- Эм, да. Видели ли вы Луку с тех пор, как он покинул дом?
- Конечно!
Я не знал, выдумала ли она это или нет. Судя по тому, что я узнал, каждый раз, когда почтальон подходил к двери, он был Лукой. Но Нико выжидательно подался вперед.
- Когда? - спросил он. - Когда в последний раз Лука навещал вас?
- Это было... - тень пересекла ее лицо. - В последний раз он выглядел иначе. Шрам. Ужасный шрам. И его голос был полон боли.
- Его глаза, - сказал я. - Они были золотыми?
- Золотыми? - она моргнула. - Нет. Как глупо. У Луки голубые глаза. Прекрасные голубые глаза!
Итак, Лука действительно был здесь, и это случилось перед предыдущим летом - перед тем, как им овладел Кронос.
- Миссис Кастеллан? - Нико положил свою ладонь на руку старой женщины.- Это очень важно. Он просил вас о чем-нибудь?
Она сдвинула брови, как будто стараясь вспомнить.
- Мое... мое благословение. Разве это не мило? - она неуверенно посмотрела на нас. - Он направлялся к реке, и он сказал, что ему нужно мое благословение. Я дала ему его. Конечно.
Нико с триумфом посмотрел на меня.
- Спасибо вам, мэм. Это вся информация, которую...
Миссис Кастеллан ловила ртом воздух. Она скрючилась, и ее поднос с печеньем с грохотом упал на пол. Нико и я вскочили на ноги.
- Миссис Кастеллан? - сказал я.
- Ах, - она выпрямилась. Я отскочил назад и чуть не упал на кухонный стол, потому что ее глаза светились зеленым.
- Мое дитя, - сказала она намного более низким голосом. - Должен защитить его! Гермес, помоги! Только не мой ребенок! Не его предназначение! Нет!
Она схватила Нико за плечи и начала трясти его, как будто для того, чтобы он лучше понял.
- Не его предназначение!
Нико издал приглушенный вопль и оттолкнул ее. Он схватил рукоятку своего меча.
- Перси, нам нужно сматываться.
Внезапно Миссис Кастеллан рухнула. Я нагнулся вперед и поймал ее прежде, чем она ударилась о край стола. Мне удалось усадить ее в кресло.
- Миссис Ка? - спросил я.
Она пробормотала что-то непонятное и покачала своей головой.
- Прекрасно. Я... Я уронила печенье. Так глупо с моей стороны.
Она моргнула, и ее глаза снова стали нормальными - по крайней мере, такими, какими были прежде. Зеленое свечение пропало.
- Вы в порядке? - спросил я.
- Да, конечно, дорогой. Со мной все прекрасно. Почему ты спрашиваешь?
Я посмотрел на Нико, который одними губами произнес слово: \"Уходим\".
- Миссис Ка, вы говорили нам что-то, - сказал я. - Что-то по поводу вашего сына.
- Я? - как во сне сказала она. - Да, его голубые глаза. Мы говорили о его голубых глазах. Такой красивый мальчик!
- Нам необходимо идти, - безотлагательно сказал Нико. - Мы скажем Луке, что вы передавали привет.
- Но вы не можете уйти! - миссис Кастеллан нетвердо встало на ноги, и я попятился. Я чувствовал, что глупо бояться хрупкой старой женщины, но то, каким образом ее голос изменился, каким образом она схватила Нико...
- Гермес скоро будет, - пообещала она. - Он захочет увидеть своего мальчика!
- Может, в следующий раз, - сказал я. - Спасибо вам за, - я поглядел вниз на подгоревшее печенье, разбросанное по полу. - Спасибо за все.
Она попыталась остановить нас, предложить Kool-Aid, но я должен был убраться из этого дома. На подъездном крыльце она схватила мое запястье, и я чуть не выпрыгнул из своей кожи. - Лука, по крайней мере, будь осторожен. Обещай мне, что будешь в безопасности.
- Да... Мама.
Это заставило ее улыбнуться. Она отпустила мое запястье, и как только она закрыла входную дверь, я услышал, как она говорит свечам:
- Слышали это? Он будет в безопасности. Я же вам говорила!
Как только дверь дверь захлопнулась, мы с Нико побежали. Казалось, что фигурки зверей на тротуаре скалились на нас, пока мы проходили мимо них.
Вернувшись к скале, мы обнаружили, что Миссис О\'Лири нашла нового друга.
Огонь уютно потрескивал в окружении камней. Девочка примерно восьми лет сидела по-турецки рядом с Миссис О\'Лири, почесывая ее за ухом.
У девочки были коричневые мышиные волосы и простое коричневое платье. Она повязала платок поверх своей головы, поэтому была похожа на ребенка-первопроходца - что-то вроде призрака \"Маленького домика в прериях\" (прим.: \"Маленький домик в прериях - американский сериал 70-х и 80-х о семье первопроходцев, путешествующих по дикой Америке). Она ткнула в пламя палочкой, и оно озарилось более глубоким красным цветом, чем обычный огонь.
- Привет, - сказала она.
Первой моей мыслью было: монстр. Когда вы полубог и находите маленькую прелестную девочку одну в лесу - это, обыкновенно, хороший момент для того, чтобы схватить своей меч и броситься в нападение. Плюс ко всему, незапланированная встреча с миссис Кастеллан сильно взволновала меня.
Но Нико поклонился маленькой девочке.
- В очередной раз здравствуйте, леди.
Она изучала меня своими глазами, такими же красными, как пламя. Я решил, что безопаснее всего будет поклониться.
- Садись, Перси Джексон, - сказала она. - Ты хочешь пообедать?
После вида заплесневелых сендвичей с арахисовым маслом и подгорелого печенья у меня не было особого аппетита, но девочка взмахнула рукой, и еда появилась на краю огня. Там были тарелки ростбифа, печеного картофеля, засахаренной моркови, свежего хлеба и целая куча прочей еды, которую я давно не ел. Мой живот заурчал. Это была разновидность домашней еды, которая, предположительно, должна быть у людей, но никогда не получается. Девочка сделала так, чтобы для Миссис О\'Лири возникло пятифутовое печенье для собак. Та с радостью начала измельчать его.
Я сел рядом с Нико. Мы подняли нашу еду, и я уже почти навалился на пищу, но потом придумал кое-что получше.
Я соскоблил часть своей еды в пламя так, как мы делаем это в лагере.
- Богам, - сказал я.
Маленькая девочка улыбнулась.
- Спасибо тебе. Как покровительница огня я получаю долю от каждого жертвоприношения, знаешь ли.
- Я узнал вас, - сказал я. - В первый раз, когда я оказался в лагере, вы сидели у огня, в общей зоне.
- Ты не остановился, чтобы поговорить, - с грустью вспомнила девочка. - Увы, как и большинство из вас. Нико говорил со мной первым за многие годы. Все куда-то спешат. Нет времени, чтобы проведать семью.
- Вы Гестия, - сказал я. - Богиня домашнего очага.
Она кивнула
Итак... Она выглядела восьмилетней. Я не задавал вопросов. Я знал,что боги могут принять любое обличье, какое сами захотят
- Моя леди, - спросил Нико, - почему ты не с другими олимпийцами,сражающимися с Тифоном?
- Я не так хороша для битв. - Её красные глаза мерцали. - Я понял, что они не только отражали огонь. Они были наполнены огнём - но совсем не так, как глаза Ареса. В глазах Гестии чувствовались тепло и уют.
- Кроме того, - сказала она, - кто-то должен поддерживать огонь в доме, пока другие боги отсутствуют.
- Так ты охраняешь Гору Олимп? - спросил я.
- Охраняешь - это слишком громко сказано. Но если вам нужно тёплое место, где можно остаться и отведать домашней еды, всегда добро пожаловать. А сейчас ешьте.
Мое блюдо было пусто прежде, чем я осознал это. Нико проглотил свою еду с не меньшей скоростью.
- Это было великолепно, - сказал я. - Спасибо, Гестия.
Она кивнула.
- Ваш визит к Мэй Кастеллан прошел успешно?
На какое-то время почти забыл старую леди с ее яркими глазами и маниакальной улыбкой и то, как она внезапно стала похожей на одержимую.
- Что именно с ней не так? - спросил я.
- Она была рождена с даром, - сказала Гестия. - Она могла видеть сквозь Туман.
- Как моя мать, - сказал я. И также подумал: как Рейчел. - Но светящиеся глаза...
- Кто-то переносит проклятие ясновидения лучше, чем остальные, - грустно сказала богиня. - Некоторое время у Мэй Кастеллан было много талантов. Она привлекла внимание самого Гермеса. У них появился чудесный ребенок. На короткое время она была счастлива. А затем зашла слишком далеко.
Я помнил, что сказала мисис Кастеллан:
Они предложили мне важную работу... Это не сработало. Я задавался вопросом, что за работа позволяет бросать это так.
- Одну минуту она была счастлива,- сказал я.- А затем она заволновалась о судьбе своего сына, как будто она знала что он превратился в Кроноса. Что случилось с ... что могло раздвоить её так?
Лицо богини потемнело.
- Эту историю я не люблю рассказывать. Но Мэй Кастеллан видела слишком много. Если вы понимаете своего врага Луку, вы должны понимать его семью.
Я подумал о тех грустных изображениях Гермеса, развешанных на раковиной миссис Кастеллан. Я задумался, была ли миссис Кастеллан такой же безумной, когда Лука был маленьким. Эти зеленые глаза были в самый раз, чтобы серьезно напугать девятилетнего ребенка. И если Гермес никогда не приходил, если он бросил Луку наедине с его мамой на все эти годы...
- Не удивлен, что Лука сбежал, - сказал я. - Я имею в виду, было неправильно бросать его маму таким образом, но все же - он был просто ребенком. Гермесу не следовало бросать их.
Гестия почесала Миссис О\'Лири за ухом. Адская гончая завиляла хвостом и непредумышленно сбила дерево.
- Очень легко осуждать других, - предупредила Гестия. - Но ты последуешь дорогой Луки? Добьешься тех же сил?
- У нас нет выбора, моя леди. Это единственный шанс Перси выстоять.
- Мммм, - Гестия раскрыла руку и и огонь взревел. Пламя выстрелило в воздух на тридцать футов. Жар ударил меня по лицу. Затем огонь умер, отступая вниз.
- Не всякая власть производит глубокое впечатление, - Гестия посмотрела на меня. - Иногда самая трудная власть - это власть суметь пойти на уступки. Веришь ли ты мне?
- Угу, - сказал я. Все, что угодно, чтобы удержать ее от того, чтобы подпортить меня своими огненными силами опять.
Богиня улыбнулась.
- Ты хороший герой, Перси Джексон. Не слишком гордый. Мне нравится это. Но тебе еще необходимо многому научиться. Когда Диониса сделали богом, я пожертвовала своим троном ради него. Это был единственный способ уклониться от междоусобных войн среди богов.
- Это внесло дисбаланс в Совет, - вспомнил я. - Неожиданно в нем оказалось семь парней и пять девушек.
Гестия пожала плечами.
- Это было лучшим решением, не безукоризненным. Сейчас я покровительствую огню. Я меркну на общем фоне. Никто больше на напишет эпическую поэму о поступках Гестии. Большинство полубогов даже не останавливается, чтобы поговорить со мной. Но это не существенно. Я поддерживаю мир. Я даю плоды, когда необходимо. Ты способен на такое?
- Я не знаю, что вы имеете в виду.
Она изучала меня.
- Возможно, пока нет. Но скоро. Ты продолжишь свой поиск?
- Поэтому вы здесь - чтобы предупредить меня, что я не должен идти?
Гестия покачала головой.
- Я здесь потому, что пока все остальные терпят поражение, пока другие все могущественные боги ушли на войну, я все, что осталось. Дом. Домашний очаг. Я последний олимпиец. Ты должен вспомнить меня, когда столкнешься со своим последним решением.
Мне не понравилось, каким образом она закончила фразу.
Я посмотрел на Нико, затем обратно в теплые светящиеся глаза Гестии.
- Я должен продолжать, моя госпожа. Я должен остановить Луку... я имею в виду Кроноса.
Гестия кивнула.
- Очень хорошо. Я не могу оказать большего содействия за рамками того, что я вам уже сказала. Но ввиду того, что ты сделал мне пожертвование, я могу вернуть тебя к твоему домашнему очагу. Я увижу тебя еще раз, Перси, на Олимпе.
Ее тон был зловещим, как будто наша следующая встреча будет несчастливой.
Богиня взмахнула своей рукой, и все поблекло.
Внезапно я очутился дома. Мы с Нико сидели на кушетке в доме моей мамы в Верхнем Ист-Сайде. Это было хорошей новостью. Плохой новостью было то, что все остальная часть гостиной была занята Миссис О\'Лири.
Я услышал приглушенный крик из спальни. Голос Пола сказал:
- Кто поставил эту меховую стену перед дверным проемом?
- Перси? - крикнула моя мама. - Ты здесь? С тобой всё в порядке?
- Я здесь! - прокричал я в ответ.
- Гав! - Миссис О\'Лири попыталась свернуться кольцом, чтобы найти мою маму, сбивая картины со стен. Она встречалась с моей мамой до этого лишь один раз (долгая история), но она ее обожает.
Решить задачу заняло у нас несколько минут. После уничтожения большей части мебели в гостиной и, вероятно, сведя наших соседей с ума, мы вызволили моих родителей из ванной на кухню, где мы расселись вокруг кухонного стола. Миссис О\'Лири все еще занимала целую гостиную, но просунула свою голову сквозь дверной проем на кухню, поэтому могла видеть нас, что доставляло ей счастье. Моя мама кинула ей десятифунтовую колбасу из говяжьего фарша, которая исчезла в ее глотке. Пол разлил лимонад остальным из нас, пока я давал объяснения по поводу визита в Коннектикут.
- Итак, это правда, - Пол уставился на меня так, будто бы прежде никогда не видел. На нем был белый купальный халат, теперь покрытый шерстью адской гончей, а его волосы с проседью торчали во все стороны. - Все разговоры о монстрах, и полубогах... это действительно правда.
Я кивнул. В конце прошлой осени я объяснил Полу, кто я. Моя мама меня поддержала. Но до этого момента я не думал, что он действительно поверил нам.
- Извиняюсь за миссис О\'Лири, - сказал я, - погром в гостиной и все такое.
Пол засмеялся, как будто был восхищен.
- Ты шутишь? Это удивительно! Я имею в виду, когда я увидел отпечатки копыт на \"Приусе\", я подумал: может быть. Но это!
Он похлопал Миссис О\'Лири по морде. Гостиная застряслась - БУМ, БУМ, БУМ - что означало одно из двух: или полицейский наряд взламывал дверь, или Миссис О\'Лири виляла своим хвостом.
Я ничего не мог с собой поделать и улыбнулся. Пол был действительно хорошим парнем, даже если он был моим учителем английского в такой же степени, как и отчимом.
- Спасибо за то, что не волнуешься, - сказал я.
- О, я волнуюсь, - уверил он, распахнув глаза. - Я просто думаю, что это удивительно!
- Да, итак, - сказал я, - ты можешь быть не так вдохновлен, когда услышишь, что происходит.
Я рассказал Полу и маме о Тифоне, богах и битве, которая непременно произойдет. Затем я поведал им план Нико.
Мама сжала пальцами стакан с лимонадом. На ней был прежний голубой фланелевый купальный халат и волосы, завязанные сзади. Недавно она начала писать роман, как она хотела сделать годами, и я мог бы сказать, что она продолжала работать поздно ночью, потому что круги под ее глазами были темнее, чем обычно.
За кухонным окном серебряный лик луны освещал цветочную кадку. Я принес магическое растение с острова Калипсо прошлым летом, и оно цвело как ненормальное под заботой моей матери. Запах всегда успокаивал меня, но также заставлял и грустить, потому что напоминал мне об утерянных друзьях.
Мама глубоко вздохнула, как будто бы она думала, как сказать мне нет.
- Перси, это опасно, - сказала она. - Даже для тебя.
- Мам, я знаю. Я могу умереть. Нико объяснил это. Но если мы не попытаемся....
- Мы все умрем, - сказал Нико. Он не притронулся к своему лимонаду. - Миссис Джексон, у нас не останется шансов против вторжения. А вторжение будет.
- Нападение на Нью Йорк? - Сказал Пол. - Это возможно? Как мы можем не увидеть... монстров?
Он сказал слово как будто он всё ещё не мог поверить, что это реально.
- Не знаю, - признался я. - Я не представляю себе, как Кронос может всего лишь промаршировать в Манхэттан, но Туман прочен. Тифон тяжело ступает через страну прямо сейчас, а смертные думают, что он штормовой циклон.
- Мисис Джексон, - сказал Нико, - Перси нуждается в вашем благословлении. Процесс должен начать этот путь. Я не был уверен, пока мы не встретили маму Луки, но теперь я уверен. Прежде успешно это было сделано только дважды.Оба раза, мать должна была дать свое благословение. Она должна добровольно разрешить своему сыну рисковать.
- Вы хотите, чтобы я благословила это? - Она покачала головой. - Это сумасшествие. Перси, пожалуйста...
- Мам, я не могу это сделать без тебя.
- И если ты переживёшь это... этот процес?
-Потом я пойду воевать, - сказал я. - Я против Кроноса. И только один из нас выживет.
Я не говорил ей целое пророчество о жатве души и конце моих дней. Она не должна была знать, что я, возможно, был обречен. Я мог только надеяться, что я остановлю Кроноса и спасу остальную остальной мир прежде, чем я умру.
- Ты мой сын ,- сказала она несчастно. - Я могу только...
Я могу сказать, что должен был бы надавить на нее для того, чтобы она согласилась. Но я не хотел этого. Я еще помнил бедную миссис Кастеллан в ее кухне, ждущую своего сына. И я осознал, насколько счастливым я был. Моя мама всегда ждала меня, всегда пыталась сделать вещи нормальными для меня, даже с богами, монстрами и прочим. Она помогала мне выйти живым из приключений, а теперь я просил ее благославления на то, что возможно убьет меня.
Я встретился глазами с Полом и некоторое понимание прошло между нами.
-Салли, - он положил свою ладонь на руку моей мамы. - Я не могу утверждать, что знал то, через что вам с Перси пришлось пройти все эти годы. Но это звучит для меня... звучит так, что Перси делает что-то благородное. Я хотел бы быть таким же храбрым.
Я почувствовал комок в горле. Я не получал таких комплиментов слишком много.
Моя мама уставилась на свой лимонад. Она выглядела так, как будто пыталась не расплакаться. Я думал о том, что сказала Гестия, о том, как трудно уступать, и я полагал, что возможно моя мама начала осознавать это.
- Перси, - сказала она. - Я даю тебе моё благословение.
Я не почуствовал никакой разницы. Никакое волшебное сияние не осветило кухню или что-нибудь такое.
Я поглядел на Нико
Он выглядел более взволнованным, чем когда-либо, но кивнул.
- Пора.
- Перси, - сказала моя мама. - Еще кое-что. Если ты. . . если ты переживешь эту борьбу с Кроносом, пошли мне знак, - она порылась в сумочке и передала мне свой мобильный телефон.
- Мам ,- сказал я. - Ты же знаешь, полубоги и телефоны...
- Я знаю, - сказала она. - Но это на всякий случай. Если ты не в состоянии звонить... возможно знак я могу увидеть везде в Манхэттане. Дай мне знать, что с тобой всё в порядке.
- Как Тесей,- подсказал Пол. - Он должен был поднять белые паруса, когда подплывет домой к Афинам.
- За исключением того, что он забыл, - пробормотал Нико. - И его отец в отчаянии спрыгнул с крыши дворца. Но в остальном это была прекрасная идея.
- Что насчёт флага или вспышки? -сказала моя мама. - Из Олимпа - Импаер Стэйт Билдинг.
- Что-нибудь синего цвета, - сказал я
У нас в течение многих лет была дежурная шутка о синей еде. Это был мой любимый цвет, и моя мама считала это способом повеселить меня. Каждый год мой торт на день рождения, мои пасхальные корзины, моя карамельная рождественская трость всегда были синего цвета.
- Да, - согласилась мама. - Я буду ожидать синего сигнала. И буду избегать попыток спрыгнуть с дворцовых крыш.
Она в последний раз сжала меня в объятии. Я старался не думать, как будто я прощаюсь навсегда. Я пожал руку Полу. Затем мы с Нико прошли через дверной проем и посмотрели на Миссис О\'Лири.
- Извини, девочка, - сказал я. - Пора для сумеречного путешествия.
Она заскулила и скрестила свои лапы на морде.
- Куда теперь? - спросил я Нико. - В Лос-Анджелес?
- Не обязательно, - сказал он. - Есть более близкий путь в Царство Аида.
Глава 7
Моя учительница математики доставляет меня на лифте.
Мы появились в Центральном парке к северу от озера. Миссис О\'Лири выглядела довольно усталой, она прохромала к группе валунов. Она начала принюхиваться вокруг, и я испугался, что она может пометить территорию, но Нико сказал:
- Все в порядке. Она просто чует запах дороги домой.
Я нахмурился
- Сквозь скалы?
-Царство Аида имеет два главных входа, - сказал Нико. - Ты знаешь один в Лост Анджелесе.
- Переправа Харона.
Нико кивнул.
- Большинство душ идут той дорогой, но есть кратчайший путь, который сложнее отыскать. Дверь Орфея.
- Мужчина с арфой.
- Мужчина с лирой, - поправил Нико. - Но да, он. Он использовал свою музыку, чтобы околдовать землю и открыть новый проход в Царство Мертвых. Он пел по пути к дворцу Аида и почти ушел с душой его жены.
Я помнил историю. Орфей не должен был оглядываться, пока он возвращал жену на Землю, но он, конечно, сделал обратное. Это было типичной \"и-все-умерли/конец\" историей, которая всегда заставляла нас чувствовать себя теплыми и невечными.
- Так это Дверь Орфея.
Я попытался впечатлиться, но для меня это все еще выглядело как груда скал.
- Как это открывается?
- Нам нужна музыка, - сказал Нико. - Как твое пение?
- Хм, плохо. Ты не можешь, как бы попросить ее открыться? Ты сын Аида, в конце-концов.
- Это не так просто. Нам нужна музыка.
Я был достаточно уверен в том, что, когда я начну петь, все что я бы вызвал, так это обвал.
- У меня есть идея получше.
Я повернулся, и позвал:
- ГРОВЕР!
Мы долго ждали. Миссис О\'Лири свернулась калачиком и начала посапывать. Я мог слышать сверчков в лесу и уханье сов. Транспорт шумел на западе от Центрального Парка. Копыта лошадей постукивали внизу неподалеку, возможно, патруль конной полиции. Я был уверен, что они хотели бы обнаружить двоих детей, болтающихся по парку утром.
- Это не хорошо, - сказал наконец Нико.
Но у меня было предчувствие. Моя эмпатическая связь впервые за несколько месяцев действительно пробуждалась, что означало одно из двух: или множество людей внезапно переключилось на телеканал \"Живая природа\", или Гровер был поблизости.
Я закрыл глаза и сконцентрировался. Гровер.
Я знал, что он где-то в парке. Почему я не чувствовал его эмоции? Все, что я ощущал - слабый гул в глубине моего черепа.
Гровер, подумал я настойчивее.
Тут послышалось:\"Ммм-мммм\"
В моей голове возникло изображение. Я видел гигантское дерево вяза глубоко в лесах, удобно расположившееся у главных путей. Скрюченные корни переплетались у земли, делая своего рода кровать. Руки сатира были сплетены, а глаза закрыты. Сначала я не мог быть уверен, что это Гровер. Он был покрыт прутьями и листьями, как будто он спал там уже долгое время. Корни, казалось, обволакивались вокруг него, медленно затаскивая его под землю.
-Гровер, - сказал я. - Проснись.
Парень, ты по уши в грязи! Очнись!
Его сознание сонно бормотало.
-ЕДА, - внушал я. - БЛИНЫ!
Его глаза резко открылись.Все мысли расплылись как при резком ускорении вперед. Видение исчезло, и я чуть не упал.
- Что случилось? - спросил Нико.
- Я закончил. Он ... да. Он на своем пути.
Минутой позже, дерево впереди нас задрожало.Гровер упал с веток, прямо на голову.
- Гровер! - завопил я.
\"Гав-гав\" Миссис О\'Лери подняла взгляд, вероятно задаваясь вопросом, собирались ли мы играть с сатиром.
- Беее-бее-бее! - проблеял Гровер.
- Ты в порядке, парень?
- О, все хорошо, - он потер свою голову. Его рожки выросли так, что они торчали на дюйм выше его вьющихся волос. - Я был на другом конце парка. У дриад была прекрасная идея передать меня через деревья, чтобы я оказался здесь. Они не рассчитали высоту достаточно хорошо.
Он ухмыльнулся и встал на ноги, ну, на копыта, вообще-то. С прошлого лета Гровер перестал маскироваться под человека человека. Он не носил кепку или поддельные ноги. Он даже перестал носить джинсы, ввиду того, что его ноги были покрыты козлиной шерстью. На его футболке была картинка из книги \"Там, где живут чудовища\" (прим.: детская книга Спайка Джонза о мальчике, который убегает из дома и попадает на остров чудовищ). Она была покрыта грязью и древесным соком. Его бородка казалась гуще, почти мужественной (или козлиной?), и он теперь был ростом с меня.
\"Рад видеть тебя,\" сказал я. \"Ты помнишь Нико?.\"
Гровер кивнул Нико, потом он обнял меня. Пах он, как свежескошенный газон.
- Перррси! - проблеял он. - Я соскучился по тебе! И по лагерю. На дикой природе не кормят хорошими энчиладами.
- Я волновался, - сказал я. - Где ты пропадал последние два месяца?
- Последние два...- улыбка Гровера пропала. - Последние два месяца? О чем ты говоришь?
- От тебя не было ни весточки,- сказал я. - Можжевеловка волновалась. Мы посылали сообщения через Ириду, но...
- Подождите - он взглянул на звезды, будто пытаясь рассчитать свое местоположение. - Какой сейчас месяц?
- Август.
Его лицо побледнело.
- Это невозможно. Сейчас июнь. Я просто прилег вздремнуть и... - он схватил меня за руки. - Я вспомнил! Он вырубил меня. Перси, мы должны остановить его!
- Эй, - сказал я. - Помедленнее. Расскажи, что произошло.
Он сделал глубокий вздох.
- Я... я шел вверх к лесу по Харлем Мир (прим.: северная часть Центрального Парка, где расположен пруд). И я почувствовал вибрацию в земле, как будто что-то мощное находилось рядом.
- Ты можешь такое чувствовать?- спросил Нико.
Гровер кивнул.
- После смерти Пана, я могу чувствовать, когда что-то не так с природой. Будто мои чувства обостряются, когда я нахожусь в дикой природе. Как бы то ни было, я пошел по следу. Человек в длинном черном пальто шел по парку, и я заметил, что он не отбрасывает тени. Полдень, а он не отбрасывает тени. Он будто мерцал, когда двигался.
-Как мираж? - спросил Нико.
-Да,- ответил Гровер. - И всякий раз, когда он проходил, люди...
- Люди теряли сознание,- сказал Нико, - сворачивались калачиком и засыпали.
- Именно так! И когда он уходил, они вставали и шли по своим делам, как будто ничего и не было.
- Ты знаешь кто этот человек в черном? - спросил я у Нико.
- Боюсь, что да, - сказал Нико.- Гровер, что случилось?
- Я следовал за ним. Он продолжал осматривать здания вокруг парка, как будто что-то оценивал или типа того. Девушка-бегун бежала и вдруг, свернувшись на тротуаре, начала храпеть. Тип в черном положил ей на лоб свою руку, словно проверяя температуру. Затем он ушел. К этому времени, я понял, что он был монстром или еще чем-нибудь похуже. Я пошел за ним к роще, к этому большому дереву. Я хотел вызвать дриад, чтоб они помогли мне схватить его, но он повернулся и...
Гровер сглотнул.
- Перси,его лицо. Я не могу описать его лицо,потому что оно постоянно меняется. Только смотря на него я начинаю засыпать. Я сказал: \"Что ты делаешь?\" Он ответил \"Просто осматриваю территорию. Всегда следует изучить поле боя перед битвой.\"Я сказал что то умное типа: \"Этот лес под моей охраной. У тебя не будет никаких битв здесь!\" И он засмеялся. Он сказал: \"тебе повезло, что я сохраняю энергию для большего события, маленький сатир. Я всего лишь погружу тебя в короткий сон. Сладких сновидений.\" И это последнее,что я помню.
Нико выдохнул.
- Гровер, ты встретил Морфея, бога снов. Тебе повезло, что ты вообще проснулся.
- Два месяца, - Гровер застонал. - Он отправил меня в спячку на два месяца!
Я пытался уложить в моей голове всё, что это означало. Не удивительно,что у нас не было никакой связи с Гровером всё это время.
- Почему нимфы не пытались разбудить тебя? - спросил я.
Гровер пожал плчечами.
- Большинство нимф не дружат со временем. Два месяца для дерева - ничто. Они, возможно, не думали, что что-нибудь было не так.
- Мы должны выяснить, что делал Морфей в парке, - сказал я. - Мне не по душе то \"главное событие\", о котором он упоминал.
- Он работает на Кроноса, - сказал Нико. - Мы это уже знаем. Большинство младших богов тоже. Это только доказывает, что будет вторжение. Перси, мы должны поспешить с нашим планом.
- Подожди, -сказал Гровер. - Какой план?\"
Мы рассказали ему, и он начал рвать шерсть на своей ноге.
- Ты не серьёзно, - сказал он. - Только не Подземный Мир опять.
- Я не прошу тебя пойти со мной,дружище, - обещал я. - Я знаю, что ты только проснулся. Нам просто нужно немного музыки, чтобы открыть дверь. Ты можешь сделать это?
Гровер вынул свою трель.
- Я попытаюсь. Я знаю несколько мелодий Нирваны, чтобы раздвинуть горы. Но, Перси, ты уверен, что хочешь сделать это?
- Пожалуйста, чувак, - сказал я. - Это очень много значит. Ради старых времён?
Он захныкал.
- Насколько я помню, в старые времена мы были на волоске от смерти. Но порядок, в этот раз ничего не произойдет.
Он поднес трель к своим губам и сыграл пронзительную, живую мелодию. Булыжники раздвинулись. Ещё несколько строф, и появились трещины, открывая треугольную щель.
Я заглянул внутрь. Следы вели в темноту. Пахло плесенью и смертью. Я вспомнил о путешествии в Лабиринте в прошлом году, но этот туннель казался куда опаснее. Он вел прямо в земли Ада, а это почти всегда поездка в один конец.
Я повернулся к Гроверу.
- Спасибо... я думаю.
- Перрррси, Кронос действительно готовится к вторжению?
- Я бы хотел сказать это по другому, но да. Он готовится.
Я подумал, что Гровер может сжевать свою тростниковую дудочку из-за беспокойства, но он выпрямился и оправил футболку. Я не мог сдержать мысль о том, как сильно он отличался от толстого старого Лениуса.
- Тогда я должен сплотить духов природы. Возможно, мы можем помочь. Я посмотрю, сможем ли мы найти Морфея.
- Лучше скажи Можжевелочке, что с тобой все в порядке.
Его зрачки расширились.
- Можжевелочка! Ой, она меня убьет!
Он начал убегать, затем, бросившись назад, обнял меня и сказал:
- Будь осторожен! Возвращайся живым!
Когда он ушел, мы с Нико разбудили миссис О`Лири.
Почувствовав запах туннеля, она заволновалась и поспешила вниз по лестнице. Туннель был довольно тесный. Я надеялся, что она не застрянет. Я не мог себе представить, сколько \"Drano\" (прим.: популярное чистящее средство для труб) нам понадобится, чтобы протолкнуть адскую гончую, застрявшую на полпути к подземному миру.
- Готов? - спросил Нико. - Все будет хорошо. Не волнуйся.
Он это сказал так, словно пытался убедить самого себя.
Я взглянул на звезды, гадая, увижу ли я когда-нибудь их снова. Потом мы погрузились в темноту.
Все ступеньки были узкими, крутыми и скользкими. Было совсем темно, за исключением света от моего меча. Я старался идти медленно, но миссис О`Лири думала иначе. Она направлялась вперед, счастливо лая. Эхо было как от выстрела пушки, и я надеялся, что внизу, в конце туннеля, нас никто не встретит с сюрпризом, как только мы достигнем нижней части.