По-моему, профессор слишком перестраховывался!

– Но Мари и Адриана просто посмотрят, им так понравится малыш шлумбо! – уговаривала я.

Наверняка он бы им понравился, я не знала других таких любителей животных, как Мари с Адрианой. Ну, кроме нас с Юлиусом.

– Чем больше народу узнает о шлумбо, тем выше риск, что слухи разойдутся по всему космосу! Что, если другим исследователям захочется самим разгадать тайну, и они попытаются выкрасть детёныша? К сожалению, подобные вещи часто происходят… Угум, или как? В космосе есть завистливые и злые учёные вроде Уллы и Поффа Пангалл. Даже думать о них не хочу! Кстати, надо ещё срочно проверить в базе данных, какие у шлумбо есть враги в естественной среде! Нельзя допустить, чтобы какой-нибудь хищник обидел малыша! – забормотал профессор себе под нос.

– При чём тут хищники и злые учёные! Я прошу разрешения показать шлумбо моим подругам! Они будут вести себя тихо-тихо, как мышки! Ну, пожалуйста!

Я умоляюще смотрела на профессора. Он почесал в затылке, склонив голову.

– Да-да, твои подруги… – Тюлль разгладил серебристую бороду. – Нет, Нелли, прости, но нельзя.

Как я расстроилась! На языке крутились тысячи слов, и я открыла рот, но в эту секунду Юлиус ткнул меня в бок, и я поняла, что в гнезде шлумбо происходило что-то интересное.

Я приникла к подзорной трубе. Малыш шлумбо снова высунулся из гнезда! Меховая мордочка, глазки… Антенна!

Не заметить её было трудно, потому что на этот раз она мигала красным огоньком!

Анализатор речи животных

– Она всегда так мигает? – спросил Юлиус.

– Кто мигает? Что мигает?

Я услышала за спиной шаги профессора.

– Антенна у шлумбо, – пояснил мой друг.

– Разве она мигает? – Тюлль позабыл о том, что нужно говорить шёпотом. Его голос прокатился по комнате, и Кумулус эхом повторил:

– Разве она мигает?

Оба бросились к подзорным трубам. Мы с Юлиусом отступили в сторону, давая им возможность рассмотреть зверька. На несколько мгновений всё стихло. Мы смотрели в спины скрючившемуся профессору и Кумулусу, который стоял на цыпочках.

Вдруг профессор слегка подпрыгнул, выпрямился и радостно зашептал помощнику:

– Кумулус, раз антенна мигает, мы сможем разузнать, как она работает!

Кумулус отошёл от своей трубы.

– Анализатор речи животных готов, сейчас запущу! – сказал он.

Гном соскочил с табуретки, схватил странный прибор, над которым работал прежде, и подсоединил спиральный кабель к одной из трубок, торчавших из стены. Профессор шагнул к двум рычагам. Казалось, оба абсолютно позабыли о нашем существовании. Тюлль схватился за правый рычаг, потом, немного подумав, бросил его и взялся за левый. Снова подумав, отпустил и его тоже.

– Кумулус, угум… Напомни, пожалуйста…

– Сначала правый, шеф! – прошептал помощник.

– Ах, ну да, конечно! – профессор кивнул и взялся за левый рычаг. Вздрогнув, как ошпаренный, отпустил его и положил руку на правый. Довольный собой, профессор улыбнулся. – Готово?

– Секундочку, – Кумулус взялся за раструб (это такое воронкообразное расширение) с другой стороны ящика и приставил к уху. – Готово!

– Моя задача – позиционирование, угум, или как? – профессор потянул рычаг вниз и повернул колёсико. Из трубки в стене прямо под нос профессору выплыл рядок светящихся цифр. Тюлль, рассмотрев их, сказал Кумулусу:

– Я навёл микрофон, он расположен почти вплотную к мордочке малыша шлумбо! Начинаем?

– Начинаем! – согласился помощник.





Профессор опустил второй рычаг.

– Пиу-пиу! – запищало внутри станции, словно малыш шлумбо сидел прямо в комнате. Спиральный кабель задрожал, металлический ящик затрясся. Из трубки, которая торчала у него с другой стороны, полетели не буквы с цифрами, а какие-то непонятные закорючки.

– Что это? – воскликнула я слишком громко.

Профессор обернулся и испуганно приложил палец к губам. Затем он прошептал мне на ухо:

– Прибор раскладывает звуки, которые издаёт шлумбо, на межгалактические метаданные. Они заходят световыми сигналами в слуховой проход Кумулуса, а он с помощью собственного цифрового мозга их анализирует! Угум, понятно?

Конечно же, я ничего не поняла. Как можно за один раз вывалить на человека столько неизвестных слов? Впрочем, я не стала расспрашивать, а сосредоточилась на том, чтобы как можно точнее передать всё, что сказал профессор, на ухо Юлиусу.

Мой друг согласно кивал, пока я говорила, но сомневаюсь, что он понял больше, чем я.

Кумулус поднял руку. По его знаку профессор Тюлль потянул рычаг вверх. Пищание шлумбо стихло.

– Ну как? – спросил профессор.

Мы с Юлиусом с ожиданием уставились на космического гнома.

– Я произвёл анализ речи животного. Конечно, это не прямой перевод на наш язык, потому что сигналы и данные дают лишь приблизительную информацию о том, что хочет сообщить животное.

– Так что он сказал? – нетерпеливо спросил профессор.

– Шлумбо получил новость от другого космического животного, – ответил Кумулус.

– Фантабуммерично! – воскликнул Тюлль и тут же прикусил язык и зашептал: – Давай тогда сразу начнём исследование? Как нам перенаправить новости на центральный приёмник в яичном доме? Есть какой-то специальный рычаг? А когда мы поймём, как всё происходит… Угум, угум! Давай я ещё раз нажму на рычаг! – Профессор повернулся к стене. – Ой, какой из них? Я опять забыл! – Он умолк, оглядел нас счастливым взглядом и даже похлопал в ладоши.

Кумулус задрал голову. Уже по тому, как он вздохнул, было понятно, что дело неладно.

– Шеф, у нас нет времени! Шлумбо передал сигнал о помощи! Его отправили с Буммердинга! Какой-то зверь умоляет о помощи, я не понял, что случилось, но животному больно, оно с трудом может дышать, – быстро произнёс помощник.

Профессор тут же перестал хлопать в ладоши и тревожно нахмурился:

– Сигнал о помощи с Буммердинга?

Кумулус кивнул.

– Не может быть! Мы так заботимся о зверях, их никто не мучает, значит… – Тюлль запнулся, его глаза расширились. – Неужели неизвестный зверь попал в беду? Похоже на то, как ещё объяснить эти крики о помощи?!

– Может, он ушибся, когда приземлялся? – прошептала я.

– Или наша атмосфера ему не подходит, – предположил Кумулус.

– Или у него аллергия на какое-нибудь из наших растений, – высказал догадку профессор.

– Неважно, – прошептал Юлиус. – Скорее!

Он показал рукой на дверь:

– Выйдем, обсудим у скал!

Белые пятна

Юлиус подал отличную идею. По крайней мере, у скал, где обитали дронки, мы снова могли нормально разговаривать. Юлиус так спешил, что, ни слова не говоря, вытащил карту зоопарка у меня из кармана и разложил на земле.

– Две пустые! – воскликнул друг.

– Что? – не поняла я.

– Две области остались нераспределёнными! – нетерпеливо повторил Юлиус.

– Ничего подобного! – возразила я и потянула карту к себе.

– Вот здесь и вот здесь! – мальчик показал на заросший пёстрыми растениями участок у самых скал и на довольно большую равнину, обозначенную зелёным и коричневым цветами.

– Там нет вольеров, это какие-то пустые участки! Правда, профессор?

Я ждала ответа, а Юлиус пробурчал:

– Там мог приземлиться неизвестный зверь.

О нет! Меня обдало волной жара. Конечно, даже если там не было вольеров для животных из зоопарка, это не значило, что искать там не надо! Как я могла об этом не подумать?

– Ой, простите, я…

– Всё понятно, – вздохнул Юлиус.

– Что? – спросила я.

– Всем хотелось поискать и заодно посмотреть на кого-нибудь из зверей, поэтому необитаемые участки остались нераспределёнными, – объяснил мой лучший друг.

Я кивнула. Так всё и было. Ужасно глупо с моей стороны!

– Угум, – профессор Тюлль подошёл к нам и положил одну ладонь на плечо мне, а другую Юлиусу, и посмотрел на карту поверх наших голов. – Очень хорошо, очень хорошо.

Он дружелюбно потрепал нас по плечу.

– Что же хорошего в том, что я забыла о двух участках? – грустно сказала я.

– Ничего ты не забыла, Нелли! Это я забыл тебе сказать, что на территорию, где живут шлумбо, никого нельзя отправлять! Угум, или как?

Профессор показал на пёстрое пятно возле скал.

– Смотри, это джунгли, где мы поселили папу с малышом. Конечно, я не стал указывать их на плане, мы же хотели сохранить всё в тайне, чтобы малыш спокойно подрастал. Так что очень хорошо, что никто из твоих одноклассников сюда не пошёл. Мы с Кумулусом сами тут поищем, – пояснил Тюлль.

Я с облегчением вздохнула. Хорошо, что моя забывчивость не привела к ужасным последствиям!

– А здесь что такое? – спросила я, указывая на коричневую с зелёным равнину.

Этот участок был гораздо больше, чем джунгли. Чтобы его обойти, понадобился бы не один поисковый отряд.

– Где? – профессор опять наклонился над картой. – Ах, пустырь! Там ничего нет, ни пещер, ни подземных ходов, негде спрятаться. Я думал, когда будем расширяться, сделаем там несколько вольеров. По-моему, вы вдвоём прекрасно справитесь. И довольно быстро.

– Но я же хотела пойти к Кусаке!

– Да-да, конечно, непременно! – профессор активно закивал, так что его борода закачалась из стороны в сторону. – Со… со… собака очень обрадуется!

Я рассмеялась, потому что профессор никак не мог запомнить такое простое слово как «собака». Для него оно звучало странно и необычно.

– Но ведь мы только что договорились, что нам с Юлиусом надо обыскать этот пустырь! – сказала я.

– Быстренько пробежать из конца в конец, – ответил профессор.

– Да, но…

– Сначала одно, потом другое. Лужайку, где сидит Кусака, можно обойти в два счёта. А потом возьмёте с собой вашу со… собаку, пусть поможет в поисках. Он ведь чует носом гораздо лучше нас, так вы мне говорили, угум? – задумчиво произнёс Тюлль.

Я просияла и быстро-быстро закивала.

– Вот видишь, я хорошо запомнил всё, что вы мне рассказывали о земных собаках! – гордо сказал профессор.

Кусаку специально обучали брать след, и я действительно рассказывала об этом профессору Тюллю.

– Точно! – сказала я и взобралась на дебру, чтобы не испытывать терпение Юлиуса. К тому же нам и вправду нужно было спешить на поиски неизвестного зверя.

Кумулус скроил недовольную физиономию.

– Что случилось? – спросила я его.

– Как мы хоть что-нибудь найдём в джунглях? Там сплошные заросли! – ответил помощник профессора.

– Может быть, сверху? – предложил Юлиус.

У моего друга родилась поистине замечательная идея! Если неизвестный зверь приземлился именно в джунглях, это место проще всего отыскать именно сверху! Мне пришло в голову, как именно можно осмотреть участок с неба!

– Садитесь на космических драконов и летите на поиски! – закричала я, приплясывая. Честно говоря, я понадеялась, что смогу полететь вместе с ними. Летать на космических драконах невероятно здорово!

Профессор вздохнул и покачал головой. Кумулус объяснил:

– Хорошая мысль, но ничего не получится. Драконы впали в спячку.

– Что-что? – удивилась я.

– У них не такой ритм жизни, как у нас. Пять недель они бодрствуют, а потом пять недель спят, – пояснил Кумулус.

– Целых пять недель? А разбудить их не получится?





Кумулус рассмеялся:

– Разбудить драконов? Они не проснутся, даже если комета рядом упадёт! Они спят крепче всех созданий во Вселенной!

– Так вот же! – закричал Юлиус.

Сначала никто из нас не сообразил, что он имеет в виду со своей экономией слов, но друг показал пальцем в синее буммернебо. Над нами проплывала голубая с жёлтым и оранжевым платформа для посетителей! Та самая, похожая на надувной матрас, с неё можно было осмотреть зоопарк с неба!

– Отлично! – воскликнул профессор. – Фантабуммерическая штука, как раз для поисков!

Кумулус побежал за платформой, схватился за верёвочную лестницу, свисавшую с неё, и притянул к себе.

– Адамар, дружище и начальник, ты как, справишься? Сможешь залезть наверх? – сказал он.

Вы помните, конечно, что профессор Тюлль был уже немолод. При физических нагрузках его коленные суставы громко хрустели.

Но профессор кивнул и поплевал на ладони. Он схватился за верёвочную перекладину и обернулся к нам:

– Надеюсь, мы быстро справимся и найдём зверя! Нельзя, чтобы на Буммердинге страдали животные!





Тюлль подтянулся на руках, поставил правую ногу на нижнюю перекладину и полез наверх.

Сначала послышался хруст коленных суставов, однако вскоре до нас донёсся удивлённый голос профессора:

– Это ещё что за дела?

– Что там такое? – в один голос спросили мы втроём и задрали головы.

На верхней перекладине лесенки как раз над правой рукой профессора висела табличка:

«Не работает! Взбираться на платформу запрещено!»

Новая встреча с Кусакой

Профессор посмотрел на вывеску, пожал плечами и полез вниз.

– Ты что-нибудь слышал о поломке? – спросил он у Кумулуса.

Тот покачал головой:

– Наверное, Иви повесила, но я давно её не видел.

– Кстати, где они, Вувиш и Иви? – спросила я. Вообще-то смотрители должны были всё время находиться в зоопарке и ухаживать за животными, – кормить, чистить вольеры и делать многое другое, – в этом заключалась их работа.

– У них много дел, угум… – пробормотал профессор, глядя перед собой. Ему как будто было неловко.

Кумулус пожал плечами:

– Им приходится самостоятельно со всем управляться с тех пор, как мы наблюдаем за шлумбо. Поэтому у смотрителей даже не было времени с вами поздороваться.

– Может, исполнители особых поручений смогут им немножко помочь, после того как найдётся животное, – предположил профессор.

– Да-а-а! – обрадовалась я. – Почистим зубы кромотокелям и уберём у гургелота!

Профессор Тюлль тем временем спустился обратно.

– И поможете починить платформу, а ещё почистите хоботки у хоботулькиных, – сказал он.

– Да-а-а! – закричала я снова, мечтая заняться всем этим как можно скорее.

Конечно, я понимала, что сейчас гораздо важнее отыскать зверя, который просил о помощи. Но, что уж скрывать, этого зверя мы пока не знали, а значит, не успели полюбить.

Хоботулькины, наоборот, были мне хорошо знакомы. Однажды их увидев, вы уже не сомневались, что с ними очень весело. Чистка хоботков больше всего напоминала водную битву. Эти зверьки похожи на маленьких разноцветных поросят, только с длинными хоботками вместо пятачков. Для мытья им в вольер заносят большую ванну и наполняют её мыльной пеной. Хоботулькины набирают её в хоботки и фонтанчиком выпускают обратно. При этом получаются мыльные пузыри, с которыми так здорово играть!

В конце хоботки чистят щёткой, и они снова безупречно чистые!

– Потом! – нетерпеливо перебил нас Юлиус. – Когда найдём! А сейчас давайте искать!

– Угум, конечно, потом! – поспешно закивал профессор. – Пока что поищем пешком. Возьмём с собой ночноглазика, если нужно будет осветить тёмные заросли. В принципе, если зверь приземлился в джунглях, мы должны сразу заметить примятые листья и траву.

– Ладно, шеф, как скажете, – Кумулус шагнул к ближайшей скале и запустил руку в расселину. Я уже знала, что он ищет ночноглазика. У этих космических созданий есть глаз, который светится в темноте. Они похожи на кротов и живут в расселинах скал. На Буммердинге ими часто пользуются, когда нужен фонарик. (Конечно, если сами ночноглазики не против. Обычно они всегда согласны.)

Юлиус не стал ждать, пока Кумулус отыщет ночноглазика. Мой друг взял меня за руку и потянул к нашей дебре. Мы уселись на сиденье и поскакали дальше на встречу с Кусакой.

Наконец-то! Кусака – просто суперпёс! Умный, преданный и милый!

У него пятнистая светло-коричневая шерсть и блестящие глаза. Глядя в них, кажется, что тебя затягивает в тёмную сияющую дыру. Ещё у Кусаки смешные уши, которые просто свисают вниз, но встают торчком, если пёс слышит что-то необычное.

Сейчас его уши стояли торчком! Кусака высунулся из будки нам навстречу, водя мордой по сторонам. Как только он заметил нашу дебру, уши опали. Пёс подбежал к нам и вскочил на сиденье прямо на ходу!

– Кусака! – обрадовалась я, обняла пса, зарылась лицом в гладкий мех. Юлиус три раза щёлкнул языком, и дебра остановилась. Мы с Кусакой спрыгнули на лужайку и побежали по траве.

Мы обожали бегать! Конечно, Кусака бегал гораздо быстрее меня, но это не имело значения. Он устремлялся вперёд и возвращался ко мне, и так снова и снова.

Я отыскала палку и бросила её, чтобы пёс принёс её назад. Кусака радостно залаял. Его чёрные глаза радостно засияли, и у меня внутри защекотало от радости.

– Молодец! – похвалила я, взяла палку и хотела снова её бросить, но Юлиус меня остановил.

– Идём!

Друг вынул из брюк ремень и повязал Кусаке, как ошейник. (На Буммердинге нет ошейников и поводков, потому что никто не хочет ограничивать свободу зверей. Но поисковой собаке без поводка не обойтись.)





Лужайку Кусаки мы обыскали в два счёта. Кроме будки там стояла только пустая клетка для морской свинки. Кумулус соорудил её, потому что собирался освободить морскую свинку из рук Эйлин Лаутербах. Эйлин живёт на той же улице, что и мы с Юлиусом. То есть на Земле. Мы знали, что Эйлин держала в подвале морскую свинку, которую никогда не выпускала наружу, и слишком редко чистила ей клетку, а иногда забывала даже покормить!

Я развернула карту зоопарка, и мы отправились в путь к зелёно-коричневому пустырю. Кусака водил носом туда-сюда, но, похоже, ничего интересного не учуял. Пару раз он гавкнул, когда над нами проплывала сломанная разноцветная платформа для посетителей. Понятия не имею почему.

Мы дошли до места назначения, и я вздохнула. Перед нами раскинулся унылый пейзаж с редким лесом, точь-в-точь как тот, что рос у школы позади парковки для учителей. В нём не было ни капельки космического!

– Вон там! – закричал Юлиус, указывая пальцем куда-то в середину.

– Где? – не поняла я.

– Там! – нетерпеливо повторил друг.

Теперь и я заметила какое-то движение. Неизвестный коричневый пушистый зверёк копошился в лесочке, но тут же пропал из виду.

– За ним! – воскликнул Юлиус и побежал к лесу.

– Ты его видишь?

– Коричневый мех с тёмными пятнами! – отрапортовал Юлиус и нырнул в густой кустарник. Наружу торчали только кроссовки.

– Кусака, жди здесь! – сказала я и отпустила поводок, собираясь лезть в кусты следом за другом.

– Гав! – сказал Кусака и сел. Я быстро погладила его по голове за послушание и понятливость, и тут Юлиус вынырнул обратно.

– Убежал, – сказал он.

– О нет!

Не успела я расстроиться, как мы услышали крик:

– Эй! Скорее сюда! Мы его нашли!

Бархатистая лапа

– Кричали оттуда! – Юлиус указал на лес в отдалении. Мы помчались на звук. На полпути нам навстречу попался Генри, и он заговорил! Вот это да! За четыре года в школе такого не случалось!

– Грета его нашла, Грета его нашла! – от волнения Генри повторял всё по два раза. – Я вам покажу, я вам покажу, а потом побегу к кассе!

Одноклассник развернулся и бросился обратно в лес. Мы помчались за ним. Нас окружали высокие гладкие стволы, а в густых кронах висели какие-то странные шарики. Должно быть, фрукты, а вообще – понятия не имею, что это. В тот момент они меня не интересовали, я радовалась, что деревья такие высокие и листья и кроны не закрывали нам обзор!

Между стволами скакали животные, похожие на птиц. Наверное, это были крукулы.





О птицах я подумала прежде всего из-за переливающихся красноватых перьев, к тому же из-под них торчали тонкие когтистые лапы. Однако головы у этих зверей были совсем не птичьи, скорее мышиные. Они весело скакали по вольеру, словно кенгуру, издавая весёлые трели.

– Эй, скорее сюда, – запищала Грета, которая стояла у одного из стволов и крепко сжимала что-то в руках. – Сюда! – запищала она ещё пронзительнее. – Смотрите, я нашла лапу! А всё потому, что у меня отличное зрение! Эта лапа вовсе не похожа на лапу крукулы!

Грета была права. Она прижимала к себе не когтистую, а мягкую лапу, к тому же ещё и оранжевую.

– А где остальное? – спросила я.

– Что?

– Ну, остальное животное…

– Гм, – задумалась Грета и сморщила нос, напомнив мне хоботулькина, который собирается чихнуть. – Где-то там, наверное. Мы его пока не видели.





Грета махнула головой туда, где деревья становились ниже, а их кроны ещё гуще. Только сейчас я сообразила, что мохнатая лапа росла на длинной и тонкой ноге. Очень тонкой, словно щётка для чистки дымохода, – проволока с меховой опушкой. На уроке у фрау Румянсен мы как-то мастерили из таких брелоки для ключей. Тонкая нога уводила куда-то в заросли кустарника.

– Мы пойдём посмотрим, – сказала я и кивнула Юлиусу, а он кивнул мне в ответ.

Мы поспешно зашагали вдоль тонюсенькой ноги и вслед за ней нырнули в серебристый кустарник. Нам повезло, что нога была такой яркой и заметной. По ней мы добрались до границы вольера, где резвились крукулы. Нога, словно оранжевый шлагбаум, преграждала тропинку, усыпанную гравием. Дальше нога завела нас в туннель, по обе стороны от которого располагались освещённые гроты.

Мы прошли мимо растений с подушкообразными листьями и вышли на уютную полянку с бархатистой травой. На ней сидел огромный и мохнатый оранжевый паук!

Точнее, мне так показалось, поэтому я не очень обрадовалась. То есть я была довольна, что мы нашли зверя, но моя любовь к животным на пауков не очень-то распространяется.

– Ура! – прошептала я и поправила очки на носу, чтобы получше разглядеть, есть ли у паука зубы. Тогда я увидела, что это не одно животное, а по меньшей мере двадцать! Серьёзно! Они собрались в кучу, вытянув длинные проволочные ножки во все стороны!

– Моули, – прошептал позади Юлиус. Он развернул карту зоопарка и прочёл название животных, которые здесь жили.

– Дай посмотреть! – Я обернулась и сделала два шага назад. На окраине полянки я заметила торчащие из зарослей попы моих одноклассников Луки и Доминика. Они обыскивали кусты, стоя на коленях.

Юлиус ткнул пальцем в карту. Над этим участком парили маленькие светящиеся буквы: «Лука и Доминик». Внизу можно было прочесть описание животных.

Вот, значит, что! Конечно же! Моули умеют вытягивать лапы на сколь угодно длинные расстояния! Учуяв сладкий фрукт на дереве, они срывают его, не покидая уютного вольера.





– Ложная тревога! – разочарованно пробормотала я. – Моули живут в зоопарке.

Мы коротко переговорили с Лукой и Домиником, но ребята не видели здесь других зверей. Мы поплелись назад и рассказали остальным, в чём дело. Грета разжала хватку, и в тот же момент лапа с шорохом усвистела в кусты.





Юлиус хотел вернуться в пролесок, где мелькнул мех какого-то зверя. Я тоже. В конце концов, это был самый горячий след.

Но мы не успели выбраться из леса, где жили крукулы, потому что к нам прискакали Тимо и Бен.

– Он боится зайти! – завопил Бен.

– Кто? Куда? – спросила я.

– К гургелоту! Зверь громко ревёт, и Тимо боится! – Бен кивнул на приятеля и бросил на меня многозначительный взгляд. Мальчик и правда выглядел довольно жалко: он побледнел, зубы стучали.

– Он рев-в-в-ёт! – заикаясь, пролепетал он. – Оч-ч-чень г-громко.

– Гургелот? – удивилась я.

Не может быть, это самый дружелюбный зверь! Обычно он не издавал ни звука и даже не высовывал мордочку из шерсти!

– Что-то не верится! – скептически произнесла я.

– Правда! – возразил Бен. Тимо по-прежнему клацал зубами.

Что-то не сходилось. Если гургелот ревел, значит, случилось что-то из ряда вон выходящее!

– Юлиус, может быть, гургелот хочет сообщить, что зверь приземлился у него в пещере? – предположила я.

Друг кивнул.

– Пойдём посмотрим? – предложила я.

– А как же зверь в пролеске? – спросил в ответ Юлиус.

Я задумалась. Меня не отпускало странное чувство, поэтому я сказала:

– Иди поищи там, а я схожу к гургелоту.



Чемоданчик исследователя

Кусака отправился с Юлиусом. Чтобы найти гургелота, собака не нужна. Друг поехал на нашей дебре, а я уселась на дебру к Тимо и Бену.

Одноклассники не соврали: гургелот и в самом деле рычал! Когда мы добрались до скалы, в недрах которой таилась пещера гургелота, я расслышала утробное рычание, доносившееся из-под земли.

– Жуткий монстр! – вздрогнул Тимо.

Я пригнулась, чтобы лучше слышать. Рычание и в самом деле звучало угрожающе! Тимо был прав.

– Он голодный! Этот монстр наверняка хочет нас сожрать! – крикнул одноклассник.

– Ничего подобного, гургелот – травоядное животное! – Я подошла ко входу в пещеру. Впрочем, вход – неправильное слово. Представьте себе горный склон с расщелиной в скале. Стоило переступить порог, склон резко уходил вниз, словно горка. По ней можно было съехать прямо к гургелоту в пещеру.

– Секундочку, я проверю! – заявила я.

Усевшись на горку, я оттолкнулась и съехала вниз. Через два поворота я уткнулась в мягкий тёплый мех. У гургелота очень уютная шубка. Я зарылась в неё лицом и вдохнула приятный запах гургелотовой шерсти. Тут я почувствовала, как под мехом что-то забурчало. Бурчание нарастало и вскоре стало таким сильным, что меня отбросило в сторону. Что же случилось с бедным зверем? Желудок разболелся?

Я подошла поближе, зарылась в шерсть и прижалась ухом к животу. У зверя внутри бушевала целая гроза. Наверняка всё дело в желудке. Бедняга, должно быть, проголодался.

Как чудесно, что у меня остались с собой брабановые листья! Я выбралась из плотного меха и вытащила листья из кармана. Зверь сразу учуял пищу и высунул морду из меха. Я рассмеялась. В прошлую нашу встречу мне пришлось полчаса разбираться, где у гургелота голова, а где зад, а тут посмотрите, стоило ему проголодаться, и он тут как тут!

Зверь довольно заурчал и взял у меня с ладони листья. Секунда, и они исчезли в его пасти.

– Бедняга! – прошептала я зверю на ухо. – Когда же ты успел так оголодать? Про тебя что, забыли?

Сказав «забыли», я вздрогнула. А ведь такое вполне могло быть! Профессор и Кумулус говорили, что с тех пор, как они наблюдают за шлумбо, Иви и Вувишу приходилось самим делать всю работу по зоопарку!

Я ужасно рассердилась на профессора с Кумулусом! (Поправка: сначала я ужасно рассердилась, потому что эти двое переложили на других всю работу, а сами занялись интересными вещами. Потом я подумала о том, насколько важно их исследование для будущего зоопарка, и перестала сердиться.)

И всё-таки несправедливо, что из-за этого бедняге гургелоту пришлось сидеть голодным!

Я поднялась наверх на эскалаторе и вышла с другой стороны скалы. Сообщив Тимо и Бену о том, что гургелоту необходима вегетарианская пища, я помчалась в мини-джунгли к профессору. Нужно срочно сказать ему, что животных надо накормить!

Я промчалась мимо кромотокелевого леса, мимо вольера хоботулькиных, мимо будки Кусаки и добралась до скал, где обитали дронки. После небольшой передышки я ринулась в джунгли.

(Поправка: хотела ринуться, но в джунглях так просто не побегаешь. Мешают переплетённые корни растений, лианы, папоротники и прочие растения, названий которых я не знаю.) Чем быстрее вы хотите пробраться через джунгли, тем медленнее в итоге получается, потому что вы то и дело спотыкаетесь, путаетесь или застреваете. Вот как я теперь.

Ай! Я грохнулась на живот, ушибив колено. Потом поднялась на ноги, вытащила колючки из ладоней и сменила тактику. Теперь я шла медленно, внимательно глядя под ноги. Поэтому я заметила что-то белое.

Да, что-то белое и вытянутое виднелось из-за листьев у самой скалы примерно на уровне моих коленей. Хобот?

Моё сердце забилось быстро-быстро. Неужели я обнаружила неизвестного зверя?!

Я подошла ближе. Животное не шевелилось. Я протянула руку и дотронулась до него. Бр-р-р! Это никакой не зверь, а предмет! Холодный и неприятный на ощупь! Я испуганно отдёрнула руку и пригляделась получше. Оказалось, что передо мной белый рукав!

Рукав плотной белой стёганой куртки! Я подошла ближе, разгребла листья, и знаете что? Я обнаружила, что листья просто лежали сверху кучей! То есть кто-то прикрыл ими белую куртку, чтобы она не бросалась в глаза!

Дальше больше! Я заметила ещё одну белую куртку, за ней металлический чемоданчик и мешок, спрятанные в расщелине в скале, которую я обнаружила только сейчас.

– Профессор Тюлль! – закричала я и вдруг вспомнила, что разговаривать в джунглях следует шёпотом, чтобы не напугать малыша шлумбо. К счастью, у меня с собой был буммердуй! Трясущимися пальцами я полезла в карман, достала прибор и подула в трубочку: «Профессор Тюлль, скорее сюда, пожалуйста! Я кое-что нашла!»

Цепочка голубых буковок полетела через джунгли. Я выдула новую фразу: «Я где-то в мини-джунглях!» Оглядевшись, я приметила неподалёку холмик, где скрывалась исследовательская станция. «Совсем рядом со станцией, за холмом!»

Я спрятала буммердуй обратно в карман и склонилась над своей находкой. Глубоко вздохнув, я задумалась. Кто-то спрятал здесь две куртки, чемоданчик и мешок. Интересно, зачем?

У чемоданчика было две пряжки и много разных кнопочек. Я осторожно нажала на большую красную кнопку.





Раздался щелчок, и крышка подскочила вверх. К счастью, я вовремя отпрыгнула, иначе не миновать мне удара по подбородку. Я заглянула внутрь.

Слева в чемоданчике хранились баночки и флакончики с разнообразными пилюлями и порошками. Справа были разложены всякие загадочные устройства: сосуды с присосками и шлангами, коробки с цифровыми дисплеями и кабелями, какие-то трубки, рычаги и клапаны. Один из приборов был похож на термометр, рядом лежало что-то вроде весов.

Интересно, что это такое и чьё это?

Я оторвалась от разглядывания содержимого чемоданчика, чтобы посмотреть, идёт профессор Тюлль или нет, но в этот момент профессор с Кумулусом вынырнули из кустов.

– Что случилось, Нелли? – спросил Адамар Тюлль.

– Профессор, только посмотрите, что я нашла! Кто-то припрятал всё это в джунглях!

Профессор Тюлль подошёл поближе и склонился над чемоданчиком.

– Ого! – Его глаза засверкали, он даже подпрыгнул от радости. – Интересно!

Профессор ужасно смешной, он всегда реагирует иначе, чем от него ждёшь. Вообще-то полагается удивиться, обнаружив в джунглях чемоданчик, или как?

Однако профессор обрадовался, будто получил подарок ко дню рождения. Он принялся рассматривать приборы.

– Какой интересный кумутикатор! Да ещё и совсем новый! Я слышал, что с его помощью можно измерить длину следа от кометы! Кумулус, только посмотри! – Профессор выхватил новый прибор. – Ступа для лунной пыли! Буммеррасчудесная модель! Приборы просто высший сорт! Кто тебе их передал, Нелли?

– Никто! Их спрятали здесь, в расщелине! – воскликнула я.

– Угум, вот как? Кто же прячет в джунглях такие современные и прекрасные исследовательские инструменты? – удивился Тюлль.

– В том-то всё и дело! Здесь есть кто-то, кому тут быть не полагается! – объяснила я.

Кумулус, который до этой поры молча разглядывал содержимое чемоданчика, вытащил одну из бутылочек и посмотрел на этикетку.