– Вы верите в то, что сын убил мать?

– Вопрос веры не ко мне, – ответила она, – однако в жизни бывает всё. И если даже сын Реваковой не является убийцей или заказчиком убийства процентщицы, всё равно ниточка, за которую мы должны потянуть, находится в его окружении.

– В таком случае, – вздохнув, предложил Морис, – может быть, нам лучше начать с поисков его отца? Я имел в виду бывшего мужа Лидии Ильиничны.

– А что, есть какие-то идеи на этот счёт?

– Возможно, – уклончиво ответил он, – но я пока не хотел бы их обсуждать.

– Хозяин – барин, – улыбнулась она, – делай, что можешь. А я собираюсь отлучиться из дома.

– Тоже появились какие-то идеи? – спросил он, скорее из вежливости, чем теша себя надеждой получить ответ.

Но она не стала секретничать и ответила:

– Мне не даёт покоя сообщение Незовибатько о том, что на месте убийства найдена шерсть кошек и собак.

– По-моему, их наличие в заброшенном доме вполне правдоподобно объяснил Шура.

– Правдоподобно – не всегда верно, – не согласилась она.

– Не понимаю!

– Ты имеешь в виду, что в этом пустом доме нашли себе приют не только бездомные люди, но и бездомные животные?

– Да. Что вас не устраивает в этом объяснении?

– Наличие шести породистых животных.

– Но разве породистые не теряются?

– Теряются. К тому же я не верю, что кошки сбились в одну стаю с собаками.

– Может, они там по очереди ночевали, – заявил Морис.

Мирослава расхохоталась, и он сам был вынужден улыбнуться:

– Действительно, что-то не складывается.

– Вот видишь. К тому же, если животные там обитали, то куда они все разом подевались?

Он пожал плечами.

– Так что пока! Увидимся в обед.

– В обед так в обед, – пробормотал он.

Когда Мирослава садилась за руль, её мысли были заняты тем, нет ли поблизости ветеринарной клиники.

Она открыла поиск в своём телефоне. Клиника была, и даже не одна. Но не настолько близко, как ей хотелось бы.

Машина детектива медленно тронулась с места, выехала за ворота, не спеша миновала коттеджный посёлок и, только оказавшись на шоссе, развила скорость, которую сбросила при въезде в город.

Доехав до пустующего дома, Мирослава прикинула, что до ближайшей ветклиники отсюда ехать минут тридцать пять.

Вторая больница для животных находилась ещё дальше. Она решила доехать до обеих из них, хотя и находятся они в противоположных концах. Однако не мешает заранее осмотреть их на предмет наличия рядом с ними камер наблюдения.

Рядом с первой ветклиникой находилась аптека, оснащённая камерой наблюдения, и в её обзор попадали стоянка ветеринарной клиники и вход в здание.

«Превосходно», – отметила про себя Мирослава.

Недалеко от второй ветеринарной клиники располагался крупный банк, и его камеры неусыпно глядели во все стороны.

«Хоть в этом повезло, – подумала Мирослава, – теперь в случае необходимости можно просмотреть камеры и выяснить, не проезжает ли какой-нибудь автомобиль по дороге каждый день туда и обратно. Узнать затем имя владельца машины не составит труда».

Она мысленно удовлетворённо потёрла руки и решила вернуться домой. Ей почему-то показалось, что дома её ожидает сюрприз.

Морис встретил её словами:

– Вы что-то рано приехали. Обед ещё не готов.

– Не беспокойся! Я не голодна. А ты лучше признайся, чем занимался и что нашёл.

– Откуда вы знаете, что я что-то нашёл?

– У тебя лицо – как морда деревенского кота, только что сожравшего горшок сметаны.

Морис расхохотался и спросил:

– А вы что, видели деревенского кота?

– Ну ещё бы! У нас под боком коттеджного посёлка разве не деревня?

– Насколько мне известно, нет.

– А что же?

– Частный сектор.

– Ладно! Рассказывай!

– Хорошо, не буду испытывать ваше терпение. Я нашёл идеальную кандидатуру на роль бывшего мужа убитой Реваковой. – Он включил ноутбук, и вскоре она увидела на мониторе симпатичного мужчину средних лет. Больше пятидесяти Мирослава не дала бы ему. Лёгкая седина в каштановых волосах и даже вертикальная морщинка на лбу не портили его.

– Почему ты думаешь, что это он? – не слишком доверчиво осведомилась Мирослава.

– Потому что на нём практически всё сходится.

– Как убедиться, что мы не ошибаемся?

– Можно позвонить ему.

– А адрес есть?

– Есть.

– Тогда я лучше съезжу к нему.

– Решать вам.

– А знаешь что, я поеду прямо сейчас!

– А как же обед?

– Я не Шура и от голода не завою.

– И всё-таки. Я бы на вашем месте поехал завтра с утра.

– Почему?

– Потому что завтра воскресенье!

– И что?

– Сентябрьское воскресенье, – напомнил он. – Люди уже не спешат с утра пораньше на дачу или за город на природу, а просто банально отсыпаются дома после трудовой недели.

– А ты не преувеличиваешь? – улыбнулась она.

– Не думаю, но вы можете выехать пораньше и застать их с супругой в постели ещё тёпленькими.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – усмехнулась она. – А ты уверен, что он там будет с женой?

– Уверен на девяносто девять и девять десятых процента.

– Скажите пожалуйста.

– Я просмотрел всё, что только возможно было просмотреть. Олег Данилович Постаков всюду характеризуется как ответственный работник и замечательный семьянин.

– Ха! От Реваковой, если ты помнишь, он сбежал!

– Дело прошлое. К тому же давнее, – ответил Морис.

– Ты ему симпатизируешь? – протянула Мирослава.

– Я не могу испытывать к нему каких-либо чувств по той простой причине, что я с ним не знаком.

– Сколько у него детей?

– Двое. Сын и дочь. Сын взрослый, а девочка ещё учится в школе.

– Сын – ты имеешь в виду, его сын от Реваковой?

– Нет, сына от Реваковой я не считал. Этот сын и дочь от второй жены.

– А что же с сыном его первой жены?

– Не знаю. Или пока не знаю, – добавил Морис. – Его незаметно в окружении Олега Даниловича.

– Выходит, что Постаков с ним не общается?

– Или не афиширует своего общения со старшим сыном, – сказал Морис.

– Для этого должны быть причины.

– Причиной, и притом единственной, могла быть Ревакова Лидия Ильинична. Скорее всего, бывший муж не доверял ей. Ведь она могла установить слежку не только за семьёй своей сестры, но и за бывшим мужем.

– Если только она нанимала другого детектива.

– Вы так уверены в Сапунове?

– Да, Юлиан Дмитриевич не стал бы мне лгать. И тем более когда его клиентки уже нет в живых.

– Хорошо. Что из этого следует?

– Что Ревакова не интересовалась судьбой бывшего мужа. Она не стала бы рисковать, доверяя свои секреты ещё одному человеку, и поручила бы слежку и за Постаковым Сапунову.

– Логично, – согласился Морис и предположил: – Что, если всплыло что-то такое, что заставило её изменить своё отношение к бывшему мужу и сыну?

– Тем более что бывших сыновей не бывает, – тихо проговорила Мирослава. – Думаю, что, встретившись с Постаковым, я сумею узнать, не было ли ему весточек от первой жены и где сейчас его старший сын.

Наступило воскресенье, и Мирослава поехала в гости к Олегу Даниловичу Постакову.

Однако судьба, по-видимому, решила, что для семьи Постаковых гостьей она была не только незваной, но и нежеланной.

Дверь ей никто не открыл. От старушки из квартиры напротив детективу удалось узнать, что семья ещё в пятницу отправилась на автобусную экскурсию в соседнюю область.

Усевшись в машину, Мирослава вздохнула.

«А ведь мы с Морисом всё так хорошо просчитали. – И решила: – Нужно изменить тактику».



Во вторник на следующей неделе Волгина отправилась в компанию по установке дверей, в которой генеральным директором трудился Постаков.

Несмотря на то что компания была небольшой, в приёмной сидела такая неуступчивая и не желающая ничего слышать секретарша, что на её бейджике следовало бы написать не имя-отчество-фамилию, а предупреждение: «Осторожно! Злая секретарь».

Мирослава решила не церемониться и громко заявила:

– Я детектив и хочу видеть вашего начальника по вопросу убийства Лидии Ильиничны Реваковой.

– Кто это такая? – вскинулась женщина.

– Первая жена вашего шефа.

– И при чём здесь он?

– Вы будете разговаривать со мной от лица Постакова? – спросила Мирослава. – В таком случае отвечайте, где был Олег Данилович, – она назвала день и время убийства Реваковой.

Присутствующие в приёмной уставились на секретаря, которая, сделавшись пунцовой, вскочила с места и как ошпаренная кинулась в кабинет шефа. Вскоре она вышла обратно и сказала неприязненно, глядя на Мирославу:

– Олег Данилович вас ждёт.

– Спасибо, – с вежливой улыбкой ответила Мирослава и вошла в кабинет.

– Я вас не знаю, – проговорил Постаков, поздоровавшись.

– Я вас тоже, – ответила детектив и представилась: – Мирослава Волгина, частный детектив.

– Частный? – уточнил Постаков.

– Совершенно верно, – ответила Мирослава, – но полиция, как вы догадываетесь, тоже работает над этим делом. И если вы хотите пообщаться со следователем, то одну минуточку, – она достала сотовый.

– Я ничего не говорил о своём желании общаться со следователем, – поспешно проговорил мужчина.

– Насколько я понимаю, вы в курсе, что Лидия Ильинична убита.

– Было бы глупо с моей стороны утверждать обратное, – ответил он нехотя.

– Откуда вы узнали об убийстве Реваковой?

– Об этом трубили все областные СМИ! – вырвалось у него с нескрываемой досадой.

– Может быть, вам следовало бы прийти в полицию? – забросила она удочку.

– Зачем? – искренне изумился Постаков и через некоторое время спросил подозрительно: – А вы знаете, что я бывший муж?

– Конечно, знаю, – заверила она его.

– В таком случае я ума не приложу, зачем вы явились ко мне среди рабочего дня?

– Я была у вас дома в воскресенье, но не застала вас, – доверительно сообщила она.

– О господи! – Постаков схватился за голову. – Скажите мне, ради всего святого, как и чем может помочь следствию бывший муж?

– Например, вы могли бы сообщить, где сейчас находится ваш общий сын.

– Он-то вам зачем? Он давным-давно ушёл от матери и не виделся с ней все эти годы.

– А с вами он виделся?

– Нет! Со мной он тоже не виделся.

Мирослава сразу поняла, что Постаков лжёт.

– Точно ли? – спросила она.

– Зачем он вам?

– Ваш сын – единственный наследник вашей первой жены.

– Моему сыну не нужны её грязные деньги! – резко ответил мужчина.

– Олег Данилович, если вы не видитесь с сыном, то откуда вы знаете, нужны ему эти деньги или нет? Помнится, император Веспасиан говорил, что деньги не пахнут.

– Я не знаю, что там говорил ваш император! Но моему сыну они не нужны! – продолжал стоять на своём Постаков.

– Олег Данилович, – неожиданно спросила Мирослава, – скажите, пожалуйста, вы отвечаете за качество своих дверей?

– Отвечаю! – яростно ответил Постаков, и только тут спохватился: – А при чём здесь наши двери?

– Ни при чём, – беззаботно отозвалась Мирослава, – просто я хотела получить гарантию из первых уст.

– Вы издеваетесь? – спросил он устало.

– Ну что вы, Олег Данилович, – произнесла она искренне, – ни в коем случае!

– Мне абсолютно нечего вам сказать! – произнёс Постаков с таким видом, что Мирославе на миг даже показалось, что он приложит руку к груди и добавит: «Клянусь честью». Но он вместо этого только развёл руками, а потом проговорил проникновенно: – У меня семья! Жена, дети! Прошу вас, не впутывайте меня в эту историю! Моему бизнесу такая антиреклама тоже не принесёт ничего хорошего.

– Антирекламой вы называете убийство своей жены? – спросила Мирослава.

– Бывшей жены, – уточнил Постаков и добавил: – Если бы вы знали Лидию при жизни, то не осуждали бы меня.

– Скажите, вы знакомы с Дианой Юрьевной Чулковой?

– Не знаю я никакой Дианы, – ни на мгновение не задумываясь, ответил мужчина.

– Верю.

– В таком случае почему бы вам не оставить меня в покое?

– Я не верю в то, что вы не общаетесь со своим старшим сыном и не знаете о его месте обитания.

– Это ваше право, – тяжело вздохнув, ответил Постаков.

Мирославе больше делать в его офисе было нечего.

Она вернулась домой и сообщила Морису:

– Постаков врёт как сивый мерин.

Морис рассмеялся.

– Тебе смешно? – сделала вид, что обиделась, Мирослава. А потом поинтересовалась: – Морис, а ты можешь войти на сайты заинтересовавших меня ветклиник?

– Легко! – ответил он.

– А мы можем увидеть тех, кто там работает?

– Если на сайте имеются их фотографии.

– Посмотри, пожалуйста.

Скоро они уже просматривали сайт одной из ветеринарных клиник.

Мирослава вглядывалась в лица сотрудников и покачивала головой:

– Ничего общего.

– Вы что же, думаете, что сын Постакова и Реваковой трудится в одной из облюбованных вами ветклиник?

– Да, я так думаю, – призналась Мирослава.

– Что ж, отдадимся на волю вашей интуиции, – ответил Морис, пряча улыбку. – Давайте полюбуемся на сотрудников второй ветеринарной клиники.

– Давай, – согласилась она и тут же впилась жадным взглядом в первое же показавшееся на сайте лицо. – Не он, – прошептали её губы.

– Вы хотя бы спросили у Постакова имя его старшего сына?

– Не спросила.

– Почему?

– Потому что всё равно соврал бы.

– Так это же глупо! Мы всё равно узнаем.

– Морис! Разве ты не знаешь, что люди чаще всего врут именно глупо?

– Я как-то не подумал об этом, – признался он.

– А ты подумай на досуге, – серьёзно посоветовала она и вдруг закричала: – Морис! Морис! – и ущипнула его за руку.

– Ой, – вскрикнул он, – больно же! Чего вы щиплетесь?

– Посмотри, это лицо тебе никого не напоминает?

– Вообще-то, есть какое-то сходство, но фамилия другая.

– И отчество не совпадает, – тихо сказала она.

– Ничего не совпадает! Лобов Андрей Матвеевич!

– Но он так похож на Постакова! Этому должно быть какое-то логическое объяснение, – проговорила она.

– Ага, – скептически ответил он, – игра природы.

– Должно быть ещё какое-то объяснение!

– Только одно объяснение: что этот Лобов Андрей Матвеевич – сын своего отца, некого Лобова Матвея.

Они продолжали машинально рассматривать фотографии сотрудников и одновременно воскликнули:

– Вот он!

Действительно, с экрана ноутбука на них смотрел нестарый ещё мужчина, Матвей Феоктистович Лобов, директор ветеринарной клиники «Добрый доктор».

Неожиданно для Мориса Мирослава резко захлопнула ноутбук.

– Вы чего? – спросил он.

– Морис! Мы должны доказать, что Андрей Лобов – сын Постакова!

– Но это же антинаучная фантастика! – сердито возразил он.

– Много ты понимаешь в колбасных обрезках, – хмыкнула она в ответ.

– В каких ещё обрезках? – недоумённо переспросил он.

– В колбасных, – охотно повторила она.

– Я ничего не понимаю! – вздохнул Морис.

– Вот я и говорю, что ты ничего не понимаешь.

Он посмотрел на неё с озабоченным подозрением.

А она ласково погладила его по руке и проговорила голосом, которым обычно говорят с неразумным ребёнком:

– Тебе и понимать ничего не надо. Только делать то, что я скажу.

– Что делать?

– Нам нужно добыть ДНК Олега Даниловича Постакова, Андрея Матвеевича Лобова и Лилии Ильиничны Реваковой.

– И всем этим должен заняться я?

– Нет! Только первыми двумя.

– Понятно, ДНК Реваковой вам предоставит Наполеонов.

– Нет, обойдусь без него.

– И каким же образом? Вы не забыли, что Реваковой нет в живых и квартира её опечатана?

– Не забыла, дорогой, – ласково улыбнулась она ему. – Поезжай к конторе Постакова, дождись, когда он отправится пообедать.

– И составить ему компанию? – усмехнулся Морис.

– Нет, оставаясь незамеченным, ты должен утащить у него что-то, на чём останется его биологический материал. А компанию, если бы это понадобилось, я и сама могла бы ему составить.

– Но вы опасаетесь, что рядом с вами Олег Данилович будет вести себя осмотрительно.

– Точно. Постаков – далеко не дурак.

– Не сомневаюсь. Только хочу спросить…

– О чём?

– Почему Лобова вы тоже доверили мне?

– Так заодно же, – простодушно взмахнула она ресницами.

Морис счёл за напрасный труд напоминать ей, что места работы Постакова и Лобова находятся друг от друга на большом расстоянии.

Он промолчал и отправился выполнять её поручения.

Начать он решил с Постакова. К фирме Миндаугас собирался подъехать к началу рабочего дня, хотя Мирослава советовала отправиться ближе к обеду. Но на этот раз, вероятно, сработала его интуиция, и Морис поехал к дому, в котором жил Олег Данилович со своей семьёй.

Детектив дождался, когда мужчина вышел из дома и сел за руль своей машины. После чего Морис поехал за ним. Не доезжая два квартала до здания, где находилась его фирма, Постаков остановил машину у входа в небольшой парк, купил мороженое в стаканчике и сел на лавочку.

Морис мысленно поблагодарил небеса за то, что стаканчик не был вафельным.

Постаков ел мороженое не спеша. Казалось, что он больше прислушивается к шороху медленно падающих с дерева, под которым он сидел, листьев, чем ест.

Впрочем, вполне возможно, что Олег Данилович прислушивался не к шороху листьев, а к тревогам, звучащим у него в душе.

Стаканчик с мороженым он выбросил в урну, так и не доев его.

Морис посмотрел вслед Постакову. Надобность ехать за ним у детектива отпала.

Он осмотрелся вокруг. В это время в парке, кроме него и скачущих возле ног воробьёв, никого не было.

Морис надел перчатки, достал стаканчик, вытряхнул из него недоеденное мороженое и убрал влажную тару в пакетик.

Воробьи гурьбой набросились на растаявшее лакомство, звонким щебетом оповещая мир о своей нежданной радости.

Морис со спокойной совестью направился к месту расположения ветеринарной клиники Лобова. Он надеялся успеть до обеденного перерыва. И приехал даже намного раньше.

Пока у него было время, он размышлял о том, отправится Лобов-младший обедать один или в компании с Лобовым-старшим. А может быть, ещё с кем-то из своих коллег. В таком случае задача детектива усложнится. Изъять какую-то вещь гораздо труднее под наблюдением чужих, пусть и рассеянных, глаз.

Время обеда наступило, но на крыльце здания никто не появлялся.

«Вдруг у них принято обедать в офисе, – подумал Морис с малой толикой тревоги, – хотя это неразумно, всё-таки ветклиника – не обычная контора».

И тут он вспомнил, что полчаса назад в здание зашла девушка с маленькой собачкой на руках. После этого Морис решил, что у ветеринаров не принято уходить, не завершив приём четвероногого пациента.

Его догадка оказалась верной. Девушка с собачкой вышла через десять минут. А ещё через пять на крыльце появился Лобов-младший в полном одиночестве.

Молодой мужчина сбежал вниз по лестнице и направился на небольшой пятачок стоянки. Там он сел за руль «Рено» бежевого цвета и выехал на дорогу.

Выждав пару минут, Морис двинулся следом за ним. Ехать им пришлось всего-навсего полквартала. Машина Лобова остановилась напротив кафе «Домашнее».

«Мог бы и пешком дойти», – подумал Морис. Лично он так бы и поступил.

Лобов подошёл к стеклянным дверям кафе, и они автоматически разъехались.

«Дам ему время сделать заказ», – решил Морис.

Спустя некоторое время он так же, как Андрей Лобов, приблизился к дверям кафе и вошёл внутрь.

К удивлению детектива, зал бы почти полностью заполнен. Но ему всё-таки удалось высмотреть свободное место за столиком, стоявшим на расстоянии двух шагов от столика, за которым сидел Лобов.

– Здесь свободно? – вежливо улыбаясь, спросил Морис даму постбальзаковского возраста.

– Да, молодой человек. Вы можете сесть, – она одарила его благосклонным взглядом.

– Благодарю.

Чтобы не сидеть со скучающим видом, вызывая подозрение окружающих, Миндаугас заказал себе салат из авокадо с креветками, а также кусочек яблочного пирога и чашку крепкого чая по-восточному.

– Вы давно в России? – неожиданно для него спросила женщина.

– Да, – машинально ответил он, а потом спохватился: – Почему вы спросили? – Миндаугас знал, что говорит он без акцента.

Она вместо ответа загадочно улыбнулась и уточнила:

– Вы прибалт?

– Да. Я родился в Литве.

– А я двадцать пять лет прожила в Латвии, но теперь вынуждена была уехать.

Он не стал спрашивать, почему. Продолжение разговора не входило в его интересы.

Она расценила его молчание по-своему и проговорила холодно:

– Не беспокойтесь, я не собираюсь вам навязываться.

– Я и не беспокоюсь, – улыбнулся он как можно дружелюбнее. – Почему вы решили, что я считаю вас навязчивой?

– Разве нет?

– Ничуть! Просто я сижу как на иголках, – в этом Морис не лгал, хотя дальнейшие его слова не имели к действительности никакого отношения, – я жду здесь делового партнёра. Но он что-то запаздывает.

– Для деловой встречи вы выбрали не очень подходящее место, – сказала дама.

– Теперь я это и сам вижу. – Морис изобразил лёгкое смятение.

– Ничего, – решила подбодрить его дама, – он наверняка скоро придёт. А я сейчас ухожу, так что посадите его на моё место.

– Благодарю вас.

Из груди Миндаугаса чуть не вырвался вздох облегчения, когда женщина действительно поднялась из-за столика и, пожелав ему удачи, удалилась.

В это же самое время, отодвинув чашку с недопитым чаем и бросив на столик небрежно скомканную салфетку, со своего места поднялся Лобов-младший.

Делано неторопливо детектив последовал его примеру, и, проходя мимо столика, за которым только что сидел Лобов, ловким движением уцепил за кончик салфетку и, сделав вид, что что-то уронил, присел и засунул её в пакетик. Краем глаза он наблюдал, не заметил ли кто-то его манипуляций. Но нет, кажется, всё обошлось благополучно.

Покинув кафе, Морис забрался в салон «БМВ» и наконец-то почувствовал себя абсолютно спокойным.



Мирослава после ухода Миндаугаса позвонила своей клиентке и спросила:

– Ирина Аркадьевна, у вас есть запасные ключи от квартиры вашего сына?

– Да, – ответила Крапивина, – а что?

– Нам с вами нужно сейчас туда съездить.

– Что-то ещё случилось? – испуганно спросила женщина.

– Нет-нет, ничего плохого. Я сейчас заеду за вами и всё вам объясню.

– Хорошо, – неуверенно отозвалась Крапивина.

Ей теперь постоянно казалось, что комок бед, обрушившихся на её сына, будет только обрастать новыми неприятностями. В благополучный исход ей верилось слабо. Но про себя она с самого начала решила во всём слушаться детектива. Если кто-то и распутает этот клубок, то только она.

Поэтому Ирина Аркадьевна покорно села в машину Мирославы, и они поехали к дому, в котором находилась купленная любовницей для Кукушкина квартира.