Стив Перри, Стефани Перри

Добыча

Посвящаю Дайане и всей команде энтузиастов за неоценимую помощь в работе. Спасибо, Деннис, Энн, Роберт, Боб, Джина, Дайана, Рози, Ингрид.

Стефани Перри

Посвящаю шестерым женщинам за спасение моей жизни и рассудка — либо частицы того и другого: Лесли, Тамаре, Дайане, Гвен, Чарлин и Черил. Спасибо всем.

Стивен Перри

Глава 1

— Не будем уточнять, но мне все же кажется, что ты полон дерьма.

Скотт улыбнулся, смягчая грубость, но только самую малость. Они выпрыгнули из гиперпространства неделю назад и продолжали полет на новых, улучшенных гравитационных двигателях, но извечный спор тлел и разгорался почти с той же самой минуты, как экипаж покинул свои кабины-спальни. Поскольку все занимались рутинной работой по обслуживанию корабля, оба пилота находились у контрольного модуля и наблюдали за черным океаном окружающей корабль Большой Бездны. Сейчас до ближайшего порта оставалось лишь несколько недель пути, но эти недели уже казались экипажу годами.

Коротко остриженный перед входом в кабину-спальню, темноволосый Том вновь высился на своей «мыльнице», напоминая зеленого кадета военной академии на казарменном толчке.

Скотт погладил светлую бороду, ожидая неминуемого ответа. Воздух на корабле был затхлый, как в раздевалке спортзала.

Том не заставил себя ждать:

— Само собой, я полон дерьма. И любой другой тоже. Но поверь, нам рано или поздно, но придется оплатить счет. Нельзя бесконечно насиловать девственные планеты, грабя их до нитки и оставляя за собой выжженную пустыню.

— Не помню; чтобы я последнее время втыкал свой дрын в землю, — возразил Скотт.

— Ты знаешь, о чем я говорю.

— Нет, не знаю! Наш «Лектор» — на тот случай, если ты спал на сеансе ориентации, — говорил, что это буксир. Мы тянем полупустую «баржу» с пятнадцатью миллионами тонн потрошеной рыбы, животных продуктов и действующим процессором, чтобы загрузить ее мясом у неотесанных простофиль-ковбоев с затерянной на задворках вселенной планеты Руши.

— Скотт...

— И не забудь, что баржей, ковбоями и этим кораблем со всем содержимым владеет корпорация, — быстро продолжал Скотт. — Поговори-ка на тему насилия со стариком Чигусой.

— Боже, что за тупица... ух ты!

Скотт взмахнул ладонями над пультом управления, пытаясь «поймать» на экране выброс сигнала. Здесь, посреди Большой Бездны, не было ничего, кроме их корабля и отражаемых его обшивкой отдельных атомов водорода. И вдруг что-то пронеслось мимо, едва оставив след на экране. К тому же это «нечто» продолжало наращивать скорость. Ладно, если бы это случилось в паре сотен кликов отсюда, но здесь это казалось едва ли не столкновением.

— Черт побери этот хренов допплер! — воскликнул Том, сражаясь с настройкой сканера. — Что это было? Корабль?

— Вряд ли. Такое ускорение сплющило бы людей в лепешки. Возможно, «нова дебрис» — выплюнутая крупным планетарным взрывом скала.

— Вот как? А вдруг то был сам Господь на пути к «Последней Разборке»? Ты бы поспешил исповедоваться, Скотти.

— Я лишь ворчун, приятель. Не вини меня за то, как управляют вселенной.

— Проклятый спектограф вообще упустил сигнал. — Том хлопнул ладонью по консоли. Никто не удосужился потратиться на приличное оборудование для этих кораблей.

— Как будто мы собирались пуститься за ним в погоню и смогли бы поймать его, будь он даже из чистой платины? — улыбаясь, пошутил Скотт. — Это не наша работа, дружище. Очередная скала в космосе — кому какое дело?

* * *


Глава 37


Йен Брэдшоу и Хелен Нортон стояли снаружи кинотеатра, смотря на запертые двери пожарного выхода. Том Карни не смотрел на двери. Он смотрел на них.

― Как Энни Белл могла узнать сюжет фильма, ― спросила Хелен, ― если ушла из кинотеатра, как только купила билет?

― Его показывали к тому времени уже десять дней, ― пояснил Том, ― она могла уже его посмотреть.

― На сеансе, проходившим раньше? ― спросил Брэдшоу, вопрос был риторическим, но Том все равно на него ответил.

― Именно.

― Так значит, она купила билет, направилась к туалетам, но прошла мимо них, открыла пожарный выход и ускользнула через него, закрыв за собой дверь, а затем...? ― спросила Хелен.

― Предположу, что она повернула направо, уходя подальше от главной дороги.

Том принялся идти по аллее. Брэдшоу и Хелен последовали за ним.

― Если она пропустила фильм, ― спросил Брэдшоу, ― сколько времени у нее появилось, благодаря «окну», о котором ты твердишь?

― Она выбрала правильный фильм, ― сказал Том. ― «Список Шиндлера» идет три часа и пятнадцать минут, плюс длительность трейлеров и рекламных роликов. Средняя продолжительность трейлера фильма в этой стране ― две с половиной минуты.

Он видел, что они оба вопросительно смотрят на него.

― Я сделал свою домашнюю работу, ― объяснил он. ― Добавьте кучу рекламы спортивных кроссовок или местного тандури и получите дополнительные пятнадцать минут просмотра, так что получается три с половиной часа.

― Что дает ей достаточно времени вернуться к своей машине и уехать, только вот мы знаем, что машина не перемещалась, так что... ― Хелен пожала плечами.

― Ей не была нужна ее машина, ― пояснил Том.

― Она, уж точно, не могла поехать убивать кого-то на такси, ― сказал детектив. А затем изобразил: ― Подождите здесь, пока я кое-кого убью.

― И едва ли она поехала на автобусе, ― произнесла Хелен.

― Я никогда не говорил, что ей не понадобится машина, ― принялся объяснять Том, ― я сказал, что ей не была нужна ее машина.

В этот момент они достигли конца аллеи, которая в этом месте расширялась.

― У нее была другая, ― Том показал вперед, ― и она припарковала ее здесь.

― Гребаный ад, ― произнес Брэдшоу, когда понял, что имел в виду Том.

Городской совет нашел отличное применение пустырю позади главной улицы: здесь сделали автомобильную парковку, достаточно большую, чтобы вместить около двадцати транспортных средств.

― Энни могла пригнать второй транспорт сюда в тот же день утром или даже предыдущей ночью, и оставить его. Она могла запрыгнуть на ранний автобус до дома, если не хотела рисковать, вызывая такси. Кто вспомнит женщину в автобусе? Она паркует свою собственную машину на противоположном конце города, покупает талон на парковку, делает все свои дела, а затем покидает кинотеатр. Она могла уехать из города, убить Ребекку Холт, затем вернуться сюда или же оставить другую машину где-то еще. Покуда она была в городе и не торопилась за своей машиной, никто не стал задавать вопросы почему. Она даже специально немного опоздала, чтобы ей пришлось заплатить штраф, который регистрируют, что подтвердило ее алиби, так что она оказалась чиста. Ее единственной ошибкой стало то, что она сделала свое алиби слишком идеальным.

― Это довольно хитроумно, вам так не кажется?

― У нее была помощница по хозяйству, чтобы поднять детей и собрать в школу, потому что она уехала из дома с самого утра. Может быть, она побежала к машине, которую припарковала в нескольких улицах от дома, приехала на ней в город, а затем вернулась обратно на автобусе как раз вовремя, чтобы отвести детей в школу, а затем снова поехала в город. Это довольно плотно по времени, но все же, возможно.

― Где она взяла вторую машину так, чтобы никто не заметил? ― спросила Хелен. ― Арендовала? Разве не должны остаться записи?

― Ей не нужно было арендовать машину. Она присматривает за автопарком кампании, в которой работает. Там всегда есть демонстрационные модели. Они, вероятно, должны выдаваться под роспись, но она та, кто за это отвечает, так что предположу, что она не оформляла это.

― Так, как мы сможем доказать, что она использовала одну из них? ― спросила Хелен, ― если она никогда не расписывалась за нее.

― Пока не знаю, ― признался он, ― но я что-нибудь придумаю.

― Ладно, все это звучит правдоподобно, ― согласилась Хелен, ― но ты не объяснил одну важную вещь.

― Какую?

― Я понимаю, как Энни Белл могла ускользнуть, чтобы убить Ребекку, ― сказала она, ― но как она убедила Ребекку Холт прийти и встретиться с ней?

Хелен изобразила, как берет телефон и говорит в него.

― Алло, это Энни Белл. Я знаю, что у тебя интрижка с моим мужем, и я бы хотела обсудить это с тобой на уединенной сельской тропе, но не беспокойся, я обещаю тебя не убивать.

― Да, да. Я тебя понял. Я не знаю ответа на этот вопрос, но, если мы выясним, как она заставила Ребекку согласиться встретиться с ней, мы почти придем к разгадке.

Этой ночью, дома у Тома, Хелен приняла горячую ванну и искупалась в тепле от полностью функционирующих батарей. После, она забралась в большую двуспальную кровать. Сейчас было тихо, единственный звук шел из душа, Том тоже решил воспользоваться прелестями горячей воды. Хелен чувствовала себя в тепле, безопасности, и ее клонило в сон. К тому времени, как Том пришел в постель, она уже почти уснула.

***

Следующим утром, когда Том наносил визит в офис Энни Белл во второй раз, это явно ее разозлило, хоть она ничего и не сказала. Он полчаса выпытывал у нее информацию, проходился по всем старым зацепкам и задавал вопросы, которые уже спрашивал, просто ради ясности. Затем он задал несколько новых вопросов, на все из которых она спокойно ответила. Он рассказал ей о своей недавней встрече с Фредди Холтом, к которой она проявила живой интерес, но не упомянул, что бизнесмен напал на него. Том следил за временем, проверяя время на часах в ее офисе через равные промежутки времени, потому что время будет критически важным фактором этим утром.

― Ох, я почти забыл, ― произнес парень, ― у меня есть еще один вопрос.

― О чем?

― Вашей автомобильной схеме.

― Простите?

― Демонстрационные модели в вашем автопарке, ― пояснил он, ― кто-нибудь может использовать их?

Энни выглядела сбитой с толку.

― Теоретически, любой может воспользоваться ими. Они застрахованы производителями для любого водителя, но мы не разрешаем никому, кто не участвует в программе использования служебных автомобилей, ими пользоваться.

Она заметила на его лице полуулыбку и подумала, что теперь он понял.

― Включая вас, мистер Карни, если вы об этом спрашиваете?

Он поднял руки вверх.

― Не можете винить меня за попытку, ― сказал он. ― Я думаю поменять свою машину на что-нибудь помощнее под капотом. В данный момент она в непригодности.

― Простите, не могу вам помочь, ― твердо отрезала она.

Затем он снова бросил взгляд украдкой на часы. Осталось недолго, если она не подведет его.

― Полагаю, вы не можете позволить людям нарушать порядок в системе, ― дружелюбно сказал он, ― но как вы можете это проконтролировать, когда машины просто стоят здесь весь день?

― Я все контролирую, ― сказала она ему. Если вы квалифицированный водитель, то можете взять демонстрационную модель на несколько дней или даже на несколько часов, прежде чем заказать свою следующую машину, и мы иногда используем их для развоза людей на выездные встречи, но ключи остаются у меня, а им необходимо расписаться в журнале учета.

Она постучала пальцем по толстой красной книге в твердом переплете формата А4, которая лежала на ее столе.

― Вы развозите их всех?

― Да, ― ответила она, ― мне нужны практические знания, чтобы управлять нашим автопарком. Водители могут задать мне вопросы.

― Что остановит кого-нибудь, кто просто придет сюда, когда вас не будет поблизости, возьмет набор ключей и отправится покататься без вашего ведома?

― Это невозможно, ― сказала она. ― Ключи заперты и, когда вы берете машину, должны расписаться.

― В журнале учета, ― сказал он. ― Выглядит довольно объемным. У вас, должно быть, было множество машин?

― Мы покупаем много машин, ― сказала она ему, ― для менеджеров и отдела продаж. Эта книга учета содержит информацию о пяти годах использования демонстрационных моделей.

― Вы очень организованы. Сколько моделей у вас бывает одновременно?

― Обычно три, ― ответила она, ― от разных производителей, меняются каждые две или три недели. Почему вы спрашиваете?

― Вы, должно быть, уже эксперт. Что вы порекомендуете?

― Это зависит от того, что вы ищите.

― Что-то, на что могу положиться.

― Немецкие автомобили, ― сказала она ему, ― в наши дни обычно самые надежные.

― Спасибо за совет. Буду держать в уме.

Затем зазвонил телефон. Как раз вовремя, да так громко, что мужчина почти подпрыгнул.

― Извините меня, ― произнесла она и взяла трубку. ― Да... что?

Глубокий вздох.

― Чего она хочет? ― спросила она с раздражением, затем последовала пауза, пока она слушала ответ.

Том нахмурился и выразил озабоченность.

― Все в порядке?

― В приемной стоит журналист.

― Да? Чего он хочет?

― Это она, и я просто...

Энни послушала еще несколько секунд, а затем сказала Тому:

― Она из газеты в Ньюкасле, и говорит, что хочет поговорить со мной о том, что дело Ричарда возобновили.

Том покачал головой.

― Это плохая идея, Энни. Нам надо держать историю под контролем и не позволять какой-то жуликоватый репортерше наложить на нее свои лапы, чтобы все извратить.

Он насупил брови.

― Как ее зовут?

Энни задала этот самый вопрос по телефону и повернулась к Тому, когда получила ответ.

― Хелен Нортон.

― О, Боже.

― Вы знаете ее? ― спросила Энни.

― Мы... ― он умолк, будто пытался быть деликатным, ― ...работали вместе довольно тесно по делу, о котором я написал в своей книге, но, если быть честным, я никогда не ощущал, что могу доверять ей.

― Но откуда она узнала, что мы ищем способы возобновить следствие?

― Тюремная стража, ― ответил Том. ― Ваш муж предупреждал меня, что, в конце концов, один из них проболтается прессе.

― Ублюдки, ― выругалась она, и это было в первый раз, когда Том услышал от нее подобное.

― Просто избавьтесь от нее.

― Они пытались, но она настаивает, что не уйдет, пока не увидит меня. Кажется, она считает, что я могу захотеть с ней разговаривать.

Том выдохнул.

― Послушайте, я достаточно хорошо знаю Хелен Нортон, и она не уймется, пока вы не пойдете туда и не скажете ей в лицо, чтобы она убиралась.

― Я и правда, не хочу с ней разговаривать.

― Просто скажите ей, что твердо убеждены в невиновности мужа и готовы для любой новой информации, которая поможет обелить его имя, но не ведете никакого активного расследования. Это даст ей цитату, необходимую для того, чтобы ее редактор был счастлив, но не породит слухов.

― Вы уверены, что это сработает? Что, если все станет только хуже?

― Не станет, ― заверил ее Том, ― но что бы вы ни выбрали, не говорите ей, что я здесь.

Энни подумала, что все поняла.

― Отвергнутая женщина?

Том уклонился от ответа.

― Просто это не поможет ни одному из нас, если она узнает, что я занимаюсь этим делом.

Энни все еще выглядела неуверенной. Она встала, но не покинула офис. Вместо этого, она стояла там и думала. Она посмотрела на Тома, бросила взгляд вниз на телефон, который все еще держала в руке, будто не хотела снова говорить по нему, а затем они оба услышали, как еле слышный голос снова заговорил на другом конце линии. Наконец, Энни подняла телефон к лицу и сказала:

― Скажите мисс Нортон, что я скоро спущусь, ― и повесила трубку.

Энни вышла из своего офиса, словно медленно шла к виселице, направляясь к стойке регистрации.

Том не двигался. Не поначалу. Он мысленно отслеживал количество шагов, которые Энни придется совершить, чтобы достигнуть другого конца комнаты и пройти сквозь двери. Он посчитал их в уме, когда сюда приехал. Она целенаправленно пойдет к стойке, чтобы увидеться с Хелен. Многое зависело от того, как долго Хелен сможет задерживать ее, но он не рассчитывал, что долго. Хелен будет напирать, задавать вопросы и требовать ответов, но Энни будет гнуть свое и давать отпор журналистке. Она выпалит утверждение Тома, что она верит в невиновность своего мужа, а затем прогонит Хелен.

Тому необходимо шевелиться быстрее и прямо сейчас. Он покинул свое место и переместился к столу Энни, бросив взгляд на дверь, чтобы убедиться, что в нее никто не собирается войти. Снаружи, все столы были заняты, но никто не смотрел в его сторону, когда он склонился над журналом учета. Он нырнул обратно в свое кресло и быстро начал листать журнал от конца в начало. Там было несколько колонок, обозначающих производителя и модель, за ним следовал регистрационный номер автомобиля, время выезда и время возвращения, обозначающие, когда машину забрали и, когда вернули. Наконец, там оказалась и колонка для подписи водителя, так что они не могли снять с себя ответственность за аварию или штраф за превышение скорости, если таковой приземлится на стол Энни неделей спустя.

Том знал, что Энни может вернуться в любой момент. Если она сразу же дала Хелен отворот поворот, что было крайне вероятно, то уже могла идти обратно. Он листал страницы журнала учета, одновременно с этим мельком читая даты в верхней части каждой страницы, и уже приближался к дате, которую искал.

Слишком быстро он увидел, как дверь в другом конце внешнего офиса открывается. Энни уже вернулась.

― Черт.

Времени совсем не хватало. Он не мог позволить себе быть застигнутым за перелистыванием журнала, но знал, что у него не будет больше шанса его проверить.

Она была уже на полпути через комнату, когда его глаза остановились на нужной странице. Там были перечислены три автомобиля. Том просканировал записи за всю неделю, включая дату убийства Ребекки Холт, но, когда он до нее дошел, то заметил, что только две машины были выписаны. Третья машина, должно быть, была той, которой она в тот день воспользовалась, но Энни Белл уже почти вошла в дверь своего офиса, и у Тома больше не было времени переписать это.

Энни остановилась прямо за дверью. Сперва он подумал, что она каким-то образом заметила, чем он занимался, и собиралась ворваться сюда и устроить скандал. А затем он услышал голос, но не Энни. Тихое бормотание работника, что-то спрашивающего. Кто-то покинул свой стол и перехватил босса, прежде чем она смогла исчезнуть в офисе. Это был шанс Тома. Он схватил ручку и блокнот из кармана и, поместив блокнот на журнале учета, торопливо принялся переписывать модель и регистрационный номер третьей машины.

Том захлопнул свой блокнот и засунул его в карман пиджака вместе с ручкой. Он слышал, как Энни Белл давала инструкции своему работнику прямо за дверью, и сорвался с места, вернув журнал учета на его первоначальное место на столе Энни. Он практически запрыгнул на свой стул, приземлившись на него, как раз, когда она вошла в двери. Он изобразил, что меняет позу и перекрещивает ноги, будто ему стало неудобно на его сидении.

― Все в порядке? ― бодро спросил он.

― Понимаю, почему она вам не нравится, ― все, что Энни Белл сказала о Хелен Нортон.

***

Когда они закончили, Энни проводила Тома на парковку. Как и с Хелен до него, она, очевидно, хотела убедиться, что он благополучно покинет здание.

― Чего вы хотите, мистер Карни? ― спросила его Энни Белл, когда они подошли к машине его зятя.

― Что вы имеете в виду?

― Я спрашиваю, чего на самом деле вы хотите от жизни.

― Почему вы спрашиваете меня об этом?

― Мне любопытно, ― ответила она. ― Явно, не этого: еле сводя концы с концами, зарабатывая на жизнь, будучи фриланс журналистом, надеясь раскрутить большую историю время от времени, чтобы иметь возможность оплатить счета, увеличивая доход какими-нибудь скудными расследованиями. Вы не хотели бы чего-то более постоянного? ― спросила она его.

― Может быть, ― признался он.

― Я думаю, что вы не об этом мечтали, когда были ребенком.

― Нет, ― согласился он, ― я хотел быть машинистом поезда, астронавтом или футболистом, но, как и большинство людей, я стал кем-то другим. Это не так плохо. Я сам выбираю часы работы, сам себе начальник и иногда я помогаю ловить плохих парней и сажать их в тюрьму.

― Да, но, что дальше? Разве вы бы не предпочли что-нибудь более стабильное, работу с перспективами и уровнем жизни повыше?

― И где же я найду такую возможность, ― спросил Том, ― если предположить, что мне нравится такая мысль?

― Наша кампания расширяется, ― сказала ему Энни. ― Я говорила с моим отцом о новых сотрудниках, свежей крови, которая вдохнет новую жизнь в фирму. Какое-то время мы уже обсуждаем идею завести директора по связям с общественностью.

― Я полагаю, что у меня есть подходящие навыки, но о какой зарплате идет речь?

― Семьдесят тысяч, ― назвала она сумму.

― Семьдесят тысяч в год просто за пиар вашей кампании?

Он присвистнул.

― Уверена, что вам придется отработать каждый пенни. Компания растет стремительными темпами. Мы идем в ногу со временем.

― Это и в самом деле решило бы множество моих проблем, но что насчет моего расследования?

― Я говорю не о «сейчас», ― ответила она, ― а о «после». Как только вы прозреете, конечно же.

Она вздохнула.

― Мы оба знаем, что мой муж нанял вас от отчаяния, чтобы узнать, сможете ли вы найти что-нибудь, что поможет ему выиграть апелляцию. Я знаю, что вы чувствуете себя обязанным нам, потому что уже взяли у нас часть денег и не предоставили пока никаких результатов, но я просто хочу сказать, что понимаю, насколько это сложное дело. Никто не ждет от вас чуда, ― сказала она ему, ― даже Ричард. Особенно Ричард. Все, что я хочу сказать, когда вы доберетесь до конца этого дела, вас здесь будет ждать хорошая работа.

― Спасибо, Энни, ― ответил Том. ― Вы очень добры. Я обещаю, что серьезно об этом подумаю.

И он всерьез об этом задумался. Всю дорогу домой он думал, почему Энни Белл пыталась подкупить его.


Глава 38


Кафе «Роузвуд» было практически пустым. Дождь, ливший снаружи, отпугивал от кафе посетителей, но не детектива и двух репортеров. Они согласились встретиться позже, чем обычно, чтобы Том и Хелен сначала встретились с Энни, а теперь они вводили в курс дела Брэдшоу.

― Ты можешь поговорить с кем-нибудь о машине в журнале Энни? ― спросил Том.

― Что мы ищем?

― Доказательства, ― сказал Том, ― что у нее была демонстрационная модель для собственного пользования в тот злосчастный день.

― Полагаю, она не стала бы указывать это в журнале, если бы брала машину.

― Она и не записывала это, ― согласился Том. ― Энни ― единственная в компании, кто может взять автомобиль, не расписываясь, так что я просмотрел записи рядом со временем убийства. У «Солейла» было три машины, и все три постоянно использовались в течение трех недель, кроме трехдневного периода, который включает в себя и дату убийства, когда лишь две машины были выданы под роспись. Третья машина не покидала головной офис в это время.

Затем он добавил:

― В теории.

― Это имеет смысл, ― сказал Брэдшоу, ― если Энни пользовалась этой машиной.

― Но это ничего не доказывает, ― напомнил ему Том.

― Нет, ― ответил Брэдшоу, ― но все равно дай мне регистрационный номер, я его пробью.

― Спасибо, Йен.

― Ты считаешь, что она сделала это, ― спросил Брэдшоу.

― А ты так не считаешь? ― спросил его Том.

― Я не знаю. Может быть, да, ― неубедительно ответил он.

― У нее был мотив, ― напомнил ему Том.

― Другая женщина трахалась с ее мужем, ― согласился Брэдшоу, ― но тысячи женщин узнают о таком каждый год, и большинство из них не идут убивать соперниц.

― Но Ребекка была одной из многих, и я думаю, что Энни всегда что-то подозревала, неважно, что она говорит сейчас.

― Тогда зачем убивать Ребекку, если она была не первой, с кем он переспал?

― Возможно, она стала последней каплей, ― ответила Хелен. ― Может быть, она больше не могла с этим мириться.

― Тогда ей стоило убить своего мужа, ― заметил Брэдшоу.

― И отсидеть за это? ― спросил Том. ― Даже при сочувствующем жюри присяжных и судье, Энни Белл осудили бы за убийство, она бы потеряла все: свою карьеру, детей.

― А таким способом она избавлялась от соперницы, ― сказала Хелен.

― Но она не победила, ― возразил Брэдшоу. ― Она так хорошо скрыла за собой следы, что вместо нее за решетку угодил ее муж.

― Что, если она этого и добивалась? ― спросила его Хелен. ― Мы даже не рассматривали такую вероятность. Мы просто приняли на веру тот факт, что она стоит на его стороне, но такими темпами он отсидит все двадцать четыре года.

― Это он решил отрицать вину, отчего ему мотать весь срок, а не она, ― сказал Том.

― Но спорила ли она с ним по поводу этого решения или согласилась с ним? ― спросила Хелен. ― Может быть, ее более чем устраивает, что он останется в тюрьме.

― Она тебе не нравится, так? ― спросил Том. ― Если это поможет тебе чувствовать себя лучше, она тоже тебя не очень то обожает.

― Я сыграла свою роль, ― напомнила она ему.

― Досаждающей журналистки, и сыграла хорошо.

Он улыбнулся ей.

― Если она и в самом деле убила Ребекку, то это два зайца одним выстрелом.

― Есть одна вещь, которая рушит эту теорию, ― сказала Хелен. ― Почему, черт возьми, она просто не развелась с ним?

― Это может прозвучать странно, у нее слишком много денег, ― ответил Том.

― Как можно иметь слишком много денег?

― Обычно, когда люди разводятся, они продают дом, делят доходы и судятся из-за алиментов, в зависимости от обстоятельств. В большинстве случаев, дети остаются с матерью, отец уходит и платит алименты матери, потому что зачастую он оказывается тем, кто работает полный рабочий день...

― ...а она работает на работе с неполной занятостью, низкооплачиваемой, ей приходится жертвовать своей карьерой, чтобы растить детей, ― напомнила ему Хелен.

― Обычно все так и есть, ― сказал Том, ― но в случае Энни Белл, все по-другому. Она ― член совета директоров «Солейл» и крупный акционер. У них водятся деньги. С Ричардом Беллом все как раз наоборот. У него есть высокооплачиваемая работа, которую он, без сомнения, сразу же бы потерял, если бы разошелся с дочкой босса. С его резюме, или отсутствием такового, ему мало, что есть предложить другому работодателю, так что он, вероятно, закончит на какой-нибудь среднеоплачиваемой работе в продажах, несколькими уровнями ниже его фальшивой должности, которую ему дали, как члену семьи. Что более важно, это означает, что он может обобрать Энни Белл и ее отца до нитки. Он будет тем, кто может ожидать, что сохранит тот уровень жизни, к которому привык, не прилагая сил. Энни Белл, чтобы отдать Ричарду половину своего имущества, придется продать дом и долю в кампании, которую построил ее отец. Зная ее, я не представляю, чтобы она такое допустила. А вы?

― Хорошо, я согласен, ― произнес Брэдшоу. ― Развод станет катастрофой для Энни Белл, что дает ей мотив для радикального решения проблемы, но есть ли действительные доказательства, чтобы подкрепить эту версию?

― Давайте подумаем, ― предложил Том. ― Ее алиби всегда было слишком идеальным. Мы знаем, что в ее алиби есть вероятное «окно», по времени совпадающее со временем совершения убийства, и оно достаточно большое. Она с легкостью могла покинуть кинотеатр, у нее было приблизительно три часа, чтобы доехать до Лоунли Лейн, убить Ребекку, а затем вернуться в город.

― Почему Ребекка согласилась встретиться с женой любовника в уединенной местности, даже не рассказав об этом Ричарду заранее?

― Я пока еще этого не понял.

― Что еще у нас есть? ― спросил Брэдшоу.

― Мы знаем, что свидетель эксперт, сказавший, что удары не могли быть нанесены женщиной, сделал это наугад. Так что мы можем этот факт опровергнуть ― и есть еще кое-что, ― поведал Том, ― сегодня она пыталась подкупить меня.

― Что? ― спросила Хелен. ― Она пыталась дать тебе взятку?

― Не совсем, ― сказал он, ― она предлагала мне работу.

― Какую работу? ― спросил детектив.

― Директора по связям с общественностью с хорошей, большой зарплатой.

― Это зависело от того, бросишь ли ты дело?

― Нет, ― признался Том, ― она изо всех сил пыталась сказать мне, что работа ждет меня, как только я брошу попытки решить это дело. Она сказала мне, что не ожидает от меня многого в этом отношении. Это было деликатнее, но я уловил сообщение.

― Так же деликатно, как кирпич, ― сказал Брэдшоу, а затем вспомнил об окне Хелен.

― Извини, ― сказал он ей.

― Ты и в самом деле думаешь, что Энни Белл убила Ребекку Холт? ― спросила Хелен.

― Начинаю так думать, ― ответил он. ― Зачем еще ей пытаться саботировать расследование, которое начал ее муж? Однако, вопрос в том, как это доказать.

Этим вечером, пока Том читал газету, Хелен спросила:

― Ты не возражаешь, если я сделаю звонок, эм-м...

Он понял, что она имела в виду своего парня.

***

Хелен была удивлена, как легко ей удалось солгать. Ей пришлось покинуть свою квартиру на несколько дней, пока будут менять бойлер, эта идея появилась у нее в голове из-за проблем, которые были у Тома с его собственной системой центрального отопления. Затем она добавила обыденным тоном, что, вероятно, использует эту возможность, чтобы подыскать другое место, потому что ее текущее место жительства безобразно.

Питер слушал это, и хоть она ожидала, что он станет задавать вопросы, она еще ощущала легкую панику, когда он внезапно спросил:

― Так, где ты сейчас остановилась?

― У подруги, ― удалось выдавить ей.

― Подруги? Какой подруги? ― спросил он, в его голосе отражалось сомнение.

Хелен всегда верила, что честность была очень важна в любых отношениях, но также она знала, что рассказать сейчас всю правду будет еще хуже сфабрикованной полуправды. Она оставалась у друга ― это было правдой, но, если он узнает, что они не просто жили в одном доме, а что она спала с ним в одной постели, не важно, что между ними ничего не было, она была уверена, что это положит конец их отношениям. Ревность Питера перевесит любое доверие, которое у него к ней было.

― Сьюзан, ― живо ответила она ему. ― Ты помнишь, я рассказывала тебе о ней.

― Нет, не рассказывала, ― его голос был полон сомнения.

― Да.

Она не выдумала Сьюзен, та была реальным человеком из отдела новостей. Хелен разговаривала с ней по ряду случаев, но искренне надеялась, что ее парень никогда с ней не встретится, потому что Хелен легко могла представить пустое выражение лица Сьюзен, когда Питер поблагодарит ее за помощь своей девушке.

***

Хелен рассказала Грэхему о нападении на свою квартиру, хоть и существенно все приуменьшила. Он все еще беспокоился за нее, поэтому дал ей свободное утро, чтобы подыскать себе новое место жительства. Сейчас она вернулась в отдел новостей и просматривала старые выпуски «Рекорд». Хелен листала одну из тяжелых старых папок с выражением хмурой концентрации на лице, не обращая внимания на болтовню и шум от звенящих вокруг нее телефонов. В папке содержались первые шесть месяцев выпусков восемьдесят седьмого года, примерно по времени совпадающие с тем временем, когда «Мидоулендс» впервые открыл свои двери, она исследовала каждую страницу тщательно, но быстро, памятуя, что упустила что-то важное. Она искала фотографию, которую никогда прежде не видела, но была уверена, что она окажется где-нибудь в этой папке, если она будет хорошо ее искать. Как раз тогда, когда Хелен начала убеждать себя, что предчувствие было неправильным и что это бесполезное и удручающее занятие, она перевернула страницу, и там-то оно и оказалось.

― Бог мой, ― произнесла она, когда тотчас же узнала лицо посередине группового снимка.

Что однажды сказал ей Грэхем... фотография стоит тысячи слов?


Глава 39


С завершенным на кухне ремонтом и большинством новых половиц на полу, спасибо стараниям Даррена, им стало намного легче встречаться у Тома. Хелен уже там была, конечно же, что Брэдшоу нашел крайне занимательным. Он приехал раньше нее тем вечером и, как обычно, Том вручил ему бутылку пива, пока они ждали, когда она к ним присоединится.

― Храбрая девушка, эта Хелен.

― Она такая, ― согласился Том.

― Еще и умная.

― Угу, ― на автомате промычал Том.

― Да еще и молодец.

― Ты проплаченный член ее фан-клуба?

― Это редкое сочетание, ― признался Брэдшоу. ― Трудно найти умную девушку, которая может составить хорошую компанию, да такую приятную глазу.

Он понял, что сравнивает Карен с Хелен Нортон, и это было несправедливым, но ничего не мог с собой поделать. Мужчина начал задаваться вопросом, каково это может быть состоять с ней в отношениях.

― Похоже на правду.

Брэдшоу заметил нежелание Тома участвовать в обсуждении этой темы.

― Ты когда-нибудь фантазировал о ней? ― спросил детектив. ― Кажется, вы близки.

― Мы хорошо работаем вместе, вот и все.

Брэдшоу медленно кивнул.

― А теперь она живет под твоей крышей.

― Только пока не устроится в другом месте, ― и, когда Брэдшоу не ответил, он добавил: ― Едва ли я могу выгнать ее на улицу.

― Благородно, ― сказал Брэдшоу, ― но я удивлен, что ты не испытываешь искушения. Я бы испытывал.

― Звучит так, будто уже, друг.

Брэдшоу по тому, как Том сделал акцент на слове друг, понял, что задел другого мужчину.

― Мне жаль разочаровать тебя, но у нее есть парень.

― А у меня есть девушка, ― ответил Брэдшоу.

― И как у вас с отношениями?

― Хорошо, ― быстро ответил он, ― очень хорошо, благодарю.

Между ними установилась напряженное молчание, пока Брэдшоу его не прервал.

― Не беспокойся по поводу Хелен, ― сказал он. ― Я всегда вижу, когда девушка уже занята.

Том заметил след легкой улыбки на лице детектива при этих словах.