Усаги бросила взгляд туда, где сидели Рудокопы. Она насчитала ровно двенадцать камней, напоминающих огромные торчащие из пола когти. Они были похожи на изогнутую нефритовую бусину, сделанную Тигрицей вместо утраченной для Ожерелья Земли и Моря.

– Как здорово, что Рудокопы нашли это место, – сказала она. – Не иначе как добрый знак.

– Именно, – согласился Ину. – Это место помнит великие события. И духи Двенадцати по-прежнему с нами.

Гору улыбнулся:

– Хорошо бы они помогли нам найти последнее Сокровище.

Из круга раздавались взволнованные голоса. Несколько Рудокопов вместе с Имуги сооружали в середине костёр. Тора повернулась и помахала друзьям.

– Скоро принесут котёл, и начнём готовить!

– Вместе сготовим, вместе будем пировать, – Имуги обнажил в улыбке свои острые зубы. – Давненько не представлялось такого радостного случая. Осторожно, котёл!

Панри вместе с ещё одним Рудокопом тащили огромный чугунный котёл, должно быть служивший прежде плавильным чаном. Он был такой тяжёлый, что оба еле волочили ноги, и вода на каждом шагу плескалась и грозила вылиться наружу.

– Дайте-ка мне, – предложил Гору, легко подхватил котёл и перенёс его в яму для костра. Имуги подбросил в костёр побольше дров, пламя заплясало с весёлым треском, и все принялись за готовку.

Усаги помогала чистить водяной шпинат, рогоз, клубни дикого ямса и грибы, потом мелко порезала их, чтобы готовились побыстрее. Гору и Ину были заняты тем, что резали дикий чеснок и лук, то и дело вытирая глаза рукавом. Потом Ину не выдержал и пошёл помогать тем, кто готовил дичь. Это было мясо горного козла – втроём они нарезали его тончайшими ломтиками и притом очень быстро.

– Знатный котёл! У нас был не такой, – сказала брату Тора, ополоснув стебли цикория и закрученные улиткой концы папоротника.

Имуги усмехнулся.

– Жаль, что у нас нет телятины и баранины, твоей любимой капусты и каких-нибудь особенных соусов. Мы довольствуемся тем, что даёт Ущелье. Изредка совершаем набег на караван, идущий из Копей. Тогда бывает что-нибудь посытнее.

Усаги вспомнила про остатки провизии у них в мешках.

– А вяленого мяса кабана не хотите?

– Что ж, было бы прекрасно, – с удовольствием согласился Имуги. – Если положить в бульон, станет ещё вкуснее.

Когда вода вскипела, они добавили соль и специи и раздали палочки для еды. Потом все собрались вокруг котла.

– Ну, за дело, – скомандовал Имуги.

Они опускали мясо и овощи в кипящую воду и, дав повариться, выуживали палочками и макали в соус, приготовленный из яиц береговых ласточек.

Усаги всегда любила пиры «из котла», помнила, как помогала маме толочь для макального соуса семена кунжута, как потом они опускали в кипящую воду кусочки нежного мяса барашка и ждали, когда можно будет их вытащить и начать есть.

Рудокопы между тем не теряли время даром – заглатывали лакомые куски мяса, хохотали, вылавливая в котле один и тот же стебель рогоза… Она быстро сморгнула непрошеную слезу. Сколько же испытаний выпало им всем! Немудрено, что эта простая еда кажется настоящим пиром.

Наконец всё сваренное в котле подъели без остатка. Остался только аппетитно пахнущий, наваристый бульон.

– А теперь сюрприз, – объявил Имуги. – В честь моей сестры и её друзей.

Появился Панри с огромной чашей горячего риса. Рудокопы одобрительно зашумели и захлопали. Подойдя к котлу, тот перевернул в него весь рис и размешал его в бульоне. Теперь перед ними был восхитительно густой и ароматный суп.

– Откуда у вас столько риса? – удивилась Тора. Усаги тоже не знала, что и думать. Рис на обед был теперь редкостью даже там, где его выращивали, в Западных Долинах, не говоря уже о Мраморном Ущелье.

– Пусть это будет нашим секретом, – сказал её брат, загадочно улыбаясь. Он подозвал к себе Панри и, когда тот наклонился, что-то шепнул ему на ухо. Усаги напрягла слух.

– Ты проверил Молот? – почти неслышно спросил Имуги.

– Проверил – на месте, – так же тихо ответил тот.

Имуги одобрительно кивнул. – Хорошо. Спасибо, Кабан.

От волнения мурашки побежали по спине у Усаги. Она наклонилась к Ину и Гору и едва слышно произнесла:

– Кудесник где-то здесь, в пещере.

Глава 15

Охота за Кудесником

Усаги вглядывалась в темноту маленькой пещеры-отростка. Светлячки на шершавых стенах – вот и весь свет. Руку она держала на плече Торы, чьё тигриное зрение было им сейчас главным помощником. Позади шли Ину и согнувшийся почти пополам Гору. Что-то быстро коснулось её лица. Она вскрикнула и обхватила голову руками.

– Дряхлые духи! Тут кто-то есть.

– Мотыльки, – фыркнула Тора.

Ину и Гору захихикали.

Усаги выпрямилась и тряхнула косами.

– Смейтесь, если вам так хочется. Только не жалуйтесь потом, если кто-нибудь в этих пещерах захочет вами поживиться.

– Это ты предложила идти искать Молот, – заметил Гору. – В четырёх пещерах уже смотрели – ничего, кроме светляков, горстки грибов и кучи камней. – Тут раздался грозный треск и следом сомнительный запах. – Ох, извините.

– Сын бога ветра – Гору, – простонал Ину, натягивая на нос воротник. – Давай кончай с этим делом.

Гору замахал огромной ладонью, как веером.

– Ладно, у вас ведь тоже сейчас проблема с животами. Сами сказали: подтверждение того, что рис от Кудесника.

– Уф, да уж, «откудесил», – Тора подавила смех и поспешила дальше. – Идём. Чем быстрее отсюда уберёмся, тем лучше.

С тех пор как они попировали, у всех и впрямь распучило животы. Вся еда от Кудесника славилась тем, что после неё мучили газы. Наверно, потому, что еда быстро исчезала из желудка, оставляя после себя много воздуха. Так было написано в книге. Зато у них прибавилось уверенности, что Молот должен быть где-то поблизости.

До этого Тора пыталась вывести брата на разговор о Кудеснике. Спрашивала, как так получилось, что он и остальные разведчики, только недавно одетые в роскошные одежды, вдруг оказались в лохмотьях. Но он продолжал отмалчиваться, даже когда она рассказала, как то же самое случилось у них на глазах с Панри. Наконец она потеряла терпение и, забыв о предостережениях Усаги, напрямик спросила его о Сокровище.

– Я знаю, что у вас есть Молот, который может дать всё, что пожелаешь, но только на один день. Покажешь мне его?

Но, к её разочарованию, Имуги сделал вид, что не понимает.

– Молот, исполняющий желания? Это просто сказка какая-то. Я бы пожелал дворец и табун самых лучших лошадей. Может, ещё пару сундуков с золотом. Или нефритовые доспехи – да, от Святой Горы. – Он перевёл разговор на другую тему, и на этом всё дело кончилось.

– Не хочет говорить, и всё тут, – пожаловалась Тора.

– Я же просила тебя помалкивать, – вспылила Усаги. – Теперь он станет подозрительным. Я не виню его за то, что он нам не доверяет – если бы у тебя было такое сокровище, как Кудесник, ты бы стала болтать об этом направо и налево?

– Но я его сестра!

– Придётся искать самим, как предложила Усаги, – сказал тогда Ину.

Теперь они пробирались по ещё одному узкому коридору, не теряя надежды отыскать Сокровище. Сам Разрисованный Грот был огромной пещерой, где всё было на виду. Но в примыкавших к нему небольших пещерах и гротах можно было спокойно отдыхать, зная, что никто тебя не потревожит. Они вышли на поиски незаметно и сразу обнаружили целую разветвлённую сеть маленьких пещер. Поначалу поиски ничего не дали. Потом острые глаза Торы заметили угольное пятно в начале прохода, по которому они двигались сейчас.

Тора остановилась так резко, что на неё тут же налетела Усаги, и сразу за ней – Ину и Гору.

– Что такое? – воскликнула Усаги.

– Кажется, это тупик, – ответила Тора. – Тут большой камень. И в нём… что это, ручка? – Она попробовала потянуть за толстую металлическую скобу. – Или, может, рычаг – чтобы сдвинуть камень? Но он не поддаётся.

Гору потёр ладони.

– Отойди, дай я попробую.

Он подошёл к камню и, крякнув, отворотил его в сторону. Металлическая скоба звякнула об каменный пол.

– Надо было повернуть рычаг, а ты… – вздохнула Тора. – Ну ладно, ничего.

За камнем открылась дыра, сквозь которую пробивался мягкий голубой свет. Гору заглянул внутрь.

– Боги, – он снова повернулся к ним, – я сюда не пролезу, давайте попробуйте сами.

Протиснувшись по очереди в дыру, Усаги, Тора и Ину оказались в маленькой каменной пещере. Потолок был сплошь усеян светляками, дарившими всему вокруг своё голубое сияние. Возле стен они увидели мешки с драгоценными камнями и слитки золота.

– Щедрые боги! – выдохнул Ину. – Да тут целая сокровищница.

Тора схватила Усаги за руку:

– Моё видение!

На плите из белого мрамора стоял длинный деревянный короб. Тора кинулась к нему, но не смогла справиться с защёлкой.

– У меня дрожат руки – открой ты, – попросила она Усаги.

Сдерживая волнение, Усаги повозилась с защёлкой и откинула крышку. В коробе оказался грубый холщовый мешок, завязанный сверху верёвкой. Сердце у неё запрыгало, кровь стучала в висках. Наконец она развязала его и, запустив руку, извлекла наружу расписной деревянный Молот. Тусклый свет не позволял разобрать, что на нём изображено, но сомнений у Усаги не было:

– Кудесник!

– Гм… выйдите, пожалуйста, сюда, – позвал Гору. – Тут небольшое недоразумение.

Ину принюхался и замер на месте.

– Мы не одни, – пробормотал он и, подойдя к дыре, высунул голову наружу. Потом быстро повернулся к Торе: – Это твой брат.

Ину протиснулся в дыру, и Тора шагнула следом за ним.

– Возьми Молот, – на ходу бросила она Усаги.

Усаги колебалась. Молот слишком большой, чтобы его можно было сунуть под куртку или спрятать в кармане.

– Я хочу как следует поговорить с Имуги, – процедила Тора, пролезая в дыру.

Усаги пожала плечами, снова запихнула Молот в мешок и обмотала верёвку вокруг запястья. У входа она увидела Панри – тот стоял, приставив длинное копьё к груди глядевшего на него сверху вниз Гору. А Имуги удерживал сестру и Ину.

– Не хотите ли ответить, что вы четверо делали тут, в нашем хранилище? – спросил Имуги.

Панри сверкнул глазами на Усаги.

– Воровали, понятное дело. – Он поднял своё копьё. – Это точно не исчезнет. Такое же настоящее, как вы и я.

– В отличие от исчезнувшего меча? – взвилась Тора, вырвавшись от державшего её брата. – Отпусти, ты, кусок протухшего тофу! Я же спрашивала тебя о Молоте. Но ты стал врать собственной сестре. Поэтому нам пришлось искать его самим.

Имуги поморщился.

– Как вы вообще о нём узнали?

– Это длинная история, – тряхнула головой Тора. – Мы всё вам расскажем. А вы расскажете, как он попал к вам. Тогда я, может быть, прощу тебя за то, что мне врал.

Имуги неуверенно пожал плечами.

– Ладно, – сказал он, забирая мешок у Усаги. – Пошли.

По-прежнему конвоируемые Панри, они направились к главной пещере. Рудокопы встретили их любопытными взглядами.

– Убери копьё, Кабан, – сказал Имуги. Он обошёл круг камней и предложил всем сесть. Потом, теребя верёвку от мешка, кивнул сестре: – Тебе начинать.

– Ты спрашивал, как я сбежала от Короля-дракона, но я не успела всего рассказать. Если бы не эти двое, – она показала на Усаги и Ину, – ничего бы не получилось.

Она объяснила, что Ину – один из уцелевших Наследников Воинов, и рассказала, как он и другие Наследники встретили Усаги и взялись за её обучение. – Благодаря им мы с Гору оказались на Нефритовой Горе и тренируемся, чтобы тоже стать Наследниками.

Имуги покачал головой.

– Не могу поверить. Я считал, что от Двенадцати ничего уже не осталось. Ну, и при чём тут Молот?

Тора сделала лёгкий поклон в сторону Ину.

– Ты – старший Наследник. Может быть, расскажешь сам?

Ину не заставил себя ждать – рассказал, откуда взялись Сокровища Двенадцати и как в войну их раскидало по всему королевству. Имуги слушал его очень внимательно.

– Значит, Молот, ты говоришь, принадлежал Воину Барану?

Он извлёк Сокровище из мешка. Луч вечернего света, проникавший в пещеру через трещину в потолке, упал на Молот, и краски его ярко вспыхнули. На деревянном полированном набалдашнике были изображены Двенадцать Животных Зодиака, а на двух ударных поверхностях – золотой Круг Двенадцати. Да, это был Кудесник во всей своей красе!

Имуги потёр невидимое пятно на сверкающей поверхности Молота.

– Когда я нашёл его в земле рядом с Копями, он был весь облеплен засохшей грязью, и я подумал, что это самый обычный молот. Но, когда начал им работать, стали происходить странные вещи. Я работал в несколько раз быстрей, никто не мог за мной угнаться. И другим помогал выработать дневную норму. А ещё у нас стали появляться вода и пища. Правда, от этой еды бывали проблемы с желудком. – Тут все кивнули. Гору – особенно выразительно. Имуги усмехнулся и продолжал: – Но мы голодали, так что никто не обращал на это внимания. Вскоре мы поняли, что Молот может дать любую вещь, какую захочешь, – но только на один день.

– Постепенно мы окрепли и стали подумывать о побеге, – продолжал он. – Молот дал доспехи и оружие, как у Стражников. Вначале нас было мало, но, когда побег удался, мы вернулись и помогли выбраться другим.

Руководимые Имуги Рудокопы устроили себе убежище – сперва в заброшенном карьере, потом в Мраморном Ущелье. Хотя главной силой Имуги был его металлический Дар, помогавший ему, когда он работал в кузнице подмастерьем, но, как Дракон, он обладал также хорошим чутьём на воду. Управлять погодой и вызывать дождь, как некоторые рождённые в год Дракона, он не умел, зато смог найти Павлинью Реку и пещеру.

– С тех пор тут и живём, – заключил он.

– Вы хорошо позаботились о Молоте, а он – о вас, – сказал Ину. – Но место его – на Нефритовой Горе. Наш долг – собрать вместе все Сокровища, пока до них не добрался Синий Дракон.

Имуги нахмурился.

– У нас тоже есть долг, – сказал он. – Нам повезло вырваться на свободу. Но на Копях остаётся ещё много узников.

Имуги рассказал, как они совершают набеги на подводы с драгоценными камнями и металлами, предназначенными для соседних королевств, и как время от времени устраивают нападения на Копи, чтобы отвлечь на себя Стражников и помочь людям бежать.

– Таких беглецов, как мы, прячущихся по соседним провинциям, уже немало. Все они тоже обладают Дарами и помогают сбывать наши трофеи. Но главная роль в освобождении людей принадлежит нам, потому что Молот находится в наших руках.

Тора положила руку брату на плечо. – Отец тобой гордился бы. Он всегда говорил, что у тебя большое сердце.

Ину взлохматил свою шевелюру и, прочистив горло, сказал:

– Значит… вы не хотите отдать нам Сокровище?

– Это невозможно, – ответил Имуги, поворачивая Молот в руках. – Один из самых больших караванов с Копей будет скоро проходить мимо. Без Молота нам не обойтись.

– И нам тоже! – выпалила Усаги. – Синий Дракон захватил в плен нашу Наставницу. Мы сможем вызволить её, только когда все Сокровища будут собраны вместе.

Имуги поднялся с места и, спрятав Молот обратно в мешок, привязал его к поясу. Потом покачал головой:

– Сожалею. Вы можете ещё остаться у нас, но отпустить вас с Молотом я не имею права.

– Мы можем помочь вам во время рейда, – предложил Гору. Все посмотрели на него с удивлением. – Может быть, ещё несколько человек с Дарами заменят вам Молот…

– Сомневаюсь, – отрезал Имуги.

– Но идея прекрасная, – загорелась Тора. – Мы будем рады вам помочь.

Имуги улыбнулся, так что шрам на его щеке сделался ещё отчётливее, и ласково погладил её по голове.

– Что ж, от помощи мы не откажемся. А теперь мне нужно сделать в хранилище дверь. Поможешь? – Он поклонился гостям и вышел, Панри и Тора последовали за ним.

Усаги посмотрела на Ину и Гору в отчаянии.

– И что же теперь делать?

Ину вздохнул.

– Бык выгадал нам ещё немного времени. Нужно будет что-нибудь придумать.

В последовавшие недели Усаги и остальные изо всех сил помогали Рудокопам по лагерю и готовились вместе с ними к набегу. Тора ходила за братом как тень. Здесь её тигриный характер сделался мягче, и Усаги никогда не видела её такой счастливой.

– Кто бы мог подумать, что Тора может быть такой милой, – сказала она Ину и Гору.

– Дайте ей ещё побыть с братом, и наша Тигра навсегда лишится всех своих клыков и когтей, – пошутил Гору.

– Я волнуюсь, – сказала Усаги. – Не представляю, как забрать у него Молот. И ещё… ведь Тора может не захотеть вернуться на Нефритовую Гору. Что, если она откажется от мысли стать Наследницей Воина и захочет остаться здесь?

Ину задумчиво покрутил на пальце кольцо лучника.

– Да, задача нелёгкая, – согласился он. – Забрать Сокровище – и не восстановить против себя Рудокопов. А Торе мы не указ. Можем только надеяться, что Наследницей Тигра она всё-таки станет. Но если захочет остаться с братом, значит, так тому и быть.

Усаги прикусила губу и кивнула. Ей не хотелось потерять подругу, но Тора выглядела такой радостной и довольной.

– Попрошу, чтобы Тора его уговорила. Надеюсь, она не забыла, зачем мы сюда пришли.

Ночью Усаги никак не могла заснуть – смотрела в потолок и думала. От мерцающих светлячков свод пещеры был похож на звёздное небо. Потом услышала, как Тора на цыпочках крадётся к своему спальному мешку, и подняла голову.

– Не спишь? – удивлённо спросила Тора.

– Хорошо тебе с братом, – произнесла Усаги.

– До сих пор не верю, – сказала Тора, раскладывая мешок рядом с ней. – Такое чудо снова быть с ним… с моей семьёй. Только не подумай, что мне было плохо с тобой и Наследниками.

Усаги потянулась и крепко сжала её руку.

– Я понимаю.

– Он знает о моих видениях, – прошептала Тора. – Я всё ему рассказала. И про то, в котором был отец. И как они начались на Нефритовой Горе и стали сбываться.

– И что он об этом думает? – осторожно спросила Усаги.

– Гордится, – сказала Тора. – Он всегда говорил, что в нашей семье я могу достичь больше всех, если только повезёт учиться в школе. Он верит, что я могу стать Наследницей Воина.

У Усаги немного отлегло от сердца.

– А ты не пробовала ещё поговорить с ним, чтобы он позволил нам перенести Сокровище на Нефритовую Гору?

Тора повернулась в своём мешке и ответила не сразу.

– Ээ… нет. Пока не успела.

Усаги приподнялась на локте.

– Тебя он должен послушать. Тигрица…

– Знаю, знаю, – перебила её Тора. – Усаги, я устала. Давай поговорим об этом утром. – Она повернулась на другой бок, и очень скоро Усаги услышала её сонное дыхание.

Усаги улеглась снова. Нащупала металлического кролика на шее и стала смотреть на мигающих светлячков. Рядом с кроликом болталось на цепочке Кольцо Тумана. Она обхватила его пальцами, почувствовав мягкое тепло янтаря. А ведь Тора сразу сникла, когда она заговорила с ней об их миссии. Внутри у неё сделалось холодно и пусто. Вдруг Тора выберет брата и оставит их навсегда?

* * *

Проснувшись на следующее утро, Усаги обнаружила, что все уже встали и куда-то разбрелись.

– Кролик просыпается, – сказал Гору, когда она выползала сонная из их закутка.

– Я никак не могла заснуть, – ответила она заплетающимся языком и осмотрелась вокруг. Кроме них двоих, в пещере никого не было.

Гору протянул ей чашу и палочки для еды.

– Часть Рудокопов пошли на охоту, часть – обследуют ущелье. Остальные готовятся к рейду. Ину, Тора и я хотим посмотреть, что они там придумали. Так что поешь и приходи к реке. Мы оставили тебе пшённой каши, и улитки ещё имеются. – Гору понизил голос. – Каша пресная, конечно, и улитки как резина, но зато не от Кудесника, так что проблем быть не должно. – Он хохотнул, повернулся и, пригнувшись, вылез из пещеры.

Усаги подошла к кругу из двенадцати точёных камней. Бледный мрамор с серебряными прожилками. Каждый из них выгнут наподобие когтя, образуя идеальное сиденье. Она представила себе первых Двенадцать Воинов, сидящих на этих каменных тронах и обсуждающих дела королевства. В трещину в потолке сочился мягкий утренний свет, и камни сияли.

Она положила в чашу несколько сваренных улиток, добавила из котла горячей каши. Потом села, скрестив ноги, на один из мраморных тронов и принялась за еду. Подумав о Двенадцати, достала из кармана железный камень Древа Стихий: Тора вернула ей его на хранение, не зная, чего ещё от него ожидать. Усаги тогда посмеялась над страхами подруги, но камень взяла.

Теперь она вертела его в руке, любуясь красными, чёрными и золотыми полосками. Тигровый камень – так его называли. Он мог придавать человеку силу и спокойствие духа, мог и заживлять раны. Так говорил ей Наследник Барана до того, как предал их и перешёл на сторону Короля-дракона. Усаги до сих пор не могла понять, как такое могло случиться. И не могла забыть.

Она сжала тигровый камень в руке. Если бы можно было как-нибудь передать его Тигрице. Когда они увидели её во время последнего Призыва, она выглядела такой слабой. Держитесь, Наставница. Пока Усаги оставалось только молиться в ожидании момента, когда они смогут её освободить.

Она положила железный камень перед собой на мраморный «коготь» и снова окинула взглядом весь круг. Говорят, что кто-то из Первых Воинов и вкрапил железную руду в Древо Стихий. Может, они и правда собирались в этом самом месте? Усаги слегка крутанула тигровый камень и подцепила палочками кусок улитки. Как и предупреждал Гору, он оказался резиновый на вкус, но ей даже понравилось – похоже на моллюсков.

Оранжевый огонь плясал и потрескивал в костровой яме. В отдалении Усаги слышала, как её друзья учат Рудокопов пользоваться духовной скоростью.

– Расставите ловушки – и убегайте, – говорил Ину. – На духовной скорости можно передвигаться в три или четыре раза быстрее. Быстрее лошади. Стражники и приблизиться к вам не смогут.

Усаги улыбнулась про себя и поспешила доесть завтрак, чтобы поскорее присоединиться ко всем. Вскочив с места, она нечаянно задела ногой упавший тигровый камень и отчаянно вскрикнула, увидев, что он укатился в костёр. Она потянулась было за ним, но тут же отдёрнула руку: слишком горячо. (Боги, вот если бы у неё был огненный дар, как у сестры.) Попробовала достать палочками для еды, но только задвинула камень ещё дальше в огонь, и палочки вспыхнули у неё в руках.

– Дряхлые духи! – выругалась она, с остервенением дуя на горящие палочки.

Нужно что-нибудь длинное и металлическое, подумала она. Меч! Она сбегала за посохом и достала из него своё оружие. Сунула меч в пламя – посыпались искры. Усаги скривилась. Ину бы хватил удар, если бы он увидел, как она обращается с мечом, который он сам для неё сделал. Но не могла же она оставить камень от Древа Стихий в этом костре!

Наконец ей удалось его вытащить. Теперь он лежал в песке на краю кострища, и блики пламени играли на его красных, золотых и чёрных прожилках. И вдруг, к её изумлению, с камнем стало происходить что-то непонятное. Из шероховатого он сделался совсем гладким, края его скруглились, середина вытянулась и изогнулась. Прямо у неё на глазах кусок тигрового камня превратился в идеально гладкую изогнутую бусину, в точности повторявшую форму когтевидных камней в круге. Ещё она как две капли воды походила на нефритовую бусину из Ожерелья Земли и Неба, только окраска была другая – тигровая.

– Духи! – выдохнула Усаги. Она подождала, пока бусина остынет (это время показалось ей вечностью), и теперь смотрела, как она мерцает, словно подмигивает, у неё на ладони. В пещере было очень тихо. И тут, обведя взглядом эти шершавые стены с их поблёкшими древними изображениями, Усаги уверилась окончательно: да, это не просто Нора Рудокопов, а Разрисованный Грот, священное место Двенадцати, и только что она получила от него этот удивительный подарок. Она ещё не знала как, но чувствовала всем своим существом, что эта бусина должна им помочь.

Глава 16

Набег

В тот день в расписном гроте было тише, чем обычно, – смеха и шуток почти не слышно, все сосредоточенно готовились. Брат Торы ходил по лагерю с зачехлённым Кудесником, притороченным к поясу.

– Сто лет уже не «встречали» караван, – сказал он, нервно теребя завязки мешка. – Тот, что будет проходить по Круговой Дороге сегодня, пожалуй, побольше всех прежних.

Опоясывающая остров Главная Дорога проходила через холмы рядом с заброшенным карьером, в котором они встретили Рудокопов в первый раз. Обозы с запряжёнными быками телегами и подводами, охраняемыми Стражниками, были здесь не редкостью.

– Штука в том, что, когда мы долго их не трогаем, они расслабляются. Думают, мы куда-то делись, – объяснил он Торе и Усаги. – Но мы постоянно посылаем «разведчиков», чтобы быть в курсе их планов. Вот как Панри напал на вас.

– Скорее мы на него, – сказала со смехом Тора. – Да, Кабан?

Панри фыркнул.

– Да как скажешь.

– Рассчитывайте на нас во всём, – сказала Усаги. Они до сих пор не придумали, как заполучить Молот. Тора переводила разговор на другую тему всякий раз, как Усаги пыталась это обсуждать. Может быть, если с их помощью набег завершится удачей, им легче будет уговорить Имуги.

Они отправились поздно вечером. Восходящая луна была бледным полукругом, напоминающим большой пельмень. Оставив ущелье, они прошли по длинному потайному туннелю к заброшенному карьеру и пробрались через холмы к тому месту, с которого открывалась проходящая внизу Дорога. Имуги вытащил Молот и, закрыв глаза, произнёс беззвучную молитву. Потом принял сосредоточенный вид и ударил Молотом о землю.

Раз! – появился прекрасный лук и стрелы.

Два! – коробка со взрывчатым веществом.

Три! – огнестрел.

Получив всё необходимое оружие и припасы, он быстро раздал их Рудокопам и обрисовал каждому его задачу.

– В последнее время караваны выходят по чётным часам, в том числе в полночь. – Имуги покосился на Наследников и Наследничков. – Тигриное зрение Торы теперь пригодится. – Он передал сестре сложенные сигнальные фонари. Они были сделаны из четырёх листов рисовой бумаги, прибитых к бамбуковому каркасу, и в основании каждого находился пропитанный маслом войлочный фитиль. – Как увидишь, что они идут, посылай один фонарь – это послужит сигналом к началу. Если опасность и надо отходить – посылай два.

Рудокопы натянули на лицо маски, скрывавшие их клейма.

– Будьте осторожны! – крикнула им вслед Тора. Она прижала к себе охапку сложенных фонарей и ободряюще улыбнулась Усаги, но в глазах у неё была тревога.

– Вчера у меня было ещё одно видение, – призналась она. – Не знаю, что оно значит. Я увидела огромный костёр и потом большое сражение – но мы в нём не участвовали.

– Не волнуйся. – Усаги вытащила из-под ворота Кольцо на цепочке. – Гигантская бабочка, сторожившая его, была на самом деле, но я бы не сказала, что это было чудовище. И Молот в Мраморном ущелье в руке у Рудокопа ты увидела правильно. Но не могла предположить, – она улыбнулась, – что им владеет твой брат. Будем надеяться, что новое видение тоже к добру.

Тора кивнула и потёрла шрам на руке.

– Что ж, может, и так.

Они нашли себе укромное место на гребне холма, откуда открывался хороший обзор Круговой Дороги, тянувшейся в обе стороны, куда хватало взгляда. Глубокие ямы и отвалы Восточных Копей казались отсюда оспинами и прыщами на лице долины, да и курганы Долины Теней выглядели едва ли больше. Синий Дракон принёс несчётные беды королевству и со временем становился только сильней. Вот уже и сестра Усаги у него на службе, и один из Наследников Воинов теперь на его стороне. Может быть, сопротивление уже бесполезно и ничего не изменит?

Усаги сделала глубокий вдох. Если сдаться, будет только хуже. Она вспомнила слова Тигрицы: «Покорение горы начинается с маленького шага».

Луна поднялась выше, и ночной воздух сделался прохладным (лето было на исходе). На Круговой Дороге ни души, всё тихо. Усаги слышала только, как шуршат где-то в кустах звери, копошатся насекомые, летучие мыши и совы преследуют свою добычу. Она почувствовала, как тяжелеют веки, и начала проваливаться в сон. Потом чья-то рука потрясла её за плечо.

– Усаги, проснись! – позвал Ину. – Караван идёт. Нужно предупредить Имуги и Рудокопов.

Усаги вскочила смущённая. В отдалении слышны были звуки копыт, фырканье волов, стук колёс, топот сапог и скрип доспехов.

– Я их слышу, – ещё сонным голосом проговорила она. Всё вокруг было немного как в тумане.

Тора и Гору расправили один из сигнальных фонарей. Усаги вытащила огниво, поднесла к войлоку внутри фонаря и ударила железом по кремню. Но одна из искр коснулась рисовой бумаги, и фонарь загорелся, прежде чем они успели его запустить.

– Дряхлые духи, – выругался Ину, затаптывая пламя. – Давайте другой. Скорее.

Дрожащими руками Усаги достала новый фонарь. Ину подобрал тлеющую бамбуковую рейку.

– Давайте его сюда, – рявкнул он. Потом велел Торе и Гору держать верхние концы бумажного куба и поднёс рейку к промасленному войлоку. Войлок вспыхнул и загорелся ярким пламенем – и Ину задул бамбук. От горячего воздуха фонарь надулся и начал рваться вверх. – Хорошо, отпускайте.

Светящийся куб поднялся в ночное небо. Усаги подумала, что его сейчас видно со всех холмов, и с Круговой Дороги тоже. Она слышала, как поднялись по сигналу Рудокопы и как Имуги даёт последние наставления.

– Думаю, фонарь сделал своё дело – и можно его спустить, – сказала она Ину.

Тот наморщил лоб:

– Ты уверена?

– Иначе с каравана тоже заметят и будут знать, что мы здесь, – сказала Усаги.

Ину уже взял было лук и стрелы, но Тора остановила его.

– Брат так не говорил. Он сказал запускать фонари, когда увидим караван, и всё. Думаю, надо оставить.

Гору смотрел, как фонарь поднимается всё выше и выше в небо.

– Я не уверен, Тора, – может быть, Усаги права. Почему бы Стражникам не видеть его тоже?

– С их-то обычным зрением, – усмехнулась Тора. – Нет уж, давайте делать как сказано.

– Как сказано… – Ину нахмурил лоб и скрестил руки на груди. – Имуги нам не начальник.

– Может, и так, – зрачки у Торы сузились, – но здесь командует он, а мы вызвались помогать.

– Я и пытаюсь, – сказала Усаги. – С дороги фонарь увидят – а наши уже готовы, слышу, как они зашевелились. Давай, Ину, медлить нельзя.

Тора ещё колебалась, а Ину снова потянулся за луком. Но тут Усаги услышала крик, прозвучавший со стороны Дороги.

– Слишком поздно. Они уже увидели. – Она вздрогнула, услышав цокот копыт. – Высылают отряд всадников. Придётся дать нашим отбой.

Тора пристально вглядывалась в даль.

– Волдырь-бородавка! Значит, нужно послать два фонаря.

Усаги вытащила один фонарь и стала судорожно рыться в пакете в поисках второго. Сердце у неё упало. Значит, их было всего три, и один сгорел из-за её небрежности.

– Остался только один.

Они подавленно смотрели друг на друга. Потом Ину взял у Усаги оставшийся фонарь.

– Один в воздухе. Если пошлём ещё этот, думаю, они догадаются.

– Тогда давай скорей, – сказала Тора, не сводя глаз с Дороги. – Конный отряд приближается. Скоро будут здесь.

Усаги схватилась за огниво, но Ину её остановил.

– Снова сожжёшь. Зажги опять рейку, так будет вернее.

Прикусив язык, она высекла огнивом сноп искр и подождала, пока бамбук занялся огнём. Ину выхватил его и с помощью Торы и Гору зажёг последний фонарь, отпустив его в воздух. Только бы Рудокопы поняли, взмолилась про себя Усаги. Сердце у неё колотилось в такт цокоту копыт. Уходите, уходите.

Она услышала на холмах смятенные крики. «Два фонаря! Не двигаемся!»

«Нет, был один – этот пущен отдельно – значит, обозов два!»

«Готовьте порох!»

Усаги уткнула лицо в ладони и застонала.

Не получилось. Они не отступят.

– Нужно сделать так, чтобы отступили, – сказала Тора. Она повернулась к ним спиной. – Я должна предупредить брата.

– Тора, подожди! Вернись!

Гору кинулся за ней. Обернулся через плечо к Усаги и Ину.

– Идёте или нет? Мы не можем бросить её одну.

Они подхватили вещи и пустились следом. Тора легко передвигалась в темноте. Усаги, Ину и Гору еле поспевали за ней. Не зная местности, они всё время натыкались на какие-то препятствия, рискуя переломать себе ноги. Фонари плыли высоко в небе, сверкая, как две звезды, – ветер уносил их на запад. Усаги продолжала прислушиваться к Рудокопам.

– Похоже, они продолжают действовать по плану, – сказала она Торе.

Та застонала в ответ.

– Надо скорей добраться до Круговой Дороги. Я перехожу на духовную скорость. Увидимся внизу.

Без её ночного зрения им пришлось ещё трудней. Но приближался час Кролика, небо на востоке посветлело, и они смогли разглядеть тропу. До цели оставалось совсем немного.

Череда взрывов разорвала рассветную тишину, отозвавшись эхом в холмах. Усаги заткнула уши руками, но это не помогало. Следом раздались крики и испуганное ржание лошадей.

– Ускоряемся! – велел Ину. Они перешли на духовную скорость и, прибыв на место, обнаружили там полный хаос. Вместо ожидаемого каравана Рудокопы столкнулись с высланным конным отрядом. Некоторые из Стражников были ранены взрывами. (Испуганные лошади сбросили их на землю и ускакали.) Остальные скакали вокруг Рудокопов, орудуя хлыстами и прикладами своих огнестрелов. Усаги попыталась отыскать глазами Тору.

Сухие кустарники по сторонам дороги загорелись от взрывов и продолжали полыхать, выбрасывая в воздух снопы искр. Напротив стены огня Усаги заметила знакомый силуэт. То была Тора, защищавшая брата от оставшегося без коня Стражника. Имуги лежал на земле без сознания. Позолоченная рукоять Кудесника блестела у него под рукой, как будто он упал, закрывая Молот от врага.

– Тора! – Усаги кинулась к ней на помощь. Гору и Ину – за ней. Один из конных Стражников поскакал им наперерез. Гору поднял руку и легко выбил его из седла. Ину натянул тетиву своего лука, и стрелы полетели одна за другой. Подступившиеся стражники с криками хватались кто за плечо, кто за колено и падали из своих сёдел на землю.

Тора увернулась от хлыста одного из Стражи и метнула взгляд в сторону Усаги.

– Возьми Молот! Нам нужны ещё защитники!

Усаги опять заметила у неё клыки и когти. Стражник замахнулся снова, но Тора ухватилась за конец хлыста и дёрнула его на себя, полоснув нападавшего когтями по лицу.

– Скорее! – крикнула она.

Усаги подбежала к раненому, истекающему кровью Имуги. Потянула за рукоять и вытащила из-под него Молот. В этот миг ей вспомнилось последнее видение Торы. Она изо всей силы ударила Молотом о землю, подумав о столь нужной сейчас подмоге.

С каждым ударом словно из-под земли возникал воин на коне, немедленно устремлявшийся в атаку. Все они были в полном воинском облачении и вооружением ничуть не уступали Стражникам. Со смятенными криками те принялись как могли отбиваться от нападавших. Усаги между тем продолжала колотить Молотом – теперь атакующая конница была больше посланного караваном отряда.

Пока длилось сражение, Гору легко подхватил Имуги себе на плечи, и они с Торой исчезли в окрестных холмах. Ину подбежал к остальным Рудокопам, которые как заворожённые смотрели на битву Стражи с подоспевшим неведомо откуда отрядом.

– Пошли! – крикнул он, хватая Панри за руку. – Усаги! Хватит – уходим!

Усаги остановилась, и явившийся последним всадник устремился в гущу сражения. Тут сквозь ржание лошадей и звон мечей она услышала новые звуки.

– Караван уже здесь!

Они обернулись и посмотрели на Дорогу. Лучи восходящего солнца освещали длинную вереницу телег. Ехавший впереди погонщик сидел с открытым ртом, тупо уставившись на разыгравшееся впереди побоище. Стражи к этому времени были почти побеждены и отчаянно взывали о помощи. Те, что охраняли караван – и пешие, и конные, – кинулись к ним, совершенно не обращая внимания на Усаги, Ину и Рудокопов.

– Отлично, – сказал Панри. – Стражникам теперь не до нас.

– На караван! – крикнула молодая девушка с луком. И Рудокопы с гиканьем бросились к телегам, оставшимся без защиты.

На всякий случай Усаги сколотила ещё один отряд, работая Молотом так, что у неё заболела рука.

– Теперь всё! – сказала она, с удовлетворением глядя, как последний воин решительно кинулся вперёд. Она ещё какое-то время стояла, сжав Молот в руке. На дороге от него образовалась глубокая вмятина. Зато преимущество армии Кудесника было подавляющим.

– Ну и ну! – Ину откинул волосы со лба и рассмеялся. – А не помочь ли нам Рудокопам?

Усаги заткнула Молот за пояс и ухмыльнулась.

– Самое время.

Они помчались к обозу. Двое погонщиков были крепко связаны и сидели на земле, беспомощно глядя, как Рудокопы снимают с подвод корзины со слитками и необработанными драгоценными камнями. Несколько человек стояли на стрёме на случай, если кто-нибудь с других подвод захочет прийти своим на помощь.

Панри заметил их и замахал руками.

– Сюда! – и тут же свалил на них два тяжёлых мешка. – Теперь уматывайте!

Глава 17

Праздник Кудесника

На Мраморное Ущелье опустилась темнота, но в разрисованном гроте по случаю большого пира горел тёплый свет от искусно изукрашенных фонарей и раздавались оживлённые голоса. Одетые в роскошные шёлковые одежды (от Кудесника) гости и хозяева сидели на пышных подушках, разложенных на широком праздничном ковре. На низких точёных столиках сверкали блюда из тончайшего фарфора и серебряные палочки для еды, тоже (как и всё на этом пиру, вплоть до слуг и музыкантов) произведённые Кудесником.

– Духи, – сказал Гору, одёргивая свою новую рубаху, на спине которой был вышит могучий и грозный бык. Он приподнял искусно расшитый рукав и взял кубок с пуншем, протянутый ему одним из слуг: – Благодарю. – Слуга сделал поклон и повернулся, чтобы пропустить четверых музыкантов, с отсутствующим видом наигрывающих весёлую мелодию. Гору почесал свой бритый затылок.

– По-моему, это немного слишком, вам не кажется?