Должно быть, я сошел с ума, раз доверился Хьюго. Он ведь пошел к той женщине.

– Ты пьян, – сказал я, качая головой.

– И под кайфом, – раздался голос Сары за моей спиной.

Фредди расхохотался.

– Откуда ты знаешь, мам? В прежние времена тоже была нариком?

Я не смог сдержаться и схватил Фредди за шею.

– Хватит! Я серьезно!

– Стой! – Сара бросилась на меня. – Не трогай его.

Я оттолкнул ее.

– Это твоя вина. Я говорил, что нам следовало быть строже. – Я резко обернулся к толпе детей в дверях. – А теперь убирайтесь отсюда. Все вы.

Затем пристально посмотрел на Фредди:

– На этот раз ты зашел слишком далеко.

– Где Джаспер? – неожиданно спросила Сара.

Я вспомнил, что, когда мы вошли, входная дверь была распахнута. Пес мог выбежать. Задняя дверь тоже оказалась открыта.

– Джаспер! – крикнула Сара, сбегая вниз по лестнице.

Фредди присоединился к ней.

– ДЖАСПЕР!

– Это всего лишь чертов пес, – сказал я, догоняя их.

Разумеется, я говорил не всерьез, просто был очень расстроен.

Фредди обернулся ко мне.

– Этот чертов пес, как ты выразился, значит для меня больше, чем ты.

– Ты же понимаешь, что это неправда, Фредди, – быстро сказала Сара.

– Нет, правда.

– Фредди, это действительно жестоко.

И тут перед нами замаячила скакавшая через сад фигура.

– Джаспер! – Фредди зарылся лицом в собачью шерсть. – С тобой все в порядке! Прости, мальчик. Прости меня.

Я стремительно вернулся в дом и поднялся в спальню.

– Вот видишь, – говорила бегущая за мной Сара. – Фредди умеет раскаиваться.

– Ох, Сара, – сказал я. – Ты действительно не понимаешь? Этот ребенок убивает меня. И тебя. Мы должны действовать. Пока не случилось что-нибудь по-настоящему ужасное.

– Тогда убедись, что не сам делаешь эти ужасные вещи, Том, – тихо произнесла она.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты не можешь снова его бить.

– И не собирался. Но что-то должно заставить его вести себя прилично.

– Это фаза, Том. С ним все будет в порядке.

– У Фредди постоянно какая-нибудь фаза.

– Нужно убедиться, что все дети ушли, – продолжила она. – Не мог бы ты проверить нашу спальню? Пожалуйста.

Книги на краю кровати лежали так же аккуратно, как я их оставил. Уже что-то. Слава богу, не было никаких видимых следов того, что кроватью пользовались.

Но потом мой взгляд упал на туалетный столик Сары. Ее шкатулка с драгоценностями была открыта. И пуста.

– Бриллиантовое колье моей матери! – закричал я, выбегая на лестничную площадку. – Где оно?

В комнату ворвалась Сара.

– Было здесь, когда мы уходили.

Внезапно мне снова было восемь лет, и я смотрел на отвисшую челюсть своей матери в гробу.

– Нет, – заскулил я. – Нет.

* * *

– Не смотри, – говорит он мне.

– Это часть игры, – говорит он.

Поэтому я закрываю глаза руками.

Слышу какой-то шум.

Он с кем-то разговаривает.

Я хочу посмотреть сквозь пальцы.

Но не осмеливаюсь.

Хлопает дверца машины.

Мы едем дальше.

Глава 32. Сара

– Мне жаль, папа. Правда, жаль. Я не знал, что вечеринка выйдет из-под контроля.

Глаза у Тома были красными. Он смотрел на нашего сына как на незваного гостя.

– Это колье, – очень медленно произнес мой муж, – было одной из немногих вещей, которые остались мне от матери.

– Я знаю, но…

– Послушай меня. Она умерла, когда мне было восемь лет. Восемь лет от роду. Ты понимаешь, что это значит для ребенка?

Фредди смотрел себе под ноги.

– Понимаю.

– Нет. – Каждое слово моего мужа наполняли медленно закипающая ярость и презрение. Особенно это. – Ты не можешь «понимать» это, Фредди. Никто не может, если сам не прошел через такое. Ничто не заменит это колье. Ничто.

– Это ужасно, Том, я знаю, – мягко сказала я, – но Фредди же не нарочно.

Михаил Алексеев, Александр Колпакиди, Валерий Кочик

– Он пригласил людей в наш дом. – Его голос звучал так, будто Тома душили. – Вряд ли подобное могло произойти случайно.

Советская военная разведка накануне войны 1935–1938 гг

– Твой папа прав, – обратилась я к Фредди. – Но, возможно, мы сумеем вернуть колье. Оно не могло исчезнуть. У тебя есть идеи, кто мог его взять?

– Нет. Никто из моих приятелей не сделал бы ничего такого.



– Уверен? – спросила я.



– Мне нужны номера телефонов всех «гостей», что были здесь сегодня вечером, – заявил Том.

Структурные и кадровые изменения в военной разведке в 1935–1936 гг

– Я не всех знаю! Честно, папа. Ты серьезно собираешься звонить им и спрашивать, не украли ли они бриллиантовое колье?

– Да, черт возьми.

Организационные и кадровые перемены в военной разведке в это время были связаны не только с созданием Наркомата обороны (июнь 1934 г.) и переименованием (сентябрь 1935 г.) входившего в его состав Штаба РККА в Генеральный штаб. Как уже отмечалось в предыдущей части[1], руководство страны с подачи НКВД сочло работу Управления неудовлетворительной (глава «Перевод разведки на «нелегальные рельсы». Мероприятия по обеспечению мобилизационной готовности»).

Я почти никогда не слышала, чтобы муж ругался.

– Ты не можешь так меня позорить, папа. Они больше не заговорят со мной.

Последним происшествием, которое привело к смене руководства Разведупра, стал копенгагенский провал. Но сначала о некоторых предшествующих событиях.

– Мне все равно! Не ты ли только что сказал, что понимаешь? Мне нужно колье моей матери.

22 ноября 1934 г. ЦИК СССР утвердил «Положение о Народном комиссариате обороны СССР». Согласно пунктам 13–14 раздела III этого документа, Разведывательное управление РККА теперь подчинялось непосредственно наркому и не входило в структуру Штаба РККА. Задачи, возлагаемые на начальника Разведупра, остались неизменными (глава 5, пункт 31):

– Том, – взмолилась я, нежно положив руку ему на плечо. – Может, лучше мне им позвонить…

«а) руководство организацией и работой всей агентурной разведки, осуществляемой как непосредственно управлением, так и разведывательными отделами округов (армий) и флотов;

– Нет! – крикнул Фредди. – Ни один из вас не будет звонить. Я вам не позволю.

б) систематизация и обработка поступающих разведывательных материалов и выпуск необходимых справочников и пособий по изучению иностранных армий;

– Где твой телефон? – взревел Том.

в) обеспечение Штаба РККА, Политического управления РККА и других управлений Народного комиссариата обороны, а также штабов округов, войсковых соединений и частей информационными материалами о вооруженных силах, военно-политическом и военно-экономическом состоянии иностранных государств;

– Я его тебе не отдам.

г) подготовка кадров разведчиков;

– Он в кармане, да? – Том бросился вперед.

д) разработка и постановка задач разведывательным органам округов (армий) и флотов».

– Отвали! – завопил Фредди.

Структура же центрального аппарата военной разведки теперь радикально изменилась.

Но Том уже заполучил мобильный.

25 декабря «в связи с переходом центральных управлений НКО СССР на новую организационную структуру, в соответствии с новым положением о НКО СССР», на должность начальника Разведупра был назначен Я.К. Берзин. Прочие назначения по новой структуре состоялись в январе 1935-го. При этом целый ряд ключевых постов (включая должности начальников новых, региональных теперь 1-го и 2-го отделов) заняли сотрудники ИНО, пришедшие в военную разведку вслед за Артуром Христиановичем Артузовым (до мая 1935-го продолжавшего руководить и ИНО).

– Какой у тебя пароль?

– Не скажу.

Причиной направления чекистов в РУ стал доклад наркома НКВД СССР Г. Ягоды Политбюро ЦК ВКП(б) о провалах в работе военной разведки, при этом о провалах в работе собственного ведомства (в ИНО) он умолчал, хотя Политбюро они были известны. Исходя из этого можно предположить, что доклад ему был заказан именно в таком виде.

Мой муж выглядел так, словно собирался вцепиться Фредди в горло.

Среди «пришельцев» были не только агентуристы, имевшие опыт работы за рубежом. В октябре 1936-го заместителем начальника 1-го (западного) отдела по кадрам стал майор А.И. Полуэктов, ранее прослуживший ряд лет в Особом отделе, «освещавшем» в числе прочих армейских структур и военную разведку, автор ряда доносов на РУ. Административное отделение РУ в январе 1937 г. возглавил Б.В. Артюкевич, ранее управляющий домом коммуны № 1 ОГПУ, начальник АХО Бюро прямоточного котлостроения и общего отдела Дмитровского лагеря НКВД.

– Прекратите, вы оба, – взмолилась я. – Давай хорошенько все обдумаем. Мы сообщим в полицию. Если дадим им фото, они начнут поиски.

На следствии в НКВД Артузов назвал следующих работников, «привлеченных мною в РУ РККА»: 1. Мейер-Захаров Л.Н.; 2. Карин Ф.Я.; 3. Штейнбрюк О.О.; 4. Гудзь Б.И.; 5. Эльман Б.Ш.; 6. Балдаев (Болдаев) Н.[М.] (Вилли); 7. Маншейт [А.Ф.]; 8. Ригин А.А.; 9. Полуэктов А.И.; 10. Герценберг И.[И.] (Филипп); 11. Михалевский [М.М.] (Михель); 12. Залесская [С.А.] (Зося, Эльвира); 13. Тылис [Г.С.] (Нора); 14. Букин [М.А.]; 15. Воропинов [П.В.]; 16. Петров; 17. Найдис [Б.Э.]; 18. «Тов. Р. (Джульетта)» [возможно, имеется в виду Джулиет (Джульетта) Пойнз, так ее имя воспроизводится согласно словарю английских фамилий, но чаще всего на русском языке ее называют Пойнтц]; 19. Макаренко [М.Е.]; 20. … (Бодела)[2]; 21. Онуфриев; 22. Нефедов [М.А.]; 23. Панкратов [М.Н.]; 24. Скворцова (Элеонора).

Том саркастически рассмеялся:



– Ты действительно думаешь, что они первым делом возьмутся расследовать это?

Назначения по новой структуре Разведупра были следующие (приказ наркома обороны СССР № 136 от 14 января 1935 г., № 239 от 20 января 1935 г. и др.):

– Это может как-то помочь, – ответила я. – Фредди, а ты бы выложил какой-нибудь пост в соцсети. Ни на кого конкретно не направленный. Мы могли бы даже назначить награду.

Начальник Управления — Ян Карлович Берзин.

Том фыркнул:

Заместители начальника Управления — Артур Христианович Артузов, Александр Матвеевич Никонов; сотрудники для особых поручений РУ РККА — Гай Лазаревич Туманян, Михаил Николаевич Морщихин, Марк Ильич Новоградов; секретари РУ РККА — Наталья Владимировна Звонарева, Василий Андреевич Зимин, Мария Карловна Давидсон.

– Награду за воровство?

1-й отдел (западный) — начальник отдела Отто Оттович Штейнбрюк; заместитель начальника отдела Матвей Николаевич Рябинин; начальники отделений Артур Рудольфович Риттер, Давид Оскарович Львович, Федор Георгиевич Мацейлик, Оскар Вольдемарович Мартинсон.

– Это все равно не сработает, – сказал Фредди. – Ведь никто не хочет влипнуть в неприятности или настучать на кого-то?

2-й отдел (восточный) — начальник отдела Федор Яковлевич Карин; заместитель начальника отдела Петр Александрович Панов; начальники отделений Арташес Мирзоевич Арто, Михаил Кириллович Покладок.

– Так что ты предлагаешь? – со злостью проговорил Том. Его кулаки были подняты. Я схватилась за них, но муж оттолкнул меня.

3-й отдел (военно-техническая разведка) — начальник отдела Оскар Ансович Стигга; заместитель начальника отдела Дмитрий Константинович Мурзин; начальники отделений Георгий Александрович Знаменский, Соломон Яковлевич Браверманн, Михаил Кондратьевич Чернявский, Эдвин Гугович Биддер.

Лицо Фредди стало красным.

– Не смей обижать мою мать.

4-й отдел (руководство разведотделами округов) — начальник отдела Василий Григорьевич Боговой; заместитель начальника отдела Михаил Варфоломеевич Цюпко; начальник отделения Афанасий Степанович Пшеничников.

– Я и не собирался.

5-й отдел (дешифровальный) — начальник отдела Павел Христианович Харкевич; заместитель начальника отдела Яков Аронович Файвуш; помощники начальника отдела Карл Густавович Тракман, Бела Белович Кассони, Борис Владимирович Звонарев, Сергей Александрович Лучинский, Ефим Михайлович Коссовский, Алексей Александрович Тюменев.

Это был всего лишь легкий толчок, но он шокировал меня. В то же время я понимала, почему Том вышел из себя. Мать значила для него все.

6-й отдел (внешних сношений) — начальник отдела Анатолий Ильич Геккер; помощник начальника отдела Владимир Николаевич Панюков; сотрудник для особых поручений Николай Васильевич Малышев.

– Я хочу, чтобы ты осознал, что натворил, – произнес Том спокойнее, будто поняв, что зашел слишком далеко.

7-й отдел (административный) — начальник отдела А.Д. Мартьянов (с мая 1935-го); начальник отделения Михаил Александрович Стерхов.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Особое отделение РУ РККА — начальник Евгений Иванович Рея.

– Размести объявление в паблике, как попросила твоя мама.

Секретно-шифровальное отделение РУ РККА — начальник Эдуард Янович Озолин; заместители начальника Анна Леонидовна Гульбинская, Евгений Петрович Есипенко, Александр Игнатьевич Цуркан.

– Ладно. Сделаю. Но если потеряю из-за этого друзей, никогда тебя не прощу.

Финансовое отделение РУ РККА — начальник Александр Иванович Иванов; помощники начальника Роман Дмитриевич Иванычев, Петр Алексеевич Королев, Грета Андреевна Лицис.

Затем он протопал в свою комнату и запер дверь.

Техническая часть РУ РККА — начальник Эрнест Карлович Перкон.

Я пошла за ним и шепнула в прорезь замка:

– Фредди, твой отец ужасно расстроен.

Часть технического оформления и размножения РУ РККА — начальник Федор Петрович Камбалов.

– А ты не думаешь, что я тоже? – ответил он. Я знала, что мой сын плакал.

Школа РУ РККА — Федор Павлович Смирнов (с октября 1934-го).



Курсы усовершенствования комсостава по разведке РУ РККА — Василий Иванович Карпов (Чуйков) (с декабря 1932-го).

– Он действительно сожалеет, – сказала я Тому, спускаясь вниз.

Научно-исследовательский институт по технике связи при РУ РККА — начальник Александр Иосифович Гурвич; начальник опытной радиостанции Никита Емельянович Клецов; инженеры-конструкторы Борис Павлович Асеев, Василий Степанович Помыкалов, Владимир Яковлевич Фельдман.

Муж стоял у одного из тех столиков, которые называл запасными, и держал в руках фотографию в серебряной рамке. На снимке была его мать в вечернем платье, на ее шее сверкало пропавшее бриллиантовое колье. Поза была довольно странная, словно фотографию сделали в студии. Мне никогда не разрешалось вытирать с нее пыль. Том предпочитал делать это сам.

НИИТС появился в январе 1935-го вследствие разделения Научно-испытательного института связи и электромеханики РККА, другая половина которого под названием НИИ связи РККА была подчинена Управлению связи РККА.

– Мы могли бы передать это фото в полицию.

В феврале 1935 г. новые назначения состоялись и в окружных РО.

Том ничего не ответил.



– Ты оттолкнул меня. И выглядел так, словно собирался ударить Фредди.

– Прости, – глухо сказал он.

19 февраля 1935 г. начался крупный провал военной разведки в Копенгагене (Дания). Датской полицией были арестованы Джордж Минк (известный американский коммунист русского происхождения, сотрудник Коминтерна и Разведупра), Ганс Грюнфельд (на самом деле военный разведчик Макс Максимов), Николас Шерман (военный разведчик Александр Улановский), Леон Джозефсон (известный американский адвокат — коммунист, направлявшийся в СССР), а также связанные с ними датские граждане (всего около десятка человек). Грюнфельд «обвинялся только за проживание в Дании по подозрительному паспорту, но впоследствии был оправдан, из-под следствия освобожден и в июле 1935 г. возвратился в РУ». Джозефсона освободили через несколько месяцев, а Минка и Шермана приговорили спустя почти полгода к 18 месяцам тюремного заключения. В начале 1936 г. Улановский, который «во всем сознался», был освобожден и вернулся в Москву. Выпустили из тюрьмы и Минка, впоследствии участвовавшего в гражданской войне в Испании и там погибшего.

– Он не виноват, Том. Почему ты всегда винишь его? Неприятности создали его друзья. Кроме того, Хьюго должен был быть здесь.

Позднее американские спецслужбы установили, что Николас Шерман, который по паспорту был американским гражданином, — это Александр Петрович Улановский. В этом им помог бывший сотрудник Нью-Йоркской и Парижской резидентур советской военной разведки Роберт Свиц, опознавший его по фотографии.

– Я знаю и собираюсь разобраться с ним, не волнуйся. Но Фредди тоже должен понести наказание.

Расследование копенгагенского эпизода, проведенное в Центре, показало, что причиной провала стало грубейшее нарушение правил конспирации, когда на одной конспиративной квартире в датской столице собирались нелегалы, по работе между собой никак не связанные. Кстати, Улановского за рубеж в этом случае направлял лично А.Х. Артузов, заместитель начальника РУ РККА.

Он повернулся и посмотрел на меня. Его глаза были темными, а рот сжался в прямую линию. Иногда в моем муже проступали черты, которые меня пугали.

15 апреля 1935-го секретным приказом наркома обороны за № 0531 Берзин был освобожден («согласно его просьбе») от руководства Разведупром и зачислен в распоряжение наркома обороны.

– Самое печальное, Сара, что ты находишь для него слишком много оправданий. А этот мальчик думает только о себе. Чем скорее мы выберемся отсюда и начнем все сначала, тем лучше. Будем надеяться, что это сработает, потому что если нет…

«…т. БЕРЗИН, — говорилось в приказе народного комиссара обороны Союза ССР К.Е. Ворошилова, — проработал в Разведывательном Управлении без перерыва более 14 лет, из них последние 10 лет возглавлял разведывательную работу Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

Его голос умолк.

Преданнейший большевик — боец, на редкость скромный, глубоко уважаемый и любимый и своими подчиненными, и всеми, кто с ним соприкасался по работе, т. БЕРЗИН все свое время, все свои силы и весь свой богатый революционный опыт отдавал труднейшему и ответственнейшему делу, ему порученному.

– Если нет, то что? – спросила я.

За долголетнюю упорную работу, давшую очень много ценного делу укрепления Рабоче-Крестьянской Красной Армии и обороны Советского Союза, объявляю т. БЕРЗИНУ, Яну Карловичу благодарность…»

– Если нет, то не знаю, что мы будем делать.

Характерно, однако, что в первоначальном проекте этого приказа, датированном 10 апреля, ни о какой благодарности и речи нет — он выглядит как обычный приказ о снятии с должности.

И я не знала.

В тот же день новым начальником РУ РККА с должности заместителя начальника Автобронетанкового управления Штаба РККА был назначен Семен Петрович Урицкий.

Но, в отличие от моей подруги Оливии, я хотела сохранить свою маленькую семью. Кража колье – ужасное событие. И все же, возможно, оно послужит Фредди уроком. Том прав. Переезд в другую часть страны дал бы нам тот новый старт, в котором мы так отчаянно нуждались.

Урицкий Семён Петрович (пс.: Соломон)

Несколько дней спустя позвонили из агентства по недвижимости и спросили, не сможет ли через час подъехать пара, чтобы осмотреть дом.

18.03.1895 — г. Черкассы Киевской губернии, ныне Украина — 01.08.1938 — Коммунарка Московской области.

– Через час? – переспросила я. Но мне не хотелось отказывать.

Еврей. Из семьи агента по заготовке и продаже льда. Комкор (20.11.1935). В РККА с 1918. Член компартии с 1912. Окончил 3 класса Одесского казенного училища (1909–1911), Военную академию РККА (1918–1922, с перерывами), армейское отделение Курсов усовершенствования высшего начсостава при Военной академии им. М.В. Фрунзе (1929). Владел немецким, французским, польским языками.

Я заметалась по дому, пытаясь навести порядок. Том ушел играть в теннис с Хьюго – чего он уже давно не делал. Хотел остаться и помочь, но я уговорила его уйти, убедив, что смогу разобраться сама. Он ушел с каменным лицом, не сказав ни слова. После вечеринки Том почти не разговаривал ни со мной, ни с Фредди. Излишне упоминать, что в полиции не питали особых надежд вернуть колье.

Фредди спустился, чтобы взять хлопьев и унести их в свою комнату.

– Ты получил какие-нибудь ответы на свой пост в соцсети? – спросила я. Прошлой ночью сын наконец-то его вывесил.

– Да.

– Можешь показать?

– Ты мне не веришь?

Учился в Одесском казенном училище, работал «мальчиком»-посыльным, упаковщиком ящиков и бочек, приказчиком на химических аптекарских складах Эпштейна в Одессе (1909–1915), состоял в различных ученических кружках, участвовал в демонстрациях, был агитатором и пропагандистом, сотрудничал с газетами «Одесский курьер» и «Правда», занимался и профсоюзной работой.

– Верю.

– Не веришь, да? Поднимись в мою комнату, и я тебе покажу.

В службе с августа 1915. Служил в маршевом эскадроне 12-го драгунского Стародубского полка (август 1915 — июль 1917), который располагался в г. Новогеоргиевске под Кременчугом, вел там (1916–1917) организационно-агитаторскую работу. После Февральской революции избирался командиром эскадрона, председателем эскадронного комитета, членом полкового комитета. За большевистскую пропаганду переведен на Румынский фронт в 44-ю отдельную телеграфную роту, потом в 7-й самокатный батальон (июль — октябрь 1917), избирался председателем ротного комитета, после отказа телеграфной роты отправляться на фронт «подвергся вооруженному нападению со стороны группы офицеров».

Я перебралась через бардак на полу его спальни и взглянула на экран. В конце концов произнесла:

– Не особенно приятно.

Секретарь военной организации партии в Одессе на Пересыпи, один из организаторов Союза социалистической рабочей молодежи и его боевой дружины, начальник отряда Красной гвардии, «участвовал с ним в боях за Советскую власть в Одессе в ноябре 1917 г. и в январе 1918 г.» (из автобиографии).

Фредди действительно попросил вернуть колье. Но ответы получил ужасные.

Участник Гражданской войны. Комиссар кавалерии 3-й Украинской армии, начальник боевого участка Поворино на Царицынском фронте (март — август 1918), «работал в качестве военного представителя при Одесском Советском Генеральном Консульстве (германская оккупация), был арестован со всем составом Консульства и после месячного сидения в тюрьме — был со всем Консульством выслан в РСФСР», — из автобиографии (август — октябрь 1918).

«Какого хрена? – было написано в одном. – Ты обвиняешь нас в воровстве?» И: «Я не хочу никогда больше возвращаться в твой дом. Те рисунки с голыми людьми странные. Твоя мать, наверное, извращенка».

– А чего ты ожидала? – спросил Фредди. – Я говорил папе, что так и случится. Теперь они все меня ненавидят.

Начальник Московского окружного военного контроля (т. е. военной контрразведки округа) (октябрь — декабрь 1918), старший помощник начальника штаба 58-й дивизии на Деникинском фронте (май — ноябрь 1919), был ранен. Начальник оперативной части штаба, начальник штаба 58-й дивизии, командир и комиссар Отдельной кавалерийской бригады Южного фронта (февраль — декабрь 1920). Несколько дней в августе 1920 г. временно исполнял обязанности начальника оперативного (агентурного) отделения Региструпра. Принимал участие в подавлении Кронштадтского мятежа (март 1921), начальник штаба 187-й бригады. Помимо ордена награжден также именными золотыми часами от имени Петроградского совета и верховой лошадью, полученной «в подарок от тов. Троцкого за взятие города Кронштадта». Начальник Одесского укрепрайона (май — сентябрь 1921).

– Но кто-то же взял колье.

«Я знаю Семена Петровича УРИЦКОГО с 1921 г. Познакомился с ним во время моего полпредства за границей в Праге, куда он был командирован в качестве военного атташе» (Мостовенко П.Н., 03.11.1932). В распоряжении РО — РУ Штаба РККА (май 1922 — май 1924), возглавлял нелегальную резидентуру во Франции, где осенью 1923 был арестован. После освобождения он выехал в Германию и поступил в распоряжение резидента А.К. Сташевского. «Работал на нелегальной работе за рубежом. Будучи провален в одной стране, переехал и продолжал работу в другой» (из автобиографии).

– Не мои друзья. Или, вернее, не люди, которые когда-то были моими друзьями.

– Тогда не очень-то они добрые, да?

Вернувшись из-за рубежа, он занимает ряд должностей в войсках и военно-учебных заведениях: помощник начальника Московской пехотной школы им. М.Ю. Ашенбреннера по учебно-строевой части (май 1924 — январь 1925), начальник и военком Одесской пехотной школы (январь — ноябрь 1925), начальник и комиссар Московской пехотной школы им. М.Ю. Ашенбреннера (ноябрь 1925 — июнь 1927), командир и комиссар 20-й стрелковой дивизии Ленинградского ВО (июнь 1927 — январь 1929), заместитель начальника штаба Северо-Кавказского ВО (январь 1929 — май 1930), «руководил боевыми действиями против кулацких горских банд». Командовал 8-м (май — ноябрь 1930) и 6-м (ноябрь 1930 — июль 1931) стрелковыми корпусами Украинского ВО, был начальником штаба Ленинградского ВО (июль 1931 — август 1932), командиром и комиссаром 13-го стрелкового корпуса Приволжского ВО (август 1932 — январь 1934). Побывал в Германии во главе военной делегации (1932–1933), уже после прихода Гитлера к власти, с последней группой командиров РККА находился на учебе в Штутгарте (март — июнь 1933). Заместитель начальника Управления механизации и моторизации РККА, которое спустя год было преобразовано в Автобронетанковое управление (январь 1934 — апрель 1935). Член Всесоюзного общества старых большевиков с 1934 г.

– Ты ведь не понимаешь? Как я могу снова показаться в школе?

Начальник Разведывательного управления РККА (15.04.1935—09.06.1937).

– Твой папа очень расстроен. Это колье много для него значило.

Последняя перед арестом должность — заместитель командующего войсками Московского ВО (июнь — сентябрь 1937).

– Знаю. Ты постоянно об этом твердишь. Но я не могу вернуть его. А теперь, мам, пожалуйста, оставь меня в покое.

Репрессирован 01.11.1937. Реабилитирован 07.03.1956.

Он вернулся в свою комнату, и я снова услышала, как задвигается засов.



Мне казалось, что меня распиливают пополам. Сердце болело из-за потери Тома, но и Фредди было жаль. Он совершил глупую ошибку и теперь лишился друзей. Я знала, каково это. После того последнего телефонного звонка Оливия ни разу не попыталась со мной связаться. А ведь я ее прикрывала – даже притворилась удивленной, когда Том сказал про ее уход. Честно говоря, в какой-то степени я чувствовала себя использованной. Я думала, что что-то значила для нее.

Свое мнение о переменах в руководстве РУ РККА высказал состоявший тогда для особо важных поручений при наркоме обороны СССР Г.М. Штерн в письме полпреду в Монголии (и бывшему заместителю начальника РУ) В.Х. Таирову (Особо секретно. Только лично, 25.04.1935): «Вы знаете, конечно, что Старика освободили от работы в Управлении. Как будто там были еще разные неприятности, да и вся обстановка складывалась так, что уход его был логическим исходом. Назначен Урицкий. Он способный человек, но будет ли лучше, очень сомневаюсь. Вы же лучше всех знаете качества Старика, которые вообще найти и возместить трудно… Уход Старика обставлен был в общем неплохо — К.Е.[Ворошилов] написал ему очень теплый приказ, где назвал его «одним из лучших людей в Красной Армии», наградили его золотыми часами; а в общем очень жаль — чудеснейший человек — Старик. Жаль и его исключительного опыта этой работы… Куда пойдет теперь Старик — также еще неизвестно. Говорили, что, наверно, пойдет Начпуокром [начальником политуправления округа]. Пока основательно передает дела и затем в отпуск, так как здоровье его также весьма неважное».

Предательство друга может быть таким же болезненным, как и предательство мужа. Не то чтобы Том когда-нибудь делал что-то подобное. Он был не из таких.

Фредди по-прежнему сидел в своей комнате, когда приехал агент по недвижимости.

– Простите, здесь слегка не прибрано, – произнесла я извиняющимся тоном, заметив, что молодая пара морщит нос от запаха пота в комнате моего сына. Мужчина нес в слинге младенца. Том так же носил Фредди в те дни, когда тот был милым малышом. Если бы только мы могли вернуться и начать все сначала.

«Туча с Запада»

Вскоре пара ушла.

Причиной написания вышеприведенного письма стало, видимо, обращение Таирова к Ворошилову, в котором речь шла о необходимости учитывать угрозу СССР со стороны Германии. Нарком в это время был болен и попросил Штерна ответить полпреду. И тот заверил Таирова, что ему беспокоиться не о чем: «В нашей работе крепко учитывается сейчас «туча с Запада». Берлинская сволочь вооружается во всю и держит себя очень самоуверенно. Лично думаю, что раньше 37 года вряд ли что им удастся, но учитывать эту угрозу надо крепко. И, не смея сказать больше, должен Вас утешить, что учитывают».

– Очень помогло бы, если бы вы смогли привести в порядок ту третью спальню, – сказал на следующий день агент по недвижимости, когда позвонил сообщить, что покупатели нашли другой вариант.

Согласно документам, Разведупр действительно и тогда не обходил Германию своим вниманием и имел там свою агентуру. Вот лишь некоторые факты.

Да, было бы неплохо. Но я не могла ничего гарантировать. Нет, если Фредди откажется прибираться или впускать меня.

Незадолго до этого Я.К. Берзин докладывал наркому обороны СССР (26.11.1934): «…главной официальной идеей гитлеровского рейхсвера является подготовка к войне на востоке. Одним из активных сторонников подготовки войны на востоке в союзе с Польшей является генерал Рейхенау». (Генерал-майор, затем генерал-лейтенант Вальтер Рейхенау в 1933–1935 гг. начальник министерского управления (управления вермахта) в министерстве рейхсвера Германии.)



И через месяц (26.12.1934) новая, более подробная информация: «Подготовка Германии к войне с СССР. В конце ноября с.г. от ИНО ГУГБ было нами получено сообщение, что «кроме национал-социалистов на точку зрения необходимости для Германии внешней войны стала организация «Дейч-Национал». Временно против войны военный министр Бломберг и начальник ген. Штаба генерал Фрич. За войну весной 1935 г. стоят Рейхенау и Геринг. Предполагается выставление заслона против Франции и основной удар на Восток в двух вариантах:

Ужасная, напряженная атмосфера, которая установилась в нашем доме, просто не желала исчезать. Что-то вот-вот произойдет. Разве наш переезд изменил бы Фредди? Или отношение Тома. Мы еще чаще ссорились. Говорили одно и то же. Снова и снова.

– Я не понимаю, почему ты не стала строже с ним, – сказал муж на следующей неделе. Мы закончили обедать в столовой. Я приготовила вегетарианскую лазанью. Фредди отказался есть с нами и вернулся в свою комнату.

1) На Балканы с втягиванием Италии и при нейтралитете Польши;

После комментария мужа мне захотелось закричать от гнева. Неужели Том ожидал, что я взмахну волшебной палочкой или сделаю нашему сыну лоботомию? Фредди такой, какой есть. Оставалось надеяться, что однажды мальчик повзрослеет.

2) Против СССР неожиданно и одновременно с Японией, с десантом в Прибалтике, с поддержкой со стороны Финляндии и втягиванием Польши на стороне Германии.

Рейхенау и Геринг считают армию готовой к марту — маю 1935 г.».

Проверка этих сообщений была поручена нашему серьезному агенту. Вот результат проверки, произведенной этим агентом.

– Ты не можешь и дальше его опекать, – продолжал Том, барабаня пальцами. Когда мой муж начинал разглагольствовать, его было не остановить. Он обращался со мной словно с одним из своих подчиненных. – Ему нужен тот, кто заставит его взяться за ум. На мой взгляд, ответ только один. Школа-интернат.

«Сегодняшнее руководство Рейхсвера (Бломберг — Рейхенау) вполне восприняло внешне-политическую установку Гитлера — Розенберга о необходимости войны с СССР и в этом направлении идет подготовка Рейхсвера. Рейхсвером разрабатывается только северо-восточный вариант войны, т. е. совместно с Польшей и Финляндией, с германским десантом в Прибалтике. Существует полная договоренность с ген. штабами Финляндии и Польши в том направлении, чтобы начать войну только после того, как японцы нападут на СССР. Рейхсвер считает, что Франция по внутри-политическим мотивам останется нейтральной. Что касается вопроса, когда Германия будет готова к войне, то это не играет существенной роли. Вполне готовой ни одна армия никогда не бывает. Существуют, правда, разногласия в вопросе о том, когда армия будет относительно готовой. Сухопутные генералы считают, что армия будет готова лишь через 3 года (недостаток тяжелой артиллерии и боевых припасов), а Геринг и авиационное начальство считают, что можно начать войну — при выгодной общеполитической ситуации для Германии. И в этом случае, т. е. при военном столкновении между СССР и Японией, отпадут разногласия между Герингом и Фричем относительно готовности армии, так как и последний, в случае войны на Дальнем Востоке, тоже за войну против СССР».

– Ты хочешь отослать нашего сына? – Я охнула.

Далее приводятся сведения о некоторых донесениях из Германии, которые Разведупр представил в 1934–1935 гг. руководству РККА:

– Так говоришь, будто я предлагаю отправить его в Сибирь.

29.08.1934: «Полученные в августе 1934 г. документы позволяют довольно точно определить фактический состав скрытых германских военно-воздушных сил».

– Но ты же сам ненавидел интернат. И Хьюго тоже. Погляди, что с вами там стало.

15.09.1934: «Добытый ИСУ РККА документ по германскому воздушному флоту «Организация управления ВВС». Источником этих сведений мог быть ответственный сотрудник имперского министерства авиации Гейнике Мюллер. Он сотрудничал не только с советской, но и с французской военной разведкой. Как ее агент он и был арестован в 1935 г. Его связь с Москвой осталась неизвестной для германской контрразведки.

– С тех пор школы изменились. Я кое-что изучил. Смотри.

08.10.1934: Сводка сведений по внешней политике Германии на 4.10.34 г. «Агентурные сведения, заслуживающие доверия, исходят из руководящих кругов штурмовых отрядов»; «Сводка важнейших секретных приказов по штурмовым отрядам (С.А.)»; Приказы по С.А., 15–22.09.1934 г.

Он встал, на минуту вышел из комнаты, а затем вернулся и сунул мне брошюру.

02.11.1934: «По сведениям из достоверного источника, министерство рейхсвера разрабатывает план мобилизационного развертывания рейхсвера. Согласно этого плана, в случае объявления войны, вооруженные силы Германии будут доведены до 84 пехотных дивизий (252 пехотных полка)».

– Там хорошее художественное отделение. Фредди понравится. И, давай будем честны, это поможет и нам как паре.

14.11.1934: Статьи о Красной Армии в германском журнале «Дейче Вер», напечатанные в октябре 1934 г. «…нами было получено агентурным путем донесение германского военного атташе в Москве, выражающего недовольство первой статьей в «Дейче Вер», искажающей факты и дающей, по мнению военного атташе, совершенно неправильную оценку Красной Армии. Новое в обеих статьях заключается в том, что по разному расценивая боевую мощь РККА, они рассматривают последнюю в качестве вероятного противника, которого надо изучать. Раньше в официальной военной прессе это не отмечалось».

Слезы защипали мне глаза.

16.11.1934: «Представляю перевод доклада германского военного атташе в Варшаве генерала Шиндлера от 22.9.34 г.».

– Фредди переживает подростковую стадию, – сказала я. – Он не такой уж плохой. Просто принял несколько неверных решений, как и мы с тобой, когда были моложе.

19.11.1934: «При сем представляю перевод донесения, исходящего от хорошо осведомленного источника, близкого к руководящим кругам рейхсвера, о внутреннем и внешнем положении Германии».

Рот Тома сжался.

– Просто? Так ты это называешь?

26.11.1934: «При сем представляю агентурное донесение, излагающее беседу нашего агента с начальником штаба V (Штутгарт) военного округа рейхсвера. Заслуживает внимания тот факт, что руководство рейхсвера внушает командованию западного военного округа мысль о необходимости экспансии Германии в сторону Франции, тогда как главной официальной идеей гитлеровского рейхсвера является подготовка к войне на востоке. Одним из активных сторонников подготовки войны на востоке в союзе с Польшей является генерал Рейхенау».

– Вспомни, что ты делал в школе с тем мальчиком, Чэпменом, – напомнила я. – Это хуже украденного колье.

07.12.1934: Разведупром получены из Берлина «от проверенного источника» копии секретных приказов по штурмовым отрядам за октябрь 1934 г.

Он поморщился:

08.12.1934: «Разведывательным Управлением РККА получено из Германии от проверенного агента следующее агентурное донесение: Берлин, 4.XI.34. Съезд руководителей штурмовых отрядов и положение в охранных отрядах (S.S.)».

– Как ты можешь поднимать эту тему?

19.12.1934: «При сем представляю перевод приказа по группам штурмовых отрядов, свидетельствующий о том, как далеко зашло сближение между Германией и Польшей. Документ получен от хорошо информированного источника».

– Но ведь это правда, Том. Я знаю, что с Фредди нелегко, но мне невыносимо думать, что я буду просыпаться каждое утро и не смогу видеть нашего сына. Все равно что жить без половины себя.

20.12.1934: «Представляю следующие сведения, которыми располагает австрийская разведка», речь в них идет о сотрудничестве Японии с Германией и Польшей.

– Не драматизируй.

21.12.1934: «Разведывательным Управлением РККА получен из Берлина от серьезного источника конспект военного совещания, состоявшегося 30 октября в Берлине в присутствии большинства немецких военных атташе».

– Я не драматизирую. Все так и есть. А если он там подсядет на наркотики?

– Вряд ли он здесь их чурается. Кроме того, я спрашивал об этом, у них политика абсолютной нетерпимости.

23.12.1934: «По сведениям, полученным нами от источника, заслуживающего доверия, в рейхсвере приступлено к формированию моторизованных и механизированных частей и соединений. Все вновь формируемые моторизованные и механизированные части в целях лучшего управления и боевой подготовки, по-видимому, объединяются в мирное время в моторизованный корпус». Резолюция К.Е. Ворошилова: «Следить и своевременно докладывать, очень интересно. КВ 25/XII 34 г.».

– Ты с ними уже говорил?

29.07.1935: Справка о немецком разведывательном танке, составленная по данным агентуры и прессы.

Том принял защитную стойку.

21.08.1935: Сведения, полученные из Берлина о «дезинформационной работе немцев за границей», где речь идет о «планах верхушки Рейхсвера, предполагающей якобы совершить переворот и установить военную диктатуру».

– Хотел узнать больше, прежде чем обсуждать это.

23.10.1935: Донесение «одного нашего источника о военных приготовлениях Германии на литовской границе»; «второе бюро французского генштаба в середине октября получило подробные сведения относительно военных приготовлений Германии на литовской границе».

– Обсуждать что? – раздался голос Фредди.

14—15.11.1935: Копия письма германского МИД от 05.07.1935 г. своему посольству в Лондоне о западноевропейском воздушном пакте.

Должно быть, я не услышала, как он спустился. Взгляд сына упал на брошюру в моей руке.

17.11.1935: «Документальный материал, полученный нами от проверенного агента и содержащий сведения по дислокации сухопутной германской армии на 1935/36 гг.».

– Школа-интернат? Вы хотите избавиться от меня?