В комнату шумно вошла Анни.

— Вы что-то ищете? Может, я вам помогу?

— Черт возьми, нас застали на месте преступления, — не раскрывая рта, прошептал Натан.

— Я показываю Натану дом.

— Зачем? — спросила Анни. — Он что, собирается его купить?

Анни перешла все правила приличия.

— Мы отойдем на минутку, — обратилась Изольда к Натану, после чего взяла Анни за руку и вывела ее из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. — А теперь послушай, что я тебе скажу, — быстро проговорила она, смотря в глаза няне. — Я взрослый человек. И не надо ходить за мной. Я сама решаю, кого приглашать в дом и с кем дружить.

Анни заморгала, ее глаза наполнились слезами. Изольда обняла старушку, пытаясь исправить свою ошибку.

— Прости меня, Анни.

Но Анни отвернулась и пошла вниз. Изольда с сожалением вздохнула. Любовь к старой няне жила в ее сердце, но она не хотела, чтобы Анни следила за ними, будто Натан мог похитить столовое серебро.

Вернувшись в спальню, она увидела, что Натан уже поставил фотографию на прежнее место.

— Тебе еще что-нибудь показать? — спросила она.

— Думаю, мне лучше уйти.

— Не сейчас, я собиралась показать тебе остальную часть дома.

— Выставляешь его на продажу?

— Господи, не стоит иронизировать. Пусть Анни не думает, что ей удалось прогнать тебя. Поэтому продолжим экскурсию.

Она провела Натана по другим комнатам и рассказала историю каждой из них. Наконец они подошли к лестнице, ведущей наверх, в мансарду.

— Там три спальни и очень старинная ванная. Показать тебе розу, по которой я стучала?

— Да, это интересно.

Изольда поднялась первой. Здесь было душно, пахло пылью. Натан, обняв одной рукой Изольду за плечи, другой распахнул окно. Свежий воздух ворвался в помещение мансарды.

Натан не сводил с девушки глаз. Их губы сблизились, готовые раскрыться для поцелуя.

Но никто не двигался. Секунды текли одна за другой. Потом Натан улыбнулся.

— Вернусь лучше к Детке, — сказал он. — Пока она не перевернула все вверх дном.

Хорошо, что они не поцеловались! Еще неизвестно, чем мог бы завершиться поцелуй.

— Хочешь… немного прогуляемся? — предложила она.

Они шли по узкой тропинке, по краю золотого поля, на котором горели ярко-красные маки. Рядом бежала Детка.

Вскоре собака наткнулась на целый выводок кроликов. Зверьки проворно спрятались в норе, но один из них побежал к зарослям кустарника. Собака ринулась за ним и на полном ходу нырнула в самую гущу веток. Через секунду-другую оттуда раздался жалобный вой. Подбежавший к кустам Натан тщетно пытался разглядеть что-либо в густом переплетении ветвей.

На Натане была тонкая футболка с короткими рукавами — слабая защита от острых шипов. Немного поколебавшись, Изольда расстегнула джинсы и решительно сняла их.

— Засунь в них руки, — предложила она.

— Вот будет замечательно, если придет Анни, — улыбнулся Натан. Тем не менее просунул руки в штанины и смело полез в заросли. — Я почти у цели, — крикнул он через минуту. Теперь из листвы торчали только его ботинки. — Все хорошо. Сиди смирно, мой великий охотник.

Визг усилился и стих. Когда Натан выбирался из кустов, раздался треск рвущейся ткани. Как потом оказалось, это Детка вцепилась зубами в джинсы.

На руках Натана алели царапины, из нескольких порезов на лице текла кровь.

Смущенно улыбаясь, парень протянул ей ее джинсы.

— Прости, они немного потрепались.

Да, придется выкинуть! Изольда натянула на себя то, что еще недавно было джинсами, и расхохоталась:

— Мы выглядим как после боевой схватки.

— Ну, у тебя еще вполне пристойный вид.

Действительно, из них троих Натану досталось больше всех.

— Сначала заглянем ко мне, ты примешь душ, иначе Поппи упадет в обморок, увидев тебя, — предложила она.

Оставив Детку в сарае, они вошли в дом.

К комнате Изольды примыкала душевая.

— Будь как дома, — смущенно проговорила девушка, распахивая перед Натаном дверь. — Не буду тебе мешать.

Сменив джинсы, она вернулась к душевой и постучала в дверь.

— Тебе нужно чем-нибудь помочь?

— Заходи, — послышался ответ.

Склонившись над раковиной, Натан смывал грязь и кровь.

Изольда залюбовалась его загорелой кожей и крепкими мышцами. Ей так хотелось прикоснуться к ровной коже, покрытой капельками воды, что она не удержалась и подошла поближе.

— Могу принести другую футболку, — пролепетала она.

— Благодарю, — кивнул Натан. — Не стоит… до мансарды Поппи два шага.

— Конечно. — Губы пересохли, а глаза… они видели только Натана. Наверняка у ее нового друга много поклонниц. С такой внешностью и обаятельной улыбкой… Изольда смущенно отвернулась. — В ранки могла попасть грязь. — Девушка открыла настенный шкафчик. — На вот, смажь.

Она нашла йод, дрожащими пальцами открутила крышку. Затем взяла ватный тампон, обмакнула его и передала Натану вместе с баночкой. А сама стала обрабатывать царапины на спине.

— Оказывается, ты прирожденная мучительница, — заметил он.

— Ошибаешься. Я роза без шипов. А те, дикие розы, которым ты обязан своими страданиями, относятся к совершенно другому виду.

— Можешь считать, что ты меня убедила, — вздохнул Натан и потянулся за футболкой. — Предлагаю переодеться, забрать собаку, и… оставшийся летний день — в нашем полном распоряжении.

— Предложение заманчивое. — Идти неведомо куда под теплым летним солнцем, быть свободной как ветер что может быть прекраснее!

Натан и Изольда спускались вниз, когда в холл бодро вошел молодой человек, взялся за перила лестницы, поднял голову и застыл на месте, мгновенно нахмурившись.

— О Господи… Филип! Он обещал сегодня зайти, — с ужасом прошептала Изольда.

— Неудивительно, что он так нравится твоему дедушке, — весело заметил Натан. — Идеальный жених во всех отношениях.

Глава третья

Филип смотрел на нее горящими глазами и молчал. Его можно было понять: Изольда вышла из спальни с обнаженным до пояса незнакомым мужчиной в рваных джинсах.

— Филип Линдси — Натан Колман. Натан живет у Поппи. Он взял собаку, — запинаясь, сказала она.

— Какую собаку? — хрипло спросил Филип.

— Вчерашнюю собаку, помнишь? — Линдси еще не вышел из оцепенения, а Изольда продолжила: — Собака погналась за кроликом и запуталась в кустах боярышника. Натан доставал ее оттуда и поцарапался.

Она покраснела так, будто рассказывала о свидании, а не о собаке.

Филип мог, когда они остановились рядом, разглядеть на груди Натана потемневшие следы царапин, идущие от ребер до ремня низких джинсов. Но, судя по мрачному взгляду, ее жених мысленно представлял, как она оказывает первую помощь значительно ниже ремня. Филип преградил им путь и резко спросил:

— Куда вы собрались?

— Погулять с собакой, — ответила она, направляясь к выходу. — Хочешь составить компанию?

— Нет, спасибо, — отрывисто сказал он.

Изольда, не оглядываясь, вышла на улицу. Пусть они оба идут следом или остаются, ей было все равно. Хотя Филип, возможно, попытается остановить Натана, а тот, скорее всего, подчинится, чтобы не обострять ситуацию. Она прошла по саду, остановилась у орехового дерева и только там обернулась. Натан вместе с Деткой шел к ней от сарая.

Филипа нигде не было видно. Изольда открыла ворота в красной кирпичной стене, ведущие в соседний сад.

— Он что-нибудь сказал тебе? — поинтересовалась она, когда Натан подошел поближе.

— Что он мог сказать, кроме «до свидания»? Ты ведь убежала. Всегда так с ними обращаешься?

— С кем? — Хотя было понятно, кого он имеет в виду.

— С друзьями. Возлюбленными. Филип ведь и то, и другое, не так ли?

Изольде стало не по себе.

— А что мне оставалось делать? Ты слышал, как я рассказывала о нашем приключении. Потом предложила пойти вместе на прогулку. Хочешь, чтобы я пошла к нему? Еще не поздно.

Они вошли в сад Поппи и сели рядом на деревянную скамью у забора.

— Нет. Предпочитаю, чтобы ты осталась со мной.

— Отлично, пока наши желания совпадают. — Филип Изольде нравился. И обижать его ей не хотелось. Но чувства к Натану… они другие… рядом с ним каждую минуту ей кажется, что может произойти что-то невероятное, а если Натана рядом нет, становится скучно.

— Не стоит слишком беспокоиться о Филипе, — сказал Натан. — Он же спокойно отпустил тебя на прогулку с другим мужчиной.

— Линдси — цивилизованный человек. Вот и все объяснение.

Натан удивленно поднял брови.

— Гордый и принципиальный. Похож на твоего дедушку, так?

— Трудно найти более разных людей, — улыбнувшись, ответила она. Предусмотрительный и пунктуальный Филип отличался от экстравагантного, общительного графа как небо от земли.

У нас с тобой тоже мало общего, подумалось Изольде. Хотя это не помешало бы ей оказаться в крепких объятиях Натана, опустить голову на его сильное плечо. Да, они могли влюбиться друг в друга и даже подняться на самую вершину счастья. Конечно, не здесь и не сейчас. Но, пожалуй, ей и Натану не суждено стать родственными душами.

Он осторожно погладил щеку Изольды, коснулся подбородка кончиками пальцев и посмотрел ей прямо в глаза так, что дыхание перехватило.

— Привет, я здесь! — вывел ее из забытья тихий голос.

Еще вчера они не подозревали о существовании друг друга. И их отношения с самого начала обещали быть только приятельскими. Но почему-то рядом с Натаном ей гораздо лучше, чем с любым из друзей.

— Я рада, что мы встретились, — сказала Изольда.

По прошествии времени она вспомнит эти дни как краткое летнее безумие, но сейчас каждая минута сулила неслыханную радость.



Воскресным утром они сели в старый «порше» и поехали навстречу солнцу. Детка устроилась на заднем сиденье. Натан был прекрасным водителем.

— Куда мы едем? — спросила она.

— Подальше от всех, — улыбнулся Натан.

— Как интересно. Раньше меня никто не похищал.

— А твой дедушка в состоянии заплатить выкуп?

— Какую сумму?

— Надо подумать. Дай мне время.

Небольшой супермаркет показался им подходящим местом для покупок. Мужчины провожали взглядами светловолосую красавицу, а Натан привлекал внимание женщин.

Проволочная корзина наполнялась продуктами.

Даже этот простой поход за продуктами для загородной прогулки приносил Изольде радость. Она решила, что, кроме Натана, сегодня ей никто не нужен.

Они расположились на небольшой полянке среди деревьев и сразу отправились на прогулку. Детка бежала сзади.

Изольда рассказывала в основном о себе и о дедушке, потому что Натан проявлял к этим двум темам особый интерес.

Неожиданно они набрели на водопад с небольшой заводью, тут же открыли походные сумки с едой, побросав их на прибрежную гальку.

Вокруг резвились и другие любители загородных прогулок. Но Изольде все эти люди казались тенями на маленьком островке, предназначенном для них двоих.

Детка плескалась в воде. Посмотрев на нее, Изольда скинула туфли и подставила ноги под струю водопада.

— Ты умеешь плавать? — спросил ее Натан.

— Умею, и очень хорошо.

— Тогда завтра поедем на побережье. Не возражаешь?

На завтра у нее запланировано несколько встреч, но разве они могут сравниться с днем, проведенным с таким изумительным мужчиной у моря?

— Я согласна, — сказала Изольда.

Когда Натан остановился рядом с домом Коссовичей, уже смеркалось.

— Увидимся завтра, — шепнул он на прощание.

— Да, до встречи. — Изольда, стараясь не шуметь, зашла через парадную дверь.

Анни вышла в холл из своей комнаты.

— Я сказала, что ты позвонишь, — начала старушка. — Он говорил, ты знаешь, что он уезжает рано утром.

— Кому я должна позвонить? Филипу?

Действительно, завтра утром Филип улетал в Мюнхен. Он собирался пробыть там всю неделю. Вот и дедушка уехал. Разве это не удача? Двое мужчин, которые следили за каждым ее шагом, будут далеко. Судьба явно улыбалась Изольде.

Она кивнула:

— Хорошо, пойду позвоню.

Шкатулка с дуэльными пистолетами так и стояла на столе, рядом с аппаратом. Ожидая, когда Филип возьмет трубку, она вспоминала, как дедушка и Натан смотрели друг на друга. Брр, какой ужас! Изольда покачала головой, отгоняя воспоминания. Когда ей ответили, она машинально сказала:

— Здравствуй, это Изольда.

— Где ты была весь день?

— Гуляла с собакой на природе.

— Столько времени?

От его слов повеяло прохладой. Изольда вздохнула:

— Да, — и добавила, хотя думала совсем иначе: — Ты должен был поехать с нами, тебе бы понравилась прогулка.

— Сомневаюсь, — резко ответил Филип. — Ты была с ним, с Натаном… Конвей, не так ли?

— Его фамилия Колман, Натан Колман. Он работает юристом в компании своего отца.

Пусть Анни, которая подслушивала, немного успокоится, подумала Изольда.

— Ты хорошо его знаешь? — требовательно спросил Филип.

— Мы встретились вчера. Случайно. Он гулял по саду Поппи, услышал, как мы говорим о собаке, и предложил свою помощь.

В ответ раздался театральный смех.

— Разве непонятно, почему он так поступил? Ему нужна была ты, а вовсе не собака.

Самым нежным голосом Изольда сказала:

— И как ты до этого додумался?

Филип хотя уже и получил благословение старого графа, прекрасно знал, что Изольду лучше не злить. Поэтому, помолчав, примирительно заметил:

— Хорошо, тогда…

— Желаю приятной поездки, — продолжила она.

Изольда положила трубку и снова вздохнула. Ей было искренне жаль Филипа. Все же у него много достоинств. Но, в отличие от Натана, этот юный денди скучен и легкопредсказуем. Рядом с Филипом можно чувствовать себя в безопасности, однако вряд ли рядом с ней Филип будет чувствовать себя спокойно и счастливо, подумала Изольда.

— Значит, Натан — юрист? — поинтересовалась Анни. — Тогда чем он занимается в наших краях?

— Заканчивает работу над книгой, — ответила Изольда. — Натан и мне посоветовал заняться писательством. Написать книгу. Вернее, летопись о моей семье и жизни дедушки. — (Анни нахмурилась, неодобрительно покачав головой.) — Не для публикации, — успокоила Изольда. — Для нашей семьи. Ты же не откажешься повторить истории о моей прабабушке Изольде, которые рассказывала когда-то на ночь?

— Почему бы и нет, — сказала Анни, заметно смягчившись. Она гордилась семейством Коссовичей, частью которого была сама с десяти лет. — Но как все было на самом деле, знает только твой дедушка. Твоей прабабушке нравилось рассказывать ему о прошедших днях. Всем казалось, что она не умерла, а просто ушла на один из старинных балов в старом дворце.

Изольда много раз слышала это от Анни. Комок всегда подступал к горлу при мысли о том, как девяностолетняя женщина медленно движется под музыку, которую, кроме нее, никто не слышит, и представляет, как она, молодая и прекрасная, танцует на балу.

— Если граф не будет возражать, — заметила Анни.

— Я спрошу дедушку, когда он приедет, — сказала Изольда.

Ее вдохновила идея стать семейным историком. Почему же она не подумала об этом раньше? Появился Натан и подсказал ей. Изольда думала о нем и улыбалась.

По сравнению с Филипом, да и с любым из многочисленных ее поклонников, Натан был особенным. Он сводил ее с ума. Плохо, когда человек занимает все твои мысли. И странно, когда это происходит с тобой впервые.

Она встала под душ и представила, как завтра будет плавать в море рядом с Натаном.

Наступила безветренная ночь. Она свернулась, обнаженная, под тонкой простыней и снова представила Натана рядом с собой, представила, как ветер развевает его темные волосы, а потом… ей стало неловко, ведь она никогда раньше не влюблялась. До чего же может довести собственное воображение!



На следующее утро Натан постучал в дверь еще до того, как Изольда успела спуститься вниз. Она стояла наверху и видела, как Анни впустила его в холл. Изольда пригласила Натана наверх.

— Подожди минут десять. — И она оставила Натана в спальне.

В ванной комнате Изольда торопливо оделась.

Войдя в спальню, она увидела, что Натан стоит у окна.

Странно, кажется, он напряжен и контролирует себя, даже когда созерцает природу, подумала Изольда.

— Нам лучше уйти, — не оборачиваясь, сказал Натан, видимо почувствовав ее взгляд, — а то Анни решит, что мы здесь бог знает чем занимаемся.



После нескольких часов пути они достигли уютной бухты.

— Это частный пляж, — сказал Натан. — Вон в том доме живут мои друзья. — Недалеко от дороги стоял большой белый дом, окруженный зелеными лужайками.

Они расположились в тени большой скалы.

Изольда в бикини подошла к самой кромке прибоя. Дойдя до нужной глубины, она оттолкнулась от дна и поплыла по глади прохладной воды.

Натан последовал за ней. Детка с веселым лаем носилась по берегу.

— Я будто на другой планете, похищенная неведомыми существами. Второй день подряд меня похищают незнакомцы. Какая интересная жизнь! — радостно воскликнула она.

Они долго резвились в воде, погружаясь в нее с головой, грелись под теплыми лучами солнца, догоняли друг друга, брызгались. Прикосновения Натана были осторожны и нежны, но почему-то рядом с ним Изольду не покидало чувство незримой опасности.

Выйдя из воды, он взял в руки сандалии, подхватил Изольду на руки и осторожно опустил ее на махровое полотенце. Завернувшись в полотенце, она попробовала приготовленный Натаном завтрак.

— Ужин готовлю я, — предупредил он.

— Ты умеешь готовить?

— Конечно, могу, а ты?

— Как ни странно, я тоже.

Значит, он собирается пригласить ее к себе этим вечером. Нет, на эту удочку она не попадется.

Изольда перевернулась на живот, чтобы позагорать, а Натан, неожиданно для нее, начал массировать ей спину. Когда массаж был закончен, Изольда лениво повернулась к нему и, прислонившись к его плечу, негромко сказала:

— Ты пахнешь морем. Дедушка говорил… — Изольда замолчала, и Натан спросил:

— Что же он говорил?

— Странные вещи. После вашего знакомства дедушка объявил, что к нему вдруг вернулась прежняя юношеская интуиция. И он почувствовал запах врага.

Она с удивлением увидела на губах Натана улыбку.

— Клянусь Богом, — беспечно сказал он, — граф имел в виду вовсе не меня.

— Ты должен заглянуть к нам на обед, — предложила она.

— А граф там будет?

— Нет, только ты и я.

— Что ж, это повлияет на мой аппетит в лучшую сторону.

И на мой, подумала она. Прижалась к Натану и блаженно задремала.



Часов через десять Изольда принимала душ в ванной Поппи, а Натан готовил на кухне макароны.

Изольда вышла босиком, в прилипшем к влажной коже платье, с мокрыми волосами. Она была очень голодна, а с кухни доносились аппетитные запахи. Натан вручил ей деревянную ложку.

— Помешивай, иначе все подгорит! — На небольшой электрической плите булькали две кастрюли: одна — с макаронами, другая — с соусом. — Я отойду ненадолго, — сказал он.

Ушел, не пригласив ее? Странно.

Изольда старательно перемешивала соус, когда сзади неслышно подошел Натан и взял ложку у нее из рук.

Изольда улыбнулась.

— Научишь меня, как его готовить?

— Это старинный семейный рецепт, — шепнул Натан.

— Неужели?

В ее коллекции тоже найдутся старинные семейные рецепты. Со следующей недели Изольда начнет разбираться в фамильных бумагах, но предстоящие выходные она посвятит только Натану.

Изольда не спешила уходить. Они сидели за столом, пили вино и болтали. И вдруг она услышала:

— Уже поздно. Провожу тебя домой.

Натан встал и направился к выходу. Изольде оставалось только последовать его примеру.

— Спасибо. Доберусь сама.

— Увидимся завтра?

Завтра — нет, уже сегодня. С утра придется звонить друзьям и перенести назначенные встречи, а еще позвонить дедушке и сказать, что она не сможет приехать к его друзьям, как обещала. Старый граф простит. Он всегда потакал любимой внучке. Конечно, правду ему нельзя говорить.

Когда Натан проводил ее до лестницы, она спросила:

— Разве ты не хочешь меня поцеловать на прощание?

Он покачал головой.

— Если я так сделаю, ты отсюда не уйдешь, а Анни потом придется отчитываться перед дедушкой.

На первом этаже горел свет. Значит, Поппи не спит. И Анни, наверное, ждет не дождется ее возвращения.

— Боишься, что дедушка поднимется в мансарду и застрелит тебя из дуэльного пистолета? — шутливо спросила она. Натан не ответил. Он просто улыбнулся, и Изольда улыбнулась ему в ответ.

Анни ждала ее. Изольда заглянула в открытую дверь.

— Вот и я. Все в порядке?

— Пока все в порядке, — сухо откликнулась Анни.

— Тогда спокойной ночи, — пожелала ей Изольда.



Тридцатиградусная жара продержалась до конца недели. Каждый день новые друзья проводили вместе. Они садились в «порше» Натана и мчались по скоростным шоссе и заброшенным дорогам.

В воскресенье, сидя на летней террасе у кафе, Изольда и Натан пили холодные коктейля. Впервые за всю неделю появились кучевые облака и изредка доносились далекие раскаты грома.

Знойная погода всегда заканчивается бурей и грозой, подумала Изольда. Завтра возвращается Филип, а вслед за ним и дедушка. Выходит, что сегодня последний день их с Натаном свободы. Надо получить максимум удовольствия от сегодняшних дня и вечера.

До обеда они бродили по дорогому магазину. Воспользовавшись тем, что Натан ушел немного вперед, Изольда купила ему подарок.

Вечером Натана ожидает сюрприз. Но вышло все наоборот. Натан положил на стол небольшой футляр и сказал всего два слова:

— Это тебе.

Внутри лежала миниатюрная серебряная роза на тонкой цепочке. Подарок, созданный будто специально для Изольды.

— Зачем, Натан?

— Тебе нравится?

— Очень. — Она загадочно улыбнулась. — У меня тоже есть подарок. Смотри, что я для тебя отыскала.

Натан увидел керамический белый домик с ярко-голубыми ставнями и оранжевой дверью. Неровные буквы на фундаменте гласили: «Дом Палмера».

— Правда, я молодец?

— Боже мой, — вздохнул он. — И сколько это стоит?

Антикварная вещица стоила дорого, но от его слов настроение Изольды сразу испортилось.

— Это подарок, — ехидно напомнила она. — Я же не спрашиваю, сколько ты заплатил за розу.

— Гроши по сравнению с этим, — отозвался Натан. — Зачем ты купила этот домик?

— Почему бы нет? Он очень миленький. Я могу себе позволить подобную покупку.

— А что скажет старый граф? — медленно произнес Натан.

Изольда усмехнулась:

— Не хочешь — не бери. Но я не понесу его обратно в магазин. Оставлю себе. Из игрушки получится прекрасный упор для двери в мансарде. Я же не отношусь к поклонницам твоего славного Билли Палмера.

— Не делай этого. Лучше соскобли немного краски для пущей «древности» и продай подороже.

Изольда быстро положила подарок в коробку и засунула в сумку. Настроение окончательно испортилось.

От духоты заныла голова.

— Хочу, чтобы поскорее началась гроза, — простонала Изольда.

— Ручаюсь, что твое желание очень скоро исполнится, — устало ответил Натан.

Как бы то ни было, но вечером ее подарок будет принят, решила девушка. А потом… пусть случится то, что должно случиться.



Для осуществления своего плана Изольда выбрала маленькую гостиную с круглым столом. Главной гордостью хозяйки была картина над камином — портрет Изольды, заказанный дедушкой специально к ее восемнадцатилетию.

Портрет писали с натуры, через несколько месяцев после смерти мамы от воспаления легких, поэтому Изольда выглядела очень грустной. Но зато художник подчеркнул красивые, чуть раскосые зеленые глаза, чувственную линию губ и мягкий блеск золотистых волос.

Изольда положила на стол два серебряных прибора, поставила хрустальные бокалы. Канделябр со свечами уже стоял на боковом столике; получится замечательный романтический ужин.

Трудно поверить, что они знакомы меньше недели. И с тех пор неразлучны, будто лучшие друзья или влюбленные. Может быть, этот вечер сблизит их еще сильнее, может быть, нет. Казалось, что Натан предназначен ей судьбой. Слова, сказанные друг другу, взгляды, прикосновения обретали новый, более глубокий смысл с каждой проведенной вместе минутой.

В полдень Изольда начала готовить.

— Я пригласила Натана на ужин при свечах, — объяснила она няне.

Анни от удивления открыла рот. Она вспомнила, что Филип Линдси прилетает уже завтра утром, а вслед за ним возвращается и граф. Это означает, что ее любимица больше не сможет так часто наведываться в мансарду Поппи. Изольда решила таким образом попрощаться с молодым человеком, подумала Анни. Она добрая девочка и старается никого не обидеть. Вряд ли с этим Натаном у нее что-то серьезное. Вернется старый граф, и все встанет на свои места.

— Значит, моя помощь тебе не понадобится. Ладно, тогда пойду отдохну, — сказала Анни.

— Конечно, я прекрасно справлюсь сама.

Приготовив еду и расставив приборы, Изольда задумчиво посмотрела в зеркало, потом на свой портрет и заколола волосы точно так же, как там. Затем надела цепочку с серебряной розочкой, серебряные филигранные серьги, которые звенели при каждом движении головы. Натан будет сражен и очарован.

Ей нужно быть неотразимой, ведь сегодня вечером она играет в соблазнительницу.

Зазвонил телефон. Наверное, это Филип, который за неделю трижды безуспешно пытался застать ее дома. Жаль человека, но сейчас он был для нее неинтересен, как, впрочем, и все остальные, кроме Натана. Любое вторжение может испортить встречу. Изольда включила автоответчик.

В восемь часов первое блюдо — охлажденный суп из авокадо — стояло на столе в гостиной. А через минуту пришел Натан с цветами в руках и с собакой на коротком поводке.

— Где твои кошки? — без предисловий спросил он.

— Кошки спят. Веди Детку в комнату, она нам не помешает.

Натан неуверенно завел собаку в дом.

— Я мог оставить ее на попечение Поппи, но приближается гроза, и она нервничает.

К сожалению, Изольда не услышала в свой адрес заслуженных комплиментов до тех пор, пока оба не оказались в маленькой гостиной. Натан закрыл дверь, долго, пристально смотрел на нее и наконец произнес:

— Восхитительно! Однажды ты назвала меня артистом, но, как вижу, сама, словно по мановению волшебной палочки, умеешь перевоплощаться в другую девушку.

Он выбрал для визита классический стиль: черные брюки, белая рубашка. Привлекателен, обворожителен, как всегда, но в глазах появилось нечто, чего она не могла понять. А напряженное лицо напоминало маску.

— Раньше ты видел меня в более скромной одежде, вот в чем секрет. А я осталась прежней. И спасибо за розочку, она очень кстати, — беспечно прощебетала Изольда.

Натан протянул букет из двенадцати пышных роз, точно такого же цвета, как и розы на обоях в мансарде.

— Они чудесные, — сказала она. — Поставлю их в воду. А ты располагайся.

Изольда наполнила вазу водой и вернулась к Натану.

— Девиз этой недели, — улыбнулась она, — вино и розы. Как в поэме, правда?

— Вполне возможно, — откликнулся он.

— Надеюсь, тебе понравится вино. Это вино из винограда прошлогоднего урожая. У дедушки очень хороший погреб.

— Не сомневаюсь, что так оно и есть. Вино прекрасное, — сказал спустя некоторое время Натан. — А суп великолепный.

— Я же говорила, что умею хорошо готовить.

— Неужели это твое произведение?

— Ты еще ничего не видел. — Их ждал холодный цыпленок с паштетом и с начинкой из спаржи, голландского сыра, свежих помидоров, залитых оливковым маслом, с мелко порезанным луком.

Натан заметил:

— Мои кулинарные способности посрамлены.