Баграт услышал тихий плач и встал как вкопанный. Ангелина? Именно ее он искал в доме. Раз ни она, ни Таня не выходили на улицу, обе где-то тут.

Но плакала не девочка, а паренек. На вид лет семнадцать. Худой, патлатый, с татуировками и пирсингом на лице. Он забился под стол, собрался в комок и очень старался быть незаметным, но нервы сдали, и он захныкал. Баграт видел подобных ему на Пятаке. Бунтари из Мухосрансков, едва окончив школу, ехали в Москву, чтобы вершить историю. Первые трудности их не пугали, неприкаянность им казалась романтичной. Но это проходило. Обычно с первыми серьезными холодами. Кто поумнее, возвращался домой, другие сбивались в стаи, снимали хату на шестерых и устраивались на поденную работу, а многие опускались, становились уличными проститутками, мелкими дилерами, воришками. Наверняка кто-то из них, пусть даже один человек из тысячи, выбивался в люди, но Баграт об этом не слышал.

Он подошел к пареньку, тронул его за костлявое колено.

— Не убивай, не надо, — зашептал он.

— Успокойся, не трону.

— Они дали мне это, разрешили стрелять. — Парень брезгливо отбросил от себя пистолет. — Но я не хочу убивать!

— Это травмат. — Баграт сунул его в карман. — Девочку видел тут? Беленькую, худенькую? — Он замотал головой. — А женщину красивую? Тоже со светлыми волосами?

— Если тут есть еще одна женщина, я ей сочувствую.

Баграт поэтому и искал мать с дочкой. Если до них доберутся, сделают то же, что и с Анной. В том числе с невинной девочкой Гелей.

Он возобновил поиски, удивляясь тому, как легко армия Кощея захватила дом. Почему бравые охранники с КПП оказали такое слабое сопротивление? Можно сказать, без боя сдали объект и, похоже, даже тревожную кнопку нажать не успели. Захватчики уже полчаса хозяйничают на территории, а полиции все нет.

Баграт плохо ориентировался в доме, что естественно, ведь он оказался внутри впервые. Он перемещался из одного помещения в другое, пока не добрался до детской. Она пуста, но следы беспорядка присутствуют. В комнате не было ничего ценного для бомжей, ни бухла, ни подходящей одежды, ни цацок. Они перевернули шкатулку с украшениями, но детская бижутерия им не приглянулась. Баграт хотел уже уйти, как увидел на полу растоптанное растение. Тот самый кустик, что он передал Геле. Он был вырван из горшка и раздавлен. Баграт не стал его подбирать — растению конец. Так и не высадили его на грядку! Машинально он пнул горшок и увидел в приставшей ко дну земле обрывок. То была уцелевшая часть письма, написанного Ангелиной Баграту. Скорее всего, она пыталась избавиться от него, когда поняла, что план провален. Ее или застукали, или просто выволокли из комнаты (не сама же Геля растоптала кустик, она не способна на такое), когда нагрянула армия отбросов. Баграт вытащил обрывок, отряхнул, разгладил.

— Мой отец Мазаев Виктор Евгеньевич, директор фирмы «Урал-Трейд», — прочел он. — Его личный телефон, — далее цифры, — надеюсь, не изменился.

Молодец девочка! Даже если номер у Мазаева другой, на него можно будет выйти через фирму. Теперь осталось найти телефон. Но сначала Ангелину!

Баграт двинулся дальше. Добрел до столовой. В ней — большой стол, окруженный стульями с высокими спинками, буфеты с красивой посудой. Есть электрический камин интересного дизайна. Из столовой можно пройти дальше. Куда, неизвестно, поскольку дверь закрыта, и ее охраняют двое с короткоствольными автоматами. Узнав их, Баграт понял, кто в соседней комнате. Кощей — явно. Но, скорее всего, не один. Два сверхнелюдя должны были сойтись в финальной схватке…

Только не ясно, какой она будет. Два старика станут стреляться, как на дуэли? Вступят в рукопашный бой? Или сыграют в русскую рулетку?

Баграт присел, чтобы его не увидели охранники. Хорошо, что он невысокий и может спрятаться за комодом.

— Что удумал? — услышал он шепот над ухом.

Палка была брошена, но травмат за пазухой. Баграт приготовился достать его, но, когда повернулся, увидел перед собой знакомую физиономию.

— Носорог, и ты тут? Проглядел я тебя.

— А я на рожон не лез, отсиживался. — Он поправил свою веселую шапочку, съехавшую на глаза. Они оказались трезвыми. И алкоголем от Носорога не пахло. — Поможешь, малой, мне пройти в ту комнату?

— Зачем тебе?…

— Поможешь? — настойчиво повторил он. Баграт кивнул. — Твой левый, мой правый. Желательно вырубить тихо.

— Как мы приблизимся к ним?

— Да вот так…

И, схватив Баграта за шкирку, поволок в гостиную.

— Я тебе, падла, покажу! — рычал он. — Яйца вырву, чтоб не зарился на чужое! Я сказал, мои сапоги, нет напялил на свои крохотные ноженки…

Нога у Баграта на самом деле была небольшой, и обувь, что ему выдали, сейчас сваливалась. Она была добротной, резиновой, с утеплителем, из-за такой можно разборки устроить.

— Эй, пошли отсюда! — прикрикнул на них «левый» охранник.

— Помоги, брат, — взвыл Баграт, вырвавшись из лап Носорога. — Я лучше тебе сапоги отдам, чем этому…

Он кинулся к охраннику в ноги. Якобы умолять. Тот нацелил на Баграта дуло, желая отогнать, но больше ничего сделать не успел — его уронили и вырубили с одного удара.

Носорог тоже не плошал. Не так артистично и бескровно он обезвреживал «правого». Чик ножом по горлу, два удара в сердце, один в живот. Ушло у него на это секунд семь.

— Слабак, — процедил Носорог и поддел поверженного врага ногой, чтобы понять, умер ли тот.

После этого он поднял автоматы. Взял один в правую руку, второй в левую, подошел к двери и пнул ее со всей мочи.

Баграт, успевший подняться на ноги, но не понять, что задумал Носорог, увидел кабинет. В нем находилось двое. Один сидел в кресле-качалке с тростью на коленях, второй на стуле напротив Лешего. Кощей держал перед собой что-то наподобие ручного фонарика. Или микрофона. Как будто один у другого интервью берет, промелькнуло в голове.

Когда Носорог ввалился в кабинет, оба повернулись в его сторону. Такие разные на первый взгляд, один холеный, привлекательный, второй похожий на зомби из фильмов ужасов, они ничем не отличались друг от друга. Руки по локоть в крови, вместо сердца камень, а в глазах… Ничего в них нет… Мертвые!

— Узнали? — спросил Носорог весело.

— Колобок? — удивился Леший. Он знал его под этим погонялом.

— И я от тебя, дедушка, ушел. Хоть ты мне перо под ребро вогнал, сука!

— Не я.

— Ага, твой помощничек. Где он, кстати? С ним у меня тоже счеты.

— Носорог, свали, — бросил ему Леший. — Не видишь, у серьезных людей серьезный разговор?

— Как же я вас обоих ненавижу, упыри!

Это было последнее, что услышал Баграт перед тем, как его оглушили выстрелы. Носорог раскинул руки с оружием и начал палить по живым мишеням. Тела Кощея и Лешего дрожали под градом пуль. Кровь заливала их одежду. А Носорог все стрелял. И был похож в своем длинном пальто и яркой шапке с косичками на героя какого-нибудь боевика. Тарантино бы эта сцена понравилась!

Когда патроны кончились, Носорог швырнул автоматы на пол, подошел сначала к Лешему, потом к Кощею и плюнул в их лица.

— Пошли, малой, отсюда, — сказал он, развернувшись. — Я тревожную кнопку нажал, скоро менты приедут, нам нужно сваливать. Даже тебе, хоть ты и ни при чем.

— Я должен найти девочку с мамой, они где-то тут, в доме. Не видел?

— В доме нет женщин и детей. Ищи где-нибудь в подвале. У Лешего он точно есть. — И, буркнув себе под нос «Теперь можно и выпить!» — ушел.

Подвал! Как он забыл о нем? Конечно же, Ангелина с Таней там. Леший спрятал свою Жемчужинку вместе с мамой, а сам не успел укрыться…

Или не захотел?

Баграт выбежал из дома. Он направлялся к тому входу, к которому подъезжал грузовик с продуктами, который он разгружал. Но дверь оказалась запертой, причем на электронный замок. Он стал искать другие, что вели бы вниз. Но попасть смог только в кухню, где пировала большая компания.

— Вы че расселись, придурки? — заорал Баграт на мужиков. — Менты вот-вот будут тут! Тикать надо.

— А пусть приезжают, забирают, — отмахнулся самый пьяный и наглый. Он поверх своей вонючей одежды натянул хозяйскую, на руку нацепил «Ролекс», а на голову девичью корону. Судя по блеску, она была не из стекляшек, а из кристаллов Сваровски. — В обезьяннике хоть отоспимся нормально.

— В доме гора трупов! Хозяин мертв, тот, кто нас сюда привез, тоже. И кончил их один из наших. Если вы идиоты, оставайтесь, а я рву когти.

Пирующие тут же похватали недоеденное и недопитое и начали разбегаться. Впрочем, некоторые слиняли, едва услышав слово «менты». Оставшись один, Баграт опять начал искать потайные двери. Он дошел до гостиной, где еще разок стукнул начавшего приходить в себя охранника и на всякий случай связал его. За этим его застал Павел.

— Что тут, черт возьми, произошло? — просипел он. Так бежал, что запыхался. — Где Кирилл Игоревич? Баграт кивнул в сторону кабинета. А когда Павел переступил его порог, последовал за ним.

— Это ты сделал?

— Я не Рембо, а простой разнорабочий — машины разгружаю и за животными дерьмо убираю.

— Эх, жаль…

— Лешего?

Павел покосился на него.

— Простой разнорабочий, говоришь? Жаль, что он был упрямым стариком, который никогда меня не слушал. А я предупреждал, не приведут его игры к хорошему…

Павел, перешагнув через ноги мертвого босса, взялся за раму висевшей на стене картины и отодвинул ее. Баграт увидел металлическую дверку сейфа.

— Анна — твоя женщина? — спросил Баграт, наблюдая за тем, как Павел открывает сейф и начинает доставать из него деньги.

— Ага.

— Ей, наверное, помощь нужна.

— Что с ней? — бросил через плечо он.

— Не знаю, проверить надо… Но ее изнасиловали. Толпой.

— Плохо. Значит, не сможет быстро ходить. Считай, обуза.

— То есть ты деру дать хочешь без нее?

— Я же не благородный принц, — пожал плечами Павел и начал распихивать деньги по карманам. Тут были и пачки, и отдельные купюры, и рубли, и валюта. — Жаль, мало тут, только на мелкие расходы. А все богатства у Лешего заначены где-то. Теперь пропадут схроны.

— Где Ангелина с матерью?

— Если тут нет, значит в бункере.

— Как туда попасть?

— Никак. Но ты не волнуйся, там все есть для прекрасной жизни.

— Ты должен помочь мне добраться до Гели и Тани, — процедил Баграт.

— Должен? — скривил губы Павел. — Да пошел ты…

И потянулся к сейфу, чтобы достать оттуда пистолет. Он был там, Баграт видел.

Он опередил Павла. Выхватил свой травмат и пальнул в его ногу. Когда тот взвыл, травмировал другую (хорошо, двухзарядный пистолет попался).

Павел рухнул на колени. Из карманов куртки стали вываливаться деньги.

Баграт подошел к нему, взял за подбородок с такой силой, что скрипнули друг о друга зубы.

— Как мне добраться до Гели и Тани? — повторил вопрос он, затем разжал пальцы.

— Трость, — выдохнул Павел. — Дай.

Баграт поднял ее. Трость, с которой Леший не расставался, даже гуляя по парку.

Павел откинул набалдашник. Под ним оказалась кнопка, и она горела красным.

— Я так и думал, — качнул головой он. — Поэтому сказал «никак»… — Павел несколько раз нажал на кнопку, но она будто сломалась. — Никак ты в бункер не попадешь! Активирована программа «Точка невозврата». Отменить команду невозможно. Теперь те, кто находится в бункере, останутся в нем до самой смерти.





Эпилог



Иван, как дурак, ходил по квартире от окна к стоящему на прикроватной тумбочке портрету Тани. Если бы кто-то его увидел сейчас, то сравнил бы с медведем-шатуном. Десять минут назад он связался с Мазаевым, чтобы рассказать о своих вчерашних изысканиях, они начали разговор, но Виктор резко отключился. Когда Иван перезвонил, то услышал: «номер занят». Значит, какие-то важные новости сообщают Мазаеву. И они явно о Тане и Ангелине. На рабочие моменты без предупреждения не переключаются.

Поэтому Иван и ходил, как медведь-шатун, по комнате, ожидая связи с Виктором. Наконец он позвонил.

— Девочки нашлись, — сообщил он.

— Слава богу, — облегченно выдохнул Иван. — Они в порядке?

— Пока не ясно. Ты до моего офиса за сколько доберешься?

— Минут за сорок.

— Долго.

— На метро за двадцать. — И тут же бросился в прихожую обуваться.

— Неподалеку от него вертолетная площадка, дуй туда. Я заказал воздушное такси, беру тебя с собой.

— Куда?

— В Рязанскую область. Девочки там.

Больше Иван вопросов не задавал, он мчался к метро. Мазаев ждал его у вертолета.

— Если бы ты не появился в ближайшие три минуты, улетели бы без тебя, — прокричал он и запрыгнул в кабину. Иван следом.

Летели недолго (все же воздушный транспорт — отличная вещь), а сели на территорию огромного имения.

— Что тут произошло? — охнул Иван, оглядевшись. — Мамай прошел?

Территория была вся загажена, трава взрыта, цветы вытоптаны, деревья и мебель поломаны. Где-то вдали пожарные тушили баню. Омоновцы прочесывали отдельно стоящие домики. У крыльца припарковались две кареты «Скорой помощи» и Труповозка. Рядом с ней на земле лежали два черных мешка с телами, их не убирали в кузов.

— Я такое только в кино видел, — пробормотал Виктор. — В боевиках девяностых про бандитские разборки.

— Это они и были, — услышал его один из врачей, лысый мужчина с седыми усами и оторванной мочкой уха. — Когда только начинал в «Скорой» работать, выезжал на места разборок. Вот привет из девяноста седьмого. — И указал на ухо. — Думал, бандиты уже в нулевых друг друга перестреляли, ан нет.

— Вы отец Ангелины? — этот вопрос задал Мазаеву коренастый брюнет, вышедший из дома через огромную дыру в стене. На ее месте, скорее всего, была дверь.

— Да. А вы тот, кто звонил мне?

— Меня зовут Баграт, я тут работал. Геля оставила мне записку с вашим номером. Но я вам уже это говорил…

— Где она?

— В подвале вместе с мамой.

— И их, как мне сказали, нельзя выпустить?

— Увы.

— Быть такого не может! — Виктор отстранил Баграта и решительно зашагал вперед.

Иван чуть отстал, чтобы рассмотреть пролом и саму стену. Она показалась ему странной, так обычные дома не строят.

— В подвале бункер, — услышал он голос Баграта. — Суперсовременный и оснащенный. Попасть в него невозможно.

— Не бывает ничего невозможного, — ответил ему Иван. — Если есть входы, найдутся и выходы. Это я вам как инженер говорю.

Они прошли в гостиную. Там за большим столом сидели люди. Тут и полиция, и командир ОМОНа, и представитель МЧС, и гражданский с перебинтованным ногами и в наручниках.

— Я вам еще раз повторяю, нельзя отменить программу «Точка невозврата», — устало говорил он. — Это было особым условием клиента.

— Значит, надо взрывать, — стукнул по столу кулаком командир.

— И подвергать опасности жизни моей дочери и жены? — сверкнул на него глазами Мазаев. — Бур нужен. С алмазным наконечником.

— Как в фильме «Армагеддон»? — тяжело посмотрел на него эмчеэсник. — Давайте мыслить здраво.

— На это нужно время, — заметил один из полицейских. — А девочки пока посидят в подвале. Там все условия, так что ничего с ними не случится.

— Да они с ума там сойдут! — снова разгневался Виктор.

— Люди под завалами не сходят, а в бункере, как я понял, лакшери курорт.

— Какая фирма занималась строительством? — впервые подал голос Иван и обращался он к раненому гражданскому.

— «Хаусмен», — ответил тот.

— Знаю такую. Документы на дом где?

— Какие?

— Все. Их должно быть много, целая папка. Но сметы меня не интересуют, нужен проект, план здания, схемы коммуникаций.

— В сейфе посмотри.

Иван подошел к нему, стал рыться. Виктор хотел помочь, но только мешал, и его пришлось оттеснить плечом.

— Все на месте! — радостно воскликнул Иван. — «Хаусмен» использует при строительстве мою систему вентиляции. Я смогу добраться по ней в бункер, но нужно оборудование.

— Все достану, — заверил его Мазаев. — Пиши список.

К вечеру нужное оборудование было доставлено. Но Иван только руководил операцией. Он со своими габаритами не помещался в люки. В бункер полез Баграт.

Операция по спасению заняла больше времени, чем планировалось. Ночь миновала. Забрезжил рассвет, и только тогда в демонтированном вентиляционном проеме показалась белокурая головка Ангелины. Баграт подсадил ее, а принял по-детски рыдающий Виктор.

…Следом на поверхность выбралась Таня. Она растерянно озиралась, пока не увидела Ивана.

— Теперь заживем долго и счастливо? — прошептала она, улыбнувшись сквозь слезы. Он кивнул и сделал шаг, чтобы крепко ее обнять.



* * *



Они стали жить втроем, и безликая квартира Ивана Королева наконец обрела индивидуальность. Была холостяцкой берлогой, стала семейным гнездом. С бардаком (как без этого?), не вписывающимися в продуманный интерьер вещами, хулиганящими животными. Игрушки и книжки, бережно сохраненные Таней, Ангелина раздала другим детям, а комнату попросила обставить по-взрослому.

С Иваном она быстро подружилась. Как и с его сыном Костей. Вдвоем они тормошили Марка, часто захаживающего в гости, и хорошо друг на друга влияли. Летом всей большой семьей они собирались в Турцию, где Иван купил не квартиру, а дом в горах. Королевы ждали пополнения!

«Дело угольков» к огромной радости старшего лейтенанта Каримова у них забрали федералы. Он забыл бы о нем вообще, если б не Батюшка. Леонид стал звездой интернета после того, как был посажен под домашний арест до суда, который все откладывался. Теперь он проповедовал на миллионную аудиторию, собирал донаты в новый благотворительный фонд Марии. Матушка предлагала Поле стать ее помощницей, зарплату хорошую сулила, но та отказалась. Она больше не хотела связываться с организациями, в них всегда затешется человек, нечистый на руку.

Макара Поля похоронила и оплакала. Она так и не узнала, кто его убил и за что… Ничего о нем! Богатырев так и остался для Полины чужим.

Убийцу Лешего и Кощея долго и безрезультатно искали. Следствие даже личность преступника не определило. А единственный, кто мог в этом помочь, помалкивал. Через полтора месяца после происшествия Баграту какой-то бездомный на улице передал конверт. Открыв его, он увидел фотографию. На ней посреди замерзшего Байкала стоял, раскинув руки, Носорог в своей неизменной шапке. На обороте снимка было написано: «Вот где настоящая свобода!»




КОНЕЦ