– Существа, которые выглядят примерно так же, как мы с тобой, – объяснила Эйна. – Ни у мужчин, ни у женщин там нет ни звериных голов, ни морд. Только лица.

– Да ладно! – ахнул он. – Неужто там все мужчины такие, как я?

– Не совсем такие, – уточнила девушка. – Выглядят они похоже, но по натуре иные и живут совершенно не так, как мы. Люди гораздо умнее обитателей нашей планеты, и они, как бы это сказать… не такие дикие. Они живут совсем по-другому. Проводят время не только в битвах друг с другом, но еще и что-то постоянно производят и создают. У них удобная одежда, много красивых и полезных вещей…

– Звучит очень здорово! – воскликнул он и тут же попытался все это себе вообразить. Получилось не очень, но даже так картина вышла довольно привлекательная. – Скажи, а можно в этом мире побывать? Или хотя бы как-то его увидеть?

– Увы, нет, – покачала головой Эйна. – Насколько я знаю, никто из нашего мира никогда там не бывал.

– Тогда откуда же известно, какая она, эта Явь? – недоумевал Прай.

– Оттуда, что мы знаем: наш мир, Правь, придумали именно обитатели Яви.

– Как это? – не понял он.

– Как бы тебе объяснить… Ну вот скажи: тебе случалось когда-нибудь мечтать? Представлять что-то хорошее, чего никогда не происходило, но тебе бы хотелось, чтобы произошло? Или наоборот – что-то плохое, чего тоже не было, но могло бы случиться?

– Да, – кивнул он, очень надеясь, что в темноте не будет видно, как кровь прилила к щекам. Ведь только недавно, до того, как Эйна пришла к роднику, он только и делал, что представлял себе их объятия.

– Ну вот, – довольно откликнулась девушка. – А люди делают это гораздо чаще, чем мы. Они придумывают других людей, которых никогда не знали, места, где никто не бывал, события, которые никогда не происходили, разных существ, которых не бывает на самом деле. И когда то, что люди вообразили, превращается в складную историю, то все придуманное появляется в нашем мире – Прави.

– Гм… Здорово… Наверное, – пробормотал Прай. Он не знал, что еще сказать, был слишком ошеломлен и стеснялся признаться, что почти ничего не понял. – И ты говоришь, что – Боудика…

– Да, наша планета – это тоже одно из царств Прави, – Эйна с полуслова догадалась, о чем он хочет спросить.

– А их много, этих царств? – уточнил юноша.

– Очень, – кивнула Эйна. – И к тому же их число часто меняется. Ведь люди постоянно придумывают новые. И царства существуют до тех пор, пока кто-то из людей помнит о них, – тот, кто их придумал, или те, кому он о них рассказал. Но как только в Яви окончательно забудут о каком-то нашем царстве, оно исчезает.

– То есть как это «исчезает»? – вскинулся Прай. – А что же происходит с теми, кто в нем жил?

– Ничего. Они тоже исчезают, – спокойно объяснила Эйна. – Перестают существовать.

– Но это… Это как-то неправильно, – задумался юноша.

– Почему? – она даже удивилась. – Собственно, это ведь то же самое, что обычная смерть. Когда мужчина, который погиб в битве, или женщина, которая состарилась и умерла, отправляются в Навь.

Эйна сорвала длинную травинку, сунула ее в рот, принялась грызть ровными белыми зубами, и Прай тут же нашел, что при этом девушка смотрится весьма соблазнительно.

– Скажи, а другие царства Прави… Они какие? Похожи на нашу планету? – спросил он больше всего затем, чтобы заставить себя думать о чем-то еще, кроме ее привлекательности.

– Они разные, – объяснила Эйна. – Какие-то, наверное, и похожи, а какие-то нет. Наверное, больше всего царств похожи на мир людей. Но как выглядит Явь, я плохо себе представляю. Если честно, я и о Прави-то знаю не так много. Только то, что у всех царств нашего мира есть верховный вождь, называемый Повелитель. Его зовут Перун, и все царства подчиняются ему.

– А как он стал Повелителем этот Перун? – заинтересовался Прай, которого всегда волновали подобные темы. – По наследству? Или захватил власть силой?

– Ни то и ни другое, – объяснила девушка. – Повелителя Прави всегда выбирает судьба. В момент его рождения над тем местом, где он появляется на свет, всегда восходит очень яркая звезда, видная даже днем. Ее называют Вещей Звездой. Она указывает на рождение нового Повелителя.

После этих слов они невольно подняли взгляд вверх и увидели, что обе луны уже успели проделать по небосводу немалый путь.

Эйна торопливо вскочила на ноги.

– Ой! – воскликнула она. – Я так заболталась с тобой, что забыла обо всем на свете. А меня наверняка уже ищут!

– Так идем скорее назад, – он тоже поднялся. Расставаться с Эйной совсем не хотелось, но ее благополучие было для него важнее всего.

Обратная дорога показалась до обидного короткой, хотя на самом деле они ушли довольно далеко от поляны.

– Наверняка меня уже всюду ищут… – встревоженно бормотала Эйна. Она спешила, споткнулась о корень, но не упала, поскольку Прай был начеку и сумел ее поддержать. Как же ему хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно! Но девушка, чуть смущенно прошептав слова благодарности, тут же высвободилась из его объятий.

Вопреки ее опасениям, на поляне все было тихо. Из лагерей, к которым они уже приближались, но которые пока еще не были видны из-за деревьев, не доносилось ни звука, нигде не светилось ни огонька.

– Слава духам… – прошептала Эйна и повернулась к Праю. – Я попробую прокрасться к себе в шатер. Надеюсь, что никого не разбужу. А ты…

Она прервалась на полуслове, потому что в этот момент они вышли на поляну.

И оба замерли, тщетно пытаясь осознать то, что открылось их взорам.

Несколько часов назад они покидали мирно спящий лагерь, а вернулись на место кровавого побоища, которое в свете двух лун выглядело особенно зловеще.

Ни там, где стояли Львы, ни там, где разместились женщины, не осталось ни одного целого – шатра. Все шкуры были сорваны, разрублены и разбросаны по земле, цветы и зеленые гирлянды, которыми женихи так старательно украсили временные жилища невест, кто-то безжалостно втоптал в грязь. Но самое худшее было совсем не это, а то, что вся поляна была усеяна трупами.

– Не ходи сюда! – крикнул Прай Эйне, но было уже поздно. С криком ужаса девушка подбежала к ближайшему мертвому телу. Это была одна из Воительниц, погибшая от глубокой раны в животе. Пальцы ее правой руки были крепко сдвинуты, точно Воительница все еще сжимала рукоятку, но самого меча не было – видимо, кто-то вырвал оружие из ее ослабевших рук. Рядом лежала женщина в потемневшем от крови сиреневом одеянии, глаза на ее были широко раскрыты, словно в удивлении, и Прай узнал в ней молчаливую спутницу Мудрейшей, которую видел сегодня днем. Эйна с рыданиями прижала ее тело к себе, и белый цветок за ее поясом мгновенно стал алым.

Прай увидел, что дальше лежали его собратья по клану. Казалось, что мужских тел даже больше, чем прибыло на Остров Невест живых Львов. Гепарду Теру размножили голову чем-то тяжелым, повредив череп настолько, что Прай еле смог узнать своего приятеля. А Рабаш весь был порублен на куски, все его тело с головы до ног было в сплошных ранах. Старый тигр лежал как-то неловко, и, приглядевшись, Прай понял, почему, – Рабаш упал на тело Мудрейшей. Очевидно, в битве с неизвестным противником он закрыл собой Главную Наставницу и принял смерть, до последнего защищая ее…

Не успел юноша подумать об этом, как услышал тихий стон. Неужели Рабаш жив? Надежда пойманной птицей встрепенулась в груди, Прай торопливо склонился к телам, но сразу понял, что стонет не тигр, уже отправившийся в Навь, а Мудрейшая, которая еще жива. Торопливо, но бережно освободив ее от мертвого тела Рабаша, юноша подозвал Эйну, все еще пребывавшую в состоянии шока, и, склонившись над главной Наставницей, прорычал:

– Кто? Кто это сделал?!

Он сам не узнал своего голоса, столько в нем было звериной ярости.

Мудрейшая оказалась в сознании, хоть и была очень слаба. Ее губы шевельнулись, и она еле слышно прошептала то, чего менее всего ожидал молодой воин:

– Львы… Это были Львы…

* * *





Дорога на Геару с Острова Невест надолго осталась одним из самых ужасных воспоминаний его жизни. И дело было, конечно, не в том, что пришлось в одиночку управлять крупным летающим островом, что оказалось непросто, но все же посильно. Но то, что предшествовало полету, стало настоящим кошмаром, как и то, что, скорее всего, ожидало впереди.

В тот момент, когда Прай, с позором покинув Остров Невест, разворачивал тяжелый и тугой парус, ловя попутный ветер, он уже разобрался во всем, что случилось в ту страшную ночь. Но там, на острове, он не сразу понял, что именно произошло, – и горько за это поплатился. Разберись он в событиях быстрее, глядишь, и сумел бы все объяснить Мудрейшей и – что казалось гораздо важнее – Эйне. Хотя, весьма вероятно, все равно бы не получилось…

Сбегая на тайное свидание, они с Эйной ушли из мирно спящего лагеря, где в полном благополучии пребывало несколько десятков воинов и женщин, а вернулись к горе трупов. Как оказалось, в живых остались лишь Мудрейшая и одна из Воительниц, которую оглушил удар дубины, и ее приняли за мертвую. Когда женщины пришли в себя и смогли что-то рассказать, понемногу начала складываться жуткая картина случившего.

Все произошло очень быстро и очень тихо – неудивительно, что Прай и Эйна, находившиеся за лесом на другой стороне острова, ничего не услышали. Нападавшие – фигуры в кожаных масках, прячущих головы, – неслышно подплыли на лодках и причалились к острову. Часть из них, подкравшись к лагерю, атаковала спящих и безоружных Львов, другая же часть набросилась на шатры женщин. Всех невест и нескольких Воительниц и Наставниц схватили и уволокли на лодки. Тех женщин, кто пытался дать отпор, безжалостно убивали и забирали оружие Воительниц. Что же до женихов-Львов, то они отчего-то спали в эту ночь на удивление крепко. Насмерть перепуганным, спросонья толком не понимающим, что происходит, женщинам, пришло на помощь только три воина – Рабаш, Теру и еще один молодой Лев. Они отчаянно сражались, используя вместо оружия все, что подвернулось под руку, пытаясь отбить пленниц, но силы оказались неравны, нападающих было намного больше. Все Львы пали в бою, и нападающие так торопились, что даже не сняли с них кожу.

То, что его товарищи позволили застать себя спящими, немало удивило Прая. Но лишь во время обратного пути на летающем острове он догадался попробовать привезенный с Геары нибб и ощутил в напитке сладковатый привкус отвара сон-цветка. Рабаш и молодые воины, никто из которых, конечно, не обучался у колдуньи Майди, этого привкуса не заметили – за что и поплатились жизнью. Но откуда же мог взяться в ниббе сонный цветок? Вряд ли он попал туда случайно… Неужели кто-то из старших женщин племени, готовивших напиток для поездки женихов, подмешал туда сонное зелье?

Раненых товарищей нападавшие увезли с собой, но один убитый, скорее всего, Рабашем или Теру, так и остался лежать на поляне. И когда Прай сорвал с него кожаную маску, то увидел голову рыси. Похититель женщин был молод, он, похоже, только в этом году прошел испытания и не был знаком Праю: сколько он ни присматривался, не мог его вспомнить. Рыси точно не было среди женихов, но не было вроде бы и в недавнем походе на Волчий остров. Возможно, они встречались в детстве, когда оба были еще мальчишками, но это было так давно, и все с тех пор сильно изменились…

Вернувшись со свидания и увидев последствия резни в лагере, Прай впал в такой шок, что долгое время мог только недоумевать, кто были эти незнакомые ему Львы в масках и откуда они вообще взялись. И только потом, уже во время дороги домой, сообразил – это же дружки его кузена! Видимо, из тех, что ушли с Джарком, когда тот сбежал с Геары после столь позорного проигрыша в их соревнованиях.

Как жаль, что Прай догадался так поздно! Сообрази он это на Острове Невест, все могло бы пойти иначе. А так Мудрейшая, которую тоже ранили во время налета, и, что хуже всего, Эйна обвинили в нападении весь клан Львов в целом.

Когда Прай попытался объясниться с девушкой, та в ужасе отшатнулась:

– Не подходи ко мне! Я больше не хочу тебя знать! Твои соплеменники убили и похитили моих сестер!

И хотя звучали ее заявления абсолютно нелогично, возражать Прай не стал. Все равно бесполезно. Он стоял, опустив голову, смотрел на завядший и обагренный кровью цветок у нее за поясом и вспоминал слова, которые ему как-то раз сказал Рабаш, а после неоднократно повторял Обсидиан: «Никогда не оправдывайся – это удел слабых».

Так что в итоге Праю ничего не оставалось, как покинуть царство женщин на том же летающем острове, на котором только недавно сюда прибыли его соплеменники, полные радужных надежд, а теперь возвращались мертвыми, убитые своими же сородичами. Перед отлетом Прай бережно сгрузил их тела на кусок суши с парусом. Разумеется, он сделал это в одиночку. К этому моменту на Остров Невест с Женского острова уже прилетели несколько Наставниц и целый отряд Воительниц, которых вызвала с помощью птицы-вестника Эйна, – но помогать молодому Льву никто из них не стал.

Как и предполагал Прай, возвращение домой обернулось кошмаром. Никогда в жизни он еще не видел отца в таком гневе. Узнавший трагическую новость о смерти старого друга и цвета клана Арнар будто постарел прямо на глазах и готов был самолично растерзать сына.

– Как так вышло, что все погибли, а ты вернулся без единой царапины?! – рычал он на все стойбище.

Прай молчал. Не мог же он признаться, что был на свидании с девушкой, да еще с Наставницей. Это только ухудшило бы его и без того тяжкое положение.

– Не зря я никогда не доверял тебе! – Арнар бушевал так, что его рык, казалось вот-вот обрушит стены хижины. – Ты либо трус, либо предатель! Не знаю, что хуже. И ты мне больше не сын! Я проклинаю тот день, когда ты родился и я оставил тебя в живых. Нужно было сразу сбросить тебя со скалы, как следует поступать со всяким уродом! И мне не пришлось бы убивать из-за тебя родного брата!

От такого обвинения Прай на мгновение онемел. Конечно, он чувствовал свою вину за гибель товарищей и в особенности за то, что не был рядом, когда Рабаш и Теру дрались голыми руками не на жизнь, а на смерть. Но ни в том, что родился не таким, как все, ни в том, что Арнар убил отца Джарка, Прай уж точно не был виноват. Отец сейчас сам вел себя как трус, боясь признать свои ошибки и перекладывая ответственность за них на сына. Внутри аж все бурлило, так хотелось выкрикнуть эти слова Арнару прямо в морду. Но Прай хорошо понимал, что это ничем не помогло бы ему, а только окончательно все испортило.

Чувствуя, что он больше не в силах сдерживать себя, Прай развернулся и хотел уйти, но отец задержал его.

– Стой! Я с тобой еще не закончил! Ты думал, я не понимаю, зачем ты вернулся на Геару? Ты надеешься, что тебя признают моим наследником, и после моей смерти ты станешь вождем. Так знай же: этому не бывать! Я никогда не передам тебе свою власть! Не будь твой кузен столь нетерпелив и не начни он плести интриги против меня, я бы сделал своим наследником Джарка…

Прай чувствовал, что все его тело бьет мелкая дрожь, как при ознобе. Но он невероятным усилием воли сумел взять себя в руки и спросил почти ровным голосом:

– И ты так говоришь после того, как Джарк и его дружки убили Рабаша, женихов и Воительниц? После того, как они похитили женщин?

Арнар в ответ рыкнул так, что даже, казалось, снаружи листья попадали с деревьев:

– Еще неизвестно, были ли это именно они!

– Ты считаешь, это надо доказывать? – Прай внезапно ощутил, что почти успокоился. Он понял, что преимущество – преимущество истины – на его стороне, и работает на него. – У тебя есть другие версии, кто еще из Львов это мог быть?

На несколько мгновений Арнар замолк, а потом рявкнул:

– Прочь!

Сын не стал возражать и молча вышел из родительской хижины.

По дороге к болотам он ни разу не оглянулся.

Сейчас ему как никогда нужен был совет духа камня, и, едва оказавшись на летающем островке, Прай тут же пристал к Обсидиану с расспросами.

– Ты знаешь, что произошло на Острове Невест?

– Знаю, – ответил знакомый голос. В черной зеркальной глубине отполированной поверхности замерцали быстрые яркие всполохи.

– Так ты знал все и заранее! – запоздало сообразил молодой Лев. – Но почему ничего не сказал? Почему не предупредил меня?

– Не сказал, потому что не видел в предупреждении никакого смысла, – порой тон духа камня напоминал интонации, с которыми родители объясняют несмышленым котятам самые элементарные вещи – и это невероятно бесило. – Что бы ты мог сделать?

– Я бы предупредил Рабаша и женихов!

– Думаешь, тебе бы поверили? – возразил Обсидиан. – Исключено. То, что сотворили Джарк и его дружки, – невероятная дерзость. Ничего подобного никогда не случалось в истории твоей планеты. А до тех пор, пока что-то подобное не случается, никто и помыслить не может о такой возможности. Так уж устроено ваше сознание… Не только ваше, кстати. В этом вы, обитатели Боудики, тоже очень похожи на людей. Тех самых обитателей Яви, о которых рассказывала тебе Эйна.

Иногда Праю нравилось слушать, как дух камня разглагольствует о всяких неведомых ему вещах, но сейчас эти малопонятные рассуждения выводили его из себя. Он сжал кулаки и зарычал, но Обсидиан предпочел сделать вид, что не замечает бешенства своего собеседника.

– Так что все, что ты смог бы сделать, будучи предупрежден, – это остаться в лагере и погибнуть вместе с остальными, – продолжал он. – Но это не входит в мои планы насчет тебя. Ты мне нужен живым. И, как я уже говорил тебе, нам обоим нужна эта девушка. Эйна.

– Хватит упоминать Эйну! – снова зарычал Прай. – Я теперь потерял ее навсегда!

– Вовсе нет, – возразил камень. – Ты еще сможешь вернуть ее расположение. Разумеется, для этого придется сильно постараться, но никто ведь и не обещал, что тебе все будет доставаться легко… Так что: обсудим наши дальнейшие планы? Или ты предпочтешь и дальше злиться, рычать и бессмысленно молотить кулаками воздух?

– Я слушаю тебя… – пробурчал Прай, невероятным усилием воли беря себя в руки.

– Ну и отлично, – в отполированной поверхности снова мелькнуло что-то красно-оранжевое, похожее на язык пламени. – В этот раз я, так и быть, пойду тебе навстречу и немного расскажу о том, что произойдет в ближайшее время. Где-то через час закончится совет старейшин, который только что собрал твой отец. Сразу после него посольство Львов во главе с Арнаром отправится на Женский остров. Однако переговоры с Наставницами ни к чему не приведут, точнее, даже толком не состоятся. Арнар пообещает найти и вернуть похищенных девушек, на что Мудрейшая скажет, что лишь после этого она, может быть, согласится поговорить с ним. И то только «может быть». А до той поры она не желает видеть ни его, ни кого-либо еще из твоего клана.

– А потом? – нетерпеливо спросил Прай.

– Что будет потом – догадаться не сложно, – в голосе Обсидиана вновь чувствовалась столь знакомая усмешка. – Твой отец вернется на Геару и мобилизует всех Львов на поиски пропавших девушек. И так как никто не знает, куда отвез их Джарк и где прячется он сам… Вернее, кто-то, возможно, и знает, но оповещать остальных точно не станет… В общем, Львы снарядят несколько отрядов, которые отправятся на поиски в разные стороны.

– Ясно, – задумался Прай. – Значит, мне есть смысл примкнуть к какому-то из них. А лучше даже создать свой собственный.

– А ты не так глуп, как кажешься, – заметил Обсидиан, но молодому Льву сейчас было не до обидных шуток.

– Никто на Геаре не знает, где искать девушек, – рассуждал вслух молодой Лев. – И, если ты подскажешь мне это, у меня будет преимущество.

– Рад, что ты понимаешь: без меня эта задача тебе совершенно не по силам, – заметил дух камня. – Конечно, я укажу тебе место. Более того, помогу начертить карту. Даже несколько карт. Ведь тебе предстоит непростое путешествие: нужно будет не только отыскать убежище Джарка, но и заглянуть по дороге на Остров изгоев.

– Это еще зачем? – удивился молодой Лев.

– А ты сам не понимаешь? Выходит, я зря похвалил твою сообразительность. Затем, что у твоего кузена действительно много друзей. Значительно больше, чем ты думаешь, и гораздо больше, чем покинуло вместе с ним стойбище. А ты совершено один.

– Я соберу отряд Львов здесь на Геаре! Еще до того, как отец вернется с… – начал было Прай, но тут же замолк на полуслове. Обсидиан был прав. Никто не примкнет к нему, не войдет в его отряд, у него больше нет здесь друзей. После случившегося на Острове Невест доверия в клане к Праю нет. И удастся ли когда-нибудь вернуть его, а точнее, завоевать вновь – большой вопрос…

И, конечно же, дух камня, как обычно, абсолютно верно предсказал все дальнейшие – события.

Арнар действительно сразу же после разговора с сыном и совета старейшин отправился с посольством на Женский остров. И Прай, заключив, что дожидаться их возвращения нет смысла, наоборот, нужно действовать на опережение, все же обратился за помощью к соплеменникам.

Жители Геары уже знали о случившемся и были подавлены и растеряны. Никто, даже самые древние старики и старухи, не помнил ничего подобного. Когда-то, очень давно, бывали случаи, когда враждебные племена нападали на лодки, возвращающиеся с Острова Невест, – и то с тех пор, как в распоряжении Львов оказались летающие острова, клан стал защищен от подобных неожиданностей. Но чтобы кто-то устроил резню на Острове Невест… Такое было неслыханно. Потрясены были не только родители женихов, еще вчера гордившиеся своими сыновьями и радостно ожидавшие их с молодыми женами, а сегодня узнавшие страшную весть. Потрясено было все племя, уже начавшее подготовку к свадебному обряду, который теперь должен был обернуться похоронным.

– Я отправляюсь на поиски тех, кто убил наших братьев и украл Невест, – заявил Прай, выйдя перед собравшимся на берегу моря племенем. – Мы знаем, кто повинен в гибели Рабаша – и молодых Львов! Мы должны отомстить им и вернуть похищенных женщин!

Ему казалось, что говорит он очень хорошо, пылко и убедительно, однако же никто в толпе не отозвался на его призыв.

– Это дело рук Джарка и его дружков! – продолжал несколько сбитый с толку Прай. – Я сам видел, что…

– Ты все врешь, урод! Врешь! – перебил его громкий и визгливый женский голос. Прай глянул в ту сторону и нисколько не удивился, поняв, что кричит его тетка. – Ты все выдумал, потому что всегда ненавидел моего сына!

Первым порывом молодого Льва было напомнить всем, что факты на его стороне, но он вспомнил девиз «Никогда не оправдывайся» и лишь зарычал в ответ:

– Замолчи, Нлео! Твой сын – предатель!

– Нлео права в одном, – прозвучал другой голос, на этот раз мужской. Он принадлежал пожилому одноглазому леопарду, военачальнику Арнанра, которого вождь, уезжая с Геары, оставил за старшего вместо себя. – У нас нет никаких оснований верить тебе, Прай. Мы знаем о нападавших лишь с твоих слов. И пока не вернется вождь и не подтвердит твою правоту, делать какие-то выводы преждевременно.

– Нельзя дожидаться возвращения отца! – Праю все труднее было владеть собой. – Время дорого! Нужно как можно скорее освободить девушек и отомстить убийцам их женихов. И я отправляюсь в путь прямо сейчас! Кто со мной?

Ответом была тишина.

Прай обвел взглядом соплеменников. Кто-то прятал глаза, но многие смотрели прямо на него – недоверчиво и даже вызывающе. И молчали, явно не собираясь его поддерживать.

– Ладно, как хотите.

Он развернулся и пошел прочь, но тут услышал вдалеке за спиной голос:

– Погоди! Я с тобой.

У Прая немного отлегло от сердца. Все-таки он будет не один. Он обернулся и остановился, поджидая догоняющего его Ахаса.

– Что, когда в путь? – деловито осведомился, подбегая, единственный друг. – Если что – я готов прямо сейчас.

– Погоди немного, – с улыбкой отвечал Прай. – Давай дождемся ночи. Перед отплытием неплохо будет слегка порастрясти запасы клана, – разжиться оружием, защитой и едой. И, что-то мне подсказывает, лучше не делать это у всех на глазах.

* * *





В дороге было не до праздных разговоров. Все время приходилось заниматься управлением лодкой – поскольку их было всего двое, пришлось взять небольшую, но даже таким судном справиться только вдвоем оказалось непросто. Тем более что суденышко им досталось откровенно плохонькое. Не было даже уверенности, что старая лодка выдержит такое долгое и рискованное путешествие, но на крайний случай у них имелся спасительный запасной вариант – летающий остров Обсидиана. Прай крепко-накрепко привязал его к корме лодки, так что островок следовал за ними, невысоко паря над водой.

Путешествие выдалось нелегким: погода не благоприятствовала, часто лил дождь, бушевал ветер, море штормило, пусть, к счастью, и не слишком сильно. Друзьям постоянно казалось, что еще чуть-чуть – и их лодочка перевернется. Или, что еще страшнее, порыв ветра все же сорвет крепление и унесет летающий островок, разлучив Прая с Обсидианом, как уже случалось однажды. Но все обошлось. Каменный советчик оставался рядом, что было весьма кстати. Когда возникали сложности с навигацией или какие-то другие проблемы, Прай перепрыгивал на летающий островок и беседовал с Обсидианом. Ахасу он объяснил все тем, что поклоняется живущему в камне духу и в трудную минуту обращается к нему с молитвой. Тигр воспринял это как должное и ни о чем не спрашивал. За это Прай был благодарен ему, как, впрочем, и не только за это. Ахас оставался единственным во всем племени, кто поверил Праю и не стал обвинять его в смерти деда и женихов.

«Я тебя знаю, – сказал он. – И если ты говоришь, что было так, значит, так все и было».

В итоге эта часть путешествия завершилась благополучно. Друзья подплыли к скалистому острову со стороны одной из немногих бухт, где можно было встать на якорь, поднялись в гору и подошли к знакомой Праю пещере именно тогда, как тот и рассчитывал, – в сумерках, к моменту, когда охотники возвращались домой. И Прай с неожиданной радостью еще издали заметил поднимающийся в небо дымок. Значит, семья сумела сберечь когда-то добытый им огонь.

– Не тревожьтесь, мы пришли с миром! – крикнул он за добрый десяток шагов до пещеры. И тотчас от входа, заслонив его собой чуть не целиком и закрыв свет от костра, к Праю, радостно вереща, кинулось что-то огромное и мохнатое, обхватило и подняло над землей.

– Урод! – прокричало оно знакомым голосом. – Ты вернулся!

– Тейя, ты стала еще больше с нашей последней встречи, – засмеялся он, даже не делая попыток вырваться – понимал, что все равно бесполезно. А она со сдавленным бульканьем, означавшим у нее смех, подкинула его в воздух, как родители порой подкидывают малышей, и ловко поймала.

– Я знала, знала, что однажды ты все же вернешься! – кричала она.

Потом Тейя все же поставила его на землю, и Праю удалось высвободиться из ее лапищ, чтобы тут же попасть в другие объятия – медведицы Хисы. Затем, видимо, поглядев на женщин, к нему кинулся обниматься и Буйвол Ном, а следом и все остальные. Даже мудрый Догур – и тот ненадолго прижал к себе молодого Льва и похлопал его по спине. Стоявший в стороне Ахас так и замер в изумлении, наблюдая эту сцену. Еще никогда в своей жизни он не видел такого бурного проявления чувств.

Наконец с приветствиями было покончено, и только тогда Прай увидел Маару, которую уже некоторое время высматривал. В отличие от других, рыжеволосая девушка с головой Обезьяны не подбежала к нему, а стояла у входа в пещеру и спокойно смотрела на происходящее. Но когда она заметила, что Прай ищет ее взглядом, в ее глазах на мгновение сверкнуло торжество.

– Ты вернулся, вернулся… – продолжала бормотать Тейя. Она держала его за руку так крепко, будто боялась, что, если ослабит хватку, он снова исчезнет.

– Со мной друг, – сказал Прай, указывая на стоящего в стороне тигра. – Его зовут Ахас. И мы с ним привезли вам подарки.

Увидев, что Ахас не без труда держит несколько здоровенных кусков мяса, Тейя радостно взвизгнула и снова кинулась обниматься. Прай и Ахас отдали Хисе еду, которую прихватили с собой по совету Обсидиана, и женщины тут же принялись за готовку. Мужчины же, пригласив гостей в пещеру, расселись у костра и стали расспрашивать Прая, куда же он так внезапно исчез. Молодой Лев был готов к этому и рассказал правду, пусть и не полную: как, лазая в поисках добычи по скалам, случайно нашел крошечный летающий островок, запутавшийся в прочном колючем кустарнике. Он захотел опробовать находку, высвободил островок и забрался на него, но не справился с управлением, и летающий клочок земли унес его далеко от Острова изгоев. Несколько дней его мотало по воздуху, и все это время Прай не пил, не ел, мучился от жары и даже не спал, так как боялся упасть с островка и разбиться. Но когда он уже готов был проститься с жизнью, островок вынес его к родным землям – Геаре. И там Прай сумел посадить остров, так как на тот момент уже научился управлять им.

История эта, конечно, была малоправдоподобна. Впрочем, в настоящей истории Обсидиана, которую молодой Лев никогда никому не рассказывал, правдоподобия было еще меньше. Ведя повествование, Прай то и дело ловил себя на том, что чувствует неловкость от того, что приходится обманывать семью. Невероятно, но с кем бы то ни было из Львов он никогда не испытывал ничего подобного – ни раньше, в детстве, ни сейчас. На Геаре ложь и хитрость давным-давно стали неотъемлемой частью его жизни, в то время как здесь он почти никогда не врал, разве что о чем-то умалчивал.

И на этот раз семья ему тоже поверила.

– Что ж, в жизни бывает всякое, – покачал обезьяньей головой Догур. За не столь долгое время, пока они не виделись, он будто бы стал выглядеть старше. На его морде добавилось пепельно-седых волосков, а на голом боку виднелся свежий длинный шрам.

– Я что-то не вижу среди вас Бади, – заметил Прай, торопясь сменить тему разговора. Окинув семью быстрым взглядом еще у входа в пещеру, он убедился, что собрались все, кого он помнил, и даже добавилось несколько новичков. Не было видно только пожилого Медведя с седой шерстью.

– Его больше нет с нами, – сообщил в ответ Догур то, что, в общем-то, и так было понятно. – Он отправился в Навь. Мы похоронили его в это новолуние.

– Грустно, – вздохнул Прай.

Он не кривил душой. Ему и впрямь было грустно, слишком много потерь он пережил за недавнее короткое время. Рабаш, Теру, другие женихи… И Эйна. Юная Наставница, конечно, была жива, и Прай молил духов, чтобы так продолжалось еще много лет, но все равно горевал из-за нее столь сильно, будто потерял навсегда.

Собственно, ведь так оно и было.

Тем временем женщины закончили готовку, и в пещере, наполнившейся запахом жареного мяса и ароматных кореньев, начался настоящий пир. Никогда еще Прай не видел членов своей семьи настолько счастливыми и с удивлением прислушивался к собственным ощущениям, которые тоже были в новинку. Оказывается, это так приятно – дарить кому-то радость. Может, стоит делать это почаще? Но не успела мысль такая оформиться в голове, как тотчас же в ушах словно прозвучал голос Обсидиана, напоминавший, что они прибыли сюда не развлекаться и отдыхать, а с важной целью. И, будто тоже услышав этот голос, Догур отбросил в сторону кость, которую не только дочиста обглодал, но даже разгрыз, насколько это было возможно, и произнес:

– Не знаю, как и благодарить тебя за такие щедрые дары… Но что же ты хочешь взамен?

Прай не стал увиливать, ответил прямо:

– Я прибыл сюда, чтобы попросить помощи у своих друзей.

– Что тебе нужно, Урод, дружище? – тут же вскинулся Ном.

– Теперь мое имя Прай, – поправил молодой Лев.

– Вот еще глупости! – фыркнула Тейя. – От того, что ты слетал домой и получил татуировку воина, ты все равно не перестанешь быть моим другом Уродом.

Прай не стал ничего отвечать ей, а вместо этого вновь рассказал историю, на этот раз правдивую от начала до конца: о том, как он появился на свет с женским лицом, после чего его отец убил своего брата, о возникшей с тех пор вражде двух семей, особенно сильно ударившей не по взрослым, а по нему, когда он был еще ребенком, о своих столкновениях с Джарком, об испытаниях и побеге кузена с Геары, о стремлении Джарка захватить власть в клане и, наконец, о резне на Острове Невест и похищении девушек.

Когда он смолк, в пещере воцарилась полная тишина. Даже Тейя, сидевшая между ним и матерью, молчала и опустила голову, только крепко вцепилась в руку Хисы, точно искала у нее поддержки.

Первым, к удивлению Прая, заговорил новичок – молодой Кабан с клеймом изгоя на морде.

– То, что Львы убили своих соплеменников и украли Несвест, – это, конечно, плохо. Но нам-то какое до этого дело? Эти девушки никогда не станут выбирать себе мужей – из нас.

– Он прав, – поддержал новичка другой охотник, знакомый Праю Крокодил с таким же клеймом изгоя и длинным шрамом через всю морду. – Здесь нам нет дела до того, что происходит в остальном мире. Заботы других кланов нас больше совершенно не касаются. Сто\'ит ли рисковать из-за них жизнью?

– Сто\'ит! – мотнул рогатой головой Ном. – То, что предлагает Ур… то есть Прай, – это невероятное приключение. Сомневаюсь, что здесь, на этом проклятом острове, когда-нибудь доведется пережить что-то подобное. Пусть даже потом и придется снова вернуться сюда. По крайней мере, будет что вспомнить.

– Это слишком опасное приключение, – пробурчал новичок-Кабан. – Вряд ли после него ты куда-то вернешься. Скорее, отправишься прямиком в Навь.

– Ты просто трус, Боер! – горячо возразил Ном. – Наверняка из-за этого тебя и изгнали из клана.

Кабан взревел и вскочил на ноги, Буйвол тотчас последовал его примеру. Охотники чуть не схватились, но мудрый Догур остановил их одним движением руки.

– Тихо, тихо! Ном, Боер, уймитесь. Обойдемся без ссор в семье.

– Я пойду с Уродом, – неожиданно прозвучал и отозвался эхом по всей пещере звонкий голос Тейи. – И мне все равно, что будет дальше. Я помогу тебе, – эти слова уже были обращены к нему и сопровождались нежным взглядом разных глаз, – всем, чем смогу.

– Я тоже, – подхватил Ном, обращаясь к Праю и Ахасу. – Парни, вы же дадите мне оружие да?

– И я пойду, – Маару сказала это тихо, даже слишком, но Прай все равно ее услышал.

– Погодите, друзья! – слово снова взял мудрый Догур. – Давайте все же выслушаем до конца и разберемся в том, что нам предлагают. Я правильно понимаю, – он опять повернулся к Праю, – ты хочешь, чтобы мы поехали с тобой и помогли тебе одолеть твоего врага и вернуть похищенных женщин?

Тот выразительно кивнул.

– Тогда, – продолжал Догур, – у меня будет к тебе сразу несколько вопросов. И первый из них – как именно ты собираешься все это осуществить?

– Я все продумал, – сообщил Прай. – Мы с Ахасом прибыли сюда на лодке. Она старая, еле дышит и небольшая, но всех нас сможет вместить. На борту есть оружие, запас еды и воды. И я примерно представляю себе, где укрылся Джарк. Думаю, они спрятали девушек где-то поблизости от своего лагеря. Мы подплывем туда, неожиданно нападем, освободим пленниц и вернем их на Женский остров.

– А что будет после этого со всеми нами? – это спросила Хиса. – Если, конечно, мы останемся в живых?

Ее вопрос был поддержан всеобщим молчанием, но это оказалось красноречивее всяких слов. Все звериные головы, как одна, повернулись к Праю, и он понял, с каким волнением и нетерпением семья ждет его ответа – даже несмотря на то, что все старались выглядеть спокойными и незаинтересованными.

– Обещать, что все останутся целы и невредимы, я не могу, – честно ответил он. – Скорее всего, даже наоборот. Многие из нас действительно отправятся в Навь. Но, надеюсь, все же не все. Что до остальных, то каждый может выбрать свою дальнейшую судьбу.

– И как же это? – с усмешкой поинтересовался все тот же Крокодил-изгнанник. – Пути домой, в родные кланы, нам нет. Что бы мы ни сделали, ни одно племя не примет нас. И что же – нам опять возвращаться сюда?

– Но разве нет других вариантов? – возразил Прай. – На Боудике найдутся острова с условиями получше, чем в этом проклятом месте. Вы сможете поселиться там, где достаточно еды. Где будет, из чего построить жилище и сшить одежду. О том, чтобы у вас было оружие, огонь и все прочее необходимое, я, конечно же, позабочусь.

На миг в пещере снова повисло молчание. Все пытались осмыслить сказанное Праем и, казалось, не верили своим ушам.

Догур первым прервал затянувшуюся паузу.

– Что ж, это было бы очень благородно с твоей стороны, – сдержанно заметил он.

После этого вся семья вдруг заговорила разом. Одни что-то спрашивали, другие сомневались, третьи, как Тейя и Ном, просто бурно выражали свою радость. Всем невероятно трудно было поверить в то, что их существование может вот так неожиданно и внезапно измениться к лучшему… Но всем так отчаянно этого хотелось, что они были готовы на все. Даже рискнуть жизнью ради помощи тому, кто недавно жил среди них, потом исчез, но теперь вернулся и намерен сделать им такой невероятный подарок.

Отправляться в путь решено было завтра же на рассвете – тем, у кого ничего нет, не нужны долгие сборы. У большинства изгоев не имелось даже нормального оружия, но это не было проблемой, поскольку перед отплытием Обсидиан напомнил как следует им запастись. На счастье Прая, в клане Львов-победителей боевых трофеев имелось более чем достаточно.

Когда все, наконец, немного успокоились и стали укладываться на ночлег, он услышал, как Ахас подошел к Маару и негромко предложил:

– Может, прогуляемся перед сном? Посмотрим на звезды… А я бы рассказал тебе, как отличился в недавней битве с Волками.

На что Маару ответила со столь знакомой усмешкой:

– Пытаешься меня впечатлить? Можешь не стараться. Я – женщина Прая. Я его выбрала, как это испокон веков принято у нас на Боудике.

И, отойдя от Ахаса, Маару направилась прямиком к тому, кого только что назвала своим мужчиной. Как ни в чем ни бывало, села рядом с ним и выжидающе, даже слегка требовательно, заглянула ему в лицо.

Прай растерялся. С тех пор, как в его жизни появилась Эйна, он просто-напросто забыл о существовании Маару, считая, что больше никогда ее и не увидит. Теперь ему не помешало бы время, чтобы разобраться в себе и понять, как следует вести себя с ней, но времени не было. Маару была рядом сейчас, в данную минуту и явно чего-то ждала.

– Знаешь, – осторожно начал он, – мне приятно, что ты навала меня новым именем, но…

Однако Маару не дала ему закончить. Тесно прижалась, пользуясь тем, что в темном дальнем углу пещеры их вряд ли увидят, и многозначительно заверила страстным обещающим шепотом:

– Это только начало…

* * *





Уже давно Прай понял, что просто не знал бы, что делать, не будь в его жизни Обсидиана и его советов. Дух камня не только подсказал, на каком острове Джарк с дружками поселились, покинув Геару, но и помог начертить карту и проложить курс от Острова изгоев. Так что в пути Прай чувствовал себя более или менее уверенно. Старая маленькая лодченка покряхтывала от такого количества путешественников на борту, но зато команда больше не испытывала недостатка в гребцах. Да и с погодой им повезло: всю дорогу дул попутный ветер. Так что плыли они быстро и без помех, и самой большой трудностью этого пути оказалось удержать Нома, все время рвавшегося опробовать в деле привязанный к корме летающий остров Обсидиана. Ну, может быть, еще разговор с Маару. Как-то раз, сидя рядом с Праем на веслах, она вдруг начала допытываться, как молодой Лев успел так быстро научиться искусству управления кораблем, и откуда он знает, где именно нужно искать похищенных женщин. Но он притворился, что плохо слышит ее из-за шума ветра, и от неприятных вопросов удалось уйти. Все остальные изгои и Ахас только удивлялись его осведомленности и умению ориентироваться по небесным светилам, но все же беспрекословно слушались своего капитана.

Двигаясь в строгом соответствии с картой, путешественники вскоре достигли своей цели – группы островов, разбросанных по океану в относительной близости друг от друга, но все же настолько далеко, что с одного из них нельзя было разглядеть, что происходит на остальных.

– Мы остановимся вот здесь, – скомандовал Прай, указывая на самый крайний остров. – Он невелик, но и нас не так уж много, и места хватит. К тому же, тут есть все, что нужно, включая воду и дичь.

Несмотря на кажущееся спокойствие и безопасность, он принял все меры предосторожности. Оставив корабль в тихой незаметной гавани, путешественники разбили лагерь у ручья: недалеко от берега, но все же в роще, чтобы с моря их не было видно за деревьями. Костер на всякий случай разводить не стали, а на ночь решили оставлять часовых. Первой жребий дежурить выпал Маару, и когда все уснули после ужина, она предложила прогуляться – по острову.

Это был уже не первый раз, когда девушка с головой Обезьяны делала шаг навстречу Праю. Еще в пещере на Острове изгоев, в ночь перед отплытием, она недвусмысленно намекнула на тайное свидание – такое, как бывали у них раньше, до того, как молодой Лев покинул семью. Прай на мгновение задумался. Что и говорить, предложение звучало весьма соблазнительно, но будто что-то его остановило. И он ответил, что дал клятву духам не отвлекаться ни на что, пока не исполнит свою миссию. Эти немного непонятные, но красиво звучащие и вызывающие уважение слова (как, впрочем, и многие другие им подобные) молодой Лев услышал от Обсидиана. Он так и не узнал, поняла ли их Маару, но та больше не настаивала, молча отошла от него и легла спать в другой части пещеры. Прай заключил, что она обиделась, но ошибся – всю дорогу по морю девушка вела себя вполне дружелюбно, как ни в чем ни бывало, а теперь, когда они остались наедине, вновь сделала попытку сблизиться.

– Посмотри, какая чудесная ясная ночь, – сказала она. – Сколько звезд! Даже еще видно другую луну.

Ох, зря она заговорила о другой луне! Одни только эти слова всколыхнули в душе целый рой болезненных воспоминаний.

– Мне сейчас не до прогулок под звездами, – грубовато ответил Прай, тотчас забыв, что еще мгновение назад уже почти готов был согласиться. – Нужно слетать на разведку, посмотреть, что творится в лагере моего дорогого братца.

– Возьми меня с собой, – тут же попросила Маару. – Побыть здесь на страже может и кто-нибудь другой. А я не меньше Нома хочу покататься на твоем летающем островке.

– Нет, – так же резко отказал он. – На нем слишком мало места для двоих.

Это было, конечно, не совсем так. Если постараться, то на островке Обсидиана можно было бы уместиться и вдвоем. Но Прай сейчас не хотел оставаться наедине с Маару, как бы она ни привлекала его, поскольку не переставал думать об Эйне. Собственно, всю эту операцию, как выражался дух камня, Прай и затеял-то в первую очередь для того, чтобы вернуть расположение прекрасной Наставницы. Даже вражда с кузеном, даже стремление впечатлить отца и все же сделаться его наследником казались менее важны. И потому он торопливо вскочил на островок и моментально взмыл ввысь.

Праю совсем не хотелось, чтобы противники его заметили, поэтому двигаться он старался как можно осторожнее. Однако, когда он добрался до нужного острова – вражеская стоянка оказалась в точности в том самом месте, как на карте, нарисованной по инструкции Обсидиана, – выяснилось, что опасения напрасны. В лагере противника было тихо и темно, разве что посверкивали угольки в догоравшем костре. С высоты птичьего полета Прай, отлично видевший в темноте, сумел рассмотреть несколько хижин. Ни из одной из них не доносилось ни звука.

– Дрыхнут, – шепотом заключил молодой Лев и предположил: – Думаю, мы можем спуститься ниже, быстро пролететь над самой землей и заглянуть в хижины. Если не шуметь, то, возможно, никто ничего и не заметит.

– Как скажешь. Сейчас ты у нас за командира, – с привычной усмешкой в голосе ответил Обсидиан.

И летающий остров резко опустился.

К удивлению Прая, все хижины, кроме одной, оказались пусты. Только заглянув в самую большую, он увидел, что на полу спят женщины и два воина, явно охрана. По его тихой команде остров Обсидиана ненадолго завис в воздухе, и Прай сумел как следует все рассмотреть. У всех женщин, лежавших близко друг к другу, были связаны руки и ноги. Один из воинов, леопард, безмятежно храпел снаружи у входа. Другой, с головой рыси, полусидел рядом, свесившись на бок, и тоже кемарил.

Отлетев на безопасное расстояние, Прай стал совещаться с Обсидианом.

– Интересно, где же Джарк и остальные его дружки? – поинтересовался он. – Наверное, в очередном набеге… Что ж, если так, то нам необычайно повезло. Охранника всего два, да еще оба дрыхнут без задних ног, так что нет никакой необходимости лететь в наш лагерь за подмогой. Я справлюсь с обоими сам. Смущает только, что все кажется слишком легко… Нет ли тут какого-то подвоха?

– Мы не узнаем это, пока не проверим, – ответил дух камня.

На всякий случай они облетели этот остров и даже заглянули на ближайшие соседние, но нигде больше не было признаков жизни, если, конечно не считать животных и птиц. Подтверждало версию Прая и то, что рядом с лагерем не обнаружилось лодок. Очевидно, остальной отряд Джарка уплыл на всех имеющихся кораблях, сколько бы их ни было у них в распоряжении.

– Что ж, тогда вперед! – громким шепотом скомандовал Прай.

Подлетев к самому входу в хижину, он одним прыжком соскочил с островка, подкрался и, выхватив меч, точным ударом заколол стража с головой рыси. Тот даже проснуться не успел, только издал булькающий хрип. Второй охранник, леопард, тут же открыл глаза, зарычал, и Прай, обернувшись, узнал его – это был Орх, друг его еще старшего кузена, покойного Ассера, позже связавшийся с Джарком и вместе с ним и своим братцем Нархом издевавшийся над Праем все его детство.

Орх потянулся за палицей, лежащей у его ног, но Прай не дал ему ее схватить, отшвырнул оружие ударом ноги. Леопард вскочил, и Прай тотчас прыгнул на него. Орх отлетел на несколько шагов внутрь хижины, перевернулся в воздухе, опустился на ноги, зарычал и бросился на Прая. Но не добежал – одна из девушек, лежавшая связанной у него на пути, изогнувшись змеей, подставила Орху подножку, заставив растянуться прямо у ног Прая. Тот взмахнул палицей и ударил леопарда по башке, стараясь, однако же, только оглушить, но не убить – Орх еще был ему нужен.

Склонившись над храброй девушкой, Прай распутал ее веревки и тут же связал ими леопарда. Девушка села, растирая затекшие запястья, и хрипло попросила:

– Дай нож!

Ее лицо показалось знакомым. Прай пригляделся к татуировкам на почти обнаженном теле – не Воительница, Невеста, родом из клана Кабанов. Взглянув на грязные и спутанные, но все еще сохранявшие бело-золотистый цвет волосы, он вспомнил, – это же Ювилэ, та самая бойкая девица, которая так запала в душу бедняге Теру!

Прай кинул ей нож, и девушка принялась освобождать своих подруг, проснувшихся от шума драки, но пока спросонья не разобравшихся, что происходит. Краем глаза молодой Лев покосился на женщин и увидел, что они связаны еще и длинной веревкой между собой – чтобы не смогли разбежаться, даже если сумеют встать. Выглядели девушки неважно: измученные, перепачканные, растрепанные, оборванные. На нескольких и вовсе не осталось одежды, многие, особенно Воительницы, были в синяках, ссадинах и кровоподтеках с головы до ног. У Прая сами собой сжались кулаки – как могли эти твари так обращаться с женщинами!

– Где остальные? Те, кто вас похитил? – спросил он.

Несколько женских голосов одновременно ответили ему, что остальные похитители уплыли куда-то перед самым закатом. Куда именно, девушки не знали, Львы при них об этом не говорили, но судя по сборам, путь предстоял не слишком близкий.

Тем временем Ювилэ, освободив всех с помощью ножа, жадно припала к кувшину с водой и выпила, наверное, половину, не меньше, а потом схватила палицу и кинулась ко все еще лежавшему без сознания Орху с явным намерением размножить ему голову. Прай не без труда сумел ее остановить.

– Погоди, не убивай его. Мне надо с ним поговорить. Пусть он скажет, куда направились его дружки.

– Ладно, так уж и быть, – неожиданно легко согласилась девушка, но тотчас добавила: – Только обещай, что, когда закончишь с ним, отдашь его мне.

– Обещаю, – не стал возражать Прай.

Отступив на шаг, но не выпустив палицы из рук, Ювилэ посмотрела на Прая, прищурилась и усмехнулась:

– Я тебя знаю.

– Льва с таким лицом, как у меня, трудно не узнать, – буркнул он, но девушка возразила:

– Я не об этом. Не о том, что ты был на Острове Невест… Вернее, не только об этом. Я знаю, что ты любовник Эйны, моей подруги и Наставницы. Это с тобой она ушла в ту ночь на свидание…

– Откуда ты знаешь? – изумился он. – Эйна тебе сказала?

– Нет конечно! – рассмеялась в ответ светловолосая девушка. – Эйна в жизни бы не призналась в таком. Но я же не слепая, я…

Договорить она не успела, потому что Орх в эту самую минуту очнулся и застонал.

– Ну-ка, Ювилэ, помоги мне, подкинь в огонь хворосту, – попросил молодой Лев.

Нагнулся и, подхватив связанного врага подмышки, поволок его к костру. Очнувшись по дороге, леопард принялся извиваться, пытаясь вырваться из пут, и браниться последними словами, но ни то, ни другое ему не помогло. Прай бросил его у самого костра, а Ювилэ, раздув огонь, села леопарду на грудь, лишив того возможности вертеться. Остальные девушки столпились вокруг, наблюдая за происходящим и готовые в любой момент прийти на помощь подруге и своему освободителю.

– Где остальные? – спросил Прай у предателя. – Что вы задумали?

Ответом ему был шквал отборной брани.

– Отвечай! – Прай со всей силы пнул леопарда ногой.

Орх зарычал:

– Они скоро вернутся и разорвут тебя на клочки!

– Не ври! – закричала Ювилэ, от души врезав ему кулаком. – Они уплыли куда-то далеко.

– Давай-ка освежим ему память, – предложил Прай и подтащил Орха поближе к костру. Ювилэ во всю силу легких дунула на огонь, язык пламени лизнул леопарда за пятку. Тот снова зарычал и попытался вывернуться, но безуспешно. Прай поставил ногу ему на грудь и несильно ткнул острием меча в шею.

– Говори, или мы тебя сейчас поджарим как зайца. Ну!

– А толку? – прохрипел леопард, тщетно пытаясь вырваться или хотя бы отодвинуться от пламени. В воздухе остро запахло паленым. – Ты все равно меня убьешь.

– Убью, – не стал спорить Прай. – Но зарублю мечом, а не спалю живым в костре. – Так что выбор за тобой.

– Будь ты проклят… – Орх попытался плюнуть в него, но из этой затеи ничего не вышло.

– Так ты будешь говорить?

– Да…

– Ну? – Прай убрал ногу, дав пленнику возможность чуть отодвинуться от огня.

– Они на острове Львов… – прохрипел леопард.

– Что за чушь! – не поверил Прай. – Что они там забыли?

– А ты так ничего и не понял? Думал, мы ради девок старались? – говорить Орху явно было трудно, да еще и мешал приставленный к горлу меч, из-под которого текла и капала на землю струйка крови. – Девки – это так… Часть плана…

– Какого еще плана? – рявкнул Прай.

– Твой отец не умнее тебя… – хрипел Орх. – Он тоже повелся… Отправил почти всех своих воинов на поиски девок! А сам остался с голым задом. Оставил Геару без защиты… Грех было этим не воспользоваться. Наши уже, наверное, там или вот-вот будут… Не пройдет и дня, как Джарк станет вождем. И тогда тебе, урод, точно конец…

– Ну, это мы еще посмотрим! – Прай снова пнул Орха и обратился к Ювилэ:

– Он твой. Я узнал все, что мне надо.

После этих слов в глазах леопарда отразился животный ужас такой силы, какой Праю еще никогда не доводилось видеть.

– Ты же обещал, что сам убьешь меня… – взмолился он.

– Тебе я ничего не обещал, – бросил Прай, отходя.

И нисколько не удивился тому, что вместе с Ювилэ на леопарда с яростными воплями набросились почти все остальные девушки.

Через мгновение с Орхом было покончено.

– И что же теперь будет с нами? – спросила Ювилэ, облокотившись на окровавленную палицу. Остальные женщины, стоя рядом, тоже смолкли в ожидании его ответа.

– Я хотел бы вернуть вас на Женский остров как можно скорее, – честно ответил Прай. – Но не могу этого сделать. Сейчас в моем распоряжении лишь крошечный летающий островок, на котором даже вдвоем не поместиться. Есть еще лодка, не так уж далеко отсюда, но она нужна мне самому. Я должен спешить на выручку отцу. Дорога\' каждая минута.

– Но как же мы? – продолжала настаивать Ювилэ.

Прай на мгновение задумался.

– Я сделаю так, – продолжил он после паузы, – прежде, чем отправиться на Геару, перевезу вас на другой остров. Это недалеко, но будем надеяться, что, если Джарк с дружками вернутся, они все же вас не найдут. И я оставлю с вами охрану. Если мы с товарищами победим Джарка, то приедем за вами и вернем вас домой.

– А если не победите? – тихо спросила одна из женщин, самая старшая, с синяком в половину лица и в сиреневых лохмотьях, оставшихся от платья Наставницы.

– Тогда вам останется только молиться духам, – пожал плечами молодой Лев. – Чтобы они помогли вам вернуться домой.

Он развернулся и пошел в ту сторону, где оставил летающий островок. Ювилэ последовала за ним и, когда они отошли достаточно далеко, чтобы их не могли услышать, сказала:

– Мне нравится, что ты честен с нами. Не стал давать пустых обещаний. Я тебе верю. И в то, что у тебя все получится, тоже верю. Ты настоящий воин. Эйне повезло с тобой. Все хочу спросить тебя: она в порядке? Я волнуюсь за нее. Я не видела ее с тех пор, как она ушла с тобой на свидание. А то, что ее нет с нами, может означать как хорошее, так и плохое…

– Не волнуйся. Эйна жива, – заверил девушку Прай.

К сожалению, больше ему нечего было сказать. Точнее, наоборот: он мог бы очень многое сказать об Эйне… Но не стал.

* * *





Возвращение в свой лагерь много времени не заняло. Как и сборы в поход.

В стане изгоев все было тихо. Семья дружно храпела, расположившись на мягкой траве под деревьями. Не спала одна только Маару, которая подбежала к опустившемуся на берег летающему островку и порывисто обняла спрыгнувшего с него Прая.

– Хвала духам, ты вернулся! – восклицала она в полный голос, нисколько не заботясь о том, что кто-то может проснуться и услышать их. – Тебя не было так долго… Я вся извелась. Боялась, что тебя убили…