– Ну, ну, успокойся, малыш, – говорит он миролюбивым тоном, но его голос звучит фальшиво.

Как в «Холодном сердце», когда принц Ханс сказал Эльзе, что ее сестра Анна мертва и что это все ее вина, решает Сигрид.

– Зачем ты преследуешь нас? – Она крепко вцепляется в руку Дано и чуть ли не силком оттаскивает его назад, чтобы он не наделал глупостей.

– Я голоден, вот и все, – говорит мужчина. – Просто голоден, – прибавляет он по-английски, прежде чем снова перейти на шведский язык. – Я подумал, что, может быть, у вас есть немного еды. Я тут встретил вчера одного парня, но его сегодня утром застрелил… какой-то странный человек, когда мы попытались с ним заговорить.

При этих словах Сигрид так крепко вцепляется в руку Дано, что у нее белеют костяшки пальцев. Дано решает, что этот человек им угрожает, и делает небольшой шаг вперед. Она пытается удержать его; она хочет, чтобы мужчина продолжал говорить.

– Я видел, как кто-то вышел из магазина и какой-то мальчик запер за ним дверь. Вы не кажетесь мне опасными в отличие от тех, кто стрелял в нас.

Мужчина замолкает и ждет, что они скажут, но Сигрид не хочется ничего говорить.

– Вы слышали вертолет? – спрашивает он. – Ведь это был вертолет, верно? Я его не видел, но шум был как от вертолета. И еще какие-то выстрелы… там, в стороне. Что происходит?

Сигрид не выдерживает.

– Но если вы видели, как кто-то вышел из магазина, то зачем спрашивать, одни ли мы? Вы же знаете, что мы со взрослыми, – говорит она, стараясь ничем не выдать своего страха.

– Однако… – бормочет себе под нос мужчина и, улыбнувшись, прибавляет: – А тебе палец в рот не клади, верно?

Он не злой, думает Сигрид. Но он врет. Улыбается нам, а самому явно не до улыбок.

– Мы уходим, – говорит Сигрид и тянет Дано назад. – Вы, если хотите, можете зайти внутрь и взять, что найдете. Взрослых там сейчас нет, честное слово.

Мужчина фыркает, но едва открывает рот, чтобы что-то сказать, как громкий выстрел заглушает его слова. Пистолет, мелькает мысль у Сигрид, и вслед за этим раздается женский крик. Еще один выстрел. Мама! Неужели это мама?

У мужчины меняется выражение лица. Он с подозрением смотрит на ребят, словно это они тут палят из пушки.

Сигрид резко дергает Дано за руку.

– Бежим, – говорит она, и, кажется он понимает, что она хочет.

Разумеется, он тоже слышал выстрелы и крик. Они с Дано устремляются через стоянку. Туда, где стреляли, куда ушла мама. Теперь нас точно никто не догонит, самодовольно думает Сигрид.

Но внезапно она чувствует на своей шее потную волосатую руку, и невесть откуда взявшийся незнакомец отшвыривает ее от Дано.

Дано разворачивается, и мужчина бьет его кулаком прямо в лицо.

Сигрид тяжело дышит. Ей кажется, словно время замедлило свой ход, и ей остается только стоять и беспомощно смотреть, как двенадцатилетний мальчик медленно отлетает в сторону и падает на землю. И остается лежать на ней, неподвижный и безмолвный.

Горячая слюна обжигает шею Сигрид, когда мужчина свирепо шипит ей в ухо:

– А ты пойдешь со мной!

Аманда

От слов Линды у Аманды чуть ноги не подкашиваются.

– Исключено, – говорит она. – Я не собираюсь забивать тебя дубинкой. Я что, похожа на палача?

– Какая разница, как ты меня убьешь? Результат-то одинаковый. Пара точных ударов по голове, и все кончено. – Она делает короткую паузу. – Тогда я скажу вам, куда надо бежать. А твоя дочь будет в безопасности, – добавляет Линда, обращаясь к Айрис.

– Ни за что, – отвечает Аманда. – Тебе, может, и все равно, а мне нет. Разница есть, и весьма значительная. – Она отворачивается. – Уходим, – говорит она Айрис. – Сядем в грузовик и поедем. У меня есть ключи.

Но Айрис не двигается с места и пристально смотрит на женщину.

– Просто так нам отсюда не выбраться, – медленно говорит она. – Они наверняка заминировали дорогу. Я не хочу взлететь на воздух.

Аманда поворачивается к Айрис:

– Да пойми же, у них не было на это времени. Не следует верить ей только потому, что она вспомнила про Сигрид.

– Это ее имя? – спрашивает Линда. – Симпатичное. Сколько ей лет?

Аманда прикусывает язык. Черт возьми, и что теперь ей делать с внезапно проснувшимся материнским инстинктом Айрис? Да-а, положеньице…

Айрис нерешительно смотрит на Линду, потом на Аманду:

– Дай сюда эту штуку. Я сама все сделаю.

– Прекрати. Ты не сможешь. У тебя же рука сломана.

– Ты плохо меня знаешь – я на многое способна. Дай мне дубинку, или я проломлю ей голову пистолетом. На это уйдет больше времени, зато я все сделаю так, как она хочет.

– Вашу мать! – внезапно взрывается Линда. – Долго вы еще будете спорить? Ждете, когда прилетит вертолет и вас всех здесь перестреляют? «Призрак» передвигается со скоростью семьдесят километров в час, а наша штаб-квартира находится гораздо ближе. Достали уже своим нытьем. Кстати, у многих после заражения этим чертовым вирусом съезжает крыша, поэтому советую поторопиться, если хотите, чтобы я успела переговорить по рации…

Линда внезапно захлебывается кашлем, на ее губах появляется кровавая пена.

– Ну же, поклянитесь, что прикончите меня! – хрипло кричит она.

Аманда тяжело вздыхает и с тоской смотрит Айрис в глаза, но та настроена крайне решительно и выдерживает взгляд.

– Одна из нас сделает это, – говорит Айрис Линде, а потом поворачивается к Аманде: – Можешь сама выбрать кто.

Линда вяло кивает. Похоже, силы ее уже на исходе.

– Наша база располагается на ферме неподалеку от Тюресе. Поэтому избегайте шоссе, ведущего в город Эльта. Также не советую выбираться из города в южном направлении через площадь Гульмарсплан. Тамошние мосты и дороги контролируются нашими снайперами.

– Так это вы развели мост в Сканстулле?

Линда кивает:

– Да, это была я. Я испортила подъемный механизм во вторник вечером, пока мост был поднят.

– Почему вы решили, что все жители Седеремальма должны умереть? Вы же не собираетесь там жить. Зачем было создавать этот очаг инфекции на юге Стокгольма?

– Но мы должны же были с чего-то начинать, согласна? – Линда харкает кровью и продолжает: – Южные районы Стокгольма как таковые не являются нашей целью. Мы просто хотим контролировать все мосты, ведущие на юг страны. Дороги на север будут отрезаны чуть позже. Знаешь, где следующий после Эсингледена мост через озеро Меларен? В Стренгнесе. Когда выжившие поймут, что бежать на юг опасно, они направятся на север. Таким образом, город рано или поздно освободится, но при этом мы будем контролировать потоки беженцев.

– Но в самом Стокгольме полно лодок и катеров, – сухо возражает Аманда.

– Как я уже сказала, мы должны были с чего-то начинать. – Линда отнимает руки от живота и ощупывает карманы. – Все, я достаю рацию. Иначе «призрак» скоро вернется на базу, и я не успею выполнить обещания.

Словно в доказательство своих намерений она долго и мучительно откашливается. После чего, морщась от боли, трясущимися руками достает рацию.

– Просто скажи, что ты видела дрон и что с тобой все в порядке, – подсказывает Аманда. – Что грузовик загружен продуктами и ты скоро выезжаешь на базу. Договорились?

Линда вяло кивает.

– Я справлюсь, – шепчет она, а затем, прочистив горло, подносит рацию ко рту. Но прежде чем нажать на кнопку вызова, Линда снова смотрит на Айрис: – А что отец Сигрид? Он жив?

Аманда хмурится. Почему она так интересуется Сигрид? Прежде чем Айрис успевает ответить, Аманда шикает на Линду:

– Может, поторопишься? Говори же.

И в этот момент сзади раздается громкий свист:

– Эй, вы там!

Метрах в тридцати от них стоит крепко сбитый мужик в толстовке и кепке. В левой руке он сжимает здоровенный гаечный ключ, а правой держит Сигрид за горло. Девочка болтает ногами в воздухе и отчаянно пытается вырваться. Айрис вскрикивает от ужаса.

– Кидайте мне пистолет и дубинку! – кричит мужчина. – Немедленно! Иначе девчонка умрет через пару секунд.

Айрис

При виде дочери, бьющейся в руке какого-то мужлана, силы разом покидают Айрис. Каким-то чудом удержавшись на ногах, она страшно вскрикивает:

– Отпусти ее! Слышишь, немедленно отпусти ее!

– А, так она твоя дочь. – И мужчина криво усмехается. – Да еще, я вижу, у тебя рука сломана. Да, дерьмовая ситуация, ничего не скажешь.

– ОТПУСТИ ЕЕ!!!

– Щас, разбежалась. – И мужчина еще сильнее сжимает горло Сигрид, так что та начинает задыхаться. Айрис слышит слабое хныканье дочери и чувствует, как у нее подкашиваются ноги. – Сначала отдай мне оружие.

Айрис, не колеблясь, отбрасывает пистолет в его сторону.

– Хорошо, – говорит он и поворачивается к Аманде: – Ты тоже, иначе я не отпущу ее.

Но Аманда медлит.

– Ну же, чего же ты ждешь? – поторапливает ее Айрис, но Аманда крепко держит дубинку.

– Если ты задушишь ее, тебе будет нечем с нами торговаться, – угрожающе произносит Аманда. – И ты окажешься наедине с двумя озверевшими женщинами, которые не остановятся, пока не забьют тебя до смерти. Отпусти ее горло и говори, что тебе надо.

Ухмылка на лице мужчины становится напряженной, он явно не ожидал такого сопротивления.

Айрис бросается к Аманде и пытается выхватить у нее полицейскую дубинку, но Аманда отталкивает ее.

Айрис чувствует, как ее захлестывает паника. Она не знает, что делать. Снова пытаться вырвать у Аманды дубинку или бежать к дочери и попытаться спасти ее из этого кошмара.

– Прекрати! – гневно кричит Аманда мужчине. – Дай ей дышать и говори, чего ты хочешь.

– Я… – Мужчина мнется, но делает так, как сказала Аманда, и ослабляет хватку.

Сигрид по-прежнему висит у него в руке, но Айрис слышит, как дочь судорожно делает несколько глубоких вдохов. Затем она кашляет и еле слышно произносит:

– Мамочка…

Слезы текут по щекам Айрис, она больше не может их сдерживать. Рыдая, она падает на колени, убитая тем, что не может спасти своего ребенка.

– Я хочу знать все, что знаете вы, – сказал мужчина. – Я устал все время прятаться, постоянно ожидая получить пулю в спину. Эти гребаные придурки в противогазах убили единственного выжившего, которого я встретил до вас. Все, что я хочу, это узнать, что здесь, черт возьми, происходит, и уйти отсюда.

– Да что с вами со всеми такое?! Люди вы или дикие звери? – кричит Аманда, в бешенстве переводя взгляд с мужика, стоящего перед ней, на женщину, лежащую на траве. – Одна убивает других не моргнув глазом, другой хладнокровно душит шестилетних детей, – что с вами?! Опомнитесь! Ведь прошло всего четыре дня – че-ты-ре дня!

Айрис пытается поймать взгляд дочери, подбодрить ее хотя бы улыбкой, но ничего не выходит.

– Мамочка, – тихо шепчет Сигрид. – Пожалуйста, скажи дяде… чтобы он меня отпустил.

Дрожащий голосок дочери… ее жалобные слова… словно тысячи игл вонзаются в сердце Айрис. Господи, как же больно. Краем глаза она видит, как Аманда склоняется над умирающей женщиной, и внезапно замирает, испуганно глядя на рацию в ее руке:

– Ты что, нажала на кнопку?! Отвечай!

Лицо женщины расплывается в слабой, но довольной улыбке.

Аманда хватает рацию:

– Если они слышали по рации все, что мы здесь наговорили, то у нас почти не осталось времени…

– Что слышали? – внезапно встревает мужчина. – Какая рация? Она что, передала сообщение вертолету? Тому, из которого стреляли…

– Заткнись! – прикрикивает Айрис на мужчину. – Заткнись и отпусти мою дочь. Тоже мне храбрец нашелся, только детей не боится, а от всех остальных шарахается. Отпусти ее, ублюдок!

Как ни странно, мужчина отчасти подчиняется ее приказу. Он продолжает держать Сигрид крепкой хваткой, но теперь хотя бы девочка обеими ногами стоит на земле. Айрис видит, как ее дочь бьет дрожь. Ей приходится опереться на мужчину, чтобы не упасть, и это еще больше растравляет ненависть Айрис к незнакомцу.

– Они уже на подлете? – шипит Аманда, склонившись над женщиной. – Линда, ответь мне, они скоро здесь появятся?

Линда поднимает дрожащую руку, в которой зажата рация, и показывает Аманде средний палец.

– Надеюсь, ты задохнешься от своей собственной рвоты прежде, чем они успеют добраться до тебя и избавят от страданий, – тихо и зло произносит Аманда.

Линда усмехается и что-то говорит в ответ, но ее плохо слышно.

– Что ты сказала? Повтори! – кричит Айрис.

– Я говорю: слишком поздно. – И Линда переводит взгляд на небо.

И тут до слуха Айрис доносится шум.

Оглушительный шум вращающихся лопастей. Который нарастает и становится все громче.

Аманда

Аманда задирает голову и через несколько секунд замечает высоко в небе летящий к ним вертолет.

– Бежим! – кричит Аманда и машет рукой мужчине, который по-прежнему держит Сигрид. – Отпусти ее и беги в укрытие, если хочешь спастись.

Но мужчина, кажется, ничего не понимает и как завороженный смотрит на стремительно приближающийся вертолет.

Оказавшись над парковкой, он разворачивается и зависает в воздухе. На боку вертолета открывается дверка, и за ней появляется мужчина в противогазе и со штурмовой винтовкой в руках. Мужик внезапно приходит в себя и, испугавшись, бросается в сторону вместе с Сигрид и прячется за микроавтобусом. Айрис замирает, глядя на место, где только что была ее дочь. Она не понимает, куда та могла деться. Аманде приходится ее подтолкнуть.

– Быстрее под крышу! – кричит Аманда, но Айрис, не обращая на нее никакого внимания, со всех ног мчится к микроавтобусу. – Ты не успеешь! – в отчаянии кричит Аманда, устремляясь к складу.

Однако она понимает, что это бесполезно: ничто не остановит мать, спасающую своего ребенка. И еще Аманда понимает, что никогда не простит себя, если Айрис и Сигрид погибнут, а она выживет ценой собственной трусости.

Она разворачивается и на ходу замечает брошенный Линдой автомат. Он не заряжен и сильно поврежден после удара машины, но издалека выглядит довольно угрожающе. Если она наведет оружие на вертолет, то, возможно, человек не станет стрелять.

Аманда выскакивает из-под крыши склада и видит, что все внимание пассажиров вертолета приковано к Линде. Та указывает в сторону укрывшихся за микроавтобусом мужчины с Сигрид и делает какие-то непонятные жесты руками. Похоже, что те, кто в вертолете, плохо понимают ее, потому что она начинает жестикулировать все отчаяннее. Наконец Линда опускает голову и показывает кулак с опущенным вниз большим пальцем.

На этот раз ее, кажется, поняли. Стоящий в открытом проеме человек прицеливается и делает два выстрела. Пули попадают Линде точно в голову, и она лопается, как арбуз. Сердце Аманды выпрыгивает из груди. Она потрясена тем, насколько быстро и хладнокровно было принято решение о ликвидации Линды.

Айрис находится уже прямо под вертолетом, но продолжает бежать к микроавтобусу, за которым скрываются мужчина и Сигрид. Аманда внезапно вспоминает про Дано. Где он? Что с ним?

Аманда на бегу размахивает автоматом и что-то неразборчиво кричит, пытаясь привлечь к себе внимание людей из вертолета. К счастью, на парковке хватает машин, чтобы в любой момент укрыться за ними от пуль. Однако стрелок то ли не замечает ее, то ли избрал себе другую цель.

Айрис оказывается на противоположной стороне парковки. И тут вертолет срывается с места и летит к микроавтобусу.

– Неееееееет! – кричит Айрис.

Вертолет, качнувшись, разворачивается, и Сигрид с мужчиной оказываются перед стрелком как на ладони.

Со своего места Аманде плохо видно, что именно происходит за микроавтобусом, но тут она замечает, как мужчина зачем-то поднимает руки и моментально получает три пули в лоб. Ей кажется, что Сигрид тоже убита, но, к счастью, девочка просто упала. Айрис же все ближе подбирается к дочери.

Тем временем люди в вертолете явно не собираются останавливаться на достигнутом и, похоже, следующей своей целью выбирают Сигрид. Они пролетают над девочкой и отсекают ее от матери. Из-за плотно стоящих машин вертолет не может приземлиться и поэтому зависает на минимальной высоте от земли. Айрис и Сигрид закрывают руками лица, спасаясь от клубов песка и пыли, поднимаемых вращающимися лопастями.

Вертолет поворачивается носом к Айрис, словно прежде пилот хочет внимательно рассмотреть ее, чтобы решить, кто станет следующей жертвой.

Аманда следит за тем, как вертолет снова приходит в движение и медленно поворачивается открытой дверью к Сигрид.

Если бы в ее силах было хоть что-то сделать. Что угодно! Что может быть страшнее для матери, чем видеть своего ребенка погибающим под пулями?

Аманда в отчаянии смотрит по сторонам, и тут ее осеняет: что же такое Линда пыталась объяснить стрелку перед смертью? Почему она проявляла такой интерес к Сигрид? И действительно ли ее интересовала именно Сигрид? Почему она так не хотела разговаривать со своим командиром в присутствии Айрис? Должно быть, все дело не в дочери, а в ее отце.

Аманда смотрит на рацию. Светодиод начинает часто мигать красным. Аккумулятор скоро сядет.

Вертолет висит метрах в двадцати от Сигрид. Стрелок неторопливо вскидывает винтовку и прицеливается в девочку.

Аманда нажимает кнопку вызова и кричит:

– Стойте! Не стреляйте! Оба ее родители живы, а не только мать! Отца здесь нет, но он тоже жив! – Она переводит дыхание и продолжает: – Вы слышите меня? Она особенная…

Стрелок колеблется, но все же опускает винтовку и поворачивается к пилоту, словно хочет посоветоваться с ним или узнать, что делать дальше.

Пожалуйста, мысленно просит Аманда. Пожалуйста, пусть это окажется правдой.

Наконец мужчина кивает и закидывает оружие за спину. Вертолет снижается и, едва не касаясь машин, снова повисает в воздухе. Человек спрыгивает на землю, наводит винтовку на Сигрид и, пригнувшись, бежит к ней.

Аманда застывает на месте.

Айрис, думает Аманда. Я должна опередить ее, пока она не наделала глупостей.

Но Айрис уже потеряла контроль над собой и истерично орет. Она поняла, что сейчас произойдет. Заткнись, хочет крикнуть ей Аманда. Не привлекай к себе лишнего внимания. Пусть они вообще забудут о твоем существовании.

Опасаясь приближаться к вертолету, Аманда огибает его по широкой дуге и сильно ударяется о бампер машины. Не обращая внимания на боль в колене, она делает еще несколько шагов и спотыкается о труп мужчины. Господи, куда мы катимся…

Сигрид неловко делает шаг назад и пытается убежать, но мужчина быстро нагоняет ее и несильно бьет прикладом по виску. Девочка падает как подкошенная.

Стрелок поднимает ее обмякшее тело и возвращается назад к вертолету.

Айрис

Наверное, я сейчас умру, думает Айрис, беспомощно глядя на то, как мужчина в противогазе сшибает ее дочь с ног. Как же невыносимо видеть эти слаженные, отработанные движения, легкость, с которой он все проделал. Стрелок поднимает и несет девочку, как какую-то куклу, а она может только стоять и смотреть, как маленькие ноги Сигрид безвольно болтаются в воздухе, не в силах ничего сделать.

В то же время какая-то часть ее сознания успевает отметить, что человек при падении Сигрид защитил голову ее дочери от удара – он хотел лишь схватить ее, но не убивать.

Айрис падает на колени. Не помня себя от горя, она кричит как безумная:

– СИИИГГРИИИИИДДД!..

К тому времени, когда перепуганная и задыхающаяся Аманда успевает подбежать к ней, стрелок оказывается уже почти в вертолете. Он переместил свою ношу, и теперь Сигрид больше не лежит у него на руках. Вместо этого стрелок грубо держит ее за лодыжки, так что руки девочки почти волочатся по земле. Сначала до Айрис не доходит, что он делает, а потом она внезапно понимает, что так он пытается отдалить лицо Сигрид от своего. Он боится заразиться, даже несмотря на противогаз.

– Спрячься! – кричит Аманда и хватает Айрис за руку. – Давай же, пока они нас не заметили. Быстро!

Но Айрис не двигается. Она слышит, что ей что-то говорят, но не обращает на слова никакого внимания. Ее взгляд прикован к вертолету. С того места, где они стоят, видно, как человек закинул Сигрид внутрь, а сам забрался в кабину.

– Что это значит… – с трудом разлепляет губы Айрис. – Зачем…

Аманда внезапно перебивает ее, указывая рукой на какую-то машину и одновременно оттаскивая ее в сторону, чтобы их не заметил пилот.

– Давай сюда! Скорей же! – Аманда толкает Айрис под старый зеленый «вольво».

Айрис ударяется сломанной рукой о выхлопную трубу и взвизгивает от боли, но Аманда, не обращая на это никакого внимания, лишь проталкивает ее еще дальше и следом заползает сама. Вертолет медленно набирает высоту, вращение винта ускоряется, сильный поток воздуха поднимает тучи пыли, по бокам «вольво» стучат камешки гравия.

От рева двигателя закладывает уши. Айрис всхлипывает, все ее тело ноет от тоски по дочери. Она чувствует, как Аманда крепко держит ее, словно она может взлететь и кинуться вдогонку за вертолетом.

Примерно полминуты спустя бушевавший до этого ветер начинает стихать. Шум вертолета замирает вдали.

– Нет, нет, нет! – кричит Айрис и, поперхнувшись пылью, принимается бессильно хватать ртом воздух. – Они не могут так просто забрать ее. Нет, только не это. Мы должны, должны заставить их вернуться…

– Успокойся! – говорит Аманда. – Теперь самое главное – это сохранять спокойствие. Я знаю, что ты чувствуешь, знаю. Это очень больно, но постарайся собраться с силами. Она еще жива, понимаешь? Твоя дочь жива! Они собирались застрелить ее, а вместо этого забрали с собой. Это хороший знак. Понимаешь? Айрис?!

Айрис продолжает рыдать:

– Но почему? Почему они хотят, чтобы все, кто выжил, умерли? Почему они забрали ее?

Вертолет улетел, и Аманда осторожно выглядывает из-под «вольво».

– Не знаю, – устало говорит она и снова смотрит на Айрис. – Но я кое-что успела прокричать в рацию, пока стрелок в нее целился. Что оба родителя Сигрид еще живы. Разве ты не заметила странный интерес Линды к твоей дочери? И эти ее попытки заставить тебя рассказать, что случилось с ее отцом… Может, они думают, что есть что-то особенное в тех детях, чьи родители не заболели. Возможно, они верят, что те обладают повышенным иммунитетом и их кровь можно проанализировать для создания противоядия. В любом случае, раз они забрали ее, значит, в ней есть что-то ценное, иначе бы они ни за что к ней не приблизились. Сама видела, как они шарахаются от таких, как мы.

Аманда снова выглядывает из-под машины.

– Вертолет почти скрылся. Пойдем, – говорит она и тянет за собой Айрис. – Мы можем выйти, они улетели.

Айрис буквально парализована горем. Она с тоской смотрит в небо, но вертолета уже нет. Он исчез в южном направлении – оттуда еще исходил слабый шум. Айрис плачет и никак не может остановиться. Глаза Аманды тоже полны слез. Наконец Аманда откашливается и, решительно утерев лицо, встает на ноги:

– Я знаю, что биологического отца Сигрид, скорее всего, нет в живых, но я должна была попробовать. Чтобы выиграть время. И, в конце концов, вдруг это правда? Вдруг Сигрид действительно особенная?

Айрис грустно качает головой:

– Даже если и так, то сама Сигрид ничего об этом не знает. Если ее спросят, она скажет, что ее отец лежал мертвым в постели, когда мы вернулись домой. И тогда они застрелят ее. Прямо там.

С этими словами Айрис тяжело опирается на капот машины, ноги уже не держат ее.

Аманда хватает рацию и начинает тыкать во все кнопки. Бесполезно. Рация не работает.

– Вот дерьмо, – с чувством произносит она и закрывает глаза. – Вспомнила, когда я в последний раз говорила по ней, мигала красная лампочка, а теперь батарейка сдохла. Я надеялась, что смогу связаться с ними. – Она виновато смотрит на Айрис. – Знаю, это чистой воды идиотизм, но это все, что пришло мне в голову.

Айрис, не выдержав, снова начинает плакать. Она отворачивается, по-прежнему не желая, чтобы Аманда видела ее слабой.

Значит, не будь слабой, внезапно приказывает она себе самой и задумывается. Спаси свою дочь. Будь настоящим родителем, каким всегда был Филипп. Покажи, на что ты способна.

– Мы должны ее найти, – твердо произносит она. – Причем немедленно. Возможно, они не придадут значения ее словам об отце и все равно проведут ее обследование. Это означает, что у нас еще есть время.

– Конечно же мы попытаемся ее найти. Но как? Ведь все, что нам известно, – ферма у Тюресе, но как это может помочь, если мы даже не знаем, где она? И потом, разве не глупо с их стороны везти Сигрид прямо в свою штаб-квартиру, если она действительно может оказаться потенциально опасной биологической бомбой замедленного действия? Скорее всего, они отвезут ее в другое место, где она не сможет никого заразить.

Айрис понимает, что Аманда права, но они должны попробовать.

И в это время спасительная мысль лучиком света мелькнула во мраке ее отчаяния; Айрис вспомнила, как утром они собирали вещи. В ее глазах загорается надежда.

– Ты не помнишь, был ли у Сигрид на руке ремешок, такой ярко-красный, резиновый? – Голос Айрис звенит от радости.

Аманда качает головой:

– Прости. Без понятия.

– Пойдем, – говорит Айрис и решительно направляется в сторону магазина кроватей. – Мы должны вернуться к нашим вещам.

Дано

Дано открывает глаза. Он лежит на асфальте, голова раскалывается от боли. Сначала он не понимает, что произошло.

Где он? Как долго он был без сознания? Солнце почти село, в воздухе ощущается ночная прохлада. Его тело сотрясает дрожь.

Сигрид. Что с ней? Мужчина все-таки догнал их. Он не смог ее защитить. Что теперь он скажет Айрис?

Дано осторожно принимает сидячее положение. Правая скула как будто онемела – когда его сбили с ног, он сильно ударился головой о землю. Смешно было даже думать, что они смогут удрать от взрослого мужчины…

Он слышит чьи-то голоса. Наверное, это они заставили его очнуться. Женские голоса. Аманда и Айрис. Дано видит, как они быстрым шагом идут по направлению к магазину. Кажется, они не заметили его. Айрис выглядит чем-то подавленной. Сигрид рядом с ней нет. Что же случилось, пока он был без сознания? Что он пропустил?

Дано поднимает руку, но они по-прежнему не смотрят в его сторону. Мгновение, и вот они уже у разбитой двери. Жгучий стыд охватывает Дано. Он подвел их. Что хорошего он им принес? Ничего. Он предал свою сестру Лине и не смог защитить Сигрид, когда она так нуждалась в этом.

Дано опускает руку и пятится в кусты, которые окаймляют улицу перед магазином кроватей.

Без меня им будет гораздо лучше, с горечью думает он.

Айрис

Айрис взбегает по лестнице на второй этаж и подходит к кровати, на которой спала Сигрид. Сумка, которую они вместе упаковали в квартире, по-прежнему там. Айрис тянет ее к себе и обнаруживает, что молния уже открыта. Это хороший знак – она не помнит, открывала ли она ее сама.

Айрис нетерпеливо вытряхивает содержимое сумки. Мобильный телефон, айпод, зарядка, их одежда, туалетные принадлежности – все в беспорядке летит на пол. Для верности Айрис переворачивает сумку вверх дном и хорошенько встряхивает, но, кроме нескольких крошек и заколок для волос, больше ничего нет.

Она берет свой телефон и зарядку и подходит к окну, где все еще лежит телефон Дано. Айрис касается экрана и замечает рядом заряжающее устройство на солнечной батарее.

– Черт! – в отчаянии вскрикивает она. – Я-то надеялась, что у него остался хоть какой-то заряд, но, похоже, он весь ушел, как только село солнце. Вот дерьмо!

Она без сил опускается на пол. Зародившаяся было надежда на скорое спасение дочери растаяла как дым.

Сигрид, думает она, пожалуйста, прости меня, Сигрид, но я даже не могу добраться до тебя. Прости.

Подходит Аманда. Она хочет обнять Айрис, когда, случайно бросив взгляд в окно, внезапно замечает чей-то темный силуэт. Маленький, но не ребенок…

– Дано! – вскрикивает она. – Смотри, это же Дано. Там, на дороге.

Аманда стучит по стеклу.

– Дано! – зовет она.

Черный силуэт никак не реагирует, и тогда Аманда начинает стучать изо всех сил и вдобавок размахивать руками.

– Он нас видит! – радостно объявляет она и снова принимается махать рукой. – Дано, иди сюда! – кричит Аманда, показывая на вход в магазин.

Однако Айрис не чувствует ни малейшей радости оттого, что мальчик нашелся. Перед глазами Сигрид, ее дочь, падающая без памяти от удара вооруженного солдата, а затем брошенная, как куль, в ревущий вертолет. Она закрывает глаза и несколько раз нервно сглатывает, пытаясь унять бешеный стук сердца.

– Я не понимаю, что он там делает, но он уже идет.

– Хорошо, – произносит Айрис безжизненным голосом.

Аманда присаживается рядом с ней:

– Не надо так. Он один и нуждается в нас. И потом, он куда сильнее физически, чем ты сейчас. Он нам нужен, если мы собираемся вернуть Сигрид.

Айрис равнодушно пожимает плечами.

– Вот и договорились, – решительно говорит Аманда. – В это время внизу раздается хруст гравия. – Дано уже на подходе. Ты расскажешь мне, что искала в сумке?

Айрис делает глубокий вдох:

– Я подарила Сигрид на ее шестой день рождения «умные» часы. Простенькие совсем. Там всего одна большая кнопка и несколько маленьких, чтобы отрегулировать громкость, но это настоящий мобильный телефон. Устанавливаешь номера, куда можно звонить и какие звонки можно принимать, в специальном приложении на телефоне родителей, и, когда они звонят, голосовой помощник говорит «мама» или «папа». Когда мы собирали вещи, я велела Сигрид взять эти часы, но их здесь нет. Должно быть, она сама их достала и надела, пока я не видела. Она любит эти часы, с ними она чувствует себя почти взрослой.

– Но ведь связь не работает, – замечает Аманда.

– Да, но мы купили их просто для того, чтобы она гуляла с ними в парке Ниторгет или ходила в гости к своей подруге Лисе. Она жила всего в двух кварталах отсюда, на улице Катарины Бан. Знаешь, та девчушка, чей брат был в детской коляске… – Айрис запнулась. Какое ужасное воспоминание, особенно сейчас. – В общем, в этих часах есть встроенный GPS, чтобы я могла отслеживать ее перемещения по мобильному. И спутники GPS все равно должны работать, иначе как бы этот дрон, принадлежащий тем типам в противогазах, смог найти нас?

На лестнице появляется Дано и останавливается в нескольких метрах от них. Они поворачиваются к нему, и Айрис замечает, что у мальчика вся голова в крови. Он стоит, не поднимая глаз, и ей становится стыдно при мысли, что он мог подумать, будто она винит его во всем.

– Он бил тебя? – спрашивает она по-английски. – Тот человек, который пытался забрать Сигрид?

– Пытался? – переспрашивает Дано. – Так она…

Аманда качает головой:

– Люди в противогазах забрали ее. Это долгая история, потом расскажем. Прямо сейчас нам нужно, чтобы мобильный Айрис заработал. Если нам повезет, мы сможем узнать с помощью него, куда они увезли Сигрид.

– Возможно, при помощи зарядки на солнечных батареях…

– У нас нет времени, – перебивает его Айрис. – Ее могут убить до того, как взойдет солнце.

– Машина! – осеняет Аманду. – Может быть, там можно подключить зарядку?

Айрис качает головой:

– Я помню, что, когда завела машину, заработало радио, но это было всего лишь статическое электричество, и оно быстро вырубилось. И индикатор прикуривателя уже не горел.

Она опускает голову на сложенные руки и обреченно вздыхает.

Лицо Дано внезапно светлеет.

– А как насчет другой машины? – говорит он и достает что-то из кармана. – У меня есть ключи.

Аманда

Они сидят в стареньком темно-красном «вольво-V70», которому, судя по потертому салону, не меньше десяти лет. Аманда заводит двигатель и смотрит на панель приборов. Половина бака. Должно хватить.

Во всяком случае, Аманда надеется на это. Честно говоря, она понятия не имеет, что ждет их впереди.

В прикуривателе оказалось простенькое заряжающее устройство, и Аманда помогла Айрис подсоединить к нему кабель. Дано сидит на заднем сиденье, прислонившись к детскому креслу, которое они установили специально для Сигрид.

В полной тишине они ждут, когда хоть немного зарядится айфон в руках Айрис. Аманда думает о том, что если бы даже в машине не оказалось зарядника, то они без труда раздобыли бы его в торговом центре. Впрочем, сейчас она полностью согласна с Айрис: они должны спешить, если хотят спасти Сигрид. Время работает против них.

Айрис поворачивается к Аманде.

– Каков наш план? – спрашивает она.

Аманда никак не реагирует на вопрос, и Айрис продолжает:

– У нас есть дубинка, сломанная винтовка, пистолет с пустой обоймой и гаечный ключ. Не думаю, что они наложат в штаны, когда увидят нас.

– С другой стороны, они вообще вряд ли сейчас кого ждут, – возражает Аманда.

– Ну конечно. Женщина в синяках и в чужих ботинках, безоружная мать со сломанной рукой и двенадцатилетний беженец, не говорящий по-шведски. Нет, они точно не наложат в штаны.

Наступает гнетущая пауза, которую прерывает вспыхнувший экран телефона.

Сердце Аманды начинает учащенно биться, но ее волнение ничто по сравнению с бурей, бушующей внутри Айрис.

– Ну! Что там?

– Подожди. – Айрис никак не может разблокировать телефон. – Руки вспотели, – говорит она срывающимся голосом и вводит ПИН-код.

Телефон начинает поиск сети, но Аманда, не обращая на это внимания, запускает нужное приложение. На экране появляется карта Стокгольма.

– Пожалуйста, – шепчет Айрис. – Пожалуйста.

Аманда перестает дышать. В машине становится невыносимо душно. Наконец на экране появляется долгожданная точка, и Айрис начинает рыдать.

– Что там? – спрашивает Аманда. – Что он показывает? Куда нам ехать?

Айрис рыдает все сильнее и отшвыривает от себя телефон.

– Неееет! – воет она и в истерике бьет локтем по боковому стеклу.

Аманда поднимает телефон, смотрит на экран и не понимает, в чем дело. Она увеличивает карту, и тогда все встает на свои места – «умные» часы Сигрид находятся в Седермальме, на углу улиц Ниторгсгатан и Сконегатан.

– Они остались в квартире. Сигрид забыла их.