– Вы уверены? Мне не хочется порочить доброе имя фон Биверпелта.

– А что, если это и есть та подсказка, которая поможет вычислить убийцу?

Говард какое‑то время пребывал в крайней нерешительности. Как бы ему хотелось, чтобы фон Биверпелт находился рядом и сказал, что делать. Фон Биверпелт никогда не спрашивал совета у жены или дочерей по вопросам ведения бизнеса, в этом Говард был уверен. Начиная с этого дня Говард будет чтить память своего погибшего начальника, самостоятельно принимая решения.

– Хорошо. Но мы должны пойти вместе. Я отвечаю за бухгалтерские книги.

В это мгновение из спальни снова послышался громкий крик.

– Иду, дорогая, – отозвался Говард.

Он снова посмотрел на Веру:

– Как насчет завтрашнего утра?

Вера согласилась, потому что маленькие мышата выглядывали уже из всех углов комнаты.

– Тогда до завтра! – попрощалась она.

Вера вернулась в редакцию газеты. Она пребывала в возбуждении, но при этом чувствовала себя немного подавленной.

Она напечатала на пишущей машинке новую статью, сосредоточив внимание на исчезновении Левши, но никак не упомянув любовную связь фон Биверпелта на стороне. Больше она ничего из себя выжать не могла. Несмотря на то, что она узнала от Читтерса, что‑то было не так с доказательствами, которые удалось собрать к этому дню. Она не могла понять, какого именно элемента не хватает. Ничто не раздражает так, как попытка собрать пазл, когда у тебя в наличии только половина кусочков. Если следовать логике, то после подтверждения алиби кого‑то из обитателей Тенистой Лощины Вера могла бы смело вычеркнуть его или ее из списка подозреваемых. Тем не менее одни и те же имена постоянно всплывали как потенциальные кандидаты на роль убийцы. Ей требовалось поговорить с Ленор.

В книжном магазинчике в обеденный перерыв было много посетителей, жители городка толпились на каждом из этажей. Вере пришлось терпеливо ждать, пока Ленор не закончит пробивать на кассе покупки, но сохранять терпение было сложно. Вера пыталась почитать одну из выставленных у Ленор книг, перевод нового триллера «Белка, которая разворошила осиное гнездо». Отто Зумпф много лет был поклонником этой серии и читал все книги в оригинале. Вера не могла усидеть спокойно, поэтому книга вскоре оказалась забыта на столике рядом со стулом, где она уединилась в ожидании.

В конце концов у Ленор появилась свободная минутка, и она прилетела наверх, где ждала ее Вера. Если работаешь в розничной торговле, крылья являются большим преимуществом.

– Похоже, ты на взводе, – заметила ворона.

Вера объяснила, что ее беспокоит в расследовании.

– Почему я не могу никого исключить из списка подозреваемых? Почему приходится полагаться только на интуицию? Мне нужны твердые доказательства, а сейчас все постоянно меняется. Например, возьмем алиби. Мы только и делаем, что спрашиваем зверей и птиц, кто где находился в последнюю неделю, а результат? Практически ничего не можем предъявить.

– Я думала об этом, – тихо произнесла Ленор, потому что в магазине все еще оставались посетители. – Проблема в методе убийств. Обеих жертв отравили, а это означает, что алиби на самом деле ничего не доказывают. Вино и кофе могли приготовить заранее, задолго до случившегося. В случае фон Биверпелта очевидно, что некто планировал доставить отравленный напиток в офис фон Биверпелта заблаговременно. Отравителя могло и не волновать, когда именно он его выпьет, только бы бобер умер в течение нескольких дней. Именно поэтому убийца и не предпринял вторую попытку сразу после того, как фон Биверпелт остался в живых. Наш убийца ждал второй шанс, ждал, когда фон Биверпелт останется один и не сможет позвать на помощь.

– Мы не знаем точное время его исчезновения, только предположительное, – добавила Вера. – Точно мы знаем только то, что говорят Эдит и ее дочери: в то утро они видели его в постели – живым, – а в полдень он уже мертвым плавал в пруду. Это большой промежуток времени.

– Убийца мог его прикончить и на пути на лесопильный завод, и на пути обратно. Прошло несколько часов между тем, когда Эдит заметила исчезновение мужа, и обнаружением тела.

Вера в раздражении вскинула лапы.

– Как мы можем сократить этот временной промежуток?

– Алиби тебе ничего не дают. Попробуй вместо них поискать мотивы, – посоветовала Ленор.

– Отто всем давал мотивы, – проворчала Вера.

– Это слишком просто. Что‑то заставило кого‑то убить Отто, а затем фон Биверпелта. До тех пор, пока не выяснишь почему, не найдешь убийцу.

В эту минуту Ленор пришлось уйти, потому что у одной мыши возник вопрос по книге «О мышах и людях».

– Да, конечно, есть. В разделе фантастики, – объяснила Ленор и полетела на помощь.

Вера просидела еще несколько минут, размышляя. Мотив! Затем она вскочила с места и пулей вылетела из книжного магазина. Странно, но, несмотря на свою профессию и от природы очень развитые органы чувств, она не заметила, что за ней следили на пути домой.

Глава 24

На следующий день Вера встретилась с Говардом Читтерсом в отделении полиции. Маленький самец мыши сгибался под тяжестью бухгалтерских книг.

– Орвилл, у меня есть кое‑какие улики, на которые вам нужно взглянуть, – пропищал он, и после долгих объяснений своих тщательных исследований Говард показал счета Орвиллу. Но все эти цифры абсолютно ничего не значили для медведя.

– Просто объясни мне, что ты обнаружил, Читтерс, – нетерпеливо прорычал Орвилл.

Вера ободряюще толкнула мышь в бок.

Судя по виду, Говард немного нервничал, но он собрался с силами и продолжил:

– Мистер фон Биверпелт кому‑то ежемесячно переводил деньги со счета лесопильного завода и пытался скрыть эти платежи.

– Кому? – спросил медведь.

– Вот тут написано, – показал Говард.

Орвилл уставился на страницу, на которую лапкой показывал Говард.

– И кто этот О. Ш., черт побери?

Говард шумно выдохнул.

– Я не знаю, но это подсказка. Я думал, что полиция сможет догадаться.

Орвилл в замешательстве смотрел вдаль поверх головы мыши.

– Ну хорошо. Я включу это в свой отчет, – с сомнением в голосе проговорил медведь. Он потратил несколько минут, чтобы записать объяснения Говарда у себя в блокноте. Весь процесс несколько растянулся, потому что Орвиллу потребовалось задать много уточняющих вопросов, чтобы выяснить, что именно не так в бухгалтерских книгах.

Вера практически читала мысли медведя, пока он работал: «Как этот маленький мышонок разбирается во всех этих цифрах?»

Орвилл закончил писать отчет и вздохнул с облегчением.

– Вот. Дело сделано. Раз уж ты здесь, Читтерс, скажи мне: в последнее время кто‑то пытался незаконно проникнуть на лесопильный завод? Может, поблизости маячили какие‑то подозрительные личности?

– А как определить, что личность подозрительная? – уточнил поставленный в тупик Говард.

– «Крадущаяся, затаившаяся, выслеживающая кого‑то, высматривающая что‑то, похожая на енота…» Ну, как обычно. – На самом деле Орвилл слово в слово цитировал «Руководство по поддержанию общественного порядка».

– Нет, не могу сказать, что видел Левшу на заводе в последнее время. – Говард никогда не говорил с абсолютной уверенностью. Но при этом он и не был дураком. – И никто не сообщал про незаконные проникновения на территорию или кражи.

– Понятно. – Орвилл явно был разочарован.

– Четких доказательств вины Левши нет, – заметила Вера. – Я до сих пор сомневаюсь, что он имеет какое‑то отношение к убийствам.

– У тебя свои теории, лиса, а у меня свои.

В дверь отделения постучали, и вошел сурок. Это был один из плотников с лесопилки, бóльшая часть цехов и отделов на которой все еще оставалась закрыта.

– Простите, что мешаю, господин полицейский. Мистер Читтерс, я заходил к вам домой, но ваша жена сказала, что вы в отделении полиции. Вас вызывает миссис фон Биверпелт.

– Правда? – Говард выглядел удивленным. – Именно меня?

– Насколько я понял, ей нужна помощь в управлении заводом.

– О боже! Пожалуйста, простите меня. – Говард собрал все бухгалтерские книги.

Вера понимала его обеспокоенность. Технически Эдит фон Биверпелт стала его начальницей, а она не отличалась терпением.

– Я могу к вам присоединиться? – спросила она. – У меня есть несколько вопросов к Эдит.

– Читтерс, подожди минутку снаружи, – велел Орвилл. – Мне нужно поговорить с мисс Виксен.

Говард вышел из отделения полиции вслед за сурком.

Вера повернулась к Орвиллу.

– Не смей мне запрещать говорить с миссис фон Биверпелт. Я – журналистка и имею право…

– Тихо, лиса. – Орвилл поднял лапу. – Я просто собирался предупредить тебя, чтобы ты была осторожна.

– Правда?

– Если овца права и Эдит на самом деле убийца (хотя я считаю это маловероятным), она может навредить тебе, если ты задашь неправильные вопросы. Ты умна, мисс Виксен, но при этом еще и напориста и настырна. Если слишком сильно надавишь на убийцу, то на тебя могут надавить в ответ. Или сделать что‑нибудь похуже.

Вера удивленно посмотрела на Орвилла. Медведь на самом деле о ней беспокоится? Или он считает, что ей угрожает серьезная опасность? Она вспомнила про скатившийся с холма валун и поняла, что Орвилл прав.

– Я буду осторожна, – пообещала она. – Самая большая опасность, которая грозит мне в особняке фон Биверпелтов, – это обвинения в том, что я оставляю грязные следы на блестящих дубовых полах.

– Удачи, – пожелал Орвилл. – Она тебе потребуется.

Вера вышла из отделения и увидела, что на улице ее ждет Говард.

– Мне нужно идти в особняк, – сообщил он. – Эдит пока не появлялась на заводе.

Поэтому они вдвоем отправились в особняк фон Биверпелтов, а не на лесопильный завод.

Эдит мерила шагами пол в кабинете, когда они пришли.

– О, слава богу! – воскликнула она при виде Читтерса, нагруженного бухгалтерскими книгами. – У меня накопилось столько вопросов. – В это мгновение она заметила Веру и вот уж ее появлению совсем не обрадовалась. – Что я могу для вас сделать, мисс Виксен?

– Я просто хотела задать вам несколько вопросов, потому что готовлю статью о жизни вашего выдающегося мужа. Но, пожалуйста, вначале решите все вопросы с Говардом. Я подожду, тихонько посижу вот здесь, в уголке.

Она так и сделала, выбрав уголок, где оставалась незаметной, но могла слышать каждое слово.

Похоже, Эдит забыла о ней через несколько секунд.

– Мистер Читтерс, я беспокоюсь, – заговорила Эдит.

– О чем, мэм? – спросил он, усаживаясь на высокий стул после того, как разложил бухгалтерские книги на столе. Благодаря высоте этого стула его глаза оказались на одном уровне с глазами более крупной бобрихи.

– Мы должны как можно быстрее открыть завод. Мой муж хотел бы именно этого.

Эдит сделала паузу, чтобы промокнуть глаза бумажным носовым платком. Конечно, она все еще была в траурном наряде.

– Хорошо, мэм. Запускайте производство.

Ни для кого не было секретом, что Говард с нетерпением ждал возвращения на работу. Он любил свою семью, но побыть в тишине в доме Читтерсов было просто невозможно.

– Но я не знаю как! – призналась Эдит. – Реджи никогда не обсуждал со мной деловые вопросы. А что, если я все сделаю неправильно? Если с заводом ничего не выйдет, мы разоримся. Я разорюсь! – Она разрыдалась и высморкалась в бумажный платок.

Судя по виду Говарда, это эмоциональное выступление привело его в ужас.

– Просто… откройте завод. Сообщите рабочим, что смена начинается завтра, поставьте в известность поставщиков, чтобы те возобновили поставки. Нужно проверить, могут ли взять баржи нашу продукцию. Вдруг они уже договорились о перевозке других грузов, не зная, как долго мы будем закрыты. Конечно, если вы хотите компенсировать простой, то можно предложить дополнительную работу сотрудникам, которые готовы выйти в еще одну смену… – Говард запнулся, увидев, как у Эдит округлились глаза после того, как она услышала все его указания.

– А как все это сделать?

Говард нервно дернул маленьким розовым носом:

– Ну… м-м-м… Вы хотите, чтобы я этим занялся?

– Да, – выдохнула Эдит. – Пожалуйста. Мне со всем этим не справиться.

Говард легко поклонился ей:

– Не беспокойтесь, мэм. Я запущу производство, от вас потребуется только прийти на завод, когда вы будете готовы взять управление на себя.

Он подхватил бухгалтерские книги и быстро ушел. Говард радовался, что перед ним снова поставлены задачи.

Эдит обратила свое внимание на Веру, которая так и сидела на том же месте.

– Ну, мисс Виксен? Что вы хотели спросить о жизни моего «выдающегося мужа»?

Вера открыла чистую страницу в своем блокноте.

– Нужно уточнить несколько моментов, мэм. Остается неясным происхождение мистера фон Биверпелта. И как вы с ним познакомились?

Хотя Вера говорила непринужденным тоном, Эдит не расслаблялась.

– Я не помню.

– Как он за вами ухаживал? Читателям будет интересно узнать, как вы влюбились друг в друга.

– Я не помню, – повторила Эдит.

– В таком случае расскажите про день свадьбы, – закинула новую удочку Вера. – Все дамы помнят день своей свадьбы. Ваша семья присутствовала?

– Конечно, присутствовала. Они же все оплачивали, – рявкнула Эдит.

– Как щедро с их стороны. Ваше свадебное платье, вероятно, стоило целое состояние. Я видела ваш портрет в нем. Тот, который висит у камина.

– Мне очень нравилось то платье… – Голос Эдит мгновенно смягчился, когда она погрузилась в воспоминания. – Это было платье моей матери, и она хотела, чтобы я его надела. Оно было украшено мелким пресноводным жемчугом. Я думала, что эти жемчужины такие красивые…

– Не сомневаюсь, что ваша мама радовалась, видя вас в нем. Расскажите про саму свадьбу. Наверное, это было грандиозное событие! Расскажите про ваш роман.

– Роман, – эхом повторила Эдит, и ее морда приняла жесткое выражение. – Не думаю, что хочу это делать, мисс Виксен. Я не склонна делиться семейными историями с прессой.

Вере хотелось пнуть себя за неудачный выбор слова.

– Ну, я не прошу вас раскрывать никакие тайны, – проговорила Вера.

– И лучше не стоит этого делать, лиса. Мне не нравится, когда другие суют нос в мои дела. – Вдова склонилась вперед, прищурив глаза. – Те, кто со мной ссорится, вскоре жалеют об этом. Вы все поняли?

– Да, мэм. – Вера знала, когда пора заканчивать интервью. – Я сама найду дорогу к двери.

– Будьте добры.

Вера ушла как можно быстрее. Значит, Эдит фон Биверпелт тоже умела командовать, как и ее покойный муж. Может, именно она и научила его, как следует угрожать. Может, она потеряла терпение, когда у Реджинальда появились собственные идеи.

В любом случае Вере больше не удастся выудить никакую информацию у Эдит. И бобриха действительно казалась главной подозреваемой.

Глава 25

В то время как Вера и Говард встречались с новой главой лесопильного завода, Орвилл занимался таинственным отпечатком лапы енота, обнаруженным в особняке. Он поставил себе задачу найти Левшу и выяснить все раз и навсегда.

По правде говоря, Орвилл не ожидал, что поиски Левши будут такой большой проблемой. В конце‑то концов, Левша сам не хотел покидать камеру. Начальнику полиции Миду пришлось буквально вышвырнуть того вон. Орвилл задумался, а не использовал ли Левша приемы реверсивной психологии [14], чтобы на него повлиять. Может, Левша на самом деле не увалень и не дурень, а настоящий злой гений!

После нескольких минут размышлений Орвилл вернулся к реальности. Это же Левша! Один раз этот енот умудрился запереться внутри банка во время ограбления, и ему пришлось вызывать полицию, чтобы они помогли ему оттуда выбраться.

Тем не менее Орвилл не хотел рисковать. Левша совершенно точно заходил в особняк фон Биверпелта, а фон Биверпелт совершенно точно был мертв. В настоящее время Орвиллу не требовались никакие дополнительные улики. Он хотел, чтобы Левша снова сидел в тюрьме.

Орвилл прошелся по городу, заглядывая в те места, где обычно прятался енот. По месту жительства его тоже не оказалось – Левша снимал комнату у овдовевшей крысы, которая держала дешевый пансион на берегу реки, ниже по течению. Орвилл спросил у нее про Левшу, но она пару дней его не видела.

– Знаете, в этом нет ничего необычного, – заметила она. – Левша обычно спит днем, а потом уходит на всю ночь. – Хозяйка пансиона многозначительно посмотрела на блестящий жетон полицейского, который висел на груди у Орвилла. – Я ожидала увидеть вас раньше! У полиции должны были уже накопиться вопросы к нему.

У Орвилла их на самом деле было много, но с каждым часом ему казалось все менее и менее вероятным, что он получит хоть какие‑то ответы. Енота нигде не было. Сразу после пансиона медведь отправился в кафе «За кружечкой у Джо», но лось только покачал тяжелой головой.

– Я его не видел.

Молодой Джо-младший тоже покачал головой, практически идеально копируя отца.

– Пару дней назад, утром, Левша рылся в мусорных баках за нашим кафе. Но вчера и сегодня не появлялся.

После кафе Орвилл отправился в банк. Банковские служащие енота не видели, а они всегда следили, не шныряет ли он поблизости.

Затем медведь заглянул в редакцию газеты. Кролик в приемной заявил, что он вообще ничего про Левшу не слышал, но поспрашивает у журналистов. Если окажется, что кто‑то что‑то знает, кролик немедленно сообщит об этом Орвиллу.

У Орвилла сложилось странное впечатление, будто кролик посмеивался, когда он собрался уходить. Медведь резко повернулся назад.

– Лиса на месте?

– Веры сейчас нет. Но вы можете поговорить с Глэдис Ханисакл. Именно она знает все, что происходит в городе.

Орвилл взвесил вероятность быть пойманным в ловушку болтовни с Глэдис, от которой всегда очень сложно отделаться, и шанс, что она может знать что‑то полезное. Решив рискнуть, он отправился к столу Глэдис и прямо спросил у нее:

– Есть какие‑нибудь мысли насчет того, где сейчас может находиться Левша, мисс Ханисакл?

Глэдис втянула в себя воздух – это был опасный знак.

– Ну, наконец‑то! Я рада, что хоть кто‑то в этом городе взял на себя инициативу. Этот енот по уши погряз в противозаконной деятельности, а полиция ничего не предпринимает. Ну, если дело дошло до убийства, должна сказать, что преступника пора арестовать, если он его совершил. С тех пор все изменилось: я почти не сплю по ночам, и случившееся дурно влияет на детей в городе. Мы их правильно воспитывали, а теперь получается, что мы живем в худшем округе, в худшем городе в мире, и какой смысл приезжать в наш милый городок, если здесь допускаются убийства? Я говорю вам просто то, что слышу. Я знаю, что у вас благие намерения и вы стараетесь, делаете все возможное – да благослови вас Господь! – но эту проблему нужно решать, и быстро. Вы знаете, что енот связан с этим делом! Должен быть связан. Он хитрый и изворотливый. Он исчезает из города на несколько дней. Можно не сомневаться, что для какой‑то преступной деятельности… – Она запнулась, чтобы сделать вдох.

– Куда исчезает? – вставил Орвилл.

– Я не посвящена в его гнусные дела! Хотя куда‑то за пределы города, потому что его никто не видит по несколько дней. Наверное, у него где‑то есть нора, в которой он прячется. Вероятно, какое‑то сырое и ужасное место…

– Но вы не знаете где? – давил на нее Орвилл.

– Нет, – грустно ответила Глэдис. Она очень расстроилась этому пробелу в ее обширных знаниях. – Но я уверена, что прямо сейчас он там прячется.

– Понятно. Спасибо, мисс Ханисакл!

Орвилл поспешил прочь, пока колибри его не уболтала, и продолжил охоту на енота. Проверив все очевидные и известные ему места, медведь решил напечатать ориентировки. Это было легко сделать, потому что в полиции имелось старое объявление о розыске Левши.

Орвилл развесил листовки на всех общественных зданиях и официально объявил, что Левшу разыскивает полиция. Теперь любое животное, увидев Левшу, было обязано сообщить полиции о его местонахождении. В противном случае они будут считаться лицами, оказывающими содействие скрывающейся от правосудия особи.

На протяжении всего дня Левшу никто не видел, но новость об интересе к нему Орвилла распространилась по городу. Тенистая Лощина гудела от сплетен. Обитатели решили, что медведь нашел какие‑то весомые улики, которые доказывают, что убивал все‑таки Левша.

Соседи покачивали головами так, словно что‑то знали. Конечно! В конце‑то концов, это же криминальный элемент. Ни один уважаемый житель Тенистой Лощины не совершил бы ничего подобного. Это же ужас!



Вера с Ленор услышали новость на следующий день, когда находились в книжном магазине.

Лиса вздохнула.

– Я боялась, что это случится. Орвилл ищет легкий выход. Он не станет выяснять правду, если доберется до Левши. Он использует отпечатки лап как доказательство и объявит Левшу виновным во всем. Вероятно, у Левши нет никакого алиби, поэтому он и сбежал. У него нет шанса оправдаться.

– А почему ты думаешь, что Левша невиновен? – спросила Ленор, склоняя голову набок.

– Просто чувствую интуитивно. У него не было причин совершать ни одно из этих убийств. И он едва ли может обокрасть фруктовый ларек и при этом не наследить. Как он мог спланировать два успешных убийства и провернуть их без свидетелей? – Вера с отвращением покачала головой. – Не складывается.

– Тебе будет сложно доказать невиновность Левши, если ты не сможешь с ним поговорить, – заметила Ленор. – Ему повезло, что есть хоть кто‑то на его стороне. Большинство горожан будут только рады, если он получит пожизненное.

– Может, он и преступник, но точно не убийца.

Вера пожелала Ленор спокойной ночи, вышла из книжного магазина и отправилась по тропе к своей норе.

Шагая домой, Вера вдруг услышала, как у нее за спиной хрустнула ветка. Она остановилась, навострила уши и прислушалась. В эти дни осторожность не была лишней для всех. На ее счастье, Вера обладала очень острым слухом.

Внезапно из-за одного из деревьев появилась фигура в плаще с капюшоном.

– Ты Вера Виксен, журналистка? – спросил незнакомый голос. – Мне нужно с тобой поговорить.

– Ты можешь записаться на встречу в отделе новостей, – ответила Вера, ускоряя шаг.

– Пожалуйста, мисс Виксен! – крикнуло животное ей вслед. – Я должна спасти моего Левшу от полиции. Он не сделал ничего плохого!

Вера мгновенно остановилась и развернулась.

– Твоего Левшу? А ты кто?

Незнакомка сняла капюшон. Это оказалась енотиха.

– Меня зовут Ронда, – представилась она. – Мы с Левшой пара.

Страх Веры мгновенно исчез, и она почуяла материал для статьи.

– Рада познакомиться с тобой, Ронда. Можно я угощу тебя чашечкой кофе?

Сама Вера никогда не отказывалась от кофе и понимала, что Ронда скажет больше, если они удобно устроятся за столиком и просто поболтают, как подружки.

Они отправились в кафе к Джо. Вере не терпелось услышать все, что скажет Ронда, но она не задавала вопросов, пока енотиха не устроилась за столом с большой чашкой кофе и еще большей булочкой с кленовым сиропом и орехами.

– Где Левша? – спросила Вера. – Не беспокойся, я не полиция. Я вас никому не сдам… если ты окажешься ценным источником информации.

– Не могу обещать, – постаралась увильнуть Ронда, глядя куда‑то вбок. – Но я знаю, что он никого не убивал.

Ронда немного рассказала Вере про себя. Если быть абсолютно честной, Ронда обижалась, что обитатели Тенистой Лощины понятия не имели, кто она такая. Она не могла поверить, что Левша никогда не упоминал ее в разговорах со своими соседями. В конце‑то концов, они же встречались уже несколько лет.

– А почему ты решила прийти в Тенистую Лощину? – поинтересовалась Вера.

Ронда объяснила, что до нее дошли слухи о том, что отпечаток лапы енота нашли в особняке фон Биверпелта, и о подозрениях Орвилла, считающего, что Левша может быть виновен не только в краже, но и в гораздо более серьезном преступлении.

– Я люблю Левшу, – заверила Ронда Веру. – Но даже я знаю, что особым умом он не славится. Он никому не желает зла, но не всегда продумывает все наперед. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду.

Вера кивнула, делая глоток быстро остывающего кофе. Ей не хотелось прерывать поток слов Ронды, но она боялась, что енотиха никогда не доберется до сути. Похоже, Ронда собралась рассказать Вере все детали своих отношений с Левшой, которые нельзя было назвать очень счастливыми, а Вера про это слушать не хотела. Ее интересовали только факты.

– Так что же Левша делал в доме фон Биверпелта? – строго спросила она. – Полиция нашла отпечаток лапы енота, и это улика, которую нельзя отрицать.

– Он не имеет отношения к делу, – вздохнула Ронда, затем склонилась поближе к Вере. – Он давно оставил этот отпечаток, но у полиции до настоящего времени просто не возникало необходимости искать следы. Левша просто осматривался в особняке. Понимаешь: ему было любопытно. Но он не убийца.

Вера не одобряла моральные принципы Левши, но должна была согласиться с Рондой – енот не убийца.

Так кто же убийца?

Ронда продолжала болтовню, а Вера погрузилась в сладкие грезы. В мечтах она получала престижную награду за свою статью, в которой рассказывала о расследовании и раскрытии убийства в маленьком городке. Эти приятные мысли были прерваны Рондой, которая стучала пустой чашкой из-под кофе по столу.

Вера дернулась и заморгала, поняв, что все еще находится в кафе у Джо вместе со своей «новой лучшей подругой».

Ронда, в свою очередь, поняла, что начинает терять аудиторию, и предложила дополнительную информацию, чтобы лиса не утратила интереса.

– Разве ты не хочешь услышать, как мы познакомились с Левшой? – спросила она. – Это такая интересная история. Мы оба присматривались к одному и тому же дому и…

В этот момент Вера ее перебила:

– Прости, но мне нужно срочно сдавать статью. Дедлайн! Я очень ценю, что ты столько всего рассказала про Левшу, но мне нужно возвращаться в редакцию. Спасибо большое, что поговорила со мной. Если Левша тоже захочет со мной поговорить, пришли записку в редакцию с кодовым словом «клюква». Я приду куда угодно, чтобы с ним встретиться и услышать его версию.

Сбежав от болтливой енотихи, Вера решила отправиться домой и почитать дневники Отто. Она не сомневалась, что где‑то в них есть подсказка. Она не могла больше тратить время на любовные приключения Левши. Вера не сомневалась, что кто‑то другой не только убил Отто Зумпфа и Реджинальда фон Биверпелта, но также пытался убить и ее саму тем валуном в лесу. Только бы ей удалось выяснить кто, до того как этот зверь предпримет новую попытку лишить ее жизни!

Глава 26

Вера добралась домой без приключений и не встретив больше никого на пути. Закрывая тяжелую дубовую входную дверь, она вздохнула с облегчением. Минуту Вера пребывала в нерешительности, а потом все‑таки еще и заперла дверь – теперь у нее стоял новенький блестящий латунный замок.

«Какой фарс», – подумала она. И Реджинальда, и Отто убили не у них дома. И новые замки, которые теперь так хорошо продавались, не делали город безопаснее.

Но Вера не стала отпирать дверь.

Вместо этого пошла к столу, на котором аккуратной стопкой были сложены дневники Отто. Пришла пора их внимательно прочитать. Намереваясь сделать именно это, Вера свернулась на диванчике, надела очки для чтения, взяла в лапы дневники Отто и сушеный инжир.

Всего было восемь дневников. Бóльшая часть записей представляла собой разрозненные комментарии о соседях Отто, рассуждения на различные темы или описание того, что он ел на обед. Вера читала все очень внимательно, делая пометки, если на глаза попадалось что‑то, что могло иметь отношение к делу.

Через несколько часов она встала с дивана и принялась мерить шагами свою гостиную, чтобы немного прояснилось в мозгу. После того как она несколько раз прошлась взад и вперед, Вера заметила то, на что не обратила внимания, когда вернулась в нору: ей под дверь подсунули свернутый листок бумаги. Она бросилась к нему и сразу же развернула.

Написано было очень неровно, настоящие каракули! Вере пришлось прочитать послание три раза, прежде чем она разобрала все слова:

Прекращай заниматься делом фон Биверпелта, лиса. Следующий валун не промажет.

Вера больше растерялась и удивилась, чем испугалась после прочтения записки с угрозами. Она была журналисткой и занималась журналистскими расследованиями. Для того чтобы она отказалась от дела, требовалось гораздо больше, чем подобное предупреждение. Она очень внимательно изучила записку и почерк, пытаясь понять, какое существо могло это написать. Очевидно, что автор попытался сделать так, чтобы его не опознали, используя эти каракули. Вера поднесла листок к лампе и прищурилась, надеясь, что, может, так заметит какие‑нибудь подсказки.

На свету появился едва различимый водяной знак: образ большого платана. Где Вера его видела?

Она стала рыться в своих бумагах. Она знала, что совсем недавно видела что‑то очень похожее. Только где?

Вера резко втянула воздух, заметив тот же водяной знак на другом листе бумаги, и вытащила его дрожащими лапами.

Это было приглашение на похороны Реджинальда фон Биверпелта, написанное не кем иным, как Эдит фон Биверпелт.

Вера опустила приглашение на стол. Если оба листка пришли из особняка фон Биверпелтов (а это казалось возможным, потому что кто еще мог позволить себе такую высококачественную бумагу?), то это указывало на одну вещь. Эдит совсем недавно заявила Вере: «Те, кто со мной ссорится, вскоре жалеют об этом».

Значит, Эдит вполне могла послать ей предупреждение в этой записке. И зачем бы ей это делать, если убийца не она?

Вере теперь совсем не хотелось спать. Она чувствовала себя так бодро, словно после трех чашек кофе от Джо. Независимо от того, какие цели преследовал автор записки, после ее прочтения целеустремленность Веры только усилилась. Ей следует поискать информацию про Эдит в дневниках Отто. Может, он видел или слышал что‑то важное, и именно поэтому его убили.

Лиса долго изучала дневники, но не увидела никаких подсказок, указывающих на Эдит. С другой стороны, она не могла прочитать многие из записей.

– Часть дневников написана на другом языке, – пробормотала она вслух. – Может, у профессора Хайдеггера получится это прочитать или разобраться в каракулях на полях. Похоже, Отто использовал какой‑то шифр. Упоминая большинство жителей города, он указывал только инициалы. Отто совершенно точно не хотел, чтобы кто‑то нашел и прочитал его дневники.

Вера вспомнила, что в прошлом Отто был шпионом. Возможно, у него просто сформировалась привычка все скрывать.

Вера решила не откладывать разговор с Хайдеггером. Ей предстояло выйти в темный лес, чтобы найти ночную птицу, но Вера была лисой с острыми когтями и еще более острыми зубами. Она не боялась темноты… или того, что может скрываться в темноте.

Она положила дневники в свою сумку и отперла дверь. Вера направилась по лесу к месту обитания Хайдеггера, быстро пробегая мимо теней и время от времени оглядываясь через плечо. После событий последней недели любое существо обязательно бы нервничало, а Вера еще и очень близко подошла к поимке убийцы.

Подбежав к жилью профессора Хайдеггера, Вера испытала облегчение. Он был дома и сидел на высоко расположенной ветке, которая у него выполняла функцию балкона.

– Профессор! Здравствуйте! – закричала Вера.

Увидев гостью, Хайдеггер тут же спикировал вниз.

– Как вы себя чувствуете сегодня вечером, мисс Виксен? – вежливо спросил филин.

– Настолько хорошо, насколько можно. Спасибо, что спросили, профессор.

Вера пребывала в сильном возбуждении после пробежки по лесу и не могла дольше обмениваться любезностями. Она порылась в своей сумке и извлекла оттуда два последних дневника Отто.

– Я очень надеюсь, что вы сможете помочь мне с ними разобраться, – пояснила Вера, показывая на дневники. – Их вел Отто. Похоже, что часть то ли зашифрована, то ли написана на каком‑то иностранном языке, то ли и то и другое.

Она протянула дневники филину, который с интересом их осмотрел. Казалось, что при этом его большие глаза светились в тусклом свете.

– Как интересно! Но мне нужно время, и работать я буду в одиночестве, мисс Виксен, – предупредил филин. – Это непростое дело.

– Конечно, профессор, – ответила Вера, хотя она и надеялась получить быстрый ответ. – Свяжитесь со мной, пожалуйста, после того, как что‑то узнаете, хорошо?

– Конечно, – уверенно ответил филин. – Я знаю много языков, и нет такого шифра, который не смог бы взломать Амброзий Хайдеггер!

Вере пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержаться и не выдать какой‑нибудь язвительный комментарий. Она поблагодарила профессора за то, что тот проведет экспертизу и потратит свое время.

Глава 27

Вера без приключений вернулась к себе в нору и заперла дверь сразу же после того, как ее закрыла. Она прокручивала в голове разные версии. Дневники Отто. Пропавший Левша. Особая бумага Эдит.

Вера почти не спала, но утро все равно наступило очень быстро. Она буквально дотащила себя в редакцию газеты и появилась там значительно позже, чем обычно. Вера задремала у себя за письменным столом, и разбудил ее чей‑то громкий голос:

– Мисс Виксен? Мисс Виксен?

– Вот заголовок! – пробормотала она, затем заморгала и проснулась. – Да? Что?

Вера подняла голову и увидела кролика, который протягивал ей лист бумаги.

– Это пришло вам. Анонимно.

– Спасибо.

Вера протянула лапу за запиской и прочитала:

Если хотите попробовать лучший пирог с клюквой, приходите в кафе к Джо на спецобслуживание в полночь. Приходите одна – пирог очень хорош, и не стоит им с кем‑то делиться.

Вера все еще плохо соображала после сна, поэтому снова и снова перечитывала записку, пытаясь уловить смысл. Кафе «За кружечкой у Джо» не работало в полночь… Погодите-ка! В записке использовалось кодовое слово. Ронда оказалась гораздо умнее Левши; вероятно, записку составила именно она. Вера должна сегодня в полночь встретиться с Рондой перед кафе «За кружечкой у Джо», если хочет увидеть Левшу! Вера пришла в возбуждение, и хотя ее предупредили в записке, чтобы она явилась одна, лиса намеревалась сказать Ленор, куда собирается. Вера выучила урок и знала, чем заканчиваются тайные встречи в полночь.

Вера отправилась в книжный магазин и рассказала вороне о том, что планирует делать.

– Ты уверена? – спросила подруга. – Вспомни, что случилось в последний раз, когда ты ходила на встречу после такой же записки! Почему бы не попросить Орвилла пойти вместе с тобой?

Вера покачала головой.

– Это не сработает. Я думаю, что еноты могут учуять полицию за пятьдесят шагов.

– А что, если я будут летать над местом встречи?

– Именно на это я и надеялась.

Ленор полетит к кафе Джо из своего книжного магазина, а Вера отправится из своей норы – на тот случай, если за ней будут следить.

Оставшуюся часть дня Вера пыталась работать, но мысли все время утекали в сторону, поэтому она и мало сделала. Вера рано отправилась в свою нору и заснула после легкого ужина. Она очень устала.



Она резко проснулась, хотя и не поняла, что ее разбудило. Вера заморгала и посмотрела на часы.

– О, уже без четверти двенадцать! Мне пора бежать.

Она бросилась к кафе «За кружечкой у Джо» и появилась там как раз перед тем, как часы пробили полночь.

Вера знала, что и Ленор здесь, следит за происходящим сверху.

Лиса принялась нервно прохаживаться перед кафе, ожидая, когда появятся Ронда или Левша. Через несколько минут она услышала шипение из тени.

– Эй! Эй, лиса! Иди сюда.

Вера нервничала, но она понимала, что это может быть ее лучший шанс получить крайне важную информацию, поэтому направилась в затененное место. Там ее ждала Ронда, одетая в темный плащ. Она выглядела очень зловеще из-за кругов вокруг глаз.

– Иди за мной, если хочешь поговорить с Левшой, – заявила Ронда и, не дожидаясь Вериного согласия, поспешила в лес.

– Куда мы идем? – спросила Вера, семеня рядом с енотихой. – Левша где‑то поблизости?

– Он в безопасном месте, – только и ответила Ронда.

Лиса бежала за енотихой все глубже в лес. Вскоре стало очевидно, что Левша находится за пределами Тенистой Лощины.

Вере казалось, что прошло несколько часов, прежде чем они с енотихой добрались до небольшого поселения, которое, как сказала Ронда, называлось Вязовая Роща. Именно там она жила и прятала Левшу от полиции Тенистой Лощины и всех остальных, кто мог на него охотиться.

Наконец они добрались до уютного, чистенького маленького домика у реки. Он весь зарос ярко-зелеными вьющимися лозами, а с двух сторон был разбит огород. Вера надеялась, что Ленор все еще тихо летит над ними.

Ронда отперла входную дверь и пригласила Веру в дом. Там она увидела Левшу в гостиной.

Он нервно вскочил, когда Вера вошла.

– О, это ты! – выпалил он.

– Конечно, это я. Ты же сам пригласил меня.

Левша кивнул.

– Да-да, пригласил. За вами никто не следил?

Судя по виду, у Ронды этот вопрос вызвал раздражение.

– Конечно, за нами никто не шел! Я прекрасно знаю, как путать следы.

Вера приступила к работе. Она быстро достала свой репортерский блокнот и уселась в мягкое кресло, стоявшее ближе всего к Левше.

– Мне нужно задать тебе несколько вопросов, – начала она.

Левша с опаской посмотрел на Веру.

– Я этого не делал, лиса!

– Я тебе верю.

Левша не привык слышать такое.

– Веришь? Ты скажешь это медведю?

– Конечно, скажу, Левша. На самом деле я уже сказала. Но нам нужно выманить настоящего убийцу, – объяснила Вера. – Если мы сможем найти того, кто убил Отто и Реджинальда, то тебя снимут с крючка… по крайней мере, никто не станет обвинять тебя в убийстве. – Она знала, что Левша по уши погряз в других разных преступлениях. Кража драгоценных камней, торговля медом на черном рынке… – Я не очень хорошо знаю Орвилла, но считаю его честным полицейским и верю ему.

Судя по виду, и Ронда, и Левша испытали облегчение после заявления Веры. Однако енот продолжал нервничать, словно ожидал появления Орвилла у входной двери в любую минуту.

– Что ты хочешь про меня знать?

– Во-первых, что ты делал в особняке фон Биверпелта? Отпечаток твоей лапы нашли, когда Орвилл там все засыпал специальным порошком.

Левша пожал плечами.