— Мир был на грани катастрофы, и мы были готовы согласится на любое, даже самое нелепое и гнусное предложение.

— И как я понимаю, оно не заставило себя ждать? — догадался Владыка.

— Верно, — подтвердил Вуал. — Наш отец пытался спасти весь мир, не допуская даже мысли о том, что это невозможно. Мы с Азазотом больше не могли его в этом поддерживать. Даже Тирэн считал подобную идею бредом. Но Владыка верил всей душой, а Тирэн любил отца, и согласился на полнейшее безумие.

— Это был эксперимент — опасный и ненадежный, — продолжал Вуал. — Сначала подопытными стали те, кто не представлял никакой ценности для нас. После, когда стало понятно, что препарат не смертелен, он был введен воинам. А затем — приближенным Владыки и ему самому. У нас не было выбора, мы все его получили, до конца не понимая принципа действия, и чем это нам может грозить. Советник Клайвер же в это время затеял заговор и поднял бунт против Владыки, обвинив его в том, что тот, ничего не делая для спасения мира, пытается отравить всех жителей в стремлении самому с кучкой приближенных воспользоваться единственной возможностью покинуть умирающий мир — Вратами.

— Йог-сотхотхом? — уточнил Дрэгон.

— Тогда он назывался просто Вратами, выглядел совершенно по-другому и требовал много Сил, — пояснил Вуал.

— Что было дальше, — Владыка не заметил, как увлекся рассказом.

— А дальше — мы предали нашего отца, наш мир и поддержали Клайвера. Мы оба уверяли себя, что не хотим лишних жертв, но не могли продолжать лгать себе, видя смерть отца и всех его приближенных. И Азазот, и я поняли, что в тот момент стали отступниками, и пощады нам не будет. Теперь слишком поздно для сожалений и оправданий.

— Советник и его приближенные беспрепятственно покинул Даринию, — продолжал Вуал, опустив голову — убив отца, брата и тысячи тех, кто пытался ему сопротивляться. А мы остались на умирающей планете, зная, что нас ждет участь, гораздо худшая, чем быстрая смерть от руки убийцы. Расчеты оказались неверны, и катастрофа наступила быстрее, чем мы предполагали. Клайвер запечатал Врата, и у нас не было шансов на спасение. Азазот собрал оставшихся в живых, и мы попробовали создать новые Врата, способные увести нас оттуда. Это заняло какое-то время, и тогда произошло то, чего мы так боялись.

— Я не стану рассказывать о том, что мы пережили, когда поняли, что опоздали, и угроза надвигается слишком быстро. Мы все имели несчастье увидеть первый и последний в своей жизни Восход Темной Звезды…

Наступило молчание, которое Дрэгон не спешил прерывать. Он понимал — никому ранее не доводилось слышать подобного. Он мог бы поклясться, что прекрасно знал историю своей расы, своего рода, но теперь… Все, чему он верил, то, что он считал незыблемым начало терять всякую ценность, перед правдой, открытой ему Вуалом. Мог ли он этому верить? Мог и верил. Благодаря новой Силе, он легко различал ложь и правду, и теперь он был уверен — Вуал не лжет. Незачем.

— Но если ты говоришь, что Тирэн был убит в тот день, как… — договорить ему не позволило выражение, появившееся на лице Хока. Вуала. Столько скорби и боли до сих пор он видел, только когда смотрел в глаза Анны.

— Мы все подверглись ее гибельному влиянию. Но не для всех оно стало губительным, — Дрэгону показалось, что голос Вуала дрогнул. — Они восстали. Все, кого мы уничтожили, кого предали и убили, восстали совсем другими, не похожими на тех, кого мы знали до этого. Чуждыми и страшными, с Силой, способной уничтожить любого. Именно таким вернулся Тирэн, — закончил свою исповедь Вуал.

— Вернулся откуда? — не сдержался Владыка.

— Не знаю, — признался Древний, — из небытия, с той стороны… Мы были слишком напуганы, чтобы думать об этом. Воспользовавшись Вратами, мы запечатали их, навсегда лишив возможности Тирэна добраться до нас.

— И все же, ему каким-то образом это удалось, — задумчиво проговорил Владыка.

XIV

Мир Темной Звезды

Я постоянно чувствовала за собой слежку. Не то, чтобы до сих пор я бесконтрольно рыскала в стане врага, но теперь наблюдение стало более явным. Видимо Тирэн таки задолбался со мной возится, и поручил это кому-то другому.

Я же, после неудачной попытки открыть Йог-сотхотх, чуть было не закончившейся моей смертью, старалась не совершать импульсивных действий и быть паинькой. По-прежнему, нечто внутри меня стремилось вырваться отсюда любой ценой, и я полностью поддерживала это стремление, но… Слова Тирэна о том, что я подверглась чьему-то влиянию, не выходили у меня из головы. Если это действительно так, значит выбор у меня небольшой: дождаться, пока ликвидирует эту проблему в моем лице, либо постараться отсюда выбраться любой ценой и добраться до того, кто способен на подобное. И найти Кайла — живого или мертвого. Я должна точно знать, что с ним, иначе это будет мучить меня всю жизнь.

А еще, к моему глубокому удивлению, Тирэн перестал исчезать и практически все время проводил в Замке. Это на некоторое время меня насторожило, но вскоре, махнув рукой, я решила, что это никак не должно мне помешать. Наоборот…

Участились его визиты в мою комнату, и я была вынуждена терпеливо, нацепив на лицо маску полнейшего спокойствия, отвечать на вопросы, поддерживать беседу, и изо всех сил стараться ничем не вызвать подозрений столь гостеприимного хозяина. Совершенно сбитая с толку столь резкой переменой в его поведении, мне оставалось только догадываться, какой новой гадостью мне это грозит? Мысль о том, что это существо старается наладить родственные связи, я отвергла еще в первые дни нашего вынужденного знакомства.

Однажды, ближе к ночи, я вновь была вынуждена созерцать Тирэна, вольготно расположившегося в единственном кресле и ведущего разговоры ни о чем. Он замолчал, что резко вывело меня из состояния задумчивости, и предложил:

— Ты хотела бы увидеть мою библиотеку?

Я немного растерялась столь резким переходом от бесполезной болтовни к действительно чему-то ценному для меня, и с радостью ухватилась за эту идею. До сих пор мне так и не удалось забраться в кабинет хозяина Наримара, и уж тем более осмотреть то, что всегда представляло для меня ценность.

Уже через несколько минут я получила возможность созерцать представшее перед моими глазами сокровище. Библиотека располагалась в отдельном зале, куда можно было попасть лишь из кабинета Тирэна. Увидев невероятное количество книг, Аль-тьер-тонов, я на мгновение забыла, где нахожусь, и кто стоит сейчас рядом. В Лэнге я проводила в библиотеке такое количество времени, что Ньярлатхот не раз выражал неудовольствие и беспокойство по поводу того, что у меня практически ни на что другое не остается времени. И все же, многое я успела изучить. Здесь же… Я открыла рот в безумном восхищении. Здесь, чтобы это сделать не хватило бы жизни. Моей в особенности.

Тирэн с усмешкой наблюдал за моим детским восторгом. Еще бы! Если бы он привел меня сюда раньше, мне бы просто некогда было бояться и мучить голову дурными мыслями.

— Я рад, что смог тебе угодить, — прервал он мое немое восхищение.

— Угодить? — я удивленно обернулась к нему, — немного неудачное слово, учитывая мое положение здесь.

— И каково же оно? — с интересом спросил хозяин.

— Я думаю, вам лучше это знать, — потупилась я. Почему-то сейчас мне не хотелось пререкаться с ним, — к чему весь этот разговор?

— Меньше всего мне хотелось ставить тебя в безвыходное положение, — признался он.

— Наши желания не всегда совпадают с поступками, — заметила я.

— Мне очень жаль, — тихо сказа он, и вышел, оставив одну.

— Мне тоже, — сказала я про себя.

Не знаю, с чем связаны перемены в его отношении ко мне, да это и не важно. Главное — что возможно именно здесь я могу найти что-то, что поможет мне выбраться отсюда. Я еще плохо представляла себе свои действия, если мои мечты осуществятся, и я окажусь на Земле. Без Силы, легкоуязвимая и нуждающаяся в постоянной подпитке. К тому же, я не могла понять, как Тирэн смог спасти меня от Барзаи, ведь в прошлый раз одному Владыке пришлось пожертвовать для этого слишком многим.

Отбросив ненужные страхи и опасения, я с воодушевлением приступила к изучению библиотеки. Первыми, конечно же, я решила просмотреть Аль-тьер-тоны, как самое доступное и понятное для меня. Они пригодились там, где мне недоставало знаний языка и Силы, так как к моему глубочайшему сожалению, большинство книг оказались схожими с фолиантом Майрос, который так мне помог когда-то. Но были и такие, которые привлекли мое внимание странными загадочными изображениями. Натолкнувшись на такой фолиант, я с изумлением уставилась на одну иллюстрацию. Еще точно не решив, как это можно будет использовать, я поспешила тут же перерисовать ее, благо, все письменные принадлежности находились в кабинете неподалеку, а хозяин отсутствовал.

Забыв о времени, я очень удивилась и испугалась, когда, подняв глаза, увидела перед собой Тирэна.

— Однако ты увлеклась, — заметил он.

— Когда я читаю — забываю обо всем, — призналась я.

— Ты здесь почти сутки, — пояснил Тирэн, — скоро тебе необходимо питаться.

Я быстро встала с пола, где до сих пор пребывала, обложенная со всех сторон книгами и Аль-тьер-тонами. В растерянности оглядевшись на беспорядок, устроенный мною в библиотеке, виновато улыбнулась:

— Я все приберу.

— Здесь есть, кому этим заняться, — сказал Тирэн, под руку препровождая меня в свой кабинет.

В его кабинете я была несколько раз, когда приходило время перекусить. Но рассмотреть его подробнее мне не удавалось до сих пор. Но теперь, раз хозяин не против…

Он присел в кресло за столом, а я подошла к затемненному окну. По-прежнему видя перед собою лишь мрак, я не смогла подавить тяжелого вздоха.

— Когда-нибудь увидишь, что находится по ту сторону, — нарушил тишину Тирэн.

— Той ночью вы сказали, что я никогда не вернусь на Землю, что навсегда останусь здесь, — не поворачиваясь, обронила я.

— Сказал, — не стал отрицать Тирэн.

— Почему? — осмелилась я задать давно мучивший меня вопрос.

— Я так решил, — твердо отчеканил Тирэн, — а своих решений я не меняю.

— Вы меня так ненавидите? — растеряно обернулась. Тирэн встал и подошел ко мне.

— От тех, кого ненавидят, спешат избавиться, — заметил он.

— Но тех, кого любят, не лишают всего, что им дорого, — резко возразила я, смотря ему прямо в глаза.

Он усмехнулся, от чего его лицо приобрело устрашающий вид.

— Ты голодна, — заметил он, — погоди, сейчас тебе станет намного легче. Он положил руки мне на плечи и слегка притянул к себе. Его глаза заволокло тьмой. До сих пор, я никогда не смотрела на его лицо, когда он делал это. Черная тень, отделившись от его тела, осторожно проникла в меня, наполняя жизненной силой. Острое чувство насыщения заставило меня прикрыть глаза. Это длилось несколько секунд, показавшихся мне вечностью. Почувствовав, что теперь смогу продержаться еще некоторое время, я с благодарностью и опасением взглянула на Тирэна, который все еще крепко держал меня и отпускать, по-видимому, не собирался. Его глаза неуловимо изменились. Из них ушла тьма, и они вернулись к своему обычному состоянию, вот только их выражение… Мне показалось, что он смотрит на меня, как я, несколькими минутами ранее, смотрела на него: как на источник пропитания. Вот только в отличие от Тирэна, мне ему дать было совершенно нечего. Я постаралась освободиться из его рук, но у меня ничего не вышло. Он подался ко мне, вплотную приблизив свое лицо. На какую-то долю секунды, мне показалось, что он собирается… Дернувшись уже в полную силу, в тот же миг я оказалась свободной. Не желая задерживаться здесь ни на минуту дольше, я выбежала из его кабинета.

Ближайшие два дня я скрывалась в своей комнате, с опасением прислушиваясь к шагам в коридоре. Каждый раз, когда они приближались к моей двери, у меня замирало сердце. Но ничего не происходило, и Тирэн больше не делал попыток меня увидеть. И вообще, единственным живым существом, периодически наведывающемся ко мне стала Лис — горничная, которую приставил Тирэн. Сначала она шарахалась от моих неловких попыток заговорить с ней, но потом, видя в каком состоянии я пребываю в последнее время, охотно пошла на сближение. Я по-прежнему могла видеть лишь ее темное очертание, но разговаривать хотя бы с одним существом, которого можно не опасаться, было для меня слишком важно. Я узнала, что ее семья многие годы работает на Владыку Тирэна. Однако! — отметила я про себя, — что-то в последнее время в моей жизни слишком много Владык. После Обращения, которому подверглась часть жителей их мира, и разрушений, что принесла Темная Звезда, им пришлось строить мир заново. И все, кто выжил, а таких было не много, примкнули к тому, кто был способен объединить жалкие горстки тех, кто раньше гордо именовались великой расой.

— Ты говорила об «обращении»? — уточнила я, — что это значит?

Но видимо, мой вопрос напугал девушку. Скорее всего она поняла, что наговорила много лишнего, и поспешила ретироваться из моей комнаты. Так я снова осталась одна.

Он снова появился ближе к ночи, когда в замке стала стихать бурная деятельность, и я начала было уже расслабляться. Тирэн вошел внезапно, напугав при этом Лис, и приведя в панику меня. Девушка поспешила тут же удалится, и я была вынуждена остаться с ним наедине. Между нами повисло неловкое молчание. Неловкое с моей стороны, так как Тирэн, похоже, никакого смущения не испытывал, пристально наблюдая за мной.

— Ты хотела увидеть наш мир, — его голос, разорвавший тишину, заставил меня вздрогнуть, — думаю, время пришло, — сказал он, протягивая мне руку.

Я, стараясь не выказывать страха, вложила свою руку в его, и мы двинулись вдоль коридора — к лестнице, ведущей на крышу. Помня запрет покидать пределы замка, я невольно задержалась у ее подножия:

— Не бойся, — мягко, но настойчиво Тирэн подтолкнул меня вперед, — со мной ты в безопасности.

До крыши оставалось всего несколько ступеней, когда Тирэн, остановившись, притянул меня к себе:

— Доверься мне, — шепнул он, и я снова почувствовала, как его сила окутывает меня сверху донизу, будто плотным саваном. Окружающие предметы потеряли четкость и стали расплываться. Я поняла, что нахожусь в коконе его Силы, и вероятно, выгляжу сейчас так же, как жители замка: темной расплывчатой тенью.

Через минуту мы были на крыше. Тирэн крепко прижимал меня к себе, защищая от пока неизвестной мне опасности. После стольких дней, проведенных мною в замке, оказавшись так высоко над землей, я почувствовала сильное головокружение. Наконец, я подняла глаза и огляделась вокруг. Замок находился среди скал, излучающих необычный пурпурный цвет. Темно-бордовое небо было испещрено миллиардами звезд. Небесное светило, схожее по размеру с нашей Луной тускло освещало крышу и стены замка.

— Там, за скалой, раскинулся наш город, — тихий шепот Тирэна раздался прямо у моего уха, — как жаль, что ты не можешь его увидеть. Пока.

— Значит ли это, что я останусь здесь до самой смерти? — я не смогла подавить охватившую меня дрожь.

— На всю жизнь, — твердо сказал Тирэн, заставив мое сердце замереть. — Смотри, — обратил он мое внимание на небо, — теперь ты можешь это видеть!

— Что? — удивилась я, — закат?

— Нет, — возразил Тирэн, — восход. Восход Темной Звезды.

Небо всколыхнулось, или мне это только показалось? Возможно, дело было в саване, защищавшем меня от этого мира. На несколько минут меня оглушила странная неестественная тишина. Хотя разве могла я знать, что естественно для этого мира? Яркая вспышка, будто молнией прорезав небо пополам, тут же исчезла, оставляя после себя рассеянную дымку. Постепенно, сквозь дымку стала проступать темная сияющая масса. Я поразилась абсурдности того, что я видела: разве тьма может сиять? Оказывается, может. Это было жуткое и одновременно захватывающее зрелище. Тень, отбрасываемая Темной Звездой коснувшись вершин скал, стала медленно приближаться к нам. Я невольно отшатнулась, оказавшись в плотном кольце рук Тирэна:

— Не бойся, — так же шепотом повторил он.

От страха я почти вжалась в него, мне хотелось бежать, и в то же время, я не могла сделать ни шагу, завороженная тем, что я видела. Тень неторопливо поглотила нас и через несколько минут мы погрузились во мрак. На небе не было видно ни одной звезды.

Очнувшись от оцепенения, я повернулась лицом к Тирэну:

— Теперь ты знаешь, как наступает рассвет на Даринии, — шепнул он. — Наша звезда дает нам Силу и энергию жить. Она спасла нас тысячелетия назад. Она не будет против озарить тебя своим сиянием.

— Никогда! — я сделала попытку вырваться, но теперь это было невозможно. Он крепко держал меня, голос стал громче и настойчивей.

— Мой мир может стать твоим. Пришло время выбирать!

— А иначе что? — зло спросила я.

— Иначе — ты умрешь, — твердо сказал Тирэн.

XV

Мир Темной Звезды

Мы снова были в его кабинете. Тирэн сидел за столом, выжидательно глядя на меня. Он ждал, а я… Я раздумывала над предоставленным мне выбором. Ну вот! Судьба опять проявила ко мне милость — мне снова дали выбор: между смертью и… смертью. А как еще можно назвать то, что меня ожидало в этом мире? Впрочем, смерть, как таковая, меня уже давно не пугала, вот только, если бы мне пришлось выбирать, я бы предпочла умереть в своем мире, ну или хотя бы в Тэрранусе. Так и вижу это перед глазами: мои руки сжимаются на шее пока неизвестного мне врага, он медленно затихает, и я с лихорадочным удовольствием наблюдаю, как из него уходит жизнь. А после — хоть Барзаи, хоть еще какая-то неизвестная хрень — мне все равно. Меня то уже не будет.

Я не заметила, откуда в моем мировоззрении взялась эта странная уверенность — что после смерти меня ждет покой. Ни ад, ни тем более рай, а просто покой. Нет, конечно, ад у меня был — свой собственный, и, по-моему, именно сейчас я шагнула на еще одну ступень, приблизившую меня к нему.

— Я знаю, как тебе сейчас тяжело, — произнес Тирэн, — но по-другому быть не может. Либо ты становишься одной из нас, либо…

— Прекрасно! — резко бросила я, — в таком случае, я отказываюсь от вашего столь щедрого предложения.

Казалось, Тирэн не был удивлен моим отказом. Напротив, он его ждал.

— Ты боишься того, чего не понимаешь, но со временем смиришься. По крайней мере, у тебя есть выбор, — в глазах Тирэна промелькнула темная тень, — у нас его не было.

— Знаете, — начала я, — однажды очень давно, кажется в прошлой жизни, один человек, точнее, не совсем человек, стоя у обрыва, сделал мне подобное предложение. Это плохо закончилось.

— Для кого? — уточнил Тирэн.

— Для нас обоих, — ответила я, — хотя я так и не узнала, что с ним потом произошло.

— Это его кольцо ты носишь? — невзначай поинтересовался хозяин.

— Верно, — с усмешкой призналась я, — но к чему этот вопрос?

— Владыки, похоже, переняли кое-какие традиции старого мира, — пояснил Тирэн, — а это значит, что некто разделил с тобой Силу. Это был расчет с твоей стороны?

— Скорее, отсутствие выбора, так часто преследующее меня в последнее время.

— Я могу освободить тебя от нежеланной связи, — внезапно предложил Тирэн, заставив на миг задуматься о смысле, который он вкладывал в понятие «освободить».

— К чему? — удивилась я, — сбылась тайная девичья мечта — муж слепоглухонемой, капитан дальнего плавания. В моем случае, еще и пропавший без вести.

— Мне не понятен твой юмор, — признался Тирэн.

— Ничего удивительного. Мы продукты разных эпох и цивилизаций. Хотя и в других местах у меня с этим были проблемы. Мне не нужен рядом некто, кого могут из-за меня убить. Я хочу отвечать только за себя.

— Странное мировоззрение, учитывая обстоятельства.

— Какие?

— Независимо от твоего желания, ты крепко связана с этим Владыкой. Если ты умрешь, погибнет и он, — пояснил Тирэн.

— Не правда! — возразила я, — их нарины живут гораздо меньше своих мужей, и никто из Владык от этого не умер!

— Пока никто, — лицо Тирэна снова исказилось в пугающей улыбке, — во время нашей первой встречи ты воспользовалась Переходом, а это предполагает более глубокую связь, чем обычный брак. Как это произошло?

— Я была ранена Барзаи, он спас мне жизнь, — хмуро призналась я, начиная верить Тирэну.

— В таком случае, я прав. Ваши жизни связаны. Лишь разорвав эту связь, ты спасешь его. Бедная девочка! — «посочувствовал» Тирэн.

— Вы убили меня! Стало быть, Дрэгон уже мертв? — отчего-то эта мысль вызвала в душе странную боль. Еще одна бессмысленная жертва!

— Ты была мертва слишком недолго, а он, как я думаю, обладает достаточной Силой. Но без сомнения, он почувствовал опасность, грозящую тебе.

В этот момент я поняла две вещи: как же я ненавижу подонка, который сейчас сидит напротив, и… Владыка Дрэгон становился для меня меньшим злом. Забылись все старые обиды, память услужливо напомнила, что я и моя семья живы лишь благодаря нему. Нет, конечно, я была далека от того, чтобы немедленно воспылать к нему страстной любовью, но все же…

— Зачем это нужно вам? — на последнее слово я сделала особое ударение, — вы подробно расписали, что будет, если я умру, отказавшись от вашего любезного предложения. Но что нужно от меня вам лично? Во мне кровь Вуала. Причина в ней?

— Тебе во всем нужно видеть причину и чью-то выгоду? Так ведь? — поинтересовался Тирэн.

— Просто я хочу знать, во что опять вляпалась, — зло выпалила я.

— Я дал тебе выбор… — начал Тирэн.

— Иллюзию выбора, — перебила я его, — в любом случае, я умру, или никогда не смогу вернуться домой. Знаю, не большая утрата для Земли, чего не скажешь о моих родных.

— Ты все равно не сможешь к ним вернуться, — возразил Тирэн, — слишком мало в тебе осталось от человека. А то, что осталось не сможет сдержать твоей истинной натуры. Ты Ловчий, пусть на время лишенный Силы, но это ничего не меняет. Наша кровь в тебе слишком сильна, чтобы ты могла довольствоваться ничтожной человеческой судьбой.

— Но я ею успешно довольствовалась, и, не зная вас, могла бы продолжать это делать и впредь, — взорвалась я. Это существо вконец вывело меня из себя. Можно еще понять его ненависть к Владыкам и Древним, но чем ему помешали люда?

— Они лишь игрушки в руках Судьбы, — словно угадав мои мысли, сказал Тирэн.

— Мы все игрушки в ее руках, — мрачно заметила я, и вдруг оживилась, — вы сказали: «временно лишенная Силы»? Значит ли это, что я смогу ее вернуть?

— Как только станешь одной из нас, — подтвердил Тирэн.

— Вот так просто! Стать одной из вас и сразу все вернется на свои места? И я смогу делать что хочу? — вопросы выскакивали из меня раньше, чем разум успевал их контролировать.

— Не просто, — возразил Тирэн, — я прекрасно понимаю, что под давлением обстоятельств ты пойдешь на что угодно, чтобы выбраться отсюда. После обращения между нами возникнет связь, позволяющая мне тебя контролировать.

— Что за связь? — осторожно спросила я.

— Наподобие той, что соединяет тебя и Дрэгона.

— Да лучше смерть!!! — отшатнулась я от Тирэна, с интересом наблюдавшего за моей реакцией.

— Одно другому не помешает, — согласился он, — я изучил тебя достаточно, чтобы понять: тебе плевать на собственную жизнь, а вот для тех, кто тебе дорог, ты готова пожертвовать многим. На этом сыграл Азазот, но проиграл. У тебя есть одна слабость — ты не можешь допустить, чтобы кто-то страдал по твоей вине. Отсюда твое стремление к одиночеству и боязнь испытывать привязанность.

— Вы не можете меня шантажировать! — почти прошипела я.

— Почему нет? — на обезображенном лице Тирэна отчетливо виднелось удовлетворение, — поначалу я действительно опасался, что твой Владыка тебе безразличен, и уже было решил прибегнуть к другим средствам убеждения. Но раз он спас тебя… Не сможешь ты спокойно жить, зная, чем ему грозит твой отказ.

Я чувствовала, как мое лицо превращается в застывшую маску. Внутри похолодело, пальцы неприятно подрагивали и мне пришлось приложить усилия, чтобы подавить нервный тик. Как же я хотела сейчас наброситься на Тирэна и разорвать его на части! Но, помня свой прошлый опыт и его физическую силу, быстро подавила в себе безумный порыв. Не сейчас, когда я взбешена и растеряна. Возможно, я еще смогу выбраться из этого переплета, возможно, мне удастся обмануть его…

— Почему? — понимая, что повторяюсь, все же спросила я.

— Существо с такой силой до сих пор не понимает, что стала вожделенной целью для любого, кто хочет выиграть? — иронично заметил Тирэн, вставая со своего места, и подходя ближе. Став за моей спиной и положа обе руки на спинку стула, он, склонившись ко мне, продолжил:

— Неужели ты все еще думаешь, что Владыки ищут тебя, чтобы убить?

— Других вариантов я не вижу, — отрезала я замерев.

— Какой же ты еще ребенок! — его пальцы медленно спустились на мои плечи, ласково перебирая распущенные волосы. Подавив отчаянный порыв вырваться, я все так же сидела, не шевелясь, загнав в себя все чувства, что в тот момент испытывала к нему.

— Ты нужна Клайверу, чтобы уничтожить Древних — доказательство его предательства. Он никогда не сможет добраться до меня, но Древние для него становятся угрозой. Все больше вопросов задают Старейшины о давних событиях. Его власть пошатнулась и помочь ему сможешь лишь ты. Но он не так добр, как я, и выбора тебе он не даст.

Тирэн, до этого перебиравший мои волосы, вдруг схватил прядь и потянул за нее, заставив смотреть на него. Наши глаза встретились:

— Ты согласишься! К чему оттягивать неизбежное! — уверенно заявил он.

Я была с ним полностью согласна: соглашусь. Так как не позволю Дрэгону, пусть и нелюбимому мною, умереть. К тому же, мне совершенно не хотелось узнавать у Тирэна о других средствах убеждения, которые он упомянул. Я и так о них догадывалась. Тирэн без труда вышел на Организацию, которая вела за мной слежку, значит, ему может быть известно все, что я отчаянно старалась скрыть.

— Не волнуйся, — догадавшись о моих сомнениях, продолжал он, — Клайвер никогда не узнает твоих секретов. Все, что он мог получить — попало ко мне.

— Разве обязательна между нами подобная связь? — мой голос слегка дрогнул, но я по прежнему не сводила с Тирэна взгляд.

— Жизненно необходима! — твердо ответил он мимолетно улыбнувшись.

— Неужели вы не могли выбрать кого-то другого?

— Мне нужна ты. Впрочем, как и Клайверу. И Вуалу. Вот только мне повезло гораздо больше, — он почти вплотную склонился ко мне.

— Как на счет нашего родства? — схватилась я за соломинку, — если не ошибаюсь — вы мой прапрапрадядя?

— Там столько «пра», что говорить об этом не стоит, — возразил Тирэн, — к тому же, наша кровь от этого станет только сильнее. Ты не знаешь, как предки нашего отца добились подобной Силы?

— Это извращение! Инцест! Вы ненормальный! — попытавшись вскочить, я была тут же пригвождена к стулу.

— Если ты умрешь сейчас — твой Владыка последует за тобой. Более того! Если ты помнишь, в отличие от Владык, я прекрасно знаю все, что тебе удавалось скрывать все это время. Твой дом, родные, друзья. Ты умрешь с чистой совестью, зная, что их ждет мучительная смерть?

Ага! Вот и другие средства воздействия! — возникла непрошенная мысль. Будем сдаваться, или ждать у моря погоды?

— Я могу подумать? — робко поинтересовалась я.

— Нет! — резко возразил Тирэн, — к чему? Неужели ты надеешься избежать своей участи?

— Да, надеюсь, — призналась я, — неужели вы бы сдались на моем месте?

— Но я не на твоем месте, — со смешком возразил Тирэн. Он, наконец, отпустил мои волосы, и, обойдя стул, наклонился ко мне.

— Или ты надеешься вот на это? — в его руках появился клочок бумаги, с копией изображения, найденного в старом фолианте.

— У тебя неплохо получилось, и при других обстоятельствах, возможно, тебе удалось бы сбежать, — на моих глазах бумага превратилась в пепел, — если бы ты смогла пустить мне кровь и открыть запечатанные Врата. Вот видишь? Столько «если»! Но я уважаю твое стремление к свободе, и готов забыть эту глупость.

Я отвернулась от него, глядя в темное окно. Не слишком долго, чтобы не разозлить этого гада, но достаточно, чтобы он смог прочитать на моем лице борьбу с собой, горечь от поражения и смирение перед силой более опытного противника. Да уж! Куда мне, не прожившей и тридцать земных лет тягаться с тем, кто старше меня в тысячу раз? Повернувшись и встретившись с ним взглядом, я сказала.

— Я согласна!

— Я знаю, — улыбнулся Тирэн, поднимая меня со стула, — твой Владыка просто дурак, раз позволил тебе сбежать. Я подобной ошибки не совершу!

Он с силой прижал меня к себе, впившись в мои губы поцелуем. Не знаю, сколько это продолжалось, но когда он меня отпустил, я уже не могла сдержать слез. Отвернувшись от своего мучителя, мелькнула лишь одна мысль: неужели на этот раз мне не выпутаться?

Лэнг

— Ты можешь погибнуть, даже не добравшись до нее, — Вуал, все еще в образе Хока, стоял рядом с Владыкой Дрэгоном перед Йог-сотхотхом. На мрачном сером небе Лэнга застыли тучи, делая окружающий мир странным и нереальным.

— Ты уже говорил это, — возразил Владыка, — я принял решение и не вернусь без нее.

— Ты вообще не вернешься, если не будешь осторожен, — предупредил Вуал, — это страшный и смертоносный мир. Любой, кто попадет туда, в ту же секунду будет мертв. Тебя смогут защитить только ваша связь и моя Сила. Но помни: как только взойдет Звезда, всей моей силы не хватит, чтобы сохранить тебе жизнь.

— Я помню! — нетерпеливо отмахнулся Дрэгон, и шагнул в сияющий круг.

Мир Темной Звезды

Я настояла, чтобы это произошло в моей комнате. Сначала, Тирэн должен разорвать мою связь с Дрэгоном, после он вернет мне то, что забрал — мою Силу, скрепит нашу связь кровью, а затем… В общем, я рассчитывала прервать эту цепочку на втором пункте и исчезнуть до того, как он всерьез решит воспользоваться своими правами на меня. Хотя с моей стороны надеяться продинамить подобное существо было весьма самоуверенно и глупо.

Он стоял, почти вплотную прижавшись ко мне. Его Сила мягко, но настойчиво проникла в меня. Почувствовав резкую боль внутри, я удивленно взглянула на Тирэна.

— Потерпи! До сих пор никто не пытался разорвать связь между Владыкой и его нариной. Будет больно.

Согнувшись пополам, я медленно опустилась на пол. Казалось, что мое тело разрывают на части. Боль казалась бесконечной, я умирала. Несколько минут я бессильно пыталась вдохнуть хотя бы немного воздуха, и когда это, наконец, получилось, я ощутила себя живой и почти здоровой.

Все время пока я корчилась от боли, Тирэн находился рядом, почти держа меня на руках, что раздражало гораздо больше, чем помогало. Наконец, обессилено выдохнув, я замерла, боясь пошевелиться лишний раз. По телу разливались мучительные спазмы, переходящие в тупую боль. Кажется, мне становится легче, по сравнению…

— Боюсь, ты больше не выдержишь, — Тирэн коснулся пальцами моей щеки, — теперь все будет хорошо.

Отчего-то я не разделяла его оптимизм. Поднеся руку к лицу, я могла убедиться, что кольцо все еще находится на моем пальце, и не собирается его покидать.

— Со временем мы от него избавимся, — «успокоил» меня Тирэн.

— Ну, ты всегда можешь отрезать мне палец, — предложила я, измученно усмехнувшись.

— Могу, — серьезно сказал Тирэн, отчего я пожалела о своем длинном языке.

Черная кровь бежала по его ладони, капая на ковер. Перехватив мою руку, он сделал глубокий надрез на запястье и соединил наши руки. Я почувствовала, как меня касается Сила, странная и не знакомая. Чужая Сила, не моя. Вскрикнув, я попыталась вырваться из его захвата, но безуспешно. Крепко меня удерживая, он шепнул:

— Я делюсь с тобой своей кровью, своей Силой, своей жизнью. Никто и ничто не в силах изменить этого. Мой Мир — твой Мир. Твоя боль — моя боль. Твоя жизнь принадлежит мне.

— Перестань! — не выдержала я, — прекрати! Я не хочу! Отпусти меня!

Тьма наполнила его глаза и мне показалось, что мир вокруг меня взорвался миллиардом огней. Я практически потеряла способность видеть, только чувствовала, его Силу, вливающуюся в меня, и страх, который готов был поглотить целиком. Продравшись сквозь дебри ужаса, поняла, что если я хочу освободиться, то действовать нужно сейчас.

Почувствовав поцелуй на своих губах, я вытащила из кармана свою последнюю надежду — ампулу с жидким Барзаи, реквизированную еще в лесу. В тот момент мне было все равно, если вместе с ним погибну и я. Мне вообще стало все равно… Но тут же была остановлена моим… черт, язык даже не поворачивается это сказать!

— Не думала же ты, что я настолько глуп? — зло поинтересовался Тирэн, отбрасывая меня на ковер. Ампула разбилась о стену, запачкав пол… Опустившись рядом со мной, он усмехнулся.

— Что за детство? И ты думала, что я не догадаюсь о твоих планах? Захотела со мной расправиться?

— Надеялась!

— У тебя не хватит Силы! — возразил Тирэн.

— Возможно! Но я хотя бы попытаюсь, — решив больше не строить из себя беспомощную жертву, я резко ударила его в лицо. Он уклонился, тут же вскочив на ноги, но я уже наносила ему следующий удар, который он успешно парировал. Что же, он решил избрать тактику защиты, тем лучше для меня. Пусть я не была сейчас способна сжечь его дотла, но, по крайней мере, наука Ньярлатхота не прошла для меня даром. Я действовала собранно, жестко нанося удары, иногда даже попадая в цель. Через несколько минут в меня закрались сомнения по поводу эффективности подобной тактики. Я стала уставать, а он лишь уклонялся, иногда парируя или блокируя удары. Его лицо было спокойно, уголки губ скривились в усмешке. В этот момент я поняла, что со мной просто играют, причем, видимо, получают от этого удовольствие. Наконец, видимо решив, что уже хватит, Тирэн, молниеносно бросившись ко мне и схватив за плечи, толкнул назад.

— Вот и все, девочка. Игры закончились, — врезавшись спиной в стену, я почувствовала, что могу двигаться, тут же метя кулаком ему в челюсть.

— Я сказал — довольно! Поигрались и хватит! — его рука перехватила мою, и вот уже обе мои руки прижаты к стене над головой.

— Время пришло, — твердо сказал он. Мгновение, и я ощутила резкую боль в груди. Расширившимися от ужаса глазами, я удивленно смотрела, как ладонь Тирэна все еще сжимает рукоять длинного кинжала, по которому струится кровь. Моя кровь.

Он вынырнул внезапно, среди высоких скал. Как и предупреждал Вуал, распечатать Врата было довольно сложно, но к счастью на это Дрэгону хватило Силы. Выйдя из светящегося круга, он осмотрелся. Это было странное, мрачноватое место, едва тронутое красноватым светом ночного светила. Вуал говорил, что Звезда восходит лишь днем, сменяя ночь, убивая все, что не принадлежит этому миру. Дрэгон не принадлежал, стало быть, ему нужно поторопиться, чтобы найти Анну и успеть выбраться отсюда. С первых секунд, попав сюда, он слабо ощущал ее присутствие. Подавив внезапно возникшую радость от мысли, что она жива, Дрэгон двинулся вперед, туда, где, как он предполагал, ее удерживают.

Ему казалось, что дорога занимает часы, но на самом деле он пробыл в этом месте несколько минут. Стараясь отогнать подкрадывающийся страх, он приближался к замку. Дрэгон знал, что она там, он почти ощущал биение ее сердца, ее страх и неуверенность. Ему оставалось несколько лир до цели, когда его скрутила жесткая боль. Дрэгон едва смог удержаться на ногах, но боль не отпускала, разливаясь по телу резкими толчками. Он прекрасно понимал, что теряет драгоценное время, и медленно двинулся дальше. Шаг, еще шаг, спазм, и несколько секунд вынужденного отдыха. Он боялся предположить, что могло вызвать подобный приступ, но знал, что это каким-то образом связано с Анной. Уже почти ничего не видя от боли, он понял, что достиг цели. Замок внезапно вырос перед ним, едва он обогнул каменный выступ. Он был огромен и чем-то напоминал резиденцию Владыки Клайвера в Тэрранусе. Что не удивительно, отметил про себя Дрэгон.

Почти перестав чувствовать Анну, он уверенно направился вперед.

Резкий ветер трепал ее волосы. Прекрасно понимая, что сейчас она ничего не чувствует, Тирэн все же крепче прижал девушку к себе. Он ждал Восхода, и то, что он ему принесет. Им обоим. Совсем скоро эта девочка станет частью его судьбы. До обращения остались считанные минуты, и уже ничто не сможет это остановить. Он удовлетворенно улыбнулся. Столько лет одиночества, и наконец-то он встретил того, с кем может разделить Вечность. Разумеется, поначалу будет не просто, учитывая сложный характер его Ниссы, но это только прибавит остроты их отношениям. Скоро будет разорвана ее связь с прошлым и для них начнется совсем другая жизнь.

Звук борьбы заставил Тирэна отвлечься от собственных мыслей и вернуться к реальности. Кто-то старался прорваться через охрану, и, похоже, ему это удается. Тирэн осторожно опустил девушку на плиты, и выжидательно повернулся к двери. В проеме появился высокий темноволосый мужчина, со зверским выражением лица, крепко сжимающий запачканный черной кровью меч. Окинув беглым взглядом открывшуюся его глазам сцену, он зарычал от гнева и ярости.

— Убийца! — рванувшись в сторону Тирэна, Дрэгон нанес рубящий удар. Противник отскочив, выпустил Силу. Тень, отделившись от тела Тирэна, поползла к его врагу. Дрэгон, откинув бесполезный меч, постарался ее задержать. Некоторое время ему это удавалось, но, внезапно, сосредоточившись, он потянулся и впустил ее в себя. Сила Ловчего, разделенная с его нариной, поглотила враждебную Тень.

— Не может быть! — скорее иронично, чем удивленно протянул Тирэн, — ты все еще связан с ней!

— Тебе этого не изменить, скотина! — Сила Дрэгона вырвавшись, ударила в противника. Тирэн испытал несколько неприятных мгновений, но уже вскоре отбросил ее прочь.

— Скоро она станет моей, — уверено заявил Тирэн, улыбаясь, обходя Дрэгона, — и если ты все еще хочешь видеть ее живой, тебе лучше убраться, пока я не разозлился.

— Сначала тебе придется меня убить, — возразил Дрэгон, посылая во врага сгусток огня.

— Мне бы не хотелось нарушать обещание, данное Ниссе, — признался противник, — но если ты настаиваешь…

Внезапно свет померк, и небо прорезала яркая молния. Как только глаза снова обрели способность видеть, Дрэгон стал различать темную массу, поглощающую часть неба, скалы и приближающуюся к замку. Коснувшись крыши, тень Темной Звезды, стала медленно приближаться к неподвижно лежащей девушке.

— Нет! — крикнул Дрэгон, кинувшись к ней, но был отброшен Тирэном.

— Ты ничего не сможешь сделать! Теперь она моя!

— Это ее убьет! — Дрэгон ударил Тирэна, но не смог причинить ему ощутимого вреда. Силы Владыки, высасываемые враждебной звездой, неумолимо таяли на глазах. Он понял, что совсем скоро он не сможет сопротивляться врагу и умрет, так и не успев спасти свою жену.

— Дурак! — крикнул Тирэн, — она уже мертва!

В очередной раз, отбросив Дрэгона, Тирэн силой заставил его оставаться лежащим на плитах. С ужасом Дрэгон увидел, как тень коснулась волос девушки, и медленно поползла по ее телу. В следующую минуту, окутанное тьмой мертвое тело дрогнуло. Глаза Анны широко открылись, из горла вырвался вопль ужаса и боли. От ее крика, сердце Дрэгона сжалось. Собрав остатки сил, Дрэгон, рванувшись, буквально выхватил ее из-под смертельных лучей. Обессилено падая на камни, сжимая Анну в руках, он, сквозь заливающую кровь глаза, увидел яркое сияние появившегося на крыше Йог-сотхотха.

XVI

Лэнг

Тьма! Она везде! Я иду сквозь нее, дышу ею. Она плотно окутывает мое тело и разливается внутри. Я боюсь ее, но не могу сопротивляться. Ведь она — часть меня.

Слышу чей-то крик, но не сразу понимаю, что кричу сама. Меня кто-то крепко держит, слышны голоса, но слов не разобрать. Они хотят меня остановить, не понимая, что это невозможно, тьму нельзя остановить. Никогда.

Внезапно, сквозь закрытые веки проникает свет, врываясь в сознание, и голос, тихий, успокаивающий… Что-то ускользает от меня, что-то чуждое, но важное. Без этого я чувствую себя одинокой и незавершенной…

Я медленно приходила в себя. Болело все тело и очень хотелось пить. Открыв глаза, поняла, что нахожусь совершенно одна в темноте. Попыталась вспомнить, как я здесь оказалась — и не смогла. С удивлением и ужасом я начала понимать, что совершенно не помню, кто я, и как сюда попала. И, главное, где это место, куда я попала?

Мне составило больших трудов сразу встать с кровати, не упав при этом на пол, и уже через минуту я стояла на подкашивающихся ногах, растерянно пытаясь сообразить, что же делать дальше. Вдруг открылась дверь, впустив в комнату чересчур яркий для меня свет. Резко отшатнувшись от него, я снова упала на кровать.

— Очнулась! — тихий голос. Мне он знаком! Вот только не помню откуда.

— Что со мной? — все еще отворачиваясь от света, спросила я у вошедшего.

— Ты не помнишь? — в голове послышались взволнованные нотки. Обладательница голоса поспешила ко мне и присела рядом.

— Не помню.

Девушка несколько секунд тревожно всматривалась в мое лицо, а потом неловко улыбнулась. Почему-то эта улыбка меня удивила.

— Ничего страшного, — успокаивающе сказала девушка. Мне или себе, не знаю, — теперь все будет хорошо.

— Кто ты?

— Я — Нами, — представилась девушка.

— А кто я?

— А ты… — Нами замялась, — здесь мы зовем тебя Ниссой, Темной Звездой. Но у тебя много имен.

При упоминании Темной Звезды по моему телу пробежал холодок, на душе стало тревожно.

— Темная Звезда, — повторила я, — почему мое имя вызывает у меня страх?

— Не твое имя, — возразила Нами, — она встала и протянула мне руку, — пойдем, приведем тебя в порядок. Между нами, девочками, ты выглядишь неважно. Скоро ты все вспомнишь, я уверена. А пока, незачем себя мучить.

Нами проводила меня в соседнюю комнату, где располагалось что-то вроде ванной комнаты. Пол был выложен широкими каменными плитами, стены также из камня, а в середине комнаты находился бассейн, наполненный прозрачной водой. Странно, но эта комната напомнила мне скорее естественный грот, чем что-то рукотворное.

— Это наша купальня. Ты любезно предложила делить ее со мной, пока я живу в этом замке.

Нами быстро освободила меня от одежды и помогла погрузиться в теплую воду. Боже! Как приятно! Давно я не чувствовала такого покоя и умиротворения. Наверное… Несколько минут я просто лежала с закрытыми глазами, отрешившись от всего мира. Из нирваны меня вывел смех Нами, которая, войдя в воду, устроилась напротив меня.

— Я рада, что ты вернулась, мне тебя не хватало, — призналась она, выливая в воду какую-то шипучую дрянь, тут же ставшую пеной.

— И долго меня не было? — я попыталась восстановить в памяти хоть что-нибудь.

— Несколько месяцев, по твоим меркам, — уклончиво ответила Нами.

— Что это значит?

— Поймешь, потом. Все потом, — Нами резво вскочила на ноги и потянулась к лежащим полотенцам. Я невольно задержала взгляд на ее спине.

— О! Ты вспомнила? — обрадовалась девушка, заметив мой взгляд, и увидев непонимающее выражение моего лица, пояснила, — мы сделали их одновременно, в тот день, когда ты убила своего первого кугаруда и мы опьянели от его крови. Говорила, что так сейчас модно в твоем мире.

К концу ее пояснения я поняла только две вещи — я откуда-то издалека, и похоже у меня на спине здоровенная татуировка с…

— Они одинаковые? — испугалась я.

— Нет, — улыбнулась Нами.

— Слава Богу! — прошептала я, отводя взгляд от изображения трехглавого Змея Горыныча. Ура! Вспомнила! Черт, вспомнила.

— Привет Нами, я вернулась, — я вылезла из бассейна и обернулась полотенцем, — надеюсь, ничего важного не пропустила?

— Нет, что ты! Все обыденно: насилие, смерть, заговоры.

— Тогда точно все в порядке. Где Ньярлатхот?

— Ждет тебя в зале. Он переживал, — добавила Нами, протягивая мне какую-то черную хламиду с поясом. С удивлением убедившись, что сидит она на мне идеально, я скрутила мокрые волосы в узел и предложила:

— Тогда веди меня к нему.

Старый добрый Ньярлатхот! Как же я по тебе скучала, — это была первая мысль, посетившая мою голову, когда я увидела моего наставника, сидевшего в своем любимом кресле, терпеливо ожидающего меня.

— Добро пожаловать домой, Нисса, — приветствовал он меня, спешно покидая кресло и подходя ко мне. Я сделала шаг навстречу и крепко его обняла.

— Как я здесь оказалась? — задала я мучивший меня вопрос.

— Ты не помнишь? — на несколько минут в зале воцарилось молчание. Краем глаза я заметила, что Нами нас покидает.

— Я помню, как некий Тирэн, старший брат Вуала, и кажется теперь мой… даже не знаю как сказать, всадил мне нож в сердце. В буквальном смысле этого слова. И вместо того, чтобы, наконец, покоится с миром, я просыпаюсь здесь.

— Ты не помнишь Обращения?

— Еще полчаса назад я не помнила, кто такая Нами, — призналась я.

— Что ж, этого следовало ждать, — Ньярлатхот, слегка приобняв меня за плечи, спросил:

— Ты чувствуешь в себе какие-нибудь перемены?

— Меня морозит, мне хреново, болит все тело, а в остальном, я в порядке.

— Странно!

— А ты боялся, что, проснувшись, я, начну крошить вас всех в капусту? — прямо спросила я.

— У меня были кое-какие сомнения на этот счет, — признался наставник.

— С другой стороны, — продолжала я, — у меня еще все впереди. Кто меня спас?

Я удивленно наблюдала, как Ньярлатхот замялся. Видеть неуверенность на всегда каменном лице моего наставника было непривычно.

— Ваша связь практически оборвалась, но он чудом выжил…

— Кто? — нетерпеливо перебила я.

— Владыка Дрэгон. Когда Вуал перенес вас сюда, вы оба выглядели трупами. Мы не знали, что делать. Вуалу пришлось позаимствовать мое тело, чтобы вам помочь.

— Где Владыка?

— В комнате рядом с твоей.

— Я должна его видеть, — я нетерпеливо повернулась к выходу.

— Постой! — окрик наставника заставил меня замереть, — он слишком слаб. Вуал сделал все, что мог.

— И все же, я должна его видеть, — возразила я и вышла в коридор.

В полумраке комнаты я смогла различить лежащего на кровати мужчину. На мгновение я подумала, что он мертв, но тут же услышала его слабое прерывистое дыхание. Как будто невидимая сила подтолкнула меня вперед, и я подошла к нему. Он был жив, но слишком слаб, чтобы долго поддерживать свою жизнь. Присев на краешек кровати, я закрыла глаза и постаралась отрешиться от всего, что меня беспокоило и пугало. Передо мною лежит мужчина, которому я обязана жизнью, и не только своей, но и всей моей семьи, всего мира. Пора вернуть ему этот долг.

Я почувствовала, как его дыхание сбилось, и испугалась, что опоздала. Но как оказалось напрасно. Он открыл глаза. Некоторое время мы смотрели друг на друга.

— Ты будешь жить, — шепнула я, и его глаза закрылись. Он потерял сознание.

Открыв ту часть себя, которая могла исцелять, а не убивать, я начала медленно восстанавливать его жизненную силу. Мне никогда раньше не приходилось лечить Владык, для меня это было трудно и страшно. Боясь навредить еще больше, я старалась действовать аккуратно. С удивлением, нащупав то, что так крепко нас связало, я задумалась. Тирэн приложил столько усилий, чтобы разорвать нашу связь, и у него это почти получилось. Почти. Не знаю, что его остановило: страх потерять новую игрушку в моем лице или что-то другое, но он не довел это до конца. А может быть, просто не смог. И мне сейчас представляется возможность сделать то же самое раз и навсегда, одним махом перечеркнув то, что всегда вызывало у меня лишь неприятие и злость. Возможно, что этим я его убью. Убью того, кто так много для меня сделал, так и не узнав причины его поступка. Мне они интересны? Не особо, скорее, это оправдание перед самой собой. Тяжело признать, как мне его жаль.

Отогнав злобную мысль, навеянную, без сомнения, моим больным воображением, я потратила некоторое время на укрепление нашей связи, что, по моему мнению, должно было ускорить процесс выздоровления Владыки, соединив нас еще крепче. Сделав все, что от меня зависело, я тихо покинула комнату Дрэгона.

— Как он попал в мир Темной Звезды? — вернувшись к Ньярлатхоту, я обессилено опустилась в кресло.