— Дрёпн, ты пойми меня. Я нашла здесь своё место. Весь этот стресс городской жизни, эта суета, поиски работы, плата за жильё, вечная стирка и готовка, эти бесконечные школьные проблемы… Здесь всё как-то проще.
— Ты, наверное, хочешь сказать, что здесь тебе больше не нужно готовить и стирать?
Мама не переставала нахваливать чудесную прачечную.
Она улыбнулась.
— Конечно, и это тоже. А что насчёт тебя, дорогая? Ты уже завела друзей?
Я задумалась. Надо бы, чтобы мама умерила свой пыл. А то, чего доброго, попробует подружить меня с кем-нибудь. Но мне не хотелось её расстраивать. Да и выслушивать лекцию о том, как правильно себя вести с ребятами, тоже не хотелось. К тому же мне правда сегодня было немного стыдно перед ними за свою грубость.
Но на вопрос ведь нужно было отвечать.
Итак, я определённо завела недругов. Их ведь можно назвать и друзьями, если перед этим словом поставить «не».
Ах да, есть же ещё Ворон. Вот он прямо-таки уверен, что мой друг.
— Ну да, ребята здесь дружные. Очень дружные.
— И что же вы делали вместе?
— Да всякое разное. Катались на качелях. Я так поняла, что на этом острове дети много катаются.
Мама просияла и раскрыла объятия.
— Чудесно. Иди ко мне, моя милая Дрёпн!
Я попятилась.
— Мам… А может, лучше… потом? Давай обнимемся вечером после того, как ты примешь душ и переоденешься…
Мама посмотрела на свою одежду и рассмеялась.
— Понимаю тебя. Да, мать-природа — она такая.
Чего?
— А нашего Ингольва хвалит Магнеа, — гордо сообщила мама. — Надеюсь, она понимает, что ради работы он может пропускать только половину школьных занятий.
— Да, все прямо довольны… — буркнула я.
— Кроме нашего папы, — мама закусила губу. Она вытерла пот со лба, не снимая рабочей перчатки.
— Нам нужно что-то делать с твоим папой, Дрёпн. Мы, его семья, должны помочь ему найти тут своё место.
— Я как раз нашла в магазине место на полке, где стоят всякие средства от вшей и препараты от глистов, — пришла я на помощь маме.
— Дрёпн, дочь Атли, — мама строго на меня посмотрела. — Ты прекрасно знаешь, что я не имела в виду «место» в прямом значении этого слова. — Она помедлила. — Но на всякий случай покажи папе эту полку в магазине. Он сейчас на восьмом этаже вычёсывает старую Гого. Герой с ним. Я так поняла, что они с Гого подружились. Ты её знаешь, она вместе с вами по утрам крутит педали в центре энергии.
— А что, у Гого завелись вши? — полюбопытствовала я. Почему-то мне всегда казалось, что вши бывают только у детей и у их родителей.
У меня нет ни дома, ни стаи, ни друзей!»
Мама кашлянула.
— Да нет же, это для профилактики. Папа решил начать с пожилых и постепенно дойти до детей.
Он убежал от предавших его собак, не думая, куда несут его лапы. Он пытался убедить себя в том, что ему судьбой назначено быть одиночкой, но не подумал о том, что быть одиночкой в городе совсем не то, что оказаться им в лесу. В городе пес-одиночка, если у него есть голова на плечах, никогда не пропадет — там полно укрытий, сытных мест и беспечных Длиннолапых, которые днями и ночами пополняют металлические баки остатками своей пищи. Здесь, в лесу, ничего этого не было. Укрыться можно было только под деревьями, а металлических баков с едой не было и в помине.
— А не разумнее ли начать с детей?
В городе пес-одиночка мог бегать, где ему заблагорассудится, и не бояться голода, а в лесу смерть поджидала его за каждым стволом. Смерть от голода, от холода, от зубов хищников, не говоря уже о черных тучах и Большом Рыке, ломающем землю. Счастливчик напрягся от бешенства, подумав о вероломных друзьях, обрекших его на такую жизнь.
— Дрёпн, дочь Атли, ты не будешь мешать своему отцу работать. Пусть делает то, что считает нужным, — прошипела мама.
Он побрел дальше в чащу и вскоре почувствовал в воздухе запах воды. Раздвинув носом ветки кустарника, Счастливчик выскочил на берег реки, которую Собачки-на-поводочке когда-то перешли по пути к землям дикой стаи.
— Ладно, ладно, — сказала я обиженно. — А что, я правда должна подняться на восьмой этаж, чтобы сказать папе про средство от вшей?
Подойдя ближе, Счастливчик вдохнул полную грудь сырого воздуха, потом тщательно принюхался. От реки пахло свежестью и влажной землей, вода выглядела совершенно чистой, на ней не было никакого следа той ядовитой зеленой слизи, которая едва не отравила Бруно. Счастливчик еще немного постоял, с опаской глядя на реку, потом дотронулся носом до воды. Она оказалась холодной и прозрачной. Серебристая рыбка шмыгнула на глубину, испугавшись собаки.
— Да, дорогая, это было бы очень мило с твоей стороны. Папа ведь вчера просил Инго раздобыть на кухне майонез: он где-то вычитал, что майонез может убить вшей, если густо намазать им волосы и подольше подержать. Но если на острове уже есть готовые средства… Подозреваю, что Сайвар, бывший Специалист по паразитам, не настолько дружелюбен, чтобы рассказать папе о том, как здесь борются с паразитами.
Удостоверившись, что опасаться нечего, Счастливчик как следует напился. Утолив жажду, он уселся на песке и стал вылизывать лапы, размышляя о том, что делать дальше.
Майонез против вшей? Вот уж чушь!
Микки был уверен, что Длиннолапые вернулись в город. Если он прав, то Счастливчик тоже может попытать счастья на улицах. И забудет охоту на кроликов, как страшный сон!
Мама снова принялась за уборку, и я поспешила уйти, пока на моих волосах не оказалась целебная мазь из навоза.
Счастливчик знал, как выживать в городе, и умел это делать лучше многих. Там он не пропадет! Если он поторопится, то, может быть, даже догонит Микки! Эта мысль согрела его сердце и решила все дело.
* * *
Оставалась только одна трудность — путь в город лежал через гору, мимо старого лагеря дикой стаи, а значит, по землям, над которыми прошла черная туча. Но надежда гнала Счастливчика вперед, заставляя верить, будто туча уже ушла куда-нибудь. И только тихий голос осторожности напоминал, что запах опасности все еще висит в воздухе, едкий дух черной тучи до сих пор щекочет его нос и заставляет вздрагивать усы.
Я уже успела ознакомиться с Высоткой. На втором и третьем этажах располагались квартиры. На четвёртом были бабушкина квартира и столовая. Выше этажом с одной стороны находился мебельный склад, а с другой стороны квартиры. А что ещё выше? Я старалась припомнить, пока поднималась по лестнице.
Может, лучше проявить осторожность? Другой путь в город вел через реку.
На шестом этаже я увидела двойные двери, но они были заперты. На одной створке табличка гласила — Ветеринарный врач, а на другой — Зубной врач. Всё правильно, это же один и тот же человек в разных должностях.
Счастливчик посмотрел на воду, несущуюся по камням, ощетинившись белыми клочьями пены, и невольно вспомнил о Марте с ее любовью к Собаке-Реке. В груди сразу стало тесно, хвост упал на траву. Вот бы Марта сейчас была рядом! Счастливчик скучал по ней — и по всем остальным тоже. Он заскулил, и его голос одиноким эхом понесся через лес.
Я уже собиралась подняться на седьмой этаж, как вдруг заметила её. Большую коровью лепёшку. Прямо перед кабинетом Зубного врача.
«Как они могли так легко предать меня?»
Я остановилась как вкопанная. Потом стала осторожно продвигаться и продвигаться к кабинету, пока не почувствовала запах.
Справившись с болью, Счастливчик встал и подошел к берегу. Постоял немного, потом сунул лапу в воду. Сила течения немедленно подхватила его, навалилась, грозя сбить с ног. Счастливчик поспешно вытащил лапу и отскочил прочь. Нет, через реку ему ни за что не перебраться! Значит, придется найти путь в обход.
Ой!
Счастливчик помнил, что Собачки-на-поводочке сумели перейти реку выше по течению. Опустив голову, он побрел вдоль берега, ища место, где вода станет посмирнее и позволит войти в себя. Напившись, он сразу почувствовал себя лучше, но голод продолжал вонзать клыки в его пустой живот.
Что здесь делает коровья лепёшка? Быть может, Ветеринарный врач брал анализы у коров? Подумать только!
Муха прожужжала возле усов Счастливчика, и он подавил желание щелкнуть на нее зубами. Ничего страшного, все не так и плохо! Опустив голову, он порылся носом в куче сухой листвы, сметенной ветром под дерево. Вытащил парочку листьев посвежее, пожевал. Резкая горечь обожгла гортань, и хотя не смогла заглушить голод, зато отвлекла немного.
Да нет, непохоже.
И тут над головой Счастливчика каркнула ворона. Он даже подскочил от неожиданности. Может, это та самая ворона, которая однажды преследовала его по пути в лагерь дикой стаи? Та, что еще раньше заставила его вернуться в стаю Беллы?
Кто-то принёс коровью лепёшку сюда и оставил на коврике под дверью.
Черные крылья, промелькнув в небе, скрылись в листве, но на сердце у Счастливчика сделалось неспокойно. Он задрал голову и посмотрел в небо. Что это? Ядовитая туча подползла ближе, теперь она приобрела странный блеск, став похожей на лужу черной крови. Счастливчик затаил дыхание, почувствовав гнилостный смрад. Запах напоминал что-то знакомое, что-то, с чем он уже сталкивался в городе… Он наморщил лоб и вдруг похолодел, вспомнив — так пахло от искореженной клетки-гремелки, истекавшей черной кровью на землю.
Ну уж нет, это не моё дело. Это проблема кого-нибудь другого. А мне бы побыстрее уйти отсюда, пока кто-нибудь не пришёл и не подумал на меня.
Клетки-гремелки часто наскакивали друг на друга на дорогах, калеча свои твердые бока и морды, выпуская в воздух клубы удушливого черного дыма. Счастливчика затошнило от вони. Это был чужой запах, враждебный — ненастоящий. Но откуда он взялся? Никакие клетки-гремелки не могли выпустить в небеса столько черного дыма!
Так что я оставила коровью лепёшку в покое и побежала на восьмой этаж, чтобы поскорее помочь папе смазать голову старой Гого майонезом и забрать своего пса.
Тем временем туча приближалась. Счастливчик поднял загривок и показал туче зубы, прежде чем продолжить свой путь через лес. Ничего, чем скорее он выберется отсюда, тем быстрее избавится от вонючей тучи! Он опустил голову и обнюхал землю, чтобы поскорее избавиться от едкого запаха. Вдохнув свежий аромат листвы, мха и травы, он повеселел и начал успокаиваться.
И вдруг застыл, поймав еще один запах.
Неприятности
Он замер и осторожно потянул носом. Запах был знакомый.
Хромой!
Когда пришло время ужина, я решила подсесть к ребятам. Иногда дети ужинали рядом с родителями, но чаще всего они собирались недалеко у входа на главную кухню. Герой уже успел со всеми подружиться, и ужин начинался с того, что он обходил каждого и выпрашивал себе кусочек и только после этого устраивался у моих ног.
— Не так уж плохо, когда в Высотке появляются новые люди. То есть я хочу сказать, что новые люди необязательно должны быть плохими, — сказала Дирлейв.
Едва я появлялась, как Ворон начинал переводить всё, что говорили на языке жестов. Даже когда сплетничали обо мне.
Сорвавшись с места, Счастливчик побежал по следу, нетерпеливо размахивая хвостом. Через какое-то время он остановился, выглянул из-за высокой травы и сразу заметил впереди темный силуэт Хромого. Раненый пес упрямо ковылял вперед, волоча за собой лапу. Вот он скрылся за толстым стволом, потом показался из-за него с другой стороны и продолжил свой путь.
Дирлейв мечтательно посматривала на моего брата, как будто собиралась выйти за него замуж и родить восьмерых, чтобы занять целый этаж Высотки и вынудить Янсину расширить классы.
Счастливчик тихонько заскулил от жалости к несчастному. Хромой ушел из стаи гораздо раньше, чем он, еще на рассвете, если не ночью. За такое время он должен был уйти гораздо дальше, видимо, ему приходилось часто останавливаться, чтобы дать отдых искалеченной лапе и перевести дух. Если он будет передвигаться с такой скоростью, то до завтрашней ночи не выйдет из леса!
— Ну не знаю. А по-моему, замечательно, когда к нам прибывает славный человек, который любит настолки и отлично моет посуду, — заговорил Сёльви громко и воодушевлённо и повторил это для близняшек. — Замечательно до тех пор, пока не выяснится, что у этого новенького крайне неприятный родственник.
«Кстати, куда он идет?»
Все посмотрели на меня.
Вытянув шею, Счастливчик смотрел вслед Хромому. Он хотел тявкнуть, чтобы дать о себе знать, но потом передумал. Вдруг гордый пес не хочет, чтобы кто-то знал о том, где он? Не зря же он ушел тайком, когда стая спала?
— Ребята, ну ладно вам, — я уселась за их столик. — Простите меня. Мне правда стыдно. Я больше не буду над вами смеяться.
Червь сомнения заворочался в животе у Счастливчика. Он знал, что раненый пес может быть очень опасен. Но знал он и то, что Хромой был очень слаб. Ему была нужна помощь! Он, Счастливчик, не будет таким же вероломным и неблагодарным, какими оказались его бывшие друзья, он не предаст Хромого, который всегда был добр к нему.
«По крайней мере, так громко, чтобы вы могли это услышать», — подумала я.
Выйдя из-за деревьев, Счастливчик пошел следом за своим бывшим товарищам, стараясь не подходить слишком близко. Он смотрел, как Хромой ковыляет по палой листве, как с трудом перебирается через поваленные стволы.
— По крайней мере, так громко, чтобы мы могли это услышать? — спросил Сёльви.
Внезапно Хромой остановился.
Я решила, что пора сменить тему разговора.
Счастливчик тоже застыл с поднятой лапой.
— Ну что вы, мы ведь все должны быть заодно на этом острове. В Высотке. Мы ведь вместе ходим в школу, вместе ужинаем. Не будет ли лучше, если мы все будем дружить?
«Наверное, он почуял мой запах!»
— Жизнь в Высотке, — торжественно произнёс Сёльви, — держится на том, что люди полностью доверяют друг другу. Поэтому для нас так важно, чтобы тут не прижились всякие неприятные личности. Мы уважаем друг друга. А ты новенькая. И мы совершенно не знаем, что ожидать от тебя: куда ты можешь пойти и что можешь затеять.
Он подождал, но Хромой не трогался с места, а на таком расстоянии было невозможно понять, что у него на уме.
Полностью доверяют друг другу? Я вспомнила о коровьей лепёшке, которую кто-то старательно перенёс из хлева в коридор на шестом этаже и пристроил прямо под дверью кабинета Зубного врача. Кому-то здесь явно нельзя доверять, и это не я.
«Может, попробовать идти за ним сбоку? Чтобы он не чувствовал, будто за ним гонятся?»
Счастливчик отбежал в сторону, шмыгнул за деревья и снова припустил вперед.
И тут мне стало не по себе.
Хромой тоже тронулся с места, отодвинулся вправо и снова остановился, угрожающе подняв загривок. Низкое сердитое рычание заклокотало в его груди.
Если они считают, что живут в такой идиллии и ждут подлости только от чужаков, они ведь точно подумают, что это я подложила ту лепёшку под дверь! Никто мне не поверит. Я отодвинула от себя тарелку с супом.
Счастливчик замер.
— Мне нужно сбегать кое-куда.
«Он не хочет, чтобы я к нему приближался! Неужели Хромой не понимает, что лес — не место для раненых? Неужели он не видит, что не сможет выжить в одиночку?»
Счастливчик вопросительно тявкнул и сделал шажок вперед, но Хромой упрямо замотал головой. Потом, не оглядываясь, он заковылял в лес с такой прытью, на какую только была способна его раненая лапа.
За несколько секунд у меня созрел план. Я схватила столовую ложку, тщательно облизала её и засунула себе в карман.
Счастливчик сначала хотел броситься следом, но потом передумал. Что он будет делать? Разве он сможет заставить Хромого пойти с ним? Если гордый пес принял решение, значит, Счастливчику остается только смириться и отнестись к нему с уважением. Даже, если Хромой выбрал свою смерть.
— Нельзя уносить ложки! — сказал Сёльви мне вслед. Но я притворилась, будто не услышала его.
Счастливчик уныло повесил хвост и побрел дальше через лес. Запах Хромого вскоре улетучился, растаял в дыхании Собаки-Леса.
Когда я, запыхавшись, вбежала на шестой этаж и вновь увидела коровью лепёшку, то поняла, что у меня большие неприятности. Столовой ложкой мне придётся отскребать эту мерзость целую неделю. Может, в столовой или на главной кухне найдётся что-то более подходящее?
Ветер зашелестел в ветвях, зашуршал листьями. Собака-Солнце продолжала свой путь по небу, тени сгущались. Белые облака опустились чуть ниже, в воздухе запахло сыростью. Черная туча кралась за белыми пушистыми облаками, как злой хищник за кроликами.
Я поспешила вернуться на ужин и с невинным видом потопала через столовую прямиком на кухню. Ребята подозрительно на меня косились.
Счастливчик невольно взвизгнул, поглядев на нее.
— Нечаянно прихватила, несу обратно! — крикнула я им, размахивая ложкой. Вошла на кухню и опустила ложку в чан с грязной посудой.
«Собака-Лес, я знаю, ты здесь, ты приглядываешь за мной! Пожалуйста, не дай мне погибнуть, защити меня от черной тучи, позволь мне закончить свой путь до того, как Собака-Солнце отправится на покой!»
Я искала что-то вроде лопатки или совочка. Но не видела ничего подходящего.
Счастливчик запрокинул голову и поглядел в быстро мрачнеющее небо. Капля дождя упала ему на нос, следом еще одна шлепнулась на глаз, так что пришлось ее сморгнуть. Он бросился под большое дерево с широким стволом и целой паутиной извилистых корней, похожих клубок змей, ползущих из земли. Забившись между корней, Счастливчик устроился поудобнее и стал ждать.
Я беспомощно оглядывала кухню и чувствовала, как подступает отчаяние. И тут мой взгляд упал на деревянную папку с зажимом, которую Магнеа, должно быть, использовала как подложку для записей. Но сейчас она висела на гвозде. То, что нужно! Я тихонько заберу её, а затем верну на место, никто и не заметит.
Дождь хлынул резко и сильно, потоки воды обрушились на ветки, застучали по листьям. Счастливчик лежал и уныло лизал свои мокрые лапы.
Я схватила дощечку, пакет для мусора, взлетела на шестой этаж и принялась за дело. Аккуратно зачерпнула коровью лепёшку. Запах стоял отвратительный, и вся дощечка перепачкалась. Мне пришлось основательно повозиться, чтобы соскрести всю лепёшку. Потом я сняла носки и как следует протёрла ими пол.
«Разве это жизнь? — тоскливо думал он. — Как я дошел до такого?»
Правда, пятно всё равно осталось. Быть может, никто и не заметит? А к приходу Зубного врача запах уже выветрится?
Даже не верилось, что все это случилось с ним! Счастливчику стало так жалко себя, что он тоненько завыл под шелест дождя.
Я бросила носки в пакет и поспешила выкинуть мусор.
Огромная капля плюхнулась ему прямо на лоб, между глаз. Странная какая-то капля, в отличие от других, она не поползла вниз, а осталась на месте. Счастливчик почувствовал, как слабое жжение теплом разливается по его шерсти. Он звонко тявкнул и встряхнулся, чтобы прогнать это неприятное ощущение. Потом поскреб лапой голову и моргнул, увидев черную кляксу, упавшую на корень дерева. Клякса была тяжелая и густая, от нее поднимался легкий пар. Это было похоже на снег — только черный.
Затем спустилась в хлев, засунула дощечку в большую раковину и хорошенько отдраила её дегтярным мылом, которым обычно пользовалась мама. Когда я справилась с этой задачей, ужин в столовой уже подходил к концу и мне ничего не стоило вернуть дощечку Магнеа на кухню так, чтобы меня никто не заметил.
Я наконец перевела дух.
Все новые и новые черные снежинки стали падать на землю, пятная палую листву. Там, где они падали, трава клонилась вниз и съеживалась, будто от холода. Счастливчик вскочил, сердце бешено забилось у него в груди.
Теперь уже никто не заподозрит меня во вредительстве!
* * *
«Черный снег падает с неба! Что это? Что?»
Когда на следующее утро я зашла к бабушке в туалет, всё ещё чувствовала усталость после вечернего приключения. Из кухни донёсся бабушкин голос:
— Стой, ребёнок! Иди-ка сюда. Есть разговор.
Он почувствовал сильный запах гари, словно невидимое пламя опалило ему нос, так что слезы брызнули из глаз. Запах шел со всех сторон, как будто все деревья в лесу разом вспыхнули и задышали дымом. Видимо, ливень на какое-то время приглушил запахи, но теперь все прояснилось.
Я потащилась на бабушкину кухню. Ничего хорошего этот разговор не предвещал.
Бабушка и Магнеа, Хранительница запасов, сидели вместе за кухонным столом.
— Объясни-ка мне вот это, — сказала бабушка и указала на стол.
Запах черной тучи набросился на Счастливчика, как хищник из засады.
Там лежала деревянная дощечка Магнеа. Она уже успела высохнуть, но разбухла и искривилась. И, хуже всего, от неё пахло навозом.
Из таинственной тучи на землю падала не вода, а черный снег, исходящий ядовитым паром! Счастливчик заскреб лапами по земле и прижался к дереву, стараясь увернуться от черных хлопьев. С оглушительным лаем он затряс шкурой, сбрасывая с себя черные снежинки.
— Это какое-то недоразумение, — ответила я.
Они падали не сплошным потоком, как снег или дождь. Нет, черные хлопья опускались на землю горячими комьями, они кружили в воздухе и цеплялись за ветки, курясь струйками дыма.
— Не ври нам. Тебя видели, — прошипела Магнеа. — Видели, как ты прокралась вчера на кухню. И когда я утром заметила на стене это недоразумение, то сразу всё поняла! Я и раньше подозревала тебя в пакостях, но мне даже не приходило в голову, что ты на такое способна.
Счастливчик залаял от страха.
Я не могла не согласиться с Магнеа. Я и сама не думала, что на такое способна.
«Черная туча падает на землю!»
Хлопья пепла медленно оседали на листву. Это немного напоминало грязные темные облака, которые получались в воздухе, когда Длиннолапые готовили свою еду на огне под открытым небом. Та еда пахла восхитительно, зато дым и огонь были какие-то пугающие — пахли не по-настоящему, резко и противно.
Вечер развлечений
Могла ли черная туча родиться от такого огня?
Счастливчик во все глаза смотрел на черные хлопья. Какой же должен быть огонь, чтобы породить столько дыма и пепла? Наверное, до самых небес! Но где он? Откуда берется эта черная туча?
Это несправедливо! Приложить столько усилий, чтобы избежать неприятностей, и всё равно влипнуть.
Он вспомнил, как Микки уверял, будто черная туча в какой-то момент приняла форму Длиннолапого, указывающего собакам путь. Альфа увидел в этой туче разгневанного Небесного пса… Теперь было ясно, что они оба ошиблись.
— Мы в Высотке стремимся к тому, чтобы каждый из нас приносил больше пользы, а не вреда, — сказала бабушка, после того как Магнеа ушла. — Придётся тебе, ребёнок, оплатить свой должок.
Счастливчик не знал, что это за туча и на что она похожа, но был убежден в одном — она как-то связана с Большим Рыком. Она имеет отношение к треснувшей земле и к глубоким ранам на ее теле, к расколовшимся небесам, к отравленной воде и отвратительным запахам. Если туча была знаком, то означала она только одно — жизнь и не думала налаживаться. Мир после Большого Рыка продолжал оставаться опасным местом.
— Ты говоришь о долге за энергию? — спросила я, обдумывая между тем, стоит ли рассказывать бабушке, как я вообще угодила в эту переделку. Я несколько раз попыталась всё объяснить Магнеа, но стоило мне открыть рот и проговорить «Да, но…», как она меня обрывала и сообщала, что у неё нет слов. Как будто я утащила дощечку в хлев и перепачкала навозом, чтобы сделать гадость! Но как такое про меня могла подумать моя родная бабушка?
И еще одна мысль поразила Счастливчика. Длиннолапые не вернулись! Они ни за что не посмеют возвратиться в такое опасное место. Город по-прежнему пуст. Брошен.
Ну ладно, пусть думают что хотят.
Он подумал о Микки, исполненном надежды и радости, о Микки, бегущем в город, сжимая в зубах свою драгоценную перчатку. Добрался ли он туда? Что он будет делать, когда доберется? Попытается ли вернуться в свой старый дом, как это сделал Альфи? Но он там погибнет! Он найдет смерть среди ядовитых испарений, черного снега и рушащихся стен. Но даже если Микки уцелеет, он не сможет там выжить. В городе больше нет еды, нет чистой воды, зато полно погибших животных и мертвых Длиннолапых, не сумевших убежать от Большого Рыка?
— Да нет, я говорю о твоём долге вообще, — фыркнула бабушка и наклонилась ко мне. — Для начала ты снимешь зажим с доски и пойдёшь с ним к Плотнику на шестой этаж. Он научит тебя, как мастерить новую доску.
Счастливчик содрогнулся.
Я вздохнула.
Бедный Микки, не расстающийся со своей перчаткой! Он думал, что несет ее домой, в безопасное место! Бедный Микки, такой рассудительный, такой честный, такой преданный своему Длиннолапому… Он был отличным другом всем Собачкам-на-поводочке и всегда поддерживал Счастливчика. Он не участвовал в позорном изгнании Счастливчика из стаи. Он даже не знал о том, что случилось…
Ясно, что коровья лепёшка не сама по себе попала на шестой этаж. Все ведь знают, что коровы не ходят по лестницам. Так что теперь бабушка и Магнеа убеждены, что я вредительница. А то, что они обе считают меня лгуньей, этого я уже не могла вынести.
«Нельзя бросить его там одного!»
Но ничего не сказала.
Счастливчик выскочил из-под дерева и помчался через лес, уворачиваясь от черных хлопьев. Он бежал изо всех сил, так что лапы разъезжались на мокрых листьях. Вскоре его бока до самой спины покрылись брызгами грязи, шерсть промокла насквозь, но он бежал и лаял во все горло. Слава Всесобакам, теперь ему было куда и зачем бежать! Он должен был оставить лес и добраться до города.
Мне пришлось провести три дня в мастерской у Плотника, извести шесть листов наждачной бумаги и прокрутить много часов на велосипеде. И вот наконец я вручила Магнеа новую деревянную дощечку для записей.
Он должен был как можно скорее разыскать Микки!
Впрочем, у Магнеа было при этом такое выражение лица, как будто запах навоза всё ещё витал в воздухе.
* * *
И всё же в жизни на острове было что-то хорошее. Несмотря ни на что, Ворон по-прежнему со мной дружил. Мы много играли в настольный теннис. Да и Герой всё время был рядом. И, по правде говоря, здесь учёба мне давалась проще, чем в старой школе. Учительница Янсина умела объяснить материал, в классе было спокойнее, потому что нас было мало. Я стала лучше выполнять домашние задания.
Глава VI
* * *
Счастливчик проглотил последний кусочек кролика и с наслаждением зевнул во всю пасть. Полный живот сыто заурчал, проявляя благодарность. Счастливчик зажмурился и шепнул про себя: «Спасибо, Собака-Лес! Ты всегда была добра ко мне. Кролик был что надо!»
Ворон говорил, что по вечерам тут часто затевают развлечения.
Честно говоря, он уже оставил надежды поймать хоть что-нибудь, но по пути через поле случайно вышел на крохотную полянку, где его ждал сытный ужин. Глупый кролик сидел в траве, задумчиво глядя в небеса. Может, он тоже испугался черной тучи? В таком случае придется сказать ей спасибо за угощение!
Как, например, сегодня.
Счастливчик облизнулся и напомнил себе, что на повторение такой удачи рассчитывать не стоит. К тому же охотиться в одиночку оказалось гораздо труднее, чем в отряде, особенно в лесу, где деревья и ветки так и норовят укрыть дичь от глаз преследователя! Мелким зверькам в лесу раздолье.
Хорошо хоть, что дождь кончился! Черная туча распалась на мелкие кучки пепла, темными комьями висевшие над землей. Скорее бы унести ноги подальше от этого леса!
Это был первый вечер, который устраивал Сайвар Блошник в своей новой должности, и все обитатели Высотки гадали, что же их ждёт. Быть может, юмористическое шоу? Или дискотека? А вдруг будет викторина? Все знали одно: можно ждать чего угодно, кроме бинго!
Счастливчик с новыми силами помчался через рощу. Когда он взобрался на холм, свет уже начал меркнуть, а Собака-Солнце спустилась совсем низко. Земля под лапами Счастливчика разгладилась, путь стал легче. Это был хороший знак — плоская земля означала, что город уже совсем близко.
Я, Ворон и Герой пришли за полчаса до начала и заняли свободный столик. Мы думали, что заявились слишком рано, но ошиблись. Многие жители Высотки уже были тут, красивые и нарядные. Для общества, где нет ни кинотеатра, ни кафе, ни зала для боулинга и даже телевизоров, вечер развлечений — большое событие.
Наверное, нужно было радоваться, но на сердце у Счастливчика было тревожно. Он чувствовал на загривке холодное дыхание страха.
В общем зале стояла тишина, когда появился Сайвар. Он кивнул зрителям с таким видом, будто у него болел живот, подошёл к шкафу и… вытащил карточки.
Местность казалась странно знакомой, но Счастливчик не помнил, когда мог побывать здесь. Может быть, ядовитый дым заглушил его чувства, а черный пепел засыпал воспоминания? Дрожь пробежала по спине Счастливчика. Нужно перестать думать об этом, сейчас он должен как можно быстрее переставлять лапы, чтобы добраться до города раньше, чем Собака-Солнце уйдет спать!
Карточки для бинго.
Счастливчик перескочил через поваленное дерево и помчался к реке.
— Что, серьёзно? — шепнула я Ворону.
Путь ему преградила огромная груда черного пепла. В нос ударил отвратительный едкий запах.
Он выглядел так, как будто только что отменили Рождество.
Счастливчик с визгом отпрянул назад. Его лапы разъехались на мокрых листьях, и он врезался боком в низкую ветку, утопленную в куче пепла. От толчка ветка тут же вырвалась на свободу, вызвав сход целой лавины пепла.
— Пожалуйста, соблюдайте тишину, — промямлил Сайвар и побрёл в конец зала.
Счастливчик взвизгнул и, чихая от взметнувшейся в воздух пыли, отскочил в сторону. Нет, сюда он точно не пойдет! Придется искать другой путь через реку.
По правде говоря, эта просьба была излишней. Все и так застыли, глядя на нового Главного по развлечениям с выражением ужаса, смешанного с разочарованием, пока он раздавал жителям многострадальные карточки.
Он устало вскарабкался на следующий холм и остановился, инстинктивно насторожив уши. Это еще что такое? Кажется, он почувствовал какой-то запах… Что-то знакомое… Что-то очень опасное.
— Итак, первое число, — промямлил Сайвар, — Н-3. То есть нематода[5] 3.
Счастливчик тихонько выругался сквозь стиснутые зубы. Проклятый черный снег, забивающий своим смрадом все другие запахи! Подобравшись к самому краю обрыва, он замер, впитывая в себя запахи, звуки и открывшийся вид.
Открытие было настолько пугающим и неожиданным, что он не сразу поверил своим чувствам. Холодок страха пробежал вдоль хребта Счастливчика. Он узнал лежавшую внизу долину! Неподалеку отсюда находилось логово Свирепых собак.
Никто из присутствующих, казалось, не знал, что делать.
Счастливчик вспомнил жестокий отряд мускулистых псов с острыми ушами и лоснящейся темной шерстью. Однажды ему удалось чудом унести лапы с их огороженной территории, и эта история навсегда отбила у него охоту приближаться к Свирепым псам. Пережитый страх был настолько силен, что даже сейчас Счастливчика охватила паника.
Нам ничего не оставалось, кроме как сыграть в бинго.
Словно в ответ на его ужас, внизу раздался хриплый лай. Счастливчик припал к земле и повел носом, пытаясь пробиться сквозь густую вонь черного пепла. Когда ему это удалось, он даже взвизгнул от неожиданности — снизу тянуло кровью!
И я, конечно же, не выиграла.
Труднее всего оказалось не пуститься наутек без оглядки. Но Счастливчик знал, что сначала должен все выяснить. Он не мог просто взять и сбежать.
А потом выяснилось, что здесь победителя и вовсе не будет.
Первым делом он оглянулся назад, чтобы убедиться, что никакая опасность не подстерегает его из-за спины. К счастью, там все было спокойно, поэтому Счастливчик продолжил изучать обстановку. Интересно, нашли ли Свирепые псы ту дырку в заборе, через которую он когда-то сбежал? Что если они уже давно выбираются на свободу и патрулируют территорию до самых лесистых гор? Что если они и сейчас прячутся в засаде и следят за ним, Счастливчиком?
— Дело не в победе, а в участии, — пробормотал Сайвар, когда старая Гого выкрикнула, что у неё бинго.
Внизу раздался пронзительный вой, и Счастливчик, не выдержав, затявкал от страха. Стараясь держаться с подветренной стороны, он тихонько пополз вниз, поближе к логову свирепых собак, молясь Всесобакам, чтобы черный снег скрыл его запах.
Какая чушь! Весь смысл бинго в том, чтобы скорее победить. Это не та игра, в которой можно приобрести сноровку и наслаждаться состязанием друг с другом, прикладывая всё больше усилий и совершенствуясь. Смысл бинго только в победе.
Вскоре он был уже возле стены, огораживавшей логово Свирепых. Лай и вой прекратились, теперь за оградой царила зловещая тишина. Потом из-за стены снова донесся воющий стон.
— У моего родича Бегги всегда кто-нибудь побеждал в бинго, — печально сказал Ворон. — И всё же не стоит жаловаться, — добавил он, глубоко вздохнув. — Конечно… Конечно, у нас большие перемены хотя бы потому, что устраивает игру в бинго теперь не Бегги, а Сайвар… Но всё же для нас это было немного неожиданно, — он стиснул зубы.
Это не было свирепое рычание или воинственный лай, предостерегающий врагов от попытки приблизиться к логову, а исполненный страдания вопль, молящий от пощаде. Счастливчик попятился. Инстинкт предупреждал, что ему стоит держаться подальше — страшно подумать, насколько опасной может быть раненая свирепая собака!
Я мучительно боролась с желанием что-нибудь сострить про остров и поэтому просто молча отмечала числа на своей карточке одно за другим, пока вечер не подошёл к концу.
Он пополз вдоль ограды, вздрагивая от каждого шороха. Вскоре Счастливчик натолкнулся на запахи свирепых псов — как он и предполагал, они толпились во дворе. Судя по всему, Свирепые псы прекрасно знали о своем страдающем товарище, однако даже не думали подходить к нему. Почему? Или им было наплевать или, что еще страшнее, они сами причинили несчастному товарищу эти страдания и были вполне довольны результатом. В любом случае, лучше Счастливчику не попадаться им на глаза!
Мне показалось, что все обрадовались возможности пойти наконец домой. Больше всех обрадовался Сайвар Блошник.
Хрустнула ветка, в нескольких шагах впереди от Счастливчика метнулась тень Свирепого пса. Огромный мускулистый самец с жестким загривком и острой мордой обнюхивал землю, чуть повернув голову вправо.
По пути к квартире Стража дома я думала только о том, как же ужасно долго придётся ждать двадцать пятого мая.
«Он снаружи! — в смертельном ужасе понял Счастливчик. — Они нашли путь за ограду!»
— Как дела в школе, дорогая? — спросила мама, когда мы уселись за столом у бабушки. Та хотела узнать о прошедшем вечере.
Но чем занимается этот пес? Что он делает — ищет добычу или следы чужаков, незаконно проникших на территорию Свирепых?
Мама была так занята своей новой работой в гараже, что редко спрашивала меня о школе. Я решила пока ничего не рассказывать о своих сложных отношениях с ребятами. Уж точно не в присутствии бабушки. Вместо этого я сообщила:
Счастливчик застыл, боясь дышать.
— А у нас две Германии в учебнике по географии.
«Беги, глупец! — стучало его перепуганное сердце. — Беги, пока он тебя не заметил и не поднял тревогу!»
Дома я изучала обществознание, а не географию и знала, что в мире существует только одна Германия. Или всё же нет?
Он ничем не мог помочь раненому псу, оглашающему долину душераздирающими стонами.
Мама удивлённо ахнула.
Счастливчик как можно тише попятился назад, стараясь не шуршать лапами по сухой листве. Только круглый дурак будет болтаться возле ограды, ожидая, пока его заметят! Если Свирепые псы учуют его запах, то, не задумываясь, порвут в клочья.
Бабушка выглядела растерянной.
«Беги в город, Счастливчик! — приказал он себе. — Ты должен помочь Микки, а не какому-то незнакомому псу, тем более, из числа Свирепых! Спасать нужно своих, а не всех подряд».
— Да, действительно, Янсина как-то говорила, что надо обновить учебные материалы, — пробормотала она. — Но у Стража дома много дел на рассмотрении, и тут у нас нет приоритетов, куда выделять деньги.
Новый вопль донесся из логова Свирепых.
— Нет приоритетов? — выпалила мама, хватая ртом воздух. — Бриет, Восточная и Западная Германии объединились в 1990 году! Это было ещё в прошлом веке!
Счастливчик, подавив вой, бросился вверх по склону, стараясь заглушить тихий голос раскаяния. В его памяти вдруг всплыла давно забытая история из детства. Однажды Мама-Собака рассказала своим щенкам о различии между волками и собаками. Она сказала, что волки хитрые и коварные, а собаки — благородные. Но разве благородный пес может бросить сородича умирать мучительной смертью?
— Да-да, конечно, нужно будет этим заняться… Да.
«Прости меня, Собака-Лес! — взмолился Счастливчик. — Я хочу помочь тому, кто так жалобно стонет, но… не могу. Прошу тебя, помоги этой Свирепой собаке, заступись за нее! Что не могу сделать я, то по силам тебе, Собака-Лес!»
Мог ли он когда-нибудь подумать, что мир станет таким?
— И… и… — мама уже заикалась. — Что же, там есть и Советский Союз? Какой тогда смысл сообщать детям о том, что Плутон уже больше не планета? И…
Счастливчик решительно отряхнулся. Он шел всю темную бессолнечницу и все-таки сумел найти брод, по которому перебрался через реку. Прохладная Собака-Река успокоила жжение в шее и прокушенной лапе, смыла боль прикосновениями своего ледяного языка. Холодная вода хорошенько взбодрила измученные мышцы и придала. Счастливчику свежих сил.
— Кстати, ко мне вчера вечером приходила Янсина, — бабушке определённо хотелось сменить тему разговора. — Говорили о том, насколько необходимо вашей семье пройти специальный курс. Янсина очень воодушевлена, ведь это так важно для всех жителей.
— Что? — удивилась мама. — Специальный курс?
Освеженный и обрадованный, он решил не останавливаться на ночлег и прямиком идти в город. Микки, должно быть, уже там. Счастливчик легко мог себе представить, что этот упрямый пес может запросто умереть от голода, терпеливо ожидая своих Длиннолапых, которые никогда за ним не вернутся.
— Ну да, — кивнула бабушка. — Вы же совсем не знаете язык жестов. На острове так дело не пойдёт.
Окончание путешествия оказалось очень тяжелым, сплошные подъемы и спуски, да высокие деревья, преграждающие дорогу. Но всему когда-нибудь приходит конец, и Счастливчик все-таки добрался до самой высокой части леса. Здесь он остановился и огляделся по сторонам.
— Язык жестов… — повторила мама. — Но зачем он нам?
Собака-Солнце уже проторила тропинку в небеса, озарив уголок неба нежным утренним светом. Белые облачка клубились в сыром и чистом воздухе.
— Мам, на языке жестов и правда могут общаться все, кроме нас, — сказала я устало. — Ты разве не замечала? Большинство говорят сразу и голосом, и жестами, а вот мои одноклассницы Херборг и Дирлейв только на языке жестов.
Вдалеке, почти полностью скрытое кронами деревьев, блестело озеро. На том берегу, который был ближе к Счастливчику, когда-то лежала территория брошенного лагеря дикой стаи. На дальнем берегу, щетинившемся острыми скалами, остались его бывшие друзья.
— Ой, а я-то думала, что здесь просто все любят жестикулировать, — пристыжённо сказала мама.
Счастливчик снова подумал о Белле и остальных Собачках-на-поводочке. Как-то они влились в большую стаю? Не обижает ли их жестокий Альфа? Потом он вновь увидел перед собой грациозную Лапочку с ее умными карими глазами, и в животе у Счастливчика все сжалось от тоски и раскаяния. Забудет ли он когда-нибудь этот потрясенный взгляд, полный непонимания и обиды на его предательство?
Я вздохнула.
Тихо ворча, он перевел глаза на расстилающиеся внизу поля. Это была первая территория Собачек-на-поводочке, здесь он когда-то учил их охотиться и работать вместе. Счастливчик невольно почувствовал гордость за свою стаю — пусть его друзья оказались предателями, но они все-таки сумели проделать большой путь от беспомощных нытиков до самостоятельных и сильных собак.
— Да… Это случилось лет тринадцать назад, — сказала бабушка. — У нас на острове были… гости. — Она окинула нас тяжёлым взглядом. — Эти гости принесли нам заразу. В Высотке свирепствовала корь. У новорождённых Дирлейв и Херборг болезнь вызвала нарушение слуха. Конечно же, нам пришлось овладеть языком жестов, когда девочки подросли и стали учиться говорить. С тех пор мы следим за тем, чтобы прививались и новенькие, и старожилы.
— И что, все теперь в Высотке общаются на языке жестов? — мама была заинтригована. — И выучили его вместе с близнецами? Невероятно!
Приободрившись, Счастливчик спрыгнул с вершины и понесся вниз по склону, петляя между деревьями. Вскоре под его лапами зашуршала высокая трава, и вот уже впереди показалась зубчатая цепь каменных домов Длиннолапых. Чем ближе подбегал Счастливчик, тем выше становились дома, а затем влажная трава под его лапами сменилась твердым растрескавшимся камнем улиц.
— А что тут невероятного? — сухо спросила бабушка. — Херборг и Дирлейв — полноправные жители нашего острова. Конечно же, мы выучили их язык.
Счастливчик перешел на шаг, потом остановился и принюхался, насторожив уши. Он искал дурной запах и прислушивался, не рычат ли в городе клетки-гремелки. Но вокруг стояла мертвая тишина. Клетки-гремелки неподвижно стояли в блестящих озерах битого прозрачного камня. Под их искореженными мордами темнели высохшие лужи вонючего сока, которым длиннолапые обычно поят всех своих гремящих помощников.
В таком решении был смысл, но мне всё же было сложно признать, что я в чём-то согласна с моей неприветливой бабушкой.
«Клетки-гремелки истекли кровью!»
А теперь правила острова коснулись и нас, если, конечно, мы хотим стать частью этого сообщества.
Дороги растрескались, несколько раз Счастливчику пришлось перепрыгивать через вонючие потоки. Вода зловеще поблескивала в свете Собаки-Солнца, уже успевшей забраться высоко в небо.
Ещё одна пропажа
Мой брат, по правде говоря, меня всегда раздражал.
Высокого роста, с густыми кудрями, теперь он ещё и преуспел в изучении языка жестов. Прямо-таки проявил незаурядные способности! Но больше всего меня раздражала всеобщая любовь к нему жителей Высотки.
— Как замечательно, что нашу местную фауну пополнил такой чудесный экземпляр, — подмигнул моему брату наш Финн-Продавщица. И тут же добавил, словно я не поняла, что речь идёт вовсе не обо мне: — Я говорю о твоём брате.
— Такие прилежные молодые люди — отрада для нас, стариков, — мечтательно произнёс Портной, когда Инго проходил мимо с огромной снегоуборочной лопатой на плече.
— Некоторые люди, — говорила Хранительница запасов Магнеа, — такие приятные! И так приятно находиться в их обществе. Конечно, не все такие, но я не скажу больше ни слова. Некоторые люди совершенно невыносимы.
И она похлопала по спине Инго.
Магнеа всё ещё не простила мне ту историю с деревянной доской для записей. Но это не мешало ей восторгаться моим братом.
Самое противное, что Инго не особенно помогал в Высотке. Нет, конечно, когда он был в доме, то демонстрировал прилежность. Он старательно изучал язык жестов, вызывался играть с малышами, надевал на них куртки. Смастерил стол-колыбельку для самых маленьких. Перетаскивал тяжёлые вещи с одного этажа на другой. Предложил дежурить за стариков и мыл лестницу вместо них, а также вызвался счищать снег с крыши.
Город был пуст. Длиннолапые не вернулись.
А ещё Инго был неразлучен со своим телефоном. Однажды он записал и смонтировал видео, где старая Гого крутила педали велосипеда под песню какой-то поп-звезды из прошлого века. Гого осталась очень довольна.