касалось и кабанов, хотя этих в «Карусель» не заманишь. Для таких случаев за спиной на поясе у сталкера всегда был длинный кинжал в дополнение к стандартному «рыжему» штык-ножу.
Но больше Спартан ненавидел тройку отродий — Кровососа, Снорка и Бюрера. У каждого свои смертельные приемы, но и свои слабости. А на Агропроме водились и те, и другие, и третьи…
Тоннель появился внезапно. Незнающий, просто не заметил бы его с насыпи. А всего-то стоило на шаг отойти в сторону к красным колючим кустам. Эти колючки были смертельно опасны и потому все старались обходить их стороной, а вот Спартан однажды нарочно полез в самую гущу. И нашел вход в тоннель.
Но на этот раз Леонид не пошел к кустам. Вместо этого сталкер просто присел на краю насыпи. Легкий ветерок шевелил его капюшон, но Леонид его почти не ощущал — лицо защищала тяжелая маска респиратора и очки в пол лица. Именно этот ветер принес первые признаки угрозы — ощущаемый даже сквозь маску запах мертвечины. Обычно в зоне трупы долго не лежат — или мумифицируются, или пожираются падальщиками, или, что куда сквернее, просто оживают и бродят в виде зомби, поэтому запах смерти в Зоне редкость. Только, если это не…
Сталкер подбросил в руке болт. Еще раз глянул на детектор и нахмурился. Не бывало так, чтобы признак аномалии был, а самой аномалии не было. Это противоречит всему. Но Леонид слишком долго топтал Зону, и потому хорошо уяснил, что в Зоне нет ничего постоянного. Значит, пора менять сложившиеся устои.
Сталкер с силой метнул вперед к кустам болт. Тот по дуге пролетел к цели, но вдруг замер, завертелся и, мгновенно раскалившись добела, вылетел обратно, вонзившись в землю в полуметре от предусмотрительно отсевшего в сторону сталкера.
Значит, чутье его не подвело, и впереди действительно аномалия. «Воронка», но каких еще поискать. Четырьмя болтами Спартан определил границы неприятности. Оказалось, что аномалия перекрыла все известные входы в тоннель и к тому же — все безопасные спуски с насыпи. Вполне возможно, что это не одна, а несколько сросшихся «Воронок».
Сталкер снова огляделся. Справа сплошной радиоактивный очаг и тянется он почти до самого Ростка. Слева — заросли низких изломанных деревьев и красного кустарника. И на каждой веточке по грозди «Жгучего пуха» способно за считанные минуты разъесть любой защитный комбинезон, а уж старенькая «Заря» для него вообще семечки. По другую сторону насыпи — усеянное валунами поле, почти до самого озера Янтарь. Можно было пойти назад и войти на Агропром через Свалку, но это заняло бы остаток дня и на поиски артефакта («или аномалии») времени бы не осталось — с ночи и до полудня следующего дня ожидался Выброс.
До болота рукой подать — часа четыре, ну пять… Вернуться с пустыми руками Спартан не мог, и дело не в потере авторитета — сталкер уже давно не обращал внимания на мнимые ветеранские почести. Он никогда не бросал рейд, всегда доходил до конца и этому его научил горький опыт его первого похода. Не останавливаться. Лучше сдохнуть, но не останавливаться, не отступать.
Солнце стояло в зените. Еще пара-тройка часов и из нор полезут полуденные твари, а за ними вечерние и ночные. Эти — самые опасные. Застрявший перед аномалией сталкер для них отличная жертва. Значит нужно идти вперед.
Веточками Спартан отметил безопасную зону — аномалия «дышала», то увеличиваясь, то уменьшаясь в размерах. Просочиться между ней и краем красного кустарника справа было вполне возможно, но только на «вдохе». Но была и еще одна загвоздка — сталкеру не было видно, что скрывается за «Воронкой» и риск угодить в еще одну аномалию был чрезвычайно велик.
Пара кустов и подрагивающий воздух между ними, сквозь который видно неприметный бугорок, за ним узкая трещина — лаз в тоннель. Пять метров.
«Воронка» снова запульсировала вырастая — ветки красного кустарника вдавило внутрь. Затем выпрямило — аномалию втягивало к центру. Нет, все-таки здесь она одна, но большая. Очень большая. Метров двенадцать в диаметре. Леонид снова проследил за пульсацией. Центр «Воронки», видимо, недалеко от щели в тоннель, а может и прямо над ней. Попробовать снизу? Трава не примята, значит, аномалия не достает до земли.
Вот и выход. Леонид сбросил рюкзак и отстегнул лопатку. Лег на землю и осторожно принялся копать траншею. Полуметра в глубину будет достаточно…
***
Сигару мутило с самого утра. Ему бы отоспаться, да отблевать свое, но нет, Каптер поволок всю группу обратно в Зону. На этот раз на Свалку. Ну чего там искать за день до Выброса? Все возможные для сбора артефакты уже давно подобраны и пропиты. Новые появляться лишь завтра к утру или полудню — это как карта ляжет… Неужели собирается Выброс на барахолке отсидеть?
— На Агропром идем, — не оборачиваясь пояснил ведущий, — есть одно дело…
— А успеем? — подал голос старший из отмычек — длинный и худой Щепка. У этого больше других опыта.
— Если что, пересидим Выброс на Хоздворе, — отозвался Каптер и перевел дух.
Позади остался блокпост «должан» и безопасный Росток, впереди тускло сияли аномалиями огромные мусорные кучи — на то она и Свалка.
— Идем западнее, вдоль котлована.
Группа двинулась в обход одной из мусорных куч, мимо разбросанных и позеленевших от времени бетонных плит и труб большого диаметра, к котловану, подле которого навсегда застыл желтый экскаватор.
***
Время уходило. Теперь Леонид почти целиком находился под «Воронкой». Лежа на левом боку, он продолжал копать. Снимаемую лезвием лопатки землю он осторожно подбрасывал вверх и, закрыв глаза, судорожно считал:
— Раз, два, три…, — на «четыре» обычно его оглушал хлопок, и все тело обдавал упругий удар горячего воздуха.
Затем вся операция сначала. И еще раз. И еще. Очки покрыла пелена пыли, она же то и дело забивала фильтры респиратора и забивалась под одежду.
Дважды сталкер натыкался на останки монстров и людей — это их запах выдал аномалию в самом начале. Впоследствии они превратятся в неплохие артефакты вроде «Души», но сейчас они представляли некоторую психологическую проблему.
Согласно расчетам, сталкер уже должен быть рядом с входом. И вот здесь начиналось самое скверное — проделанный мощной гравитационной аномалией тоннель наверняка еще и опален изнутри и словно покрыт слоем прочнейшего стекла. Продолбить его сможет, наверное, только взрывчатка.
Что ж, хорошим подспорьем был этот тоннель, но пришла пора поведать о нем всему миру…
Кое-как Леонид выудил из рюкзака две тротиловые шашки, прикрутил к ним скотчем пару Ф-1. Установил огнепроводный шнур, затем выдернул кольца из гранат и заменил их на обычные спички, крепко воткнул самодельную мину в землю и аккуратно пополз обратно, разматывая шнур.
Выбравшись на волю, Спартан очистил очки от пыли и отряхнулся. Поджог огнепроводный шнур и укрылся с обратной стороны насыпи.
Упругий грохот сотряс округу и разнесся по окрестностям, эхом отражаясь в полуденном воздухе. Вскрикнули растревоженные вороны. Взрыв поднял в воздух достаточное количество грунта, которое тут же размолола в пыль аномалия. Она же погасила ударную волну и поглотила все осколки гранат.
Дело сделано. Сталкер снова нырнул в траншею, дополз до огромной дыры и легко спрыгнул в тоннель. Посветил фонарем, проверил детектором и, перехватив автомат, поспешил на Агропром.
***
Подле огромного ангара депо группа сделала привал — все-таки не стоило так надираться вчера.
Пока отмычки приводили себя в порядок и готовили завтрак, Каптер, упершись спиной в сложенные штабелями бетонные плиты, осматривался.
— Что скажешь? — повернулся он к напарнику.
— А что говорить? — эхом отозвался ведомый, — дорога поблизости одна. Можно еще спуститься в долину за первой кучей, подле свалки техники, но там любят ошиваться бандиты…
— А тоннель? — поднял глаза на зев железнодорожного тоннеля в десятке метров от места дневки Каптер.
— Ты знаешь слухи про него? — вздрогнул Сигара, — я боюсь туда лезть.
— Рано или поздно придется, — пожал плечами Каптер, — идем тоннелем. Я решил.
Отлипнув от плит, сталкер подошел к отмычкам. Взял уже подогретую банку тушенки и, цепляя ножом куски мяса, начал быстро есть. Напарник еще раз с сомнением посмотрел на тоннель. Ему не нравилась идея старшего лезть в неизвестный и пугающий проход, да и заветная и важная цель, заставляющая группу идти на Агропром была ему все еще не ясна.
— Каптер, — позвал он ведущего, — Зачем же мы туда идем?
Старший не поднимая глаз, остановился, а затем снова принялся за завтрак.
— Пришло время, — негромко проговорил он.
***
Сверху то и дело сочился свет — потолок пересекали узловатые трещины и щели. ГЛОНАСС-навигатор периодически терял сигнал, но это всего лишь означало, что наверху над ним расположились аномалии. Да спутники ему в принципе и не были нужны. Не смотря на то, что тоннель то и дело разветвлялся на сужающиеся коридоры, дорогу на Агропром Спартанец знал наизусть.
Неожиданно до ушей донесся прерывистый смех. Леонид присел и осторожно, скинув капюшон, прислушался. Смех повторился, но теперь ему вторил и захлебывающийся басок.
Голоса? Кто здесь может быть? Кто-то из ветеранов? Или кто-то отыскал тоннель со стороны Агропрома? Впрочем, неважно. ПДА пуст, а значит, незнакомцы не желают быть узнанными.
Спартан вжался в стену, чтобы исчезнуть в тени и осторожно двинулся вперед. А голоса продолжали разноситься под сводами тоннеля.
Сплошная стена колючего кустарника впереди означала конец пути — дальше был овраг и выход на Агропром.
К кустам сталкер полз на четвереньках — прислушивался и, сбросив маску респиратора, принюхивался.
Двое. Возле костра. Видимо, обедают. Тушенку жрут, сволочи. Ветер дул со стороны Агропрома и потому запахи хорошо чувствовались. В животе заурчало — во рту с утра не было ни крошки.
Неожиданно появился новый аромат — приторный и тошнотворный. Спартан насторожился — пахло не человеком. Что они там делают? Поскольку ни интонации незнакомцев, ни тема их разговора не изменились, а они не могли не быть в курсе появления нового запаха, значит явной угрозы не было. Леонид позволил себе подползти чуть ближе. Глянул сквозь ветви колючего кустарника и… тихо выматерившись, вскинул автомат.
Это были двое сталкеров-новичков возле костра. Необмятые пыльники, отвратительные респираторы и очки-консервы из хозмага. Один все курил, лениво ковыряясь в банке, а второй отложив в сторону дробовик лежал на спине и смотрел в небо. От силы месяц в Зоне. Оба едва научились обходить аномалии, но и понятия не имели, что означал тот новый запах, потому это нисколько не насторожило их.
А вот Леонид понял, что беды не избежать… Так пахли собаки, мутанты-слепцы и они сейчас окружали новичков…
— Назад! — выкрикнул сталкер, выпрыгивая из своего укрытия и посылая очередь веером по окрестным кустам.
Новички просто впали в прострацию — но едва заскулили несколько псов, нащупанные пулями Спартана, быстро вцепились в оружие.
Первые три пса выпрыгнули из-за кустов, метясь в горло курильщику, что так и не выпустил сигареты из зубов. Спартан не рискнул стрелять и, рванувшись, оттолкнул сталкера плечом, одновременно отбрасывая ближайшего слепца прикладом. Второй новичок шарахнул из дробовика — снес напарнику полголовы, продырявил баллоны Леониду и сбил его с ног. «Кучно пошла…» — пронеслось в голове. Вставать Спартан не стал — просто откатился и вместо выроненного при падении автомата достал пистолет.
— Придурок! — уложив двумя выстрелами очередного пса, Леонид оглянулся на второго новичка, но того и след простыл. — Вот скотина…
Собаки видимо знали куда ушла лакомая добыча и, оставив более опасного ветерана, кинулись следом за новичком.
— Вот идиоты… Поналезли в Зону…, — Леонид сел и, сняв с плеч снаряжение, осмотрел повреждения баллонов. Вот напасть, совсем как в прошлый раз…
Дыхательное снаряжение пришлось выбросить. Удивительно, но некролог так и не пришел. Леонид обшарил карманы убитого и убедился, что ПДА у того действительно не было.
— Вдвойне придурки…
А вот на шее парня болтался армейский именной жетон. «Еремеев Игорь Васильевич». Дальше какие-то цифры. Выяснять, что это, подделка или действительно жетон бывшего вояки, Спартан не стал. Собаки вполне могли вернуться и потому, оставив труп в качестве приманки для слепцов, сталкер осторожно скользнул в овраг.
Особыми угрызениями по поводу поступка он не мучился — в Зоне каждый сам за себя. Тем более за напарника должен отвечать не он, а второй номер, что так метко снес парню пол-черепа. Придурок, мать его за ногу… Теперь неизвестно, как лезть в радиоактивную воду и искать этот артефакт для Бармена. «Или аномалию…»
***
В тоннель они вошли как полагается: впереди сам Каптер, следом один из отмычек — Шпала, затем второй номер, замыкали группу: второй отмычка — Шило, и Щепка. Прозвища молодняку подбирал не Бармен, а Сигара, проявив не смекалку и прозорливость, а тривиальное и весьма своеобразное остроумие. Тем не менее, что делать в Зоне эти парни знали, и еще ни разу не подводили группу.
— На одиннадцать часов, видишь? — хрипло спросил Каптер, изо всех сил пытаясь разогнать сгустившуюся тьму лучом фонаря.
— Да, — отозвался Шпала. — Болт?
Старший кивнул и отмычка, заняв его место, метнул в подозрительное место болт. Аномалия показала зубы вспыхнув сотней метровых молний и на мгновение осветив стены, потолок и уходящие во тьму рельсы.
— Электра, — отметил второй номер. — Какие еще сюрпризы?
— Сейчас проверим.
За шестьдесят минут они продвинулись на тридцать с лишним метров и обнаружили еще три «Электры», издыхающий «Трамплин» и «Воронку». Последняя едва не утянула замешкавшегося Щепку, но Сигара вовремя удержал отмычку. Миновав ловушку и пройдя еще с десяток метров без препятствий, решили сделать привал — слишком уж вымотались.
Время стремительно убегало, но Каптер еще ни разу не позволил себе пожалеть о выбранном маршруте. Вход уже исчез загороженный дизелем и поворотом тоннеля, а впереди расцветала вязкая клякса темноты.
Переведя дух, группа снова двинулась в неизвестность.
— Сигара, — вполголоса проговорил Щепка. — Правда, что ведущий вместе со Спартаном начинал?
— Будешь болтать — в аномалию залезешь, — отозвался ведомый, но на вопрос нехотя ответил:
— Правда. Только давно это было. Они вместе лишь месяц ходили, еще отмычками. А потом разбежались пути-дорожки. Спартана взял себе сталкер Саша Угрюмый и ушел к Припяти. Там где-то и сгинул, а Спарта вернулся. Сам. Вот так…
— А разве можно было к Припяти минуя «Выжигатель» пройти? — усомнился было в правдивости рассказа Шило.
— Стрелок трижды ходил, — сказал Сигара.
— Там и остался…
Ведущий остановился и на мгновение словно взгрустнул. Всегда злой взгляд потух, а кулаки непроизвольно сжались на оружии. Быть может, он все-таки жалел, что не оказался на месте Спартана?…
***
Без дыхательного снаряжения соваться к болоту было чистым безумием, и потому Спартан сначала направился на восток, к хоздвору, едва видневшемуся в дымке. Котельная, пара трехэтажных строений, высокая труба, железнодорожное полотно с несколькими проржавевшими от времени и постоянных туманов вагонами, и все это окружено неплохим забором из бетонных плит. Обычно там обитались сталкеры — такие же одиночки, что и сам Леонид. Если повезет, то там можно было разжиться и «бэушным» снаряжением, правда денег за это снимут порядочно… Но, ладно, Бармен возместит.
Теперь приходилось быть вдвойне внимательным, избегать любых аномалий и радиоактивных очагов, мутантов и лихих людей.
Трижды Спартан обходил вовремя обнаруженные «Трамплины», еще дважды путь преграждала «Электра».
Через отсутствующие секции в заборе, сталкер пробрался к железнодорожной линии и аккуратно под вагонами пополз к административному зданию.
ПДА моргнул и выдал три отметки нейтралов. В центральном здании.
— Ну, что ж, отлично…
Бегом сталкер пересек узкую тропинку между зданиями, прокрался вдоль стены и осторожно заглянул в распахнутые ворота котельной. Полумрак и тишина. Странно, как-то, а где все? На всякий случай сталкер перехватил автомат и зашагал в котельную. Оттуда наверх вели обветшалые ступени, хотя в верхние этажи можно было попасть и по внешней лестнице, но Спартану не очень нравилось шагать по этой ненадежной и проржавевшей насквозь конструкции.
Но не успел он и шага сделать в полумраке котельной, как неожиданно заметил изогнутый профиль мины направленного действия висящей на колонне на уровне своей головы. Сердце провалилось куда-то под колени, сами ноги ослабли, но что-то не давало испугаться окончательно.
— Замри, сталкер, — в тишине котельной негромкий голос незнакомца разнесся словно шелест ветра.
— Да уж, давно, — нервно проговорил Леонид. Вот оно что — мина до сих пор не сработала, значит либо взрыватель у нее проводной, который он еще не зацепил, либо она вовсе отключена. — Я Спартан, из вольных. Иду от бармена по делу. Думаю прибарахлиться у вас. Лады?
Невидимый собеседник усмехнулся и вышел из полумрака.
— Поднимайся на третий, там наш старший.
На ПДА отметка не появилась, значит, ответчик незнакомца выключен. Не дурно. Сколько же их здесь?
Забросив «Абакан» за спину, Спартан легко вбежал по широкой внутренней лестнице на третий этаж и шутливо отсалютовал троим сталкерам сидевшим у костра посреди большой комнаты.
— Мир вашему столу, бродяги. Есть кислородная снаряга на продажу?
Двое по виду были новичками, но не отмычками. Более независимый взгляд, поношенное снаряжение и качественное оружие. Один щуплый в потрепанной «Заре» нарезал хлеб и сало, у второго был замызганный комбинезон «свободовца», но со срезанными нашивками, и он помешивал похлебку в стареньком котелке.
Третий явно был ветераном. Самодовольный и самоуверенный, правый глаз в вечном прищуре из-за шрама, пересекшего скулу. На нем был новенький комбинезон непривычного покроя — по виду армейский «Скат», но без бронешлема, а с обычным капюшоном. Качественная двухрежимная маска с застежками и баллоны за спиной. В своем нынешнем положении, Спартану оставалось только облизываться.
— Ты бы еще в трусах пришел, — хохотнул старший, — Где снарягу посеял, салага?
— Придурок один попортил у болотца, — не стал скрывать Леонид, хотя его и покоробило обращение как к новичку. — Хочу вот новое приобрести. Есть что?
— Всегда имеется. И цена соответствующая…
Ветеран назвал такую сумму, что Спартан просто подивился человеческой наглости. Ну, есть же рамки!
— Э, папаша, я за такое бабло у Бармена экзоскелет возьму, и он мне еще три рожка отсыплет.
— Без проблем, — оскалился старший, — хозяин — барин. Иди и покупай.
Разумеется, он никуда не пойдет и это понимали все.
— Ладно, дайте подумать, — Леонид уселся на пол и сбросил свой рюкзак. — Ужинать пора, а я без обеда еще…
— За это бабки не берем, милости просим, — странно, но за время беседы новички так и не проронили ни слова. Немые они что ли? Или дрессированные…
Время стремительно утекало. За окном поползли длинные тени. Эти четверо видимо просто коротали время в ожидании Выброса. Новички оказались не немыми и не дрессированными. Обычными. Вели меланхоличные беседы о былом, старший пару раз потренькал на гитаре, а затем отложил ее на разбитый диван, стоявший в углу комнаты у металлических шкафчиков. Затем один из молодых отправился вниз, чтобы сменить стража у ворот.
Этот оказался балагуром.
— Я говорил нет здесь никого, — едва появившись на лестнице заговорил он, — А ты кровососы, кровососы… Пускай Резак снимает мины, скажи ему, Бычара.
О, точно. Вылитый бык. И «быкует» умело…
— Ну, как, сторговались? — заприметив Спартана, вошедший сменил тему.
— Да жлобы тут все, — лениво отозвался Леонид, старательно изображая хамоватого, но несмышленого новичка.
Бык злобно сверкнул глазами, явно намереваясь хорошим ударом заткнуть не в меру разбазарившегося новенького, но тут снизу раздался отчаянный вопль. А следом утробный рык.
— Кровосос! — вскочил Леонид, чувствуя, как по жилам растекается адреналин. Теперь не до игр. Притворяться несмышленышем бесполезно.
Упруго хлопнул направленный взрыв — это сработала мина. Ему вторил новый рык
— Не достала! — выкрикнул Бык, — стволы готовьте! — и рванулся к лестнице.
Мощный удар из полумрака почти смял его лицо, и тело по дуге отлетело назад и распласталось на пыльном полу. Из кровавого месива, чем теперь стала его голова, торчали обломки костей. Следом метнулась тень — словно загустевший в виде двухметровой фигуры воздух и два желтых глаза. Спартан задом ушел в нишу справа от лестницы и, припав на колени, прикрыл глаза, настраиваясь на схватку. Рявкнул отчаянно и звонко автомат одного из новичков почти сливаясь с ревом монстра. А затем, на второй трети рожка замолк.
— Пошел!
Кувырком Спартан выскочил из укрытия, одновременно выходя в стойку на одно колено и вскидывая автомат. Большим пальцем сдвинул тумблер коллиматорника. Вспыхнула галка прицела, повиснув в центре размытой фигуры кромсавшей у окна тело молодого сталкера.
Палец дрогнул, и автомат, отбрасывая взад-вперед ствол, начал выплевывать короткие — по две пули — очереди. Тварь взревела и, бросив труп, рванулась к Спартану, бесстрашно принимая в грудь смертоносный свинец. «Абакан» отсчитывал мгновения, всаживая пулю за пулей в тело монстра, а затем Леонид кувырком ушел в сторону, пропуская тварь. Еще очередь в спину обретающего из-за полученных ранений плоть кровососа, и выронив автомат, Спартан рванул из-за спины свои ножи. Кровососу этого времени хватило, чтобы развернуться, но мощный удар лапами сталкер успешно парировал клинками и со всего маху пихнул монстра плечом в грудь — уж куда достал… Инерции и силы удара было достаточно, чтобы вытолкнуть мутанта из комнаты на узкую внешнюю лестничную площадку. Звонкая оплеуха разорвала капюшон, бросила сталкера на колени, и Спартан, чувствуя как хлещет из носа кровь, всадил свой нож в бедро тварюги. Оттолкнулся и, уклоняясь он нового удара, отпрыгнул назад. Хлопнулся на спину и, не спуская с мутанта глаз, отыскал автомат. Видимо кровосос понял своим звериным разумом, что противник ему не по зубам и потому взревев напоследок, заковылял по лестнице вниз.
Спартан подхватил «Абакан» и рванулся следом. Еще с лестницы шарахнул из подствольника. Граната разорвалась позади удирающего монстра, обдав его осколками и тот устало опустился на колено, стараясь регенерировать изорванные в схватке ткани. Но сзади, с отчаянным воплем на него налетел Леонид. Ударил коленом, опрокинул и сдавил предплечьем шею и щупальца твари. Не замечая, как сучащие конечности разрывают комбинезон, нащупал торчащий в ноге кровососа свой нож и с размаху вонзил его в глаз мутанта. Затем еще раз. И еще. Он кромсал тесаком чужую плоть, пока монстр не перестал вопить и содрогаться в агонии.
Лишь после этого сполз с мутанта и хрипло сплюнул. Вытер рваным рукавом забрызганное кровью лицо. Кровавый дурман ярости уходил, оставляя усталость и боль во всем теле. Почувствовав движение, сталкер резко развернулся и рванул из кобуры пистолет.
— Свой, — поднял руки болтун. Странно, что он остался жив, — Классно ты его…
Спартан убрал оружие и подобрал свой тесак. Схватил в охапку пучок щупалец и коротко рубанул по челюсти монстра отсекая их. Швырнул трофей опешившему сталкеру.
— Это плата за снарягу, — и направился в корпус, на ходу сдирая с себя остатки изорванного в схватке комбинезона.
Бык был того же роста, что и Леонид, но немного шире — ремни пришлось подтянуть, но все равно, «Скат» сидел на нем как родной. Очки Спартан оставил свои, но вот маской, почти полностью закрывавшей лицо, и баллонами пользовался с удовольствием. Время поджимало и теперь сталкер торопливо пробирался обратно к болоту.
***
Любые звуки словно тонули в вязком полумраке тоннеля. Куда-то пропало даже эхо. Света фонарей едва хватало, и потому Каптер решился, и надел обычно сберегаемый на крайний случай, прибор ночного видения. Особого эффекта это не возымело, но поле зрения чуть улучшилось.
Странно, но после полосы аномалий и радиоактивных полей вот уже минут сорок путь был сравнительно чист. Все те же тускло поблескивающие в свете фонарей рельсы и поросшие мхом шпалы, каменистая насыпь и шершавый бетонный свод. И темнота впереди. Странно, но ГЛОНАСС-навигатор был глух и слеп, выдавая сплошное белое пятно, и это не нравилось Сигаре. Отмычки еще не роптали, но пару раз он уже слышал сдавленные ругательства под масками. Видимо, скоро будет предел. Однако старший с необъяснимы упрямством шел вперед.
Вскоре причина беспросветной тьмы впереди и исчезновения выхода стала ясна — путь до потолка перекрывала странная насыпь. Группа остановилась.
— На контроль, — хрипло приказал Каптер и, не оборачиваясь, чтобы удостовериться в исполнении приказа, подошел к насыпи.
Сигара зыркнул глазами на занимавших боевые позиции отмычек и шагнул к старшему.
— Что теперь, Каптер? — хотя он и старался, но в голосе явственно проступила досада.
Сталкер обернулся на ведомого. Откинул прибор ночного видения.
— Копать придется, Сигара. Ты же помнишь, вход с Агропрома чистый был.
— Сколько выбросов назад это было?! — теперь досада просто звенела в голосе ведомого. Он сам подивился этой нарастающей ярости.
Каптер бросил взгляд на отмычек и подступил в упор к ведомому:
— Ты чего несешь, бродяга? Забылся? — зашипел он.
Сигара толкнул старшего в грудь и отступил на шаг. Положил руки на автомат.
— Могли пойти обычным путем… Ты решил идти тоннелем, — ярость не проходила и прямо толкала выстрелить в ведущего. Однако, ведомый еще сдерживался.
— Вы, трое! — позвал отмычек Каптер, игнорируя и слова и жест второго номера. — Наверх насыпи и копайте проход.
Парни забросили оружие за спины и, достав лопатки, торопливо принялись копать.
Сигара отступил еще на шаг и присел. Каптер демонстративно повернулся к нему спиной, наблюдая за работой отмычек.
В голове ведомого стучала кровь. Все сильнее и сильнее. «Он презирает тебя, он не слушает твоих советов… Он жалкий и бездушный деспот, уверенный, что всегда прав… Почему именно он стал лидером? Потому что имеет некий авторитет? Да чушь все это! Он всегда был самоуверенным и всегда ошибался. И тогда, когда в первый раз пошел в Зону и сотни раз после!». Сигара отвернулся и сел полностью вытянув ноги. Стало душно и сталкер сорвал маску респиратора, но воздух уже пропитался пылью поднятой отмычками и ведомый закашлялся. Внезапно темнота перед глазами поплыла, звуки смазались в сплошное глухое завывание и Сигара словно растворился в этой темноте…
— Готово! — выкрикнул Шпала, почувствовав, как его лопата провалилась в пустоту.
Еще несколько ударов проделали дыру достаточную, чтобы разглядеть другую сторону. Темноту внезапно прорезал рассеянный луч света.
— Там костер, старший, и сидит кто-то…
Автоматная очередь перерезала отмычку пополам, и тот переломился в поясе и скатился по насыпи к ногам Каптера.
— Ах ты…
Сознание словно взорвалось — всех скрутила неведомая сила выжигающая остатки воли и оставляющая лишь жуткий природный инстинкт убийцы.
Шило рванул из-за спины обрез и разрядил его в Каптера, но тот мгновением раньше уже отпрыгнул в сторону от второй очереди Сигары, сам стреляя из пистолета. Еще несколько выстрелов и стало тихо…
Шатаясь словно сомнамбула, окровавленный сталкер руками дорыл проход, на коленях выполз из душного тупика и скатился к костру у подножия насыпи.
Чернобыльский пес обнюхал его и, поджав хвост, потрусил к своему хозяину, указывая путь и человеку. Тот, не вставая пополз вперед, не видя, но ощущая того, чья ментальная сила и власть заставила его убить товарищей по группе. Впереди, в окружении свиты из кабана, еще пары собак и снорка, пошатываясь, стоял контролер.
***
Над Агропромом шел дождь. Как-то внезапно это получилось — Леонид еще только оборудовал свою лежанку на вершине обрыва над болотом и присматривал укрытие от скорого выброса, как вдруг небо — вполне себе ясное с утра — затянуло черной непрозрачной массой и потекло… Пришлось натягивать над лежанкой маскировочную накидку, чтобы хоть как-то защититься от этой неприятности. Хорошо хоть ветер стих.
Со своего наблюдательного пункта сталкеру было отлично видно почти все болото. Ну, не совсем болото. Скорее всего, раньше это был просто котлован, куда после первой аварии сгребли весь радиоактивный мусор с территории — даже вагон-теплушку. Со временем котлован заполнила вода, вырос камыш, завелись снорки, глинистые берега оплели красные колючие кусты — и все это стало болотом Агропрома, как бы в противовес пересохшему Янтарному озеру. Все это за долгие годы пропиталось радиацией и обросло аномалиями, так что сталкеры старались обходить его стороной. Да и надежная дорога на Янтарь, некогда шедшая вдоль болота, со временем исчезла. Наверное, после второго Большого Выброса редкий бродяга забредал в эту глушь.
Вообще, Агропром пользовался некой популярностью только в первые годы сталкерства в Зоне. Одна из немногих промзон достаточно открытая и безопасная — мутантов тут водилось на порядок меньшее, чем на той же Свалке. Но со временем здесь все чаще стали появляться военные, затем где-то тут что-то жутко важное нарыли диггеры и понеслось… Во время войны кланов Агропром делили одиночки и «должники», периодически их пытались выдавить «Ренегаты». Тогда-то территорию в поисках падали и заполонили мутанты. Кого здесь только не было — от обычных слепых собак, до кровососов и контролеров. Все это и сыграло свою роль во временной потере интереса к Агропрому со стороны обычных сталкеров. Новички опасались идти сюда из-за боязни встречи с сильными мутантами, ветеранам здесь было уже не интересно — они рвались к центру, в Рыжий лес, надеялись отыскать тропу в потерянный Лиманск и подземелья Припяти, с боями пробивались к самому Мертвому городу, ученые, почему-то, тоже не особо интересовались бывшим НИИ, и Агропром опустел. Сейчас, даже как-то странно вспоминать, что в свое время его то и дело отбивали друг у друга враждующие группировки…
Моросящий первое время дождь только усиливался. Темные тучи начали приобретать красноватый оттенок то ли из-за заката, то ли из-за приближающегося выброса. Спартан поерзал на «пенке» раздумывая, не развести ли костерок, а то так и простудиться не долго. Но ограничился приемом внутрь. Спирт приятно обжег горло и покатился дальше, разнося по телу тепло и некоторое возбуждение. Детектор артефактов по левую руку, автомат — по правую, к глазам — бинокль.
Снорки скакали по мелководью то и дело ныряя с головой — охотились. Кого они там вылавливали, Спартану не было видно, да он и не особо этим интересовался, пока они не решат полакомиться человечиной. Главное, что бы не помешали, когда придет время.
Зажужжал ПДА — пришло сообщение-некролог: «Сталкер Иван Шпала. Агропром. Пулевое ранение». Затем еще пара: «Сталкер Димон Шило. Агропром. Пулевое ранение» и «Сталкер Валентин Щепка. Агропром. Пулевое ранение». Прозвища погибших были Спартану известны — все трое являлись штатными отмычками бывшего приятеля Каптера. И это мигом заставило задуматься. Три отмычки за несколько минут погибли в перестрелке. На Агропроме. Это значит, что и сам Каптер где-то здесь. А вот это уже неприятность. Что бывший приятель, еще вчера вечером горевший желанием поквитаться за прежние неприятности со Спартаном, делает здесь за несколько часов до Выброса? Разве он не должен еще отмечать прошлый рейд в баре? Какого черта он поперся именно сюда? Уж не за ним ли? Выстрелов Спартан не слышал. Но совсем недавно и он сам палил из автомата и тогда, в горячке боя, было не до прислушивания в поисках далекой пальбы. Судя по сообщению, все трое погибли здесь, значит, из Ростка Каптер ушел еще утром! Почему Бармен не предупредил своего добытчика? Не знал, или это было контрпредложение? Типа, кто быстрее? В добросовестности работодателя Спартан нисколько не обольщался — делец всегда за то, где больше выгоды, а значит, вполне мог послать «дублеров».
Скверно… Но больше проблем было в том, кто именно напал на группу Каптера. Других сообщений о смертях нет, значит либо нападавшие не имели ПДА, совсем как те два идиота, что попались Спартану днем, либо из них никто не погиб, а группа Жоры угодила в засаду. Но погибли только отмычки… Или все проще? Молодняк пошел на вольные хлеба и сгинул при случайной встрече с бандюками при переходе на Агропром? Странно, что точных координат места гибели не прилагается, только обозначение территории. Значит что, место закрытое и ПДА не смог «нащупать» спутники для точной привязки? Может, помещение, какое или…
Ох, черт… Неужели они полезли в Тоннель? Надеялись срезать путь и избежать возможных патрулей армейцев? Что же там произошло?
Снова завибрировал ПДА. Сообщение от Бармена: «Мама-Зона знает, я его отговаривал. Но ты молодец». Стало совсем непонятно.
А затем все встало на свои места. Либо Бармен лукавит и пытается обелиться перед добытчиком, после провала операции с «дублерами», либо он и правда не был в курсе нового рейда Каптера и решил, что тот нашел Спартана, но трагически погиб в схватке с ветераном. Вместе с отмычками. Стоп. Но сообщения о гибели самого Жоры или его второго номера так и не пришли!
Выходит либо все не так, как думается, либо они еще живы. Ну и ладно.
С неба загрохотало. Тучи приобрели кроваво-красный оттенок и среди них замелькали отблески молний — приближался выброс. ПДА выдал предупреждение научников — «Выброс аномальной энергии Зоны ожидается в течении 60 минут». Какие они всегда педантичные, аж смешно становится… Не проще ли сказать — мужики, выброс в течении часа, плюс-минус полчаса.
Укрытие Леонид присмотрел себе уже давно — узкая дренажная труба наискосок уходящая в берег — видимо слив с хоздвора. В плечах подходит, решеток нет. Если поставить пару растяжек, то никто другой туда и не сунется — особенно эти твари прыгучие.
Снорки по-прежнему задорно скакали по болоту — приближающийся выброс их особо не беспокоил. Конечно, когда громыхнет по-настоящему и они забьются в норы, ну так говорят. А как там на самом деле, одни мертвые знают…
Внезапно по северной оконечности болота начало разливаться сияние. Сначала синее, а затем переливающееся в оранжевый. Началось!
Спартан выскочил из своего укрытия. Положил на сгиб левой руги ствол автомата, в саму руку — детектор, и начал спускаться по крутому обрыву к месту свечения, которое уже потихоньку начало выдавать все цвета радуги. Детектор словно взбесился. И звуком и индикацией он выдавал сильнейшее аномальное поле, но что его вызывало? Аномалия, артефакт или все-таки грядущий выброс?
Спартан уже по колено вошел в воду и, едва не увязая в илистом дне, побрел к границе сияния. Замер у кромки и достал болт. Швырнул прямо в центр. Никакой реакции. Достал новый и бросил у края кромки свечения. Вода забурлила сворачиваясь в воронку и с шумом расплескала в стороны брызги и грязные струи.
Ясно, тут аномалия. Пойдем другим путем. Новыми болтами сталкер нащупал безопасный проход к центру. Иначе не было и смысла искать артефакт — без детектора тот не обретет свою настоящую форму и так и будет кататься в виде сгустка аномальной энергии.
Первый шаг в сияние. Почему-то стало трудно дышать. Спартан переключил режим маски и теперь дышал только воздухом из баллонов. Немного полегчало. Небо словно раскололо многокилометровой змеей молнии ушедшей к хоздвору.
Еще шаг. Детектор вопил. С громкий плеском разрядилась аномалия у противоположной кромки свечения — в нее по глупости душевной и из-за собственной жадности угодил снорк: его завертело в воде, а затем буквально разорвало на кровавый дым.
Еще шаг. Сердце начало колотиться от волнения, застрекотал счетчик Гейгера — радиация начала расти.
Еще шаг. С плавным хлюпаньем из воды выплыла полуметровая сияющая сфера и, закачавшись, повисла в воздухе. Спартан метнул в нее болт, но не попал — железка по странной траектории обогнула сияющее нечто и улетела в сторону.
Сталкер отстегнул от поддона рюкзака коробку контейнера и открыл крышку. Включил магнитный механизм и шар, сжавшись до приличных размеров, вплыл в контейнер. С негромким щелчком захлопнулась крышка устройства. Сияние исчезло.
Загрохотало уже вокруг. Поднявшийся ветер срывал с деревьев вечно красную листву и, кружа, разносил этот мертвый мусор по округе. Молнии начали разряжаться с пугающей частотой, окрашивая черно-красное небо в бело-синие полосы. Земля вздрогнула, выгнулась, и лопнула в нескольких местах, обнажая оплавленные края и выпуская силу гравитационной аномалии, по уцелевшим металлическим конструкциям поплыли кривые щупальца «Электр», всколыхнулись и поползли огненные столбы «Жарок».
Зона в очередной раз переделывала свой мир…
***
Сознание вернулось как вспышка. Широко распахнув глаза, сталкер смотрел в шершавый бетонный потолок, округло уходящий в стороны, и не понимал ничего. Затем сработал рефлекс. Взгляд на ПДА. Выброс завершен. Короткий самоанализ. Воспоминания на месте, ничего не забыто, провалов в памяти не наблюдается. Затем ревизия оружия и снаряжения. Короткие хлопки по снаряжению. Переключение режима работы маски. Выдох и взгляд в сторону выхода.
В момент первого удара Спартан просто отключился, поскольку едва успел нырнуть в свое укрытие, и видимо его-таки зацепило пси-волной. Теперь по трубе распространялся пульсирующий хлопающий звук — выход был перекрыт большой неприятностью в виде «Трамплина». То есть, выхода нет. Сталкер пожал плечам. Ну, нет, так нет, в принципе, возвращаться по своим же следам, не самая хорошая привычка.
Он перевернулся на живот и, включив фонарик, пополз вперед, надеясь, что это именно слив с хоздвора и впереди его не ждет тупик.
***
После выброса небеса Зоны обычно занимали летучие группы армейцев на «Крокодилах». Знали, что именно в это время сталкеры покидают свои укрытия и начинают сбор артефактов. Тогда же отправляются и экспедиции научников. Да и у зверья начинается гон, и они несутся, не разбирая дороги от центра Зоны. Самое время сделать статистику и выполнить план по задержанным, сопровожденным и уничтоженным.
Ми-24 кружили над основными территориями сталкерства, однако, не забираясь к центру. То и дело пикировали к земле, расчерчивая небо очередями и стрелами НУРСов.
Над Агропромом кружила всего одна вертушка — армейцы не хуже сталкеров знали, что делать здесь особенно нечего. «Крокодил» сделал пару разворотов над хоздвором, затем ушел к НИИ, там резво пострелял во что-то более интересное — скорее всего, разогнал стадо кабанов и плотей, и снова вернулся к хоздвору.
Пилот явно скучал. Десантная группа в салоне — тоже. От скуки они шарахнули из пулемета по центральному корпусу, но неожиданно в ответ из черных провалов окон на третьем этаже в небо взмыли две стремительные дымные стрелы.
У вертушки не было ни одного шанса. Получив в борт сразу две ракеты, Ми-24 запылал, завертелся, отрубил обломками несущих лопастей себе хвост и, кружа, рухнул чуть севернее хоздвора за наблюдательной вышкой, взметнув в небо столб земли, обломков и черно-красного дыма…
***
Глухой упругий удар Леонид почувствовал всем телом. Из сочленений трубы посыпалась крошка и ржавчина. ПДА молчал. Удар не повторялся. Значит не землетрясение и не запоздалая гравитационная аномалия. Больше похоже на взрыв. Причем сильный. Очень.
Работая локтями и коленями, Спартан энергичнее пополз по трубе, сбивая стволом автомата паутину впереди. «Вечно я в какие-то подземелья попадаю», — усмехнулся он.
Труба оказалась не сливом, а чем-то вроде вентиляции, хотя подобное расположение вытяжки весьма и весьма спорно. Возможно, выбросы и гравитационные аномалии со временем настолько изменили местный ландшафт? Впереди вдруг оказалось подобие коллектора с большим вентилятором, за которым виднелось вполне себе обжитое помещение с парой матрацев, скрипучей вращающейся лампочкой аварийного освещения, столом, и картами на стенах.
Выбив вентилятор, Леонид спустился в комнату. Быстро осмотрелся. Нашел бронированную дверь, заваренную и покрытую ржавчиной — видимо уже давно не открывавшуюся, затем отыскал еще один выход — и снова трубу. На этот раз более широкую, вертикально уходящую вниз, с очередным вентилятором вверху — «Опять вытяжка?» — и лестницей. Кроме заплесневевших от времени карт в комнате больше ничего ценного не было — видно, что ее уже не один год никто не посещал. Своеобразная пыль, покрывавшая пол, не тревожилась очень давно, и новые следы отпечатывались на ней как протектор астронавтов на лунном грунте.
Спартан осторожно прокрался к выходу и, посветив вниз, не обнаружил ничего опасного. По-спецназовски быстро съехал, выглянул из основания воздуховода и вылез в искривляющийся темный коридор.
Здесь пахло сыростью и озоном — видимо где-то поблизости много воды и «Электр». Звенящую тишину то и дело нарушали поскрипывания металлических конструкций и легкий шелест осыпающейся бетонной крошки, словно подземелье дышало и ворочалось в полудреме. Изредка издалека доносился треск разрядившейся «Электры».