Что, если он все эти дни находился в городе и Весте звонил все-таки именно он? Девчонка явно что-то скрывает. Что ж, если со мной откровенничать она не желает, попробую выяснить хоть что-то через ее мать.

Несколько минут я смотрела на экран смартфона, словно гипнотизируя устройство. Но Лазарь больше не звонил. Вероятно, отдыхает после бессонной ночи. Хотела было нажать кнопку вызова сама, но все-таки передумала и заблокировала экран.

Ничто и никогда не может привести в тонус также быстро и гарантированно, как работа. А потому я набрала номер Антохиной. Вскоре я услышала в трубке ее бодрое «Алло». Я предполагала, что задам ей вопросы по телефону, но Варвара предложила приехать к ней. В квартиру к Антохиным мне ехать не хотелось, а вот смена обстановки была просто необходима. Я предложила выпить кофе в центре города. В конце концов, и до работы мне оттуда будет рукой подать.

Уже через сорок минут я входила в кафе. Варвара ждала меня за круглым столиком в дальнем углу. На столе уже стояли две чашки, чайник чая и тарелочка с профитролями, которыми славилось данное заведение.

– Варвара, – начала я после короткого приветствия. – Веста рассказала вам о том, что нашелся ремень от ее сумки?

– Нет, – женщина нахмурилась. – Где?

– У ее однокурсника. Ныне покойного.

– Вы говорили что-то о погибшем студенте, когда заезжали к нам…

– Да. У него в квартире и был обнаружен ремень. Ноутбук, судя по всему, также какое-то время хранился у парня, но теперь снова пропал. Не исключено, что злоумышленники явились именно за ним, все остальное в квартире цело.

– Но… – начала было Варвара, однако быстро осеклась.

– Я не уверена, имеет ли Веста отношение к этой истории или все это – не более чем невероятное стечение обстоятельств, но искренне хочу в этом разобраться.

– Да-да, конечно, – растерянно произнесла Антохина. – Как я могу помочь?

– Вы слышали что-то от дочери о молодом человеке по имени Космос?

Женщина молча покачала головой, в глазах я увидела недоумение. Вряд ли она обманывала меня.

– Веста тоже утверждает, что они не были знакомы. Что ж, мне бы хотелось узнать, с кем она общается? Кто ее друзья, молодой человек?

– Она год встречалась с одним юношей, но два или три месяца назад они расстались. Очень жаль, честно говоря. Мне он нравился. Сейчас у нее никого нет. Либо она предпочитает это скрывать. Хотя отношения у нас доверительные, не думаю, что кто-то появился. Да и времени прошло не так много. Хоть Веста сама была инициатором разрыва, мне кажется, что это было первое ее настоящее чувство.

– Почему они расстались?

– Мне она сказала, что просто не сошлись характерами.

– А вы как думаете?

– Честно говоря, – она замолчала, будто прикидывая, стоит ли продолжать. – Я предполагаю, что он не вписался в новую компанию Весты.

– Что за компания?

– Не так давно она возобновила общение со старыми друзьями. Семь лет назад мы переехали всей семьей в этот дом. Веста тогда только пошла в восьмой класс. Раньше мы жили в районе бывших коллективных садов. Знаете, наверное… Место, конечно, не самое престижное, но очень уютное. Мне там нравилось, но мужу хотелось двигаться вперед. Он прав, конечно… Так вот, у Весты там конечно же были друзья, со многими она была знакома буквально с песочницы. Больше всего они общались с Юлей, Наташей и Павликом. Последний жил с нами на одной лестничной клетке, а девочки – в доме напротив. Они много времени проводили вместе, каждый день встречались после школы. Ну а когда мы переехали, стали видеться реже. Через пару лет общение и вовсе сошло на нет. Оно и понятно, общих тем для обсуждения становилось все меньше. Это нормальный процесс. Впрочем, дочь не особенно переживала, стала больше общаться с одноклассниками. Она училась в частной школе. Ну а в университете сразу подружилась с Галей. Прекрасная девочка. Родители у нее в Тюмени живут, а здесь бабушка. Вот она к нам в университет и поступила. Только бабушка, увы, умерла год назад. Галя закончила учебный год, поехала к родителям да так там и осталась. Документы с нашего факультета забрала. Конечно, тяжело жить тут одной, к тому же бабушку она очень любила. Очень жаль, но такова жизнь. Веста, конечно, очень переживала из-за Галиного отъезда. Тем более что в университете они всегда и везде были вдвоем. Я предлагала ей возобновить общение с одноклассниками, но она без энтузиазма восприняла эту идею. А летом, в июне, кажется, случайно встретила в торговом центре Павлика, того самого старого соседа. Они к тому моменту не виделись уже несколько лет. Веста тогда очень обрадовалась, с таким воодушевлением мне рассказывала об их встрече. Я, конечно, тоже была рада этому, боялась, что она совсем замкнется в себе. – На удивление в голосе Варвары я особой радости не услышала.

– Они продолжили общение?

– Да, – она вздохнула. – Дружеское. Павлик поступил в колледж электроники. Только на второй год обучения бросил. Сейчас, как я понимаю, работает бариста, так теперь называют тех, кто делает кофе.

– Не о такой компании для дочери вы мечтали?

– Это ее жизнь. – Варвара пожала плечами, но нотки сожаления в ее голосе я без труда уловила. – Ну а вскоре они встретились вчетвером, своей старой компанией, Павлик все это время продолжал дружить и с Юлькой, и с Наташкой. Так и общаются с лета вчетвером. Часто встречаются в квартире Весты, иногда ходят куда-то. Я не лезу. В общем-то, это хорошо, что старые друзья снова вместе.

– Наверняка, – улыбнулась я. – Есть что вспомнить, можно и новые интересы обсудить.

– Да, вспомнить им действительно есть что, все детство вместе. Самое интересное, что, сколько я их помню, между Юлей и Наташей всегда была борьба за внимание Паши. Это моя Веста к нему только дружескую симпатию питала, а девчонки за него бились. – Варвара хохотнула и наконец расслабилась. – Так вот, оказывается, столько лет прошло, а в этом смысле ничего не изменилось. Как пытались поделить одного на двоих парня, так и делят.

– А он?

– Судя по тому, что дочь рассказывает, он и рад. Я, признаться, не общалась с ними с тех самых пор, как мы переехали. Несколько раз предлагала Весте прийти к нам вместе с ними на ужин, но пока они до нас так и не добрались. Мне было бы любопытно увидеть ребят спустя столько лет. Я даже звала Весту вместе с Юлей, без остальных. С ней она всегда была чуть ближе, чем с другими. Вот жду, может, все-таки соизволят. Хотя, конечно, в их возрасте о родителях мало думаешь.

Я кивнула. Не потому, что была согласна, ведь в возрасте Весты я уже вовсю сиротствовала. Просто из вежливости. На самом деле я была уверена, что, будь папа рядом, хотя бы просто на этой Земле, я бы думала о нем постоянно. Звонила каждый день, присылала милые фото, ездила на ужин и просто заглядывала без повода. Но папы нет. Впрочем, думать я от этого о нем не перестаю. Просто делаю это в другом ключе.

– Правильно я понимаю, что помимо этих ребят никого в близком кругу общения вашей дочери нет?

– В этом учебном году она, кажется, нашла себе новую приятельницу на курсе, Машу. Но с ней общается в основном по учебе. Насколько я могу судить…

С Машей я была знакома. Интересно, успела ли свести с ней знакомство Варвара.

– Милая девушка, – будто прочитав мои мысли, сказала Антохина. – Они как-то раз в субботу после учебы заезжали к нам вдвоем. Им нужно было подготовить какой-то совместный реферат, а у Весты в доме в этот день была авария, с самого утра нельзя было водой пользоваться. Вот я и предложила девочками приехать к нам.

– И Маша, в отличие от старых друзей, не была против?

– Да, девочки приехали. Ребят я, кстати, однажды видела. Приехала к Весте, а они как раз все вместе выходили из ее подъезда. Мы поздоровались, и они разошлись. Девочки, конечно, настоящими красавицами выросли.

– А Павлик? – обиделась я за молодого человека.

– Да парень как парень. Даже не знаю, что они в нем находят. Впрочем, мой Ростислав тоже не красавец, – улыбнулась Варвара. – И Весте я всегда говорю, что внешность в мужчине не главное.

«Конечно, главное, чтобы это была его внешность», – с горечью продолжила я мысль, некстати вспомнив о Лазаре. По спине прошел холодок, и я зачем-то обернулась. Позади нас сидела дама с книгой и степенно пила кофе из маленькой чашки, элегантно оттопырив наманикюренный мизинец.

После того как мы с Варварой простились, я отправилась на работу. Проведя занятия, решила наведаться к Селиванову. В кабинете Антона не оказалось, хотя заперта дверь не была. Значит, вышел ненадолго.

Я сделала себе чай и устроилась на диване. Встреча с Антохиной, а потом и работа заставили отвлечься от мыслей о Лазаре. Однако сейчас они предательски возвращались на место – в мою горемычную голову. Что, если он до сих пор в городе? Где и с кем?

– Какие люди, – услышала я вместе со скрипом открывающейся двери.

Антон был в приподнятом расположении духа. Скорее всего, недавно поел. Я обратила внимание, что дверь он прикрыл пострадавшей рукой.

– Идешь на поправку, как я погляжу.

– Твоими молитвами.

– Я стараюсь.

– Смотри пол кокошником не расшиби от усердия, – хохотнул Селиванов и зачем-то потрепал меня по плечу. – Как твой ноутбук?

– Как раз хочу попросить тебя об одолжении. Мне бы узнать результаты вскрытия парня, да самой не по чину. Взамен готова была предложить тебе услуги водителя, но теперь понимаю, что ты уже и сам справляешься.

– Я бескорыстный, – обиженно сморщил нос Антон.

Через полчаса необходимые сведения уже были у меня. Парень скончался приблизительно за двенадцать-четырнадцать часов до того, как мы с Витей его обнаружили. Критическим для него стал удар в висок. Я сразу вспомнила кровь на плите. Ударился Космос об эту самую плиту, неудачно приложившись виском к чугунной решетке. В этом ему почти наверняка помогли. Ну не поскользнулся же он. Да и с такой силой случайно не ударяются.

– Учитывая, что из дома при этом пропал только ноутбук, который, вероятнее всего, был при парне, нехорошая вырисовывается картина, – выдала я спустя пару минут после того, как Селиванов закончил рассказ.

– Ну же. – Антон скрестил руки на груди. – Какая?

– Кому-то очень понадобился компьютер девчонки. И что-то мне подсказывает, вряд ли дело в бесценном проекте моста для нашего славного города.

– Теперь ноутбук в руках злодеев. Если через пару лет на юге так и не построят мост по ее наброскам, то ты окажешься права.

– Не ерничай, – скривилась я.

– Ну ладно, кто-то просто хотел списать конспект, а вежливо попросить не сумел.

– Ты написал, что тот автомобиль, на котором ехала Веста, принадлежит человеку некоего Витязя. Я навела справки, тип он не из порядочных.

– Так тачка и не его. У девчонки любовь с его приятелем, дело молодое.

– Мать утверждает, что у нее никого нет.

– Слушай, я в ее возрасте тоже родителям не все докладывал, – мягко произнес он.

– Но ты мужик.

– Девчонки не так уж сильно от нас отличаются в этом вопросе.

Мне оставалось верить на слово, поскольку мое последнее общение с родителем состоялось в одиннадцать лет, и о парнях я тогда совсем не думала.

– Только не вздумай за ним следить, – пригрозил мне пальцем Селиванов. – Они к нашему брату должного пиетета не испытывают. Как бы чего не вышло. Крыша у парня серьезная. Я тебя предупредил.

Я смиренно вздохнула. Селиванов принялся что-то набирать на клавиатуре, сунув зубочистку в зубы. Я взяла в руки телефон. Ни одного пропущенного звонка или сообщения.

Лазарь, вероятно, ждал, что я сама перезвоню, получив букет. Или нет? Учитывая, что звонил он всю ночь, а я упорно не отвечала. Что он подумал? Я его игнорирую или так хорошо провожу время, что не слышу звонка?

Вдруг я поняла, что, ожидая под дверью, он мог слышать из квартиры сигнал моего телефона. Не подумал же он, что я притаилась и не отвечаю?

Я бесцельно провела пальцем по экрану смартфона и отложила его в сторону.

Некстати явилась мысль, что и Гэтсби предпочел не связываться со мной сегодня. Мой уход по-английски не заметить он не мог. Возможно, появление блондинки было сюрпризом и для него, в таком случае мое исчезновение было Гераскину только на руку.

– Думаешь о парне? – спросил Селиванов.

– Ага, – кивнула я, не уточнив о каком.

– Он мог умереть случайно, – начал рассуждать Антон. – Кто-то хотел поучить его жизни, да не рассчитал силы. Парень приложился о плиту, а злодей сбежал.

– Чего же такого несчастный не знал о жизни? Судя по всему, положительный парень был.

Я услышала сигнал телефона о входящем сообщении и с замиранием сердца взяла его в руки, боясь взглянуть на экран.

«Ноутбук у меня», – прочитала я сообщение от Весты.

– Интересно, – произнесла тихо и тут же набрала ее номер.

Девчонка не ответила.

– Похоже, ноутбук нашелся, – сообщила я Селиванову.

– Выходит, расследовать тебе больше нечего? – с надеждой в голосе произнес он, едва не подпрыгнув на стуле.

Антон покосился на кипу бумаг, высившуюся на краю его рабочего стола. От моей помощи он точно бы не отказался.

– Не обольщайся, – невозмутимо улыбнулась я и направилась к двери.

Едва покинув кабинет, снова набрала номер Весты – с тем же результатом. Мне полагалось порадоваться, что ноутбук нашелся. Вероятно, так оно и случилось бы, не обнаружь я несколькими днями ранее несчастного Космоса с пробитой головой и ремень от сумки Весты в непосредственной близости от трупа. Теперь мне непременно хотелось узнать, при каких обстоятельствах гаджет нашел свою хозяйку.

Не придумав ничего лучше, я набрала номер Варвары. В отличие от дочери, женщина ответила сразу.

– Веста с вами?

– Нет.

– У себя дома?

– С друзьями встретиться собиралась, кажется, – в голосе слышалось недоумение. – А что случилось?

– Ноутбук нашелся.

– Да что вы? Татьяна, даже не знаю, как вас благодарить…

– Не стоит, он обнаружился без моей помощи.

– Но как?

– Вот и мне очень хотелось бы это узнать. Попросите Весту мне позвонить, когда объявится.

Я простилась с Антохиной и покинула здание, коли уж рабочий день мой был окончен.

Однако домой я не спешила. Вместо этого отправилась на улицу Фурманова, где был зарегистрирован хозяин внедорожника, в котором совсем недавно приезжала к родителям Веста. Раз уж девчонка не выходила со мной на связь, я решила испытать удачу и заодно проверить свою интуицию.

Дом Борисова был из тех, что отстроили тут несколько лет назад, и теперь новенькие восьмиэтажные корпуса блестели современным остеклением на фоне стареньких панелек. Возводили новостройки на территории бывшего школьного стадиона, оттого стояли они очень плотно друг к другу, отчего, как мне казалось, полностью терялся смысл панорамных окон.

Тем не менее жилье стоило тут немало. Несколько дорогих автомобилей было припарковано рядом с нужным мне домом. Остальные, должно быть, стояли в подземном паркинге, въезд в который был с торца здания. Значит, определять, дома ли хозяин, придется опытным путем, раз его автомобиль может скрываться под землей.

Я решительно направилась к двери и позвонила в домофон. Мне никто не ответил. Устройство было оснащено видеокамерой, а значит, Борисов почти наверняка мог видеть, кто обивает его порог. После трех неудачных попыток я развернулась и отправилась к детской площадке. Сейчас там было людно: дети в разноцветных комбинезонах орудовали совочками в песочнице, на скамейках сидели несколько дам почтенного возраста. Высокий мужчина ловко раскачивал на качелях сразу трех розововощеких карапузов. На небольшом пятачке на краю площадки две молодые женщины катали туда-сюда каждая свою коляску с большими колесами.

Скамейка рядом со спортивными снарядами пустовала. Если не считать ворону, с важным видом наблюдавшую с нее за происходящим на территории, которую, очевидно, считала своей.

– Можно? – обратилась я к птице и, не дожидаясь ответа, присела на противоположный край скамьи.

Ворона шумно взмахнула крыльями и улетела. Место было подходящее: я сливалась с прогуливающимися во дворе семьями, к тому же отсюда прекрасно просматривались и двор, и подъезд, и въезд в паркинг. Вот только довольно долго ничего не происходило. Я достала из сумки наушники и решила включить музыку, чтобы скрасить ожидание. Тем более что в голову стали лезть вполне закономерные доводы: возможно, хозяин внедорожника вовсе не живет по прописке. А в его квартире вполне может обитать, например, пожилая дама в сером пальто, которая сейчас безуспешно пытается убедить сорванца не бросаться песком в товарища.

Однако вскоре я заметила знакомый автомобиль и с облегчением выдохнула. Сунув наушники обратно в сумку, приготовилась идти навстречу Борисову, сама толком не зная, что ему скажу. Весты с ним не было. По крайней мере, переднее сиденье пустовало.

Он остановил машину недалеко от въезда в подземный паркинг. Несколько минут ничего не происходило. Наконец Борисов покинул автомобиль и направился к подъезду. Я хотела было броситься ему наперерез, но сказать, а уж тем более предъявить ему мне было решительно нечего. Он исчез за дверью, а я продолжала сидеть на детской площадке.

В скорое появление Весты верилось все меньше. Я достала телефон: ни она, ни ее мать мне так и не перезвонили. Посидев еще какое-то время, я все-таки отчаялась. Мысленно махнув рукой на Антохину, я собралась наконец покинуть свой наблюдательный пост. В этот момент дверь подъезда Борисова открылась, и меня словно пригвоздило обратно к лавке. Из дома вышел мужчина в длинном кожаном пальто и шляпе. Наряд хоть и модный, но довольно экстравагантный. Впрочем, как и его обладатель. Несмотря на то, что лицо частично скрывал головной убор, а подбородок был опущен в кашне, я не могла не узнать своего давнего приятеля. Не оглядываясь, Ланс направился вдоль дома в сторону, противоположную той, где совсем недавно оставил свою машину Борисов. Я не сводила с него взгляда, про себя молясь, чтобы Ланс не обернулся. Он этого не сделал.

Как только он свернул за угол, я вскочила со скамейки и ринулась следом. Вскоре я смогла убедиться, что мои уроки не прошли даром для давнего приятеля. Именно я когда-то учила его мастерски скрываться от слежки. Несмотря на то, что и сама я действовала осторожно, чтобы себя не выдать, Ланса нигде не было видно.

«Что все это значит?» – успела подумать я, когда вдалеке увидела знакомую фигуру. Не замечая ничего вокруг, к дому приближалась Веста. Она почти бежала, смешно перебирая ногами в кроссовках на высокой платформе. Почти сразу я обратила внимание, что ее провожают. Преследователь шел следом на расстоянии нескольких десятков метров. Вдруг он перешел на бег и, когда девушка почти достигла дома Борисова, наконец догнал ее.

– Дура, – услышала я.

Парень схватил ее за плечо и развернул к себе. Я успела заметить, что Веста выглядела заплаканной. А в ее провожатом узнала того самого молодого человека, который провожал ее недавно до дома. Я попятилась, чтобы полностью укрыться за припаркованной машиной.

– Сама подумай, зачем? – продолжал он.

– Отстань от меня, – огрызнулась она. – Вали отсюда. Слышишь?

– Я тебя в таком состоянии не оставлю.

– Сдался ты мне!

– Поехали домой, а?

Веста ничего не ответила, резко дернула плечом и заспешила дальше. Она направилась к подъезду Борисова. Парень остался стоять на месте, провожая ее внимательным взглядом. Наконец покачал головой, досадливо плюнул себе под ноги и, развернувшись на пятках, пошел прочь.

Приехав сюда, я хотела поговорить с Вестой. Теперь я в буквальном смысле разрывалась. Что делать? Бежать за девчонкой? Срочно искать Ланса? Проследовать за парнем, фигура которого медленно удалялась?

Я покинула укрытие и громко свистнула. Паренек обернулся, мазнув по мне взглядом. Разочарованно вздохнул и продолжил путь.

– Эй, ты, – обратилась к нему я. – Проблемы?

Он остановился и обернулся.

– Вы о чем?

– С девушкой поругался? – ответила я вопросом на вопрос.

– Вам-то какое дело?

– Стала случайным свидетелем вашей сцены.

– Не было там никакой сцены, да и не девушка она мне, – буркнул он и развернулся, собираясь идти дальше.

– Я сегодня тоже бывшего встретила, – догнала я его. – Будто специально под ногами болтается. Не удивлюсь, если так оно и есть.

– Что вы ко мне прицепились? – нахмурился он, не сбавляя шага. – С вашей внешностью быстро найдете ему замену.

– Да ты на меня даже не взглянул.

– Вы ко мне клеитесь, что ли?

– Типа того, ищу собутыльника. Показалось, что у нас много общего.

– Я не пью, – усмехнулся он и прибавил шагу.

Я остановилась и досадливо поморщилась. То ли парень оказался крепким орешком, то ли его занимали гораздо более серьезные вопросы, чем ссора с Вестой. Либо это не было простой ссорой.

Поскольку сам он на эти вопросы ответить не пожелал, я решила за ним присмотреть. Вскоре он остановился у того самого старенького «рено», в котором я видела его в последний раз. Первым делом я запомнила регистрационный номер, затем осмотрелась. Парень завел мотор и, кажется, не собирался тут долго задерживаться. Принимать решение следовало быстро. Бегаю я прекрасно, но на своих двоих даже самую старенькую машину догнать не смогу. «Рено» тронулся с места, а я переместилась поближе к дороге. Она, как назло, была пуста. Я покосилась на припаркованную рядом «девятку», но решила не уподобляться Лансу и оставить чужое имущество на своем месте.

Не придумав ничего лучше, я отправилась к автобусной остановке и вскоре вернулась в контору.

– Что за дивное виденье? – пропел Селиванов со своего рабочего места, завидя меня в дверях. – Или уже завтра наступило? – Он потер глаза и на полном серьезе уточнил: – Заработался я, что ли?

– Совесть меня замучила, – начала я. – Думаю, как там мой товарищ наедине со своими расследованиями…

– Это правильно, – зарделся Антон. – О ближнем забывать нельзя.

– Вспомнила, что ты был не прочь поговорить со мной о Витязе.

– Я?

– Ну, в сообщении ты обещал подробности…

– Печатать было долго, – вздохнул он. – Самое главное я тебе уже сказал: не суйся!

– Я запомнила.

– Татьяна. – Он оттолкнулся от столешницы и, поскрипывая колесиками стула, выкатился ближе ко мне. – Ты сейчас где была?

– Следила за девчонкой, – призналась я. – Можешь тачку пробить?

– Издеваешься?

– Нет, – честно ответила я. – Если только самую малость.

– Что за тип? Еще кто-то из людей Витязя? – нахмурился Селиванов.

– Сама хочу знать, – я продиктовала марку и номер автомобиля.

– Зачем тебе это надо, не могу понять, – с досадой проговорил Антон, послушно записывая данные. – Ноутбук уже у потерпевшей. Все счастливы.

Ответа на этот вопрос у меня не было.

Войдя в подъезд, я замедлилась, и к своей квартире поднималась не спеша, едва передвигая ноги, будто несла тяжелые сумки. Было тихо, только с улицы доносился шелест автомобильных колес.

Перед дверью было пусто. Ни курьера, ни цветов, ни записки. Ни, само собой, Лазаря. «Надо ему позвонить», – решила я, открывая дверь.

Из прихожей я увидела, что в кухне над плитой тускло горел свет. Забыла выключить? Но я не готовила уже пару дней, перебиваясь бутербродами и йогуртами.

– Кто здесь? – крикнула в темноту, попутно нащупав выключатель.

Я разулась и осторожно двинулась вперед, на всякий случай готовясь обороняться. Квартира была пуста. В спальне от сквозняка колыхалась занавеска. Окно я открывала сама. Видимо, из него в квартиру сейчас шел странный запах горелого.

Вернувшись в кухню, подошла к плите, чтобы выключить свет. Тут-то я и заметила на варочной поверхности кастрюлю, плотно прикрытую крышкой. Я чертыхнулась и осторожно ее приподняла, не ожидая ничего хорошего. Посуда была моя, только на плиту я ее не ставила. Сомнений в этом не было никаких.

На первый взгляд мне показалось, что кастрюля пуста. Однако на дне лежала странная темная субстанция. При ближайшем рассмотрении она оказалась небольшой горсткой пепла. Пахло жженой бумагой.

Ланселот успел неоднократно наследить в моей квартире. Причем местом действия неизменно выбирал кухню. Не знаю, была бы я так же уверена в том, что это его рук дело, не встреться он мне сегодня у дома Борисова. Но в этот раз сомнений у меня не было. Только что он хотел этим сказать? Лучше бы записку оставил, честное слово. Мой теперь посуду после этого. Недолго думая, я взяла кастрюлю и отправила ее в мусорное ведро. Завязала пакет и поставила в прихожей возле входной двери.

Я вернулась в кухню и, устроившись за столом, с грустью посмотрела на шикарный букет в вазе. Рука потянулась к телефону. Он молчал. Не придумав ничего лучше, я решила отправиться в постель, и в тот момент заметила, что со стола исчезла записка Лазаря, которую он приложил к букету. Что ж, кажется, я догадываюсь, что послужило топливом для костра, который пытался разжечь Ланс в мое отсутствие.

Перед тем как отправиться в постель, я решила проверить, закрыта ли входная дверь, хотя точно знала, что даже самые сложные замки для Ланса не были помехой.

Час перерыва между тренировками на следующий день я по обыкновению решила провести в кабинете Селиванова. Скинув кроссовки, растянулась на диване. Антон что-то увлеченно изучал в смартфоне. Как оказалось, не в своем.

– Какая же ерунда в головах у молодежи, – качал головой он.

– А ты в юности прямо-таки книжки читал? Шекспира, не иначе?

– Да я в возрасте этой Наташи, – он потряс вещдоком, и я догадалась, что телефон принадлежит убитой в отеле девушке, – трижды успел мопед старшего брата собрать.

– Предварительно разобрав?

– Не без этого, – растянул рот в лукавой улыбке Антон.

– Брату повезло, что у него машины не было.

– У отца была…

– Не продолжай, – попросила я.

Он снова погрузился в изучение телефона.

– Имена еще такие, нарочно не придумаешь… Назовут же!

– Наташей? Сложно представить более распространенное имя.

– Да нет, вон она в день гибели переписывалась с какой-то «новостью».

– Что? – не поняла я.

– Сейчас, – жевал губы Антон, не поднимая взгляда от экрана. – А, вот. Веста.

Я вытаращила глаза и одним движением подскочила к Антону. Встала за его спиной и выхватила телефон.

– Эй, – возмутился он.

– Почему ты молчал?

– О чем? – не понял Антон.

– О Весте. Это же имя моей потерпевшей с ноутбуком. Точнее, без. Хотя уже, вероятно, с…

На связь со мной она так и не вышла, поэтому в наличии у нее гаджета я на всякий случай сомневалась.

– Ты не называла ее имени, – обиделся Антон. – Но, пожалуй, Вест в нашем городе не так чтобы много.

Он бубнил себе под нос что-то еще, но я не слушала, внимательно изучая переписку. Судя по всему, покойная озаботилась тем, чтобы удалить большинство сообщений. Однако того, что осталось, было достаточно, чтобы сделать вывод: общались девушки не стесняясь в выражениях. Нецензурная брань на экране преобладала над литературным языком, причем преимущество было настолько велико, что последний, кажется, и вовсе решил без надобности не высовываться. Месяц назад они обсуждали, в каких заведениях проводит время состоятельная молодежь, пару недель назад – договаривались о встрече. Переписка в промежутках была стерта, а вот в день гибели она сохранилась.

Начинался диалог с того, что Наташа писала Весте, как плохо обстоят ее дела. Использовала она для этого одно емкое слово. На что получила короткий ответ и грустный смайлик в придачу:

«Знаю».

«Делать что будешь?»

«Отец вернется, попрошу у него денег для тебя».

«Когда?»

«Он на рыбалке, без связи».

«Торопись, – писала в ответ Наташа, сдобрив просьбу тремя матерными словами. – Иначе…» – тут девушка вновь употребила слово, с которого начала переписку, тем самым символично ее закольцевав.

Кроме сообщений, за неделю, предшествующую убийству Наташи, в телефоне значились несколько звонков между девушками. Причем чаще звонила убитая. Более того, в большинстве случаев Веста на звонки не отвечала.

– Занятно, – протянула я, возвращая телефон Антону. – Что еще интересного нашел, кроме редких имен?

– Многое стерто, надо будет ребятам отдать, пусть восстанавливают. Одно понятно, девушка осторожничала.

– Или убийца позаботился о том, чтобы до нас дошло не все.

Я посмотрела на часы и поспешила к выходу, через три минуты начиналось последнее занятие. Антон озадаченно проводил меня взглядом и, насупившись, откинулся на спинку стула. По кабинету тут же разнесся противный скрипучий звук.

Мысленно я все время возвращалась к недавно прочитанной переписке, то и дело поглядывая на часы. Наконец, отпустив присутствующих, я бросилась в раздевалку. Схватила сумку и поспешила домой. Вторник был традиционным днем встречи с Костей. Последнее время мы все реже оставались с ним вдвоем, ужиная в их доме вместе с Мариной. В этот раз меня снова ждали в гости. До назначенного времени оставалась пара часов, когда позвонил Константин. Я как раз выходила из троллейбуса на своей остановке.

– Тайна, – начал он. – Так вышло, что Марина позвала сегодня друзей, они искали встречи, неудобно было отказать.

Я поймала себя на мысли, что новость меня нисколько не огорчила. Напротив, я, пожалуй, была даже обрадована перспективой пропустить сегодняшнюю встречу.

– Ничего страшного, – заверила я. – Увидимся через неделю.

– Ты не поняла, – растерялся Костя. – Я просто позвонил, чтобы предупредить… Мы рады видеть тебя всегда и в любом случае. Звоню, чтобы ты не удивлялась, когда придешь. Будут те самые Антохины, с которыми ты уже успела свести знакомство.

– Вот как? – оживилась я. – Что ж, тогда все в силе.

Я отключилась и припустила домой. Попыток позвонить Весте больше не предпринимала, решив, что каким бы составом ни явились к Марине с Костей Антохины, толку от встречи с ними будет больше.

Так оно и вышло.

Приехала я за десять минут до назначенного времени и с удивлением обнаружила, что Антохины прибыли еще раньше.

Костя встретил меня в прихожей, помог раздеться и проводил в гостиную. Антохин поднялся, галантно поцеловал мою руку и заверил, что счастлив видеть. Костя устроился на диване и предложил мне сесть рядом. Я предприняла попытку отправиться в кухню, где сейчас хлопотали Марина с Варварой, но мужчины настояли на том, чтобы я осталась. К готовке я была равнодушна, а потому спорить не стала.

– Мы, Татьяна, обсуждали нашу необъятную страну. Недавно я вернулся с рыбалки, а уже планирую следующую. Хочу отправиться на Урал. Вам довелось попутешествовать по России?

«О да, с моим-то родителем первый десяток лет жизни я только и делала, что сменяла города».

– Да, повидала кое-что, – вместо этого уклончиво ответила я.

– И какое место запало вам в душу?

– Наш славный город. Иначе давно переехала бы в другое место.

– Логично, – рассмеялся Антохин. – Я Весте тоже говорю, чтобы не держалась за место. Вот выучится и пусть выбирает, где жить.

Я до сих пор не знала, был ли Ростислав посвящен в историю с пропажей ноутбука, потому уклончиво спросила:

– Как, кстати, у нее дела?

– Рыдает, – ответил он и тяжело вздохнул.

Я нахмурилась, не зная, как реагировать. На помощь мне пришла Варвара, вовремя появившаяся в дверях с подносом в руках.

– Такое горе, – покачала она головой и тоже вздохнула. – Рада видеть вас, Татьяна, – добавила она совсем другим тоном.

– Что случилось?

– Погибла ее давняя подруга. – Варвара поставила поднос на стол и обернулась ко мне. – Да я вам рассказывала о ней. Наташа, они с детства дружили. Невероятно…

Женщина вытерла руки о подол платья, кажется не отдавая себе отчет в своих действиях, и поспешила из комнаты.

– Все-таки помогу, – виновато улыбнулась я мужчинам и отправилась в кухню.

Поздоровавшись с Мариной, я без перехода продолжила разговор на интересующую меня тему.

– Что случилось с подругой? – задала я вопрос, ответ на который знала, скорее всего, лучше самой Варвары.

– Убийство, – она покачала головой. – Кошмар. Такая молодая… Веста места себе не находит. Уговаривала ее поехать сегодня вместе с нами, но она наотрез отказалась. Бедная моя девочка.

Варвара явно больше переживала не из-за гибели молодой девушки, а из-за реакции собственной дочери. Впрочем, это неудивительно. Старых друзей Весты она, казалось, не особенно жаловала.

– Кто это сделал?

– Неизвестно, – пожала она плечами. – Надеюсь, в полиции разберутся. – Тут она посмотрела на меня и будто только в этот момент вспомнила, где я работаю.

– Непременно, – заверила я.

– Скорее бы. Может, и дочь успокоится. Такая молодая, а уже вторую подругу потеряла…

– Ну та вроде бы просто уехала в другой город, не такая страшная потеря, – я вспомнила об однокурснице Весты.

– Что? – растерялась женщина. – А… Нет, я о другой подруге детства.

– Как? – настал мой черед удивляться. – Вторая девушка тоже мертва? – Я судорожно пыталась вспомнить имя другой подруги детства. – Юля, кажется?

– С ней все в порядке, насколько мне известно.

– Девочку, с которой Веста училась в одном классе, нашли убитой в подвале их общего дома, – вмешалась Марина. – Давно это было.

– Да, они только-только шестой класс закончили, – кивнула Антохина. – Звери какие-то, нелюди.

– Чудовищная история, – подтвердила Марина. – Ребенок совсем. Помню, как близко к сердцу Веста восприняла эту трагедию.

– И вот опять, – посетовала Варвара и нахмурилась. – Татьяна, вы ведь просили, чтобы Веста вам перезвонила. Я, кажется, совсем забыла о вашей просьбе.

– Еще бы, после таких новостей. Я понимаю, – заверила я. – Просто хотела узнать, как обнаружился ноутбук. Простая формальность.

– Да-да, разумеется. – Она часто закивала и принялась рассказывать: – Весте кто-то подбросил его под дверь. Наверное, воришка был знаком с дочкой, совесть замучила. Студентам только кажется, что они взрослые, но в сущности-то они ведь дети совсем… Вот и решил незадачливый незаметно вернуть украденное.

– Вы помните, что парень, в комнате которого нашли ремень от ноутбука Весты, мертв? – спросила я и тут же об этом пожалела.

Варвара изменилась в лице. Растерянно поставила на стол супницу, которую собиралась было нести в гостиную. Прикрыла рот рукой и тихо проговорила:

– Как же я забыла. Сперва однокурсник, теперь подруга. Бедная моя девочка.

Похоже, она даже не поняла, что я имела в виду.

Марина укоризненно посмотрела на меня, и я предпочла сменить тему. Вскоре мы все вместе оказались за обеденным столом. Ростислав с Константином травили байки, Марина суетилась, постоянно предлагая добавку. К счастью, Варвара пришла в себя, а к концу вечера даже заулыбалась.

Едва покончив с десертом, я извинилась, и сославшись на дела, поспешила проститься. Костя вызвался проводить меня до такси.

– Как ты? – спросил он, как только мы покинули квартиру.

– Все хорошо, и спасибо за приглашение. Отличный вечер получился.

– Спасибо, что вызвалась помочь тогда с ноутбуком.

– Он нашелся без моей помощи.

– Я не в курсе, – нахмурился Костя.

– Да и я, признаться, не особенно.

– Ну-ка, рассказывай, – потребовал он, а выйдя на улицу потянул меня в сторону скамейки возле песочницы.

– Я до сих пор точно не знаю ни кто его украл, ни как он вернулся. Веста предпочла коротко сообщить о том, что ноутбук у нее. Варвара сегодня огорошила тем, что вещицу подкинули дочери под дверь. Только вот незадача. Парень, в квартире которого несколькими днями ранее я обнаружила ремень от ее ноутбука, был найден мертвым.

– Возможно, у него был подельник? После смерти товарища испугался и поспешил вернуть ноутбук?

– Что же это за гаджет такой, из-за которого убивают? Ведь если подельник решил отнести вещь хозяйке, значит, знает, что компьютер имеет к смерти парня какое-то отношение.

– Может, и имеет, – почесал подбородок Костя. – В таком случае Веста должна что-то знать.

– И она, и Варвара в один голос твердят про проект городского моста, который Веста разрабатывала на ноутбуке. У тебя получится узнать, возможен ли у сильных мира сего интерес к строительству моста на юге города?

– По проекту третьекурсницы? – удивился Константин. – Сомневаюсь, но постараюсь что-нибудь узнать.

– Сдается мне, что там был вовсе не проект.

– Что тогда?

– Годных предположений у меня нет, а вот события вокруг Весты кажутся мне все более странными. На днях погибла ее подруга детства, Наташа.

– Варвара говорила, – кивнул он.

– Я выезжала на труп. Тогда я, разумеется, знать не знала, что это она.

– Давно у нас в полиции инструкторы по трупам разъезжают?

– С тех пор, как на меня Селиванов свалился. А на него шкаф. Долгая история, – отмахнулась я и виновато улыбнулась.

– Что с девушкой произошло?

– Нашли обнаженное бездыханное тело в гостинице «Березка». Коробочка была полным-полна постояльцами, да никто ни сном ни духом. А над девицей мало того что надругались, еще и язык порезали. Ну и в конце концов задушили.

– И ни одного свидетеля?

– Представь себе, – подтвердила я. – Правда, убитая была изрядно накачана наркотой, возможно, особенно не сопротивлялась, и убийце удалось провернуть все по-тихому.

– Ты права, многовато смертей в окружении Весты.

Константин погрустнел.

– Жаль, сама она ничего мне рассказать не пожелала, теперь придется ей с менее приветливыми коллегами свести знакомство.

– А придется?