— Слушай, Жорж, а отчего там у вас тащатся? — Симона говорила, забавно протягивая гласные звуки. — Ну, в смысле музона.

— Есть такая команда «Каджагугу». — Любимов ляпнул первое, что пришло в голову. — Слышала?..

— Не-а…

— Жаль. Значит, до вас еще не дошло.

— Слушай, — скривилась Симона, — только давай без понтов, а?

Она медленно обвела зал рукой, как провинциальная актриса в финальной сцене:

— У нас народ «продвинутый», хоть и не Питер — «отстойников» тут нет.

— Извини, не хотел… — срочно дал задний ход Любимов.

— И за «бугор» ездим не меньше вашего. У всех — папы, мамы…

— А у тебя кто?

— У предка фирма строительная. Самая крутая в городе. — Она ткнула пальцем в толпу. — Вон видишь — сын директора банка. А там — дочь прокурора.

Симона говорила про скопище VIP-отпрысков с гордостью, словно хвасталась тем, что принадлежит к городскому дворянскому собранию. Любимов отвлекся от презентации, привлеченный движением за столиком Кати. Похоже, бурные объяснения достигли своей кульминации. Возбужденно жестикулируя, Денис вскочил из-за столика и быстрым шагом направился к стойке бара.

— А это кто?

— Дениска Ремизов. Сын главы города. Клевый чувак.

Любимов уловил в ее голосе нотки восхищения.

— Ого!.. А девушка?

— Катька-то?.. Тоже ничего. Отец ее магазин держит.

Судя по изменившемуся тону, человек, к которому в свое время ушла его жена, в городскую бизнес-элиту не входил.

Георгий с интересом посмотрел на девушку:

— А ты-то чем занимаешься?

Симона кокетливо взглянула на «кузена» и вдруг громко рассмеялась — совсем как непослушный ребенок:

— Я-то?.. Балдею и женихов жду.

На долю секунды Любимов пожалел о своем возрасте. И за это он решил выпить. Вытащив трубочку из стакана, он пригубил напиток, который, кстати, оказался довольно крепким. Видимо, он был разбавлен гораздо меньше, чем это привыкли делать питерские бармены.

— Ну, чего про Алекса скажешь? — спросила Симона. — Как он?..

— Заводной малый, — поднял бровь Жора. — Мне нравится!

— Возьмешь его?..

— Надо еще послушать.

Откуда-то слева послышался смех:

— Смотри-ка, какого женишка себе склеила!..

Фразу отпустила миловидная блондинка с глубоким вырезом на плотно облегающей грудь кофточке. Проходя мимо, она на секунду задержалась за столиком, подарив Любимову распутную улыбку. Любимову срочно захотелось выпить еще. Симона отреагировала быстро и жестко:

— Что, завидки берут?..

— А пригласить-то его можно? — Девица от души расхохоталась. — На белый танец?..

— Вали отсюда…

— Еще один «крутой» папа? — Жора с сожалением проводил взглядом стройную фигурку.

— Так… Мелкий бизнес, — махнула рукой Симона. — В налоговой инспекции работает.

Между тем Денис понес свое испорченное настроение к стойке бара, дабы прикупить вожделенного допинга. Однако тот, кто еще недавно без замечаний выдавал «колеса счастья», теперь наотрез отказывался их продавать. Бармен дорожил своим теплым местом. Парень просил, уверял, что никто не узнает, что он заплатит вдвое, но никакие уговоры не помогали.

— Извини, Денис, не могу. Шеф мне голову оторвет.

— Ну хотя бы одну.

— Не могу. Сам с ним договаривайся. — Бармен проявил нордическую твердость. — Разрешит — нет вопросов!

— Да идите вы все… — Денис ударил кулаком по стойке. — Холуи!

Он повернулся к бармену спиной, окинул взглядом столики. Увидев знакомую девушку, он присоединился к компании, с которой она сидела. Обменявшись с тусовщиками парой дежурных фраз, Денис легонько толкнул девушку локтем:

— Ленка, возьми мне еще пару.

— А твоя бэби крик не поднимет?..

— Да ну ее… Она не «сечет».

Тут он не угадал: Катя прекрасно видела, как Денис уселся рядом с Ленкой. Сначала она ощутила укол ревности. Потом ее беспокойство переросло в смесь гнева и страха. Она вспомнила, что испытывала подобное чувство раньше, в двенадцать лет, когда над ней жестоко подшутила собственная подруга. Тогда над ней смеялись все одноклассники, и Кате хотелось избить их всех до одного — до тех пор, пока эти смеющиеся физиономии не превратятся в кровавые маски…

Она заметила какое-то шевеление под столиком. Сомнений больше не оставалось. Девица взяла деньги и направилась к барной стойке…

Словно какая-то невидимая пружина оторвала Катю от стула — она рванулась наперерез девице:

— Так это ты ему покупаешь?!

Она вцепилась Ленке в волосы, та завизжала от боли. Рядом возник Денис, который попытался оттащить Катю, но это оказалось не так-то просто… В воздухе мелькнула ладонь, от удара голова Кати резко качнулась вправо.

Действуя на автомате, Любимов рванулся к обидчику. В несколько секунд он преодолел разделявшее их расстояние и наотмашь ударил его кулаком по скуле.

Отлетев к колонне, Денис медленно осел на пол. Несколько парней, которые стояли рядом, тут же набросились на обидчика. Один вцепился ему в рубашку, другой пытался ударить в лицо. В воздухе замелькали кулаки, откуда-то слева послышался девичий крик.

Расталкивая танцующих, на подмогу четырем подросткам бежал охранник. В этот момент никто не обратил внимания на мужчину, одетого в элегантный костюм с шелковым галстуком. С беспокойством наблюдая за происходящим, хозяин «Пещеры» никак не мог понять, откуда здесь взялся этот нервный мужик.

Любимову удалось вырваться из цеплявшихся за него рук. Он ткнул пальцем в Дениса, с трудом поднимавшегося с пола:

— Еще раз тронешь, голову снесу!!

Валера ударил его сзади — чуть ниже темени. Любимов схватился за голову. Второй удар пришелся по пальцам. Затем состоялся «вынос тела». Впервые в жизни Жора испытал незабываемые ощущения, когда тебя выкидывают взашей, как нашкодившего кота из приличного дома. Его куда-то тащили…

Очнулся он уже на улице.



Полученный нокдаун не поколебал его решимости получить наркотик. Денис все еще находился в возбужденном состоянии. Как только он поднялся на ноги, то увязался за хозяином клуба в надежде добиться своей цели во что бы то ни стало.

Не будь этот парень сыном самого Ремизова, его давно бы вышвырнули на улицу, включив в «черный список» нежелательных посетителей. Хозяин клуба Артем Прибылов давно мечтал об этом несбыточном дне — мэрский сынок превратился в серьезную проблему. Особенно после этой публичной драки, слух о которой обязательно дойдет до ушей его папаши.

…Денис нетвердо стоял на ногах в кабинете Прибылова, отсвечивая опухолью, расползавшейся по левой скуле. В попытке обрести равновесие он облокотился спиной о высокий массивный сейф из тех, что имели насыпную прокладку между стенок.

— Что вообще происходит? — возмущался Денис. — Почему мне твой холуй «экс» не продает?

— Я приказал.

— Значит, не продадите?..

Прибылов отрицательно покачал головой:

— Тебе и так сегодня хватило. Еле на ногах стоишь.

— Но мне надо!.. — не сдавался Денис.

— Нет, Денис, не продам.

— Почему?!

Прибылов очень старался не показывать своего раздражения. Он с трудом сдерживался, чтобы не позвать Валеру и не вытолкать настырного щенка взашей. «Похоже, этот пацан слишком много о себе возомнил», — подумал Артем, а вслух произнес:

— Я уже говорил. Отец твой запретил.

— Восемнадцать мне уже исполнилось, — криво усмехнулся Ремизов-младший.

— Это не меняет дела.

Денис стоял до последнего:

— Получается, другим можно, а мне нет?!

— Послушай, у каждого свои родители! Здесь никому ничего насильно в рот не суют. Полная свобода выбора! Как в любой цивилизованной, демократической стране.

— Опаньки!.. — На лице Дениса появилась издевательская ухмылка. — Так вы же коммунист? Я вас еще секретарем горкома комсомола помню. На демонстрации речи толкали.

Кулаки Артема непроизвольно сжались. Он начал понимать того мужика, что недавно залепил затрещину этому наглецу. Сановному сыночку все же удалось его разозлить.

— Да, раньше был коммунистом. И отец твой был.

— А сейчас, значит, вы демократ?..

— Сейчас демократ. Тебя что-то не устраивает?

— Быстро же вы перекрасились.

Денис карикатурно вытянулся, вскинул руку в пионерском приветствии и бодро отрапортовал:

— Будь готов!.. Всегда готов!

— Это не твое дело, — прищурил глазки бывший секретарь горкома. — Молод еще…

Прибылов уже с трудом сдерживался, но непрошеный гость продолжал в том же духе:

— Зато вы все холуи! Поэтому и отца моего боитесь!

— Будешь хамить, — построжал Прибылов, — вообще не пущу. Отец только обрадуется.

— Он тогда ваш клуб прикроет! — пообещал Денис.

— Ничего он не сделает!

— Скажу, — распалялся Денис, — и прихлопнет, как мух!

— Как же… — ухмыльнулся хозяин заведения. — Он сам с этого имеет.

Денис мгновенно изменился в лице, подскочил к Прибылову и схватил его за грудки:

— Что вы сказали?! Повторите!!

— Убери руки, сопляк!! — Хозяин «Пещеры» попытался оторвать его руки от лацканов дорогого пиджака, но парень вцепился, как клещ.

Денис прокричал ему в лицо:

— Повтори, гад!!

Он уже занес кулак для удара, но в этот момент Прибылов со всей силы его оттолкнул. Взмахнув руками, Денис отлетел по направлению к сейфу Раздался мерзкий звук, словно кто-то засунул руку в карман и расколол там грецкий орех…

Денис сполз на пол, удивленно глядя на Прибылова широко открытыми глазами, затем завалился на бок, прочертив по поверхности сейфа кровавую кривую…

Прибылов похолодел от ужаса. Он бросился к парню, приложил ухо к неподвижной груди, попробовал нащупать сонную артерию, но все эти движения он совершал как бы механически, на автомате, не веря, что Денис жив. Застывшие серые глаза уже всматривались в вечность.



Чувствуя, как предательски дрожат колени, Прибылов достал из бара бутылку французского коньяка, налил полную рюмку и залпом опрокинул в глотку содержимое. Стараясь не смотреть на труп, он тяжело опустился в кресло и набрал номер «трубы»:

— Валера, срочно зайди ко мне!..

Охранник впервые увидел хозяина в таком состоянии. Артем сидел в полной прострации, в бутылке, стоявшей на столе, серьезно поубавилось. Валера с одного взгляда оценил ситуацию, тут же сообразив, что она коснется и его.

Хозяин «Пещеры» напоминал человека, наглотавшегося транквилизаторов: бесцветный монотонный голос, остановившийся взгляд… Алкоголь, похоже, не действовал — стресс был сильнее. Описывая охраннику детали, Прибылов постоянно тер лоб, словно пытался стереть с него пятно:

— Бред какой-то… Что на него нашло? Как с цепи сорвался… Я его только толкнул, а он раз… И головой об сейф…

Охранник пытался поддержать шефа:

— Артем Сергеевич, вы-то в чем виноваты? Он же сам…

— Думаешь, Ремизов поверит?! — В голосе Прибыльна звучало отчаяние.

Валера хотел ответить: «Конечно, не поверит — он же не дурак!» — но вслух произнес совсем другое:

— Не знаю. Должен.

— Вряд ли. Он у него единственный ребенок. У-у-у… — Артем обхватил голову руками и завыл, как подстреленный волк. — Что сейчас будет… Лучше б я ему «колесо» дал!..

Охранник равнодушно покосился на неподвижное тело:

— Может, пронесет?

— Да нет, Валера, не пронесет!.. Ремизов на меня всю ментовку спустит! А если еще наркоту в крови найдут… Тогда полный аут.

— У вас же с ним хорошие отношения…

Прежде чем ответить, Прибылов опрокинул еще одну рюмку коньяка:

— Здесь отцовские чувства… Я б и сам на его месте… Теперь точно убийство повесят.

— Какое же тут убийство?!

— Неосторожное!

— Чего-то я не пойму… — Валера беспомощно развел руками.

— Да откуда ж тебе понять, дебил?! — сорвался на крик Прибылов. — У тебя для этого лоб узкий!.. Кстати! — Он выбросил в сторону охранника указательный палец: — Если меня уберут, значит, и вас всех разгонят! Так что давай готовься, собирай манатки…

Страж «Пещеры» озадаченно посмотрел на труп Дениса, проделал несложную мыслительную работу и после паузы озвучил результат:

— Так может его… того?.. Вынести?..

Прибылов с надеждой взглянул на собеседника:

— Куда?

— На улицу, к тачке его. Пусть думают, что это там…

— Не поверят, — поморщился Прибылов. — Кто ж Дениса в городе тронет?..

— А тот бородатый, который с ним дрался?.. — подсказал секьюрити. Он очень не хотел терять свое хлебное место. И сей факт чудесным образом активизировал работу его мозговых извилин.

Впервые за все время разговора Прибылов по-настоящему оживился. Он с интересом взглянул на охранника:

— А вы куда его дели?..

— На улицу выкинули. — Валера энергично махнул рукой в сторону окна.

— Так, — Артем кивнул на труп Дениса: — Давай. Через «черный» ход. А потом прибери здесь все. Я буду в зале.

Прибылов подошел к охраннику и сунул ему в карман стодолларовую бумажку.

После ухода шефа Валера взвалил тело на плечо и, тяжело ступая, вышел из кабинета.



Инцидент с дракой по большей части остался незамеченным. Клуб продолжал жить своей эгоистической жизнью, окутанной круговертью сверкающего безделья. Гремела музыка, народ оттягивался по полной программе, Алекс продолжал вертеться за пультом, Симона поймала реальный кайф, потерявшись на танцполе, и только Катя продолжала одиноко сидеть за столиком и ждать Дениса. Несмотря на всю эту заварушку, ее не покидала уверенность, что Денис без нее не уйдет. Прошел час или около того. Девушка оставила на столе недопитый бокал и направилась к выходу из зала. В фойе при входе в клуб привычно застыла фигура Валеры.

Катя подошла к охраннику:

— Ты Дениса не видел?

Выдержав ее встревоженный взгляд, Валера спокойно ответил:

— Так он вроде ушел…

— Давно?! — Брови девушки поползли вверх.

— Минут тридцать назад, может, чуть больше.

— Он… Один ушел?

— Ну да…

Такого она не ожидала: Денис никогда ее не бросал.

Она толкнула входную дверь. Вечерняя прохлада, россыпи созвездий над головой, силуэты деревьев в парке напротив, вращающееся колесо аттракциона, выхваченное из темноты светом прожектора… Отсюда Катя не могла разглядеть фигуру человека в одной из кабинок. Ей вдруг показалось, что она действительно выбралась из жуткой пещеры, превращавшей людей в карикатуры на самих себя. Катя огляделась по сторонам и облегченно вздохнула, увидев тонированную «девятку» Дениса, — она стояла на прежнем месте.

«Наверное, сидит там и дуется», — решила Катя, направляясь к машине.

По мере приближения она заметила, что заднее стекло разбито, а на капоте появились несколько отчетливых вмятин. Сердце сжалось от скверного предчувствия…

Катя осторожно обошла машину и вдруг застыла на месте, в ужасе глядя на распростертое на земле тело Дениса, — тот лежал на животе, раскинув в стороны руки, словно пытался заключить землю в объятия. Она присела на корточки — в глаза бросилась глубокая рана на голове. Струйка крови проложила дорожку вокруг правого уха. Катя прикоснулась к его руке и тут же отдернула…

Какое-то время она пыталась осмыслить страшную картину, потом резко выпрямилась и бросилась к дверям клуба:

— Помогите!! Дениса убили!!

Первым ее крики услышал охранник Валера. Он перехватил девушку у входа в «Пещеру». Катя уткнулась ему в плечо.

— Он там, за машиной… Мертвый…

— Ну все-все, успокойся!.. Пойдем.

Охранник провел ее прямиком в кабинет хозяина. Прибылов усадил Катю на стул, пытаясь сообразить, что говорят в таких случаях. Сейчас главное — убедить ее в том, что на Дениса напал пришлый мужик.

— Как он сюда прошел? — Артем повернулся к охраннику.

— Симка за него вписалась. Сказала, что брат двоюродный.

— Сходи разузнай, что за брат.

Валера исчез. Девушка, сгорбившись, сидела на краешке стула, слезы текли по щекам, капали на колени, словно где-то там, на пути к глазам, прохудилась слезная прокладка. Взгляд уткнулся в одну точку где-то в районе оконного простенка. Артем протянул Кате свой сбрызнутый дорогим одеколоном платок. Стараясь говорить спокойно, спросил:

— А ты когда-нибудь видела раньше этого мужика, который Дениса ударил?

— Нет…

Прибылов нервно мерял шагами кабинет, пытаясь держать себя в руках.

— Это он! Больше просто некому. Дениса здесь никто пальцем не тронет — ты же знаешь. А этот — чужой. Подкараулил возле машины и… Из мести. Все слышали, как он грозился.

— Я тоже слышала… — тихо отозвалась Катя.

— Вот видишь! — усилил напор Прибылов. — Ничего, найдем негодяя… И возьмем за ж-ж… — Он посмотрел на Катю и поправился: — …За жабры! В общем, накажем! Не волнуйся, Катюша… На, выпей-ка коньячку…

Он наполнил рюмку янтарной жидкостью, но девушка отрицательно покачала головой. В дверях появился Валера.

— Ну что?.. — бросил на него взгляд Прибылов.

— Короче, Симка сказала, что он, типа, администратор из Питера. Звать Жорж. Пашет там в «Золотом попугае». Клуб такой…

Прибылов перевел взгляд на Катю, но та никак не отреагировала на эту информацию.

— А у нас-то он что забыл?..

— Вроде бы нашего Алекса хотел послушать. И к себе взять. Живет в гостинице.

— Когда Денис ушел из клуба?

— Минут через десять, как мы этого Жоржа выкинули.

— Та-а-ак, картина вырисовывается… Кто-нибудь видел, как он ударил Дениса?..

Валера-охранник произнес то, что Прибылов ожидал услышать:

— Никто. Скорее всего, он его у машины подкараулил. Там темно было…

Артем с наигранной досадой стукнул кулаком по столу:

— Жаль! Как бы не отвертелся, ублюдок…

Хозяин «Пещеры» украдкой посмотрел на Катю. Та внимательно прислушивалась к разговору.

— Вообще-то запросто может, — подыграл шефу Валера. — Улик маловато. Свидетель бы, конечно, не помешал.

— Как маловато?.. — вдруг встрепенулась Катя.

— Для нас-то все ясно, а вот для милиции… — задумчиво произнес Артем.

Он подвинул к ней свободный стул, сам сел напротив.

— Вот что, Катюша… — Артем старался говорить убедительно. — Нужна твоя помощь. Ты ведь хочешь, чтобы убийца Дениса понес заслуженное наказание? Чтобы он не разгуливал на свободе, пользуясь тем, что никто не видел его злодеяния, а сидел, как положено, за решеткой?..

Девушка молча кивнула.

— Тогда надо подтвердить, что ты его видела около машины. С Денисом. Сможешь?

Катя уставилась на мокрый от слез платок:

— Да…

* * *

После ночного клуба с его феерическим буйством мегаватт и киловольт гостиница показалась забытым Богом постоялым двором. Здание, лишенное электричества, погрузилось во мрак, мигая отдельными огоньками, которые, как светлячки, тускло мерцали в нескольких окнах.

Пытаясь отвлечься от мрачных мыслей, Любимов пустился в пространные рассуждения по поводу звериного оскала российской демократии. Непонятно получалось: постояльцы единственной гостиницы Северогорска вынуждены сидеть в потемках в то время, как в трех кварталах отсюда несколько десятков юнцов, находившихся по большей части в «измененном состоянии сознания», жгли уйму электроэнергии, просто чтобы развлечься.

Одинокая керосиновая лампа модели «летучая мышь» освещала стойку администратора. Вместо симпатичной утренней брюнетки там сидел мужчина в милицейской форме. Перед ним лежала открытая книга. Завидев Любимова, старший лейтенант Евгений Ермолаев не поленился встать и выйти из-за стойки.

— Вы куда?

— К себе, старлей, к себе.

Жора достал из кармана визитку, удостоверяющую его временное членство в гостиничном клубе. Ночной администратор мельком взглянул на картонку и вернулся за стойку.

— А почему света нет? — хмуро поинтересовался Любимов.

— Отключили.

По тому, как буднично ответил лейтенант, Жора догадался, что перебои со светом здесь обычное явление. Он не удержался, чтобы не поделиться с коллегой своими соображениями:

— Платить надо вовремя! Тогда и отключать не будут. А вода-то хоть есть?..

— Вода есть.

Лейтенант внимательно посмотрел на постояльца. Любимов заметил перемены в выражении его лица. Он попытался представить себе, как выглядит в свете керосиновой лампы: бородатый, синяк под глазом, ссадина на правой скуле…

— Что-то случилось? — спросил лейтенант. В его голосе слышалось не только участие, но и профессиональный интерес.

— Да вот в «Пещеру» вашу заглянул. Кофе попить. А пришлось нижний брейк танцевать.

— Как же вас туда пустили? — Охранник удивленно уставился на Любимова.

— Наверное, из жалости…

Когда постоялец ушел к себе, тридцатидвухлетний старший оперуполномоченный Евгений Ермолаев поинтересовался его учетной карточкой. Запись его озадачила. «Да-а, не слабо у питерца начался его туризм! Непонятно, зачем он вообще туда сунулся. Наверное, любитель экстрима или молоденьких девочек», — решил старший опер, довольный своей проницательностью.



Поднявшись к себе в номер, Георгий принял контрастный душ, упал на кровать и попытался собрать воедино фрагменты «веселенького» вечера. Ясно пока было только одно: за этой «пещерной» лавочкой наркотиков кто-то стоит. Вполне возможно, даже кто-то из «отцов города». Хозяин заведения — наверняка фигура не самая главная, что-то вроде зиц-председателя Фунта из «Золотого теленка».

Похоже, с «крышей» у него все в порядке, учитывая тот факт, что там собирается вся мажорная элита. Сбыт идет очень бодренько, значит, имеется надежный канал поставки. В небольшом городке слухи расходятся быстро — похоже, многие знают или догадываются, что творится в «Пещере». Достаточно вспомнить реакцию грудастой мадам и старлея, когда он упомянул о молодежном клубе. Сын главы администрации — персона неприкасаемая.

В общем, ситуация выглядела безрадостно. Но хуже всего было то, что в нее была втянута Катя, его дочь.

Подводя итог своим размышлениям, Жора решил прямо с утречка позвонить своим в Питер, а пока что пообщаться с тем лейтенантом, парень он вроде неплохой. Он достал из сумки жестянку с английским чаем, коробку слоеного датского печенья и направился в холл.

Любимов не ошибся: охранник оказался общительным парнем. Тем более что читать при свете керосиновой лампы — занятие утомительное. Евгений с радостью согласился попить чайку с гостем из Питера. Чайник пришлось разогревать на газовой плите, которая стояла на кухне.

Новый знакомый по достоинству оценил напиток:

— Хороший чаек! Даже не помню, чтобы пил что-нибудь подобное.

— Это из специализированного магазина. Есть у нас такие, для настоящих ценителей.

— Заявление писать бесполезно. — Ермолаев взглядом показал на «фонарь» под глазом. — Тем более ты приезжий.

— Да я уже понял.

— Вот она где, эта «Пещера»!.. — Лейтенант в сердцах постучал себя по загривку.

— А что? Уютное местечко. — Любимов не пытался скрыть иронию. — Наркота без всяких рецептов. Лучше, чем в аптеке.

Лейтенант отправил в рот кусочек печенья:

— Знаю. Из Голландии получают. Еще качеством хвалятся. Их бы разогнать к едрене фене…

— Чего ж не разгоните?

— Не все так просто…

— Хозяин крутой? — Любимов ловко разыграл праздное любопытство.

— Еще бы… — На лице Ермолаева появилась саркастическая улыбка: — Артем Сергеевич Прибылов. «Товарищ Артем». Это его подпольная кличка. Бывший первый секретарь горкома комсомола. Помню, меня еще принимал. И кафе было комсомольско-молодежное.

— Ну, значит, товарищ проверенный, — Любимов ответил в том же духе. — С активной жизненной позицией.

— Все они активные, когда надо к кормушке бежать. Вот первыми и поспели…

— Везде так. Не только у вас, — вздохнул Жора. — Ну а глава города как?

— Да он-то вроде ничего. Старается.

— Чего ж шалман этот не прикроет?

— Не знаю… — пожал плечами старлей. — А может, тоже имеет… Там ведь вся наша «золотая молодежь» гуляет.

— Понятно.

Собственно, «пристрелочная» часть беседы на этом закончилась. Любимов был бы никудышным опером, если б не умел разбираться в людях. Это неотъемлемая часть сложной науки выживания. Сотруднику «убойного» действительно очень важно чувствовать плохих людей. Но, возможно, куда более важно — различать хороших, порядочных.

Ермолаев ему понравился. Он был честным человеком, а это, как ни старайся, скрыть трудно. Поэтому Жора решил сэкономить время.

— Жень, а ведь я мент, — резко сменил он тему.

— Ты?! А сказал — военный.

— Майор из питерского Главка. «Убойный» отдел. Только ксива в номере.

Новость стала для Ермолаева полной неожиданностью. Избиение коллеги — это уже совсем другой коленкор. Евгений даже забыл о своем эксклюзивном чае.

— На фига ж врал?.. — с детской обидой спросил он.

— Потому что вижу впервые. А теперь чуток разобрался.

Ермолаев усмехнулся:

— Стал бы я, старший опер, по ночам халтурить, если б что-то имел…

— И это тоже, — кивнул Георгий.

Ближе к ночи коллеги прихватили с собой керосиновую лампу и переместились в номер Любимова. В неформальной обстановке они быстро перешли на «ты», беседуя, как старые приятели. Георгий рассказал всю предысторию своего появления в Северогорске. Евгений в свою очередь поделился тем, что знает.

— Ты, Жора, за дочку не переживай. Нашла на нее одно время блажь, а сейчас все в норме. Вот Денис, тот продолжает глотать, хотя и неплохой парень. Спортом занимался. Но чего-то заклинило…

Любимов вспомнил, как этот «неплохой парень» залепил увесистую пощечину его дочери.

— У них с Катей что, любовь?

— Похоже на то. Жениться, говорят, собирались. А ты своему будущему зятю в торец…

— Я как увидел, не сдержался, — Георгий досадливо поморщился. — Надеюсь, не пожалуется?

— Вряд ли. Может, на пользу пойдет. А насчет нашей ментовки ты не думай. У нас и нормальных мужиков хватает — и преступления раскрываем, и с наркотой ловим.

Жора не удержался и все-таки вставил шпильку:

— Но только не всех, а кого разрешат, так?..

— Тебе хорошо рассуждать! — Старлея замечание задело. — Да если я в этот кабак сунусь, через день на гражданке буду. И куда меня после возьмут? С волчьим билетом?.. В Питер к вам ехать?

— Да все я понимаю… — поморщился Любимов. — Только больно грустная какая-то картина получается…

— А мне, думаешь, не грустно?

Жора задумался.

— Придется вам подсобить. Где у вас телефон?

— На вахте.

— Уже поздно. — Любимов взглянул на часы. — Утром своих вызвоню.

— Думаешь, получится?

— В одной стране живем, к тому же в одном регионе, и законы для всех писаны.

* * *

Спустя сорок минут после того, как Катя обнаружила тело Дениса, на месте происшествия работали эксперты. Невдалеке стояла милицейская машина. Рядом с ней выстроилась толпа зевак — в основном завсегдатаи «Пещеры».

Следователь прокуратуры Ирина Голубева взглянула на судебного медика:

— Ну, что там?

— Закрытая черепно-мозговая травма. Плюс — гематома на лице.

— Гематома раньше была, — уточнила Голубева.

— Тогда, получается, сзади били. Плоским предметом…

В подтверждение его слов подошел эксперт, держа в руках кусок толстой доски. Он показал находку Голубевой:

— В кустах нашел. — Он кивнул в сторону деревянного обломка. — Может, и этим.