В десять тридцать начали прибывать в Сенатский дворец участники Совета безопасности.

Как и ожидалось, собрались все, кроме директора ФСБ, начальника Следкома и министра обороны. Все прибывшие уже были зомбированы Хусруллиным в ходе личных встреч и вели себя соответственно, как засыпающие на ходу люди. Обычно в кулуарах дворца слышались голоса десятков собравшихся, включая журналистов и сотрудников безопасности, шутки и смех, но сегодня повсюду стояла тишина. Запрограммированным было не до шуток, да и психотронные разряды не давали облучённым воспринимать действительность адекватно, воздействуя на психику, поэтому встреча самых высших фигур российской власти напоминала съезд похоронного общества «Мемориал».

Хусруллин подумал об этом мимолётно, решив после совещания поговорить с создателями зомбера о более тонком воздействии пси-излучения на людей, чтобы их поведение не бросалось в глаза.

Совещание началось в четверть двенадцатого – ждали опаздывающего министра обороны. Когда вместе с ним в зал заседаний вошел директор ФСБ, обрадованный президент чуть ли не заплясал на месте. Честно говоря, он сомневался в способностях Слоневского работать качественно, однако, как оказалось, тому удалось совершить подвиг и запулить в головы главных идейных противников Хусруллина пси-закладки.

Тот едва удержался, чтобы не броситься к генералам и заключить их в объятия, как это делал президент Ельцин, лобызая зарубежных гостей.

– Рад вас лицезреть, Павел Романович, Иван Егорович, мы уже не надеялись, что присоединитесь к нам.

– Дела, – сухо ответил министр, уклонившись от рукопожатия под видом борьбы с ковидом. Козодоев просто кивнул, не приближаясь к президенту. – Надеюсь, мы недолго будем совещаться?

– Совсем недолго, только решим одну задачку.

Министр кивнул и сел не на своё обычное место по правую руку от президента, а с краю стола, ближе к двери. Козодоев занял стул рядом. Впрочем, возбуждённый их появлением Хусруллин не обратил на это внимания.

– Господа… э-э, товарищи, начинаем.

Клипса смарта в ухе Хусруллина издала покашливание: так был настроен вызов мобильного.

– Слушаю, – недовольно сказал президент, понизив голос.

– Анатолий Павлович, – послышался в ухе голос пресс-секретаря Навкина, – передок спрашивает, можно ли пропустить к вам двух посетителей?

– К-какой передок? – не сразу сообразил Хусруллин, ещё не усвоивший всех чисто президентских обиходных словечек.

– Передок – пост главного входа в здание Сената.

– Что за бред?! Нашли время! После совещания! Разберись и доложи!

Голос Навкина пропал.

– Сегодня у нас один вопрос… – И снова президент не договорил, потому что дверь распахнулась и в зал вошли трое: Навкин, тощий, вечно потный, с растрёпанными волосами, и люди, о которых он говорил, молодой человек лет двадцати шести с открытым приятным лицом, и женщина чуть постарше, невероятно красивая, хотя и чересчур строгая на вид.

За ними бесшумно ворвался в зал отряд спецназа в боевых спецкостюмах в количестве шести бойцов.

– Вы кто… – начал президент и осекся, поняв, кто стоит перед ним.

Гости шагнули к столу, один слева, другая справа.

Вытаращив глаза, президент вскинул руку с браслетом зомбера. Глаза его стали чёрными, словно обуглились.

– Не надо, – покачала головой женщина. – Привет, ассасин. Надеюсь, ты хорошо осведомлён о своей родословной?

– Ты… о чём?!

– Как вас там окрестили, на Голдхоуле? Отрицающие жизнь?

– Пренебрегающие жизнью… – автоматически ответил президент, не осознавая, что говорит. – Откуда вам это известно?! Кто вы?!

Жанна повернула голову к спутнику.

– Говори.

– Я посланец Баадена бин Салаха, верховного жреца Великого Кагала Соединённых Штатов Абсолюта, эмиссара Вседержителя. – Нестор кивнул на Жанну. – Твоя порода, Хус Рул Лиин, вне закона уже два десятка тысячелетий, сроку давности эта история не подлежит, и я уполномочен передать тебя и твоих подельников Истинному Суду Кагала!

– Чёрта с два! – прошипел президент, вскакивая и направляя на Нестора циферблат часов, под которые был замаскирован психотронный генератор. – Сдохни! Охрана – взять их!

Вскочили и сидевшие за столом участники совещания, напоминая испуганную стаю ворон. К ним тотчас же метнулись альфовцы, отнимая у всех мобильные телефоны. За столом остались сидеть только Козодоев и министр обороны.

Но, вопреки ожиданиям Хусруллина, импульс зомбера не произвёл на гостей никакого впечатления. Сколько он судорожно ни тыкал пальцем в браслет, ни молодой человек, ни его спутница, не застыли столбами и не потеряли сознания.

– Охрана! – блеющим голосом повторил президент.

Однако никто из личной охраны президента в зале не появился. Альфовцы в «сотниках» застыли за шеренгами стульев, направив на присутствующих стволы пистолетов-пулемётов.

Наступила тишина.

Где-то за стенами сенатского дворца вякнула сирена и замолкла, отражая общее состояние шока в главной властной цитадели России.

– Не имеете права… – заикнулся бледный вспотевший президент, опуская руку с браслетом и опираясь двумя руками на столешницу.

– Имеем! – поднялся с места министр обороны. – Именем Российской Федерации вы арестованы!

– Подождите, Виталий Романович, – сказала Жанна. – С этим не надо торопиться. Сознание президента в настоящий момент оккупировала личность вице-президента правительства Хусруллина, который на самом деле является Смотрящим, то есть эмиссаром известного и вам «Комитета 300». Мы освободим Анатолия Павловича от неё, и он сможет продолжить руководить государством.

Министр повернулся к директору ФСБ.

Козодоев тоже встал, кивнул.

– Она права, Виталий Романович, не стоит торопиться. Общественность не знает, что происходит в Кремле, знают только эти люди, волею случая перешедшие на сторону наших врагов. Их тоже можно перезагрузить без ущерба для существующего порядка вещей. Пусть этот финал заседания Совбеза так и останется в этих стенах. Мои парни прошерстят всех выявленных пособников Хусруллина, и мы обойдёмся без революций, майданов и кровопролития. Россия жила, живёт и будет жить вопреки всем подлым расчётам предателей. Не придётся поднимать на баррикады ни армию, ни народ.

– Как он смог, – министр глянул на президента, пожевал губами, – каким образом Хусруллину удалось запрограммировать Анатолия Павловича?

Козодоев кивнул кому-то.

К президенту бесшумно подошёл спецназовец, умело снял у него с руки, не обращая внимания на сопротивление, браслет псевдочасов, обыскал карманы, обнаружил ещё один пенальчик, напоминающий мобильный смарт, а также вижн-очки, подал директору.

Козодоев обеими руками взвесил всё это богатство.

– Американцы существенно опередили нас с разработкой пси-техники, которая действительно работает и опасна. Однако они не учли главный наш козырь – людей. Вот эти ребята, – Иван Егорович кивнул на Нестора и Жанну, – оказались сильнее во всех смыслах. И так будет всегда.

– Хорошо поработали, – согласился министр. – Ну а с ним что?

Все посмотрели на осевшего на стул президента.

– Мы выселим из его головы психовирусного квартиранта, – сказала Жанна, – и отнесём на родину, где его будет судить нынешняя власть системы Голдхоула. О ней речь ещё впереди. Потом очистим авгиевы конюшни правительства и администрации от явных и тайных врагов, не боясь, что кто-то из них всадит, образно говоря, нож в спину.

– Взрыв мозга! – покачал головой Виталий Романович, изобразив слабую улыбку. – Никогда не верил в сказки фантастов об инопланетянах. Но жизнь вносит коррективы. Моя помощь нужна?

– Уже нет, – отказался Козодоев. – Я надеялся, что мы обойдёмся без армейского десанта, и оказался прав. Спасибо, что поверили, Виталий Романович!

– Третий, отбой «Грому»! – проговорил министр, ни к кому особенно не обращаясь, что означало – он всё время был на связи со спецназом ГРУ. – В таком случае, если я не нужен…

– Пока нужны. Процедура депрограммирования не займёт много времени, мы проверим, не остались ли следы пси-воздействия у Анатолия Павловича, и вы уедете.

– Хорошо.

– Ты отвезёшь его? – повернулась к Нестору Жанна. – Или я?

– Лучше вместе, – с улыбкой ответил он.

– Товарищи, мы на несколько минут покинем эту планету, – с преувеличенной серьёзностью сказала Жанна, – и будем вне связи. Просим не волноваться и дождаться нашего возвращения.

– Дождёмся, – сказал подошедший к ним спецназовец, откинул забрало шлема, и все увидели невозмутимое лицо Виктора Бокова.

* * *

Личность Хусруллина в пси-сфере президента не оказала никакого сопротивления, когда к ней подселились слиперы: ни экстрасенсом, ни паранормом этот потомок рептилоидов расы Пренебрегающих жизнью не был, не обладая достаточно сильной волей. В пространстве «дополнительной ментальной реальности» он выглядел скрюченным чёртиком с рожками и облезлым хвостиком, и общаться с ним было противно.

Тем не менее пси-десантники хорошенько дали ему «по рогам», а личность Баадена бин Салаха вообще чуть не растерзала «чёртика», заочно приговорив его к вечному одиночеству, и все четверо покинули гудящую голову президента, преодолев за одно мгновение тысячи световых лет до мира Мыследара.

У плазмиков за время их отсутствия ничего не изменилось.

Тело посланца Голдхоула сидело в кресле «подиума» – машины для перемещения в пространстве и смотрело перед собой пустыми глазами.

Нестор и Жанна пересадили в него «души» рептилоида и Хусруллина, не прислушиваясь к мольбам последнего «не скармливать его потомкам убийц», но Нестору было не жаль эту тварь в человеческом облике. Останься она на Земле, ещё попила бы кровь российского народа. При расставании Хусруллин издал вдруг такой ментальный вопль, что его можно было воспринимать как звуковую эпитафию на «надгробной доске»:

«Сдохните все! Я ещё вернусь!»

Попрощавшись с Бааденом и Мыследаром, слиперы вернулись в свои тела, просидевшие в зале заседаний Совбеза под присмотром Виктора. Капитан успел переодеться и предстал перед их взорами в обычном деловом костюме, на который никто не обратил бы внимания.

– Витя! – обрадовалась Жанна, протягивая к нему обе руки. – Как хорошо, что ты ещё здесь!

Боков галантно поцеловал ей кончики пальцев.

– Всегда готов быть рядом. – Он посмотрел на Нестора и добавил с прежним хладнокровием: – Если этот приятель не будет возражать.

– Буду, – засмеялся Нестор, испытывая облегчение. – А где все?

– Приехал Курчинский, инструктирует медиков, как надо декодировать людей с помощью зомбера. Хотя все наши начальники ждут вашей помощи.

– Поможем, – сказала Жанна. – А как наш президент?

– Нормально, мало что помнит о присутствии в голове «души» Хусруллина, но вроде бы начинает приходить в рабочее состояние.

– Как оказалось, что в наши разборки не вмешались Росгвардия и полиция?

– Павлов предупредил Торбана и министра МВД. – Виктор издал короткий смешок. – При их беседе я не присутствовал, но знаю, что наш военный министр пригрозил им устроить армагеддон и привёл в готовность номер один две воздушно-десантные бригады, готовые ударить по штабу Росгвардии и центру принятия решений МВД на Новочерёмушкинской. Кроме того, были готовы к штурму Кремля и спецподразделения ГРУ.

– Круто! – поёжился Нестор, вдруг осознав, что страна час назад находилась в шаге от гражданской войны. – Погибло бы много людей! С обеих сторон.

– Много, – согласился Виктор, – но победить врага, не уничтожив его, нельзя.

– Я никого не хочу уничтожать, – сказал Нестор огорчённо. – Хочу только, чтобы врагов не было.

Засмеявшаяся Жанна обняла его…

Июнь 2021