Федоров задумчиво кивнул и предложил:
- Надо бы нам поговорить всем вместе. Откровенно. У любого может быть кусочек истории, который кажется неважным, но при этом имеет огромное значение. Только сложив их вместе, мы сможем увидеть картину целиком.
Эта мысль показалась Диане здравой, Соболев тоже спорить не стал, а охранник Игорь - тем более. Однако собрать всех на общей кухне удалось только сорок минут спустя: пришлось ждать, когда горничная закончит уборку, а Ткачева рассчитается с ней и проводит. Благодаря этому Диана успела заскочить к себе и взять из сумки протеиновый батончик и банку лимонада без сахара. Желудок, привыкший к более здоровой и разнообразной пище, был несколько недоволен, но ему пришлось смириться.
- Каждый из нас так или иначе оказался втянут в странные события, которые происходят на этом озере, - объявил Федоров, когда все наконец собрались.
Они с женой сели за один столик, а Савин и Диана предпочли разместиться каждый за своим. Диана к тому же попыталась сесть ближе к выходу, но вставший у двери охранник лишил ее стратегию смысла. Соболев и вовсе остался стоять, расслабленно прислонившись к кухонному шкафчику.
- Каждый что-то знает, выяснил, видел, слышал или пережил, но полной картины нет ни у кого. Однако здесь гибнут люди, и прежде чем пострадает кто-то еще, мы должны попытаться это остановить. Для этого нам придется быть откровенными друг с другом. События последних дней всем присутствующим известны: убийство, обвинения в адрес Юли, мои рисунки, участие Дианы в происходящем, исчезновение Даши. Возможно, триггером стал визит Даши и Дианы в начале недели: они навещали Катю здесь, в этой гостинице, и нашли в обычно запертом подвале плеер с двенадцатью записями.
- Добавлю, что я даже не знала про этот подвал, - тихо вклинилась Ткачева. - На схеме здания, которую я видела, его нет. Я всегда считала, что за той дверью какой-нибудь... чулан или кладовка. А чаще всего вообще о ней не помнила. И того, что у меня нет от нее ключа, даже не заметила.
Федоров кивнул, подтверждая, что эта деталь может быть важной, и продолжил:
- Хронологию, я думаю, тоже все знают и помнят, но есть несколько моментов, которые раньше не упоминались в общем разговоре, поэтому я повторю ее с их учетом. Значит, в понедельник все три девушки были здесь, зашли в подвал, нашли шкаф и плеер. Шкаф не трогали, а плеер забрала Даша. Что-то еще в тот день произошло, о чем вы раньше не упоминали?
Он, конечно, не посмотрел на нее, но Диана все равно поняла, что вопрос обращен к ней. Уже хотела мотнуть головой, но тут вспомнила:
- Нас едва не заперли в подвале. Точнее... мы все сошлись на том, что слышали, как в замочной скважине дважды провернулся ключ, но дверь потом легко открылась. Катя сказала, что это игра воображения, а я решила, что она прикалывается над нами с помощью кого-то из друзей. Теперь я думаю, что, возможно, нас собирались запереть, но в последний момент передумали.
- Из-за чего? - поинтересовался Соболев.
Диана пожала плечами.
- Как раз приехал курьер с картинами. Может, этот человек услышал шум двигателя?
- Вполне вероятно, - согласился Федоров. - Больше ничего странного?
- Картин привезли на одну больше, чем Катя ожидала, но курьер заверил, что ничего лишнего не выгрузил, да и мест на стенах хватило каждой. Пожалуй, это все.
- Хорошо. Насколько я понимаю, Даша включила плеер только в среду. Обнаружила двенадцать записей и по совету Дианы прослушала их. После чего написала: «Тут что-то странное». И больше на связь не выходила.
- В тот вечер она куда-то ушла, - педантично добавила Диана. - Возможно, вскоре после нашего разговора. Вернулась, по словам матери, огорченная. На следующий день снова ушла и больше дома не появлялась. Но перед этим написала в своем ежедневнике: «Озеро. Катя!»
- В среду или в четверг? - снова заинтересовался Соболев.
- Не знаю.
- В четверг, - перехватил инициативу Федоров, - когда Даша ушла и больше не вернулась, произошло еще несколько событий. В гостиницу приехала Юля. Рассчиталась с Катей, проводила ее и заперлась, дожидаясь меня. К сожалению, я был вынужден остаться в Москве, поэтому отправил сюда Игоря.
Он сделал паузу, словно предлагая другим ее наполнить, и Ткачева воспользовалась возможностью:
- Когда провожала Катю, я видела в темноте среди кустов чей-то силуэт. Убедила себя, что мне просто показалось. Чуть позже, перед самым приездом Игоря, где-то на этаже звонил телефон. Несколько раз, словно кто-то настойчиво пытался дозвониться. Я хотела его найти, но звук шел из-за запертой двери. Мне послышались за ней чьи-то шаги и показалось, что кто-то дергал ручку изнутри. А потом входная дверь оказалась распахнута. Я решила, что в гостиницу кто-то забрался. К счастью, как раз появился Игорь. Он все осмотрел и никого не нашел.
- Кроме подвала, - настойчиво уточнила Диана. - Потому что от него не было ключа.
Ткачева кивнула, не глядя на нее.
- Все это произошло около восьми - девяти вечера? - предположил Федоров.
Ткачева и охранник согласились, и он снова обратился к Диане:
- А во сколько вы слышали странные звуки из колонки?
- Уже после полуночи. Сначала я слушала музыку, пыталась связаться с Дашкой. Хотела узнать, что там у нее с плеером... И вообще, поговорить хотелось. Но она так и не ответила. Я уже собралась ложиться спать, когда вместо музыки из колонки раздался шелест листвы и скрип деревьев. Знаете, как лес на ветру шумит? Вот такие звуки. Потом ухнула сова или филин, кажется, даже крылья захлопали. А потом кто-то стал ломиться в дверь моей квартиры. Я посмотрела в глазок, но сначала никого не увидела. Зато в следующий раз там кто-то был и как будто пытался смотреть в глазок со своей стороны. Ручку двери тоже дергали. И еще как будто скреблись. Но потом все просто стихло. И как раз началась гроза.
- Примерно в то же время я слышала шаги за дверью своего номера, - подхватила Ткачева взволнованно. - И кто-то постучал. Я думала, Игорь, мы ведь тут вдвоем были, но он на приглашение войти так и не ответил. А когда я открыла дверь сама, в коридоре было пусто. Потом погас свет: пробки выбило. И...
Она осеклась, тяжело сглотнула, но все-таки закончила:
- Мне снова показалось, что я видела чей-то силуэт в холле, когда вспыхнула молния.
- Тот же, что и в кустах? - полюбопытствовал Соболев.
Ткачева сначала мотнула головой, потом пожала плечами.
- В холле точно был женский, а в кустах, кажется, мужской, но с последним я могу ошибаться. Было темно. Потом из своей комнаты вышел Игорь. Я хотела показать ему щиток, но тут приехал Денис...
Она повернулась к Савину, а Диана продолжала смотреть на Федорова, поэтому увидела, как едва заметно дернулись его губы, на секунду сжимаясь в тонкую линию и выдавая недовольство или напряжение.
- Господин Савин заявил, что таксист привез его сюда случайно: заблудился. Что на самом деле он ехал в центр Шелково, в гостиницу, в которой утром у него было назначено выступление.
Савин выслушал этот комментарий и бросил быстрый взгляд на Диану. Он явно понял, что Федорову известна истинная причина его приезда, но так ничего и не сказал. А Федоров почему-то не спросил. Вместо этого продолжил:
- В пятницу утром Диана получила сообщение от Кати. Та уверяла, что поехала на озеро на встречу с Юлей. Как мы теперь знаем от Андрея, на самом деле встречу ей назначила Даша.
- Или кто-то от ее имени, - возразил полицейский. - Общение шло через текстовые сообщения, их мог написать любой, у кого имелся доступ к телефону Даши. В сообщениях также есть просьба никому не говорить правду о том, с кем Катя встречается. Особенно Диане.
- В то же утро я нарисовал Катю на качелях с проводными наушниками и плеером. Предположительно тем самым, который был у Даши. К тому моменту Катю уже убили, а Юля нашла ее тело: вскоре мне позвонил Игорь и сообщил, что мою жену задержала полиция. Перед тем как было найдено тело Кати, Юлина колонка тоже издавала странные звуки, но другие: вздохи, всхлипы, потом что-то похожее на выстрел. После Юле померещилась на берегу девушка, но тут же исчезла. Это напомнило ей о кошмаре, который приснился той же ночью: в нем неизвестная девушка утопилась в озере.
- Во сне она просто шла в воду, - пояснила Ткачева. - Пока та не накрыла ее с головой. Я решила посмотреть, что происходит на берегу, а в итоге нашла Катю.
- И что интересно, при ней не было найдено ни плеера, ни наушников, - заметил Соболев.
- Наушники нашла я, - неловко призналась Диана. - Они лежали в траве под скамейкой. Их, видимо, просто не заметили.
- Но плеера там не было? - уточнил полицейский. И когда Диана покачала головой, он посмотрел на остальных. - Никто плеер не находил? Тогда его, вероятно, забрал убийца.
- Давай пока оставим в стороне вероятности и ограничимся фактами, - чуть недовольно попросил Федоров. - А факт в том, что на сообщение об убийстве сюда приехал некий Карпатский и тут же обвинил во всем Юлю. К счастью, мне с адвокатом удалось забрать ее из полиции. Кажется, в пятницу больше ничего не случилось?
- Я все-таки пошла на лекцию Савина, - вставила Диана. - А после решила поехать на озеро, выяснить, куда пропала Катя. И он попросил его подвезти. Якобы таксисты сюда не хотят ехать.
- Это был просто предлог, чтобы познакомиться поближе! - чуть раздраженно пояснил коуч. - Вы запомнились мне по нашему общению на лекции.
Диана только пожала плечами, как бы говоря, что могло быть и так.
- Вы вообще любите предлоги, связанные с таксистами, - хмыкнул Федоров. - Но занимательно не это, а то, что вы решили остаться до следующего утра. И ночью мы с Юлей уже вместе слышали шаги за дверью. А еще в комнате наверху. Мы с Игорем снова проверили гостиницу, но опять никого не нашли. Зато утром я нарисовал портрет Дианы.
Ей показалось, что Ткачева хотела что-то добавить к его словам, но Федоров вдруг коснулся жены рукой, и та резко передумала.
- Мы решили ее поскорее найти, опасаясь, что она может стать следующей жертвой. На наше счастье, Диана сама приехала на озеро, ее заметил господин Савин и привел к нам. И в это же время произошло еще одно важное событие. Юля встретила женщину, живущую неподалеку, и та рассказала ей занимательную и якобы правдивую историю. О доме, стоявшем на берегу этого озера в конце девятнадцатого века, и семье, в которой когда-то служила ее прабабка. По ее словам, однажды летом из дома одна за другой исчезли четыре женщины. Началось все с хозяйки, а закончилось дочерью ее гостьи. И прабабка якобы видела, что эта последняя девушка включила фонограф и под его звуки ушла в озеро, как девушка в Юлином сне. Что именно звучало на записи, мы не знаем, поскольку женщина та была глуха.
- Хозяин забрал детей и больше не возвращался в свой летний дом, - добавила Ткачева. - А тот ровно через год сгорел. На пепелище нашли обгоревший труп неизвестного мужчины.
- А мы этим утром нашли в подвале коробку, в которой среди прочего лежит антикварная посуда, предположительно серебряная и словно побывавшая в пожаре, и цилиндр фонографа, - удивленно протянул Соболев.
- Да, но до этого мы еще дойдем, - поморщился Федоров. Ему явно не нравилось, когда полицейский нарушал хронологию. - Этой ночью я нарисовал еще кое-что.
Ткачева взяла лист бумаги, лежавший перед ними на столе, и продемонстрировала остальным. Диана разглядела на рисунке окно, похожее на окна в коридоре, а за ним три фигуры под дождем. По спине у нее пробежала толпа мурашек: до того силуэты походили на тень, приближавшуюся ночью к заброшенному дому.
- Юля также утверждает, что я сказал ей, будто эти фигуры действительно находятся за окном, просто она их не видит. Я этого не помню. Вообще не помню, чтобы просыпался ночью. Пока она сама меня не разбудила.
- А что мне оставалось? - проворчала Ткачева. - Ты все это выдал и просто лег в постель. А мне было страшно.
- Я понимаю, - мягко заверил ее муж. - Расскажи про голос из колонки.
- Голоса. Их было три. Я слышала их, пока Влад рисовал. Они называли цифры. По-моему, одни и те же, но я не уверена на сто процентов.
- Вы помните, какие именно? - заинтересовался Савин.
- Нет, но я записала их на диктофон. Запись включила, когда заговорил второй голос, и записанная часть второй последовательности полностью совпадает с концовкой третьей. Вот эти цифры.
Ткачева передала Савину другой листок, размером поменьше и в клетку. Тот, изучив, протянул его Диане. Она взглянула на последовательность: «2 9 2 1 8 4 7 2 5 7 1 9 0 1». Цифры ей ни о чем не сказали. И поскольку ни охранник Игорь, ни полицейский Соболев не проявили интерес к листочку - вероятно, уже видели, - Диана вернула его Ткачевой.
- Стало быть, три фигуры, три голоса и последовательность из четырнадцати цифр, - резюмировала она. - И что это значит?
- К версиям и теориям мы скоро перейдем, - пообещал Федоров. - Но сначала еще несколько важных фактов, которые наверняка имеют значение. Как мне рассказал сегодня капитан Соболев, Катя Осипова не первая девушка, погибшая от рук неизвестного на этом озере. Андрей, расскажи еще раз об убийствах. Если можно, поподробнее.
Услышав эту просьбу, Соболев полез в карман джинсов за смартфоном и, по всей видимости, открыл на нем какие-то заметки, содержавшие необходимые подробности.
- Осипова стала седьмым известным нам случаем. Первый произошел в две тысячи третьем году, второй - в седьмом. А потом были убийства в десятом, двенадцатом, четырнадцатом, шестнадцатом... И вот, в пятницу. Речь вряд ли идет о серии. При схожем типаже жертв разнятся способы убийства. Первую девушку сначала душили, потом утопили, да так и оставили: на берегу, лицом в воде. На теле второй обнаружены множественные ножевые ранения, ее спрятали в кустах, где она и истекла кровью. Оба убийства похожи на спонтанные, во втором случае убийца явно был в ярости.
- В первом тоже, - заметил Савин. Его голос вдруг потерял все краски, и Диана поняла, что он уже мысленно поставил свою подругу в этот ряд. - Убийство не планировалось, поэтому совершено голыми руками. Что-то вывело человека из себя, но сил задушить жертву ему - или ей - не хватило. Пришлось топить. Это не короткая вспышка злости и не холодный расчет. Это длительная ярость.
Соболев кивнул, теперь посмотрев на Савина с большим интересом. Однако расспрашивать об источниках его знаний не стал, продолжил рассказ:
- В десятом году жертва разбила голову о камень при падении. Не исключено, что это был несчастный случай, возможно, ссора с трагичным исходом, но виновного так и не нашли: знакомые и родственники утверждали, что у девушки был любовник, но никто его не знал. Возможно, она встречалась с женатым мужчиной, поэтому скрывала его. В двенадцатом и четырнадцатом - снова ножевые ранения, но не было ярости, как в седьмом, и между собой случаи не особо похожи: разные ножи, разные ранения, в четырнадцатом к тому же у жертвы забрали кошелек, смартфон и украшения.
- Убийство с целью ограбления? - предположила Ткачева.
Соболев кивнул, но вслух все же уточнил:
- Или его имитация, но первое вероятнее. В шестнадцатом - убийство на почве неразделенной страсти, убийца найден, сознался, сидит. Дальше все стихло на пять лет, пока в эту пятницу не убили Осипову. Если только кому-то не известно что-то, чего не знает местная полиция.
И он вопросительно посмотрел на Савина, давая понять, что причина его приезда на озеро не такая уж и тайна.
- Да знает все местная полиция, - глухо отозвался тот. - Только не записала случившееся как убийство. Софу до сих пор считают пропавшей без вести, потому что тела нет. Ни тела, ни возможного места преступления. Кто-то из полицейских даже активно намекал, что она могла просто сбежать, бросив машину и смартфон... Видимо, статистику портить не хотелось.
- Ну так-то все правильно, - пожал плечами Соболев. - Нет тела - нет дела. Если нет достаточных оснований считать человека мертвым, он считается живым. Как я понимаю, ваша подруга пропала три года назад, то есть, в восемнадцатом году?
Савин только молча кивнул.
- Сколько ей было лет в тот момент?
- Двадцать девять.
- Немного выбивается по возрасту. Но это только лишний раз доказывает, что мы имеем дело не с маньяком, а со странной закономерностью.
- А до две тысячи третьего года похожих случаев не было? - поинтересовалась Ткачева.
- У Карпатского хранятся только эти шесть. Точнее, теперь семь. Я успел проверить последние пять лет и пять лет до первого случая, но ничего похожего не нашел. Вероятно, все началось именно в третьем году.
- Нет, это началось раньше, - возразила Диана. - В конце восьмидесятых произошло нечто похожее. В доме на озере жила женщина с восьмилетним сыном. Все шло нормально, пока однажды она вдруг не убила свою соседку. Сама после этого исчезла, сына бросила в доме с трупом. И, кажется, тогда еще одна соседка пропала, ее тоже так и не нашли, но что с ней случилось, никто не знает.
- А вам откуда все это известно? Речь ведь о том доме, где я вас вчера встретил? Вы поэтому ходили туда?
Вопрос задал Савин. Теперь он смотрел на нее как-то иначе. Диана никак не могла отделаться от ощущения, что история была ему известна до того, как она ее рассказала, но, возможно, в ней говорила прежняя предубежденность.
- Нет, все это я узнала только сегодня ночью, - со вздохом призналась она. - От майора Карпатского.
Теперь заметно встрепенулся Соболев: оттолкнулся от кухонного шкафчика и выпрямился, кажется, даже сделал маленький шажок в ее сторону. Однако первым вопрос задал Федоров:
- Вы встречались ночью с Карпатским? Где? И зачем?
Диана опустила взгляд в пол, понимая, что ответ может грозить ей неприятностями, но промолчать все равно не вышло.
- Это вы нашли нож, - догадался Соболев. - В том самом доме, о котором речь. Нашли и отдали Карпатскому посреди ночи, без соблюдения процедуры.
- Я в ваших процедурах не разбираюсь, - огрызнулась Диана, неловко обхватив себя руками. - Я нашла подозрительный объект и сдала его полиции. Разве не так положено поступать?
- Вы все сделали правильно, - мягко заверил Федоров, жестом останавливая возможный поток других комментариев от полицейского. - Хоть и сильно рисковали, когда пошли в тот дом ночью одна. Скажите, вы заметили что-нибудь странное? Рядом с гостиницей или рядом с домом?
Диана с трудом сглотнула, на мгновения снова погружаясь в пугающие воспоминания, активно закивала и тихо выдавила:
- О да... Там был проигрыватель. Старый такой. И много разбитых пластинок вокруг, но нашлась и одна целая. Сама не знаю зачем, я поставила ее, хотя без электричества такие штуки не работают. Но этот проигрыватель вдруг заработал. А на пластинке той были звуки. Все эти звуки.
- Какие? - нетерпеливо подался вперед Савин.
Остальные тоже заметно заволновались, пожалуй, кроме Игоря. Тот с невозмутимым видом продолжал стоять у двери, как будто происходящее его совершенно не занимало.
- Все, что мы слышали раньше, - нервничая, пояснила Диана. - И шум леса, и крик совы, и тяжелое дыхание, и всхлипы. Даже звонок телефона и стук в дверь! Правда, выстрела не было. Как и цифр, но пластинку заело. Она была повреждена. А еще я тоже видела фигуру за окном. Пока звучали записи, она приближалась к дому. Я уже думала, что мне конец, но Карпатский вовремя приехал...
- Так, Диана, успокойтесь, пожалуйста, - попросил Федоров. Его голос прозвучал нарочито негромко. - Постарайтесь перечислить все звуки, которые слышали. В том порядке, в котором вы их слышали.
Она прикрыла глаза и сделала глубокий вздох, пытаясь взять себя в руки, отделить факты от эмоций, услышанное от испытанного.
- Сначала скрип половиц и звук шагов. Но звучало так, словно я слышала их из-за двери. Потом дыхание и всхлипы. Затем стук?.. Нет. Звонок! Вот такой, как Юля описывала раньше: пронзительный. Потом кто-то пел. Мужчина пел, а женщина смеялась. И все это как будто по радио, а не по- настоящему...
- О чем пел мужчина? - осторожно уточнил Федоров. - Какие-то слова запомнили?
- Нет, он пел по-французски, кажется. Вот потом был стук. Точно такой же, как в ночь с четверга на пятницу, когда ко мне кто-то ломился. А потом сова и лес... Или лес и сова? Не помню точно, но последнее, что я слышала, - это лай собак...
- Собак? - переспросил Савин, едва не подскочив со своего места. - Лай собак?
Диана открыла глаза, удивленно покосилась на него и осторожно кивнула. А он вдруг достал смартфон и принялся нервно тыкать в экран пальцем.
- Послушайте. Это похоже на тот лай.
Он включил воспроизведение записи, но сразу передвинул ползунок, давая присутствующим услышать только важную для него часть. Из динамика раздался женский голос: «...не веришь, а без доверия отношения невозможны...» Савин поднял указательный палец, максимально добавляя громкость. Диана прислушалась к звучащему на фоне радио: тихая песенка вдруг растворилась в шипении помех, словно кто-то решил сменить частоту, а когда шипение стихло, вместо мелодии прозвучал лай, от которого в животе стало холодно. Савин чуть отмотал назад, давая ей еще раз послушать последние секунды, а потом остановил воспроизведение.
- Да, очень похоже, - признала Диана тихо.
- Это сообщение София оставила мне в вечер своего исчезновения. Я пропустил звонок, прослушал только утром.
- Похоже, круг замкнулся, - резюмировал Федоров. - Вот теперь пора перейти к вероятностям и версиям.
Глава 22
25 апреля, воскресенье
Гостиница «Медвежье озеро»
Возникшая после слов Влада пауза позволила Юле закончить список: не сразу, но она сообразила записать услышанные Дианой звуки в упомянутой последовательности. Получилось восемь. Шум леса и крик совы Юля пометила стрелочками, отразившими неуверенность в том, какой звук шел первым, какой - вторым. Внизу списка, уже без номеров, она добавила «Выстрел» и «Последовательность цифр». Итого получалось десять. Еще два - и они соберут дьявольский плейлист полностью.
Последовательность из четырнадцати цифр была записана на том же листочке чуть выше. Юля снова посмотрела на нее, неосознанно постукивая кончиком шариковой ручки по бумаге.
Что же означают эти цифры? Пока она не видела никакой закономерности. Соболев предположил, что это могут быть координаты, но поиск выдал точку где-то в Египте. Едва ли далекая страна может быть как-то связана с происходящим на Медвежьем озере.
- Ладно, я начну с очевидного, - заговорил Влад, поскольку никто так и не взял на себя инициативу. - У нас есть набор из двенадцати звуков, который настойчиво возникает то здесь, то там. Я полагаю, что в разное время эти звуки были записаны на цилиндр фонографа, на пластинку и на плеер. Они также периодически прорываются в радиоэфир. Аналогичным образом звучат через беспроводные колонки. Звуки эти заставляют людей, по крайней мере женщин, совершать страшные поступки, но для этого все двенадцать записей необходимо прослушать полностью, одну за другой, потому что с Дианой, услышавшей восемь из них, ничего не произошло. Чего я не понимаю, так это почему в одних случаях мы имеем дело с самоубийствами, а в других - с убийствами.
- А я не понимаю, как последовательность бессмысленных звуков может заставить человека убить - себя или другого уже не так важно, - проворчал Соболев.
- А если звуки не такие уж бессмысленные? - предположила Диана. - Вдруг они что-то означают? Своего рода послание...
- В теории, отвлеченные шумы, заставляющие в себя вслушиваться, могут быть подводкой к погружению в гипноз, - вклинился Савин. - Тогда в конце должен быть записан голос гипнолога и сформулирована определенная команда. Это очень сложно, я лично не сталкивался с таким никогда, но знаю, что это возможно. Заставить человека убить себя - практически нереально, но под гипнозом его можно обмануть. Он не будет понимать, что идет под воду, пока не станет слишком поздно. Заставить человека убить другого еще сложнее, но обман возможен и здесь.
- Тогда мы имеем дело с осознанным вредительством, - с явным сомнением прокомментировал Соболев. - Осуществленным сначала примерно сто двадцать лет назад, потом тридцать с небольшим, а последние без малого двадцать лет повторяющимся каждые два-три года. Как-то это странно.
- Прабабка женщины, рассказавшей мне старую историю, была уверена, что дело было в дьявольской ворожбе, - припомнила Юля, отвлекаясь от цифр. - Вроде как конкурент или завистник отца семейства хотел ему навредить.
- Хочешь сказать, речь идет о колдовстве? - с вызовом уточнил Соболев. - Опять вы за свое?
- Подобный гипноз даже в моем понимании граничит с колдовством, - заметил Савин. - А для малообразованных людей это и вовсе одно и то же.
- А мне вариант колдовства кажется даже более правдоподобным, - с улыбкой заявил Влад. - Это объясняет куда больше: как запись появилась на цилиндре фонографа, потом много лет спустя на пластинке, теперь на плеере...
- Все это технически возможно, - возразил Соболев, неосознанно заговорив громче. - Даже вклиниться в радиоэфир и подключиться к чужой колонке!
- А может ли цилиндр фонографа уцелеть в пожаре? - парировал Влад.
- С чего ты взял, что этот цилиндр был в пожаре? - возмутился Соболев.
- С того, что он лежит в одной коробке с вещами, которые явно в пожаре побывали. Ты сам это сказал. И если у нас в подвале каким-то образом оказался когда-то припрятанный кем-то клад, то добро это было собрано на пепелище сгоревшего дома. Местные ведь приходили туда поживиться. Возможно, не тронутый огнем цилиндр заподозрили в какой-то ценности и закопали вместе с остальным. Отсюда следы песка или засохшей земли. А потом кто-то выкопал этот клад. Может быть, даже и тридцать лет назад. И записи зазвучали вновь...
- Если речь идет о мощном гипнозе, то я очень сомневаюсь, что при попытке переписать звуки со старого цилиндра на пластинку возможно сохранить нужный эффект, - снова вклинился Савин. - Потери в качестве должны быть катастрофическими. Или нужно какое-то очень специфическое оборудование...
- Им не нужно оборудование, - задумчиво возразила Диана. - Мне кажется, они сами могут переходить с одного носителя на другой. Особенно если предыдущий разрушается.
- С чего вы это взяли? - удивился Савин.
- Пластинки. В том доме было много разбитых пластинок.
- Пластинки хрупкие, они бьются, - буркнул Соболев.
Диана упрямо помотала головой.
- Думаю, их разбили, чтобы избавиться от звуков. Тот, кто это делал, понимал, какое влияние они оказывают. Или боялся того существа, что приближается к тебе, пока звучат записи. Но записи появлялись снова на других пластинках. И в конце концов этот человек понял, что нужно просто испортить пластинку, чтобы записи не могли звучать до конца.
- Но цилиндр ведь не разрушен, - язвительно заметил Соболев. - Даже если он поврежден, по этой логике записи должны были остаться на нем и не идти дальше. Как не должны были они потом перекочевать на плеер, раз пластинка по-прежнему цела.
На это Диана ничего не смогла возразить и только пожала плечами. Ей на помощь пришел Влад:
- Возможно, есть еще какое-то условие, при котором записи переходят с носителя на носитель. Фаза луны, атмосферные явления... Или просто временной фактор. Когда звуки предположительно перекочевали с цилиндра на пластинку, фонографы уже вышли из употребления. Возможно, по той же причине позже они перешли на плеер.
- Бред какой-то, - фыркнул Соболев.
- Да, звучит безумно, - согласилась Юля. - Но у нас все равно получается логическая нестыковка. Если можно разбить пластинку, значит, носитель можно уничтожить. То есть цилиндр должен был сгореть в пожаре. Стало быть, тот, что нашли вы, в пожаре не был. Оригинальный это цилиндр или... копия, но на пепелище его найти не могли. И едва ли могли закопать с другими ценностями.
- А если случайно? - не захотел сдаться Влад. - Скажем, кто-то закопал цилиндр, когда понял его опасность и последствия разрушения. А кто-то потом туда же закопал клад.
- Это какое-то специальное место для закапывания? - усмехнулся Соболев.
Влад поджал губы, но спорить не стал: звучало действительно как попытка притянуть факты за уши.
- Ладно, предположим, у нас волшебные убийственные записи, которые могут себя копировать с носителя на носитель не до конца понятным нам способом, - неожиданно продолжил Соболев, хотя было совершенно непонятно, с чего он вдруг согласился с этой версией. - Но почему девушки сто с лишним лет назад утопились одна за другой, а в конце восьмидесятых начали убивать? Как минимум та мать-одиночка из восьмидесятых и, предположительно, Даша.
- И куда они обе делись? - добавила Диана. - А еще непонятно, что случилось со второй соседкой, которая тоже исчезла?
- Может, дело не в девушках? - задумчиво протянула Юля, снова пробегая взглядом по цифрам. - Может, разница в том, кто слушает записи? Скажем, женщин она заставляет убить себя, а мужчин - совершить убийство. Ведь за одно из них сидит именно мужчина.
- Даже если так, не очень понятны события последних тридцати лет, - засомневался Влад. - Даже если мать мальчика и пропавшая соседка, послушав записи, утопились, а убийство совершил мужчина, не попавший в поле зрения полиции... то есть, милиции, как все развивалось дальше? Примерно на пятнадцать лет записи удалось... хм... запереть на пластинке, а потом они опять перешли на новый носитель? И с две тысячи третьего года он сводил здесь мужчин с ума с пугающей регулярностью? Это был уже плеер, о котором идет речь, или тот появился позже?
- Скорее, позже, - предположила Диана. - Он не выглядел так, словно ему почти двадцать лет. Не новый, конечно, но и не очень старый. Мне почему-то кажется, что это плеер вашей подруги.
Она посмотрела на Савина, и тот нахмурился, стиснув зубы.
- Кстати, что она здесь делала? - поинтересовался Соболев.
- Сложно объяснить.
- А вы попробуйте.
- Мы поссорились в тот день, ясно? - раздраженно бросил Савин. - Поссорились - и она уехала. Уехала сюда...
- И у нее был плеер, - настойчиво повторила Диана. - Она использовала его в работе, так вы, кажется, сказали. Кем она работала?
- Психотерапевтом, - теперь голос прозвучал глухо. - Мы познакомились на профессиональной конференции. Вообще-то, психологи и психотерапевты занимаются разным, но определенные пересечения бывают, поэтому иногда нам полезно обмениваться опытом.
- И как именно она использовала плеер в работе? - не понял Соболев.
- Как диктофон. София, среди прочего, работала с зависимостями. И довольно успешно лечила их гипнозом...
- Кодировала,что ли?
- Можно и так сказать. Суть в том, что для уверенности клиентов она записывала сеансы с гипнозом, чтобы те не думали, будто она внушает им какие-то посторонние вещи.
- Она была как-то связана с Шелково? - поинтересовался Влад. - Какие-то друзья, родственники? Может, клиент тут жил? Почему она поехала именно сюда? У нее могла быть назначена здесь встреча?
Савин скрестил руки на груди и невнятно дернул плечами, давая понять, что ему об этом неизвестно. Юле показалось, что он знает больше, чем готов рассказать. И судя по всему, Соболев решил так же, поскольку потребовал:
- Дайте нам прослушать сообщение, которое она оставила вам в тот вечер. Полностью.
Савин вскинул голову, глядя на него то ли со страхом, то ли с возмущением.
- Зачем? Это личное сообщение, в нем нет ничего полезного.
- Полиции три года назад вы так же сказали? Или вообще умолчали об этом?
Савин тяжело сглотнул и опустил взгляд, косвенно подтверждая эту догадку.
- Если вы действительно хотите выяснить, что с ней произошло, вам придется пустить нас в свое личное пространство.
По-прежнему ни на кого не глядя, Савин взял смартфон в руки и включил воспроизведение записи.
Сначала все снова услышали тихую музыку из радиоприемника. Скорее всего, женщина звонила из машины. Послышался взволнованный вздох, и только потом зазвучал голос:
- Привет... Я просто хотела извиниться за резкие слова. Прости, не стоило все это на тебя вот так вываливать. Понимаю, поверить в такое сложно. Но я... надеялась, что ты поймешь. А если не поймешь, то просто поддержишь. И я все же приехала сюда, потому что по-другому не могу. Они не оставят меня в покое, пока я не помогу. Я должна хотя бы попытаться. И я попытаюсь. А нам с тобой стоит все это закончить, потому что ты мне не веришь, а без доверия отношения невозможны...
И вновь зашипело радио, музыка сменилась лаем собак, а женщина торопливо добавила:
- Мне пора. Прости еще раз. Люблю тебя.
На этом запись закончилась, а в кухне на какое-то время повисла тишина. Первым ее нарушил Соболев:
- О чем она говорила? Во что вы не поверили?
Савин продолжал смотреть перед собой. Он потер лоб и тихо пояснил:
- София считала, что слышит голоса мертвых людей. Иногда записывала их все на тот же плеер. По крайней мере, так она сказала мне в тот вечер.
- И вы не поверили? - уточнил Влад.
- А вы бы на моем месте поверили? - с вызовом бросил в ответ Савин. - Все это было только с ее слов! Даже никаких записей у нее на тот момент не оказалось!
- Она хотела, чтобы вы поехали с ней на озеро? - продолжил допытываться Соболев. - Почему?
- Да я ничего толком не понял тогда... Она что-то говорила о мертвых девушках и о том, что плохо слышит их издалека.
- То есть она поехала сюда, чтобы поговорить с мертвыми? - переспросила Диана. - И использовала для этого плеер? Возможно, так записи и попали на него...
- И прослушав их, - тихо добавила Юля, глядя на Савина с сочувствием, - она... вошла в озеро?
Он промолчал, только закрыл лицо руками, то ли пытаясь скрыть свои эмоции, то ли испытывая чувство жгучего стыда.
- И тут снова появляется вопрос, - заметил Влад, переключая внимание на себя. - Мы знаем, что Даша прослушала записи еще в среду, но как минимум в четверг она точно была жива. Почему?
- Она могла недослушать, - предположила Диана. - Она ведь ушла куда-то. Может, ее отвлекли? Даже двух-трех звуков достаточно, чтобы назвать записи странными.
- Возможно, - согласился Влад. - Как думаете, почему она не захотела обсуждать подробности с вами? Почему предпочла назначить встречу Кате? Тайно, на озере... Они были более близки?
- Вообще-то, скорее, наоборот. Мы все знакомы с детства, со школы. И в те годы у нас с Дашей было больше общего. - Диана неловко облизнула губы, но все же продолжила: - Она из многодетной семьи, а я хоть и единственный ребенок, но мои родители и этого позволить себе не могли. У нас было хуже других с деньгами, и мы порой проводили время вдвоем просто гуляя, пока остальные шли в кино или кафе.
Это заявление очень удивило Юлю. Она вспомнила красную Мазду, которая дожидалась свою хозяйку на парковке у гостиницы, и не удержалась от комментария:
- У вас очень хорошая машина.
- Друг подарил, - лаконично пояснила Диана. - Все, что у меня есть, дал мне он.
- Это многое объясняет, - хмыкнул Савин.
Диана проигнорировала его, даже взглядом не удостоила.
- А что касается отношений Даши и Кати... У нас в компании есть парень. Он ухаживал за Катей и имел все шансы на взаимность, а Даша была... кхм, то есть... Даша в него влюблена. Но об этом никто не знает, кроме меня. Даша все это время умело скрывала свои чувства, но старалась не оставаться с Катей наедине. Поэтому я понятия не имею, почему тем утром она захотела встретиться именно с ней.
- Диана, простите, если мой вопрос покажется вам возмутительным, но я должен его задать, - осторожно начал Влад. - Как вы думаете, если бы Даша поняла, что записи на плеере несут в себе некую угрозу, она могла подсунуть их Кате, чтобы избавиться от нее?
Диана мазнула по нему взглядом, тут же отвела его в сторону, поджала губы и в конце концов отрывисто ответила:
- Не знаю. Чужая душа - потемки. Но как она могла это понять? И куда делась? И Катю ведь убили, она не утопилась. Значит, там был кто-то еще. Мужчина, как мы предполагаем. Кто? Данила, в которого они обе были влюблены? Даша дала записи ему, а потом Кате, чтобы он ее зарезал, пока она будет слушать? Это ерунда какая-то!
- Согласен, - вздохнул Влад.
- Может быть, мы вообще зря пытаемся пристегнуть все убийства, происходящие на этом озере, к вашим загадочным звукам? - предположил Соболев. - Может, каждое из них само по себе и никак не связано с воздействием записи?
- Почему мы вообще верим в то, что записи имеют какое-то воздействие на людей? - глухо добавил Савин. Он уже отвел руки от лица, и те теперь лежали на столе, сцепленные в замок. - Да, очевидно, они существуют. Юля их слышала, Диана их слышала, одна даже осталась на моем автоответчике, но у нас нет ни одного факта, который свидетельствовал бы о том, что они как-то влияют на людей. Мы просто приняли на веру старую байку, сами ее додумали и теперь пытаемся этими домыслами объяснить происходящее.
- А ведь он прав, - заметил Соболев. - Давайте попытаемся взглянуть на все иначе. Учитывать только факты. У нас есть звуки, берущиеся неизвестно откуда. У нас есть... семь подтвержденных убийств, случившихся за последние восемнадцать лет. И есть одно неподтвержденное, которое случилось примерно тридцать - тридцать пять лет назад...
- По меньшей мере тридцать два, если это был восемьдесят девятый, - поправил Влад педантично. - По большей - тридцать четыре, если речь идет о восемьдесят седьмом. Восемьдесят шестой - это уже, скорее, середина восьмидесятых.
- Да, - согласился Соболев. - Еще у нас есть исчезновение в восемнадцатом году и основания подозревать исчезновение девочки Даши, совпадающее по времени с убийством девочки Кати. Что еще?
- Коробка, которую мы нашли, - вставил Влад. - Кто-то нарочно оставил эти вещи в подвале, в шкафу, который стоял створками к стене. Думаю, этот же человек подложил туда плеер. Вряд ли его там оставила София. Его бы нашли раньше: строительство здесь тогда активно шло. И для меня неоспорим факт того, что Катя перед смертью слушала записи с плеера, а потом его кто-то забрал. Скорее всего, ее убийца. А еще кто-то или что-то ходит ночью по гостинице и стучит в дверь нашего номера...
Юля оторвалась от бессмысленного созерцания цифр, к которому возвращалась постоянно, и посмотрела на мужа так, словно он только что вручил ей нежданный подарок.
- А еще картина, - пробормотала она.
- Какая картина? - не понял Влад.
- Двадцать первая. Которая не была предусмотрена проектом, но для которой все равно нашлось место. Я тебе говорила о ней: там изображен двухэтажный дом, а место очень похоже на это озеро. И в окне испуганный мальчик. Точнее, он не всегда кажется испуганным, наверное, от освещения зависит. Или от настроения. Но я только сейчас подумала: не может ли это быть отсылкой к тому, что случилось здесь в конце восьмидесятых?
- Картина с домом? - переспросила Диана. - Разве на ней есть мальчик?
- Да, в окне, - улыбнулась Юля. - Я тоже не сразу заметила. Идемте, я покажу.
Она вскочила, но Влад жестом остановил ее и попросил:
- Игорь, принеси сюда картину, пожалуйста.
Телохранитель кивнул и вышел за дверь, а Юля медленно опустилась на стул и недовольно проворчала:
- Могли бы и сами сходить. Чего человека гонять?
- Это его работа, - спокойно отозвался Влад.
- Носить тебе картины?
На это муж ничего не успел ответить: Игорь вернулся и подошел поближе, чтобы изображение было одинаково хорошо видно всем. По крайней мере, всем зрячим.
- И где же мальчик? - первой поинтересовалась Диана.
- Ничего не понимаю, - растерянно пробормотала Юля. - Он был здесь. Я точно знаю...
- А когда вы его видели? - поинтересовался Савин. - Вы сказали, что не сразу заметили, а потом он выглядел по-разному.
- Я заметила его в первую же ночь, - заверила Юля.
- Когда была гроза, в вашу дверь кто-то стучался, а в холле вы видели чей-то силуэт? - уточнила Диана. - В тот момент он выглядел испуганным?
- Нет. Испуганным он был на следующую ночь...
- То есть уже после того, как вы нашли убитую девушку и вас забрали в полицию, - заметил Савин. - Юля, скажите, а та местная жительница, которая рассказала вам про богатый дом, добровольно утопившуюся девушку и исчезнувших женщин... Она не показалась вам знакомой? Не было в ней ничего от того силуэта, что вы видели посреди ночи?
- Вы сейчас на что намекаете? - заволновалась Юля. - Считаете, мне это все мерещится?
Савин безразлично пожал плечами, глядя исключительно на собственные сцепленные на столе руки.
- Понятия не имею, но, вообще-то, я не видел с вами женщину, хотя вроде как именно тогда позвал знакомиться с Дианой.
- Мы стояли далеко, - раздраженно пояснила Юля. - Там все заросло. Вы могли ее не заметить.
- Я и сам так подумал сначала. Пока вы не начали рассказывать о несуществующем мальчике.
- Вы пытаетесь выставить меня сумасшедшей?
- Не я утверждаю, что на картине был мальчик, которого теперь нет. Думаете, он то появляется, то исчезает?
- В этой картине нет ничего необычного, - спокойно возразил Влад. - По крайней мере, сейчас я ничего такого не вижу. Но я не думаю, что Юле померещилось что-либо из того, о чем она рассказывала. Шаги и стук в дверь я сам слышал.
- А кто перевесил картину? - поинтересовалась вдруг Диана.
- В каком смысле? - не сразу поняла Юля.
- Ну, мы с девчонками повесили ее в холле. Решили, что она именно поэтому отличается от других. Мы не угадали?
- Когда я приехала, картина уже висела здесь. По проекту в конце этого коридора ничего такого не планировалось, но я решила, что дизайнер добавил ее в последний момент, а отличается она, потому что эта часть здания для персонала.
- А ты уточняла это у дизайнера? - поинтересовался Соболев. - И мог ли дизайнер сказать об этом Кате?
Юля неуверенно пожала плечами.
- Я не уточняла, не до того было. С дизайнером Катя никогда не общалась, поэтому вряд ли он мог ей что-то подсказать. Но я как-то все это не сообразила...
- Тогда вот вам еще один факт: кто-то ходит по этому зданию и владеет ключом от подвала, - заявила Диана. - Каждый раз, когда вы замечали изменения в изображении, вы слышали шаги за дверью. Может, кто-то просто нарисовал несколько похожих картин с минимальным отличием, а теперь меняет их местами? Вероятно, он же затащил в подвал шкаф и спрятал в нем коробку. Подбросил плеер. И собирался нас с девчонками запереть, но передумал.
- В этом начинает появляться смысл, - согласился Соболев.
- Но какой? - растерянно моргнула Юля. - Даже если предположить, что кто-то решил меня разыграть или свести с ума, при чем здесь девчонки? Зачем подбрасывать им плеер? А Катю тоже он убил? А Дашу?
- Не исключено, - кивнул Влад. - Даша ведь ушла из дома на встречу с кем-то после того, как прослушала записи. Дома решили, что у нее есть парень, Диана уверена, что парня у нее нет, но возможно, кто-то был. Может, еще не совсем парень...
- Я уже ни в чем не уверена, - призналась Диана печально. - Ее мама сказала, что она вроде как с кем-то встречается, где-то проводит ночи, но мне Даша ничего такого не рассказывала. Может, кто-то у нее все-таки был, но она была не уверена в статусе их отношений? Или она была в активном поиске и просто ходила на свидания...
- Возможно, ее и в среду кто-то позвал, и в четверг, - развила версию Юля.
- Тогда нельзя исключать вероятность того, что этот человек - или один из них, если она встречалась с разными мужчинами, - убил ее или похитил и где-то держит, - продолжил Соболев. - Возможно, он же назначил встречу Кате от имени Даши и пришел вместо нее.
- И Катю это не удивило? - усомнился Влад.
- Зависит от того, что он ей сказал, - вздохнула Диана. - Возможно, он отвлек ее внимание плеером, заставил слушать и...
Она недоговорила, но все и так знали, чем кончилось дело.
- Тогда становится понятным, почему я нарисовал Диану, - решил Влад. - Возможно, в списке этого человека она третья жертва. Вопрос: почему? Почему именно вы трое? Что в вас примечательного?
Диана пожала плечами.
- Она не знает, - по привычке озвучила Юля.
- Может быть, вы трое в чем-то участвовали? Что-то сделали? Где-то были? Что-то видели? - принялся предлагать варианты Влад. - Возможно, это связано с этим озером...
Диана, до сих пор переводившая растерянный взгляд с него на Юлю, вдруг повернулась к Савину, нахмурилась, глядя на лежащий на столе рядом с ним смартфон, и вдруг спросила:
- Когда пропала ваша подруга?
- Что? Я уже говорил: три года назад...
- День какой? Число?
-Двенадцатого мая.
Юля видела, как Диана вздрогнула. Кажется, девушка даже побледнела немного.
- Двенадцатого мая восемнадцатого года? - уточнила она тихо.
- Ну да...
- В чем дело, Диана? - насторожился Влад. Он не видел, как она менялась в лице, но определенно что-то услышал в голосе.
- Я была здесь в тот вечер. Со своим другом. Мы заехали на озеро после ресторана, где отмечали вторую годовщину отношений...
- Вы были здесь? - тут же подобрался Савин и подался к ней. - Вы что-то видели?
- Да я без понятия! - едва не простонала Диана. - Я была пьяна, даже не помню, как мы приезжали. Кирилл просто упомянул это, когда навещал меня вчера, мол, помнишь, как мы были здесь. А я тот вечер помню смутно.
- Но вы могли что-то видеть, - настойчиво повторил Савин. - Могли видеть, что случилось с Софией!
- Не знаю... Вряд ли. Кирилл сделал бы что-нибудь, если бы видел. Как минимум вызвал бы полицию. Или был бы разговор на следующий день...
- Может, он не придал увиденному значения? - предположила Юля. - Или что-то видели только вы, но не запомнили? А вас запомнили.
- Ребят, не бьется, - покачал головой Соболев. - Даже если предположить, что дело не в записях, на Софию кто-то напал и поэтому она пропала, Диана что-то видела, а злоумышленник видел ее, он не стал бы ждать три года. И при чем тут ее подруги?
- А если три года назад он упустил Диану? - предположила Юля. - Она была с мужчиной, потом уехала... Этот человек мог просто не успеть ей что- то сделать, а потом потерять из вида.