На стене были развешаны принадлежности для рыбной ловли, стояли на полу резиновые сапоги, обстановка была очень скромной. Но, несмотря на это, в комнате было очень чисто и уютно. Я вдруг почувствовал себя как дома.

Миссис Дувал была высокой, все еще красивой женщиной лет около сорока; лицо энергичное, в черных как смоль волосах ни единой белой ниточки. Она задумчиво рассматривала меня.

– Тим утверждает, что вы хороший человек. Надеюсь, он знает, о чем говорит.

– Тим очень доверчив, – улыбнулся я. – Но все же я не злой… Она кивнула и направилась к печке.

– Садитесь же. Я вас ждала и приготовила вам кое-что из одежды.

Я обнаружил, что голоден.

Она поставила на край стола тарелки, расстелила чистую салфетку, положила нож и вилку и вернулась к печке.

– Все мужчины одинаковы, – продолжала она с горечью. – Вы идете куда вам вздумается, забавляетесь, и возвращаетесь, когда вам угодно.

– Тим такой?

– Вы тоже, наверное.

Я посмотрел на большой бифштекс, который она положила на тарелку, и придвинулся к столу.

– Сегодня вечером я хорошо повеселился. А где все же Тим?

– Он поехал на Кудсо Кей.

– На катере?

– Он взял весельную лодку. Он сказал, что катер может понадобиться вам.

– Это большой путь.

– Он доберется.

– Замечательно.

Она кивнула и продолжала:

– Джед Девис ожидает вас позади дома. Хотите его видеть? Я нахмурился, но внезапно вспомнил:

– Это журналист? Она кивнула.

– А он в порядке?

– Это большой друг Тима. У Тима весьма странные приятели, но он вас не съест.

– Я хочу поговорить с ним, – сказал я, смеясь. Я успел съесть лишь половину своего бифштекса, когда отворилась дверь и на пороге появился настоящий великан. У него было круглое, волевое лицо и дерзкие маленькие глаза. Твидовый костюм выглядел на нем так, будто он не снимал его с момента покупки, а куплен он был не вчера. Серая шляпа, немного для него тесноватая, была сдвинута на затылок. Своими белыми зубами он сосредоточенно жевал сигару.

– Хелло, специальное издание! – сказал он, осматривая меня.

– Хелло, – ответил я, продолжая есть. Он снял шляпу, причесал волосы и сел в кресло, которое затрещало под его тяжестью.

– Вы можете сказать, что привели город в состояние революции, – проговорил он, вынимая изо рта сигару и рассматривая меня прищуренными глазами. – У меня ощущение, что я стал военным корреспондентом.

– Разве это так? – спросил я. Он посмотрел на стол.

– Она не давала вам пить?

– Мне и не хочется пить.

Он с трудом вылез из своего кресла.

– Надо что-нибудь выпить, – проворчал он. – Хетти прекрасная женщина и отлично справляется на кухне, но никогда не может сообразить, что мужчинам нужна жидкость.

Он открыл какой-то шкаф, достал оттуда черную бутылку без этикетки, потом два стакана и разлил виски. Один стакан он протянул мне, а с другим вернулся в свое кресло.

– За ваше здоровье! – сказал он, поднимая стакан. Мы выпили.

– И сколько же времени будет продолжаться этот шум? – спросил он.

– Пока я не обнаружу убийцу Херрика.

– Так, значит, это не вы?

– Нет. Это определенно было политическое преступление, которое почему-то хотят взвалить на мои плечи.

Он молча потягивал виски, потом спросил:

– Это был Киллино?

– А вы как думаете?

– Ну, знаете, это весьма возможно. Смерть Херрика его устраивала вполне.

– А это интересует вашу газету?

– Редактор и владелец газеты слишком дорожат своей шкурой. Они определенно останутся нейтральными.

– А вас персонально это интересует?

На его лице появилось мечтательное выражение.

– Ну, если будет сброшен существующий муниципалитет, это даст мне возможность кое-что написать, при условии и, что взрыв этот будет окончательным. Я, конечно, сделаю все, что смогу, чтобы получить все детали, но действовать нужно очень осторожно, все тщательно взвешивая.

Я молчал.

Он внимательно посмотрел на меня и продолжал:

– Киллино – мерзавец, но город он держит в руках очень твердо, и теперь, когда Херрик ликвидирован, его положение еще более упрочилось. Он сидит крепко и выбить его из седла – дьявольская работа!

– Все зависит от способа, – сказал я, закуривая. – У меня имеются все необходимые факты, и я разоблачу Киллино. Он покачал с сомнением головой.

– И какого же рода факты?

– Херрик работал один?

– Приблизительно так. Только с Френком Броди. Их организация была очень ограниченной.

– Кто это Броди?

– Адвокат Херрика. Живет он на Бредшоу авеню, 458, вместе с дочерью.

– И он будет заниматься делами Херрика? Девис покачал головой.

– Об этом не может, быть и речи. Он не обладает достаточной силой, чтобы бороться против Киллино. Он, по-моему, будет держаться спокойно и предоставит Киллино действовать.

Я записал его адрес.

– Вас никогда не интересовало, почему Херрик так часто ходил в казино?

– Интересовало, – ответил Девис, – но мне не удалось это разгадать. Он, как мне кажется, что-то там искал. Преуспел ли он в этом? Вот этого я не знаю.

– Мне кажется, что он все же кое-что узнал. Поэтому-то его и убили. Вы слышали о Лоис Спенс?

– А вы слышали о Мэй Вест? – засмеялся он. – Лоис здесь знаменитость.

– Киллино ее знал?

– Даже я ее знаю! Она до такой степени шлюха, что готова лечь под первого же причесанного пса.

– Значит, она знакома с Киллино?

– Приблизительно два года тому назад они были очень даже близки. Но это было до того, как Киллино вошел в элиту. Когда он достиг власти, то тут же бросил ее. Он, вероятно, просто вынужден был сделать это. Нельзя одновременно заниматься Лоис Спенс и мэрией. Достаточно одного, чтобы занять все ваше время.

– Херрик тоже часто виделся с ней?

– Да, но между ними ничего не было, хотя несколько шантажистов и пытались заставить в это поверить. Он, наверное, просто использовал ее, чтобы обнаружить нечистые дела в прошлом Киллино, и я думаю, она здорово надувала его. Она брала у него деньги, не давая ничего взамен.

– Он платил ей, чтобы она играла в казино. Было видно, что моя фраза его удивила. Он долго смотрел на меня, потом снял шляпу и провел рукой по волосам с задумчивым видом.

– Почему же он это делал? – спросил он, наконец.

– Он забирал у нее все, что она выигрывала, и давал взамен другие билеты. Это обстоятельство позволяет думать, что в казино были в обращении фальшивые деньги, и он это подозревал:

– Возможно, это так и было. Но доказать это совсем нелегко, да и жалоб на это пока не было.

– Стоит это тщательно проконтролировать. Вы сами не могли бы этим заняться?

Он покачал головой, потом согласился.

– Полагаю, что да. Я хожу туда время от времени и смогу там немного пошарить.

– Это будет не так трудно, поскольку вам известно, что следует искать. А этот Гомец кажется мне несговорчивым типом… Девис расхохотался.

– Что вы говорите? Вы уже и с ним встречались? Примите добрый совет: избегайте его насколько возможно. Это просто динамит!

– Я уже встречался с ним. Он появился, когда я был у Лоис. Понадобился револьвер и – моя репутация убийцы, чтобы его утихомирить. Мне казалось, что придется его убрать, до такой степени он был разъярен. Но Лоис все же удержала его, и я ушел. Это он вызвал полицию.

– Это довольно грязный тип, – кивнул Девис. – Он не любит, когда крутятся возле Лоис, и однажды, когда один тип стоял у него на дороге, Гомец его убрал, замаскировав это под самоубийство. Но я-то прекрасно знаю, что произошло на самом деле.

– Он очень ревнив, а?

– Вы же сами были свидетелем этому. У него кровь столь же горячая, как раскаленные угли.

– А вы не знаете, кому принадлежит бордель, который находится на берегу моря?

– Сперанца.

– Вы в этом уверены? Денис кивнул.

– Это единственная коробка такого сорта во всем городе, и нужна большая поддержка у хозяев города, чтобы это заведение вообще могло существовать. Оно приносит Сперанца большой доход.

– Ах, так, – сказал я, наливая себе новую порцию выпивки и передавая бутылку Денису, – а Флагерти? Что вы о нем знаете?

– Он полностью в руках у Киллино. Это, конечно, не афишируется, но именно Киллино дергает за все веревочки. Ничего особенного о нем не известно. А вообще-то, довольно мерзкий тип.

– Он соучастник убийства Херрика. Девис, наливавший себе виски, замер.

– Боже мой!

– Да, – продолжал я. – Но вернемся к Херрику. Он был женат?

– Нет. Он жил в апартаментах. С ним жил и прислуживал ему один парень, некий Гилес. Могу дать вам его адрес, если хотите.

– Где это?

– Маклин авеню. Но вы из него ничего не вытянете. Я с ним пытался говорить, но он сказал, что ничего не знает – Со мной он, может быть, заговорит. Полагаю, мне надо сделать несколько визитов. – Я встал.

– Но вас еще ищут, – напоминал Девис, – а сейчас около полуночи.

– Мы вытащим их из постели.

– Кто это мы?

– Вы и я. Ну да, я увезу вас с собой. Они ведь не рассчитывают видеть меня в вашей компании.

Он снова достал гребенку и провел по волосам.

– Послушайте, ваша идея совсем не гениальна, – проговорил он. – Не надо, чтобы знали, что я в деле. На что я буду похож, если вас обнаружат вместе со мной?

Я улыбнулся ему.

– В дорогу. Мы все же поедем вместе. Маклин авеню, для начала, и Бредшоу авеню потом. У вас есть машина? Он кивнул.

– Отлично. Я спрячусь в кабине под покрывалом. Филки, таким образом, оставят нас в покое, и мы сделаем хорошую работу.

– Конечно, я всегда смогу сказать, что попросту не знал, что вы находитесь там. – Его лицо при этих словах прояснилось. – О\'кей! Поехали!

***

Я растянулся на полу старого «форда» Девиса под покрывалом. Пот струился по лицу и пропитал всю мою одежду.

Девис также заметил, что на нем нет ни одной сухой нитки.

– Боже мой! – воскликнул он. – Тут же кругом полиция. Через секунду они нас вытащат отсюда!

– Не имеет значения. У них ведь нет никаких шансов захватить меня. Я здесь хорошо спрятан.

– Но не я, – проворчал Девис. Он вдруг резко затормозил. – Ну, кажется, на этот раз все. Они делают мне знаки.

– Не расстраивайтесь, – сказал я, нащупывая свой револьвер. – Может, они просто хотят узнать, который час? Ведь вы знаете фликов. – Молчите же, – прошептал он трагическим голосом. Я стал терпеливо выжидать.

– Какого черта вы здесь делаете! – загремел голос у дверцы.

– Хелло, Маси! – сказал Девис. – Я только пересек улицу. А этого парня вы поймали?

– Поймаем, – ответил голос. – Куда вы едете?

– Я возвращаюсь к себе. Могу я ехать?

– Да, но если вы получите пулю, не обвиняйте в этом меня. Сегодня ночью улицы небезопасны.

– Кому вы это говорите! – воскликнул Девис. – В течение двадцати минут у меня было двадцать сердечных приступов. Флик рассмеялся.

– Во всяком случае, не развивайте большой скорости. Доехав до конца улицы, вы будете уже в безопасности. В этом районе драка закончилась: этот негодяй – просто человек-невидимка.

– Спасибо за предупреждение, – сказал Девис, отъезжая. – До скорого свидания. Мы отъехали от флика.

– Уф! – вырвалось у Девиса. – Меня до сих Пор трясет.

– Вам просто не хватает тренировки, – сказал я. – А как идут дела?

– Флик сделал знак, чтобы меня пропустили. Полиция находится на этой улице повсюду. Если они дежурят у Херрика, нам лучше будет убраться.

– Лучше сделайте хороший глоток и успокойтесь, – сказал я, протягивая ему бутылку с виски, которую мы захватили, когда уходили от Тима.

Послышалось бульканье.

– Мне это, действительно, нужнее, чем вам, – заметил Девис, небрежно бросив бутылку обратно.

Бутылка, направленная в мою сторону, задела меня по черепу.

– Эй там! Вы что, хотите оглушить меня?

– Такого желания у меня нет, – сказал Девис. – Вы уже можете вылезти, фликов больше не видно.

Я отодвинул покрывало, сел и стал вытирать лицо. Огляделся вокруг. Мы находились на узкой улице, окаймленной вдоль тротуаров красивыми цветами.

– Подъезжаем, – сказал Девис. – Это на следующей улице. Вдруг из-за угла стремительно выскочил закрытый «плимут».

Девис резко свернул вправо. Плимут проскочил мимо на расстоянии двух дюймов от нас и исчез.

– Как торопится этот болван! – закричал Девис.

– Может, он едет на важное свидание, – успокоил я его. – Не обращайте внимания на такие мелочи.

Мы свернули направо и остановились перед небольшой виллой.

– Вот дом Херрика, – сказал Девис. – Вы хотите, чтобы я вошел вместе с вами? Я покачал головой.

– Будет лучше, если нас не будут видеть вместе.

– Это, конечно, верно, – согласился он, подбирая бутылку и нежно гладя ее. – У меня в это время будет чем развлечься.

Я вышел из машины и направился к дому. Света в окнах не было видно. Я нажал на звонок. Прошло некоторое время, но дверь никто не открывал. Я подумал, что Гилес, вероятно, спит. После пятиминутного ожидания я был уверен, что дом пуст.

Девис высунул голову в окно.

– Сломайте дверь, – посоветовал он.

Вид у него при этом был немного шалый.

Я внимательно оглядел все окна. Свет луны, падающий на них, позволял смутно различить внутренность комнаты. Виден был большой письменный стол. Ящики были выдвинуты, и бумаги валялись на полу. Одно из кресел было опрокинуто.

– Эй! – крикнул Девис. – Подойдите сюда!

Я не двинулся с места и он, не переставая ворчать, вытащил свою массу из машины и подошел ко мне.

Он посмотрел, в свою очередь, в окно, увидел то же, что и я, и отступил на шаг. – Можно подумать, что кто-то обшарил комнату. – Он вытащил расческу и старательно расчесал свои волосы. – Виски Тима превосходно, я пойду сделаю еще глоток. Я чувствую себя немного нервным.

Я разбил стекло возле ручки шпингалета и открыл окно.

– Что вы делаете? – с ужасом проговорил Девис.

– Инспекционный осмотр.

– Я останусь здесь, и если появится флик, дам вам сигнал клаксоном, – сказал Девис, направляясь обратно к машине.

– Только больше не трогайте бутылку, – посоветовал я ему. – Так будет лучше.

Я внимательно осмотрел комнату. Было совершенно очевидно, что ее кто-то очень тщательно обшарил. Все было перевернуто. Даже обивка кресел и дивана была сорвана. Я обошел дом. То же самое было и в других комнатах.

На первом этаже в спальне я обнаружил мужчину, одетого в белую пижаму. Он лежал поперек кровати с раздробленным затылком. Он, конечно, был мертв, но рука у него была еще теплой. Убийца, вероятно, захватил его в постели.

Я вышел из комнаты, спустился вниз, открыл дверь и позвал Девиса. – Поднимитесь сюда и посмотрите!

Мы поднялись вместе, и он осмотрел труп.

– Это Гилес, – сказал он с Гримасой. – Бог мой Нам лучше поскорее убраться отсюда!

– Он умер всего несколько минут назад, – сказал я, рассматривая труп.

– Здесь, возможно, замешан «плимут», который едва нас не опрокинул.

– Откуда я знаю? – возразил Девис, спускаясь по лестнице. – Но если Флагерти застанет нас здесь, то мы погибли!

– В этом вы правы.

Мы бегом спустились по лестнице и вышли из дома.

Ночь была спокойной, и прожекторы не шарили больше по небу. Воздух был теплым, без малейшего дуновения ветерка. Выстрелы прекратились, и над городом стояла тишина.

Мы вернулись к машине.

– Вы определенно лишились хорошей статьи, – сказал я, с улыбкой глядя на Девиса.

– Ничего, я подожду, пока обнаружат преступника, – сказал он спокойно, запуская мотор. – Я не хочу рисковать, предвосхищая события. Они могут меня обвинить в этом убийстве.

Мы быстро отъехали.

***

– Это тут скрывается Броди? – спросил я, когда Девис остановился возле большого дома на Маклин авеню.

– Напротив, – ответил он. – У меня больше нет желания останавливаться около домов с мертвецами. Боже мой! Это было просто безумием. Если бы нас увидели флики!

– Не думайте больше об этом, – прервал его я, выходя из автомобиля. – Покажите мне дом и не расстраивайтесь так.

– Расстраиваться? – переспросил он. – Вы слишком слабо выражаетесь. Я не люблю обнаруживать трупы раньше полиции. Это довольно рискованно…

Мы пересекли улицу. Где-то раздался звук мотора.

Девис остановился.

– Вы слышите? – он схватил меня за руку.

– Идите! – приказал я, устремляясь вперед.

Дом Броди был расположен чуть в стороне от улицы, в саду, полном пальм и различных тропических растений. Оттуда, где мы находились, видно было немного.

Когда мы приблизились к створке ворот, по аллее проехала какая-то машина. Мы стремительно бросились в тень. Большой темный «плимут» проехал через ворота и исчез, прежде чем мы успели прийти в себя от удивления.

Но я все же смог разглядеть водителя, хотя и очень мимолетно. Занавески на окнах машины были задернуты, но они слегка колыхались на ходу, образовывая довольно широкую щель, в которую кое-что можно было увидеть. Девис же не видел ничего.

– Это очень плохо пахнет для Броди, – сказал я, устремляясь по аллее.

– Думаете, его уничтожат? – проворчал Денис, который, отдуваясь, следовал за мной.

– Похоже на то, – ответил я. – Это ведь та же машина, которая встретилась нам несколько ранее; она так же торопится, как и в первый раз. Видимо, ставка очень велика.

Вскоре мы оказались возле большого дома в испанском стиле, погруженного в темноту.

– Если Броди убит, это произведет взрыв, – задыхался Девис, поднимаясь следом за мной по ступенькам.

– У них прекрасная партия, если удается все это взвалить на мои плечи, а это они успешно проделывают.

– Вот я спрашиваю себя, что я до сих пор делаю в вашем обществе? – стонал Девис. – Если вы действительно убийца, то что же я-то такое?

– Вы об этом спросите у судьи, он вам объяснит. Я толкнул входную дверь, она отворилась.

– Это действительно выглядит весьма зловеще.

– Я туда не пойду, – сказал Девис. – Дело принимает такой оборот, который мне не нравится.

– Не волнуйтесь, – сказал я. – Оставайтесь со мной. Ведь вы же не бросите меня теперь?

– Я остаюсь, но внутрь все же не войду.

– Что это с вами делается? Может это сенсационное дело на вас так повлияло!

– Я предпочел бы раскрыть его без вас. Если же они взвалят его на вас, меня задержат, как свидетеля, или бог знает еще кого, – покачал головой Девис.

Я оставил его разговаривать с самим собой и проник в темный холл. На этот раз я прихватил из машины фонарик и исследовал помещение с его помощью.

Все пока было в порядке, но, открыв дверь в глубине коридора, я обнаружил то, что и должно было быть.

Это был кабинет Броди. Просторная и хорошо обставленная комната. Здесь все было перевернуто, хотя и не была сорвана обшивка с мебели и не сняты со стен картины, как у Херрика., Комната была пуста. Я озирался по сторонам, обдумывая, что мне делать дальше. Дом был очень большим и обследовать его одному нечего было и думать; я, кроме того, не имел ни малейшего представления о том, сколько слуг могло спать в верхнем этаже. Но вместе с тем, надо же было узнать, жив ли Броди.

Подойдя к двери, я услышал что-то и понял, что я здесь не один. Я погасил фонарик и прислушался. Стало темно, как в печке. Ни звука. Я вынул «люгер» и взял его в правую руку. По-прежнему ни звука. Я несколько минут стоял неподвижно, потом на кончиках пальцев подошел к двери. Но по-прежнему ничего не произошло. Я толкнул дверь и выглянул в коридор. Он был погружен в темноту и тишину. Я стоял не шевелясь, стараясь рассмотреть хоть что-нибудь в этой кромешной тьме. Ни малейшего шума в доме, и даже с улицы не проникало ни одного звука. Но тем не менее, я был уверен, что я здесь не один. Я чувствовал чье-то присутствие и совсем близко.

Я стоял и ждал, надеясь, что нервы у неизвестного менее крепкие, чем у меня. Конечно, было не очень-то приятно стоять вот так в темноте молча и ждать…

Неожиданно раздался какой-то звук, почти неуловимый. Но я, наконец, понял, что это кто-то дышал в темноте неподалеку от меня.

Я поднял свой фонарик и направил луч света туда, откуда слышалось дыхание. Слабый свет фонаря осветил коридор. Наполовину заглушенный крик ужаса заставил волосы на моей голове зашевелиться. Я увидел молодую девушку, прижимавшуюся к стене коридора. Она была молодая и очень худенькая, ей было не больше восемнадцати лет, и она была довольно красивой. На ней было надето черное кимоно с золотом, поверх пижамных брюк синего шелка.

Она стояла неподвижно, с глазами, полными ужаса, с открытым ртом, не издавая ни звука.

Я решил, что она дочь Броди.

– Мисс Броди, – сухо проговорил я, – вам нечего бояться. Очень сожалею, что испугал вас. Я искал вашего отца.

Она вдруг задрожала, глаза ее начали закатываться, и она соскользнула по стене на пол, прежде чем я успел пошевелиться. Я склонился над ней, но она была в обмороке.

Я засунул люгер за пояс и поднял ее. Она была худая и очень легкая, я чувствовал ее кости сквозь кимоно. Отнес ее в кабинет и положил на диван.

Дом был молчалив по-прежнему. Мне очень хотелось знать, двое мы в доме или нет.

Я прошел к входной двери, выглянул наружу, но не обнаружил Девиса. Я увидел его около машины, с запрокинутой назад головой. Он тянул из бутылки. Я тихонько похлопал его по плечу.

– Я вас задерживаю! – проговорил я у него над ухом, несколько изменив голос.

Девис подскочил и издал вопль. Он попытался не выпустить из рук бутылку, но я вырвал ее одной рукой, а другой снова похлопал его по спине, так как он поперхнулся. Наконец он пришел в себя.

– Негодяй! – завопил Девис. – Ты меня чуть не убил!

– Пошли, – сказал я, – вы мне нужны.

– Не говорите только, пожалуйста, что вы снова обнаружили труп, – проговорил он с явным беспокойством.

– Нет, но дочь Броди amp; обмороке, она весьма хорошенькая, и одета в кимоно.

– Как японка? – неожиданно заинтересовался он. – В таком случае я, конечно, пойду.

Мисс Броди по-прежнему лежала на диване, где я ее оставил. Она казалась совсем маленькой и нежной.

– ; Дайте ей немного виски, – посоветовал Девис. – У Броди, вероятно, здесь есть бутылка.

Он обнаружил бутылку после непродолжительных поисков, но прежде сам сделал добрый глоток.

– Неплохое, – с удовлетворением проговорил он, разглядывая бутылку и покачивая головой. – Адвокаты себе ни в чем не отказывают.

Я в свою очередь тоже глотнул виски: да, Девис был прав. – Ну, давайте пошевеливаться! – сказал Девис. – Сейчас совсем не время выпивать. Надо привести в сознание эту девочку.

Я влил немного виски сквозь плотно сжатые зубы девушки. Это незамедлило подействовать. Ее веки задрожали.

– Держу пари, что она спросит, где находится, – прошептал Девис. – г Они это так всегда говорят.

Но она ничего не сказала. Она стремительно бросилась к стене, едва взглянув на меня. Этим она нас страшно напугала.

– Дайте мне действовать самому, – сказал Девис. – Она меня знает, Он приблизился к девушке, на его толстом лице играла добродушная улыбка.

– Эй, мисс Броди, вы вспоминаете меня? Я – Джед Девис из «Морнинг Пост». Нам сообщили, что здесь происходят странные вещи, и мы поспешили сюда приехать. Что же здесь случилось, маленькая?

Она смотрела на нас, пытаясь заговорить, в глазах ее был ужас.

– Не беспокойтесь, – осторожно продолжал Девис, – лучше сядьте и расскажите нам все.

– Они его увели! – резко вскрикнула она. – Заставили его поехать с ними!

Девис подвел ее к дивану.

– Хорошо, моя маленькая, мы займемся этим. Но сперва скажите, что произошло?

Она испуганно смотрела на меня. Я встал так, чтобы она меня не видела. Девис похлопал ее по руке. Его техника меня удивила.

Слово за слово, и он вытянул у нее всю историю. Она спала, когда голоса, доносившиеся из кабинета отца разбудили ее. Она оделась и спустилась вниз. Дверь кабинета была полуоткрыта, и она заглянула внутрь. Броди стоял у стены, подняв вверх руки. Мужчина в коричневом костюме, угрожая ему револьвером, говорил что-то. Она слышала, как он сказал:

«О\'кей! Если ты принимаешь это, то мы прогуляемся вместе!» Она хотела побежать за помощью, но боялась пошевелиться. Человек в коричневом костюме заставил Броди выйти из комнаты. В коридоре было темно, и они ее не заметили. Вскоре она услышала звук отъезжающей машины. В этот момент и появился я.

Мы переглянулись.

– Вы знаете этого типа? – спросил Девис.

Она покачала головой, дрожа от страха и, казалось, готова была снова потерять сознание. Девис хотел дать ей выпить, но она отказалась, повторяя одно и тоже:

– Его необходимо побыстрее найти! Я вас прошу, сделайте же что-нибудь! Не стойте так! Не теряйте времени!

– Мы его обязательно найдем, но для этого нам необходимо знать, кто его увез. Как выглядел этот тип?

– Он был маленьким и коренастым, – проговорила она, закрывая руками лицо. – Он отвратителен.., как.., обезьяна.

– У него был на щеке шрам? – спросил Девис, мускулы которого напряглись. Она кивнула.

– Вы его знаете? – спросил я.

– Мне кажется, – сказал Девис, глаза которого только что не выскакивали из орбит. – Можно подумать, что это Бат Томпсон, телохранитель Киллино. Это головорез из Детройта, будьте осторожны, старина, вот это настоящий убийца!

– И вы знаете, где его можно найти?

– Я знаю, где он живет, но искать его я не собираюсь. Его лучше не задевать.

– Где же он живет?

– В притоне Сэма Сансетта.

– О\'кей, проверим его твердость. Девис вздохнул.

– Я был уверен, что вы именно так и скажете. Я, видимо, здорово вляпался, общаясь с вами!

– Предупредите полицию! – всхлипывала мисс Броди.

– Мы предупредим весь мир, – ответив Девис, поглаживая ее плечо. – Не волнуйтесь, идите спать и ждите нас. Мы привезем вам вашего папу.

Мы оставили ее лежащей на диване почти в бессознательном состоянии.

– Скажите, Кен, – спросил Девис, когда мы подошли к автомобилю, – надеюсь, вы не поедете к Бату?

– А почему нет? Ведь мы хотим найти Броди, так или нет?

– Но, упрямая голова, я вам уже сказал, что Бат оторвет вам оба уха. Это опаснейший тип. Вы же его ничем не испугаете.

– Всегда можно попытаться.

– Желаю вам получить побольше удовольствия, – сказал Девис, с мрачным видом влезая в машину вслед за мной.

***

Притон Сансетта был расположен в конце прибрежной улицы, которая шла на Парадиз-Палм. Это был массивный дом в три этажа, окруженный широкой верандой, на которой размещались столики. Две широкие стеклянные двери соединяли веранду с центральным холлом.

Было уже более часа ночи, но дом все еще был ярко освещен. Многие из постояльцев сидели на веранде, а в холле танцевали.

Девис остановил машину на другой стороне улицы, взял свою бутылку и допил все, что в ней оставалось. Пустой сосуд выбросил на прибрежный песок.

– Мне это нужнее, чем вам, старина, – сказал он.

Я озирался по сторонам.

– Не думаете же вы, что вам удастся войти внутрь и увести Броди, если он там? – продолжал Девис, вытирая лицо сомнительной чистоты платком.

– И тем не менее, это так.

– Как в фельетонах, а?

– Точно.

– Так вот, пожалуйста, не рассчитывайте на меня. Я слишком хорошая мишень, чтобы приближаться к Бату. Это же профессиональный убийца!

– И я тоже, – напомнил я ему. Он посмотрел на меня.

– Итак, старина, я все же останусь здесь. Я буду любоваться пейзажем и напишу о вас блестящий некролог, когда вас вынесут оттуда ногами вперед. Какие цветы вы хотели бы иметь на своей могиле?

– Вы пойдете со мной, Девис! Я буду играть роль туриста, впервые приехавшего в Парадиз-Палм, а вы будете меня сопровождать. Вы покажете мне верх дома, потому что Броди, видимо, находится именно там.

– Вот это нет! – воскликнул Девис. – Я не играю. Я останусь здесь на холодке. Я, конечно, не так-то легко пугаюсь, но от этого Бата моя кожа становится гусиной.

Я прижал «люгер» к его боку.

– Вы пойдете со мной, или я попросту продырявлю вас! Он понял, что я не шучу и тяжело вздохнул.