– Да я не часто об этом говорю.

– По-моему, очень круто, – сказала Элина. – Чемодан получился суперский.

– Точно, – согласилась Чарли. – Такое не каждый сумеет.

Робин похлопал Артура по плечу:

– По мне, так тоже обалденно.

– Возьмите его с собой, – сказал Артур, закрыв и застегнув чемодан. – Кто знает, вдруг магистры скоро опять заявятся или прикажут провести у нас обыск, думая, что мы что-то скрываем.

– Но тогда они кое-что найдут, – оживился Робин.

Элина взяла у Артура чемодан. Рука ощутила знакомую тяжесть, и она не смогла удержаться от улыбки.

– Вы, Цукерхуты, действительно любите нарушать правила – и тем самым делаете обычный мир намного более волшебным.

Артур с Робином обменялись лукавыми улыбками.

– Мы нарушаем правила только ради особых друзей, – сказал Артур.

– Для самых лучших друзей, – добавил Робин.

– Артуру следовало бы стать членом отряда борцов за сладости, – предложила Чарли. – Кто за?

Робин с Элиной подняли руки одновременно с Чарли. И тут, как заметила Элина, печальный блеск в глазах Артура окончательно исчез. И на то была причина: у каждого, сладкомаг он или нет, есть свой особый талант.

А дружба – это такой талант, которым можно делиться со всеми.

Глава 20

Элина подёргала дверь, но та никак не хотела поддаваться.

– Ничего не выйдет, – сказал Робин. – Закрыто.

– Мортимер наверняка там! – сказала Элина. Её пальцы крепче обхватили дверную ручку. – Мы же специально сюда пришли, чтобы поговорить с ним.

Чарли взяла Элину за руку:

– Робин прав. Там никого нет.

Элина, неохотно отступив, подняла взгляд к шпилю «Империи изобретателей».

Она не сомневалась, что Мортимер где-то внутри!

– Через полчаса заглянем ещё раз, – предложила госпожа Цукерхут. – Так запросто мы не сдадимся, Элина.

Господин Цукерхут согласно кивнул:

– У нас ещё есть время.

Элина попыталась сделать глубокий вдох, но ей не удалось. С тех пор как несколько минут назад она вместе с Чарли и Цукерхутами вступила на Аллею горькой сладости, её неотвязной тенью преследовало беспокойство.

Неужели ещё одно совпадение? Почему центр изобретателей закрылся именно сейчас?

Стараясь скрыть раздражение, Элина пошла вслед за остальными к Площади шоколадной помадки. Мысль о том, что приходится покидать Аллею горькой сладости, не узнав ничего нового, угнетала её. А ведь в этом месте, возможно, ещё столько магии…

Родители Робина, напротив, вовсю предавались воспоминаниям.

– О-о-о, раньше я часто бывала с мамой в этом кафе! – сказала госпожа Цукерхут, показывая на лавочку клубнично-красного цвета. – Как здорово, что через много лет оно всё ещё существует… Это пробуждает столько воспоминаний!

– Ты была здесь с бабушкой Гретой? – удивлённо спросил Робин.

Госпожа Цукерхут кивнула:

– Да! Ещё совсем маленькой, намного младше, чем вы сейчас. Прогулки по Аллее горькой сладости всегда были чем-то особенным.

– В те времена многое было по-другому, верно? – спросила Элина. – До Великой Распри?

Отец Робина потрясённо взглянул на Элину:

– А ты откуда об этом знаешь?

– Понятно откуда! Похоже, господин Шноттер вам много чего нарассказал, – тяжело вздохнула госпожа Цукерхут. – Неудивительно, что вы так любите его навещать.

– Вообще-то господин Шноттер не Википедия сладкомагов, – сказала Чарли. – Совсем наоборот! Он ужасно скрытный и о таких вещах говорить не любит.

– Вы не можете сердиться на него за то, что он нам об этом рассказал! – заявил Робин. – Вы же сами проболтались о группе сладкомагов, которые выступили против магистров. Уже забыли?

– Может и так, – пожала плечами госпожа Цукерхут. – Но мы умышленно рассказали тебе и твоим братьям и сёстрам не всё. Господину Шноттеру не стоило упоминать об этих страшилках из прошлого.

– Это не страшилки, – возразила Элина. – Так было на самом деле.

Родители Робина быстро переглянулись.

– Здесь об этом говорить не стоит, – предостерёг господин Цукерхут. – То было страшное время, и сладкомаги не любят, когда им о нём напоминают. К тому же никогда не знаешь – вдруг у этих стен есть глаза и уши.

Робин оставил слова отца без внимания.

– Вы тоже участвовали в том противостоянии? – спросил он.

Теперь пришёл черёд вздыхать господину Цукерхуту.

– Первые события, связанные с Союзом Иных, произошли, когда мы с твоей мамой ещё не родились. Мой отец рассказывал много историй о том времени, а позднее по некоторым из них я наводил справки в сладкомаговских хрониках. После такого снятся кошмары, Робин. Думаю, этой информации будет достаточно.

– Но если я хочу знать больше? – настаивал Робин.

– Ты, как любой другой сладкомаг, ещё выучишь нашу историю, – сказал отец, окинув его снисходительным взглядом. – Всему своё время. Сейчас твой первый экзамен важнее.

При упоминании об экзамене Робин замолчал.

– Как насчёт горячего шоколада? – предложила госпожа Цукерхут. – Тут рядом есть очень милая лавка шоколада.

– Горячий шоколад всегда отличная идея! – воскликнула Чарли.

Засунув руки в карманы брюк на лямках, Элина посмотрела на чемодан в руке у Чарли. Сейчас ей больше хотелось съесть какую-нибудь волшебную конфету, которая помогла бы найти господина Шноттера. Сегодня утром, за завтраком, Элине внезапно вспомнилось: они же собирались спросить Юну и Артура про ту сласть, с помощью которой те вышли на след Чарли, Робина и Элины с чемоданчиком. Перед путешествием на Аллею горькой сладости Элина наверстала упущенное. По словам Юны, это были яблоки в кляре «Взять след». Но новую их порцию сперва нужно было приготовить…

Юна пообещала Элине сегодня же отыскать рецепт и после их возвращения поговорить с родителями.

– Там Юна! – воскликнул Робин. – И Пенелопа с ней!

Что-что? Не могла же Элина вызвать сюда Юну одной силой мысли?

Она взглянула мимо Робина, который указывал на другую сторону Площади шоколадной помадки, где внезапно появились его сёстры. Они действительно здесь! Когда они подошли ближе, Элина заметила, как взвинчена Юна. Зато Пенелопа с огромными от удивления глазами казалась бесконечно счастливой.

– Девочки! Что вы тут делаете? – воскликнул господин Цукерхут.

– Хорошо, что мы сразу вас нашли. Это всё Пенелопа! – сердилась Юна. – Она просто взяла остаток сахарного мелка и отправилась за вами следом. Когда я нагнала её в туннеле, она уже воспользовалась мелком, и мне едва удалось выбить у неё из рук кусочек, чтобы последовать за ней.

Госпожа Цукерхут в ужасе не сводила глаз со своей младшей дочери:

– Пенелопа, мы же категорически запретили тебе отправляться в такое опасное путешествие! Ты могла бы оказаться неизвестно где!

– Вчера я прочитала о связующих путях всё, что смогла найти в нашей магической библиотеке, – с умным видом сказала Пенелопа. – Это путешествие – легкотня!

– Мне всегда казалось, что ты разумная! – кипятился господин Цукерхут. – И о чём ты только думала!

– Робин тоже здесь! – упрямилась Пенелопа. – И Элина с Чарли, а они ведь даже не сладкомаги! Я непременно хотела с вами, папа!

У Элины сердце ушло в пятки. Пенелопе обязательно трубить здесь во всеуслышание, что они с Чарли бесталанные?! Но, к счастью, люди на площади были заняты своими делами, не обращая никакого внимания на маленькую компанию, застрявшую посреди потока посетителей аллеи.

– Давайте сейчас для начала успокоимся, – сказала госпожа Цукерхут.

Внезапно Элина почувствовала, что запахло жжёным сахаром.

– Фу! Чем это пахнет? – спросила Чарли.

Элина стала с удивлением озираться вокруг и заметила незнакомца, остановившегося, чтобы что-то достать из-под полы длинного чёрного пальто. Он только что запахнул пальто, неприятным образом напомнившее Элине одеяние Вивьен. Эту жуткую вонь распространял вынутый им прибор. Слегка попыхивая, он дымил, словно в нём сгорел предохранитель. Это была длинная металлическая трубка, на верхнем конце которой располагалось множество мерцающих зелёным светом кристаллов.

В голове у Элины завопила сирена тревоги. Что-то здесь не так!

Но прежде чем она успела что-либо сказать, из этого аппарата снова вырвались такие мощные клубы дыма, что вокруг неё сгустился плотный зелёный туман. За несколько секунд площадь накрыла пелена, скрывшая всех и вся. В мгновение ока Элина оказалась одна в вонючем чаду.

– Чарли? Робин? – испуганно выкрикнула она. – Где вы?

Сердце у неё выпрыгивало из груди, она отшатнулась назад. Уже и во рту ощущался привкус пригоревшей сахарной ваты.

Слева раздалось шипение, и Элина почувствовала, как в нескольких миллиметрах от неё что-то пролетело. Затем последовал взрыв, похожий на многократные разрывы петард, и клубы дыма ненадолго осветились яркими молниями.

Люди закричали.

– Элина! – услышала она вопль Робина. Но откуда он доносился? Элина совершенно потеряла ориентацию в пространстве. Вдруг ей померещился чей-то силуэт, и она уже собралась двинуться к нему, как её резко повалили на землю. Упав на колени, Элина задохнулась от ужаса.

– Робин! – тут же вскочив, позвала она. – Робин, где ты?

Снова раздались звуки взрывов. Вокруг царила паника. Странный запах вызывал у Элины рвотный рефлекс, глаза страшно слезились. Ей представлялось, что она находится в эпицентре какой-то магической бури, которой не было конца. Повсюду грохотало и шипело, наперебой кричали люди. С каждой секундой её всё сильнее охватывал страх. Где же Цукерхуты? Где Чарли?

Дрожа, Элина переставляла одну ногу за другой.

– Робин! Чарли! Где…

Она не договорила, потому что врезалась во что-то твёрдое, отчего снова качнулась назад. Прямо перед ней стоял человек с магическим оружием! Элина окаменела от страха, но он, не обращая на неё внимания, крутил головой то влево, то вправо, будто мог видеть, что делается в клубах зелёного дыма.

Ей нужно скорее исчезнуть! Прочь отсюда!

И всё же, к ужасу Элины, он её заметил. Презрительно ухмыляясь, он походил на волка, оскалившего клыки и готового в любую секунду наброситься на неё. Что-то в этом человеке показалось ей очень знакомым, и, снова взглянув в его тёмные, холодные глаза, она поняла, что он ни за что не даст ей уйти.

И тут кто-то, сзади схватив Элину за руку, рывком оттащил её назад.

Это была Цара Царелла, которая спешно запихивала в рот какую-то конфетку.

– Сейчас мы отсюда исчезнем! – сообщила она.

– Но мои друзья! – с трудом выдавила из себя Элина.

– Не переживай! Всё хорошо! – энергично заверила Цара, разгрызая конфетку.

Неожиданно Элину охватило чувство покоя. В поездку она надела под комбинезон с бретелями только футболку, поэтому пальцы Цары сжимали теперь её голую руку, и казалось, будто это прикосновение приносит утешение и тепло. Внезапно Элина поняла, что всё и правда будет хорошо. Царе Царелле можно доверять. Она её подруга и защитница. Но на крошечную долю секунды Элина услышала тихий шёпот: «Тебя только что заколдовали с помощью магической сладости!»

Глава 21

В глазах у Элины рябило, и она совершенно не понимала, что с ней произошло. Убаюканная тёплыми обещаниями безопасности и защиты, она окончательно очнулась от чар магической сладости, лишь когда Цара привела её в подвал магазина «Цареллы».

Элина тут же вырвалась, натолкнувшись спиной на какой-то ящик.

– Что вы со мной сделали? – недоверчиво глядя на женщину-сладкомага, прохрипела она. Зачем одна из сестёр Царелла околдовала её?

– Всё хорошо, – повторила Цара. – Это подействовала карамелька «Рыцарское спасение». Она успокоила тебя, чтобы мы могли уйти с площади.

В следующее мгновение на лестнице появилась Цора Царелла с Чарли и Робином. Оба выглядели совершенно растерянными.

Цареллы и их околдовали! Действительно ли они хотели помочь?

Чемодан! Он по-прежнему у Чарли! Может, Элине стоит…

– Сперва выслушай меня, – попросила Цара. – Элина, пожалуйста!

Элина не совсем понимала, продолжает ли действовать конфета, но не смогла перебить Цару. Та усадила её на деревянный ящик.

Помещение походило на склад или погреб. Здесь стояли горы ящиков.

– Мы с сестрой как раз были на площади, когда всё случилось, – объяснила Цара. – Я увидела тебя с друзьями, и мы попытались вас разыскать в этом хаосе. Ещё в прошлый раз я поняла, что вы с подругой не сладкомаги. Я же права?

Элина, помедлив, кивнула:

– Мы бесталанные.

Цара мягко улыбнулась:

– Наша сестра Цоя – ваша ровесница и тоже бесталанная. И я бы очень хотела, чтобы в такой ситуации ей кто-нибудь помог.

– Большое спасибо за помощь, но… мы были вовсе не одни, – сказала Элина. – Там были ещё родители Робина и его сёстры! Вдруг с ними что-то стряслось? Или они думают, что что-то случилось с нами?

– Мне очень жаль, – ответила Цара. – Всё произошло так быстро… Мы с сестрой увидели вас и просто хотели быть уверенными, что вы в безопасности.

– Моя семья, – удручённо пробормотал Робин. – Всё ли с ними в порядке?

– Наверняка, – сказала Чарли. – Родители у тебя стойкие!

На неё больше не действовали чары конфеты. Элина, взглянув на них с Робином, утвердительно кивнула. Чарли, конечно, права! И всё же вид у Робина, и без того совершенно помятого, – волосы всклокочены, на футболке пятна пыли, а на лице абсолютное смятение, – сделался ещё более потерянным, но затем он тоже кивнул, пусть и неуверенно.

– Мы можем послать им сообщение, – сказала Цора. – Ваши новомодные телефоны на Аллее горькой сладости не работают. Для передачи сообщений мы, сладкомаги, используем скоростные послания на съедобной бумаге.

– Что вы используете? – спросила потрясённая Элина.

Цора вздохнула:

– Скоростные послания на съедобной бумаге. Магическую сладость!

– Да, пожалуйста, давайте пошлём! – сказал Робин.

– Что вообще случилось на площади? – спросила Чарли, которая из всех троих друзей первой взяла себя в руки. Отставив чемодан, она пригладила свою розовую юбку. – Кто-то напал на сладкомагов?

Цора колебалась.

– За последние недели на Аллее горькой сладости было несколько менее значительных происшествий, но такого, как сегодня, не случалось ещё никогда.

– И что за происшествия? – уточнила Элина.

– В нескольких магазинах устроили погромы, но вроде бы ничего не украли, – рассказала Цара. – Затем разрушили один из памятников магистрам, а сладкомаги из ближайших домов говорили, что их разбудил взрыв. С той поры магистры отрядили на Аллею горькой сладости нескольких реферетти для ежевечернего патрулирования, поскольку сладкомагов всё больше охватывает страх. Здесь мирное место, где такое вообще-то не происходит, и ещё… – Цара, переглянувшись с сестрой, замолчала. – Не думайте об этом. У всех всё в порядке, а пока только это и важно, – продолжила она. – Мы принесём вам съедобную бумагу.

Сёстры Царелла, снова переглянувшись, вместе поднялись по лестнице, чтобы выйти со склада. Как странно…

– Магистры послали сюда доверенных лиц, – задумчиво сказала Элина. Она тут же подумала о госпоже Ильморе – неприветливой реферетти, которая встретила их в Музее конфетных искусств. – Значит ли это, что они понимали, кто стоит за этими происшествиями? Помните намёки госпожи Боне?

– И слова господина Шноттера Союзе Иных, – сказал Робин. – Я подозреваю, что они по-прежнему есть среди нас… Обычные сладкомаги не стали бы использовать свою силу для таких разрушений.

Чарли вздрогнула:

– И что нам теперь делать? Если мы сообщим твоим родителям, они тут же отправят нас назад в Белони, мы не сможем даже поговорить с Мортимером и отыскать господина Шноттера.

– Я очень хочу найти его, – сказала Элина. – Но то, что случилось на площади, ужасно напугало меня…

– Мне тоже было страшно, – удручённо признался Робин. – Такая жуть!

– И я испугалась, – сказала Чарли. – Но… где бы ни был господин Шноттер, ему наверняка страшнее, чем нам, и мы нужны ему. И разве Артур дал нам чемодан как раз не для таких экстренных случаев, как сейчас?

Друзья посмотрели на Элину так, словно ждали от неё какого-то плана действий.

Вздохнув, она заправила за ухо непослушную прядку волос. Её знобило, и вовсе не потому, что в этом забитом складском помещении было холодно.

– Мы пошлём сообщение родителям Робина и попросим их встретиться с нами у «Империи изобретателей», – сказала Элина. – Мортимер явно уже вернулся, нам просто нужно потребовать от него объяснений, и будь что будет.

– Да, – согласился Робин. – Нам нужны ответы.

– Так и поступим, – сказала Чарли.

Словно что-то заподозрив, на верхней площадке лестницы внезапно появилась Цара Царелла и заперла за собой дверь. Она выглядела бледной.

– Там, на улице, ужас что творится, – сказала она. – От владельца магазина напротив я узнала, что реферетти уже совершают обход и всех опрашивают. Призвали магистров, и они не заставят себя ждать… Вам необходимо исчезнуть с Аллеи горькой сладости! Не думаю, дети, что вы хотите попасть в руки реферетти или магистров.

– Вы правы, – сказала Элина. – Спасибо вам за помощь.

Цара протянула ребятам пластинку съедобной бумаги кремового цвета:

– На съедобной бумаге можно писать прямо пальцем. На одной стороне сообщение, на другой – полное имя адресата. Когда всё будет готово, бумагу нужно просто съесть. Всё ясно?

Чарли с Робином медлили, и поэтому съедобную бумагу взяла Элина. Пластинка была размером с почтовую открытку, от неё исходило волшебное сияние цвета слоновой кости, а в левом нижнем углу виднелось изображение крошечного писчего пера. Тут же разорвав прозрачную упаковку, Элина достала из неё съедобную бумагу.

– Госпожа Царелла, мы сообщим родителям Робина место встречи и сразу уйдём, – пояснила Элина.

– Может, мне стоит вас проводить? – озабоченно сказала Цара. – Вы ведь даже не знаете, всё ли в порядке с родителями Робина и где они сейчас.

– Очень любезно с вашей стороны, но мы справимся, – заверила Чарли.

– К тому же родители дали нам с собой специальные сладости для чрезвычайных ситуаций, – сказал Робин. – На площади нас застали врасплох, но мы будем очень осторожными, честное слово!

– В таком случае я принесу ещё съедобной бумаги, чтобы вы сообщили мне, когда снова окажетесь с родителями, – сказала Цара.

Она в очередной раз удалилась, оставив Чарли, Робина и Элину одних.

Элина запихнула пустую обёртку в карман и, поскольку Робин и Чарли опять смотрели на неё с надеждой, приложила палец к съедобной бумаге. Так странно писать без ручки!

– Я напишу, что мы в безопасности и встретимся с твоими родителями у «Империи изобретателей». Точка.

Она медленно двигала указательным пальцем правой руки. Какое дивное зрелище! Внезапно сообщение Элины проявилось белой сахарной глазурью. На обороте она ещё поспешно приписала: «Госпоже Цукерхут».

Элина откусила уголок пластинки. Ммм, вкус ванильной мечты! Мягкая, как пудра, и со сладко-пряной ноткой. Немного похоже на ванильные рогалики, которые её семья часто печёт на Рождество. Остаток съедобной бумаги исчез в мгновение ока. После этого Элина услышала голосок, который нашёптывал её сообщение. Словно ветер, уносивший её слова адресату.

– Думаю, получилось. Можем идти.

Все трое поднялись по ступеням в магазин, однако у открытой двери Элина резко затормозила. Она услышала голос, не принадлежавший ни одной из сестёр Царелла.

– Эй! – возмутилась Чарли. – Я чуть не врезалась лицом в пятую точку Робина!

– Почему ты остановилась? – спросил Робин.

– Ш-ш-ш, – шикнула на них Элина. – Тут кто-то есть… и это очень плохо. – Судорожно сглотнув, она навострила уши.

– Мы пришли от имени магистров. Вы же не собираетесь чинить препятствия магистрам? – злилась какая-то дама со строгой причёской и острым носом. – Мы осмотрим помещение, нравится вам это или нет.

– Но у нас тут ужасный беспорядок! – сказала Цара.

– Беспорядок! – воскликнула дама. – Какое мне дело до вашего беспорядка!

Ой-ой! Дама оказалась ни больше ни меньше как госпожой Ильморе! Быть этого не может! И она пришла не одна. За ней стоял рослый, стройный человек с завязанными в конский хвост длинными волосами и в очках. Кто бы подумал, что реферетти объявятся здесь так быстро… Впрочем, Цара так и предполагала.

– Дайте нам сделать нашу работу! – потребовал теперь и мужчина.

Элина встрепенулась. Нельзя просто стоять столбом! Нужно уходить, пока их не обнаружили! Не теряя присутствия духа, она вытащила из двери торчавший снаружи ключ, тихо закрыла дверь и, заперев её изнутри, знаками позвала Чарли и Робина вернуться вниз на склад.

– Нам нужно спрятаться, – сказала она.

– Спрятаться? Но где? Ящики слишком маленькие, – заметила Чарли.

– Чарли, дай-ка мне чемодан, – попросил Робин. – Есть идея!

Они опустились на корточки, чтобы Робин смог открыть чемодан. Он указал на конфеты в прекрасной голубой обёртке – рассматривая новые сладости, Элина заприметила их в первую очередь.

Ну конечно! Медальки «Козырная маскировка»!

Наверху энергично дёрнули дверную ручку, и за дверью раздался громкий, раздражённый голос госпожи Ильморе:

– Почему она не открывается?

– Быстрее! – шепнул Робин. Взяв прозрачный пакетик, где лежали три медальки, он раздал по одной Элине и Чарли, швырнул пакетик в чемодан и спешно закрыл его.

Все трое одновременно развернули медальки. Элина увидела под обёрткой на светлой шоколадной поверхности удивительной красоты узор. Она быстро засунула шоколад в рот – на вкус он оказался очень нежным, как ложка тёплого сливочного пудинга. Она ощутила во всём теле лёгкое покалывание.

– Элина! Ты куда-то исчезла! – вырвалось у Чарли.

– Ты тоже, – сказала Элина. – Слилась с общим фоном, как хамелеон. С ума сойти!

– А что с чемоданом? – засомневался Робин.

– Я возьму его, – сказала Элина, поднимая чемодан с пола.

– Теперь и он исчез! – выдохнул с облегчением Робин. – Повезло!

– Когда они войдут сюда, мы как можно быстрее выскользнем! – прошептала Элина.

Бабах! – и дверь распахнулась. Госпожа Ильморе, судя по всему, в страшном гневе, в сопровождении незнакомца тяжело потопала вниз по ступеням. Её взгляд, скользнув по помещению, остановился прямо на Элине. Она подходила всё ближе. Стараясь не издавать ни звука, Элина, затаив дыхание, отпрянула назад.





– Здесь и правда жуткий беспорядок, – проворчала реферетти.

Элина, чуть дыша, прокралась мимо госпожи Ильморе. Она всей душой надеялась, что Чарли с Робином последуют за ней. К её великому облегчению, оба взрослых начали наугад взламывать некоторые ящики и подняли такой шум, что она смело продвигалась вперёд. Случайно задев чемоданом Цару Царелла на выходе из магазина, она застыла, но Цара, улыбнувшись, лишь шепнула:

– Умные детки.

На улице Элина перевела дух. Где же Чарли с Робином?

– Я здесь, – раздалось откуда-то слева. Это была Чарли.

– Я тоже справился, – сказал за спиной у Элины невидимый Робин.

– Бегом отсюда! – произнесла Элина вслух то, о чём все они, похоже, думали.

Следующая цель – «Империя изобретателей»!

Глава 22

Многие улицы совсем обезлюдели, по дороге ребятам встречались лишь отдельные сладкомаги, благодаря маскировке их не замечавшие.

– Странно, что вокруг так спокойно, – пробормотал Робин.

– Согласна, – тихо ответила Элина.

Рядом с «Империей изобретателей» царила абсолютная пустота, и семьи Робина нигде видно не было. К огорчению Элины, дверь по-прежнему оставалась закрытой.

– Сейчас не помешало бы съесть несколько печенюшек «Щёлк-замок», – пошутила Чарли.

– А есть ли ещё какая-то возможность забраться внутрь? – спросила Элина.

– Мы постепенно опять становимся видимыми, – заметил Робин.

Он был прав. У него частично показались руки. То же самое происходило и с Элиной. Оглядев себя, она обнаружила, что видны её ноги в брюках.

Трое друзей, поспешно свернув налево, направились вдоль дома в надежде найти другой вход. Однако на эту сторону выходили только редкие окна, располагавшиеся достаточно высоко. Мрачный и грязный переулок, где они оказались, резко контрастировал с магически-прекрасной аллеей. Здесь не было уже никаких магазинов, только кирпичные стены и узкий туннель справа. Впереди на стене Элина обнаружила светящийся символ. Она тут же сообщила о своём открытии друзьям, и они подошли ближе.

Да это же видоизменённый герб магистров!

– Точно такой же знак был на аппарильо, который Мортимер создал якобы для магистров, – сказала Элина. – Взгляните хотя бы на эту букву «И»…

– «И» как у Союза Иных, – откликнулся Робин. – И как на монете!

– Возможно! Почему она здесь? – спросила Чарли.

– Может, это вход, – предположила Элина. – Прежде чем магистры зашли в дом Робина, на внутренней стороне двери появился их герб.

Элина приблизилась вплотную к стене. Герб постепенно тускнел, как будто у волшебства садилась батарейка… Неужели это действительно портал?

– Значит, кто-то недавно туда зашёл? – она растерянно взглянула на Чарли и Робина. – Думаете, нам стоит… пройти насквозь?

– Воспользоваться магическим порталом, который, возможно, принадлежит Союзу Иных? Это может быть очень опасно, – сказал Робин. – Но если мы поднимем тревогу, реферетти или магистры обратят внимание и на нас.

– Герб сейчас исчезнет, – сказала Элина. – Значит, решать нужно быстро. Что будем делать? Может, это единственный шанс получить информацию, которая приведёт нас к господину Шноттеру…

Она в нерешительности посмотрела на друзей, и тут Чарли, протиснувшись мимо неё, прижала ладонь к гербу. В мгновение ока она исчезла. Паф-ф-ф – и её как не бывало!

Робин и Элина переглянулись. Всё решено.

– За ней! – сказал Робин, коснувшись герба.

Элина глазом моргнуть не успела, как исчез и он. Она сделала глубокий вдох, пытаясь угомонить бешено колотившееся сердце, а затем, сосредоточив взгляд на гербе, протянула к нему руку.

В следующее мгновение девочке показалось, что её отжимают в стиральной машинке. Её швыряло из стороны в сторону, а затем выбросило наружу. Подступила страшная тошнота. Такое средство передвижения однозначно можно было бы назвать вырвилётом!

Внезапно Элина грохнулась навзничь на холодный пол, и у неё перехватило дыхание. Уфф!





Оторопело моргая, она первым делом подумала о друзьях. Всё ли с ними хорошо? Робин с посеревшим лицом сидел на корточках рядом с ней.

– Жив? – спросила Элина.

– Кажется, да, – кивнул он.

Они помогли друг другу встать на ноги. Оглядываясь в поисках Чарли, Элина поняла, что они попали в вестибюль «Империи изобретателей». Диковинные аппараты по-прежнему издавали странные звуки. Чарли, приземлившаяся чуть левее, направилась к ним.

На миг Элина ужаснулась, осознав, что при перемещении потеряла чемодан – тот лежал на полу недалеко от Чарли. Замки расстегнулись, и одна из конфет выпала. Какой-то толстый батончик. Быстро подскочив, Элина схватила чемодан, а Чарли дотянулась до батончика.

Из соседнего помещения доносились раздражённые голоса. Кто-то ссорился.

– Я всё перепробовал! Бесполезно!

Элина узнала этот голос. Он принадлежал Мортимеру!

– Какой-нибудь способ найдётся всегда, – холодно возразила какая-то женщина.

Элину пробрал озноб. Этот голос…

Им срочно нужно спрятаться! Элина потянула Робина за собой к большому устройству-«органу». К ним присоединилась и Чарли. Какая удача! Между аппаратом и стеной оставалось достаточно свободного пространства. Поставив на пол чемодан, Элина снова прислушалась к ссорящимся.

Ей не давал покоя женский голос. Неужели это та, о ком она думает?

– Возможно, он и вовсе не может говорить! – рявкнул Мортимер в ярости. – Ты сама сказала, что наложила на него одно из своих заклятий беспамятства! Может, в его куриных мозгах уже нет нужной нам информации!

– Не смей ни в чём меня упрекать! – отозвалась Вивьен Алдрич. Элина больше не сомневалась, что это она. – Чтобы добраться до рецепта, я рисковала всем – когда в Белони я столкнулась с неожиданными препятствиями, даже маскировка не помогла. Магистры уже давно у меня на хвосте, но сегодня они объявились на Аллее горькой сладости только из-за твоего легкомыслия!

– Я пытаюсь создать лучший аппарильо, идеальное оружие против магистров, и почему бы мне не провести несколько испытаний! – парировал Мортимер. – Если бы не я, ты бы и по сей день носилась со своим идиотским планом раздобыть чемодан для экстренных случаев!

– Идиотский план?! – гневно выкрикнула Вивьен. – Как ты можешь…

Мортимер, не сдержавшись, взорвался негодованием:

– Именно я внедрил шпиона в Музей конфетных искусств! Без меня, Вивьен, ты бы до сих пор не знала, что уже несколько десятков лет страниц в музее нет! Что их не могут найти со времён Великой Распри – а эта информация изменила всё. Я подобрался к страницам ближе, чем ты за все эти годы!

Значит, эти двое работают вместе! Но о каком рецепте они говорят?

Вивьен громко фыркнула, а затем стальным голосом сказала:

– Ты думаешь, что превосходишь меня, но ты заблуждаешься. Допустим, ты действительно добрался до этой информации, но ты никогда не сосредотачивался на главном. Мне известны методы магистров, я знаю, как они мыслят и действуют, и поэтому для Союза Иных я намного ценнее, чем твой ничтожный шпион. Чтобы окончательно вывести магистров из игры и провозгласить новую эру Иных, нам нужны не какое-то там оружие и не какой-то рецепт, а хитроумный план.

Странно, но Мортимер на время притих.

– Ты так же зависишь от меня, как и я от тебя. Только вместе мы сможем разыскать место, где прячут рецепт, – сказала Вивьен. – Эмиль Шноттер…

– Эмиль! – сплюнул Мортимер имя господина Шноттера, словно оно ядовито. – После того как он недавно объявился передо мной тут, в центре, поздоровался с такой лицемерной улыбкой, потому что хотел, чтобы починили этот пон… у меня словно пелена с глаз упала. Страниц в музее нет со времён Великой Распри, а когда они исчезли, исчез из поля зрения и Эмиль, – Мортимер сдержанно засмеялся. – А ведь я верил, что он всё мне расскажет о ссылке и я выясню, где эти страницы сейчас.

Раздался громкий металлический звук, будто Мортимер в гневе отшвырнул гаечный ключ.

– Но, разумеется, несмотря на наш уговор, ему связывала руки честь… магистры оттолкнули его, а он по-прежнему хранит их тайны. И тут мне стало ясно, что информацию о страницах из хроник Пико он не выдаст никогда, – продолжал Мортимер. – Ссылка в Белони его устраивает! Этот город просто кишит мерзкими бесталанными, которые ничем не лучше его. Но я его раскусил. Его отказ отвечать доказывает, что он и впрямь как-то связан с исчезновением могущественного рецепта.

– Я обыскала весь его дом, – сказала Вивьен. – С помощью магических сладостей прошерстила каждый уголок и говорю тебе: там ничего нет. Вырубив его сладостью Иных и перетащив сюда, я даже ещё раз вернулась, чтобы наложить на город розыскные чары – ничего.

– Возможно, это часть защитных чар, благодаря которым Эмиль все эти годы что-то утаивал в Белони прямо у нас на глазах. В этом городе явно что-то есть! Какое-то указание на рецепт или он сам, – настаивал на своём Мортимер. – Наверняка Эмиль хотел быть уверенным, что рецепт у него под боком, в надёжном укрытии.

– Знать бы раньше, насколько важным окажется для нас этот старый шарлатан! – злилась Вивьен. – Тогда-то я считала его просто престарелым сладкомагом, который решил, что ему необходимо изображать героя перед парочкой глупых детей. Чары забвения наложены навсегда…

– Проклятье, Вивьен! – рявкнул Мортимер. – Нужно понять, как проникнуть в голову Эмиля, в его воспоминания… Союз Иных очень недоволен нами. Нельзя терять ни секунды!

– Никто не знает, что Эмиль у нас, – возразила Вивьен. – Никто не сможет нас опередить. И только мы можем его вернуть…

Пульс стучал у Элины в ушах барабанной дробью, которая становилась всё громче. Пальцы, обхватывающие ручку чемодана, вспотели от волнения.

– Раз сладости не работают, надо надавить на него, – сказал Мортимер. – Может, его ученики тоже что-то знают.

– Ученики? – переспросила Вивьен. – Да это две бесталанных и один мальчишка Цукерхутов.

Мысли в голове у Элины беспорядочно метались, как зёрна кукурузы в аппарате для приготовления попкорна. Значит, Вивьен и Мортимер действительно принадлежат к жуткому, жаждущему власти Союзу Иных! А теперь они к тому же взяли на прицел её друзей!

– По виду не скажешь, но Эмиль всегда был мягкосердечным и, похоже, очень любит этих наглых сопляков, – с иронией в голосе сказал Мортимер. – Если он кому-то и поверял свои тайны, то им. Может, нам стоит их разыскать.

Если бы он только знал, подумала Элина. Она уже почти жалела, что они пришли сюда. Это было слишком рискованно. Девочка лихорадочно соображала, какие сладости лежат в чемодане. Что им может сейчас помочь? Точно! Жевательные конфеты «Чудесный вихрь». Но, может, стоит немного подождать? Вдруг Мортимер и Вивьен скажут, где находится господин Шноттер…

– Эти дети ничем не помогут, – сказала Вивьен.

– Всяк найдётся та или иная сладость, которая заставит их повиноваться, – сказал Мортимер. – Светловолосая тут уже вовсю разнюхивала. Кто может поручиться, что она не будет делать этого впредь? К тому же магистры не станут беспокоиться из-за какой-то пропавшей бесталанной. У них есть дела поважнее.

«От этого Мортимера стоит держаться подальше», – пронеслось в голове у Элины.

– Ты забыл, что магистры уже здесь? И они охвачены страхом. Это вынуждает их действовать. Не стоит их недооценивать и привлекать к себе лишнее внимание, – сказала Вивьен. – У тебя ещё будет достаточно времени вновь испытать оружие… где-нибудь в другом месте.

Внезапно Элину осенило. Человек на Площади шоколадной помадки – это был Мортимер! Вот почему он показался ей таким знакомым! Он использовал маскирующую волшебную конфету – так же, как Вивьен, когда представлялась Алфеей.

Чутьё подсказывало ей, что они услышали достаточно. Нужно было выбираться отсюда – и поскорее. Вивьен и Мортимер хотят узнать от господина Шноттера сведения о рецепте, и для этого они готовы использовать её, Робина и Чарли. Но пока в руки злодеев не попали таинственные страницы, магистры ещё могут помешать им.

Элина быстро протянула руку, чтобы открыть чемодан, но тут заметила, что голоса резко смолкли.

В следующее мгновение Элина увидела женщину.

– Кто это тут у нас? – усмехнулась та. – Надо же, какой сюрприз!

Вивьен Алдрич выглядела совсем иначе, чем в прошлую их встречу. Тогда она приняла другой облик с помощью волшебной сладости. Однако её голос и глаза, серые и холодные, как небо в бурю, оставались прежними, но странно дисгармонировали с утончёнными чертами лица и тёмно-русыми волосами нынешней Вивьен.

Не сводя глаз с Элины, она протянула руку, чтобы вытащить девочку из её укрытия. Элина пыталась сообразить, что можно сделать, но всё было бесполезно. За похожим на орган аппаратом было не развернуться. Она с трудом могла пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы решительно защищаться. У неё за спиной от страха вскрикнули Чарли с Робином.

Не прошло и нескольких секунд, как Вивьен и Мортимер, вытащив из укрытия всех троих, прижали их к стене. Мортимер прямо-таки с жадностью завладел чемоданом. При виде мрачных лиц соперников Элина с трудом могла ясно мыслить.

Мортимер злорадно улыбнулся:

– Я всё-таки смогу опробовать ещё кое-что из моих новых сладостей. С кого из вас начнём, маленькие шпионы?

Глава 23

Вивьен с Мортимером проволокли Элину и её друзей через всю мастерскую глубоко вниз, в просторный сводчатый подвал, показавшийся Элине настоящим лабиринтом. Видимо, под «Империей изобретателей» простиралась целая сеть ходов, каждый из которых был похож на остальные.

Как же им теперь отсюда выбраться?

Пытаясь сопротивляться, Элина почти освободилась, но какой смысл вырываться из железной хватки Вивьен, если Робина и Чарли Мортимер гнал перед собой, как двух отбившихся от стада овец.

Тогда она сосредоточилась на том, чтобы запоминать, где они сворачивали, и пыталась считать двери, мимо которых проходили. Но всё напрасно. Она слишком волновалась и паниковала и в какой-то момент сбилась со счёта.