Его давний друг и непутевый сослуживец оглянулся, и едва не выронил самодельный тестер.

– А про Настю Воропаеву что-нибудь говорил? – Про отдельные поручения следователя Игнат все же не забывал. Да забудешь тут! Молодую ж девчонку убили. Закопали еще… Сволочи! Или, скорее, сволочь. Ла-адно, найдем изверга, сыщем! Никуда, гаденыш, не денется – дайте только срок.

— Ты куда вырядился, друг?

– Про Настю? – протянул тракторист. – Это про убитую-то? Ну да, ее тоже не жаловал. Говорю же – всех. Еще приговаривал, что братца ее, Ваньку, не боится ничуть. И что Настю скоро… ну, что она ему… Да болтал языком просто!

— Мне кажется, Эйрик, это наши последние часы. Не знаю, существует ли Валгалла, но в любом случае «Атмосфера» туда не попадет. И конечно, мы с тобой там будем немного… другими.

Просто болтал… Игнат затушил окурок. А если не просто? Не только болтал, но и действовал. В пьяном-то виде Ломов очень даже несдержанный. Пристал. Пырнул в сердцах ножиком. Потом испугался – прикопал…

Эйрик поднялся, неловко оправляя на себе рабочий комбинезон. Перед ним стоял башенный лейтенант в полной парадной форме, даже при мече. Пуговицы и бляшки начищены, длинные волосы собраны в аккуратный хвост, запрещенная космолетчикам щетина сбрита. Халль пах одеколоном и сапожным кремом.

– Очкарика городского у парома побил – хвастал, – подойдя к трактору, оглянулся Степан. – Говорил, очкарики его с детства бесят. Потому что выпендриваются.

— Что, в самом деле умирать собрался?

Вот тоже еще – конфликт с приезжим ученым. Ломов ведь тоже был на лесном озере в то время, когда погиб аспирант. Вместе с Силаевым – Сиплым. Вместе ли? Может, именно Ломов и убил аспиранта, а потом подставил Силаева, подбросив ему портфель? Все может быть… Нужно искать обоих! И свидетелей поискать – вдруг кто Ломова видел во дворе у Сиплого? Да Ломов мог и Гольцова заставить подбросить, или подпоил…

— Не собрался, а подготовился, чего и тебе советую. Личному составу приказов не отдавай, пусть сами решают. Ты ведь слышал, о чем говорят в рубке?

* * *

Эйрик только кивнул, рассматривая тестер. Он собрал его в последние пятнадцать минут, решив починить наконец давно валявшийся в их кубрике блок. Штатный тестер давно или украли, или забыли где-то… Конечно, он слышал, что говорили в рубке. Вражеский корабль, крейсер СПДЧ, атаковал Великий Флот. Атаковал в одиночку — значит, был уверен в победе. Сверхоружие, сверхдвигатели — чем еще удивят викингов торгаши? В любом случае торгаши не начали бы сражение, не будучи сильнее, по-другому они просто не воюют. И несмотря на все превосходство врага… Великий Флот, который разгромит один крейсер, окажется покрыт позором. Принимают ли таких в Валгаллу?

Конюха звали Евграф Тимофеевич, а фамилия была самая простая – Кольцов. В Зеленый Бор, на центральную усадьбу пригородного совхоза «Тянский», Пенкин добрался минут за пятнадцать, на черной прокурорской «Волге», предварительно созвонившись с председателем сельского совета. А что? Раз уж начальство машину дает – грех отказываться.

— Каковы последние вести? Что наши пленники?

У двухэтажного деревянного здания с красным флагом сидел на лавочке суховатый седенький дедок в старорежимных галифе и соломенной шляпе, судя по виду – рожденный еще в прошлом веке, при царях. Сидел себе спокойненько, поглядывал на проходивших мимо девушек в летних платьях да покуривал «Беломор».

Халль добродушно улыбался и вообще был удивительно спокоен. Это смущало Эйрика.

Завидев подъехавшую «Волгу», явно начальственную, сверкающую никелем и лаком, дедок выбросил окурок в урну и проворно подбежал к машине.

— Ну… Великий Флот сражается. Крейсер СПДЧ прорвался к нашим слабым суденышкам — удивительные, как я понимаю, у него ходовые качества! — и изображает там лису в курятнике. Наши лучшие силы не могут толком вести по нему огонь — мешают свои.

– Здравствуйте! Не подскажете, где тут у вас сельсовет? – выбравшись из авто, осведомился Пенкин.

— Да, по своим бить — последнее дело.

Дед озадаченно сдвинул шляпу на затылок и задумался. «Волга» она – да – начальственная. Что же касаемо этого вот тощего парня в узеньких, как у стиляг, брючках – в глазах конюха он никак не тянул на начальство. Ну разве что на комсомольское… Хотя, может, из молодых да ранних? Иначе бы на такой машине не ездил… да еще с таким важным шофером! Судя по виду, генерал, а не шофер – одни усищи чего стоят! Как у Семена Михалыча Буденного.

— Да пытаются бить, насколько я понимаю, просто обломки мешают. Многие тысячи обломков.

– Да эвон, сельсовет-то, – махнул рукой дед. – А вы, стало быть, из милиции?

— Понятно… — Халль прошелся по кубрику, натягивая перчатки. — Пленные?

Сергей поспешно вытащил удостоверение:

— Сидят спокойно. Баба вообще спит. Она симпатичная, как тебе показалось?

– Следователь районной прокуратуры Пенкин, Сергей Петрович.

— Торгашка… — Халль пожал плечами. — В нашей ситуации кто угодно симпатичным покажется. Я думаю, она слегка… хитрит.

– Прокуратура-а-а! Вон оно как… То-то Антоновна говорила, секретарша наша, из сельсовета… А я, стало быть, Евграф Тимофеевич Кольцов, конюх. И чего я супротив прокуратуры согрешил?

— Я тоже это почувствовал, — согласился Эйрик и достал из кармана коробочку с таблетками. Тут же пояснил: — Тут есть одни, красненькие, они трезвят… Майор так и сидит там с ними и ребятами. Я ему докладываю каждые четверть условного часа о происходящем.

– Да ничего вы не согрешили, – улыбнулся Пенкин. – Мне бы вам пару вопросов задать.

— Сколько нам еще лететь?

– Ой, здравствуйте! – выбежала на крыльцо пухленькая женщина неопределенного возраста в сером пиджачке поверх цветастого платья. – Из прокуратуры? Приехали уже! А я – Марья Антоновна, секретарь. Меня председатель просил…

— Да вот четверть часа и осталось. Если, конечно, ускоритель не накроется.

– Нам бы поговорить где…

— Ясно. Ну что ж, брат, у тебя есть время привести себя в порядок, а потом… Усядемся, как говорится, по боевому расписанию!

– Да вы идите за мной. У нас кабинет главного агронома свободный.

Эйрику стало совсем не по себе. После того как он покинул кубрик с пленными и несколько протрезвел, на лейтенанта стала потихоньку, вкрадчиво надвигаться волна паники. Умирать не хотелось… Между тем «Атмосфера» уверенно шла к гибели и ускоритель даже не думал ломаться. Надежда, что флагман в гущу боя не полезет и старой десантной барже удастся отсидеться рядом с ним, растаяла, когда выяснилось, что за пленными идет специальный бот. Значит, дальше «Атмосфере» придется занять место в строю. Толку от корабля, предназначенного исключительно для десантирования, в космическом бою никакого, но ведь и от большинства судов Великого Флота — тоже…



— Как вообще обстановка на барже? Мясо не бунтует?

Кабинет в одно окно оказался маленьким и тесным, в нем едва помещались старый конторский стол, три колченогих стула и заваленный пыльными папками шкаф, выкрашенный казенной черно-коричневой краской. Обстановка в кабинете царила спартанская – без излишеств. Ни телефона, ни даже репродуктора; из украшения – лишь большой портрет В. И. Ленина в черной деревянной раме.

— Их закрыли в трюмах, насколько я понимаю… Да мы все теперь мясо! — почти взорвался Эйрик, но сдержал себя. — Какой смысл от всех этих кораблей? Одни обломки, которые мешают добраться до врага.

— Вот обломками мы его, может статься, и придушим, — вполне серьезно ответил Халль. — В войне все средства хороши. Количеством возьмем, если качества не хватает. Ты, значит, не будешь переодеваться?

– Расположились? А я вот вам… водички… – Секретарша принесла графин и два граненых стакана. – Если вы, товарищ следователь, пообедать захотите, так у нас столовая хорошая рядом. Увидите – синий такой дом. Там пирожки…

— Не буду.

Поставив графин и стаканы на стол, Марья Антоновна удалилась. Из гулкого коридора тут же донесся ее строгий голос:

В наушниках у обоих вдруг трижды пропищал негромкий зуммер — позывной Ивара Ярла.

– Товарищи, товарищи, не толпитесь! Сказала же, Иван Александрович в город уехал, на совещание. После обеда будет. Так, девушки, а вам что? Ах, свидетельство о рождении. Ну, проходите…

— Башня Раз слушает, брат майор!

– Участковый меня уже спрашивал, – с виноватым видом конюх покрутил в руках шляпу. – Что, мол, я девятого мая делал. Так, в город ездил… Председатель мне подводу дал. Разрешил за комодом, а как же… Старуха моя, вишь, комод в городе присмотрела, фабричный! Вот я и…

— Да я, вообще-то, тоже в твоей Башне, Халль Богатый. Или забыл? Интересную новость до меня довел Старик. На том боте, что послали за пленными, летит сам Кетиль Флотоводец, конунг наш. Насколько я понимаю, Торстейн Рыжий паренька не посылал, он сам лезет на рожон. Тем не менее, отвечаем за него мы.

– А что – девятого? – удивился Пенкин. – Ведь выходной день, магазины закрыты. Да и праздник.

Халль и Эйрик тупо смотрели друг на друга. Оказывается, их еще можно удивить! Кетиль Флотоводец летит на десантном боте прямо на «Атмосферу». Но зачем?

— Ты меня слышишь, брат Халль? Или со связью что случилось?

– Так это… комод-то уж к Раковым привезли. Это родичи наши, дом у них на Советской, хороший такой дом, с палисадом. Я-то хотел Николая, шофера, попросить, он на грузовике у нас, да все ж решил сам съездить. С Николаем-то когда еще договоришься… А тут председатель лошадь разрешил взять. Вот я и поехал…

— Слышу, брат майор. Немедленно иду к шлюзу.

— Отставить. Ты держи Башню, а конунга встречу я сам. Потом пройдем к тебе, или сразу к пленным, как он решит… А ты — веди огонь по обстановке.

– Поехали, значит?

— Нас атакуют?.. — Халлю представилось, что на хвосте у подлетающего бота висят вражеские корабли, узнавшие, что в крошечной шлюпке находится сам высокий конунг.

– Поехал, ага… Часа за два добрался!

— Мы подходим к месту сражения, дурила! Сейчас обломки полетят по самым загадочным траекториям, кто их будет расстреливать? Автоматика не со всеми справится.

– Вот что, Евграф Тимофеевич! Давайте-ка теперь все очень подробненько! Поняли?

— Брат майор! — позвал Эйрик, едва сдерживая нервное хихиканье. — Раз на «Атмосфере» полетит конунг, мы ведь как бы… Статус временного флагмана получаем, да? Общее построение, штандарт на мачту…

– Ну, как не понять…

— Лейтенант Эйрик Пьяный! Отставить изображать из себя идиота! Все, конец связи.

Рассказ конюха вышел довольно путаным и неровным, и тому имелась причина.

— Брат майор! — опомнился Халль. — Там в шлюзе… Створки плохо открываются. Я пошлю своего заместителя, он покажет, как там надо их… Того…

– Ну, употребил, врать не буду. Праздник же! Я, почитай, всю войну в партизанах, с Чайкиным… Знаете, небось, Ивана-то Аркадьевича? В колхозе «Путь Ильича» председателем нынче…

— Ладно.

Как понял Сергей, «употреблять» конюх начал еще по пути, прихватив с собой заначенную от супруги «маленькую» – «Московскую Особую» ценой рубль сорок девять копеек.

Ивар Ярл отключился, но Халль успел услышать женский смех. Пленная, похоже, здорово напилась.

Ну, маленькая, она маленькая и есть – едва-едва на дорогу хватило. И что было делать?

— Иди. Стой… Может, успеешь переодеться, Эйрик?

Заехать в «Чайную», вот что!

— Да ладно! — легкомысленно отмахнулся лейтенант. — Предупреждать надо было о высоком визите. А теперь обстановка боевая. Ты в самом деле, посматривай за обломками. Только по боту не пальни, а то смеху будет на всю Валгаллу!

– Она ить как раз на пути. Думаю, надо пораньше, народ-то потом набежит – праздник!

В переходах стояли люди из охраны Начарта. Ивар Ярл, похоже, сам отбирал себе людей — все аккуратно одеты, при виде лейтенанта вытягиваются. Не сравнить с горе-артиллеристами, уроженцами далеких миров! Эйрик направился прямо к шлюзу, закинул в рот пару таблеток — на этот раз не отрезвляющих, нервы тоже требовали внимания — и влез в скафандр. Оба лома лежали тут же, возле десантного бота, доставившего пленных… Бота?!

— Брат майор! — позвал Эйрик, опять с трудом подавляя смех. — Брат майор, проблема у нас!

– А «Чайная», значит, в праздник работала?

— Что еще? — сухо откликнулся Ивар Ярл.

— Наш бот, на котором мясные прилетели… Он же тут остался! Места нет! Как конунга-то принимать, через открытый космос?

– Работала. Она и по воскресеньям иногда…

— Так выведи бот! Вытолкни просто и вернись, а Халль пусть расстреляет… Хотя… Не надо, а то еще перепутает, не в тот бот торпеду влепит… Задница Локи, ну и служба! Открывай створки, я уже иду.

В принципе Эйрик, конечно же, умел управлять ботом. Вот только с окончания Десантного училища ни разу этим не занимался. Ругаясь как тролль, лейтенант вручил ломы людям Начарта и показал им, как раздвигать створки. Те приступили к делу не сразу — наверняка связались с командиром. Службисты! Сам Эйрик забрался в бот и занял место пилота. Вроде бы все знакомо, только…

Вот там-то, в «Чайной», за кружечкой свежего пива и познакомился конюх с двумя. Те в уголке стояли, воблу шелушили и вроде как сговаривались что-то перевезти. Дед помощь и предложил.

«Вот возьму и улечу! Отправлюсь прямо к флагману, авось навру, что-нибудь. Сошлюсь на потерю навыков».

– Оно, конечно, не сразу. Опосля, как выпили пару кружек, познакомились. Я их еще меню попросил прочитать – мол, не вижу. Хорошие люди оказались – снабженцы.

Эйрик знал, что никогда так не поступит. Во-первых, потому что глупо, а во-вторых, потому что все равно подло. Но думать об этом оказалось приятно: действовали таблетки.

Как выглядели «снабженцы», конюх, увы, пояснил без всяких подробностей. Помнил, что один в возрасте – грузный, седой. Второй – молодой, верткий, небритый.

— Лейтенант Эйрик Пьяный! Ты где, тролль?

– Лица? Не, точно не помню – подслеповат, ага… У одного вроде широкое, у другого – узкое. Нос? Глаза? Не-е… не скажу… Одеты? Да как все. О! На самые глаза – кепки. Узнать не смогу – вижу плоховато.

— В боте, брат майор. Думаю, смогу ли его вывести, не раскурочив весь шлюз.

Подпоив конюха, «снабженцы» тут же и сговорились насчет подводы.

— Вылезай, я лучше своего отправлю. А тебе пора бы вернуться к Халлю, он уже заработал по обломкам Великого Флота. Пока разминается, но скоро их будет очень много…

– У них это… с собой еще водка была. Ну, праздник же!

Ивар Ярл уже пришел в шлюз и стоял возле бота, готовясь встретиться с высоким конунгом.

Евграф Тимофеевич и не заметил, как уснул, да так крепко, что мало что помнил. Проснулся уже ближе к вечеру, в своей же телеге. Оклемался да поехал к Раковым за комодом.

— Брат майор… — Эйрик остановился рядом. — А ты не думаешь, что глупо лезть в самое пекло, имея на борту Кетиля Флотоводца? С точки зрения боеспособности Флота, я хочу сказать.

– А где проснулись-то?

— Не твоего ума дело! — отрезал Начарт. — Старик, я полагаю, без нас разберется. Но пока мы приближаемся к месту сражения.

– Да на бережку, у речки…

— И какие новости?

– А знакомые ваши, они и без вас могли, куда надо, съездить?

— Пошел вон. Эй, башня Два, гномы, вы там уснули совсем?! — майор отключился.

– Могли… Катька – кобыла смирная.

Эйрику ничего не оставалось, как покинуть шлюз. Воздуха в нем уже не было и пришлось постоять в кессонной камере. Когда же люк открылся, лейтенант с некоторым недоумением обнаружил за ним пленника со странным именем Ануш Фингер. Кроме имени тот имел при себе автоматический разводной ключ «мечта новобранца».

– Так-так… – задумался следователь. – А ну-ка, давайте-ка, Евграф Тимофеевич, вспомним-ка поточнее, где именно – «на бережку»?

— Ты бы положил на место имущество! — попросил Эйрик, который уже снял шлем. — Мой бластер ты им развинтить не успеешь. Да и калибр не тот, этой штукой заклинившие казенники разбирают.

– Так у старой пристани, где березы. Ой, еще вспомнил – правая рука у грузного забинтована была. Сказал, поранился.

— Я всесторонне подготовленный агент! — сообщил Фингер. — А ты всего лишь офицер-артиллерист. Только попробуй взяться за оружие и узнаешь, что такое Удар Журавлиного Клина!

– А где забинтована?

Эйрик обиделся. Конечно, он артиллерист, но ПДУ славилось физической подготовкой выпускников. И хотя само слово «тренировка» он давно забыл…

– Да вот этак… по всей ладони.

— Тяжело, наверное, ключ держать?

– Еще вопрос, – следователь склонил голову набок. – Евграф Тимофеевич, они сразу на ваше предложение согласились? Ну, что-то там перевезти?

— Я всесторонне… — начал Фингер, делая шаг к лейтенанту, и тут же получил увесистой перчаткой в челюсть.

– Так, говорю ж, не сразу. Сначала выпили. Потом уж…

Эйрик не стал особо мудрить, да и трудновато это в скафандре. Он просто использовал преимущество в весе и защищенность кулака. Этого оказалось достаточно: Фингер тут же упал, да еще исхитрился уронить на ногу автоматический ключ — штуку и правда очень тяжелую.

– И вы, значит, сразу же согласились?

— Кубрик! — закричал Эйрик в микрофон, вытаскивая наконец бластер. — Кубрик, слышите меня?! Вы живы?

– Дак, а чего ж добрым людям не помочь? Ну и… – Шмыгнув носом, конюх как-то виновато потупил взор, словно нашкодивший школьник. – Ну и это, рубль сразу дали… десятку. Если по-старому… Может, для кого и небольшие деньги, а все же на дороге-то не валяются!

— Живы… — не сразу отозвался Ари Шрам. — Нас Халль к себе вызвал, тут пальба понемногу начинается… Ты где, брат?

— Ты лучше скажи, где пленные! Конунг вот-вот на борт войдет, а торгаши по коридорам бегают без присмотра! Почему вы ушли?!

– Ну, да… Так, узнать не сможете?

— Так Халль позвал… — растерялся Ари. — И меня, и Рябого. Тут же одни тролли вонючие, того гляди конунга подстрелят! Начарт нас отпустил, в кубрике его люди остались, из охраны.

— Час от часу не легче! — только и сказал Эйрик Пьяный, связывая все еще бесчувственному Фингеру руки страховочным тросиком, что был в каждом скафандре. — Скажите Халлю, что у нас, возможно, диверсантка на борту, пусть все люки будут задраены! Я свяжусь с Начартом.

– Говорю же – подслеповат…

Однако поговорить с Иваром Ярлом не удалось — тот как раз в этот момент принимал высокого конунга, и на вызов лейтенанта откликаться не стал. Впрочем, и нервничал Эйрик зря: пленница, назвавшаяся Чиа Риттер, находилась рядом с Начальником артиллерии баржи. Он решил сразу показать девицу Кетилю — все же бабенка попалась разбитная, разговорчивая, а в данный момент еще слегка «под газом». На мальчишку это должно подействовать положительно — насколько майор вообще разбирался в мальчишках. Лишь позже он понял, что ошибался. А то ведь краснеть приходилось: убрать десантный бот из шлюза не успели, а оставлять новоприбывших снаружи было слишком опасно: обломки уничтоженных кораблей Великого Флота летели порой с субсветовой скоростью.

– А они о том знали?

— Приветствую тебя, брат высокий конунг! — сказал Ивар Ярл, еще когда все стояли в шлюзе. — Прости, что не смогли принять бот — обстановка боевая.

— А «Атмосфера», насколько я понимаю, корабль не новый, — кивнул Кетиль, насколько позволял скафандр. — Ничего, я не избалован. Десантники говорят, что в открытом космосе сейчас очень опасно. Могут они где-то пришвартоваться?

– Кто-о?

— Конечно, им уже сообщили, чтобы шли к башне Два. То есть… Скоро они будут в укрытии. Прости, высокий конунг, но мои подчиненные не успели вывести этот бот. Он тут случайно…

Кетиль и двое сопровождающих прошли к кессонной кабине. Ивар Ярл, хотя и понял, что конунг жаловаться на прием не станет, решил все же представить ему пленницу.

– Ну, эти ваши знакомцы.

— Вот, брат конунг, одна из плененных. Назвалась Чиа Риттер, утверждает, что гражданка Анаронской Республики.

— Я должен с ней поговорить! — оживился Кетиль. — Она готова сотрудничать?

— Да! — решила вставить словечко и Чиа. Конунг у викингов оказался странный: совсем мальчишка! — Конечно, я готова с вами сотрудничать, мне это будет очень лестно и приятно!

— Очень хорошо. — Юноша смотрел на нее очень серьезно. — И прежде всего я хочу тебя попросить рассказать все, что знаешь о «тенях».

— О тенях?.. — весело переспросила несколько хмельная Чиа. Она пока обдумывала, какую позу лучше принять, когда настанет пора снимать скафандр, в который ее зачем-то вырядил Ивар Ярл. — Тени… Ну, это от источника света зависит, ха-ха! А что?

— Вы не знаете о «тенях» или не хотите мне рассказывать? — Кетиль не изменился в лице. — В любом случае мне придется это проверить… Прости, торгашка, но вопрос слишком важен. А где второй?

— Второй, похоже, мелкий чин и к тому же полный идиот, — доложил Начарт. — Интереса представляет меньше, зато шума производит много, вот я его и оставил запертым в кубрике.

Когда вся компания вышла из кессонной камеры, то первые, кого они увидели, были Эйрик и Ануш Фингер. Лейтенант волок упиравшегося агента обратно к кубрикам.

— Эйрик Пьяный… — мрачно сказал майор. — Что это значит?

— Сбежал от ваших людей. Был мной задержан и обезврежен! — бодро доложил лейтенант, которому особенно понравилось, что нашлась Чиа. — Пытался напасть. Вон оружие его валяется.

Предупредил Эйрик вовремя: высокий конунг Кетиль едва не споткнулся о валявшийся на дороге автоматический ключ.

— Чиа, я спасу тебя! — тут же заорал Фингер. — Спасу, чего бы мне это ни стоило! И не удержать меня за замками, я всесторонне подготовленный агент!

— Да, действительно много шума, — поморщился Кетиль. — Однако не похоже, что она ни при чем. Если он смог сбежать, если пытался до нее добраться… И он не прост. А чего хотел? Вероятно, убить, чтобы не проболталась. Все равно, обоих придется как-то проверить. Думаю, электричеством, у нас так было принято. Здесь есть специалисты по допросам?

— Нет! — сразу ответил Ивар Ярл. — Здесь только артиллеристы и мой конвой из десантников.

Кетиль Флотоводец обернулся к сопровождающим.

— Хроллауг, Грим?

— Я только офицер-десантник! — развел руками Грим Щекастый. — Могу, конечно, пальцы отрезать и глаза выдавливать, но тут, наверное, потоньше допрос требуется.

— И я не специалист, — отказался Хроллауг. — Брат Грим прав: дознание — тонкая штука.

— Некуда тончить и некогда, — вздохнул Кетиль. — Значит, будем делать так, как я это умею. Тени меня очень обеспокоили, я просто чувствую, что в них все дело. Чувствую, понимаете? Поэтому, придется… Нам нужно тихое помещение, желательно звуконепроницаемое, и хотя бы оголенный провод, что ли… Найдется с варьируемым напряжением?

— Найдется. — Ивар Ярл пожал плечами. — Эйрик, иди вперед и найди. Мы сейчас дождемся моего конвоя и тоже двинемся. Пока благоразумнее остаться здесь — ведь этот парень как-то смог развязаться и сбежать…

— Только поторопитесь все же.

Эйрик, с облегчением оставив связанного Фингера на попечение Начарта, двинулся искать необходимое оборудование.

«А конунг-то наш — серьезный пацан! Или даже немного сумасшедший. Какие-то \"тени\" его беспокоят… Не завидую гостям. Особенно бабенку жалко — посидит под напряжением, а потом всю оставшуюся жизнь недержанием страдать будет. Все же он тоже дикарь, конунг наш высокий, а я и забыл».

Когда Эйрик оказался на боевых местах жителей Башни Раз, то ему пришлось вспомнить еще кое-что: Башня фактически вела бой. Нет, «Атмосферу» пока никто не атаковал, но вражеский крейсер действительно успел натворить дел. Забравшись в самую гущу старых, никуда не годных суденышек викингов, корабль СПДЧ уничтожал их в буквальном смысле сотнями. Необычайно маневренный, наделенный мощнейшим силовым полем, он делал что хотел, а обреченные корабли Союза Свободных даже не имели шансов быстро разлететься в стороны — огромное количество обломков затруднило навигацию. К приблизившейся к месту боя «Атмосфере» летело огромное количество кусков металла, и уничтожать самые крупные было жизненно необходимой задачей. На что еще нужны батареи Башен?

Евграф Тимофеевич развел руками:

— Отлично, что ты пришел! — тут же заорал Халль. — Займись механикой «четверки», там или все заклинило, или сигнал не проходит!

— У меня приказ от Кетиля, — развел руками Эйрик. — Надо кое-что ему принести, он допрос затеял. А что там происходит, как наша большая драка?

– Говорю же, меню попросил прочитать.

— Эскадра Тира завалила своего. Завалила трупами! Как я понимаю, от них почти ничего не осталось, сейчас все, кто еще может летать, заняты спасательными работами. Хорошо, что Один не допустил нам там оказаться! А тут пока без перемен, бой идет. Тихо… — Продолжая высчитывать траектории обнаруженных компьютером объектов, Халль одной рукой прижал к уху наушник. — Ага! Старик приказал, в виду важности находящихся у нас на борту людей и материалов, — это он про Кетиля так туманно, ну и про пленников тоже — приказал «Атмосфере» огибать драку, идти на встречу с флагманской группой. Пока нам везет, брат!

— Да? А кто-то в Валгаллу собирался… — пробормотал Эйрик, присматривая из оборудования что-нибудь, годное для пыток. — Кетиль будет допрашивать наших гостей с помощью электричества. Лично. Бредит о каких-то тенях.

Осмотр подводы тоже ничего не дал, да Пенкин и не надеялся – все-таки прошло уже два месяца.

— Ну, ты потише! — приказал Халль, оглядывая присутствовавших тут же подчиненных. — Давай не будем на секретные темы болтать, да еще в таком тоне.

Вернувшись в город, следователь все же заехал к реке, на старую пристань, да там и остался, отпустив водителя:

— Если хочешь, брат лейтенант, я сам все отнесу конунгу! — тут же вызвался Ари Шрам. — А ты оставайся тут, ты тут нужнее.

— Сиди на месте, — попросил Эйрик и покинул отсек.

– Вы поезжайте. Я потом в прокуратуру сам доберусь.

Кетиля и его сопровождение он нашел быстро — в том самом кубрике, где первый допрос с пленных снял майор Ивар Ярл. Здесь же затем его люди закрыли агента Фингера, отсюда он и сбежал. Теперь Эйрик понял, почему: запорный механизм давно был неисправен и открывался одинаково легко с обеих сторон при любом положении винта.

«А эти олухи не проверили! — подумал он об охране Начарта. — Тоже мне, службисты! Однако и Фингер не такой идиот, каким кажется, а гораздо больший. Сбежал и пошел спасать подружку с прихваченным с ремонтного стенда разводным ключом. Я бы на его месте… А, все равно, война учит одному: это большой-пребольшой идиотизм».

На бревнах, на вымоле, разместились трое пацанов с удочками. Двое – лет по десять, один – чуть постарше, белобрысый, веснушчатый.

Додумать Эйрик не успел, потому что смирно стоявшая до этого момента Чиа вдруг проскочила между двух охранявших ее конвоиров и повисла на шее лейтенанта.

— Эйрик, спаси меня! За что, я же все рассказала! Зачем меня пытать?!

– Хоть что-то здесь есть? – подойдя, недоверчиво хмыкнул Пенкин.

«Вот, и эта глупее, чем кажется…» — подумал Эйрик прежде, чем понял, что у Чиа и в самом деле истерика.

Откуда викингу было знать, что Чиа за свою нелегкую жизнь уже имела счастье подвергаться допросам с применением электрического тока? Полиция-то ее никогда не могла поймать, а вот прямо противоположные структуры порой добирались. До сих пор все оказывалось не слишком серьезно, но даже те прошлые «мелочи» вызывали у Чиа Риттер нервную дрожь при виде куска проволоки. В сериалах и анимэ об этом широкой публике не рассказывали, но изнанка цивилизованных миров на то и изнанка, чтобы быть совсем не цивилизованной.

– Как когда. – Сдвинув на затылок кепку, белобрысый солидно поплевал на червя. – Бывало, как пойдут – и окуни, и уклейки. А бывало, сидишь целый день, и хоть бы какой-нибудь толк, поганый ерш! А вы, дяденька, тоже рыбак?

— Я спасу, спасу тебя, моя дорогая!! — Неужели агент Фингер мог остаться в стороне? Он тоже рванулся к Эйрику, но его-то держали крепко. — Я спасу тебя, чего бы мне это не стоило! Никто не посмеет и пальцем к тебе притронуться!!

– Так в детстве тоже здесь ловил. Давненько уже, тому лет десять. Так тогда здесь такие щучки водились! – Улыбнувшись, следователь показал руками примерный размер «щучек» – вышло около метра.

— Извини, женщина. — Очень серьезно сказал Кетиль, когда агента утихомирили. — Но я не вижу другого выхода. Я хочу быть уверен, что ты ничего не знаешь ни о «тенях», ни об исчезающих кораблях, ни о планете Хильд-Оск. Моей планете.

— Да я не слышала никогда о такой планете! — буквально завизжала Чиа, которую конвою удалось наконец оторвать от Эйрика. — Про «Королеву воров» рассказала все, что знаю! Какие тени, ну какие еще тени?..

– Да ну! – недоверчиво прищурился пацан. – Сейчас тут щук… ну, бывает иногда…

— Эскадра Тира, наша вторая эскадра, смогла уничтожить ваш крейсер. — Кетиль говорил спокойно, терпеливо. — Многие умирающие враги кричали, что «тени их покинули». Многие. Что это за «тени»?

— Я не знаю! — взмолилась Чиа, которую приматывали к койке. — Поймите, я ведь могу умереть, мне нельзя электричества!

– А вы тут всегда ловите?

И все же ей повезло. «Атмосфера» была старым и не слишком хорошо ухоженным судном. От выполняемого маневра, от увеличившейся из-за огня батарей и реакций силового поля корпуса энергонагрузки на генераторы, отключилась гравитация. Все непринайтовленное, прежде всего, люди и принесенное Эйриком нехитрое оборудование, разлетелось в разные стороны. Только закрепленные Чиа и агент Фингер беспомощно наблюдали за мытарствами викингов, которых поразила сначала невесомость, а затем мощнейшее ускорение, прижавшее их к стене. У одного из особенно неудачно прижавшихся конвоиров что-то хрустнуло в шее, глаза выкатились.

— Восемь ног жеребца Слейпнира! — прохрипел Начальник артиллерии. — Если они не смогут остановиться, нам вот-вот будет крышка!

– Так живем рядом. Так каждый день почти.

В довершение всего, выключилось так ненавидимое Чиа электричество, наступила темнота. К счастью, аварийная система отключения ускорителя сработала. В кубрике опять воцарилась невесомость, на короткое время все занялись ощупыванием конечностей. Все, кроме погибшего конвоира и майора Ивара Ярла, который уже орал на кого-то в микрофон: «У нас на борту высокий конунг, вы понимаете, отрыжка темных эльфов, гномье говно! Если у нас рушатся все системы — не надо тогда вообще трогать ускоритель, пусть Старик доложит Торстейну Рыжему, что его судно теперь — кусок железа с мясной начинкой!!»

– И на девятое мая ловили?

Эйрик Пьяный, потирая ушибленную голову, потихоньку выбрался из кубрика. Ему срочно понадобилось пополнить запас таблеток, а помочь в этом мог только Ари Шрам. Уходя, он слышал стоны, ругань и плач привязанной к койке Чиа.

– На девятое? – Закинув удочку, мальчишка озадаченно покачал головой.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

– Да были, – подсказал тот, что помладше. – Там, под березами, еще какой-то дед спал, пьяный. Я помню, у меня тятенька тож в тот день выпимши был, аж с утра.

Секретные переговоры

Вот-вот должно было начаться Сто Шестьдесят Пятое Внеочередное Сверхсрочное заседание Торговой Ассамблеи. Вся Контора стояла «на ушах», всем поминутно требовался лично Хоук, и именно в это время, без предупреждения, в гости заявился Адмирал. Прибыл на своем личном транспорте — будто номеров его флайера нет в картотеке! Одет в штатское, хорошо хоть, усов не наклеил. Когда дежурный доложил Хоуку о госте, когда Хоук этого гостя увидел… С минуту он просто не мог говорить. Но Адмирал заговорил сам.

– Ага – дед, – радостно покивал Пенкин. – А что, он потом сам ушел, дед-то?

— Все изменилось и продолжает очень быстро меняться. Президент не справится, не говоря уже о Торговой Ассамблее, которую виртуально собрать можно за полчаса, а решение она примет через условный год. Договор Честных просто запудрит им мозги!

— Все равно… — Хоук растерянно опустился в кресло. — Все равно не надо было так приходить. Есть же, в конце концов, линии связи, резервные каналы… У тебя есть какая-то новая информация?

– Не-е! Телега за ним приехала. Мужики какие-то. Верно, родня. Взяли под руки – да на телегу. Хорошая такая телега, с машинными колесами. Там солома еще… Вот они его – и на солому.

— Есть, а то чего бы я к тебе прискакал? У Флота, как ты понимаешь, имеются свои источники. И работают они, как выясняется, гораздо лучше твоих.

— Ну, ну, рожай! — не выдержал Хоук. — Меня в любой момент могут наверх вызвать!

– А что за мужики?

Хоуку очень нравилось, что Адмирал глупее его. Намного глупее. Случись что — главой заговора окажется вот этот краснорожий золотопогонник, а сам Хоук сумеет отмазаться. Документов на этот случай заготовлено немало. Но вот теперь этот дурак способен погубить все… Явился! Как это объяснить Верховному Суду?

— На моих агентов вышли люди СПДЧ. Среднее звено космической разведки. Я пару у-чэ назад получил сообщение и сразу к тебе. Все меняется, дружище! Действовать надо срочно. Выпить есть?

– Так обычные. – Парнишка пожал плечами. – Мужики как мужики. В плащах брезентовых, в кепках. Да я особо-то не присматривался – как раз клюнула. Плотвица! Пока вытаскивал, потом оглянулся, а их уж и нету. Уехали.

— Потом! — уперся Хоук. — Что за новости? Адмирал поудобнее развалился в гостевом кресле и не спеша закурил.

— Ты же в курсе пропаж людей на планетах СПДЧ? Так вот, мы теперь знаем, куда они деваются. Исключительно молодые, здоровые люди.

– А мы еще раньше ушли, – припомнил белобрысый. – А вам, дяденька, тот дедок – тоже родня?

— И куда же?

— Наливай.

– Ага… Пятерка у него в тот день пропала. То ли выпала, то ли пропил, то ли вытащили!

Ну конечно, Адмирал себя одолеть никогда не позволит, для него вся жизнь — борьба, и другого смысла в ней не существует. Мысленно пообещав себе, что Адмирал за это заплатит, Хоук достал бутылку виски.

— Я буду наливать, а ты будешь рассказывать. Не томи!

– А и так и эдак может, – засмеялся младшенький. – Дед-то пьяной был.

— Они продают их инопланетянам, — просто ответил Адмирал.

Хоук с трудом подавил желание ударить собеседника бутылкой по голове. И все же открутил пробку, наплескал щедро в стаканы — теперь и ему требовалось выпить.

– И мужиков тех ты узнать не сможешь?

— Больше никакой глупости твоя суперразведка не принесла?

— А никакой глупости нет! — набычился Адмирал, прихватывая со стола тот стакан, что был полнее. — Ты дослушай, а потом словами кидайся! Мои ребята не зря паек жрут.

– Так особо-то не приглядывались. Да и далековато.

— Я слушаю…

Хоук откинулся на спинку кресла, отхлебнул. Где-то далеко сейчас шел бой викингов и СПДЧ. Как это укладывалось в схему союза этих двух держав, Хоук не понимал. А ведь очень скоро эта информация разойдется, и Президент окажется в дураках. Не менее странно, что СПДЧ на обвинения в свой адрес реагировал как-то невнятно — похоже, срочно сами разбирались, что происходит. Надо что-то придумать для Президента, время переворота еще не пришло… А тут появляется идиот Адмирал с идиотским сказками своих идиотов-разведчиков!

И впрямь – далековато. От старой пристани до рощицы навскидку – метров сорок, а то и все пятьдесят.

— Короче, так: на вооружение СПДЧ за последние годы поступило действительно очень много техники предельно высокого класса. Мы знали о новых двигателях, о защитных экранах, о торпедах, но… Это далеко не все. Парни очень много выторговали у своих друзей-инопланетников. Если их не загасить сейчас — еще через пару условных лет СПДЧ будет иметь самую сильную армию в космосе. Армию, способную противостоять всем остальным армиям. Работы идут очень серьезные, а на экономике это никак не сказывается. Почему?

— Почему? — вяло поинтересовался Хоук.

– А как же вы деда-то разглядели? Ну, что пьяный?

— Потому что технология превосходит нашу в разы! Ну, в два-три раза, — уточнил Адмирал для Хоука, который в его глазах был штатским тупицей. — Где они ее могли взять? Вывод напрашивается!

— Это все?

– Так мимо же шли! Он уже храпел. О! Еще у одного из тех мужиков вроде рука забинтована была… Точно! А вот правая или левая – не скажу.

«Может, связаться с кем следует и сдать его? — подумал Хоук. — Самое время. Фуражка у Адмирала окончательно съехала».

— Тебе мало?! — Адмирал хлопнул о стол стаканом, расплескав виски на брюки. — Поганцы торгуют своими гражданами за технологии!

* * *

— А ты не думаешь, что тебя просто обманули? Что если инопланетяне и существуют, люди, пусть даже самые молодые и здоровые, им совершенно не нужны?

— Мы ничего не знаем об этих инопланетянах. Ну, или почти ничего… — Адмирал сам себе долил, не заботясь о стакане Хоука. — Эти информаторы, флотские из СПДЧ, рискуют собственной шкурой. Фактически, пошли на предательство родины. Все потому, что их командование, похоже, наложило полные штаны перед этими инопланетянами. Пляшут под их дудочку, понимаешь? А офицерики из разведки поняли, что дело плохо, что и их страна, и все человечество — в опасности! Никто ведь не станет продавать военные технологии, не имея в запасе еще более мощных, смекаешь? Значит, все, что получает СПДЧ, — игрушки по сравнению с тем, что есть у инопланетников. Они только чего-то ждут, что-то там делают… — Адмирал показал пальцами, как они «что-то там делают». — А как сделают — хана нам всем. И СПДЧ, и Анаронии, и прочим. Это внешняя угроза, приятель! С такими вещами не шутят.

– Повезло деду, – выслушав, резюмировал Алтуфьев. – Могли бы и прибить от греха. Скинули бы труп в речку… Но осторожные. Все же решили подпоить…

— И откуда же твои офицерики-перебежчики могли получить такую информацию?

– Да и мальчишки…

— Ну, у нас, у флотских, иногда бывают собственные методы. Они там образовали нечто вроде тайного общества, провели кое-какие мероприятия. Вот картинка перед ними и раскрылась, и выложили они ее мне, как на блюдечке.

— Все это надо еще сто раз проверить! — Хоук решил, что пора сворачивать разговор. — Слишком похоже на двойную игру, на какую-то идиотскую дезу. Выставят нас на посмешище, вот тогда мы с тобой оба слетим под нары, да с Президентом за компанию. Давай-ка я…

– Ну да…

— Давай-ка мы с тобой вместе решим, что делать. — Адмирал допил и на этот раз поставил стакан очень аккуратно. — Те корабли, с которыми сцепились викинги, не принадлежат СПДЧ. Построены там, да, но они их тоже передали инопланетянам в уплату за технологии. Так же, как и людей. Так же, как и «Королеву воров».

— Лайнер?

– Я вот думаю, примерные портреты преступников мы уже имеем, пусть пока и нечеткие. – Пенкин побарабанил пальцами по лежащей на столе папке. – Их двое. Один – думаю, главный – пожилой, но еще крепкий, сильный. Его напарник – молодой и – как говорили – верткий. То есть сангвиник или холерик, если по темпераменту. А такой ведь что-нибудь может наворотить! Потому как несдержан. Вот, думаю, сводки просмотреть…

— Да, пассажирский лайнер, за которым ты следил! Его увели у тебя из-под носа и с пассажирами, и с твоими людьми. Не так разве?

Хоук вздохнул. Адмирал что-то слишком уж много знал.

– Давай. И хорошо бы рыбаков опросить, не мальчишек, а взрослых. Кто там еще рыбачил? – Владимир Андреевич пригладил волосы. – Рука, говоришь, была забинтована?

— Это тоже перебежчики сообщили?

— Конечно. «Королева воров» совершила мгновенный прыжок на черт-пойми-какое расстояние. Вот она, техника инопланетников! И этой техники у СПДЧ нет.

– Ну да, правая.

И снова пришлось вздохнуть Хоуку.

— Да прекрати ты пыхтеть! — потребовал Адмирал. — Все не так уж плохо. Викинги нашли их базу, ну и твои спутники не сплоховали. Навалимся кучей — справимся. По другим каналам идет информация, что викинги вроде как один корабль пристукнули, сукины дети.

– Поликлинику, медпункты проверь. Мало ли, вдруг кто в начале мая обращался…

— У них колоссальные потери… — меланхолично заметил Хоук. Он чего-то никак не мог уразуметь. — Сколько всего СПДЧ продало крейсеров?

* * *

— Два. А потом стали тянуть, что-то заподозрили. Ну, вот инопланетники, видать, и стянули у них лайнер. Кстати, ты не знаешь, где он сейчас?

Дровишки, заразы этакие, никак не хотели гореть! Ну, так дождь же недавно прошел, целый ливень. Вот и вымокли. А где сухих найдешь? Сами-то промокли – хоть выжимай. Хорошо, хоть изба более-менее попалась. Крыша, конечно, текла, но не сильно. А вот печка никак не растапливалась! Может, не в дровах дело? Может, тяги нет?

— Никаких данных. Так что ты предлагаешь?

– Кур-рад! – Выругавшись, Лиина взяла складной ножик и вновь попыталась расщепить старое полено.

— Во-первых, надо брать власть и все обнародовать. Объявить военное положение, комендантский час, запрет на полеты частных лиц и так далее. Во-вторых, немедленно бить по базам СПДЧ. У нас неплохая информация на этот счет.

Да куда там! Не дерево – сталь. Тут бы не ножиком – топором. Однако кто ж в научную экспедицию с топором ходит? Да и долго задерживаться не планировали – дождь помешал. Ладно, дорога раскисла, так еще и разлился ручей – не пройти! А надо бы перебраться, судя по карте, так гораздо быстрее будет, если по старой просеке. Вот парни, как дождь унялся, пошли к ручью – посмотреть, проверить, может, спала уже, может, где-то можно перейти? Вплавь не выйдет – течение бурное, камни, да и водичка студеная.

— Если она правдива! — воскликнул Хоук. — Если, если… Торговая Ассамблея нас не поддержит…

– Да, по старой просеке, – сев на лавку, прикинула маршрут Лиина.

— Поддержит, когда увидит, чем нам ответит СПДЧ! Когда не господин Президент будет им лапшу на уши вешать, когда пушки заговорят! СПДЧ покажет свою силу, а куда им деваться? Вот тут все наружу и полезет! Мы, конечно, понесем серьезные потери, но Ассамблее придется вмешаться. Тогда мы станем это… Легитимны, понимаешь? К большой войне СПДЧ пока не готовы, так что им быстро уши накрутят. Срочно начнем перевооружение. А тем временем, и это очень важно, надо договориться с викингами.

Деревня называлась Озруя, правда, некоторые говорили – Озоруя. Неправильно! Озруя, не от слова «озоровать», в смысле баловаться, а от «озоргл» и «уйя» или «ойя», «овес» и «ручей» по-вепски, «Овсяный ручей» в переводе. Странное сочетание. Интересно, почему так назвали? Спросить бы, да не у кого – деревня уже лет пять как считается нежилая. Нет, насильно никого не выселяли, просто сначала закрыли ферму – в Лерничи перевели, потом отключили электричество, автолавка перестала ездить… Жителям квартиры в Озерске предложили, а кто хотел, и помощь в перевозке домов. Вот почти все и переехали. Кто в Лерничи, кто в Озерск. Да немного тут и жило народу – всего-то с десяток домов. На двух избах, кстати, висели замки, и окна не заколочены, и огороды прополоты – картошка вон вылезла, морковка, лучок… Значит, не совсем все заброшено – навещают. Да что там, лесник же говорил – летом здесь две семьи живут. Правда, не все время подряд, а так, наездами.

— Вот это уже чистой воды фантастика… Подожди, я должен выйти отдать пару распоряжений.