— Тебе есть куда пойти?

Лали кивнула.

— Эта жирная сука, твоя мадам, по уши в этом деле, — продолжила Соня. — Если вернешься в Сонагази, тебе конец. Лучше найди другое место.

Лали снова кивнула, подтянула колени к груди и уткнулась в них лицом.

Даже в этой невыносимой жаре Дургу познабливало. Лали посмотрела на малышку и снова окунулась в свои мысли. Надо придумать, куда пойти. Всю свою жизнь она мечтала сбежать — иногда расплывчато, а порой со всей решимостью. Но ей никогда не приходилось всерьез задумываться о том, куда она пойдет, где сможет найти убежище. Когда Лали выходила за пределы Сонагачи, она разглядывала окна домов, особенно по вечерам. Сцены повседневной жизни — жизни, которую ей не суждено познать и прожить, — запечатленные на этих мирных картинах в оконных переплетах, казались ей утопией. Женщина на кухне, экран телевизора с новостями, дети за игрой или за письменным столом, сонно склонившиеся над учебниками, — ручеек простых будничных вечеров. Столько окон и дверей в этом душном, раскаленном городе, а пойти ей некуда.

Лали покосилась на Дургу. Девочка в оцепенении смотрела сквозь щели в брезенте. Вот еще одна бедолага, кому некуда податься, и гораздо более ценный и востребованный экспортный товар, чем она.

Возможно, Соня подумала о том же, потому что сказала:

— Я могу забрать ее с собой. Я знаю, где она будет в безопасности. Ты тоже можешь пойти со мной, если хочешь.

Лали с недоверием посмотрела на блондинку. Такой доброй она ее еще никогда не видела, и если прислушаться, в ее приглашении звучали нотки горечи, как будто она делала его неохотно. Лали отрицательно покачала головой. Она не хотела идти с Соней и тем более не хотела оставлять с ней Дургу. Но крыши над головой у нее нет, а значит, нет и выбора.

— Куда ты ее отвезешь? — прошептала она.

— Ваша мадам Дипа, ты ей доверяешь?

Лали кивнула.

Соня посмотрела на нее и сказала:

— Это лучшее, что мы можем сделать.

Лали чувствовала, как ночной воздух проносится над головой. Грузовик несся, как страшный левиафан, по пустынным улицам.

Глава 42

В комнате было темно. Рэмбо сидел на стуле, жестком и неподатливом — когда он попытался откинуться назад, не сдвинулся ни на дюйм. Должно быть, деревянный, а не из хлипкого пластика, промелькнуло в голове. Не обращая внимания на боль, пронзившую распухшее лицо, он улыбнулся. Не имеет значения, на чем он сидит.

Мужчина, расположившийся напротив него, держал в руках пистолет. Рэмбо был уверен в этом, хотя почти ничего не различал в темноте. Попробовал пошевелить запястьями, связанными тонким нейлоновым шнуром, врезающимся в кожу. Охваченный яростью, попытался вырваться из ненавистных оков, но, осознав тщетность усилий, выдохнул и глубже вжался в сиденье.

Управляющий откашлялся.

— Открой окна, — приказал он кому-то.

Темная фигура прошла мимо Рэмбо в угол комнаты и распахнула окно. Внутрь тотчас просочился тусклый свет фонарей. Стихийный бунт у ворот ашрама давно закончился, но пока еще слышались редкие возгласы и призывы.

Рэмбо выпрямил спину, посмотрел на управляющего и попытался улыбнуться:

— Разве вы не должны находиться там? Бороться с кризисом?

— Нет никакого кризиса, который требовал бы моего вмешательства.

Рэмбо кивнул в сторону окна.

— Горячие головы и расходный материал, — усмехнулся управляющий. — Пушечное мясо любого бунта. Некоторые из них отдадут свою жизнь за Махараджу, а другие слетаются, как мухи, всякий раз, когда затевается буча. В любом случае кризиса нет. Никто лишний сюда не проникнет.

Рэмбо хотел донести мысль, что все это какая-то ошибка, заслуживающая не более чем оплеухи. Но в полумраке странной, какой-то неестественной тишины наткнулся на непробиваемость управляющего. В отчаянии он решил спровоцировать его, чтобы добиться хоть какой-то реакции.

— А как насчет письма, которое просочилось наружу, а? Та девушка из обслуги вашего Махараджи, которая написала кому надо и навела ЦБР на ваш след?

К немалому изумлению Рэмбо, управляющий улыбнулся. Трудно было представить, что этот человек способен на улыбку.

Г-н фон Котце, личный секретарь барона фон Нейрата.

— О да, — с сарказмом прозвучало в ответ. — Она обвинила Махараджу в изнасилованиях, секс-торговле, физической расправе и похищении людей. И к чему это привело? За воротами стоят всего два полицейских джипа — и полтыщи верных последователей нашего Махараджи, его йоддхами. Они скорее поубивают всех женщин в ашраме, чем позволят тронуть бога. Ты не понимаешь силу религии, Майти. Махараджа — их бог. Разве может бог сотворить такое со своей женой?

Г-н Шмидт, переводчик.

Рэмбо раскачивался взад-вперед на стуле, чувствуя вкус крови, скопившейся во рту. Его охватила паника. Управляющий и его помощник бесстрастно смотрели, как он бьется в путах. Когда силы иссякли, Рэмбо опустил голову и, тяжело выдохнув, с ужасом заметил, что по его промежности расползается мокрое пятно.

Сэр Джон Саймон указал, что он хочет изложить перед канцлером точку зрения правительства Его Величества по вопросу о создавшейся ситуации. Оно считает, что будущее Европы может пойти по двум направлениям: либо по направлению всеобщего сотрудничества для обеспечения прочного мира или же к разделению Европы на два лагеря и к изоляции некоторых стран на одной стороне и к объединению других стран на другой. Оно хотело бы. сделать все от него зависящее, опираясь на сотрудничество с Германией, для обеспечения того, чтобы был избран путь первый.

— Мы взяли тебя не потому, что ты хороший сутенер, Майти. Наш выбор объясняется тем, что ты слишком туп, чтобы выйти за рамки того, что тебе велено. И вот как все обернулось.

Из глаза Рэмбо покатилась слеза, вызванная мучительным страхом, которого он не испытывал уже много лет. Сплевывая кровь на пол, захлебываясь в рыданиях, Рэмбо умолял сохранить ему жизнь. Он всего лишь хотел заработать немного денег, у него не было никакого плана. Планировала Соня, а он увидел свой шанс, хотел черпнуть ведерко воды из огромного моря. Теперь, когда из него вышибли всякую браваду, Рэмбо жалко оправдывался, молил о пощаде. Но не мог найти слов, чтобы объяснить все это доходчиво.

Британские круги, однако, были чрезвычайно обеспокоены целым рядом действий со стороны Германии — ее уход из Лиги Наций, события, связанные с австрийским вопросом, и недавнее одностороннее заявление относительно проводимых теперь Германией ускоренными темпами мероприятий по довооружению[56]. В результате этих событий общественное мнение в Британии испытывало некоторые сомнения и с беспокойством старалось определить, каковым фактически является направление германской политики. Британское население при этом не настроено антигермански; можно на этот счет привести примеры относительно репараций, эвакуации Прирейнской области, декларации о равенстве в правах и об урегулировании саарской проблемы.

Управляющий положил пистолет себе на колени, снял очки и небрежно держал их в одной руке. Рэмбо обнаружил, что его собственный взгляд прикован к очкам, а не к пистолету. Как странно, подумал он. Ему до сих пор не верилось, что он может умереть.

Г-н Гитлер сказал, что он хочет заверить сэра Джона Саймона и г-на Идена в том, что германское правительство и германский народ счастливы видеть их у себя. Он в этом приезде видит впервые представившуюся возможность для достижения взаимопонимания путем непосредственных переговоров.

В конце концов его вырвало на пол. Он уставился на бледно-желтую лужу, ужасаясь виду отвратительной массы с каплями крови. Закрыл глаза и, теряя сознание, расслышал слова управляющего:

— Ты найдешь нам эту белую сучку. Найдешь слитки и деньги.

Г-н Гитлер далее подчеркнул, что первой и единственной важной задачей его политики является восстановление благополучия народа, который постигли большие бедствия. Восстановление мыслится им в трех направлениях — в экономическом, политическом и духовном. Эта политика соответствует тем полномочиям, которые получены им от германского народа. Было бы совершенно неправильно считать, что в Германии существует диктатура, которая не считается с волей народа.

Германское правительство искренне стремится к тому, чтобы развитие событий в Европе шло по пути солидарности и сотрудничества. Он вынужден вместе с тем указать на то, что опыт истекших 15 лет следует признать горьким. Он почти готов утверждать, что такое сотрудничество, по существу, являлось невозможным вследствие отсутствия справедливого равенства между сторонами.

Глава 43

В самом деле, истинная солидарность требует, чтобы цели политики той или иной страны не представляли собой опасности для других стран или попытки посягать на их существование. Цели германской политики в ее новой политической концепции не представляют собой опасности для кого бы то ни было. Национал-социализм не стремится к экспансии. Он возник в результате тяжелых испытаний германского народа и предназначен для распространения лишь среди германской нации, а не за пределы германской территории. В то же время в других странах имеется целый ряд других теорий и идей, которые предназначены для привлечения симпатий других народов. Это является одной из наиболее серьезных угроз для солидарности и сотрудничества в Европе. Германское же правительство не сделало ни одного шага, который мог бы быть истолкован как территориальная угроза по отношению к другой стране.

В этот поздний час Тилу был готов продать почку, если бы это принесло ему хоть несколько банкнот, чтобы он мог купить пинту чолая[69] или даже банглы. Он посмотрел на свои чаппалы[70], на правом порвался ремешок. Придется хромать до самого дома. Вот ведь как, он отправился на спасательную миссию, и все закончилось порванной сандалией… Никогда в жизни он не ощущал себя в такой степени мужчиной, рыцарем, как в тот миг, когда вместе с Бхогой ринулся спасать Лали, бросая себя в пасть смерти. Щуплое тело, впалая грудь и исхудалые руки — все налилось силой, подкрепленное чувством надежды и значимости. Но то, чего он всегда жаждал, так и не удалось достичь.

Что касается чувства беспокойства, испытываемого в Англии, о котором говорил сэр Джон Саймон, то г-н Гитлер указал, что упомянутые первые шаги явились необходимыми для моральной реабилитации и восстановления германского народа.

Стая дворняг, по ночам охранявшая вход в его переулок, заступила на дежурство. Шелудивая сучка с водянистыми глазами, вожак стаи, Тилу окрестил ее Мааги, стояла в сторонке и, склонив голову, помахивала хвостом в ожидании ласки. Он уселся на землю и коснулся грубой шерсти, нащупывая кончиками пальцев костлявый череп. Мааги ткнулась в него носом, призывая не останавливаться. Какое-то время Тилу посидел, вдыхая тепло доверчивого существа, которое ничего от него не требовало. По небу пронеслась стрела молнии, но из-за смога она не была яркой. Донеслись раскаты грома, как будто треснул хребет великана. Тилу обхватил голову собаки ладонями и заглянул ей в глаза:

— Мааги, приближается калбойшаки[71]. Этой ночью и ты, и твои друзья будете в безопасности.

Решение об уходе из Лиги Наций было одобрено 94 % германского населения. Он убежден в том, что Британия при подобных обстоятельствах поступила бы так же и, несомненно, вообще не вернулась бы в Лигу.

Собака посмотрела на него злобными карими глазами, мерцающими в свете уличных фонарей. Выдохнула, обдавая Тилу своим запахом, встряхнулась и заковыляла прочь. Стая последовала за ней.

Переходя к вопросу об Австрии, канцлер указал, что Германия не угрожает и никогда не угрожала Австрии. Он, однако, не может забыть того факта, что Германия не может сотрудничать с таким правительством, которое как у себя в стране, так и за границей оскорбляет германское правительство и германские идеалы.

Тилу снял свою порванную сандалию и остаток пути прошел босиком.

То же относится и к Литве. Германия не хочет конфликта с Литвой. Но нельзя ожидать, чтобы Германия смотрела спокойно на то, как маленькая страна притесняет 100 000 немцев, единственное несчастье которых заключается в том, что они родились немцами.

Как это всегда бывало, муссонный ливень обрушился без предупреждения. Тилу остановился как вкопанный и вмиг промок до костей. Он поднял лицо к небу. Достаточно было сделать всего несколько шагов и завернуть за угол, чтобы оказаться дома. Рукой подать, но он не хотел двинуться ни на дюйм. Сквозь пелену потопа он смотрел на раскачивающиеся провода и представлял, что это высокие кокосовые пальмы. Что это они послали дождь, которого так ждал город, задыхаясь от летней жары.

Что касается вооружений, то Германию обвиняли в нарушении Версальского договора. Если бы он был канцлером в 1919 году, он никогда не подписал бы такого договора. Он предпочел бы скорее умереть. Он никогда не скрывал своей точки зрения по атому вопросу и всегда обещал, что освободит германский народ от этих обязательств.

Наконец Тилу медленно побрел к дому, придерживая сандалии в надежде, что их можно будет починить еще раз.

Сэр Джон Саймон поблагодарил канцлера за его полное и ясное изложение ситуации. Он должен при этом определенно заявить, что британский народ прекрасно понимает Германию и именно поэтому он так стремится к тому, чтобы найти какую-нибудь базу для сотрудничества с ней на основе подлинного равенства.

На бетонной плите, мостиком перекинутой между его порогом и сточной канавой, сидела Лали, обхватив колени руками; волосы прилипли к ее лицу, а сари слилось с телом как вторая кожа. Тилу был уверен, что ему показалось. Он мог бы понять, будь в его крови хоть капля алкоголя — уж как он жаждал его! — но ведь и пустой желудок рождает галлюцинации. Лали возле его дома, прямо перед ним, — должно быть, это мираж: он так много думал о ней, что вызвал ее образ одним своим горячим желанием.

ВОСТОЧНЫЙ ПАКТ[57]

Тилу направился к ней, приближаясь с осторожностью, чтобы не проснуться, опасаясь, что дождь смоет видение. Лали подняла него безмолвный взгляд, и он сел рядом, задаваясь вопросом, можно ли прикоснуться к творению его перегретого, зараженного любовью мозга.



Сэр Джон Саймон заявил, что он хочет обрисовать позицию британского правительства в отношении Восточного пакта.

Наверху, в комнате и половине коридора, которые он унаследовал, Лали показалась более реальной; она обретала плоть по мере того, как с нее стекала вода, заливая убогое жилище Тилу. Он завороженно наблюдал, как девушка выкручивает дождевую воду из своих длинных волос, заметил, что ее темная кожа покрыта синяками.

Когда предложение о Восточном пакте было впервые прошлым летом выдвинуто, британское правительство дало понять, что оно имеет против него много возражений. Первоначальные предложения были до некоторой степени изменены. После этого британское правительство изменило свою позицию и высказалось в пользу заключения такого пакта; находящиеся сегодня в Берлине британские министры были бы рады узнать от канцлера, как Германия относится к проектируемому пакту, включающему в себя три элемента: ненападение, консультации, взаимную помощь.

Переодевшись в одну из его старых рубашек, Лали спросила:

— Хочешь чаю?

Г-н Гитлер поставил вопрос — какие именно из стран могли бы взять на себя инициативу по объявлению войны другим странам в этой части Европы. Невозможно предположить, чтобы Прибалтийские страны могли объявить войну России или чтобы Польша объявила войну России. Германия также никогда не объявит войны России.

Тилу все еще не мог поверить, что плод его воображения приготовит ему чай. Лали поймала его взгляд, улыбнулась, и он погиб. Ни слова ни говоря, проследовал за ней в коридорчик, где брезентовая штора вела заведомо проигрышную войну против двойного натиска ветра и дождя. Лали удалось разжечь керосиновую плитку, она нашла чай и сахар среди побитых банок для сыпучих продуктов и заварила чай. Тилу возблагодарил всех богов, когда осознал, что молоко в пол-литровом пакете Mother Dairy, купленном накануне, не скисло.

Однако он не имеет той же уверенности относительно России. Он полагает, что в России в настоящее время наблюдается тенденция к агрессии. Принимая во внимание связь между идеей большевизма и политическими задачами России, а также ее военную и экономическую мощь, ему кажется, что имеется больше вероятности, что войну начнет скорее Россия, нежели другие страны.

Лали протянула ему дымящийся чай, и Тилу заключил чашку в свои мозолистые пальцы, придвигаясь ближе к предмету своей любви, пока их плечи не соприкоснулись.

Они сидели в затененном углу выгороженной в коридоре кухоньки, частично укрытые брезентом, который сражался на последнем издыхании, угрожая рухнуть в любую секунду, оставив их на милость стихии. Сидели и наблюдали, как вспыхивают и гаснут огни на билборде с рекламой матраса: соблазнительная женщина все еще приглашала любого желающего в свои уютные объятия. Лали протянула руку, согретую чашкой, и Тилу схватил ее, прежде чем рука могла исчезнуть, цепляясь за ее пальцы изо всех сил. Красотка на матрасе мерцала во вспышках молнии, потому что свет на улице и в доме погас из-за внезапного отключения электроэнергии.

— Чертовы перегрузки, — пробормотал Тилу, пытаясь встать, чтобы найти свечи и спички.

Германское правительство уверено, что безопасность в Восточной Европе могла бы быть увеличена при помощи заключения пактов о ненападении; и оно взяло на себя инициативу по отношению к Польше[58]; оно расширило бы заключение этих пактов о ненападении и в отношении других стран, за исключением Литвы. Эго отнюдь не означает, что он хочет войны с Литвой, но он не может заключать пакта о ненападении со страной, которая угрожает существованию германских нацменьшинств. Если бы страны-гаранты заставили Литву соблюдать законность, то препятствие со стороны Германии к заключению пакта о ненападении с Литвой было бы устранено.

Теперь уже Лали сжала его пальцы, отказываясь отпускать.

— Скоро появятся звезды, — прошептала она.

Г-н Иден указал на то, что канцлер говорил об опасности большевизма. Британским министрам кажется, что опасность коммунизма скорее является вопросом внутреннего, нежели международного порядка. Не приходится сомневаться в том, что коммунистические лидеры хотели бы, чтобы и другие страны присоединились к их мировоззрению, но едва ли они станут воевать из-за этого. Но если бы такая опасность и существовала, то разве соглашение, которое предлагают англичане, не явилось бы лучшим средством для укрепления солидарности в Европе?

Тилу знал, что никаких звезд, конечно, не будет. Во всяком случае в такую бурю. Рекламируемый матрас с симпатичной сексапилкой заменял им все звезды в ту ночь. Они сидели, любуясь дождем, и дрожали, когда его брызги падали на одежды, высыхали и снова пропитывали ткань насквозь.

Однажды любимый любим навсегда, подумал Тилу, очень довольный собой. Он чувствовал, что наконец-то докопался до сути всей этой бурлящей неразберихи, как бы ее ни называли. Любовь есть любовь, и она чудесным образом остается неизменной, хотя путь к осознанию этой истины зачастую пролегает через самые невероятные безумства.

Великобритания в этом вопросе заинтересована в том, чтобы обеспечить такое разрешение проблемы в Восточной Европе, которое оказалось бы не менее эффективным, чем Локарнское соглашение[59].

Люди любили в эпоху телеграфа и радио, его отец ухаживал за его матерью на расстоянии; а теперь люди любят в эпоху смартфонов и интернета. Тилу ни к чему из этого не прибегал, но в душном болоте своего сердца знал, что всякая любовь пламенеет заглавными буквами красной неоновой вывески. Во все времена она ощущалась одинаково и в песнях, и в танцах, и в письме — как вечное ожидание и необъяснимое единение.

Г-н Гитлер ответил, что, когда он говорил о русской опасности, он не хотел этим сказать, что сотрудничество и солидарность Европы являются излишними. Он твердо убежден, что в один прекрасный день это сотрудничество и эта солидарность окажутся срочно необходимыми для защиты Европы против азиатской и большевистской опасности. Он полагает, что Россия видит в Германии борца Европы против этой опасности, так же как Германия видит в Польше оплот против этой опасности.

Иногда он слышал песни. И они, казалось, говорили: да, это оно, это именно то, на что похожа любовь. Слова могут меняться, но душа и суть — никогда.

Г-н Иден спросил, готов ли канцлер в принципе заключить с Литвой двусторонний пакт. Если готов, то британское правительство приняло бы соответствующие шаги к тому, чтобы заставить Литву выполнить свои обязательства.

Иногда он боялся, что это конец пути, что он никогда больше не почувствует такой любви. И это было похоже на маленькую смерть.

Г-н Гитлер дал утвердительный ответ.

Тилу слышал, как один очень образованный человек сказал, что французы называют оргазм маленькой смертью. Может, и так, но нутром он чуял, что, когда дело доходит до драки, любовь бьет беспощадно. Если ты не прошел через сотни маленьких смертей, значит, это не любовь.

После этого он перешел к вопросу о консультациях; он сказал, что германское правительство готово согласиться на консультации как на часть Восточного пакта в случае возникновения затруднений.

Когда Лали прикоснулась к нему, Тилу почувствовал, как на него обрушивается океанская волна. Прикосновение лишило его дара речи. Если бы он осмелился открыть рот или попытался выразить свои чувства словами, огромная волна поглотила бы его, унесла в свои глубины. В конечном счете, подумал Тилу, Лали — не более чем песчинка в море его любви к ней. Не имело значения, ответит ли она взаимностью, да и ответит ли вообще, потому что никто не мог отнять у Тилу его любовь, даже сама Лали. Она любима, и такой и останется — навсегда любимой.

Какая любовь ниспровергает любимого? — недоумевал Тилу. Его вышколенное сердце подсказывало, что всякая. Любовь способна свести на нет даже самого Тилу, но сама все равно останется. В каком-то странном уголке души, совершенно ему чуждом, он чувствовал себя невероятно счастливым оттого, что вообще познал такую любовь. Сколько людей рождались, трудились, производили на свет детей, умирали, так и не узнав тайну любви, ведущей к самоуничтожению? Ну нет, ему точно повезло.

Что касается пункта о взаимной помощи, то именно в этом кроются все затруднения. Практическое проведение в жизнь принципа взаимной помощи зависит от того, какая страна будет рассматриваться как агрессор. В этом пункте никогда не будет достигнуто единодушия, поскольку в течение последних 15 лет выработалась такая система, при которой во время спора между двумя странами все становились на сторону более сильного и заставляли более слабого подчиниться. Следовательно, на основании проектируемого пакта о взаимной помощи он мог бы оказаться вынужденным повести германский народ на войну в том случае, если бы другие страны поспорили друг с другом, не зная, какая же держава виновна и какая невиновна. Положение усугубляется тем, что на востоке Европы имеются группы стран с проблемами, которые трудно понять. Здесь имеются такие возможности для конфликтов, причину которых даже трудно предвидеть.

Тилу вздохнул; он мог анализировать свои чувства сколько угодно долго. Закрывая глаза, он различал очертания огромной разрушительной волны, что только и поджидала удобного момента обрушиться на него. Но он должен был достучаться до Лали, обрести ее, прикоснуться к ней еще раз, даже если это означало, что потоком любви его унесет в вечность.

— Однажды любимый любим навсегда, — прошептал Тилу себе под нос как заклинание.

Действительно, что же подразумевается под этой системой взаимной помощи? Предполагается, что Германия при известных обстоятельствах получит помощь от России против Франции или же она получит помощь от Франции против России. Но всем должно быть ясно, что ни один немец не захочет принимать помощь от России. Немцы больше боятся русской помощи, нежели нападения французов.

Потом взял ее руки в свои и крепко сжал.

Долгое время Лали не поднимала глаз, уткнувшись взглядом в колени. Он целовал ее руки, от запястий и выше, пока не добрался до искаженного болью лица и не притянул ее к себе. Лали не протестовала — позволила себя обнять. Он держал ее в своих объятиях, пока она плакала.

Если бы Германия могла получить заверения об оказании помощи со стороны Великобритании, то это приветствовалось бы всей страной и британские войска встретили бы теплый прием на германской территории, но это ни в коем случае не может относиться к большевистским войскам. Он говорит это как человек, столкнувшийся с большевизмом в Германии.

Они сидели бок о бок на кровати в темноте. Луна поднялась высоко над маленьким, покрытым коркой грязи окошком. Капли дождя падали под светом снова включившихся уличных фонарей, и каждая виделась отчетливо, по-своему красивая. Тилу чувствовал себя как в кино; все, что он знал о любви, выглядело именно так.

Если бы он пригласил к себе большевиков для защиты Германии, это было бы равносильно тому, как если бы он открыл на фронте сосуд, содержащий бациллы чумы. Целью явится уничтожение врага, но эти бациллы вместе с тем уничтожат и его собственную армию.

Сумасшедший, что жил в конце улицы, затянул песню. Его голос излучал абсолютное счастье и при этом безбожно фальшивил.

Кроме того, он не мог бы предложить национал-социалисту бороться за большевизм. Это было бы равносильно тому, как если бы папе или католической церкви было предложено послать своих монахов проповедовать в пользу буддизма или магометанства.

Тилу повернулся к Лали и обнял ее за плечи, заставляя посмотреть ему в лицо. Лали увидела слезы в его глазах.

Такого соглашения он подписать не может. Он полагает, что британское правительство поймет это.

Превозмогая комок в горле, он произнес:

Сэр Джон Саймон указал, что он прекрасно понимает предложение г-на Гитлера о заключении многостороннего пакта о ненападении и консультациях и г-н Гитлер уже объяснил, почему Германия не может участвовать в пакте о взаимной помощи на Востоке. Но если предположить, что окажется возможным заключить многосторонний пакт о ненападении и консультациях, то нельзя ли допустить, чтобы некоторые другие участники этого многостороннего соглашения захотели бы заключить между собой отдельные соглашения о взаимной помощи, причем Германия не взяла бы на себя таких обязательств по оказанию помощи? Как поступила бы Германия в случае возникновения такой ситуации?

Г-н Гитлер заявил, что такая идея, по его мнению, является опасной и не может встретить одобрения. Если бы группа стран в пределах рамок Восточного пакта заключила сепаратное соглашение о взаимной помощи, то это явилось бы точным повторением довоенной системы. Это уже не было бы общей системой, а в пределах широкой системы имелись бы отдельные заинтересованные группы. Маловероятно, что в случае возникновения конфликта между членом первой группы и членом второй группы могло бы быть вынесено беспристрастное решение. Это явилось бы точным повторением военных союзов довоенного периода. Хотя эти союзы и назывались оборонительными, все же они привели к распространению мирового пожара и к мировому конфликту.

— Выходи за меня замуж. Я не так много могу дать тебе, но все, что у меня есть, и я сам, кем бы я ни был, — все твое, если ты захочешь. Нет ничего на свете, чего бы я ни сделал для тебя. — Его голос надломился, и комок разросся до самого сердца, блокируя любые слова, любой вздох.

Германское правительство полагает, что правильнее всего было бы заключить генеральный пакт, содержащий обязательства о ненападении и консультациях, а также обязательство о неоказании помощи агрессору. Этого было бы достаточно, если бы участники относились с доверием к имевшимся на пакте подписям.

Спустя мгновение, казавшееся вечностью, Лали разразилась булькающим смехом. То есть поначалу в ней что-то заклокотало, а потом вырвался поток этих странных звуков.

Сэр Джон Саймон сказал, что, как он понял со слов барона фон Нейрата, германское правительство намерено выдвинуть перед правительством Его Величества более подробные предложения по вопросу о Восточном пакте. Он хотел бы выразить надежду, что германское правительство в недалеком будущем сообщит также свой ответ и французскому правительству.

Барон фон Нейрат напомнил, что французское правительство прислало свои возражения на первый ответ германского правительства по вопросу о заключении Восточного пакта на основе тех принципов, которые только что были перечислены канцлером. Германское правительство ни при каких условиях не согласится взять на себя обязательства о взаимной помощи. Соглашения о взаимной помощи фактически являются не чем иным, как военными союзами. Если Германия присоединилась бы к пакту на таких условиях, то она этим просто дала бы санкцию к заключению франко-русского союза.

У Тилу слегка отвисла челюсть — в чем причина этого безудержного веселья? Лали вытерла глаза, прежде чем смогла объяснить.

Сэр Джон Саймон разъяснил, что он не намерен рекомендовать какую бы то ни было линию поведения в отношения французской ноты. Он, конечно, не имеет права вмешиваться, но ему лишь казалось, что посылка германского ответа французскому правительству содействовала бы разъяснению положения, независимо от характера этого ответа.

АВСТРИЯ

— Почему? — спросила она. — Почему вы, мужчины, думаете, что брак — это решение проблемы любви?

Г-н Иден указал, что германское правительство, по-видимому, не было удовлетворено последним ответом, полученным от французского правительства. Он полагает, что германское правительство в принципе одобряет заключение Центральноевропейского пакта, но сталкивается с затруднениями на практике. Правительство Его Величества преисполнено желанием, чтобы эти практические затруднения были преодолены, и чем скорее, тем лучше.

— Я ничего не пытался решить, — произнес Тилу обиженным тоном. — Я хочу жениться на тебе, — добавил он в свою защиту.

Г-н Гитлер заявил, что он хотел бы высказать некоторые соображения по общим перспективам австрийской проблемы. Население обеих стран отличается одинаковым происхождением, и до 1866 года обе страны составляли единую политическую единицу, хотя они и находились под различными суверенитетами. Он не сомневается в том, что если бы имелась возможность свободного голосования, то население Австрии высказалось бы в пользу близкой связи, если не полного объединения с Германией.

— Тогда мой ответ — нет, Тилу, — заявила Лали. — И не смотри на меня так. Это не трагедия. — Она взяла его безвольную руку в ладони. — Ты был добр ко мне. Я… — Она немного помолчала, прежде чем продолжить: — А я не была добра к тебе. Я тронута твоим предложением, но, видишь ли, — она посмотрела ему в глаза, — нам не нужно жениться. Я не думаю, что это разумно. — Тилу не смог ничего сказать, но Лали заговорила снова: — Ты не хочешь ли пойти со мной? Мне нужно выбраться из того места, где я жила, но прежде кое-что сделать.

Он, однако, должен отметить, что никому в Германии не приходит в голову мысль об аннексии Австрии, о лишении ее права на самоопределение или же о навязывании Австрии какого бы то ни было союза с Германией. Германия ни на одну минуту не допускает мысли о нарушении неприкосновенности австрийской территории или же о навязывании Австрии какого бы то ни было другого режима.

— Может, ты останешься хотя бы ненадолго?

Барон фон Нейрат заметил, что Германия принципиально не возражает против идеи Центральноевропейского пакта, но у нее возникают лишь сомнения в связи с практическим проведением его в жизнь. Одним из основных затруднений является вопрос об определении принципа о невмешательстве. Полученный Германией ответ на этот вопрос неясен. Германское правительство полагает, что оно теперь должно дождаться дальнейших предложений со стороны тех, которые первоначально внесли предложение о заключении пакта.

Лали уставилась на рекламный щит за окном. Пожалуй, подумала она и прошептала:

— Да.

Г-н Гитлер заявил, что он был бы рад, если бы можно было найти точное определение принципа о невмешательстве. Он мог бы привести сюда несколько сот коммунистических преступников, присланных из России в Германию, которые обучались в применении взрывчатых веществ и в бросании бомб. В германских тюрьмах содержится от 400 до 500 таких лиц. Когда был раскрыт коммунистический центр в Германии, то там были найдены военные карты, составленные офицерами Генштаба для подготовки гражданской войны в Германии. Все это было прислано из России, так же как и деньги.

— Завтра у нас будет пикник, — объявил Тилу, устремив взгляд на тот же рекламный щит. — Мы посмотрим фильм, прогуляемся по парку, а потом поедим в ресторане, — мечтательно произнес он.

Г-н Иден сказал, что он вполне допускает существование этих террористических организаций. Но было бы очень жаль, если бы лишь на одном этом основании страны отказались от заключения Центральноевропейского пакта.

Он отправился бы с Лали куда угодно; гордый и взволнованный, вошел бы с ней, рука об руку, в прохладный, тускло освещенный зал китайского ресторана. Даже если сварливый официант нагрубит ему, он оставит щедрые чаевые и выйдет за дверь, обнимая Лали за плечи.

Сэр Джон Саймон ответил, что он предпочитает оставить инициативу за теми странами, которые ее проявили первыми.

— Знаешь, я столько лет прожила в этом городе, а так и не видела мемориал Виктории, — сказала Лали.

Г-н фон Риббентроп напомнил, что британское правительство, несомненно, уделило серьезное внимание этой проблеме. Не смог бы сэр Джон Саймон сказать, каковы взгляды британского правительства по этому вопросу.

— Ты должна там побывать. Это великая часть нашей истории. Они закрываются в шесть. После наступления темноты там только торговцы наркотиками, сутенеры и… — Тилу запнулся.

Сэр Джон Саймон заявил, что правительство Его Величества хотело бы, чтобы проводилась такая политика, которая обеспечивала бы неприкосновенность и независимость Австрии. Однако правительство Его Величества не может относиться к Австрии так же, как, например, к Бельгии, т. е. к стране, находящейся в самом близком соседстве с Великобританией[60].

— И проститутки, — закончила фразу Лали. — Я видела тот район мельком, — сказала она, и в ее голосе прозвучало детское волнение, растрогавшее Тилу. — Выглядит красиво — все эти люди на Чоуринги и Нью-Маркет. Когда автобус выезжает на эстакаду, можно рассмотреть Майдан, белый купол мемориала Виктории с феей на вершине… ее видно издалека.

Г-н Гитлер ответил, что с такой мыслью он может полностью согласиться. Он убежден, что проект соглашения в его теперешней форме вызвал бы возражения не только со стороны Германии, но и со стороны других стран. Выдвинутый ныне проект фактически приемлем лишь для Франции и Италии, т. е. для стран, которые заинтересованы в этом вопросе лишь косвенно и односторонне. По мнению германского правительства, австрийский вопрос был создан искусственным путем. Поэтому оно, конечно, хотело бы доставить удовольствие другим правительствам в отношении этого вопроса и содействовать его урегулированию. Но, по мнению Германии, австрийской проблемы вообще не существует. Почему Германия должна гарантировать независимость Австрии, когда такая гарантия не считается необходимой в отношении других стран?

— Фея раньше крутилась-вращалась на куполе, но это было давно.

Немцы не видят пользы в пакте. Германия не понимает, для чего нужны специальные гарантии ввиду того, что у нее не имеется никакого намерения угрожать независимости Австрии. (Разделы переговоров, касающиеся вопросов вооружений и причин выхода Германии из Лиги Наций, в публикации опущены.)

— И что с ней случилось?

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Тилу пожал плечами:

Сэр Джон Саймон напомнил, что британские министры чувствуют себя несколько разочарованными ввиду того, что за эти два дня нельзя было достичь большего согласия, чем было достигнуто.

— Состарилась или, может, решила, что представление не стоит таких хлопот. — Он улыбнулся.

Г-н Гитлер желает заверить британских министров в том, что германское правительство получило большое удовлетворение от этой возможности свободных и откровенных переговоров.

— А ты видел, как она крутилась?

Г-н Гитлер также выразил свою благодарность британскому правительству за его лояльные усилия в вопросе о саарском плебисците и по всем другим вопросам, в которых оно заняло такую великодушную позицию по отношению к Германии[61].

— Да, когда был маленьким. Мой отец водил меня туда по воскресеньям на прогулку. В День независимости и День республики мы катались в конных экипажах, ели арахис и жареный нут, играли в футбол. Тогда еще была жива моя мать. — Он сделал паузу. — Сходим?

— Да.

Он просит их не делать из всего услышанного заключения, что Германия не готова сотрудничать в деле создания солидарности в Европе. Он выразил надежду, что британские министры увидели трудность положения германского правительства: оно старается поднять страну, которая в течение 16 лет жила в состоянии моральной депрессии. Оно старается поднять страну до того уровня равенства, на котором находятся другие нации.

— Но… Я должен тебе кое-что сказать, — Тилу замялся. — У меня не так много денег. — Он с трудом подбирал слова. — Я имею в виду… было немного, но… э-э-э… совсем кончились.

Принимая наследство, оставленное прошлыми германскими правительствами, г-н Гитлер решил честно и искренне его ликвидировать. Если ему придется заключать международные соглашения, то они будут заключены не от имени прошлой Германии. Г-н Гитлер не подпишет ничего такого, чего бы он не мог принять, но если он даст обязательство, то он никогда его не нарушит.

Лали окинула взглядом встревоженные глаза, нахмуренные брови, измученное лицо маленького человечка, вечно озабоченного собственной незначительностью в столь равнодушной ко всем и такой сложной вселенной.

— Не беспокойся о деньгах. Я могу позаботиться об этом.

№ 2

Тилу поспешно добавил:

— Нет-нет, у меня есть немного денег, но, наверное, я не смогу сводить тебя в ресторан или еще куда-нибудь… просто подумал, что тебе следует знать.

Совершенно секретно

Лали улыбнулась, что заставило Тилу снова забеспокоиться.

7-м отделом ГУГБ НКВД получено из Нью-Йорка следующее агентурное сообщение:

— Кто создал мемориал Виктории? — спросила она, поворачиваясь на бок и натягивая одеяло до подбородка, чтобы защититься от слегка прохладного, пропитанного дождем ветерка, гуляющего по комнате.

На заседании кабинета 29 января 1937 г. Рузвельт сообщил, что его переговоры с Рэнсименом носили предварительный характер; в дальнейшем они могут привести к заключению соглашения. Рэнсимен подчеркнул, что он прибыл в качестве специального представителя английского премьер-министра Болдуина, но не по поручению кабинета, и лишь по его возвращении Болдуин информирует совет министров о его окончательных намерениях. Рузвельт отметил, что в своих переговорах Рэнсимен, тем не менее, часто ссылался на переговоры в кабинете министров. Содержание главной части переговоров было посвящено вопросу о нейтралитете США, ибо Лондон ждет войны не позднее 1938 года, и если получение военных материалов из США не представляется возможным, то необходимо немедленно начать постройку больших заводов в Англии, Франции и Чехословакии. Англия уже строит два крупных военных завода, но этого мало. Рузвельт заявил Рэнси-мену, что Америка прилагает усилия к тому, чтобы как можно дольше сохранять нейтралитет. Если произойдет вооруженный конфликт между демократией и фашизмом, Америка выполнит свой долг. Если же вопрос будет стоять о войне, которую вызовет Германия или СССР, то она будет придерживаться другой позиции и, по настоянию Рузвельта, Америка сохранит свой нейтралитет. Если СССР окажется под угрозой германских, чисто империалистических, т. е. территориальных, стремлений, тогда должны будут вмешаться европейские государства, и Америка станет на их сторону. В азиатской войне Америка останется нейтральной до тех пор, пока не будут задеты непосредственно американские интересы. Захват Японией крупной китайской территории без согласия Китая должен рассматриваться как нарушение американских интересов. Рэнсимен высказался в том смысле, что в основе каждого нападения фашистов или их вассалов на СССР будут лежать империалистические мотивы. Рэнсимен заявил, что европейская война не может быть проведена без моральной и финансовой помощи со стороны США.

Рэнсимен поднял также вопрос о вмешательстве Рузвельта в испанские события, на что последний ответил, что правительство только тогда займет определенную позицию в этом вопросе, если обе стороны в Испании откажутся от интервенции или попросят сотрудничества в третейском суде. Кабинету известно, что он лично хотел бы поддержать сторонников правительства; он никогда не понимал поведения Франции в этом вопросе и полностью признает правильность позиции СССР. В случае войны он способствовать вмешательству США. В этом случае он одобрит созыв конференции держав в Америке или где-либо в Европе.

Зам. нач. 7-го отдела ГУГБ НКВД майор государственной безопасноости

— Это захватывающая история, — обрадовался Тилу. И пустился в рассказы.

(Шпигельглас)

Верно:

На узкой кровати, лежа рядом с Лали, Тилу улыбался про себя. А потом он мирно спал без сновидений всю долгую теплую ночь, в сплетении тел, под неустанный шепот дождя.

Нач. 1-го сектора 7-го отдела ГУГБ лейтенант государственной безопасности

(Графлен)

№ 3 ИЗ СООБЩЕНИЯ НКВД СССР В ЦК ВКП(б) И СНК СССР от 28 августа 1939 г.

Глава 44

Из Парижа сообщают нам следующие данные от 23 августа о переговорах Гитлера с англичанами:

«Галифакс[62] и британский посол в Берлине приглашены к Гитлеру для важных переговоров. Они получили инструкцию — согласиться на любые переговоры, кроме якобы уступок за счет Польши.

Малини покинула офис Коллектива и быстрым шагом устремилась к «Голубому лотосу». У дверей Чанда утешала плачущую девушку. Малини вошла во двор. Несколько мужчин, которых она раньше не видела, и старый слуга мадам Шефали готовили небольшой фургон.

По данным от 24 августа, французский Генеральный штаб настаивает немедленно начать военные действия, считая, что время работает на Германию. В то время как Англия и Франция теряют престиж, Германия получает новые резервы сырья и продовольствия за счет СССР, и новые уступки бесполезны.

Она подошла к девушкам и спросила:

По сообщению французского посла в Москве, пакт о ненападении выражает только желание СССР иметь свободу и независимость от группировок. Наоборот, посол в Берлине Кулондр считает пакт началом экономического и дипломатического сближения Германии с СССР, которое может якобы расшириться на «идеологической базе антикапитализма, самоопределения народов, особенно колониальных, и прочего».

— Что случилось?



— Амина покончила с собой, — театральным шепотом произнесла Чанда.

Центральный архив ФСБ РФ

Малини в недоумении уставилась на нее. Чанда повторила сказанное. В ее интонациях сквозила печаль, но пробивались и нотки возбуждения, что встревожило Малини. Под впечатлением утренних событий она не сразу пришла в себя.

Совершенно секретно

— Как? — спросила, чувствуя легкое головокружение. И едва не ляпнула, что разговаривала с Аминой накануне вечером.

7-м отделом ГУГБ НКВД получен по телеграфу краткий текст документа, исходящего из государственного департамента США.

— Она приняла снотворное, мадам нашла ее утром.

Додд Хэллу (Вашингтон).

Малини ни на мгновение не поверила этому. И вовремя спохватилась, прежде чем опровергать. Объектом ее гнева оказалась бы Чанда, хотя все, в чем можно было обвинить эту девушку, так это в невольном зловещем ликовании. Нет, нужно сохранить свою ярость, направить ее в нужное русло, когда придет время.

(посол США в Берлине)

— Где она? Мне надо на нее взглянуть.

№ 4 ТЕЛЕГРАММА

— Они как раз выносят тело. Отвезут прямо в гхат, чтобы кремировать, — сказала Чанда и добавила с некоторым удивлением: — Я не знала, что вы подруги.

№ 1639 8 января 1937 г.

— Для этого необязательно быть подругой, — не выдержав, закричала Малини, обжигая Чанду взглядом. — Она была одной из нас!

Чанда скорчила гримасу.

На прошлой неделе премьер-министр Польши Бек дал определенное заверение в том, что Польша не имеет соглашения с СССР, позволяющего в случае войны пропустить его войска и самолеты через польскую территорию. Конфиденциальные доклады, которыми располагает командующий сухопутными войсками Германии Фрич, убеждают руководителей рейхсвера, что Германии не грозит опасность со стороны СССР в течение ряда лет и что вооружения СССР предназначены не для наступательных, а для оборонных действий.

По моему мнению, Германия не желает войны в данное время. Лицо, близко стоящее к рейхсверу, заявляет, что в армии растут просоветские настроения. Гитлер и радикалы все еще придерживаются мысли о необходимости экспансии на Восток. Геринг склонен стать на сторону Фрича и Шахта. Фон Хассель предостерегает против слишком большого доверия к Муссолини.

Малини уже собиралась войти внутрь, когда увидела, как мужчины выносят тело. Она отметила, что Чинту не крутится поблизости. Почему? Вместо носилок мужчины использовали большую белую простыню. Провисшая под тяжестью тела, она ходила ходуном, когда мужчины спускались по лестнице. Малини стояла, сложив руки на груди, рядом с женщинами, выстроившимися вдоль ступенек, и смотрела на лицо Амины так долго, как только смогла выдержать. Бескровное, опухшее лицо словно выбило из нее остатки жизни, чего не сделали бы даже самые страшные побои. Бесславный, тихий уход этой тощей, полуголодной девушки и то, как от нее избавились: как будто в борделе проводилась генеральная уборка, — потрясали до глубины души.

В последней беседе фон Нейрат заявил мне, что американская политика изоляции увеличивает военную опасность: если бы США были арбитром, Берлин нашел бы для себя возможным подчиниться.

Глаза Амины были закрыты. Малини подумала, что тот, кто плетет байки про умиротворенные лица покойников, либо сам не страдал, либо никогда не видел мертвых. Внимание Малини привлекли отметины на запястьях девушки. Левая рука безвольно свисала вдоль тела, в то время как правая лежала поперек груди. Малини заметила, что темно-фиолетовые рубцы обвивают запястье, как браслеты. Она последовала за санитарами на улицу и попыталась разглядеть другую руку девушки. Когда она наклонилась, чтобы прикоснуться к телу, Чанда прохрипела сзади:

Зам. нач. 7-го отдела ГУ ГБ НКВД майор государственной безопасности

— Эй, что ты делаешь? Не дотрагивайся до нее. Или тебе придется искупаться в Ганге. Разве ты не знаешь правил?

(Шпигельглас)

Малини посмотрела на нее:

НК-8 верно: Нач. 1-го сектора 7-го отд. ГУ ГБ лейтенант государственной безопасности

— Почему у нее такие запястья? Что произошло?

(Графлен)

— Не знаю. Может, она поранилась?

Совершенно секретно

— Это невозможно, — пробормотала Малини. — И вряд ли можно принять снотворное со связанными запястьями, Чанда, — добавила она, намеренно дотрагиваясь до тела. — Кто жил вместе с ней? Я знаю, что вам, девочки, приходится снимать комнаты на двоих.

— У нее была своя комната. Мадам сказала нам, что она спит и никто не должен ее беспокоить.

7-м отделом ГУ ГБ НКВД получен по телеграфу краткий текст документа, исходящего из государственного департамента США.

Малини совершенно не устраивала такая версия. Она разговаривала с девушкой менее двенадцати часов назад, и, хотя казалось, у нее не все в порядке, по ее голосу не было похоже, что она собирается покончить с собой.

Мужчины начали заворачивать Амину в простыню, уложив тело на грубо сколоченный каркас кровати в задней части фургона. По углам скорбного ложа торчали одинокие веточки туберозы. Тело привязали бечевками к скелетообразным ребрам каркаса, закрепляя концы на деревянных перекладинах. Саван окутывал тело до шеи, оставляя открытым лишь опухшее лицо Амины, далеко не умиротворенное.

№ 5

— Вылезай из фургона, нам пора ехать, — без всяких церемоний рявкнул один из санитаров в сторону Малини.

№ 24 27 января 1937 г.

— Куда вы ее везете? — спросила Малини, охваченная тревогой. — Это дело полиции. Вы не можете так просто сжечь ее, — закричала она.

Английский посол в США Линдсей в беседе с государственным секретарем Хэллом заявил, что английское правительство желает использовать каждый случай, чтобы информировать правительство США о событиях в Англии и других частях мира. Возможно, м-р Хэлл интересуется результатами встречи Идена с министром иностранных дел Франции Дельбосом, во время которой они составляли совместный общий план действий для определения в ближайшем будущем внешней политики Англии и Франции. План этот состоит в следующем:

Мужчины посмотрели на нее как на сумасшедшую. Чанда и плачущая девушка тоже услышали ее крик.

1. Будет сделана новая попытка достигнуть полного соглашения с Берлином. В этом заключалась цель речи Идена, за которой должна была, примерно через неделю, последовать аналогичная речь французского министра иностранных дел.

— Полиция? — переспросила Чанда. — И что они сделают? Ты хочешь, чтобы они забрали ее в морг на вскрытие? Какая от этого польза? И мы тогда не получим тело до полуночи. К чему все эти хлопоты? — Чанда подошла к Малини и взяла ее за руку. — Отойди, позволь им забрать ее. Дай ей немного покоя.

2. В вопросе об отношениях с Берлином и остальными европейскими странами подчеркивается поддержка Италии. Это положение (поддержка Италии) считается обеспеченным вне зависимости от того, будет или не будет выполнен первый пункт.

Металлические двери фургона захлопнулись, водитель включил зажигание. Черный дым вырвался из выхлопной трубы и окутал женщин дымкой. Малини задумалась и сказала, обращаясь скорее к самой себе:

— Она ведь была мусульманкой, не так ли? Почему ее кремируют?

Вероятно, Геринг при свидании снова содействовал сближению Муссолини с Гитлером, хотя щедрое предложение о займе при существующих в настоящее время в Италии финансовых затруднениях сможет значительно перевесить чашу весов в другом направлении. При этих условиях может быть ассигнован заем в сумме одного или двух миллиардов лир.

— Так проще, — ответила Чанда, провожая взглядом фургон, сворачивающий за угол. — У нее был бабу-индуист. Он бросил ее несколько лет назад, но она привыкла носить синдур[72] и браслеты, всегда говорила, что она его жена. Ей этого хотелось. — Помолчав, она добавила: — К тому же, я думаю, нужен мулла или кто там еще, чтобы хоронить по-мусульмански. Кто будет этим заниматься? У нас нет никого на примете. — Чанду встревожил пустой, невидящий взгляд Малини. — Да ладно, перестань, ей будет лучше там, куда она ушла. А нам с тобой еще мучиться.

3. Это вкратце касается основы сотрудничества с СССР, заключающейся в том, чтобы действовать в полном согласии с Лондоном и Парижем. Москва должна ясно понять, что СССР не должен делать индивидуальных выступлений в области международной политики, мешая этим выполнению планов своих демократических друзей тогда, когда ему это выгодно. Это повторялось слишком часто в связи с испанскими событиями, и напряженное положение, создавшееся вследствие этого, слишком опасно, чтобы позволить его повторение. Лондон и Париж, в свою очередь, согласятся консультироваться с СССР как с равным партнером по всем важным вопросам сохранения европейского мира. Если будет доказана невозможность сотрудничества с Берлином на основе вышеупомянутого положения, тогда германское правительство придется заставить прийти к соглашению путем применения более строгих мероприятий. Если же все другие способы окажутся безуспешными, то Англия рассмотрит предложение о всеобщем и строго контролируемом бойкоте всей германской промышленности. В случае, если бы США присоединились к Франции, Англии, СССР, Чехословакии и одному или нескольким балканским государствам в энергичных действиях, направленных против германской торговли, можно было бы заставить фашистскую Германию отказаться от ее агрессивной политики.

Малини оставила Чанду и направилась к дому. Несколько девушек наблюдали с балкона, как фургон увозит тело Амины Биби. Малини остановилась, когда увидела среди них мадам Шефали; в накрахмаленном сари, она привычно жевала паан. Мадам зыркнула на нее, что-то сказала собравшимся девушкам — Малини не расслышала что именно, — и те, одна за другой, исчезли с балкона. Мадам еще на мгновение задержала взгляд на Малини и последовала за своим стадом.

Линдсей согласен с министром иностранных дел, что Гитлер еще не готов к войне. Доклады, поступающие из-за границы в Лондон, указывают на то, что вопрос о недостатке сырья в Германии в действительности гораздо острее, чем это известно. Те же источники сообщают о росте недовольства среди крестьянства и средних классов. По-видимому, нет никакого выхода из этого тупика, в который Гитлер поставил германскую промышленность.

Малини медленно побрела обратно в офис. Ей следовало немедленно связаться с Дипой. Она полезла в сумку за мобильником, но потом передумала. Нужно кое-что сделать, прежде чем звонить Дипе.

Зам. нач. 7-го отдела ГУГБ НКВД майор государственной безопасности

В офисе она слегка отодвинула стальной шкаф от стены в своем кабинете. Вытащила из тайника полиэтиленовый пакет с телефонами, которые вручила ей Амина двенадцать часов назад, и положила их в сумку.

(Шпигельглас)



Верно:

Констебль Бисвас, на своем посту в будке на Совабазар Роуд, прямо перед поворотом на Сонагачи, потягивал горячий чай с молоком, когда увидел проезжавший мимо белый фургон. Оттуда не доносилось песнопений и никто не выкрикивал имя Бога, как это принято, когда провожают покойного по индуистскому обряду, поэтому Бисвас не мог знать, что внутри лежит мертвая девушка. Но фургону пришлось томиться на светофоре целых пятнадцать минут, поскольку был раннеутренний час пик и все работающие граждане города пытались обойти законы физики в попытке добраться до службы менее чем за пару часов.

Нач. 1-го сектора 7-го отдела ГУГБ лейтенант государственной безопасности

Фургон стоял прямо перед будкой, и через его окна Бисвас мог довольно отчетливо разглядеть тело, завернутое в белый саван. Он не придал этому особого значения, но вскоре к нему зашел поболтать знакомый сутенер-фрилансер. Тогда-то Бисвас и узнал, что девушка из «Голубого лотоса» покончила с собой, и они порассуждали о том, не наложено ли на это место какое-то проклятие.

(Графлен)

— Эта ваша мадам Шефали скоро останется одна, если так и дальше пойдет, а? — сказал Бисвас. — Никогда не знаешь, эти неестественные смерти… — Он мрачно покачал головой. — Они оттуда взывают к живым.

Совершенно секретно

— Да ладно, — ответил информатор, — ничего особенного. Такое случается время от времени. — Он помахал рукой мальчишке, стоявшему неподалеку с чайником и стопкой глиняных чашек. — Еще чашечку? — предложил он Бисвасу. Протянув констеблю дымящуюся чашку чая, он сделал глоток из своей. — Если хочешь знать мое мнение, я ставлю на мадам Шефали, Чинту и бабу той девчонки.

№ 6

— Хм… — задумался Бисвас, — мы как раз изучаем это. Только вчера сюда наведывались сэр Сингх и Балок-да.

7-м отделом ГУГБ НКВД получены из Берлина следующие агентурные данные:

— Да, я слышал, — сутенер зевнул. — Чего тебе беспокоиться? Это скоро утихнет, верно? О, ты бы видел, что тут вчера творилось. Все кругом заполонили журналисты и зеваки. Это плохо для нашего бизнеса, вот что я скажу. Со мной был новый клиент, он при виде камер перепугался вусмерть. Люди не хотят приходить сюда, когда видят полицейские джипы и телевизионщиков.

— Это просто бессмысленное разгребание грязи, — Бисвас скривил лицо от отвращения. Закурил сигарету и предложил одну констеблю. Выпустив облако дыма, Бисвас сказал: — Чего они добиваются, а? Намерены остановить все это? Так и будут до скончания века копаться в дерьме. Будь они неладны, эти новостные каналы.

Посол США в Париже Буллит на своем обратном пути из Польши провел 2–3 дня в Берлине. Он заявил, что он хотел бы повидать Геринга, несмотря на то что это не соответствует обычной дипломатической процедуре. На такой встрече очень настаивает итальянский посол в Берлине Аттолико, являющийся близким другом Буллита, поэтому он (Буллит) не считает возможным отказаться. Беседа Буллита с Герингом продолжалась несколько часов. О характере этой беседы Буллит ни с кем не поделился. Единственное, о чем он сказал, это что Геринг поставил ему вопрос, выступят ли США, если Германия захватит Чехословакию и Австрию. По словам Буллита, он ответил, что, если Германия начнет военные действия в этих странах, США должны будут рассмотреть вопрос и о своем выступлении. Буллит добавил, что Геринг гораздо больше интересовался вопросом об отношении США к Германии, чем любым другим вопросом. По мнению американских дипломатических кругов в Берлине, Буллит ездил в Польшу с целью убедить Бека присоединиться к «Антикоминтерновскому пакту». Он упорно и настойчиво обрабатывает консервативные круги во Франции против СССР, ссылаясь на свой длительный опыт, чтобы убедить их.

Как только сутенер ушел, Бисвас обдумал информацию и набрал номер, просто на всякий случай.

Нач. сектора 7-го отдела ГУ ГБ НКВД капитан госбезопасности (Рейф)

— Балок-да? — сказал он в трубку. — Это Бисвас с поста… похоже, сегодня умерла еще одна девушка из того же борделя… Да, дом мадам Шефали… Я не знаю… они говорят о самоубийстве… вроде как снотворным отравилась. Я подумал, дам тебе знать… они повезли ее в гхат около часа назад. Извини… я не придал этому особого значения… Извини, да-да, конечно, я видел, как вы с сэром приходили сюда вчера… Нет, я не остановил их… я так не думаю… я поговорил с Баблу, сутенером, ты знаешь этого парня?.. Да, он сказал, что не было ни полицейского отчета, ни осмотра — они не хотели поднимать шум… ладно, ладно. Спасибо.

№ 7 ИЗ СООБЩЕНИЯ НКГБ СССР В ЦК ВКП(б), СНК СССР, НКО СССР и НКВД СССР от 6 марта 1941 г.

Бисвас продолжил лениво нести службу, наблюдая за вечными уличными заторами, уверенный в том, что на сегодня он свой долг перевыполнил.

Сообщение из Берлина



По информации, полученной от чиновника Комитета по четырехлетнему плану, несколько работников комитета получили срочное задание составить расчеты запасов сырья и продовольствия, которые Германия может получить в результате оккупации европейской части Советского Союза.

Балок Гхош положил трубку и на мгновение задумался. Наскар сидел напротив него и, как обычно, грел уши.

— Еще одна, а, Балок-да? Там сезон убийств, что ли? Что вы об этом думаете?

Тот же информатор сообщает, что начальник Генштаба сухопутной армии генерал-полковник Гальдер рассчитывает на безусловный успех и молниеносную оккупацию немецкими войсками Советского Союза, и прежде всего Украины, где, по оценке Гальдера, успешным операциям будет способствовать хорошее состояние железных и шоссейных дорог. Тот же Гальдер считает легкой задачей также оккупацию Баку и его нефтяных промыслов, которые немцы якобы смогут быстро восстановить после разрушений от военных действий. Гальдер считает, что Красная Армия не в состоянии будет оказать надлежащего сопротивления молниеносному наступлению немецких войск и русские не успеют даже уничтожить запасы.

— Я думаю, что ты слишком много болтаешь, причем не думая, Наскар, вот что я думаю, — отчитал его Балок Гхош с кислым выражением лица. — Если ты хочешь чего-то добиться, особенно на этой работе, тебе лучше держать рот на замке.

Что касается расчетов Комитета по четырехлетнему плану в отношении хозяйственного эффекта такой операции, то эти расчеты якобы дают отрицательный прогноз.

Получив нагоняй, Наскар перешел к обороне:

По сведениям, полученным от служащего штаба Верховного командования, задание о составлении подобных же расчетов получил от Генштаба также начальник хозяйственного отдела штаба полковник Беккер.

— А что я такого сказал? Вы говорили то же самое по телефону. Я слышал, — произнес он с некоторым упреком.

Расчеты полковника Беккера, наоборот, доказывают высокий хозяйственный эффект, который будет ползшей в результате военных операций против СССР.

— Я разве что-то говорил про «убийство»? Это самоубийство. Выучи разницу, это сослужит тебе хорошую службу в будущем. Что, по-твоему, означает убийство?

Центральный архив ФСБ РФ

— Ну, это когда чертовски много хлопот, — угрюмо сказал Наскар.

— Именно. Вот почему полезно выбирать слова с умом.

№ 8 ИЗ СООБЩЕНИЯ НКГБ СССР В ЦК ВКП(б) И СНК СССР от 11 марта 1941 г.